# Вера Хамидуллина

Игорь Николаевич Краснов

Вера ХАМИДУЛЛИНА:

"Я точно знаю, что не существует ничего невозможного..."


Думаю, не стоит как-то особо представлять Веру Хамидуллину ( http://www.litkonkurs.com/?dr=17&luid=6288 ), она хорошо известна всему порталу "Что хочет автор". Её имя то и дело мелькает в информационных сводках. "Серебряная победа Веры Хамидуллиной", "Вере Хамидулиной с благодарностью от всех нас"... И я, честно сказать, испытал некоторую робость, когда вдруг решился обратиться к ней с интервью. Но на деле, к моей радости, всё куда проще и дружественнее...

Вот это наше интервью.


И.К.:

- Вера, Вы в основном всем хорошо известны как поэтесса, переводчик и общественный деятель, много делающего для литературы и родного портала "Что хочет автор", Вы были у истоков создания Уральского отделения МСП НС... Но давайте попробуем немного приоткрыть завесу личного характера. Вы ведь, кроме всего прочего, ещё просто женщина, мать, дочь... Расскажи о себе вне виртуала. Какая Вы в жизни? Какие ещё у тебя есть интересы и так далее...


В.Х.:

- Слухи о моей известности сильно преувеличены... Я согласна на пятую часть того, что вы обо мне думаете. :) Можно долго просматривать ленту форумов, и лишь изредка в ней найдётся мой ник-имярек. А причина кроется как раз-таки под завесой личного характера. Я постараюсь быть откровенной, тем более, что неоткровенность - не мой профиль.

Начну-ка я с самого начала... Мой первый выход в свет мог закончиться максимум лет через десять весьма плачевно. Маленького дохлого лягушонка, прочно облюбовавшего больничные койки уральского городка, поддерживало на плаву плавание по страницам книг. Благо читать бабушка Агафья Яковлевна научила меня с трёх с половиной лет. Чтением занималась и за столом и под столом, и днем и вечером под одеялом. С годами скорость чтения увеличилась, а голова основательно забилась информацией. Вываливалось это всё периодически на чьи-то головы: то я могла высказать совершенно не детское мнение о чём-то; то просто уходила из садика, потому что воспитательница несправедливо наказала какого-то мальчика; то открыто высказывалась учительнице по поводу показушного рейда первоклашек на сельскохозяйственную выставку...

Родители на все мои выкрутасы и упрямство смотрели, я бы сказала, с высоты сегодняшних родительских прав, более чем спокойно. В промежутках между валянием дурака в больнице, моим воспитанием занималась бабушка, но больше улица.

Врачи настояли на перемене климата, и родители, бросив квартиру, перебрались с тремя детьми в Горьковскую область. Именно там впервые "с горя" я и начала сочинять первые стишки. Помню, проверяла по учебникам ударения, рифмы... Но в основном занималась не этим. Теперь я точно знаю, что физический труд лечит и облагораживает! Бате по должности дали старый пятистенок - в маленькой комнатёнке жили мы, а в соседней была весоремонтная мастерская. Обслуживали они с мамой семи районов в области. Старший брат учился в Горьком, младшему было десять месяцев, а мне - девять лет. На время их командировок всё хозяйство оставалось на мне: вода в колодце, дрова на улице, огород, свиньи, овчарки, приём и выдача весов, манометров и счетчиков с сопутствующими подписями на документах. Всё! Никаких "не смогла", "не успела", "не получается", "забыла" - этих слов у меня в лексиконе нет до сих пор. И до сих пор я точно знаю, что не существует ничего невозможного, что временем нужно просто уметь правильно распоряжаться, что обещать нужно только то, что ты можешь сделать, что лучше сказать "нет", чем подвести, что выражение "слабая женщина" придумано слабыми духом (попрошу не путать с женственностью!).


И.К.:

- Вот бы никогда не подумал, Вера, что у Вас так всё начиналось. А дальше что было?


В.Х.:

- Дальше была "воинская служба в отборной части спецназа"...


И.К.:

- Да Вы что!


В.Х.:

- Четыре года учёбы в Горьковской школе-интернате спортивного профиля, куда отбирали лучших из лучших и готовили из этих отборышей будущих Олимпийских чемпионов. Ритм жизни, учёбы и тренировок был головокружительным! А вечерами шли "разборы полётов": обсуждали каждый поступок, совершённый за день, требовали объяснить причины гнусного поведения. С поведением действительно было не всё как у всех. На сборах, вместо дневного сна, я могла на глазах у обезумевших от наглости тренеров собраться и уйти в лес за грибами или на рыбалку, потом это всё вывалить им же на стол и попросить их жён пожарить... Солила рыбу сама, развешивала на крыше корпуса, потом всех угощала. Или шла помогать поварам чистить картошку... Главное, не спать. В интернате лазила по балконам с этажа на этаж, ходила по карнизам, а вечерами залезала на крышу и могла там сидеть часами (предали жители соседних домов!)...


И.К.:

- Вот это я представляю, честно, никогда б не подумал... Так Вы, Вера, оказывается, в детстве отъявленной проказницей были!


В.Х.:

- А кто в детстве из нас не шалил? (улыбается) Я, конечно, догадывалась, что где-то глубоко внутри мои жестокие судьи меня очень любят и даже радуются, что есть самостоятельный челдобречек, но мозги промывать были обязаны по долгу службы. Не выгнали меня только благодаря тренеру Евгению Даниловичу - заступился. Он, в прошлом фронтовик, многие годы писал стихи, и на этой почве мы с ним и нашли ту точку, которая перевернула мир во мне. Мы могли часами читать друг другу, спрашивать друг у друга совета, вместе перебирать образы и рифмы. Между нами не стояли возраст и различие взглядов, мы просто уважительно относились к тому, что делает каждый. Я тогда вела летопись класса в стихах, писала стихи для школьных стенгазет, сочиняла гимн для интерната. Открою секрет: гимн этот отправили в Москву в комитет комсомола, где его благополучно утвердили как гимн ШИСП. Помню, в нём были слова:


"Ждут нас и рекорды, ждут нас и награды,

а быть может золото Олимпийских игр.

Нет для нас на свете никакой преграды!

Верим, наши имена потрясут весь мир!"


Из меня вылепить чемпионку по легкой атлетике не удалось - и слава Богу! :) Иначе не было бы Казанского педа, хоккея на траве, мужа-однокурсника и лучшего друга, вообще ничего бы не было. Как говаривал мой старший брат: "Пробегала бы в трусах всю свою жизнь!"

Я сполна поучила то, что имею. Улица научила меня разбираться в людях, чувствовать опасность и драться. Модель родительской, а если брать глубже, но и прародительской семьи - острова, где тебя любят и понимают, и принимают любым, где каждый выполняет свою роль не по обязанности и из-под палки, а потому, что любит свою роль, - плавно перекочевала в мою жизнь, а теперь и в жизнь детей. Спорт заставил поверить, что после изнурительных тренировок приходит долгожданная победа, что ради нескольких чемпионских минут можно вытерпеть всё, что поражения учат уважать соперника, что любая победа - это прежде всего победа команды. Постоянные сборы, разъезды, смена окружающих тебя людей научили лёгкости в общении, коммуникабельности, терпению и терпимости, с юмором подходить к любой каверзе со стороны жизнюхи...


И.К.:

- А что потом?


В.Х.:

- В 41 год пришлось перебрать всю себя, подвести итог. Тогда я с удовольствием констатировала, что жизнь удалась: я добивалась всего, чего хотела и что уходить можно... Но видимо, слишком рано и легко решила отделаться. Меня оставили, но с условием. Человек предполагает... И чувство, что я должница - осталось.

После 44 года пришлось утроить число оборотов. Работаю директором туристической компании - это до 2000 туристов в год, вагоны и автобусы на юга, база отдыха на Каме и прочие сопутствующие весёлости. Большой дом и такой же большой огород: в лучшие годы закатываю по сорок банок помидоров, огурцов, восемьдесят компотов и всяких прочих вкуснятин по полному утверждённому ассортименту. Горжусь этим безмерно, особо, когда что-то из моей баночки пищит за ушами и урча подмурлыкивает... Живём большой и дружной семейкой все вместе: мой батюшка - ходячая энциклопедь 82 лет отроду, мы с мужем, сын с невестушкой-красавицей-умницей-художницей и двухлетним внуком Ризваном. Дочка с семьёй и годовалым внучком - Юрием Валентиновичем Трифоновым-младшим - приезжают из столицы регулярно. Друзья, которым нет числа (число, конечно, есть, но они же постоянно размножаются!), с которыми не просто пуд соли съеден, а если быть точнее состава два товарных... Раз в год мы встречаем огромное количество гостей турнира "Все звезды Татарстана". А ещё устраиваем для собственного увеселения ТАКИЕ карнавалы, шоу, спектакли и концерты, что эстрада просто отдыхает (не вру!)... Это к тому, что умственно я хорошо сохранилась на уровне первого класса. Вот вы давно не валялись в сугробах? А по лужам в дождь босиком? А песни высунувшись в окно на всю улицу? Попробуйте - ни с чем несравнимые ощущения!

Последние годы на меня напала и более интересная литературная жизнь. Ежемесячно от двух мероприятий не только в Челнах, но и по Татарии - встречи с нашими писателями, концерты, авторские вечера, чтения на бульварах и в библиотеках, тематические вечера и семинары для школьников и студентов (в прошлом году даже приглашали читать лекции в Казанском универе, но тут уж я отказалась!). В этом году пригласили на должность коммерческого директора в литературный альманах "Аргамак. Татарстан". Только что в Елабуге, с помощью друзей, открыли уголок сказок Светланы Васильевны Савицкой. Есть у меня и одна идея мирового масштаба - собрать книги наших авторов со всего мира и назвать это "Библиотека мировой литературы" - в смысле классной! У меня дома стоят с грустнейшими личиками около сотни прочитанных мной и, разве что, друзьями дарственные книги. Они должны непременно стать всеобщим достоянием! Приём уже начат...


И.К.:

- Вот, кажется, благополучно мы и до портала "Что хочет автор" дошли... (улыбаюсь)


В.Х.:

- На ЧХА я появилась в 2006 году...


И.К.:

- Ого! И я в 2006 году. И потом, по воле нашего дорогого Льва Наумовича Ланского, вместе попали координаторами в "Новые имена": Вы в номинацию "Поэзия", я - в "Прозу"...


В.Х.:

- Да, Игорь. После выхода (случайного выхода!) первого сборника мне слишком часто в уши стали падать лестные отзывы, на которые два года я просто не реагировала. А потом решила выйти "на старт" и посоревноваться на поэтическом стадионе. Никаких бурных рукоплесканий в свой адрес не делала и не собираюсь. У меня впереди, как выяснилось, непаханое поле! Во-первых, планка, по доброй спортивной привычке и глядя на сильных соперников, которых здесь огромное количество и которые будят во мне не ревность, а азарт, поднята на очень хорошую высоту, чтобы недостаток знаний ощущать постоянно, а значит, и критику воспринимать, и тренироваться до бесконечности. Мозг - это же мышца! :) Во-вторых, можно оказывается, попробовать объять необъятное и усложнить себе жизнь до предела, чтобы гудела голова, а мысль скручивалась в такие плотные спирали, что ни одна капля свободного времени не слетала в песок.... для этого есть твердые формы, переводы, занимательные формы поэзии.

Сейчас я чаще сужу (это для практики и чтобы в своём глазу бревно не проглядеть), реже сама участвую в конкурсах, на страничку выставляю работы спорные, то есть далёкие от того, что потом ляжет перед читателем. На портале я всегда откликаюсь на просьбы где-то в чём-то помочь...


И.К.:

- Я тому свидетель! (улыбаюсь) Сколько раз обращался к Вам за помощью проведения и жюрения того или иного конкурса, по нашему Уральскому отделению МСП - всего сразу и не скажешь. Спасибо Вам огромное.


В.Х.:

- Вам, Игорь, тоже спасибо. Просто в силу всего вышеизложенного привыкла никого не бросать в беде, тем более, что никогда не забуду тот случай, когда мне на помощь бросились, тогда ещё новые и совершенно незнакомые, а сейчас родные и близкие друзья, сопортальцы!

Вот такой портрет получается правильно-неправильный...


И.К.:

- Хороший портрет получился - уж поверьте мне!


В.Х.:

- Скажете тоже... (улыбается)


И.К.:

- Вы не просто поэтесса, но ещё и переводчик. Трудное это дело? Ведь, как кажется, чтобы перевести какой-либо литературное произведение, прежде приходится переворошить массу всего, пересмотреть, перечитать другие источники, а это Всемирная литература, история, философия, культурология...


В.Х.:

- На переводы меня натолкнуло знакомство с татарской поэтессой Альфией Ситдиковой. Решила попробовать, а когда сделала несколько переводов - засомневалась. Дело-то ответственное! Можно было себя проверить только одним способом - поучаствовать в конкурсе переводчиков "Наследники Лозинского". Первая проба, не без помощи Марка Семеновича Луцкого, прошла как нельзя удачно: второе место в переводе с иврита и третье в немецком. Тогда уже и крылья затопорщились и пришло неукротимое желание сделать книгу на двух языках, тем более, что Альфия также рьяно взялась переводить меня на татарский. За три месяца мы её сделали! Потом искали спонсоров, потом почти полгода правили и исправляли, а потом была большая презентация на двух языках. Красотища! После этого были заказы на переводы от Союза писателей Татарии, от журнала "Казань", от поэтов Рустама Закуана (вышел сборник в прошлом году), Галимьяна Гильманова. Сейчас заказ на перевод 12 сказок в стихах, которые планируется издать отдельными книгами. И ещё на подходе лирика Радифа Гаташа - лауреата премии Габдуллы Тукая.

Татарский язык я не знаю, все остальные - тоже, русский - со словарём. Все переводы, а их за прошлый год сделано порядка 350, делаю с подстрочников. Что такое подстрочник, думаю, никому не нужно объяснять, но в двух словах - сгоревшая наполовину шифровка Юстас-Алексу. Но... Что происходит, и как все получается - я не знаю. Спасает то, что тема и порядок изложения мысли, ход действия уже заданы автором оригинала, остаётся написать это так, чтобы звучало по-русски также красиво, сохранить интонации. Для этого приходится на какое-то время снимать с плеч свою голову и ставить вместо неё другую - авторскую. Кто из нас в детстве не составлял из одного большого слова на скорость короткие словечки! Помните, смотришь в "электрификацию" и видишь "лик", "тик", "крик" и если голова работает медленно и тупо, в конце тебя ждёт бооольшая виселица. Тот же фокус, но без казни происходит и при составлении разрезных картинок. Обычная игра воображения, дополненная словарями, стократными вопросами и ещё набором слов, которые тасуешь, как хороший шулер, и в нужный момент достаёшь из рукава именно то, что нужно. Иногда это доходит до образования умственных мозолей. Зато потом своё льётся и фонтанирует.


И.К.:

- Что для Вас, Вера, выход очередной авторской книжки? Это итоги какого-то промежуточного творческого этапа?


В.Х.:

- Скорее нет, чем да. Пути творческого, как такового, и не было! Что значат в жизни каждого из нас четыре года? Что может измениться в сознании, в манере излагать свои мысли за такой короткий срок? В каждой новой книге я, как бы, разворачиваюсь и показываю себя с другой стороны. Благо по знаку близнец, то есть нас двое в одном флаконе, и показать есть что - ох, не перехвалить бы этих двоих из ларца! (улыбается)

Первая книга вышла просто благодаря приказу мужа в 2004 году. Вторая - в 2006-ом. В этот же год я впервые появилась на ЧХА и в октябре меня приняли в члены МСП "Новый Современник"... В 2007-ом - переводы. В 2008-ом - третья книга и приём в Союз российских писателей, Международный и Российский Литфонды. Также в этом году прошла предварительный этап по приёму в СП Татарии (заседание правления, где мне предстоит держать ответ за свои литературные злодеяния, назначено на осень). В конце прошлого года выпустила первый диск с песнями на свои стихи, одну даже сама нахально спела. В промежутках успела впрыгнуть в сборник антологии челнинской поэзии, в сборник экспериментальной поэзии "Однословный многорифм" - благодаря Александру Гами, и ещё в несколько коллективных изданий. Сейчас лежат 80 детских стихов (их публиковали в журнале "Идель", газетах), лирики и юморилики накопилось немеряно (в книгу войдёт меньше половины), почти готова рукопись "Уровень сложности" (с ней не тороплюсь - это очень серьёзна и кропотливая работа), те же переводы ждут своего часа. Слишком много времени я просидела в засаде. Вяло пописывала в стол, никого не травмировала своими "записками сумасшедшего", даже не помышляла что-то накласть в литературу. (улыбается)


И.К.:

- Вера, от души желаю, чтобы при приёме Вас в СП Татарии всё прошло благополучно! Поверьте, Вас обязательно примут, Вы достойны...


В.Х.:

- Спасибо, Игорь.


И.К.:

- Чего не хватает нашему порталу? Чего бы из нового хотелось?


В.Х.:

- На портале жизнь кипит. Думаю, грех жаловаться! Каждый при желании может найти занятие по душе. Особенно хороши турниры! Молодцы! С новыми авторами работу поставили. Для любой новой идеи, как бы хорошо она не смотрелась со стороны, прежде всего нужны толкачи-исполнители, то есть человеческое неравнодушие. А кто посмеет сказать, что писатели люди равнодушные!

Могу только пожелать всем и каждому занести в дом ЧХА стул или вазочку, повесить веселенькую занавесочку. И беречь мир. И творить.


И.К.:

- Ваши пожелания новым авторам портала?


В.Х.:

- Недавно мы душевно беседовали с одной замечательной поэтессой. Она долго не могла прийти в себя от фразы, что в сборники я могу легко включить стихи, которые мне самой не нравятся и при этом мне за них не бывает стыдно. Она три раза произнесла магическое слово "ЗАЧЕМ!" То, что я сейчас скажу - криминал, людям с тонкой и ранимой душой, а так же обремененных манией величия и чувством непоколебимости - читать не рекомендуется, спорить тем более.

Я гончар, который поставлен делать вазы, тарелочки, горшки, ночные вазы, в конце концов. Потом свой товар я несу на базар. И каждый решает сам, что и, главное, для чего купить (прочитать) то или иное изделие. Возможно, самую мою любимую вазу (стиш), которую я лепила аж не один год, семейная чета Пустозвоновых приобретет под цвет своего нового спального гарнитура в качестве ночного горшочка. У старого деда Трудоголикова разбилась на днях тарелка, из которой он привык ежедневно кушать похлебочку. Уродливый брак, который я чуть было не разбила сгоряча, вставит Гурман-Стилистыч в свой фонтан, украсит всевозможными... банами и назовет "Квадратом Малевича".

Поэтому я не беру на себя роль судьи: не бью себя в грудь и не считаю, что произвела на свет шедевр, и тем более не хватаюсь за кувалду всякий раз, когда вижу что-то для меня самой сомнительное. Вот только есть несколько секретов: глину меня учили замешивать мои родители; руки привыкли не лежать в своих карманах без дела - в чужих от безделья; ещё я не считаю себя всезнайкой и стараюсь без устали изучать новинки и тайны технологии у лучших гончаров, прислушиваюсь к их замечаниям; не перекаливаю и стараюсь соблюдать чувство меры, когда наношу витиеватый рисунок.

Главное, никогда не стоит быть уверенным, что работу ты делаешь только для себя (для себя едят яблоко под одеялом). Зачем, для кого ты пишешь? Сможешь ли ты сказать то, что до тебя говорили тысячи других, так, чтобы тебя услышали? Если "да", я желаю вам всем только удачи!


И.К.:

- Спасибо, Вера, за интересное интервью. Счастья Вам! И до новых встреч!


Интервьюировал Игорь КРАСНОВ, дежурный по порталу.


июль 2009 г.


Источник: http://www.litkonkurs.ru/?dr=45&tid=216056&pid=0