# Пушкин На Ток - Шоу О Пушкине

Инесса Александровна Копышева

Размышления поэта о "текущем моменте" в нашей жизни, или даже попытка освежить пушкинский генезис российской культуры...? Фантастическая миниатюра! Опубликовано: Копышева И. А., Пушкин на ток-шоу о Пушкине - Сыктывкар: Изд-во СыктГУ, 2014. - 38с Тираж 150 экз. ISBN 978-5-87661-287-8 Иллюстрации, оформление - Клейман В.А. 2014

ПУШКИН НА ТОК - ШОУ О ПУШКИНЕ


....такой знакомый

И родной для сердца звук -

Имя Пушкинского дома

В Академии Наук....

(А. Блок)


В преддверии очередной годовщины со дня рождения Пушкина, мы - группа молодых ученых Пушкинского дома - задумали поставить ток - шоу под интригующим названием "Пушкин на ток-шоу о Пушкине". Целью такого шоу было оживление у современной молодежи интереса к творчеству поэта. Ведь школа отказалась даже от такой малости, как требования знаний нескольких его стихов. А так как на этот момент я оказался самым молодым из молодых пушкинистов, то мне и поручили выступать в этом шоу в роли виртуального Пушкина. Сразу спешу подчеркнуть, что ни нагонять на публику мистического тумана, ни изображать оживший памятник поэту в Москве я не собирался. Просто-напросто, на основе имеющихся знаний, с помощью цитат из произведений Пушкина, а также известных высказываний его по разным вопросам, поведения его в различных ситуациях, зафиксированного современниками и описанного в воспоминаниях, в общем, на фундаменте накопленных знаний я постараюсь быстро сориентироваться и ответить на возможные вопросы слушателей. Задача далеко не простая, но поскольку я, по большому счету, ничего в жизни так основательно не знаю, как именно творчество Пушкина, то я согласился на эту роль без больших сомнений и немедленно ринулся перелопачивать все доступные мне материалы. А их было предостаточно, если вспомнить, что все сокровища, накопленные в Пушкинском Доме за два столетия были в моем распоряжении. Признаться при этом мною был применен новый и довольно дерзкий подход. Перечитывая хорошо знакомые строки, я каждый раз задавался одним и тем же вопросом: "А как бы я это написал, будь я на месте Пушкина?" Понятно, что ни улучшить, ни подправить Александра Сергеевича мне не удалось ни разу, но в целом подход себя оправдал тем, что я как бы сросся душою с Пушкиным и буквально стал смотреть на мир его глазами.

Это трехмесячное душевное напряжение закончилось для меня очень ярким сном. Мне снилось, что жарким летним днем я бреду по старому парку в Пушкиногорье. Внезапно сбоку на меня повеяло прохладой, как это бывает перед грозой. Я повернул голову и увидел рядом с собой мужчину средних лет, лицо которого показалось мне странно знакомым. Но кого он мне напоминает, я так и не вспомнил. Я был уверен только в том, что я хорошо его знаю. На этот мой вопросительный взгляд он живо спросил: "Вы не узнаете меня? Я Пушкин Александр Сергеевич. Нельзя ли попросить вас кое о чем?" Я молча закивал головой на манер китайского болванчика: " Мол, да, да, конечно, да!!!" Он попросил хотя бы изредка молиться о нем и пока я перешагивал через лежащую поперек тропинки березку исчез. Не скажу, что появление великого призрака меня напугало, но взволновало чрезвычайно, и я решил впредь всегда поминать его.

При обсуждении с режиссерами моего внешнего облика на предстоящем шоу перед моими глазами стоял именно тот Пушкин,.которого я видел во сне. Не сказать, чтобы веселый, но и не печальный, а в целом раскованный, неуловимо самодостачочный и вполне респектабельный. Так что на шоу я предстал в нарядных светлых брюках, в легких туфлях на среднем каблуке и в сиреневой сатиновой рубашке навыпуск, слегка приталеной. По ее нежно сиреневому шелковистому полю были вытеснены золотистые медальоны с профилем Пушкина. В довершении этого облика скромного дэнди мою длинную костлявую шею прикрывал нежно-золотистый шарфик или скорее галстук из газа. Как мне позже сказал один из самых проникновенных старых пушкинистов, эти многократно повторенные золотистые профили поэта являли собой некий пароль к виртуальному Пушкину и вызывали у зрителей невольное доверие ко мне - Пушкину.

Да и сцена была обставлена таким образом, что невольно отсылала зрителей к временам двухвековой давности: зала в духе зимнего сада, плетеная мебель, портреты современников на заднике сцены и кадры из экранизаций пушкинских прозведений на экранах с боков сцены. И приглушенная музыка из Свиридовской "Метели" за сценой. Зал, где проходило шоу, был небольшой, человек на 300 и к моему удивлению он оказался переполненным. Пришли не только студенты и школьники-победители литературных конкурсов, но и известные актеры, снимающиеся в фильмах по пушкинским прозведениям, пожилые пушкинисты, преподаватели вузов и школ, музейные работники и литераторы. Разглядывая этот форум из-за кулис я впервые усомнился: не слишком ли много я о себе возомнил и сумею ли достойно ответить на их вопросы. В общем, на сцену я вышел с трясущимися поджилками и пока ведущий разъяснял мой статус-кво нервно топтался вокруг поставленного на сцене стула. Спасибо пожилому преподавателю гуманитарной гимназии за его вопрос - самый ожидаемый и легкий для меня- он вернул мне самообладание. Я приосанился, прекратил свои нервные скачки вокруг стула и ответил, как мне кажется, вполне по пушкински: энергично, хотя и без раздражительности. Замечу в скобках, что многие современники отмечали не просто эмоциональность, но зачастую и желчность речи Пушкина, что весьма вредило ему во взаимоотношениях с окружающими и в итоге привело к легенде о его тяжелом характере. А поскольку я и сам иногда злоупотребляю острым словцом, во все время шоу я старался сдерживать свое остроумие в рамках почтительности к зрительному залу.

Итак, на его вопрос - осталось ли мое мнение о Москве таким же, как в известных стихах:

Москва... Как много в этом звуке

Для сердца русского слилось.

Как много в нем отозвалось!

я ответил, что, конечно же, осталось. Ранним солнечным утром Москва впечатляет и яркостью красок, и архитектурой некоторых зданий, и широтой своих проспектов. В то же время бросается в глаза недостаток зеленых уголков и садов, которыми так славилась старая Москва. Сегодня уж точно не скажешь, что Москва-это просто большая деревня. Пожалуй, не назовешь нынешнюю Москву и душой, сердцем России. Сегодняшняя Москва, как, пожалуй, и многие другие столичные мегаполисы, это скорее часть некого всемирного и всеобщего организма под названием: "Столицы мира", и Россия для нее всего лишь источник благосостояния. А душою своих стран могут называться лишь те столицы, которые в значительной степени сохранили национальные особенности, приметы и обычаи своих стран, то есть города, отличающиеся "лица не общим выражением". Что же касается Москвы, то в ней один лишь Кремль, да несколько прилегающих улиц напоминают о русском стиле жизни. В этом смысле Санкт-Петербург мне показался духовно гораздо ближе к России. Не древней Руси, а именно России трех последних столетий. Вероятно именно поэтому от его жителей чаще, чем от москвичей, можно услышать о любви к своему городу.

Но вернемся к моим впечатлениям о сегодняшней Москве. Повторяю, что при ярком солнечном свете или же вечером, богато иллюминированная Москва-это чудо! Но в пасмурный день, да еще и при избытке автотранспорта на улицах, Москва производит удручающее впечатление: шум, пыль, смог, многолюдность. Причем, облик московской толпы совершенно иной, не тот, что был в мое время. Вместо оживленной прогуливающейся московской публики, с ее смесью самолюбования и любопытства на всех лицах москвичей, а у сегодняшней московской толпы на лицах написано отчуждение, озабоченность, опасливость, а иногда и просто страх. И если в наше время Москву зачастую сравнивали кто с передней, а кто с гостиной России, то нынешнюю Москву я бы сравнил с шумной проезжей частью улицы перед домами; понятно, что как ни украшай, как ни чисти ее, все же это чужое пространство и для жизни оно совершенно не пригодно.

Молодая красавица, актриса или фотомодель, поинтересовалась, нахожу ли я сегодняшних москвичек более привлекательными, чем двести лет назад.

Да, несомненно! В сегодняшней Москве на удивление много высоких, красивых и стройных женщин, причем еще и ухоженных, нарядных, уверенных в себе. Но - увы! - тщетно я искал среди них хоть одну, напоминающую мне образ любимой мною Татьяны:

"Без взора, наглого для всех, без притязаний на успех, без этих маленьких ужимок, без подражательных затей" и чтобы "все тихо, просто было в ней". Для меня, создателя образа Татьяны видеть это грустно; я мечтал, что в далеком, светлом будущем русские девочки будут воспитываться на этом образе и вырастать в умных, духовно богатых и в то же время скромных женщин. Ведь Россия всегда, на всем обозримом историческом пространстве держалась именно на таких женщинах и я в душе гордился, что из-под моего пера возник этот чудный образ. Но - увы и еще раз увы! Сегодня большинство девочек воспитываются на рекламе с ее основным лозунгом: "Вы этого достойны!" или и того еще хуже, на примерах хищных красавиц-охотниц за богатством любым путем, вплоть до убийств. Боюсь, что мой ответ большинству не слишком понравился и надеюсь только на то, что мое искреннее желание добра искупит жесткость моих высказываний.

И даже рискуя еще больше усугубить недовольство моими суждениями, я все же доведу до всеобщего вашего сведения, что вид молодой курящей женщины приводит меня в тоскливое настроение, ведь это же явный признак ее разочарования в мужчине как таковом. Как поется в деревенской частушке:

У меня миленка нет.

Нету и не надо.

Пойду цыганочку спляшу

И вся моя отрада.

Так же точно, если третьей строчкой поставить: "Я сигаретку закурю"- вот и причина их курения. Самое печальное - это то, что их такое множество. Мужчины! Где вы? Ау!

У вас сегодня много говорится о насущной необходимости объединяющей национальной идеи. Я уверен, что она есть и она состоит в создании таких условий жизни и культуры российского общества в целом, которые способствовали бы воспитанию женщин, близких к образу Татьяны. Не работниц-строителей коммунизма, как это было всего двадцать лет назад, а прежде всего счастливых жен, матерей, хозяек дома. А о каком счастье может идти речь для раскрашенной красавицы с автоматом наперевес, разве что о быстрой и безболезненной смерти?

Самый пожилой из толпы пожилых пушкинистов уточнил, точно ли, что именно красота москвичек потрясла меня в сегодняшней Москве больше всего.

Нет, конечно же, нет! Самое сильное впечатление произвело на меня метро. Прекрасна сама его идея - спрятать под землю шумный и зловонный городской транспорт. И хотя она осуществилась не в полном объеме, и на улицах сохраняется переизбыток транспорта, сама по себе идея от этого хуже не стала. Вообще говоря, у меня такое ощущение, что, пройдя в ближайшие годы через пик всеобщего увлечения автомобилем, любовь к нему пойдет на спад. Этому будет способствовать и рост цен на топливо. Так что через два-три десятилетия улицы Москвы вернутся к нормальному состоянию: освободятся от избытка транспорта и забудут про пробки. А москвичи вспомнят про те времена, когда на улицы столицы они выходили просто на прогулку, чтобы, как говориться, людей посмотреть и себя показать. Мне кажется, что для этого необходимо разделить парковыми и лесными массивами сегодняшнюю огромную по населению и чуждую человеку столицу на десяток самостоятельных городов. Психологи давно уже установили оптимальное число жителей города- не более полумиллиона. Вот к нему-то и стремитесь, градоначальники будущего!!! Нормальная жизнь возможна лишь в городах, где на улицах вероятна встреча со знакомыми лицами.

Что же касается метро, то оно меня попросту очаровало, показалось ожившей сказкой из тысячи и одной ночи. Эти нарядные, светлые залы, эти яркие и быстрые поезда, эти самодвижущиеся лестницы- все это прелесть несказанная! Но!!! Не в часы пик. Однажды на длинном переходе станции Комсомольская я попал в такую немыслимую давку, что засомневался, придется ли мне еще раз повидать белый свет.

Понравился мне и наземный транспорт, все с той же оговоркой - не в часы пик. Но вот маршрутки, не говоря уже о такси вызывают у меня чувство зажатости, стеснения, почти что насилия над моей личностью. И кроме всего прочего слишком уж близко к земле!

Из кучки пушкинистов прозвучал не столько даже вопрос, а скорее реплика, что уж если мне, литератору, чем-то и восхищаться в сегодняшней Москве, так это прежде всего телевидением.

Так бы оно и было бы - ответил я - если бы не культ насилия и не засилие рекламы на телеэкране. Ведь эта наглая незаконная дочь телевидения откровенно хозяйничает на большинстве телепрограмм, буквально лезет вам в душу, вымогая почище цыганок, ваши денежки на всевозможные бесполезные вещи (я не смог при всем желании отыскать хоть что-то мало-мальски полезное в рекламируемых товарах и услугах), оглупляя и ожесточая зрителей. Свежим взглядом очевидно, что коль скоро без рекламы нельзя, то неплохо было бы вывести всю рекламу на один канал, но боюсь этому противостоят слишком могучие силы и на сегодня это остается несбыточной мечтой для большинства здравомыслящих телезрителей.

Но и кроме рекламы на телевидении есть много чего пошлого и вредного для зрителя. В подавляющем большинстве сериалов пропагандируется всего одна мысль: "Хватай и беги!", будь то природа, семья, любовь, бизнес, отдых, учеба - в общем, все аспекты окружающей жизни на экране находятся под прицелом насильственного отнятия. Мне, как человеку книжному, кажется опасной сама идея замены прочтения книг на экранизацию литературных произведений. Даже прекрасно поставленные, с очень милыми артистами мои повести Белкина что -то очень существенное для меня потеряли в процессе экранизации. И если при многократных прочтениях мною, автором, в них всегда находились какие-то новые оттенки и они вызывали у меня каждый раз новые чувства и переживания, то при просмотрах фильмов ничего подобного не происходит, даже со мной, автором.. Я думаю, это связано с тем, что при чтении в работу неизбежно включается воображение читателя, а при просмотре фильма оно вроде бы и не требуется, режиссер все уже вообразил и даже осуществил задолго до нас. А ведь известно, что именно способность к воображению отличает человека от остальных млекопитающих. Так что читатель стоит гораздо выше зрителя в плане духовности и способности к творчеству. И-соответственно - телезритель все же ближе к приматам, чем читатель.

Из толпы школьников спросили, как я отношусь к моде, и модными ли показались мне москвичи. Я всегда уважал себя в достаточной мере, чтобы не выглядеть безнадежно отставшим от моды, но в то же время я никогда не был ее рабом. В "Онегине" я писал, что "Мода наш тиран, недуг новейших россиян" и сегодня я втайне горжусь тем, что это мое словечко - новейшие - так в ходу у вас. В России даже появилась общественная прослойка - новые русские. Для них мода-это стиль их жизни и они безжалостно освобождаются от всего, что выходит из моды. Но недугом мода является не только для них, а и для многих россиян, чуть-чуть приподнявшихся над нищенским уровнем. Они готовы жить впроголодь ради модной тряпки. И как иначе, кроме как жертвами моды, можно назвать тех женщин, которые в угоду моде готовы вплоть до ноября носить сверх короткие маечки и блузки, оголяющие область талии. Эта мода пришла к нам из теплых стран и вполне терпима в жаркую погоду для тоненьких девушек-подростков, но на наших сорокалетних девяностокилограммовых матронах да еще промозглым октябрем положительных эмоций у окружающих она не вызывает. А высокие тонкие каблуки! Жутко видеть как молодая мама с огромной сумкой в одной руке и ребенком на другой скользит на этих каблуках по обледенелому тротуару. Первое время я бросался на помощь каждой такой жертве моды, но их так много, что я со временем очерствел и стараюсь не смотреть на их смертельные трюки. Ведь даже если такая мама и не расшибется на льду, последствия от неестественной походки скажутся с возрастом и доставят уйму неприятностей. Но даже если рядом с такой отчаянной дамочкой окажутся люди поумнее и посоветуют ей носить удобную обувь, купить ее будет непросто, вся реклама, а за нею и торговля завлекает обувью красивой, но совершенно непрактичной.

В Москве я оказался не готовым и к постоянному лицезрению огромных искусственных бюстов. Даже если бы они были и настоящими, но выставляемые напоказ, без учета ситуации, они не украшают порядочную женщину. Любой мало-мальски образованный человек готов в художественной галерее любоваться образом мадонны с младенцами, так радующий глаз и возвышающий душу. Изредка, на балу или в театре вид полуобнаженных плеч, рук и декольтированной груди также пленяет и очаровывает мужчин. Об этом мои стихи: "Во дни безумий и желаний я был от балов без ума". Но в повседневной жизни эти же формы приятнее угадывать под складками одежды, чем натыкаться на них глазами в самые неподходящие для этого моменты. Мне всегда немного жалко тех служащих мужчин, над которыми в телефильмах в самых сложных ситуациях нависают бюсты женщин, их коллег. Я бы на месте этих мужчин ничего путного промыслить не сумел бы. Так что ничего, кроме жалости к тем несчастным младенцам, которые рискнут прильнуть к этим пышным силиконовым изобилиям, огромные синтетические бюсты у меня не вызывают. Если бюст становится простым приложением к платью, это выглядит как плевок в саму душу материнства. Более того, эти нагло выпирающие из платья бюсты, да еще слишком обтягивающие брюки зачастую провоцируют на грубость или даже на насилие мужчин с неустойчивой психикой.

Про себя я недоумевал: почему нет вопросов о поэзии и литературе?. Может быть, мой облик совершенно не ассоциируется у зрителей нашего шоу с Пушкиным и тогда вся наша затея благополучно проваливается? Спрашивали о чем угодно: о судьбах старинных подмосковных усадеб, о музеях, о пределе роста цен на жилье и прочее, и прочее, обо всем, кроме поэзии. Я лихорадочно соображал, как бы плавно перейти от проблем высоты потолков к высотам поэзии и уже жалобно поглядывал в сторону литераторов. Наконец-то!!! Вихрастый упитанный юноша даже не спросил, а скорее заявил, что времена высокой поэзии безвозвратно ушли и что им, современным молодым, вполне достаточно песенной поэзии вокально - инструментальных ансамблей.

Я буквально взвился и тут же привел ему в ответ с десяток образцов этой самой поэзии. Типа "А-а-а-а девушка Прасковья из Подмосковья" (10-12 раз). Старички в первом ряду оживились, зашептались, захихикали, но ни на вопрос, ни тем более на какую бы то ни было поддержку мне не отважились. Впрочем, поскольку это был как раз тот самый вопрос, которого я ждал и к которому так долго готовился, поддержки мне и не требовалось. Скорее желательно было бы во время остановить мое красноречие. Ведь во мне накопилось столько желчи к эстрадным песням, что ее хватило бы на десять подобных шоу. С истинно пушкинским задором и желчью я обрушил на глухо зароптавший зал самые одиозные перлы из этой псевдопоэзии. Напряжение и раздражение зрителей росли так стремительно и неудержимо, что будь здесь вместо прилизанных и благовоспитанных отличников обычная московская толпа, я бы был по меньшей мере освистан, и вполне возможно даже слегка побит. Все под этот же ропот зала я напомнил народную мудрость: "какой народ, такая и песня" и что "из песни слова не выкинешь". Так что же это за народ, распевающий полностью лишенные смысла песенки и что же это за песни, из которых хочется выкинуть все без исключения слова? Рискуя быть закиданным бумажным мусором из карманов зрителей, я все же отважился озвучить выношенную мною и выстраданную мысль, что вся эта псевдопоэзия является всего-навсего словесным поносом. В первых рядах раздались робкие аплодисменты. Вообще говоря, кое кто из рядов молодых поэтов попытался было слабо обороняться, но все они пали под градом моих колкостей и эпиграмм.

Зато эта перепалка позволила мне коснуться такой важной темы, как критика и цензура. При всей моей нелюбви к цензуре, хорошо известной моим читателям, я совершенно убежден в необходимости цензуры в современной России. Она, цензура, будет сродни глотку свежего воздуха в духоте упоминаемого мною перехода на станции метро. В свое время меня весьма притеснял излишней строгостью цензор Иван Андреевич Крылов и весь цензурный комитет, не пропускавший даже таких строк, как "сказка ложь, да в ней намек, добрым молодцам урок". Но сегодня я готов благословить и Ивана Андреевича, и весь этот сверхосторожный цензурный комитет, лишь бы приостановить тот поток пошлости, глупости и оголтелого примитивизма, который буквально захлестывает российского потребителя всех средств массовой информации. Подобно жемчужному зерну в навозной куче из басни Крылова те немногие талантливые литературные произведения, которые конечно же появляются в современной литературе, не могут пробиться сквозь этот поток и дойти до народа, с тем, чтобы создать хоть какой-то положительный общественный резонанс.

В свое время я сравнивал "стих без мысли в песне модной" с унылой гладью зимней дороги. Если продолжить это сравнение, то современная литература и массовая культура в целом - это дорога в болото потребительства, бездуховности и эгоизма, в его самых общественно опасных проявлениях. А если вспомнить, что поэзия является духовной пищей для "человеков", то с каким же отвратительным пойлом можно сравнить эту нашу сегодняшнюю духовную пищу? Не знаю. В последние годы средства массовой информации частенько пугают нас случаями массовых отравлений в системе общепита, а вот об отравлениях душ человеческих литературными фэнтези, детективами или шлягерами то-то не слышно. Об этом свидетельствует (и то косвенно) всеобщее огрубление нравов, повседневное хулиганство, насилие над детьми и стариками и постоянный рост числа самоубийств среди молодежи. И несомненно, что именно добрые стихи, рассказы, повести, песни и кинофильмы смогли бы потихоньку, полегоньку начать вытаскивать нас из того зловонного болота, в котором мы оказались из-за неверно понятых требований демократии. Так что еще раз позвольте помечтать о цензуре.

И снова вопрос от молодежи. Серьезная девушка-студентка с испуганными глазами прочитала по бумажке, не изменилось ли мое отношение к дуэлям как к способу самоутверждения?

Конечно же изменилось! Сегодня мне яснее ясного, что сама идея дуэли и весь дуэльный кодекс чести глубоко чужда русскому самосознанию. Она пришла к нам из перенаселенной, меркантильной и даже мелочной Европы и к русскому понятию чести имеет довольно отдаленное отношение. В большинстве европейских языков понятие чести и гонора являются однокоренными словами. В России же изначально понятие гонора было ближе к тому, что означает эгоизм, вредность, нетерпимость к чужому мнению, а понятие чести относилось к чему-то высокому и не каждому доступному. Зачем ходили в походы на врага ратники русских князей? Князю чести добыть и свою удаль показать. То есть на первом плане у них было бескорыстие и самопожертвование, а никак не гонор. Ни в одной народной былине о русских витязях не упоминается о каких бы то ни было меркантильных интересах. И перенимая в 18 веке из Европы дуэльный кодекс, русская молодежь подразумевала как раз такое, русское, понятие чести, без малейшей примеси гонора. Дуэлями мы доказывали свою смелость, честность, незапятнаность репутаций, преданность любимым женщинам. Сегодня кажется само собой разумеющимся, что для этого совершенно не обязательно кого-то убивать или ранить, все это можно доказать и мирными методами: в кулачных боях, спортивных соревнованиях, наконец, на всевозможных диспутах или же на ток-шоу вроде нашего. Я это говорю потому, что понимаю неслучайность Вашего вопроса и поиск попытки решения способов самоутверждения в современных условиях. В последние годы не случайно адвокаты пытаются разжалобить суды присяжных, объясняя действия преступников чувствами обиды или личной неприязни.. Можете мне поверить, что это не более, чем адвокатская уловка и в сегодняшней вакханалии преступлений лежат сугубо грабительские мотивы. Хапнуть, украсть, отнять, захватить, а потом спрятаться за личину обиды, мести, справедливого раздела имущества - все это стало возможным при сегодняшних адвокатских гонорарах. Те же причины, только подкрашенные религиозными мотивами лежат и в основе терроризма.

А в заключение я подробно остановился на своем видении будущего России и было очень приятно и внимание зала, и общее забвение того очевидного факта, что перед ними не настоящий Пушкин, а всего лишь хранитель и носитель пушкинского наследия, его завещания России.

Я начал с того, что напомнил гоголевское сравнение Руси и тройкой. Нынешняя Русь-тройка видится мне разогнавшейся под уклон с сильно подгулявшей компанией разухабистых мужичков, горланящих нечто непотребное. Кучер, уже осознавший опасность, изо всех сил натягивает вожжи, но лошади ему не подвластны: то ли что-то их напугало, то ли сзади подпирает тяжелый экипаж, но остановиться бедняги не в силах. Сколько времени они смогут продолжать этот безумный бег, неизвестно. Если в ближайшие минуты дорога не пойдет на подъем, гибель неизбежна. Ужас и тоска в лице кучера и полное неведение о близкой гибели седоков так созвучно с настроениями многих россиян, что у меня невольно всплывают в памяти картины из "Пира во время чумы". Пожалуй, что как и тогда, я не в силах предложить какой-то реальный выход, но может быть мои мысли вызовут отклик у собравшихся молодых людей, ведь несомненно, что в зале находится цвет нации. Тогда мы не зря собрались здесь и ростки надежды когда-нибудь дадут благословенные плоды. Но пока тройка мчится под уклон и хотелось бы всё вспомнить и понять, что толкнуло ее на этот гибельный разгон. Похоже, причина не одна, что целый ряд ошибок, недоразумений, недомолвок и происки посторонних недоброжелателей, постепенно накапливаясь, привело к нему. Несомненно, что одним из самых основательных толчков явилась революция и последовавшие затем печальные для России события.

Сейчас не припомню, кто из отечественных мыслителей и радетелей о судьбах России сказал, что русская Троица - это Вера, Надежда, Любовь. Вот они - то и явятся тем спасительным подъемом, который только и способен приостановить движение в пропасть, с них-то нам и надо начинать. Не падать духом, воспитывать своих детей в строгой любви, в чистоте помыслов и каждому бережно растить в своей душе способность веровать. Она сегодня забита более всех остальных наших душевных способностей. А представьте себе, что даже такая спорная вера, в которой воспитывались несколько поколений советских людей (Мы будем жить при коммунизме), даже она лучше, чем наступившее в девяностые годы полное и всеобщее безверие.

О пагубности безверия я могу судить по собственному жизненному опыту. В 18 летнем возрасте я глубоко сочувствовал атеисту которому "не суждено ему блаженство знать! Безверие одно по жизненной стезе во мраке вождь унылый, влечет несчастного до хладных врат могилы". Зато всего через несколько лет я громогласно провозгласил о своем атеизме, который, конечно же, был скорее бравадой и неосознанным желанием подразнить общество. И это весьма повредило мне, как и в отношениях с людьми, так и в творчестве. Мой показной атеизм шел рука об руку с дуэлянтством, с бурлескностью жизни, что опять таки было прямо противоположно моим истинным убеждениям. Ведь это мои слова:

Блажен, кто в отдаленной сени,

Вдали взыскательных надежд,

Дни делит меж трудов и лени,

Воспоминаний и надежд

Мне кажется, что так же как мы 300 лет назад споткнулись на неверно понятой идее дуэльной этики, точно также и вы сегодня слишком поспешно и непродуманно доверились американской точке зрения, что основа всего в жизни - деньги, богатство и что счастья без них быть не может.

Сытость - вот девиз всей жизни Америки и это очень ярко показано в их фундаментальном фильме, который с их точки зрения сопоставим с нашей кино эпопеей "Война и мир", это фильм "Унесенные ветром". И вот в девяностые годы наши молодые реформаторы, так называемые "Гарвардские мальчики", решили, недолго думая, осчастливить этой американской идеей Россию.

А между тем у нас никогда идея сытости не довлела над всеми остальными чаяниями, наш князь Гвидон, "целый день проведши так" спокойно засыпает без какого либо ужина ("спать ложится натощак").

Собственно говоря период, подобный нынешнему (первоначального накопления капитала) Россия уже переживала на стыке 19 и 20 веков. Но вот те люди, которые в тот период сумели разбогатеть, существенно отличались от сегодняшних олигархов, прежде всего по моральным качествам. Они в основном были людьми богобоязненными и внезапное богатство толкало их прежде всего в сторону благотворительности. К сожалению наши новые русские такой прививки нравственности не получили, сегодня дети воспитываются под влиянием случайных стихий, все той же рекламы, например, и уже в детском саду на вопрос: "кем ты хочешь стать" многие отвечают: "бандитом". И в общем русле погони за наслаждениями является как-то само собой разумеющим, что к 10 годам школьники успевают понюхать травки, в 13, как правило, уже имеют сексуальный опыт, а к 20 требуют от родителей отдельное жилье и машину. И все это при том, что ни к какому труду они не приучены, а если и учатся, то на платной основе, то есть просто на денежки родителей выжидают момента получения диплома. Это тот случай, когда родители более или менее состоятельные. Это так называемые люди благополучные. Что же касается бедных слоев населения, то они погрязли в безвылазном пьянстве, а их дети хулиганят, дерутся, насилуют и пробуждаются от всего этого мрака только за решеткой. Для некоторых из них только в тюрьме появляется время для размышления, а также мало - мальски приемлемые бытовые условия: горячая пища и регулярная баня. Не случайно поэтому в тюрьмах многие из них начинают учиться, постигать сложные профессии, заниматься творчеством и приходят к Богу. Естественно, что определенная доля делает это не от всей души, не искренно, а приспосабливаясь к тюремным условиям, но для многих только за решеткой становится доступным то, что должно было принадлежать им по праву рождения: семейный уют, любовь окружающих, уважение к своей личности. Я не идеалист и знаю, что не все так хорошо в наших тюрьмах, но сами посмотрите на те лица молодых заключенных в телепередачах из тюрем, которые мелькают на экране, ведь среди них и Моцарты, и Репины, и Вальтер Скотты. Как общество в целом повинно в том, что они смогли проявить свои лучшие качества только за решеткой, также только оно и может помочь таким людям. Еще древние говорили: "Улучшаясь сам ты улучшаешь мир вокруг себя", поэтому неустанно учись, совершенствуйся - и счастье рано или поздно тебя найдет.

Похоже, что под напором чуждой культуры наша русская Троица преобразилась: место Веры занял Гарри Поттер и многочисленные фэнтези, место Любви - секс без примеси чувства, а место Надежды - безудержная и всепоглощающая страсть к обогащению, причем, к обогащению любой ценой.

Теперь становится понятным почему Москва постепенно теряет русское лицо, потому что в ней есть все эти приметы новой культуры и нет ничего или почти ничего от русской культуры. А чего бы вы хотели услышать от меня, певца и носителя русской культуры? Веры - в Бога и в наличии искры божьей в каждом из нас. Любви - в семейном счастье. Надежды - в опоре на свои руки и свой ум, на свое трудолюбие и смекалку в труде. Так просто и так недостижимо для большинства из вас, сегодняшних русских людей. В целом для России всегда спасительной была и будет идея о счастье - как о жизни для других, жертвенности и благотворительности в самых широких масштабах. А эгоизм, так прославляемый европейской культурой (Взять хотя бы для примера роман "Граф Монтекристо"), да и ее наследницей - американской культурой, никогда не был популярен в России. Надеюсь, что и в дальнейшем этого не произойдет, хотя опасность его укоренения в русской почве прослеживается как в поведении политической и хозяйственной верхушки, так и в манерах олигархов.

Но вернемся к поиску спасительного для Руси-тройки подъема, так необходимого для того, чтобы дети жили счастливо, старики спокойно, а основная часть населения была бы уверена в завтрашнем дне. Вспомним исторический анекдот о приглашении в древние века славянами умных викингов для правления и наведении порядка. Честно говоря, зная о грабительских походах этих самых викингов по всем морям вокруг Европы, я сомневаюсь в самом факте приглашения, думаю, что они пришли и без него. Но затем, спустя годы, обосновавшись на славянских землях, и взяв власть в свои руки, они скорее всего и создали эту легенду в свое оправдание. Как бы там ни было, я привел эту историю для того, чтобы обсудить возможность переноса опыта общественного обустройства из некоторых благоденствующих стран в нашу страну.

О том, что американский опыт нам не подходит, мы уже согласились. Оставшиеся более или менее благополучные страны - это Китай, Германия, Скандинавские страны и Англия. Хотя ни одна из них не может претендовать на абсолютное приложение своего опыта к России, тем не менее в каждой их них есть что-то полезное для нас. В Китае это исключительная организованность и дисциплинированность населения, в Англии это приверженность к устоям традиционализма, а в Германии - несомненная честность людей.

Заметьте, что всех трех названных качеств как раз и не хватает в русском характере. Итак, дело остается за малым - привить эти недостающие нам качества и с ними выводить нашу Русь -тройку на ровную дорогу всеобщего благоденствия. Что же касается нашего сегодняшнего главного зла - коррупции - то при доброй воле правящей верхушки далеко за советом ходить не потребуется. У наших северных соседей - скандинавских стран - накоплен большой опыт и работают законы по удержанию этого зла в приемлемых пределах.