# Италия

Валентин Самуилович Красногоров

Валентин Красногоров


Путешествие из Милана в Милан


или пять тысяч километров по Италии


ВНИМАНИЕ! Все авторские права на произведение защищены законами России, международным законодательством, и принадлежат автору. Запрещается его издание и переиздание, размножение, публичное исполнение, перевод на иностранные языки, без письменного разрешения автора.

Контакты:

Тел. 8-812-492-3701; 8-812-550-2146

7-951-689-3-689 (моб.)

e-mail: v_krasnogorov@mail.ru


Полные тексты других произведений, рецензии, список постановок


См. также мои сайты:

http://techunix.technion.ac.il/~merghvf/

http://lit.lib.ru/k/krasnogorow_w_s/

http://public.box.net/krasnogorov


Содержание


Вступление

Время отпусков. Можно немножко помечтать о далеких просторах. В самом деле, почему бы нет? Окно в Европу прорублено. Куда направиться, с чего начать?

Тому, кто любит искусство, природу и вообще все прекрасное, надо ехать в Италию. Нигде творческая энергия человека не проявилась так щедро, нигде нет так много великолепных шедевров искусства, нигде они не рассыпаны так густо, нигде, быть может, история не оставила столь много впечатляющих следов, как в Италии. Этруски, греки, римляне, готы, византийцы, итальянцы, норманны, испанцы, австрийцы и даже карфагеняне и арабы украшали (хотя порой и разрушали) эту страну три тысячи лет. Увидеть все это, воспринять, пережить за одну поездку невозможно. И уж конечно для такой поездки нужна определенная подготовка. Нужно хоть примерно знать, куда ехать и что смотреть. Италия способна поразить и удивить, однако, как сказал один философ, удивление невозможно без некоторой дозы понимания. Не зная истории и культуры этой страны, не понимая и не любя искусства, удастся увидеть там очень немного.


Ехать в Италию лучше всего осенью или весной. Можно и зимой. И конечно хуже всего летом: невообразимо много туристов, жарко, дорого, длинные очереди в музеях. И, если уж вы попали в эту страну, не стоит ограничивать свое путешествие тривиальным треугольником Флоренция-Рим-Венеция. Италия полна мест не столь исхоженных, но не менее прекрасных. Попробуем вместе пройтись по ним.


Город, где родился Кваренги


Мое путешествие по Италии началось с Миланского аэропорта, который, однако, находится ближе не к Милану, а к Бергамо. В этом небольшом городе, право, стоит переночевать (это, кстати, дешевле, чем в Милане) и задержаться хотя бы на день. И не только потому, что оттуда родом "слуга двух господ" (персонаж знаменитой комедии Гольдони) и великий архитектор Кваренги, который ровно ничего не построил в Италии, зато украсил известнейшими зданиями Петербург. Кстати, я жил в Бергамо на улице Кваренги, в гостинице "Кваренги" и посетил выставку Кваренги.

Бергамо делится на две части - нижний город (более или менее современный, чистый, приятный и красивый) и верхний - старинный. Верхний город прекрасен. Он расположен на крутой горе, утопающей в зелени, и окружен тремя рядами мощных стен, в которых заключены средневековые кварталы, похожие на театральную декорацию. С одной стороны горы открывается вид "на всю Италию", равнинную, зеленую, цветущую, с другой стороны - не менее великолепный вид на Альпы. Жемчужинами старого Бергамо являются церковь св. Марии и знаменитая капелла Коллеоне (усыпальница известного кондотьера; мы поговорим о нем, когда будем в Венеции) - небольшое, но красивое здание, вошедшее в учебники архитектуры. Оно построено в стиле так называемого ломбардского Возрождения - своеобразного смешения узорчатой северной готики с итальянской декоративностью. Капелла удивительно нарядна, обильно покрыта резьбой по разноцветному мрамору.

Примыкающая к усыпальнице церковь Марии необычна тем, что украшена яркими гобеленами. Там, как и во всякой итальянской церкви, есть еще многое - величественные гробницы, изощренно вырезанные из дерева скамьи, памятник в честь композитора Гаэтано Доницетти и прочее. Но мое внимание больше привлекли панно с искуснейшей инкрустацией по дереву (то, что называется маркетри). Смотрительница церкви, увидев мое восхищение, с улыбкой сняла со стены эти доски, и тогда обнаружилось, что они всего-навсего покрышки, под которыми таятся настоящие панно, изображающие сцены из Нового завета. Они тоже выполнены в технике маркетри, по рисункам знаменитого художника Лоренцо Лотто (выходца из Бергамо; его картины есть и в Эрмитаже). Резчик трудился над этими панно двенадцать лет. Первые два года он только подбирал дерево разных пород и цветов, а остальное время - до самой смерти - делал саму мозаику. Покрышки (те самые, которыми я вначале любовался) с нее снимают только по большим праздникам.

По тихой улице-лестнице, спрятавшейся среди цветущих каштанов, я с сожалением спустился в нижний город и отправился на вокзал.


Милан


От Бергамо до Милана меньше часа езды. Милан - признанная столица северной Италии. (Различия между районами страны огромны. Север - чистый, богатый, промышленный, деловой, люди там сдержанные и серьезные. Юг - неряшливый, шумный, бедный и веселый. Между ними находится ни на что не похожий Рим.) Мне он чем-то напомнил Москву, в ее лучших кварталах Белого Города, преуспевающую, высокомерную, сознающую свою силу. Этот древнейшей город (он существовал уже при римлянах под названием Медиолан) потерял своеобразие, его исторические памятники затерялись среди современных построек. Некоторые считают, что в Милане вообще нечего смотреть, но это, конечно, не так. Он привлекателен хотя бы для тех, кого интересует Италия современная, но богат и древностями. В разных концах города, за зданиями из стекла и бетона глазу вдруг открываются храмы тысячелетней давности. Некоторые из них, например суровая, впечатляющая своей подлинностью церковь св. Амброджо (11 век), считаются классикой романского стиля. Другая церковь, Санта Мария делла Грация, славится знаменитой "Тайной вечерей" Леонардо (к сожалению, фреска эта плохо сохранилась; русский художник Павел Корин писал о ней: "даже в таком виде, когда остались полустертые пятна и силуэты, она производит сильное впечатление"). Церковь сан Сатиро, маленькая и до того незаметная, что ее трудно найти, даже когда ты стоишь рядом с ней (она находится в самом центре города), считается, тем не менее, важной вехой в развитии архитектуры Возрождения: здесь Браманте, один из величайших творцов Италии, построил на плоской стене перспективный алтарь, создающий иллюзию уходящего в глубину пространства. Благодаря этому маленькая церковь не только зрительно увеличилась в размерах, но и стала крупным произведением искусства.


На просторной площади стоит окруженный широким рвом Castello - Кремль, такой же красный, как московский, с высокими стенами и башнями, увитыми плющом. Он и построен в одно время с московским Кремлем властителями Милана герцогами Сфорца и Висконти, потомок которых ставил в 20 веке свои прославленные аристократически-изысканные фильмы. Могущество Милана связано с двумя фамилиями. Семейство Висконти уже тогда принадлежало к древнему роду, а Сфорца, отобравший у Висконти власть, был всего-навсего кондотьером и узурпатором. Чтобы подчеркнуть законность и преемственность своего правления, он продолжал строить и украшать здания, начатые Висконти, и даже выдал него замуж дочь, чтобы породниться с врагом.

В Милане есть еще много старых церквей, монастырей, капелл и дворцов. В Милане много музеев, из которых известнейший - галерея Брера. Она не очень велика, но чуть ли не каждая ее картина - шедевр. Милан славится и самым знаменитым оперным театром мира - "Ла Скала". Однако главное, из-за чего едут в этот город туристы, и единственное, что они там смотрят - это, конечно, "восьмое чудо света", огромный, высокий, сияющий золотистым мрамором готический собор. Считается, что итальянцы не любили готику (само слово "готический" придумали итальянцы: так они назвали нечто чуждое им, пришедшее от готов, от "варваров"). Однако и в Неаполе, и во Флоренции, и в Сиене, и в Пизе и во многих других городах мы увидим множество готических сооружений. Они не похожи на суровые немецкие соборы или на одухотворенные шедевры пламенеющей готики Франции. Итальянцы внесли в готическую архитектуру присущее им яркое чувство декоративности, нарядности (иногда чрезмерной), богатой фантазии. Таков и Миланский собор. Его готические элементы - узорчатые башни (пинакли), боковые опорные столбы (контрфорсы), опирающиеся на них стрельчатые арки (аркбутаны) - это скорее декорация, чем часть конструкции. Две с половиной тысячи скульптур (в том числе, изображение Владимира Мономаха) украшают его резные фасады и башни. Это самое большое в мире мраморное здание строилось больше пятисот лет и было закончено только в прошлом столетии. Собор красив при любом освещении и в любую погоду. Его обходят много раз вокруг, поднимаются на лифте на высокую крышу, любуются там великолепными скульптурами 15 века, спускаются и наконец входят внутрь. Внутри собор совсем не похож на свою сверкающую оболочку. Он сумрачен, суров, огромен, тих и прекрасен. Картины, надгробия и скульптуры вдоль стен, мраморная мозаика полов и яркость витражей не нарушают его аскетичного облика. Пока туристы толпятся с фотокамерами у пышной, во всю высоту стены, но довольно безвкусной гробницы одного из Медичи, я рассматриваю кованый торшер 13 века - чудо средневекового искусства. Он сравнительно невелик, никто не обращает на него внимания. Ажурная вязь торшера украшена сотнями изображениями пожирающих друг друга химер, чудовищ, ящериц, змей, обезьян, борющихся человечков... Когда я пришел полюбоваться им на другой день, я застал там съемочную группу из Франции, с юпитерами и штативами: она специально приехала делать документальный фильм об этом торшере.


Как путешествовать по Италии


Если вы уж в Милане, и если у вас есть время и настроение, то можно сделать из этого города по крайней мере две вылазки: одну на север и другую на юг. На север - в итальянские Альпы, к городу и озеру Комо, на юг - в Чертозу ди Павия. Кстати, о том, как ездят по Италии. Можно, как и везде, взять напрокат машину, но, если путешествуешь один, это невыгодно, да и не всегда хочется петлять по незнакомым улицам, решать неразрешимые проблемы парковки и пр. Я нередко ездил по Италии поездом, и это было очень удобно. Железные дороги Италии прекрасно организованы. Поезда ходят часто, вагоны чистые и удобные, вокзалы красивы, просторны, оснащены камерами хранения (Deposito) и всякого рода информацией. Если ты находишься, например, в Милане и хочешь узнать, как попасть из Флоренции в Болонью, достаточно подойти к карте железных дорог и нажать на ней на нужные точки. Принтер тут же напечатает тебе расписание движения из Флоренции в Болонью с указанием типа поездов, стоимости билетов и пр. Билеты в Италии, как и во всем мире, не слишком дешевы, но и не слишком дороги. Самый лучший для туриста способ - это купить так называемый "бильето километрико". По этому билету можно сделать 20 поездок общей протяженностью 2000 километров. Если вы едете, к примеру, из Милана в Рим, то можно выйти во Флоренции, отметить остановку и через два дня (кассир скажет вам, каков срок действия данного талона) продолжить путь. Это будет считаться одной поездкой. Если вы путешествуете вдвоем, можно купить на двоих один такой же билет и проехать с ним тысячу километров. Расстояние от одного интересного города до другого редко превышает час-два езды. Едва успеваешь перевести дух, прийти в себя от беготни, выпить воды, съесть бутерброд и наметить план дальнейших действий, как уже надо выходить.

Рядом с вокзалом, как правило, находится пункт информации для туристов (его легко узнать по вывеске "АРТ", что означает по-итальянски "агентство содействия туризму"). Там красивые девушки вручат вам бесплатно план города, схему расположения гостиниц, описания достопримечательностей и пр. В Италии любят туристов и делают все, чтобы привлечь их в страну. Итальянцы вообще благожелательны, приветливы и всегда готовы помочь. Если вы не знаете итальянского, на помощь придет язык жестов и улыбок. На вокзалах и в гостиницах можно объясниться по-английски. На каждом углу продаются недорогие путеводители на всех языках (часто и на русском), а продавцы в лавках всучат тебе сувенир, даже если ты глухонемой. Кстати, лавки в Италии полны занятных, красивых и не слишком дорогих вещей.

В Италии, разумеется, есть отели всех рангов. Не слишком богатому туристу более доступны так называемые пансионы - крошечные гостинички, состоящие иногда из одной большой квартиры. Стоимость сильно зависит от сезона и от города (например, Рим и Милан дороги, во Флоренции можно найти комнату подешевле). Нижний предел - около 30 евро.


Альпы


До Комо всего минут пятьдесят от Милана. Это старинный, маленький, чистый и, к сожалению, дорогой альпийский курортный город на берегу красивого озера, окруженного лесистыми горами. Там есть все, что полагается курорту: променад вдоль озера с ресторанами и гостиницами, прогулочные катера и пр. Если есть деньги, можно там хорошо и красиво отдохнуть. Если нет, то остается просто прогуляться по древнему городу, известному с римских времен (в нем, между прочим, родился Плиний Старший), осмотреть несколько интересных палаццо, башен, замков и церквей. Одна из них - строгая, внушительная, благородных очертаний церковь св. Абондио - шедевр романского зодчества 11 века. Внутри церковь выглядит еще суровее. Она была почти пуста и темна, когда я вошел в нее. Лишь один человек молился перед иконой мадонны. Трепещущее пламя свечей озаряло византийские лики святых.

Надо заглянуть и в собор, который считается некоторыми красивейшим зданием северной Италии. Это, конечно, преувеличение, но он действительно великолепен. Как и всякий огромный собор (просто удивительно, что Комо - городишко, едва ли насчитывающий два десятка тысяч жителей, имеет собор чуть ли не равный по размерам самой большому собору России - Исаакиевскому, но такова уж Италия), он строился и перестраивался сотни лет. Особенно наряден и своеобразен его фасад - причудливая смесь готики, Ренессанса и ломбардской фантазии. Внутри собор украшают драгоценные ковры и, как водится, искусно выполненные скульптуры, надгробия, фрески и пр. Все это вы осматриваете под торжественные звуки органа.

Можно теперь пойти на железнодорожную станцию и минут через десять оказаться в Швейцарии, в Лугано. Никаких виз и паспортов для этого не нужно. Смотреть там нечего, кроме приятного горного озера, очень похожего на Комо, но само сознание, что ты в Швейцарии, да еще в городе, где проходила когда-то какая-то историческая конференция большевиков, как-то вдохновляет. Насладившись этим сознанием, можно сесть на поезд с красивым названием, вроде "Цюрих-Венеция", вернуться в Милан, отдохнуть, переночевать, и с утра направиться в Чертозу ди Павия.


Святая обитель


Чертоза недалеко от Милана, меньше часа езды, но поезда туда ходят не часто, и следует обязательно узнать заранее расписание в справочном бюро грандиозного Миланского вокзала. И не путайте Чертозу ди Павия просто с городом Павия (ударение на "и"). Чертоза ближе на восемь километров к Милану, чем Павия, но попасть туда труднее: большая часть поездов идет мимо нее без остановки. Павия - старый университетский город, с древними донжонами - могучими прямоугольными башнями, перехваченными железными поясами, чтобы они не развалились от старости (увы, такие прецеденты уже были). Когда-то в таких башнях знатные семьи спасались от врага во время очередных распрей. Первый этаж донжона покоится на сплошном каменном основании высотой пятнадцать-двадцать метров. В случае опасности туда забирались по деревянной лестнице, поднимали ее за собой, запирали кованую дверь и спокойно жили в башне, пока волнения не кончатся. В былое время донжоны насчитывались в городах сотнями, теперь же их в Италии осталось немного (вы можете увидеть их в Болонье, Лукке и, в особенности, в Сан Джиминьяно, недалеко от Флоренции).

Павия - плоский, сумрачный и немного запущенный город. Там есть и старые церкви, и уникальный крытый мост, и Кремль, не уступащий по размерам миланскому (его тоже построили герцоги Висконти и Сфорца), но ехать туда пожалуй, не стоит. Лучше выйдем на маленькой станции Чертоза ди Павия.


Красивое название - Чертоза. Напоминает "чертоги". По-французски то же название звучит как Chartreuse - "шартрез". Когда-то в российских магазинах продавался ароматный ликер с таким названием. Известный роман Стендаля "Пармская обитель" называется в оригинале Chartreuse de Parme. Так что же такое шартрез или чертоза? Это монастырь ордена картезианцев, основанного в 11 веке и известного строгостью своего устава, предписывающего отрешенность от мирской жизни. (А название ликера происходит, вероятно, от того, что монахи славились своим умением настаивать напитки на ароматных травах. У Альфонса Доде есть полный юмора рассказ об этом.). Совсем недавно картезианцы покинули обитель близ Павии (теперь там живут цистерцианцы), но название "Чертоза" за ней сохранилось.

Чертоза была задумана герцогами Висконти как семейный мавзолей. Она построена архитектором Солари (не тем, кто построил Спасскую башню и Грановитую палату в московском Кремле, а его отцом). Позднее Джорджо Амадео, прославленный строитель Миланского собора, украсил главный фасад монастырской церкви изощренным декором. С тех пор не утихают споры о месте Чертозы в итальянской и мировой архитектуре. Одни (причем крупнейшие авторитеты, например, Яков Буркхардт) считают ее самым красивым зданием Италии и всего мира, другие - как, например, известнейший знаток Возрождения Алпатов - называют ее безвкусной игрушкой. Искусствоведов смущает чрезмерность, невероятная пересыщенность декора церкви. Я слышал, что на ее фасаде, облицованном белым, золотистым, зеленым, красным и бирюзовым мрамором, изваяно четырнадцать тысяч изображений, и это очень похоже на правду. Чертоза строилась довольно долго, начиная от готики и кончая барокко, и не отличается особой чистотой стиля. Как бы там ни было, это "самое итальянское" сооружение, и право, на него стоит посмотреть. Если вы ничего больше не увидите в Италии, этого будет достаточно, чтобы составить представление о художественном мастерстве и эстетическом чувстве итальянцев. Архитектура, живопись, скульптура, мозаика, кованые решетки, бронзовые светильники, терракотовые капители колонн, пышные гробницы, фонтаны, резьба по камню, инкрустации по дереву - в Чертозе есть все, и всего этого очень много.

Чертоза мне понравилась. Она расположена у самой станции, но идти ко входу надо довольно долго, почти час, вокруг стены, опоясывающей обширные монастырские дворы. Высокие старые деревья дают прохладную тень, кругом простираются зеленые, пахнущие травами, цветами и медом поля, тишина нарушается только пением птиц - я впервые там понял, что Чертоза не только страница из учебника по истории искусства, но прежде всего обитель. В ней сохранились нетронутыми клуатры - тихие закрытые дворы, окруженные прогулочными галереями, и кельи - отгороженные от мира, но открытые саду и цветам. Строг и гармоничен интерьер главной церкви, в которой находится усыпальница герцогов.

К сожалению, отовсюду и всегда приходится возвращаться. Горечь расставания смягчалась тем, что я отправлялся пока еще не домой, а через Милан во Флоренцию и Рим.


О Флоренции я пока не буду писать ничего. О ней написано столько, что я навряд ли смогу добавить что-либо свое. Поскольку покинуть Флоренцию с сознанием, что это - навсегда, что ты ее больше никогда-никогда не увидишь, просто невозможно, то я решил туда приехать еще раз, и свое намерение выполнил. Так что поговорим о Флоренции в другой раз, когда, быть может, будет подходящее настроение. А пока наша дорога лежит в Рим.


Из Тосканы в Умбрию


По пути из Флоренции в Рим можно сделать две остановки - в Ареццо и Орвието. Про Ареццо я слышал и читал довольно много: что этот тосканский город, известный еще со времен этрусков, украшен одной из красивейших ратушных площадей Италии, на которой устраиваются красочные карнавальные шествия "сарацинов", что там жил и работал архитектор и художник Джорджо Вазари (это он расписал, в частности, главный зал Дворца Синьории во Флоренции; прославился он, однако, прежде всего тем, что оставил жизнеописания художников - неоценимый источник сведений об искусстве Возрождения.) Я знал, что там, в базилике францисканцев, находятся знаменитые фрески Пьеро делла Франческа, которого многие считают лучшим художником Италии (он, как и Петрарка, Вазари, Учелло, Мазаччо, Сансовино, Микеланджело, был уроженцем этой земли). Была мне знакома по альбомам и чрезвычайно своеобразная церковь Санта Мария делла Пьеве с высокой "стооконной" звонницей - впечатляющий памятник романского зодчества 12 века. Все это я увидел. Было прохладное утро, моросил легкий дождь, воздух был чист и свеж, пахло свежей распускающейся зеленью. Город напомнил почти родной мне Таллинн своими узкими средневековыми улицами, готическим собором и крепостью на Вышгороде, старыми липами в тихих парках, шпилями церквей.


Про Орвието я, к своему стыду, не знал ничего, кроме того, что там находится знаменитый собор. Я предполагал, что собор находится "в центре" (города? деревни?), стало быть, "рядом со станцией", и что мне достаточно выскочить из поезда на полчаса, заглянуть в собор, сделать снимок и, не теряя времени, мчаться дальше, в Рим.

Сойдя с поезда, я увидел высокую отвесную скалу, похожую на ту, на которой высится знаменитая древняя иудейская крепость Масада у Мертвого моря. Подняться на нее, как и на Масаду, можно только на фуникулере. Скала завершается наклонным плато длиною несколько километров. На этом плато и находится древний и прекрасный город Орвието. Он так хорошо укреплен самой природой, что никогда не нуждался в оборонительных стенах. Он процветал уже во времена этрусков, от которых сохранились многочисленные памятники. В средние века Орвието был известен всей Европе. И поныне его украшают высокие башни, внушительные палаццо, старые церкви, крутые лестницы, тихие живописные мощеные улочки и нарядные лавки, где в оригинальных бутылях самых разных размеров и форм весьма недорого продается бледное ароматное вино, лучшее в Италии. Его, право, стоит попробовать. В одной старой книге написано: "Наслаждение бесконечно разнообразными винами Италии заставляет путешественника не менее часто благословлять избранную богами страну, чем обозреваемые им в ней сокровища всех искусств. Можно глубоко пожалеть всякого, кто по тем или другим причинам лишен случая испытать здесь это наслаждение. Чтобы подлинно узнать Италию, он должен преломить вместе с ней ее хлеб и разделить чашу ее вина. Дары ее духа не должны закрыть от него щедрот ее солнца и даров ее земли". Я, кстати, неоднократно преломлял там очень вкусный хлеб (в буквальном смысле слова) и заедал его превосходным сыром.

Но продолжим прогулку по Орвието. Вдоль крутого обрыва, окружающего город, идет тропа, с которой открываются просторы Умбрии. Овцы на мягких травяных лугах, скромные хижины, округлые холмы, зелено-голубые дали, как на картинах Леонардо - трудно себе представить более мирную и пленительную картину.

Однако более всего, конечно, Орвието славится своим готическим собором, а собор - своим великолепным узорчатым многоцветным фасадом, сияющим яркими синими, красными и золотыми тонами мозаик. Его украшают многочисленные скульптуры и барельефы, созданные лучшими мастерами Италии. Каменная готическая "роза" (центральное окно фасада) - одна из красивейших в мире. Интерьер собора торжествен и величав. Полосатые бело-зеленые мраморные колонны устремляются в бесконечную высь. Слева от алтаря, в особо отведенной для этого капелле, богомольцы преклоняют колена перед драгоценной ракой. В ней хранится главная реликвия собора - салфетка, которая, согласно легенде, во время молитвы одного священника вдруг стала сочиться кровью Христа (благодаря этому событию собор и начал строиться в 1290 году). С правой стороны - пронизанные светом настенные росписи фра Беато Анжелико и знаменитые сцены ада Луки Синьорелли, в том числе "Страшный суд". Не торопитесь уходить от них: ведь когда-то на том же месте, где теперь находитесь вы, перед ними стоял восхищенный Микеланджело, создавший затем фреску с тем же сюжетом в Сикстинской капелле Ватиканского дворца.

В Орвието можно еще осмотреть несколько интересных церквей и музеев, посетить этрусский некрополь, спуститься в знаменитый колодец св. Патрика глубиной более 60 метров, построенный в 16 веке, но навряд ли у вас хватит на это сил и времени. Надо спешить дальше, в Рим.


Вечный город


Описывать Рим - почти безнадежная задача. Я был там четырежды. Первый раз я бродил по нему пять дней и ночей и покинул его в почти бессознательном состоянии от усталости и обилия впечатлений, но с приятным ощущением, что я все видел. Потом я провел в нем еще девять дней и понял, что я Рим знаю плохо и почти ничего в нем так и не успел увидеть. Я вообще завидую лихим путешественникам, которые без тени смущения рассказывают, как они за пять дней успели посмотреть "всю Италию", а за восемь - всю Европу. Стендаль в своей книге "Прогулки по Риму" сетует, что года или двух никак не достаточно, чтобы узнать Рим. То же пишут Гете, Ампер, Байрон и многие другие. Правда, времена тогда были другие и темп жизни иной. Герои Стендаля - две дамы и их кавалеры, образованные, любознательные и тонко чувствующие. Их прогулки по Риму, ученые беседы и споры по поводу увиденного и составляют содержание книги. Как-то раз, например, у них возникли разногласия по поводу росписей плафона (потолка) собора Сан Джованни и они решили еще раз их внимательно рассмотреть. Они приехали на коляске к собору, кавалеры расстелили на холодном мраморном полу свои плащи, все четверо улеглись на спины и стали не спеша разглядывать потолок. Спустя три часа они вернулись к коляске, поехали в тратторию, заказали легкое вино и провели остаток дня в разговорах о фресках собора и об искусстве вообще.

Современные туристы если и бывают в Сан Джованни, то не в соборе, а на расположенном рядом рынке с тем же названием. Рынок велик и дешев, на нем бойко звучит родная речь, российские путешественники усердно хватают там кожаные куртки и кроссовки.

Сан Джованни в русском языке принято называть Латеранский собор св. Иоанна. Он расположен, естественно, на Латеранском холме, у древней римской городской стены. Стена эта с многочисленными величественными воротами, на которых целы еще надписи Senatus Populusque Romanus - "Сенат и народ Римский", прекрасно сохранилась. Она столь протяженна, что город вмещался в ней вплоть до ХХ века и лишь сравнительно недавно перешагнул за ее пределы.

Латеранский собор не столь уж популярен - все спешат лишь в храм св. Петра. Между тем, он является древнейшей резиденцией римских пап и поныне формально остается главным собором католичества. Несмотря на то, что Латеран расположен вне самого Ватикана, он (как и еще три других особо важных церкви) относится, тем не менее, к территории папского государства. Латеранский собор очень велик и по-своему красивее Ватиканского. Его интерьер украшают огромные фигуры двенадцати апостолов. Вдоль фриза у самого потолка тянется лента скульптурных потретов - головы всех пап, начиная от самого первого, Петра, и кончая ныне здравствующим. На одной из колонн - остаток фрески, исполненной Джотто. Про бесчисленные картины, росписи, мраморные мозаики и прочее нечего и говорить. Я провел в соборе часа два или три - непозволительно много для современного туриста, - но Стендаль не простил бы мне такого верхоглядства.


Рим - в отличие от золотой Флоренции, волшебной Венеции, патриархального Орвието, и прочих городов, к которым прочно приросли пышные постоянные эпитеты, вызывает у впервые попавшего туда глубокое разочарование. Огромный, немного неряшливый вокзал Термини, по которому шмыгают в толпе подозрительные субъекты, предлагающие "дешевые и безопасные" гостиницы. Площадь у вокзала, окруженная безликими кварталами тяжеловесных, относительно современных домов. Обширные пустыри с мрачными развалинами, которые носят знакомые с детства волнующие названия вроде "Термы Диоклетиана" или "Палатинский холм", но которые не становятся от этого ни красивее, ни жизнерадостнее. Облупленная штукатурка на фасадах домов, сараистого вида церкви - все как одна знаменитые, но часто весьма невзрачные снаружи. Тесные кривоватые улицы - ничего похожего ни на романтическое очарование средневековых городков, ни на торжественно-праздничную планировку просторных ансамблей Ленинграда или Парижа.

В Рим надо не спеша вживаться, внимательно всматриваться. Но туристу некогда. Он спешит за три дня обойти испытанный десятилетиями маршрут: Колизей, Капитолий, Форум, "Витторино" (огромный, но малосимпатичный беломраморный мемориал в честь объединения Италии в самом центре города), фонтан Треви (бросить монетку, "чтобы вернуться в Рим еще раз"), наконец, Ватикан - площадь, собор и музей, ну и конечно лавки и "просто улицы"- и на этом обычно знакомство с Вечным городом заканчивается. Не хватает времени и сил. И эрудиции.

Все названные места - замечательны, но это еще не весь Рим. Есть еще бесчисленные гигантские пышные церкви, ослепляющие богатством своего убранства - такие, как Санта Мария Маджоре (ее потолок покрыт золотом, которое привез из Америки Колумб), "св. Павла за стенами" и "св. Лаврентия за стенами" (эти очень старые- 4 века - церкви называются так потому, что они расположены за римской городской стеной: обе они, как и Латеранский собор, в силу своей святости и значительности считаются частью государства Ватикан). Не менее стары и почитаемы древние церкви Святого Креста в Иерусалиме (таково ее полное название, ибо там хранится часть креста, который Елена - мать императора Константина, привезла из Иерусалима), св. Климентия (она состоит из подземного и наземного этажей и сохранила еще свой византийский интерьер), св. Андреа делла Валле, Санта Мария сопра Минерва (она стоит на месте бывшего храма Минервы), Санта Мария дель Пополо, Арачели - и так далее, несть им числа.

Римские церкви заслуживают отдельного рассказа. Отдельной книги. Многие из них начали строиться еще при римских императорах. В шестом-двенадцатом веках они стали украшаться мозаиками, иконами и фресками в византийском духе, и их интерьеры стали походить на русские церкви (которых, впрочем, тогда еще не существовало). В 12-13 веке они стали перестраиваться в романском стиле, суровом, основательном, аскетичном. Этот стиль распространился на всю Европу (откуда и термин - "романский", т.е. римский). И, наконец, в 16-17 веке - во время расцвета папского Рима - церкви оделись в барочную одежду - яркую, пышную, чрезмерно изобильную и порой безвкусную. Таков собор св. Петра, такова невероятная по богатству декора церковь Иль Джезу (т.е. Иисуса; это главный храм ордена иезуитов, в ней похоронен основатель ордена Игнатий Лойола). Бесчисленные перестройки, теснота и древность города привели к тому, что многие церкви выглядят снаружи весьма неказисто. Впрочем, иногда они или почти не видны совсем, или видны только их фасады, стиснутые другими зданиями. Но внутри соборы необыкновенно нарядны. Они украшались в течение многих столетий величайшими мастерами и искуснейшими ремесленниками. Стены, пол, колонны облицованы удивительной красоты мрамором всевозможных цветов - белым, черным, розовым, зеленым, золотистым, дымчатым, пестрым - и отделаны полудрагоценным камнем других пород - нефритом, порфиром, яшмой, лазуритом. Витражи, мозаика, фрески, лепка, скульптуры, барельефы, надгробия, алтари, резные скамьи, люстры, позолота, гобелены, бронзовые украшения, картины - все это не может не произвести впечатления. Итальянцы, в отличие от практичных голландцев, еще не догадались брать деньги за вход туристов в церкви (хотя берут иногда плату за посещение музеев при церквях, наиболее знаменитых часовен и пр.). Поэтому можно свободно разглядывать творения Донателло, Караваджо, Микеланджело, "просто так" оставшиеся в церкви, для которой они были созданы. Если, например, вам придется быть возле церкви Сан Пьетро ин Винколи ("св. Петра в цепях") и вам удастся ее заметить в узком переулке, зайдите внутрь и увидите лучшую скульптуру Микеланджело - знаменитого Моисея.

Если вы любознательны и если у вас есть время, по большому собору лучше ходить с путеводителем в руках. Иначе среди множества десятков, иногда сотен картин, скульптур, мозаик, фресок и гробниц вы просто не найдете шедевров, которыми этот собор гордится.

Некоторые церкви Рима в течение многих столетий сохраняют свой первозданный суровый облик. Такова Санта Мария ин Трастевере (т.е. "за Тибром") с чудными мозаиками Каваллини, столь же почитаемого итальянцами, как и Джотто. Близка ей по духу и Санта Мария ин Космедин, что находится на Бычьем Форуме. На стене ее портала, прямо на улице, сохранилась древняя каменная маска, которую называют "Уста правды". Если вы лживый человек и сунете палец маске в рот, она откусит вам его... Тут же, на Бычьем Форуме находится прелестный маленький круглый римский храм Весты. Недалеко от Форума - еврейский квартал и интересными лавками и внушительной синагогой.

Если идти от синагоги по набережной вдоль Тибра, мы увидим остров Тиберия с мостом римских времен, "Алтарь мира", воздвигнутый императором Августом, и рядом - руины его мавзолея, затем - недалеко от Ватикана - замок святого Ангела (гробница императора Адриана). Не сразу заметно, что замок соединен с Ватиканом длинным крытым переходом, похожим на виадук. По этому проходу во время частых междоусобиц папы бежали из своего дворца в замок пережидать опасность. В Риме надо еще посетить Пьяцца дель Пополо, Пьяцца деи Фьори (площадь Цветов), где был сожжен Джордано Бруно, Пьяцца Навона (которая находится на месте древнего римского ипподрома, и которая гордится сейчас шедеврами двух величайших гениев барокко - Бернини и Борромини), галерею и сад Боргезе (непременно!), Пантеон (обязательно Пантеон!), и уж, конечно, известную на весь мир площадь Испании с ее знаменитым фонтаном "баркетто" - "лодкой" (тоже творение Бернини) и лестницей. Я был там во время выставки азалий, которая проводится каждые два года весной и смотреть которую съезжается вся Европа. Лестница превращается в водопад ярчайших белых, розовых, красных цветов. Покинув площадь и продолжая путь по улице Четырех фонтанов, мы увидим, среди прочего, мемориальную доску, на чистом русском языке сообщающую, что в этом доме Гоголь написал "Мертвые души". Во время всех этих прогулок надо, конечно, не забывать о встречающихся на пути прекрасных ренессансных палаццо: Барберини, Фарнезе, Боргезе, Мадама, "Венеция"... А есть еще Квиринальский, Яникульский и Палатинский холмы, есть живописнейшие улицы, лестницы и переулки, есть великолепнейшие музеи, есть интереснейшие пригороды, есть Вилла Адриана, сады и фонтаны Тиволи, Римские Замки, есть Аппиева дорога и катакомбы - и только тогда вы начинаете с грустью понимать, что вы ничего еще в Риме не видели и - что делать - наверное, уже никогда не увидите... Ars longa, vita brevis est. Жизнь коротка, а искусство бесконечно. А ривидерчи, Рома, прощай, прекрасный Рим!


Неаполь


Если кто-нибудь хочет видеть "итальянскую" жизнь, а не только произведения искусства и древние руины, тот должен ехать в Неаполь. Не то, что бы там нечего было смотреть - там есть и знаменитый Castel Nuovo - Новый Замок, который на самом деле очень старый, и отделанный алмазным рустом старинный Университет, сверкающий как черный бриллиант, и один из богатейших музеев мира (Национальный), и Королевский дворец, и построенные норманнами готические соборы, в которых на мраморных саркофагах вечным сном спят изваяния рыцарей и епископов. Там вас ожидает прославленный вид на Неаполитанский залив, воспетый столь многими поэтами и художниками, от Брейгеля до Симеона Щедрина. Но все-таки главное, ради чего стоит ехать в этот город - это зрелище самой жизни.

"Чтобы видеть толпу, действительно переполненную безотчетной, не рассуждающей и суеверной радостью существования, надо пройтись по главной улице Неаполя, знаменитой Виа Толедо. Ее тесные и грязные тротуары с утра и до позднего вечера запружены народом, умеющим быть счастливым от простого сознания своего бытия. Неаполитанец живет только тогда, когда он испытывает удовольствие. Он умеет наслаждаться своей ленивой и легкой походкой, своим ярким галстуком, сияющим небом над головой, ощущением на лице морского ветра, шумом колес, пестрыми нарядами встречных женщин и запахом съестного, вырывающимся из широко открытых дверей ресторана. Все плохие качества неаполитанского народа: предательство, лукавство, корыстолюбие и порочность - можно простить за прекраснодушное увлечение такой невинной вещью, как хождение взад и вперед по главной улице.

О лености неаполитанского народа сложились легенды. Но в действительности весь этот люд чем-то занят и больше всего занят торговлей. Нигде в Европе не торгуют с такой страстью, как в Неаполе.

Неаполитанец до страсти любит деньги, но способы честного и медленного обогащения созданы не для него. Он предпочитает жить от субботы до субботы надеждой на выигрыш в лото. Всякое дело жизни в Неаполе теряет свою серьезную и моральную основу. Политика, которой неаполитанцы предаются со страстью, становится здесь тоже похожей на азартную игру. Итальянский парламент видел бы в своих стенах меньше интриг и нечистых сделок, если бы в нем было меньше южан, слишком горячо желающих для себя разных земных благ. При такой врожденной любви к беспорядку естественно, что этот народ с трудом поддается основанной на законе гражданственности".


Неаполь не похож на остальную Италию. Да он, можно сказать, и не совсем итальянский город. Основали его в незапамятные времена греки (само его название означает по-гречески "Новый город"), потом, после римлян, им владели норманны, испанцы. Здесь не соскучишься. Яркие свадебные процессии у церкви самого почитаемого здесь святого - Януария (Сан-Дженнаро), шумные и самые дешевые в Италии рынки, где можно купить все что угодно - от старинной камеи до новейшей марки пистолета, колоритная жизнь квартала Санта Лючия... Уезжать отсюда явно не хочется, но все же приходится разлучиться с Неаполем хотя бы на несколько часов, чтобы посмотреть Помпеи.


Помпеи


О легендарных Помпеях не стоит рассказывать долго. Каждый из нас представляет, что это такое, или, по крайней мере, думает, что представляет. Город, погребенный пеплом Везувия во время извержения 79 года. Время донесло до нас свидетельство очевидца этого трагического события, Плиния Младшего, описавшего в письме к историку Тациту гибель своего дяди Плиния Старшего, знаменитого естествоиспытателя: "Пространство, ведшее к его помещению, было уже так сильно засыпано пеплом с кусками пемзы, что стоило еще задержаться в спальне, и выйти было бы невозможно. Положив на головы подушки, они привязали их полотенцами: это было защитой от каменного дождя. Уже в других местах наступил день. Здесь была ночь, чернее и гуще всех ночей (от облаков пепла). Слышны были женские вопли, детский писк и крики мужчин. Пламя и запах серы обращали всех в бегство и заставили его встать. Опираясь на двух рабов, он поднялся и тут же упал, задохнувшись..."

Помпеи были раскопаны в 18 веке и впервые открыли изумленному миру повседневную жизнь древних римлян, их частные жилища, бани, пекарни (сохранился даже обугленный хлеб в формах), мастерские, лавки, меняльные конторы, школы гладиаторов, публичные дома, пивные, кладбища, фрески, театр, мощеные камнем улицы и просторные площади. Значительная часть города еще не раскопана, а находящийся рядом Геркуланум почти весь еще лежит под пемзой. Помпеи выглядят как всякие руины - не очень зрелищно - и могут разочаровать того, кто ожидал в них увидеть невесть что, впечатляющую театральную сцену вроде "Последнего дня Помпеи". Многие фрески и мозаики свезены в превосходный Национальный музей в Неаполь (там-то и надо их смотреть), скульптуры заменены копиями. Вообще, сохранить памятники, веками покоившиеся под пемзой в целости и сохранности, а теперь открывшиеся солнцу, дождю, туристам и ворам, не так-то просто. Поэтому археологи не торопятся раскапывать Помпеи до конца. На город этот надо смотреть скорее взором внутренним, призывая на помощь воображение и память веков.

Если возвращаться в Рим из Неаполя пароходом, мы увидим поднимающиеся прямо из воды мощные стены Castel Nuovo. Потом открывается широкая панорама раскинувшегося амфитеатром города, раздвигается дуга залива, ограниченная башенками маяков, справа конус Везувия постепенно скрывается в дымке, вот мимо проплывает остров Капри с его скалами и гротами, и вот уже не видно ни города, ни острова... Но мы направимся дальше, на юг Италии.

Любители природы могут подняться на Везувий. Большую часть пути ты едешь на машине, потом, заплатив за право прохода к знаменитому кратеру, продолжаешь идти пешком. Дорога не близкая, и ветер холодноват, но зрелище дымящегося у твоих ног кратера величиной с большой стадион вполне вознаграждает твои усилия.

Южнее Неаполя начинается знаменитый гористый берег Амальфи с захватывающими видами, напоминающими побережье Крыма. Но только здесь горы выше, обрывистые скалы круче, море синее и солнце ярче. Тех, кто захочет ехать еще далее, ждут прекрасные пейзажи Маратеи, великолепно сохранившиеся греческие храмы Пестума, горы Калабрии (очень стоит заглянуть в деревню Пьетропертоза, спрятавшуюся в уникальных по красоте скалах) ) и, наконец, Сицилия. Сицилия - это отдельный мир, и нем следует рассказать отдельно. Но мы сделам это как-нибудь в другой раз.


Родина святого Франциска


Чтобы дальнейший путь из Рима по Италии не показался вам хаотичным, взгляните на карту и очертите маршрут по S-образной линии: Рим-Ассизи-Перуджа-Сиена-Пиза-Лукка-Флоренция. Что ни город - целая книга, роман, поэма - все что угодно, только не несколько строк в коротком очерке...

Итак - первая остановка в Ассизи, родине Франческо Ассизского, основателя нищенствующего ордена францисканцев. Франциск, любимый святой итальянцев и всей Европы, проповедовавший отречение от земных благ, любовь к людям, ко всему живому и вообще к природе, фигура вполне достоверная и внушающая симпатию. Солнце он называл "брат солнце", зайца - "брат заяц". Прославленная фреска Джотто, в которой изображается проповедь Франциска "братьям" птицам, стала в наши дни остро современной.

После огромного шумного Рима Ассизи - обитель мирная трудов и чистых нег. Тихий маленький город, забравшийся на вершину высокой горы, был уже очень старым даже во времена Франческо, в 12 веке, и даже во времена римлян, о которых напоминает прелестный храм Минервы. Две крепости (Большая и Малая Рокка), многочисленные церкви, средневековые улочки, прохладные фонтаны, зеленые холмы и равнины, окружающие город, уют, покой - вот что такое Ассизи. Разумеется, есть там и собор, очень красивый и древний. Но главная достопримечательность города, ради которой в него стекаются паломники и туристы со всего мира, это, разумеется, церковь св. Франциска. Город жив единственно этим святым и, отчасти, его последовательницей святой Кларой. Вам покажут дом, где родился Франциск, рубище, которое он носил, и место, где он погребен.

До двадцати лет Франческо вел жизнь, обычную для юноши из богатой и знатной семьи. Потом он вдруг круто переменился и отказался от всех земных благ (у Джотто есть даже фреска, которая изображает, как св. Франциск снимает на улице с себя одежду и бросает ее под ноги отцу. Стоящий рядом епископ спешит прикрыть его наготу плащом). Оставшиеся двадцать четыре года своей жизни Франческо провел в молитвах, постах и проповедях. Его религиозная экзальтация была столь сильна, что на кистях и стопах у него появились раны ("стигматы"), как у распятого Христа.

Немедленно после смерти святого начала строиться церковь в его честь. Прошло двадцать лет после ее завершения, и над старой церковью, которая стала теперь называться "нижняя", монахи построили новую, "верхнюю". Нижняя церковь - приземистая, основательная, несущая еще черты сурового романского стиля. Она плохо освещена, что не мешает выглядеть ей очень нарядной, потому что в течение нескольких веков ее украшали лучшие мастера Италии, в том числе такие гиганты, как Джотто, Лоренцетти, Чимабуэ, Симоне Мартини. Синий, в золотых звездах сводчатый потолок ("небо"), несмотря не небольшую высоту, не кажется низким. Пылающие яркими фресками стены расширяют пространство. Зал напоминает древние палаты Московского Кремля.

По замыслу, нижняя церковь, где хранились реликвии святого, символизировала его земную жизнь. Верхняя - светлая, устремленная ввысь (это уже готика) воплощала жизнь небесную. В ней-то и находится прославленный цикл Джотто, повествующий о жизни Франческо. Иностранные ученые, правда, склонны иногда сомневаться в принадлежности фресок этому великому мастеру, но сами итальянцы с негодованием эти сомнения отвергают. Так или иначе, рассматривать эти фрески очень интересно. Смотришь и думаешь - а, может, перестать крутиться и суетиться, сбросить с себя одежду, надеть дырявую мешковину, перепоясаться веревкой и отправиться куда глаза глядят? "И не глядеть бы на изгибы людских страстей, людских забот"...


Перуджа


Обычно мы так или иначе представляем себе место, куда едем. Некий неясный образ Перуджи рисовался и в моем воображении. Она представлялась, как нечто плавное, нежное и певучее - должно быть, потому, что таковы картины знаменитого Перуджино и его еще более знаменитого ученика Рафаэля. И известная по альбомам главная достопримечательность Перуджи, Fontana Maggiore, "Большой фонтан" со скульптурами работы Никколо и Джованни Пизано, величайших скульпторов Возрождения, украшавших также соборы в Пизе и Сиене, укрепляла мое представление. Однако, как сказал один мудрый человек, "все обычно происходит не так, как мы на то надеялись, или как мы того опасались".

Я прибыл в Перуджу поздно вечером, почти ночью. После Флоренции и Рима я почему-то вообразил, что вокзалы в Италии всегда находятся в историческом центре города, хотя опыт Бергамо, Орвието, Ареццо, Ассизи (а впоследствии и многих других городов) мог бы научить меня обратному. Сойдя с поезда, я увидел в темноте тускло светящиеся унылые коробки построенных вчера многоэтажек. С рюкзаком на плечах я неосторожно отправился искать гостиницу в полной уверенности, что найду ее за ближайшим углом. В Риме и Флоренции я справился с этой задачей за 15 минут. Не то в Перудже. Чуть ли не час я безрезультатно слонялся по безлюдным и безликим улицам, пока, наконец, не встретил первого прохожего, который посоветовал мне вернуться к вокзалу и ехать автобусом в старый город, куда-то далеко и высоко. Время близилось к полуночи, но автобус, к счастью, еще ходил. Шофер высадил меня у какой-то башни и неопределенным жестом указал вверх. Я потащил рюкзак все вперед и выше по узким темным переулкам. Редкие лампочки выхватывали иногда из тьмы мощные стены с зубцами и бойницами, высокие арки, башни, ворота и лестницы. Перуджа оказалась могучей и грозной. Спросить дорогу было не у кого. Случайно я набрел на высокий средневековый дом с крутой двускатной черепичной крышей - единственный, в котором светилось окно. Я постучался, чтобы узнать, на каком я свете. Дом оказался гостиницей. (Только спустя несколько месяцев я узнал из книги "Негостеприимная Перуджа" о некоем добром аббате Гортензиусе, расположившемся на ночлег в одной из ниш собора после долгих и тщетных поисков иного места.)

При дневном свете Перуджа оказалась более приветливой, но столь же грозной и могучей. Она стоит на высокой крутой горе и окружена стенами и башнями, построенными еще этрусками и впоследствии укрепленными Римом. С ее пяти холмов открывается чарующий вид на Умбрию, чьи мягкие и округлые очертания вот тут уж точно напоминают пейзажные фоны Перуджино. Недаром Данте сравнил этот вид с "песней любви". Исторический центр Перуджи невелик по размерам и слагается из украшенной Большим Фонтаном главной площади, на которую выходят собор и дворец Приоров, и нескольких средневековых кварталов, значительную часть которых занимает университет - один из старейших в Европе (он основан в 13 веке). Здесь есть и еще один университет, где преподают только итальянский язык и только для иностранцев, которые стекаются сюда с этой целью со всего мира.

Перуджа была известна своей воинственностью и поставляла солдат всей Италии. Не раз ее раздирали и внутренние распри. Расцвет ее приходится на 14 век, когда ею владел род Фортебраччо - "Крепкая Рука". Великолепный сводчатый Зал Нотариев Дворца Приоров, стены которого покрыты яркими фресками времен Джотто, украшен гербами этого рода. Очень внушительны церковь св. Джулианы 14 века и еще более древняя церковь-башня св. Бевиньята. Но самый интересный памятник церковного зодчества в Перудже - маленькая, очень старая (4 века!) ротонда церкви Михаила Архангела. Ее круглый центральный зал, уютный и гармоничный, окружают 24 колонны, перенесенные еще из древних языческих храмов. Четыре боковых капеллы образуют в плане крест.

В Перудже есть еще много интересного: и уникальный археологический музей, напоминающей о временах, когда этот город был столицей этрусков, и картинная галерея, и богатая живопись в церквях, но - время, время, время... Нас давно ждет Сиена.


Сиена


"Воспоминание о Сиене в ряду других итальянских воспоминаний остается самым светлым и наиболее дорогим. Вдали от Италии образ этого благороднейшего тосканского города, как ничто другое, заставляет грустить о прошедших и счастливых странствиях. В нем соединяется все, что заставляет биться сердце при слове "Италия" - святая древность, цветущие искусства, речь Данте в устах народа, чувство воздуха, чувство насыщенной тонкими силами земли, производящей веками мирные оливы и хмельной виноград. Свой древний средневековый облик она сохранила лучше других итальянских городов. Воздушные пространства нигде не открываются так вольно, как с края ее трех холмов. И земля Сиены, коричневая и красная от неостывших еще сил творчества, кажется обладающей высшей природой - той землей, из которой был создана первая оболочка человеческого духа".

Так описал Сиену в начале 20 века Павел Муратов в своей известной книге "Образы Италии". Красиво и небуднично писали раньше, и к этому описанию, право, нечего прибавить, кроме некоторых прозаических и практических подробностей.

По правде говоря, я колебался, посещать ли Сиену или нет. Нельзя успеть все. Лишь соображение, что здесь находится знаменитейший готический собор Италии, побудило приехать вэтот город, и я был щедро за это вознагражден.

Сиена - удивительный город, и привлекательность ее трудно объяснить. Как будто немного в ней памятников архитектуры мирового класса (собственно, всего два или три), и нет прославленных музеев типа Ватиканского или Галереи Уфици (хотя музеев много и очень хороших), и вообще - что мы знаем об этом городе, кроме того, что есть масляная краска с таким же названием - "сиена"? И все же из ее плена очень трудно вырваться. Можно без конца бродить по ее тесным улицам, останавливаться перед древними церквями и нарядными дворцами, заглядывать в увитые плющом и украшенные барельефами и фонтанами дворики старых домов, любоваться широкой панорамой зеленых равнин с ее высоких холмов и, конечно же, сидеть на ее легендарной центральной площади "Кампо" ("Поле"), прямо на камнях мостовой, как это делают сотни других людей - просто сидеть и не уходить, потому что уйти с нее решительно невозможно. Эта полукруглая в форме амфитеатра площадь, разделенная белыми полосами на девять секторов (память о Правительстве Девяти, управлявшем Сиенской республикой в 14 веке), стремительно сбегает вниз, к единой точке, в которой стоит внушительный Падаццо Публико - Общественный Дворец, старинная ратуша Сиены. Величественность этого здания подчеркивается огромной башней, служившей одновременно и крепостью, и колокольней.

На Кампо проводится знаменитое костюмированное представление "Пальо" - в память о славном прошлом Сиены. Когда-то этот город соперничал с самой Флоренцией, воевал с ней и не раз выходил победителем. В ратуше, превращенной в музей, и сейчас еще сохранились росписи, прославляющие успехи сиенского оружия. В Сиене процветала своя школа живописи, не уступавшая флорентинской. Она отличалась особенной нарядностью, мягкостью, одухотворенностью, выразительностью. Картины и фрески (среди них - всемирно известные шедевры) ее лучших представителей - Дуччо, Симоне Мартини, Амброджо Лоренцетти,- находящиеся в Общественном Дворце, являются предметом гордости Италии. Эти художники не столь известны нам, как, скажем, Рафаэль, Микеланджело или Леонардо, но, поверьте, они ничуть не хуже.

Как известно, банковское дело зародилось в Италии (само слово "банка" означает "скамья"; на ней сидел меняла, менял флорины на дукаты, брал деньги на хранение и давал их в долг). Банкиры Италии давали деньги взаймы даже королям. В Сиене сохранился красивейший палаццо могущественного банкирского дома Толомеи, законченный еще в 1267 году. Теперь в нем находится... банк Толомеи!

Если спуститься вниз, в глубокий зеленый овраг по тропе рядом с суровой церковью доминиканцев, можно увидеть самое романтическое место в Сиене - источник Фонте Бранда, упоминаемый уже в 1081 году. Он представляет собой прикрытый каменным портиком бассейн, из которого непрерывным потом струится вода. К нему примыкает церковь св. Клары, покровительницы сиенцев. Ее письма (они сохранились) свидетельствуют об энергии и силе характера этой незаурядной женщины. Дом святой был перестроен в церковь в конце 15 века.

Но пора, наконец, направиться к собору. Он строился и перестраивался около двухсот лет (13 и 14 века) и не переставал украшаться вплоть до нашего времени. Бело-зеленый, сияющий, изощренно украшенный собор ослепляет великолепием своего фасада. Перед ним находятся две небольших отдельно стоящих колонны, увенчанные изображением символа города - сиенской волчицы, кормящей близнецов (человеческих). Точно такой же символ, как известно, и у Рима, только, по уверениям сиенцев, их волчица древнее, что вполне возможно, так как город был известен уже во времена этрусков.

Чтобы хотя бы поверхностно осмотреть собор, надо быть в нем долго, лучше целый день. И лучше не один раз. Перечислять всего его украшения, гробницы, капеллы, витражи, мозаики,- безнадежная задача. Можно и нужно, конечно, упомянуть "Иоанна Крестителя" Донателло, эпохальную для скульптуры Возрождения кафедру работы Джованни Пизано - (гипсовая копия ее выставлена в Москве, в Музее изобразительных искусств), "Библиотеку Пикколомини" с фресками, картинами и статуями редкой красоты (Пиккколомини - знатный сиенский род, давший Италии много известных людей, в том числе папу Пия Третьего, который и пристроил эту библиотеку к собору. В Сиене можно увидеть дворец Пикколомини, или "дворец папессы" - сестры Пия. Об одном из Пикколомини написана известная трагедия Шиллера) На карнизе интерьера изображены 200 скульптурных портретов пап и императоров. Я ограничусь только коротким рассказом о полах собора. Итальянцы вообще любили и умели выстилать полы прихотливым узором из разноцветного мрамора. Однако даже для Италии каменные мозаики полов Сиенского собора - явление исключительное. Пятьдесят шесть живописных цветных панно вмонтировано в полы. Особо ценные из них, редчайшие черно-белые мозаичные картины, прикрыты для сохранности щитами и открываются для обозрения только на один месяц в году, в августе. Но и тех, что открыты, достаточно, чтобы задержаться в соборе очень надолго. Эти многофигурные композиции изображают библейские и аллегорические сцены: "Моисей высекает воду из источника", "Семь возрастов человека" и т.д.

К собору примыкает его ровесник - мраморный баптистерий, увенчанный массивным куполом.

Я пишу сейчас о Сиене и снова вижу перед собой полосатые бело-зеленые колонны собора и устремляющуюся в вечном движении вниз, к центру, площадь Кампо... Действительно, в этом городе соединяется все, что заставляет биться сердце при слове "Италия"!


Пиза


Пиза, как и другие города Италии, знала периоды подъема и падения. Период подъема - лет 600-700 назад - был краток и блистателен. Период провинциального застоя - скучен и продолжителен. Пиза располагалась когда-то возле моря, теперь оно от нее отступило. Она стоит на той же реке Арно, что и Флоренция - но никто этого не знает.

Пиза - город плоский, скучноватый и ничем особенным не приметный. Сорок пять минут ходьбы, отделяющие вокзал от цели вашей поездки, не доставят глазу никакого особенного удовольствия, пока вы не достигнете Арно. И тут, прямо на берегу, вас ждет сюрприз: крохотная готическая церковь Санта Мария делла Спина, украшенная скульптурами, резными фронтончиками и кружевными каменными балдахинами. Отступая из России, Наполеон сказал об одной из церквей Вильны, что, если бы мог, он унес бы ее с собой на своей ладони. Мне тоже захотелось унести из Пизы эту беломраморную игрушку к себе домой.

Но наша цель - легендарная Пьяцца деи Мираколи, "Площадь чудес" с ее Падающей башней. Я, разумеется, знал эту башню по бесчисленным фотографиям, и все же, когда она неожиданно открылась взгляду из-за поворота, я вскрикнул от неожиданности: башня падала! Авторы монографий по искусству снисходительно посмеиваются над туристами, которые замечают в выдающемся шедевре архитектуры только одно - что он вот-вот свалится,- и, тем не менее, надо честно признаться, что именно это и производит наибольшее впечатление.

Пьяцца деи Мираколи представляет собой зеленый луг (что тоже необычно), на котором стоят четыре сооружения из белого мрамора: собор, баптистерий (крестильня), здание кладбища Кампосанто и кампанила, т.е. звонница - она же Пизанская башня. Все это великолепие было построено очень давно - в 12-13 веке, в прекрасном, лапидарно простом романском стиле, и лишь блеск мрамора придает этим строгим зданиям нарядность. Главный, почти единственный мотив декора - многоярусные аркады, опирающиеся на небольшие колонны. Баптистерий был закончен на век позже, и его цилиндрический фасад по всему кругу украшен готическими стрельчатыми фронтонами и иголками маленьких шпилей.

Знаменитая башня несколько разочаровывает. Подниматься на нее не разрешают. Зато пускают в другие здания, и там есть что посмотреть. Прежде всего, собор. Задержитесь у бронзовых дверей 1180 года, обратите внутри внимание на огромную мозаику над алтарем (еще чувствуется дыхание Византии), на так называемую лампу Галилея (жившего некогда в Пизе), и, самое главное, на знаменитую кафедру (старшую сестру кафедры Сиенского собора) работы Джованни, носившего по понятной причине прозвище Пизано. Династия Пизано создала наиболее яркие скульптурные шедевры своего времени.

Музей Кампосанто был когда-то уникальнейшим собранием шедевров искусства Средних веков и Возрождения. К сожалению, во время Второй мировой войны оно было практически уничтожено в результате бомбежки. И все же то, что осталось, производит огромное впечатление. Чтобы осмотреть весь комплекс Пьяцца деи Мираколи, хватит двух-трех часов (если вы не какой-нибудь уж особо заядлый любитель искусства).

А теперь вернемся тем же путем, чтобы еще раз пройти мимо Санта Мария делла Спина, к вокзалу. Минут тридцать езды на поезде - и мы в Лукке.


Лукка


Когда я спрашивал у итальянцев, какой из их бесчисленных маленьких прекрасных городков стоит посетить, они неизменно отвечали: "Лукку!"

И вот я в Лукке. Она заключена в овал крепостных стен. Теперь по насыпанному вдоль них земляному валу ведет прогулочная дорожка, обсаженная деревьями. С нее открывается прелестный вид на средневековый город с его черепичными крышами, высокими колокольнями и башнями-донжонами. Одна из площадей Лукки расположена на месте римского амфитеатра и сохранила его замкнутую овальную форму. Ее фотография неизменно красуется на обложках рекламных проспектов, приглашающих посетить этот уголок Тосканы.

На одной из улиц я набрел на дом, в котором родился Пуччини.

Наиболее интересным зданием Лукки является, конечно, главный собор, напоминающий своим фасадом пизанский, но не такой гармоничный. Это очень древнее сооружение, медленно и упорно воздвигавшееся несколько веков. Из его памятников мне более всего мне понравилось надгробие Иларии дель Карретто работы сиенца Якопо делла Кверча, величайшего скульптора Италии начала Возрождения (в Сиене, на площади Кампо, мы уже могли видеть фонтан его работы). Красавица Илария спит глубоким сном на мягкой мраморной подушке. В ногах ее покоится собака - символ верности.

Признаюсь, Лукку я осматривал не очень внимательно. Я вдруг почувствовал смертельную усталость. Соборы, памятники, площади, дворцы, картины, фрески - сколько этого уже было и сколько еще будет! Я оставил город без особого сожаления, тем более что покидал я ее ради Флоренции.


Флоренция


Флоренция! Как ни хочется писать деловито, прозаически и без излишней лирики, при одном имени этого великого города нельзя не удержаться от восклицательного знака. Даже тот, кто никогда не интересовался поэзией, остановится здесь в задумчивости перед домом, в котором родился Данте. Даже человек, глубоко равнодушный к прошлому, преклонит голову перед могилой Микеланджело, который здесь погребен. Даже у тех, кто никогда не изучал искусство, забьется сердце при звуке имен Джотто, Донателло, Леонардо да Винчи, Ботичелли... Они (а также Бруннелески, Вероккио, Учелло, Гирландайо, Арнольфо ди Камбио, Бенвенуто Челлини, Джорджо Вазари, Андреа Орканья, Филиппо Липпи, фра Беато Анжелико, Микелоццо и так далее, несть им числа) не только строили и украшали город, они жили в нем и ходили по тем же улицам, по которым ходите теперь вы. Флоренция не только красива, она уютна, в нее входишь как в свой дом, знакомый и теплый. Она притягивает к себе и не хочет отпускать. В ней чувствуешь себя счастливым, радостным и спокойным. Почти в каждом уголке старой Флоренции можно сидеть часами, и только мысль, что где-то рядом могут находиться здание или площадь еще более прекрасные, внушает "охоту к перемене мест". Тоскана - жемчужина Италии, а Флоренция - столица и жемчужина Тосканы. Здесь родился современный итальянский (тосканский) язык, здесь началось могучее художественное явление, позднее получившее название Возрождение.

Сами итальянцы не знают этого термина. Вместо него они применяют прозаические числительные, которые в ходу и в русской специальной литературе и которые нам не мешало бы знать. Все, что создано в 1300-е годы, они называют просто "треченто", т.е. "триста", в 1400-е - "кватроченто", и в 1500-е - "квинквеченто". Соответственно, треченто (например, Джотто) - это раннее Возрождение, кватроченто, особенно конец его, - Высокое Возрождение (Рафаэль, Леонардо да Винчи, Микель Анджело и десятки других), а квинквеченто - это позднее Возрождение, за которым следует маньеризм и барокко. Но барокко - это гордость Рима, Флоренция же - колыбель и сокровищница Возрождения.


Первое, что я увидел, подъезжая к Флоренции, это надпись на здании вокзала - "Firenze SMN". Только потом я догадался, что это название, аналогичное "Ленинград-Витебский" или Москва-Савеловский", означает "Флоренция - Санта Мария Новелла" - по имени известной церкви, расположенной рядом. (Точно так же главный вокзал в Риме называется "Термини", что означает вовсе не "терминал", а термы Диоклетиана, расположенные на другой стороне вокзальной площади). Церковь закончена в 1470 году крупнейшим архитектором кватроченто Леоном Баттистой Альберти, и украшена работами выдающихся скульпторов и живописцев. Среди прочего в ней стоит посетить красочную Испанскую капеллу, расписанную Доменико Гирландайо.

Я остановился в первом же попавшемся пансионе рядом с вокзалом, на живописной средневековой улочке Фаенца: когда-то на ней располагались мастерские по производству фаянса, или майолики, которой всегда славилась Италия. Бросив вещи, я сразу устремился к Duomo, к собору. Он открылся мне внезапно, на выходе из какого-то переулка, - светящийся разноцветным мрамором, прекрасный и радостный, как сама Флоренция. Его начал строить в 1296 году Арнольфо ди Камбио - блистательный архитектор и скульптор, а спустя полтораста лет Бруннелески увенчал его непревзойденным по красоте куполом. В их честь рядом с собором стоит памятник. Собор столь же праздничен снаружи, как суров и величав внутри.

Соборная площадь слагается из трех основных зданий: баптистерия, колокольни и самого собора. Кажется, что они выстроены по одному замыслу и в один день: столь великолепно они гармонируют друг с другом. Опытный глаз различит их принадлежность совершенно разным эпохам, разделенным столетиями.

Традиции строить баптистерии (крестильни) возле церквей сохранились еще со времен древнего Рима. Тогда христиан было еще сравнительно мало, и новообращенным, прежде чем войти в церковь, следовало принять крещение. Флорентийский баптистерий сохраняет еще византийские традиции. Внутри (обязательно зайдите внутрь!) это сравнительно небольшое восьмиугольное здание кажется невероятно высоким благодаря великолепным мозаикам золотых тонов, покрывающим свод. Баптистерий имеет трое ворот, исполненных замечательными скульпторами. Одни из них, работы Лоренцо Гиберти, Микеланджело назвал "Райскими", и это название за ними сохранилось и доныне. Точная копия Райских ворот украшает Казанский собор в Петербурге.

Колокольню начал строить еще Джотто. Как и собор, она облицована белым, зеленым и красным мрамором. Под мелодичный звон ее колоколов неубывающая толпа туристов поднимается по высокой лестнице, чтобы полюбоваться панорамой города.

Куда бы вы ни шли во Флоренции, вы обязательно пройдете мимо собора (даже если он вам не по пути, что случается довольно редко). Исторический центр города сравнительно хорошо сохранил свой средневековый облик, хотя уже Блок более ста лет назад жаловался на то, что Флоренция не та, что была во времена Медичи. Причудливо переплетенные средневековые улочки разбегаются от соборной площади в разные стороны, и все пути равно соблазнительны. Если мы хотим сразу собрать сливки, лучше пойти "вместе со всеми" к площади Синьории. По дороге, однако, обратите внимание на церковь Ор Сан Микеле. Если вы не будете знать о ней, то просто не догадаетесь, что это невзрачное здание в форме куба без всяких украшений и даже без купола и шпиля и есть одна из самых знаменитых церквей города. В ее нишах стоят известные по учебникам статуи Донателло, а интерьер украшен каменным резным балдахином и уникальными иконами - шедеврами флорентийской готики. Сразу за церковью - прелестная лоджия Нового (очень старого) рынка, где и сейчас еще идет бойкая торговля.

Но вот и площадь Синьории (так назывался совет, управлявший Флорентийской республикой). Это площадь - еще одна ловушка, из которой вам трудно будет выбраться. Центр ее - ставший символом города грозный Дворец Синьории с могучей башней. Времена тогда были непростые, распри возникали чуть ли не каждый день, и резиденция правительства, так же, как и знаменитые флорентийские дворцы-палаццо, напоминала крепость. Подход ко дворцу и находящаяся рядом лоджия украшены фонтанами и скульптурами, в том числе пользующимися мировой славой ("Давид" Микеланджело, "Персей" Бенвенуто Челлини, и так далее), и покинуть эту красивейшую площадь Италии, а то и всего мира, крайне трудно, да и не нужно. Оставайтесь лучше там насовсем. Я бы на вашем месте так и сделал.

Перечислять все достопримечательности и шедевры Флоренции невозможно и ненужно. Для этого есть путеводитель, который вы сможете купить там в каждом ларьке. Но поскольку и самый краткий путеводитель способен оглушить обилием имен и названий, я все-таки назову (просто перечислю) те памятники искусства, что, на мой взгляд, стоит посмотреть обязательно. Это, во-первых, место, где родился Данте (дом и башня, которыми владела его влиятельная семья, сохранились великолепно). Неподалеку находится похожий на ратушу и столь же впечатляющий дворец Барджелло - сейчас там музей скульптуры, очень интересный. В тех же краях церковь Санта Кроче, известная не столько суровой архитектурой, внушительными размерами и фресками Джотто, сколько тем, что в ней похоронены знаменитейшие люди Италии (Макиавелли, Микеланджело, Галилей, Россини...). К церкви примыкает построенная самим Брунеллеско галерея Пацци - классика Возрождения. Через реку Арно по мосту Понто Веккио (Старый мост) дорога ведет к галерее Питти. В саму галерею, если нет времени, можно не ходить, а вот в галерею Уффици - желательно.

На другой стороне Арно на высоком холме, находится одна из старейших и прекраснейших церквей Флоренции - Сан Миньято. По своему облику она близка к соборам в Орвието и Сиене, с которыми мы уже знакомы. Эту церковь особенно любил Микеланджело, и небольшая площадь недалеко от нее названа его именем. Если вы останетесь равнодушным к красоте Сан Миньято, вы не останетесь равнодушными к панораме города - той самой, которая изображается на всех открытках. Церковь стоит практически за городом, среди поросших кипарисами холмов и апельсиновых рощ - классическая Тоскана. Вернувшись в город, пойдите в церковь Сан Лоренцо, чтобы увидеть легендарную капеллу Медичи со скульптурами Микеланджело. Впрочем, они настолько известны, что, может, смотреть их и не стоит. Зато библиотеку Лауренциану, находящуюся в той же церкви и оформленную Микеланджело, посетить нужно непременно (открыта она не весь день, но только в определенные часы; вход в нее бесплатен). О ней знают только искушенные туристы. Лестница в эту библиотеку знаменита тем, что с нее начался новый великий стиль в искусстве - барокко. Но дело не в специальных знаниях и не в сухих фактах. Это действительно прекрасное и волнующее место. Рядом с Сан Лоренцо веселый и шумный рынок - хотите вы или нет, но застрянете там надолго.

Когда будете спешить от одного края Флоренции к другому, не забудьте обратить внимание на сами улицы, на сотни палаццо, многие из которых (Медичи, Строцци, Ручеллаи) послужили образцом для строительства дворцов во всем мире.

Для любителей искусства есть еще неисчислимые места поклонения и восторга, однако они - любители - найдут их сами. Еще до поездки они листали альбомы по искусству, читали книги о художниках, просматривали учебники, - и все они указывали в конечном счете на одну точку, имя которой - Флоренция.

В столице Тосканы множество других великолепных церквей, дворцов, монастырей, музеев, парков, загородных вилл, крепостей, но ни сил, ни времени у вас на них не хватит. Кстати, при расчете времени имейте в виду, что каждая церковь - это обширное собрание шедевров скульптуры, живописи, настенных росписей, прикладного искусства и так далее. И Флоренция весьма протяженна. Меньше чем в три дня осмотреть ее, даже бегло, не удастся. И имейте в виду, что сколь долго в ней ни пробудете, все равно потом, когда вы покинете ее, и она останется жить только в ваших воспоминаниях, вы не раз пожалеете, что были в ней так мало.


Болонья-Феррара-Римини-Сан Марино

В поезде по дороге из Флоренции в Болонью я с любопытством и удовольствием смотрю в окно, на "тосканские дымные дали и очертания гор" (Блок). Пришло время сказать два слова и о природе Италии. Страна эта исключительно живописна - в буквальном смысле слова, потому что в течение столетий ее пейзаж воплощал прекрасный и вечный идеал природы для живописцев всего мира. Рафаэль и Леонардо, Пуссен и Лоррен, Брюллов и Симеон Щедрин изображали в своих картинах ландшафты Кампаньи и Тосканы, и знаменитое "Явление Христа народу" происходит у Александра Иванова не в России, и не в Израиле, а в Италии.

Леса и луга Тосканы поросли свежей мягкой травой, журчат реки, синеют озера... Горы настолько высоки, что, к сожалению, половину времени до Болоньи поезд идет в туннеле.

Далеко не все туристы едут за границу, чтобы бродить по дворцам, замкам и соборам. Многим из них (быть может, большинству) нравится более смотреть на то, как живут там люди. Как правило, смотрение на людей заключается в том, что туристы сидят в кафе, едят, пьют и наблюдают, как едят и пьют местные жители. Обычно аборигены делают это примерно так же, как и мы с вами, что не умаляет важности и ценности этого наблюдения. Так или иначе, если мы хотим какую-то часть своего времени уделить упомянутому занятию, лучше всего сделать это в Болонье. Этот город издавна славится двумя вещами: своим университетом (одним из старейших в Европе) и своей кухней, за что он и получил прозвища: Bologna dotta и Bologna fatta - Болонья ученая и Болонья жирная.

Я приехал туда Первого мая - в день Международной солидарности трудящихся. На главной площади был по этому поводу митинг, с красными знаменами и горячими речами пенсионеров. Это напомнило мне, что жирная Болонья не столь давно называлась еще и "красной". Не желая смотреть на знакомое зрелище, я свернул на соседнюю улицу и... похолодел: стройными рядами, под звуки оркестра грозно шагали чернорубашечники, вскидывая вверх руки и лающим хором выкрикивая лозунги. Я впервые в жизни воочию, не в кино, увидел марширующих фашистов. Моя ирония по отношению к митингу красных несколько убавилась.

Болонья занятна. Аркады бесконечных галерей окаймляют ее улицы, спасая прохожих от дождя и лучей солнца. В центре города стоит единственная в Италии, кроме Пизанской, "падающая" башня. Внутри одной из древних церквей построена часовня, копирующая часовню гроба господня в Иерусалиме. В Болонье есть, разумеется, и собор, строившийся лет пятьсот, но так и не законченный, и ратуша, и дворцы, и средневековые дома, и неплохая картинная галерея, и все, что полагается, но все же торопящемуся туристу не стоит проводить в ней более нескольких часов.

Я последовал дальше, в Феррару. Этот город, носящий столь красивое название, знал некогда короткое время расцвета. Герцоги Феррарские были известными в Европе меценатами, покровительствуя многим выдающимся художникам Возрождения. Теперь от былой славы остался чрезвычайно внушительный замок с высокими зубчатыми стенами, обнесенными рвом, полным водой. В замке интересный музей. Рядом стоит собор, удивляя своим причудливым мраморным фасадом, и тут же кипит небольшая барахолка, на которой по выходным дням можно купить забавные антикварные безделицы. Еще Феррара известна так называемым Алмазным дворцом (названным так по форме граненого, "алмазного", руста, украшающего его стены). Осмотрев все это, можно без особого сожаления двигаться дальше.

У карты на вокзале я задумался. Прямо пойдешь - в Венецию придешь, направо пойдешь - в Римини попадешь... Испорченный литературным воспитанием, я неожиданно для себя избрал Римини. Кто не знает трогательной истории Паоло и прекрасной Франчески из Римини, воспетой Данте, Рахманиновым и Чайковским? Читая вместе книгу о любви, влюбленные не смогли сдержаться и слились в поцелуе... К сожалению, властитель Римини Ланчотто Малатеста, муж Франчески, некстати появившийся в эту минуту, имел при себе кинжал, по каковой причине душа Паоло и сказала Данте в аду свою известную фразу: "С тех пор мы больше не читали..."

Римини был древним городом и во времена Данте. Его строили и укрепляли еще римляне. Но это было очень давно. Уже не осталось ни стен, ни башен, ни романтических реликвий от знаменитой влюбленной пары. В городе сохранились только ворота императора Августа, мост Тиберия и довольно симпатичная центральная площадь с традиционными ратушей и фонтаном. Римини - городок тихий, невзрачный, и едут сюда не ради соборов и музеев, а ради великолепных песчаных пляжей, которые сплошной многокилометровой полосой тянутся вдоль Адриатического моря. Впрочем, храм есть и в Римини. Несмотря на то, что он очень знаменит, снаружи он то что называется "не выглядит", и я поначалу не заметил его (хотя проходил мимо три раза). Скорее всего, я не увидел бы храм вообще, если бы заранее не знал, что его надо обязательно найти и посетить. Проектировал его Леон Баттиста Альберто - один из творцов Возрождения, прославившийся скорее своими трактатами, чем постройками. Вот и церковь в Римини он не достроил до конца, что не мешает ей служить образцом архитектуры благодаря простоте, благородству отделки и внушительности пропорций. Внутри храма - замечательные гробницы князей Малатеста и их супруг, украшенные родовыми гербами с необычной для Италии эмблемой - слонами. Гробницы Франчески я там не увидел...

В Римини провел свое детство Феллини, и он описал причудливый образ этого города в своих автобиографических записках и в фильме "Амаркорд".

Из Римини за сорок минут можно съездить на автобусе "за границу" - в республику Сан Марино. Эта республика насчитывает тридцать тысяч граждан и помещается на крутой скале размером примерно 200 на четыреста метров. Смотреть там нечего, кроме сувенирных лавок, но вид со скалы великолепен, игрушечные стены и башни вызывают желание фотографироваться, и даже житель Люксембурга может почувствовать себя здесь гражданином великой державы.


Равенна

С самого начала путешествия по Италии не перестает тянуть к себе магнитом Венеция. Из Римини до Венеции можно доехать часа за три, но разве можно пропустить Равенну, тем более, если она по пути?

Сонная, провинциальная, унылая, плоская, немножко пыльная... Ни одного здания, на котором можно было бы остановить глаз. И все-таки Байрон и Блок восхищались этим городом, и все-таки паломничество в нее любителей истории и поклонников искусства возрастает с каждым годом.

У Равенны удивительная судьба. Она на несколько веков старше самого Рима, но на протяжении почти двух тысячелетий оставалась маленьким городком, почти деревней. Потом римляне оценили ее великолепный порт. Последние императоры перенесли туда из обреченного Рима свою столицу. Захватив Рим, варвары - повелители готов Одоакр и затем Теодорих - сделали центром своих владений не разграбленный и униженный город, а Равенну. Потом она стала одним из главных центров могущественной Византии. Юстиниан хотел объединить под своей властью Восточную и Западную Римскую империю и потому придавал особое значение этому городу, связующему обе части его державы. Так за недолгое время Равенна успела побывать столицей нескольких империй.

Эта "короткая, но дивная пора" оставила нам немного памятников, но каждый из них пользуется мировой славой. Так получилось, что самое богатое собрание византийских мозаик сохранилось именно в Равенне, а не в Греции и не в других частях бывшей необъятной империи Юстиниана. Надо помнить, что искусство всей Европы - от Испании до России - в течение почти тысячелетия несло на себе печать Византии, и Италия - не исключение. Мозаики Баптистерия во Флоренции, многих церквей в Риме, собора св. Марка в Венеции, храмов в Палермо - прославленные примеры византийского искусства в его итальянском варианте. Но Равенна - эта сама Византия, и того, что есть там, нельзя увидеть во всей Италии.

Но прошло менее двухсот лет, море постепенно отступило от города, порт захирел, Константинополь возвысился, и Равенна оказалась ненужной. Некогда знаменитый город погрузился на века в летаргический сон, что прекрасно выразил Блок в своих чеканных стихах:

Все, что минутно, все, что бренно,

Похоронила ты в веках.

Ты, как младенец, спишь, Равенна,

У сонной вечности в руках.

Небренного в городе осталось не так уж и много. Мавзолей Галлы Пласиды, церкви Сан Витале, Сан Апполинаре Нуово и Сан Апполинаре Ин Классе, гробница Теодориха - вот, пожалуй, и все, что составляет славу Равенны. Но есть еще и любопытнейшие византийские баптистерии, и интересные музеи, и Римские ворота, и так называемый "дворец Теодориха", и покрытые цветущими маками руины, напоминающие о древности этого города и о том, что все земное преходяще.

Во дворе церкви св. Франциска спит вечным сном изгнанник Данте, нашедший здесь свой последний приют и умерший в ночь на 14 сентября 1321 г. Во время Второй мировой войны его прах, из опасения бомбежек, перезахоронили в другом, более безопасном месте, но после войны вернули назад.

Начнем же осмотр Равенны. Прежде всего, чтобы не было разочарований, нужно предупредить, что ее памятники не имеют ничего общего, например, с соборами св. Софии в Константинополе или св. Петра в Риме. Ни величия, ни гигантских размеров, ни роскошной мраморной облицовки. Приземистые здания из простого кирпича, вросшие от времени в землю. Главные их достоинства - в интерьере, украшенном мозаикой.

Минутах в пятнадцати ходьбы от вокзала находится самый знаменитый равеннский памятник - Сан Витале. Эта восьмигранная в плане, гармоничная по своей планировке и пропорциям церковь с круглым двухъярусным центральным залом, начатая сразу после смерти императора Теодориха в 526 году, была закончена несколькими годами позже византийцами, завладевшими городом. Сан Витале послужила образцом для нескольких знаменитых европейских церквей, в том числе собора в Аахене, столице Карла Великого. Этим подчеркивалось, что Священная Римская Империя Карла является законной преемницей империи готов, которые, в свою очередь, переняли эту власть у римских императоров.

Несмотря на все написанные выше хвалебные слова, зайдя в Сан Витале, я вначале подумал, что ошибся. Вместо величественных византийских интерьеров я увидел безвкусные барочные росписи. Приглядевшись, я понял: внутри церковь отделана заново примерно в 18 веке, а мозаики остались, в основном, только в сравнительно небольшой и тесной алтарной части. Они настолько знамениты, что я не буду их описывать. Особенно известны изображения императорской четы - Юстиниана и Феодоры в жемчужных головных уборах, каждый в сопровождении своей свиты.

Во дворе Сан Витале находится не менее прославленный мавзолей императрицы Галлы Пласиды. Эта властная женщина много лет правила Равенной и всем Западом, но, несомненно, была бы забыта, если бы не ее мавзолей, в котором она, впрочем, скорее всего никогда не была похоронена. Мавзолей очень мал (для меня это было сюрпризом: размеры его в моем воображении были пропорциональны его славе и казались поэтому необъятными), в него могут зайти одновременно не более двух десятков человек, но он замечателен, разумеется, не высотой и шириной, а необыкновенной красотой голубых с золотом мозаик с чрезвычайно интересными сюжетами.

Обе церкви Сан Апполинаре надо посетить обязательно (если вы вообще поедете в Равенну; надо все-таки помнить, что это дело вкуса). Одна из них ("Ин Классе") находится за городом (естественно, в деревеньке Классе) - минут пятнадцать езды на поезде или автобусе. Днем она закрыта на перерыв, поэтому надо выбрать разумное время посещения, чтобы не сидеть в чистом поле без дела два часа. Эти церкви представляют собой внушительные базилики, т.е. вытянутые по длине здания, разделенные рядами колонн на продольные части - нефы. Боковые стены центрального нефа украшены вверху великолепно сохранившимися золотоцветными мозаиками: движущиеся в мерном ритме нескончаемые процессии дев и мучеников в белых одеждах, ангелы, святые, голуби...

Я собирался сказать о Равенне всего несколько слов, предполагая, что она может быть интересна лишь подготовленным путешественникам, но против воли увлекся и написал более, чем думал в начале (хотя, конечно, меньше, чем она того заслуживает). Ну, а теперь можно направиться, наконец, в Венецию.


Венеция

Когда до Венеции, по моим расчетам, оставалось минут пять, поезд остановился, и все пассажиры поголовно - а их было немало - заторопились к выходу. Я тоже, было, схватил свои вещи, но предварительно осведомился: "Венеция?" -Si,- ответил один попутчик, спеша к двери. Non,- ответил другой на ходу. В окне виднелись коробки современных строений. На здании вокзала я разглядел название какой-то малозначительной и неизвестной станции (кажется, Местре). Оставшись в пустом вагоне, я продолжил путь, оказавшийся очень коротким. Колеса застучали по длинному мосту, связывающему материк с легендарным островным городом, - и вот я у цели. Сердце бьется - шутка ли, Венеция! - но сначала надо заниматься презренной прозой: поисками жилья. Узнаю, что центр находится минутах в пятидесяти ходьбы от вокзала, и трогаюсь в путь. Настроение прекрасное. Перехожу горбатый мостик, втискиваюсь в тесный проход между домами, круто поворачиваю налево, потом направо, потом назад, потом опять направо, углубляюсь в узкий и темный переулок, пересекаю еще один грязный канал, снова круто налево, круто направо, натыкаюсь на кирпичную стену с облупившейся штукатуркой, замечаю в ней дыру - не то арку, не то пролом, выхожу через него к другой облупленной стене и снова ныряю в переулок... Где же прославленная Венеция? Может, я заблудился и плутаю по окраине? Неожиданно выныриваю к довольно большому горбатому мосту - метров сорок длиной - с лавками по обеим сторонам. Не узнать его невозможно. Это, конечно же, знаменитый мост Риальто через Большой канал, тысячекратно воспетый, нарисованный, награвированный и сфотографированный. Наконец-то начинается настоящая Венеция! Но снова я долго петляю по кривым переулкам, стиснутыми с обеих сторон грязными мрачными стенами. На одном из домов вижу вывеску Pansione, радующую меня больше, чем если бы я увидел Дворец Дожей. Сняв комнату и оставив вещи, выхожу на улицу, если можно назвать улицей узкий коридор между домами. В пяти метрах от двери пансиона - очередной мостик через узкий канал и очередная облупленная стена с аркой. Куда-то надо идти, хотя идти уже не очень хочется. Я прохожу под арку и в полном ошеломлении останавливаюсь: передо мной просторная, светлая и прекрасная площадь Сан Марко.

Забегая вперед, скажу, что я был в Венеции несколько дней, и (мне стыдно в этом признаться, но правда есть правда) она мне не слишком понравилась. Или понравилась, но меньше, чем я того ожидал. В островном городе нет места для обзора и простора, и знаменитые церкви и дворцы не смотрятся в этой тесноте. С суши, с проходов и переулков, Венецию вообще не увидишь. В лучшем случае у зданий отделан только фасад, выходящий на канал, и вся архитектура рассчитана на то, чтобы произвести впечатление именно передней стеной. Остальное неважно. К тому же, несмотря на миллионы туристов и крупные пожертвования, тонущему городу не хватает денег (или они оседают в чьих-то карманах), и он изрядно запущен. Кое-как поддерживается внешний вид парадных фасадов (и то далеко не всегда), но все, что за ними, осыпалось, осело и облупилось. Гондолы давно стали принадлежностью туристского аттракциона. Кривизна и запутанность переулков еще не означает, что они живописны. В городе мало местных жителей, потому что из-за тесноты, сырости, неудобства и дороговизны он мало приспособлен для жизни (потому-то венецианцы и предпочитают сейчас селиться на континенте, в Местре). В интерьерах зданий нет ни величия, ни вкуса римских или флорентийских церквей и палаццо. Дворец Дожей внутри показался мне помпезно-безвкусным. Усыпальница дожей - начиненная пышными мраморными надгробиями большая церковь св. Иоанна и Павла ("Дзанниполо"), которой венецианцы гордятся едва ли не больше, чем собором Сан Марко, оставила меня равнодушным. Конный памятник кондотьеру Коллеоне (помните наш рассказ о капелле и мавзолее Коллеоне в Бергамо?) поставлен не очень удачно, из-за чего эта прекраснейшая статуя, одна из самых знаменитых в мире, не производит должного впечатления. Венецианской республикой управлял дож, но для командования войском приглашали (попросту - нанимали) профессиональных полководцев - кондотьеров. Именно в этой роли выступал, например, Отелло. Самым известным и могущественным кондотьером Венеции был уроженец Бергамо Коллеоне. Он еще при жизни заказал себе памятник лучшему скульптору Италии Андреа Вероккио, учителю Леонардо да Винчи, и потребовал, чтобы этот памятник стоял на площади Сан Марко. Законы Венеции не допускали, чтобы на Сан Марко ставили какие-либо памятники, поэтому наследникам Коллеоне пришлось уступить, и статую поместили в не менее почетном месте, на площади у венецианского Пантеона - церкви Иоанна и Павла.

Я думаю, что Венеция потому и вызывает у всех восторги, что она кривая, косая, неправильная и в особенности потому, что она пересечена каналами. И она, безусловно, этих восторгов заслуживает. Но я, родившийся и живущий в Ленинграде-Петербурге, знаю каналы, набережные, площади и дворцы красивее венецианских. Может быть, поэтому Венеция проиграла в моих глазах. И, может, поэтому водные просторы Лагуны, запах моря и биение воды о камень причалов вызвали у меня острый приступ ностальгии. "Чугунные цепи скрипят на мосту, последний гудок замирает в порту"...

Но мои оговорки и разочарования никак не относятся к Пьяцца Сан Марко. Всемирная слава ее вполне заслужена. Площадь слагается из двух прямоугольников: самой Piazza и примыкающей к ней под прямым углом Пьяцетты - "маленькой площади", выходящей на море (точнее, на залив - "Лагуну"). Вместе они образуют букву "Г". В углу этой буквы находится собор Сан Марко, на верхней перекладине - Дворец Дожей, а в основании - три великолепных впечатляющих здания разных эпох, но создающих гармоничный ансамбль. Одно из них - Библиотеку - Микеланджело считал прекраснейшим зданием Италии.

По этому относительно маленькому, метров сто на двести, пятачку можно бродить бесконечно. Лучше всего приходить сюда рано утром, когда город еще не проснулся, и площадь не наводнена туристами. Солнце золотит аркады Дворца Дожей, собор св. Марка кажется то розовым, то зеленым, морской ветер треплет флаги на высоких узорных флагштоках, сверкающие черные гондолы, накрытые чехлами, качаются у пристаней (только там стала понятна строчка Блока "черные гробы гондол").

Недалеко от Пьяцетты начинается другой притягательный район Венеции - Большой Канал, в водах которого отражаются самые ее знаменитые дворцы.

Искусство Венеции своеобразно. Еще с римских времен этот город пошел по своему пути. На архитектуре города отразились влияния Византии (например, грандиозный собор св. Марка, тысячелетие которого недавно отмечалось), стран Востока, с которыми республика воевала и торговала долгие столетия, северной готики, и естественно, нашли отражение итальянские традиции, особенности географического положения города на воде и собственный венецианский вкус. В результате получилось нечто ни на что не похожее.

Город пронизан романтикой - Мост Вздохов, дожи, тайный суд, тюрьма, огражденные от внешнего мира мастеровые острова Мурано, хранящие тайны венецианского стекла, Отелло, гондолы, серенады, карнавалы, граф Казанова и так далее, вплоть до "Смерти в Венеции" Томаса Манна с его поразительной картиной призрачного вырождающегося города. Что из этого осталось и что нет, что правда и что вымысел - это другой вопрос.


Продолжим знакомство с городом св. Марка. Нет смысла пересказывать путеводитель, но все же стоит дать несколько практических советов, которые впрочем, совершенно ни для кого не обязательны. Если у вас отведен на Венецию всего один день, то сделайте, что делают все: погуляйте по площади Сан Марко (не торопясь - она насыщена тысячами великолепных деталей), зайдите в собор и прокатитесь по Большому Каналу. Если вы располагаете большим временем, то его можно употребить с пользой. Прежде всего, не ходите по городу пешком. Это утомительно и неэстетично - ничего, кроме задворков вы не увидите. Венеция обращена к каналам, и только по ним надо перемещаться. Автобусов и вообще автомобилей в городе нет - не потому, что их движение запрещено, а потому, что улиц просто нет. Венецианские такси, кареты скорой помощи, полицейские патрули и транспорты для доставки товара в лавки- все это моторные лодки и катера. Для прогулок по Венеции стоит купить недорогой трехдневный билет на пароходик ("вапоретто"). Билет действителен ровно 72 часа, считая от момента покупки, и по нему можно ездить сколько угодно и куда угодно. Водные артерии города, особенно Большой Канал, очень оживлены, вапоретто ходят каждые пять минут, ездить на них весело, занимательно, удобно и приятно. Любая точка находится от пристани не более чем в нескольких минутах ходьбы.

Итак, если у вас есть время, можно, просто прогуляться по городу. Съездите в район бывшего еврейского гетто. Круглая средневековая площадь в центре гетто, окруженная сплошной стеной домов да еще и кольцом каналов (так легче было держать оборону), - один из интереснейших уголков Венеции.

Хорош район Арсенала. Не стоит ездить на знаменитый остров стеклоделов Мурано - это далеко, и там нет ничего такого, из-за чего стоит покидать площадь св. Марка. Тамошний музей стекла убог (любая лавка стекла в Венеции куда богаче и интереснее), город запущен еще больше столицы. Лишь изящная и строгая церковь святых Марии и Донато (7 век) вознаградит вас за потраченное время. Не поезжайте и в Лидо - длинную косу на другом краю Лагуны, ограждающую ее от открытого моря. Там вообще нечего смотреть, кроме богатых современных вилл, адриатического пляжа и кладбища, на которое мы все и так когда-нибудь попадем.

Несколько дворцов на Большом Канале (например, палаццо Мочениго - семьи, к которой принадлежали дожи и которая и сейчас еще благополучно здравствует) открыты для посетителей, и этим грех не воспользоваться. Все знают, как выглядят фасады венецианских палаццо, но не все отдают себе отчет, что прежде всего они были складами. Ворота палаццо открывались, лодка вплывала внутрь, и товар разгружался прямо на причалы внутри нижнего этажа.

Если вы успеете посмотреть еще дом Гольдони и дом Марко Поло, то можно будет составить некоторое представление об ушедшем быте венецианцев.

Из церквей (помимо, разумеется, св. Марка) надо посетить, по крайней мере, две: уже упоминавшуюся Дзанниполо и св. Марии деи Фрари, в алтаре которой помещена замечательная тициановская "Ассунта" - вознесение богородицы. Там же находятся могилы Тициана и Кановы. Кроме этих двух весьма известных крупных церквей стоит заглянуть хотя бы не надолго еще во множество других. Некоторые из них, например, Санта Мария деи Мираколи, очень красивы.

В церквях надо быть внимательным. Незаметные снаружи и невзрачные иногда внутри, они хранят картины знаменитых венецианцев: Беллини, Джордожоне, Тициана, Веронезе. Не так давно Венеция отмечала 500-летний юбилей Тинторетто - и действительно, нигде в мире нет такого количества картин этого художника.

Обратно на вокзал я уже не шел, а ехал на вапоретто, последний раз провожая взглядом вереницу дворцов, выстроившихся вдоль Большого Канала. Венеция реальная оказалась не совсем похожей на воображаемую, но я счастлив, что побывал в этом городе.


Падуя


Падуя находится менее чем в получасе езды от Венеции и при том не похожа на нее даже отдаленно. Венеция - это что-то особенное, Падуя - как все итальянские города. Мне она даже показалась скучнее многих, но впечатление это было вызвано, главным образом, причинами личного свойства. Было жарко, я очень устал, все казалось немилым и надоевшим. Город плоский, кварталы не древние и не новые, так, серединка на половинку. Главный собор Падуи, посвященный Антонию Падуанскому - одному из любимейших святых итальянцев и всей католической Европы, показался мне не очень интересным. Рядом с собором стоит одна из самых знаменитых конных статуй мира - памятник полководцу Гаттамелата работы Донателло. Этот воин со столь сладким прозвищем ("Медовая Кошечка") был одним из самых хитроумных и грозных кондотьеров Венецианской республики. Скульптура действительно великолепна, но поставлена она на чрезмерно высокий пьедестал, и темная бронза почти не видна на фоне ослепительно яркого синего неба. В Пушкинском музее в Москве, хранящем копии с лучших скульптур мира, Гаттамелата (так же, как и Коллеоне) смотрится значительно лучше.

И все же было бы ошибкой счесть мой скептицизм как совет пропустить Падую в путешествии по Италии. Город очень неплох. Итальянцы (особенно сами падуанцы) очень любят его. О его славном прошлом напоминает ратуша 15 века - традиционый Дворец Разума (Палаццо делла Раджоне), выходящий своим фасадом на площадь с традиционным же названием Пьяцца дель Ербе ("Площадь Трав"), где и сейчас еще кипит жизнь на зеленном рынке. Улицы окаймлены сплошными галереями, и чуть ли вся Падуя напоминает бесконечный Гостиный двор в Петербурге. Падуанский университет с 14 века привлекает студентов из многих стран. Кафе Педрокки, по мнению падуанцев,- самое старинное, уютное и стильное кафе в Европе (оно существует с 1831 года). В соборе св. Антония находятся знаменитые барельефы работы самого Донателло - поющие ангелы. Впрочем, они скрыты за оградой в алтарной части и почти не видны посетителям.

В церкви Еремитани ("Отшельников"), в ее капелле Оветари можно полюбоваться фресками великого Мантеньи. К сожалению, фрески разрушены бомбардировкой 1944 года, но и то немногое, что осталось, производит сильное впечатление.

Рядом с Еремитани в зеленом парке скрыто небольшое скромное кирпичное здание без особых украшений - капелла Скровеньи (названная так по имени человека, пожертвовавшего деньги на ее строительство и роспись - да будет благословенно имя его). Если вся Падуя, кроме этой капеллы, была бы, не дай бог, сметена бомбардировкой 1944 года, то и тогда бы сюда не уменьшился поток гостей со всего мира. Ведь именно здесь находятся фрески великого Джотто, родоначальника итальянского Возрождения и новой живописи вообще. Капелла уцелела, несмотря и на бомбардировку и на драматическую уголовно-церковную тяжбу против Скровеньи, имевшую целью закрытие капеллы и, быть может, ее уничтожение.

Джотто жил около семи веков назад, и, несмотря на благоговейное отношение к нему, далеко не всего его работы сохранились. В Риме и Флоренции остались лишь полустертые куски его фресок. В Ассизи, если читатель помнит, состояние росписей превосходно, но принадлежность их кисти Джотто спорна. Поэтому когда говорят о величии Джотто, о его историческом значении и тому подобные красивые слова, то имеют в виду прежде всего капеллу делла Скровеньи. Она была построена специально для его фресок и расписана великим мастером собственноручно сверху донизу. Росписи, разделенные на четкие прямоугольники-картины, расположены в три яруса и посвящены сценам из жизни Марии и последнему пути Христа. Вместо условного фона на фресках Джотто изображена реальная обстановка, вместо строго канонизированных застывших фигур средневековья - живые люди с их характерами и страстями. Именно там находится прославивший его "Поцелуй Иуды". Интересно и немного странно находиться в этой капелле и сознавать, что именно здесь началась современная живопись.


Верона-Мантуя


От Падуи совсе близко до Вероны, родины Ромео и Джульетты. Объяснить симпатию Шекспира к городу (у него есть еще драма "Два веронца"), где он никогда не был, можно только одним - Верона действительно очень хороша. Я приехал туда, можно сказать, на излете, когда уже, как говорится, копыта стерлись, и не было ни сил, ни желания куда-либо идти и что-либо смотреть. И тем не менее, этот город дал новый заряд энергии, радости и любознательности.

Верона, как и многие другие итальянские города, гордится своей древностью и называет себя "вторым Римом". Действительно, Верона сохраняет еще регулярную римскую планировку улиц, а центральная площадь находится на месте форума. Римские памятники многочисленны: и стены, и ворота, и амфитеатр, и прославленная веронская "Арена" - второй по величине в мире римский театр после Колизея. Здесь даются сейчас оперные представления с участием лучших певцов мира, и огромная Арена на двадцать тысяч зрителей не всегда может вместить всех желающих.

Очень старые, еще доготические, церкви - свидетельство того, что процветание Вероны продолжалось и в ранние Средние века. Главный собор города был начат строительством еще во время римского императора Константина. Церковь св. Дзено (Зенобия), принесшего в 4 веке христианство в эти края, - одна из наиболее известных в Италии. Ее суровое величие, древний портал, полустертая от времени резьба на каменных гробницах производят большое впечатление.

Изгнав войска Фридриха Барбароссы в 12 веке, Верона, как и другие города Италии, стала республикой и продолжала строиться и украшаться. В 1277 году к власти пришла феодальная династия Скалигеров (или делла Скала), давшая толчок новому подъему города. За сто с небольшим лет ее правления были сооружены новые церкви, замки, башни, памятники, фонтаны. В самом центре города стоит так называемая Арка Скалигеров, необычная родовая усыпальница. Над каждым саркофагом на высокие постаменты с балдахинами вознесены конные статуи властителей в рыцарских доспехах. На лицах их застыли улыбки. Усыпальница (она расположена под открытым небом, а арки никакой нет) обнесена ажурной оградой, основной мотив узора которой - лестница, символ этого грозного рода (scala означает "лестница").

После Скалигеров Верона перешла в руки венецианцев, и они начали обстраивать ее дворцами в своем стиле. Мантенья и Пизанелло украсили древние церкви своими работами.

Независимо от того, любите ли вы историю и интересуют ли вас архитектурные памятники, прогулка по Вероне доставит вам большое удовольствие. Это зеленый, уютный, живой и вместе с тем спокойный город. Широкая река и набережные, обсаженные старыми липами, придают ему особую живописность. Над рекой господствует чрезвычайно внушительный и, вместе с тем, нарядный замок-кремль Скалигеров. Зелень деревьев, синева неба, красный цвет стен и башен, нависших над быстрой рекой, создают зрелище, от которого трудно оторваться. Часы на башне Дворца Разума, насчитывающей восемь веков, продолжают отмерять время. У подножия башни - памятник Данте, напоминающий о том, что Верона некогда оказала гостеприимство великому изгнаннику, скитавшемуся по Италии. На цоколе высечены строки из "Божественной комедии", в которых поэт благодарит город за приют.

Вдоль тихих узких улиц выстроились старые палаццо. В одном из них, по преданию, жил Ромео, в другом - Джульетта. В крипте монастыря капуцинов можно увидеть и склеп, где влюбленные встретили свою трагическую смерть. Мы, конечно, знаем, что эти легендарные влюбленные - лишь литературные персонажи, но, глядя на седой от древности, увитый плющом балкон Джульетты, несчетное число раз изображенный на театральных подмостках, начинаешь верить, что именно здесь Ромео обращал к своей милой пылкие слова любви. Собственно говоря, почему бы и нет? Фамилии Монтекки и Капулетти не придуманы - они встречаются у Данте. Да и, в конце концов, жители Вероны лучше знают, что происходило у них в городе...


Из Вероны можно съездить в находящуюся неподалеку Мантую. Город этот не блещет особой красотой, но все же и к нему не зарастает народная тропа. Когда-то здесь правили герцоги Гонзаго, страстные меценаты и коллекционеры (не случайно самая большая в мире античная камея, хранящаяся теперь в Эрмитаже, называется камея Гонзаго, по имени своего прежнего владельца). Подобно Медичи во Флоренции, Висконти и Сфорца в Милане, д`Есте в Ферраре, Малатеста в Римини, семья Гонзаго стремилась поощрять искусства. Это была не самая плохая мода. На главной площади Мантуи высится массивный дворец Гонзаго, представляющий собой комплекс зданий, относящихся, в основном, к 14-15 веку. Этот музей буквально набит произведениями искусства. У кассы не истощается очередь. Украшением дворца являются фрески Андреа Мантеньи в так называемой Свадебной комнате. Герцог покровительствовал Мантенье и подарил ему дом, построенный по проекту самого художника. Историки искусства не забывают указать, что этот скромный частный дом - важная веха в истории архитектуры Возрождения.

В Мантуе, разумеется, есть немало других интересных домов, дворцов и церквей, но все это можно увидеть и в других городах Италии. Нам же пора возвращаться в Верону, а оттуда, увы, - в Милан. Наше путешествие по Италии закончено. Все ли удалось увидеть, узнать, рассказать?

Я был в Италии пять раз. Кроме городов, о которых я вкратце рассказал, мне довелось посетить Геную, Каррару, Парму, Модену, Пьяченцу, Вольтерру, Витербо, Фолиньяно, Сполето, Сан Джиминьяно, Виченца, Брешия, города Сицилии, равнины и горы Калабрии, древнюю область Фриули, Триест...

В одной старинной притче рассказывается о муравье, который нашел однажды сахарную гору и решил унести ее собой. Он отгрыз от нее маленький кусочек, взвалил ее на спину и сказал. "Ладно, остальное я заберу в следующий раз".

Не будем уподобляться самонадеянному муравью. Мы не сможем узнать всю Италию ни за первую, ни за последующие поездки. Люди посвящают целую жизнь изучению искусства этой страны и все равно не в силах освоить ее трехтысячелетнее наследие. Однако нам в Италию нужно ездить не для того, чтобы что-то учить и узнавать, а просто чтобы получать то, чего в жизни так часто не хватает, - радость. Зачем же себя лишать ее?


3