# Оказия

Игорь Николаевич Краснов

Игорь Краснов


О К А З И Я


Бабка Матрёна торжествовала. Уж какую неделю дела её процветали. Водки, вина в деревенском магазинчике не было, зато клиентов у бабки прибавлялось изо дня в день. Матрёна только и успевала сбывать свой ходовой товар да подсчитывать барыши.

И вот однажды к избёнке подкатил "ЗИЛок". Из кабины медленно вылез бородатый мужик в рабочей одежде. Шатаясь, он подошёл к низкой двери, резко распахнул и с порога гаркнул басом:

- Есть кто живой!

От неожиданности Матрёна аж подскочила на табурете, выронив из рук клубок ниток.

- Чево хайлаешь-то, глухих здеся нету, - сурово проворчала она.

- Ладно, мать, не сердись. Я к тебе по делу.

- А коли по делу - сказывай.

- Лекарство надо...

- Какое такое лекарство? - Матрёна настороженно глянула на пришельца, ощупывая его всего своими хитрыми глазками: что-то в нём показалось ей подозрительно знакомым.

- Не крути, мать, ты ведь хорошо знаешь. Помоги человеку... А? Башка трещит, раскалывается, внутри жжёт всё - целая война...

- Чё ты, чё ты, - Матрёна вскочила с табурета и замахала руками, будто хотела отогнать от себя неведомую нечистую силу, - нету у меня никакого лекарства.

- Да все у тебя есть, бабка! Помоги, - не унимался бородач.

- Отстань, леший...

- Что же... тогда пойду к Макаровне, у неё хоть и похуже, однако же... всегда всё найдётся!

Последние слова мужика произвели на Матрёну сильное впечатление. Краешком глаза он заметил, как искривились её тонкие губы, как несколько раз она порывалась что-то сказать.

- Погодь, - всё же преодолев себя, вымолвила Матрёна. - Там у меня где-то есть одна: себе на поминки припасла. Счас принесу...

Бабка вышла и вернулась с бутылкой самогона. Она ласково обтёрла бутылку уголком передника, после чего подала клиенту.

- Это другое дело. Сколь?

- Три синенькие...

- Вот деньги. Есть ещё? Сама понимаешь... - на троих!

- Поглядеть надо... Сразу бы сказывал, а не гонял меня...

Матрёна вынесла вторую бутылку. Бородач подал деньги и рассовал бутылки по карманам.

- Благодарствую, бабка! Пока, я отчалил...

У двери мужик вдруг остановился, повернулся и, широко улыбаясь, сорвал с подбородка бороду. Перед Матрёной стоял участковый Ерлохин. Ахнув, она так и села на табурет.

- Комедия окончена, - уже своим голосом сказал участковый. - Да-а, долго же я ждал этого момента. Знал ведь, что и ты сбываешь самогон, а вот доказать это никак не мог, всё-то у тебя было гладко, прямо не подступишься никак. Видишь, обличье даже пришлось поменять, другим голосом говорить, чтоб только поймать тебя с поличным. Да-а, Даниловна, надо признать, конспиратор ты отменный.

В ответ Матрёна только охала да кивала головой:

- Ой, и как это я сплоховала, какая оказия-то нынче вышла...

- Конкуренция сгубила.


февраль 1989 г.