# Случай из жизни

Валентин Самуилович Красногоров

В. Красногоров


Случай из жизни


Видите ли, ответить на ваш вопрос так, сразу, довольно трудно. Интересных случаев в моей жизни было много, надо подумать... Ну ладно, так и быть, я расскажу вам кое-что занятное. Только спрячьте блокнотик и вырубите вашу вертушку. Это не для газеты. Почему? Потом поймете.

Итак, это произошло - дайте сообразить в каком году... Впрочем, соображать не надо, я помню совершенно точно - во время ХХУll конференции Мировой ассоциации специалистов по внеземным цивилизациям. Нет-нет, я не был тогда еще президентом Ассоциации: ведь это было давно, лет сорок назад. Вы знаете что-нибудь о внеземных цивилизациях? Нет? Не смущайтесь. Никто из почтенных участников наших конференций никогда не видел, не слышал и не ощущал ни одного сигнала от разумных существ других миров и не имеет ни одного доказательства или признака их существования. Тем не менее наша специальность живет, ширится, ветвится, в ней расцветают все новые школы и направления, пишутся статьи и монографии, защищаются диссертации, определились классики, их толкователи и комментаторы толкователей... Наука, голубчик мой, может развиваться независимо от своего предмета.

Но меня, кажется, увело в сторону. Итак все началось на ХХУll конференции по внеземным цивилизациям, и не где-нибудь, а в буфете. Впрочем, на всех научных конференциях самые интересные и памятные события происходят не в актовом зале. Так случилось в тот знаменательный день, когда два именитых профессора сели за столик опрокинуть по чарочке. Весть об этом событии распространилась в кулуарах со скоростью света. Докладчиков, разумеется, тотчас же перестали слушать, зал начал пустеть, президиум поредел, с академиков слетела дремота. Все устремились в буфет, однако, зайти в него решались немногие. Должен вам сказать, что в нашем деле есть немало признанных корифеев, светил и авторитетов, и каждый их них может до мельчайших подробностей объяснить вам, что из себя представляют люди иных миров, где они находятся и почему они до сих пор ничего не дали о себе знать. Но те двое, что сидели за историческим столом, были не просто светила и авторитеты. Они были основатели, законодатели, вожди, патриархи нашей науки. Все остальные были лишь их учениками, последователями, продолжателями, подражателями. Вам, должно быть, непонятно, отчего, собственно, возник такой переполох. Действительно, почему бы ученым и не пропустить по стаканчику? Ведь на то и существуют конференции и при них буфеты. Но я сказал еще не все. Дело в том, что патриархи были непримиримыми научными противниками. Их спор был затяжным, бескомпромиссным и напоминал извечную вражду двух духовных вождей Тибета - панчен-ламы и далай-ламы, чья ссора продолжается, как вы знаете, пятьсот лет. Один из наших ученых был неисправимым оптимистом, другой - закоренелым скептиком. У них не было одинаковых мнений ни по одной проблеме. Вслед за ними и все ученые делились на два лагеря, диспут между которыми и был главной движущей силой нашей науки. Сей глобальный раскол не преодолен и до сих пор. Вы спрашиваете, как звали этих великих? Их имена известны каждому со школьной скамьи, но давайте назовем их просто Оптимист и Скептик, или, еще лучше, Оп и Скеп. Звучно и удобно.

Теперь вы поймете волнение, которое охватило оба войска, когда они увидели, как их предводители мирно беседуют за рюмкой мартини. Правда, тогда были другие времена, научные противники не опускались до мелких дрязг, и могли при встрече чистосердечно подать друг другу руки. Скажу вам и другое: научного противника надо еще заслужить, а сейчас любой молокосос, который и двух статей-то из себя еще не выдавил, воображает, что у него уже есть враги...

Эта картина стоит передо мной как живая. Оп и Скеп тихо разговаривают, и никто, разумеется, не осмеливается подсесть не только к ним, но даже и за соседние столики. Где-то на солидном расстоянии робкие, как школьники, академики делают вид. что пьют кофе, члены оргкомитета у самой стенки усиленно изучают меню, а доктора, профессора и прочая шушера мельтешат в коридоре, изнемогая от любопытства. Между тем, разговор идет самый тривиальный. Сначала Оп справляется у Скепа о жене и детях. Тот благодарит, но аналогичного вопроса не задает - и не из недостатка вежливости, а потому, что Оп не имеет жены и детей. Я часто размышлял потом, не по этой ли причине они были столь разными по характеру...

И Оп и Скеп верили в существование внеземных цивилизаций. Спор об этом неизбежно возник и за столом. Оп утверждал, что поскольку Вселенная управляется одними и теми же законами, появление в других мирах разумных существ, похожих на людей, возможно и обязательно. Пусть у них будет три глаза и щупальца вместо рук - разве это имеет значение? Что же касается контакта с ними - это лишь вопрос времени.

Скеп возражал ему дружелюбно и изящно. То, что он тогда говорил, стало известно впоследствии как "теория живой Земли". Неужели вы ничего не слышали об этой теории? Я полагал, что ее знает каждый ученик... "Представьте себе, - говорил Скеп,- что Земля - живое существо, леса - это ее волосы, ветер - ее дыхание, дождь - ее слезы, погода - настроение, магнитные и электрические поля - биотоки ее мозга, и все живое, что копошится на ней - не что иное, как отдельные клетки ее огромного организма. Сможем ли мы когда-либо установить с ней контакт? Разумеется, нет, и не из-за несовершенства технических средств связи, а из-за того, что у человека и у Земли не может быть ни единой взаимопонятной мысли. В самом деле, разве может Земля думать о новом костюме, о продвижении по службе, об очередном отпуске, о неладах в семье или о билетах на концерт популярного певца? О чем вообще может думать Земля - огромный шар, мчащийся в вечной пустоте? Может быть, она общается с другими небесными телами? Так или иначе, величия ее мыслей нам никогда не понять, а ей не дано понять нас. Точно так же человеку не суждено установить контакт с бактериями, на несколько мгновений попавших на его кожу..." Не думайте, что Скеп в самом деле считал Землю живой, нет, у него это был просто красивый наглядный образ. Что по этому поводу думаю? Ну разумеется. я не считаю. что Земля способны мыслить. Хотя, с другой стороны, черт ее знает... Давайте лучше вернемся к нашим патриархам.

Их спор достиг предельного накала, когда вдруг в него влез... думайте сто лет, все равно не догадаетесь, кто - молокосос-официант, который подавал им коньяк! Этот долговязый парень давно уже стоял перед ними, опустив поднос и развесив уши, и воспользовался первой же паузой, чтобы встрять в разговор. "Простите,- говорит,- ежели я помешаю, но вот я вас все слушаю и решил, что и я кое-что могу вам рассказать."

Если бы этот недотепа знал, с кем он разговаривает, он бы, конечно, задохся от почтения и не осмелился бы даже рта разинуть от страха. Но, к счастью, он и представления не имел о том, кто перед ним сидит, и потому чувствовал себя весьма свободно. Иное дело академики и члены оргкомитета. Что с ними произошло, вы не можете себе представить. Они просто оцепенели, онемели и остолбенели от удивления и возмущения. Когда же они увидели, что дерзкий неуч не только не получил должного отпора, но, напротив, оказался с корифеями за одним столом - и не просто так, а с бокалом в руках, и что корифеи по очереди потчуют его коньяком, не забывая, впрочем, и о себе, - тогда почтенных ученых чуть не хватила кондрашка. Они даже позабыли притворяться, что пьют кофе, и только пялили глаза на столик, где два старика и один юнец похлебывали коньяк, оживленно болтали и хлопали друг друга по плечу. Вдруг все трое поднялись, спустились к выходу, сели в автомобиль и уехали в неизвестном направлении. Нечего и говорить, что конференция в тот день больше не заседала.

Вы еще не устали слушать? Тогда последуем за автомобилем, в который села наша троица. Сначала он мчался по асфальту, потом ехал по бетонке, затем тащился по проселку, потом трясся по ухабам и, наконец, остановился у небольшой деревушки, зажатой между морем и скалами. Путешественники вышли из машины и остановились на краю обрыва. Деревня была прямо под ними на расстоянии всего нескольких метров. Светило солнце, мягко зеленела трава. Между домами ползали на четвереньках люди. На приезжих они не обратили ни малейшего внимания.

После длительного молчания пораженный Оп спросил официанта:

- Где дом твоих родителей? Вон тот, с голубятней?

- Он самый.

Ученые вздохнули, почесали затылки, и Скеп произнес:

- А ну-ка, парень, расскажи нам теперь все снова. На этот раз мы будем слушать всерьез.

Официант тоже почесал затылок и добросовестно повторил свою историю. Был он, сами понимаете, не Цицерон и даже не сотрудник вашей газеты и рассказ вел, как говорится, "своими словами", но патриархи слушали его с величайшим вниманием. А услышали они примерно вот что.

В одно прекрасное утро жители деревни обнаружили, что над ними навис невидимый потолок высотой всего около метра, не дающий им выпрямиться. Скоро выяснилось, что, кроме "потолка", есть еще и стены и что деревня полностью отрезана от внешнего мира. Колпак был прозрачен, но жители деревни не могли видеть и слышать людей, находящихся вне его. Звери же и птицы проникали сквозь преграду свободно. Иногда "потолок" поднимался настолько, что появлялась возможность ходить почти нормально - разве что чуть согнувшись. Но в иные времена прижимало так, что приходилось ползать на брюхе. Еще было замечено, что "потолок" не любит громких звуков: стоило кому-нибудь заговорить в полный голос, как невидимый кулак разил его без промедления. Однако тех, кто смирно ползал на четвереньках и молчал, "потолок" не трогал.

Выслушав рассказ парня, профессора задумались. Затем Оп сказал:

- Суммируя факты, я прихожу к выводу, что "потолок" есть не что иное, как дело рук явно внеземной цивилизации, с которой человечество вступает наконец в контакт.- Тут Оп покосился на коллегу.- Мне больно тебя огорчать, старина, но, кажется, в нашем вечном споре ты оказался неправ.

- Если встречу с гидравлическим прессом ты считаешь "контактом", то мне, разумеется, возразить нечего,- отозвался Скеп.- Но если ты считаешь контактом обмен информацией, то скажи, как ты намерен вести переговоры с пришельцами? Писать "потолку" письма? Мигать ему фонариком по двоичной системе? Посылать делегации? Разве ты не видишь, что он никогда не поймет человеческого языка?

Короче говоря, патриархи попрепирались между собой, но недолго. Надо вам сказать, что они были действительно великими учеными. И знаете почему? Потому что прежде всего они были людьми, а потом уже исследователями. Ведь любой другой на их месте счел бы "потолок" даром небес и тут же бы принялся изучать состав воздуха, коэффициенты светового преломления, напряженность магнитных полей и тому подобную чепуху. Но эти двое были настоящими людьми и стали действовать без промедления. Оп сказал Скепу:

- У меня есть план.

- Мне кажется, я понимаю, что ты имеешь в виду,- отозвался Скеп. Ты полагаешь, что ресурсы энергии у "потолка" ограничены, и потому их не хватит на то, чтобы...

- Совершенно верно. Иначе бы он накрыл не маленькую деревню, о целый город. А то и весь земной шар.

- Риск, конечно, велик, но ведь есть ради чего рисковать.- Скеп повернулся к парню и спросил:

- Послушай, друг, а как все же ты ухитрился наладить со своими связь? Через голубей?

Официант покраснел, как девица, и ответил:

- А как вы догадались?

Патриархи рассмеялись, и Оп сказал:

- Мы сейчас напишем твоим землякам записку, ты переправь ее, а там уж пусть они сами решают.

Вскоре голубь доставил через барьер записку, и деревня зашевелилась. Собравшись у колодца, жители пошептались между собой, затем расползлись по хижинам и вскоре появились снова. На головы у них были напялены толстые меховые шапки, старые мотоциклетные шлемы, кастрюльки, корзины. Женщины волокли с собой больше медные тазы. Какой-то мальчуган держал под мышкой игрушечный барабан.

Все замерли. Было необыкновенно тихо. Оп, Скеп и официант затаили дыхание. Наконец старик у колодца взмахнул палкой, к которой была привязана оранжевая тряпка, и тотчас же все жители разом раскрыли рты в не слышимом снаружи крике, женщины застучали по тазам и ведрам, мальчишка забил в барабан. Все это напоминало кадры из немого кино. Почти сразу старик у колодца и еще несколько человек повалились на землю, другие зашатались от невидимых ударов, шапки и шлемы слетали с них, но они продолжали кричать, кричать неистово и самозабвенно, и внезапно раздался треск, точно лопнул огромный пузырь, и к небу прорвался шум голосов и бой барабана! И тут же Оп и Скеп, эти славные старики, забыв о своих годах, недугах и инфарктах, кубарем скатились с обрыва и бросились навстречу людям, раскрыв им объятья!..

Почему я замолчал? Да потому, что уже все рассказано. Возможно, вы разочарованы, но я, право, не виноват, что первый контакт ученых с внеземной цивилизацией прошел так буднично. Газетчику хотелось бы, конечно, услышать о летающих тарелках, таинственном свечении, восьмируких чудовищах и чарующих девушках с голубыми волосами. Увы, ничего этого не было. Я же предупреждал, что мой рассказ не для печати.

Что сталось с теми троими? Ну, судьба официанта, я думаю, вас не интересует. Что касается патриархов, то этих великих людей, к сожалению, уже давно нет в живых... Нет-нет, больше никаких вопросов. Допивайте свой коньяк. Перерыв давно кончился, члены оргкомитета просто не решаются прервать нашу беседу. Вы говорите, что я нарушил свое обещание и вместо случая из жизни рассказал нечто совсем другое? И еще вам непонятно, откуда мне все это известно? Подумайте, молодой человек, подумайте...


Контакты:

Тел. 8-812-492-3701; 8-812-550-2146

7-951-689-3-689 (моб.)

e-mail: v_krasnogorov@mail.ru


Полные тексты других произведений, рецензии, список постановок


См. также мои сайты:

http://techunix.technion.ac.il/~merghvf/

http://lit.lib.ru/k/krasnogorow_w_s/

http://public.box.net/krasnogorov


5