# В дождь

Юрий Александрович Кувалдин

Юрий Кувалдин


В ДОЖДЬ


рассказ


Третий день идет дождь. Саша стоит на террасе у окна и смотрит на вздрагивающий от капель шиповник с поникшими бордовыми цветами. Делать нечего. Дверь с террасы в комнату открыта, оттуда пахнет угольным дымом. Топится старая железная печка. Саша втягивает в себя воздух, грустно вздыхает и переводит взгляд на кота с большим и длинным дымчато-серым хвостом, расстеленным по выгоревшей клеенке стола, который стоит в углу террасы. Кот сидит неподвижно, сложив лапы, смотрит в одну точку и изредка жмурится.

Десятилетний Саша в эти минуты похож на медлительного старичка. На Саше длинная отцовская телогрейка и большие кирзовые сапоги. На столе, сбоку от кота, лежит раскрытый учебник русского языка, но читать его у Саши нет никаких сил. Судьба Саши решится осенью: быть ли ему в четвертом классе. Монотонно жужжит под потолком зеленая большая муха. Саша закрывает глаза, в этом низком жужжании узнает звук вражеского самолета, резко стаскивает с головы кепку и швыряет ее в сторону жужжания.

Кот испуганно срывается со стола и кидается к двери. Там он затихает на мгновение, а потом басовито воет, чтобы его выпустили на улицу. Саша открывает дверь и ждет, когда кот уберет, выходя, свой лисий хвост, чтобы не отрубить его дверью. Хвост медленно, как бы назло, выплывает на крыльцо.

- Тепло же выпускаешь! - кричит на кота Саша и подталкивает его ногой.

Через окно Саша видит, как кот соскакивает с крыльца под дождь и бежит под стол в зарослях орешника. Саша отворачивается и видит на столе белые страницы учебника. Почему-то в этот момент Саше хочется плакать. Он быстро подходит к столу, захлопывает учебник и со злобой несколько раз бьет им по углу стола, приговаривая:

- Вот тебе, азбука!

Затем Саша бежит с учебником в комнату и, с глаз долой, засовывает его под подушку на кровати.

В это время слышится стук в дверь и доносится тонкий голос соседского мальчика Андрея:

- Санька, на рыбалку пойдешь?!

Вместе с Андреем на террасу вбегает мокрый кот, отряхивается и мчится к блюдцу. Но там пусто. Саша шмыгает носом и с хозяйской заботой говорит:

- Терпи, Васька!

Не обращая внимания на занудный, моросящий дождь Саша с Андреем идут к сараю копать червей. К сапогам липнет скошенная трава.

В руках у Саши большая лопата. Земля влажна, чавкает под лопатой, но копается легко. Холодные черви, извиваясь, летят в консервную банку и присыпаются сверху землей. За шиворот мальчиков попадают холодные капли, заставляют двигаться быстрее.

- Верхоплавки опять будут поплавок гонять, надо бы мух наловить, - говорит Андрей, засовывая красные руки в карманы куртки.

- А как их ловят? - спрашивает Саша.

- Как-как? Газетой шлепнут и готово дело.

- Ну, газетой от них ничего не останется.

Далее молчаливо берутся удочки, и мальчики идут по грязной дороге к небольшому пруду.

- У тебя чего по русскому было? - между прочим, забрасывая крючок в воду, спрашивает Саша и, как только поплавок затихает, смотрит, не моргая, в одну точку.

- Трояк, - равнодушно отвечает Андрей и говорит: - Вчера дядя Слава тут целую кастрюлю манной каши вывалил в воду. Должно клевать...

Пахнет болотной травой и мятой, которая растет по берегу в кустах ивняка. Две вороны сидят, покачиваясь, на макушке мокрой ели, иногда они бросаются с гортанным карканьем вниз, ударяя клювами друг друга в полете, затем благополучно взгромождаются на прежнее место.

- Зачем только русский язык учат! - продолжает свое Саша. - Спокойно говорим на нем. Чего учить... Еще бы урок хождения придумали! Правой ножкой, левой...

- Или урок раскрывания рта! - звонко кричит Андрей.

- Тихо! - одергивает его Саша и ежится в своей огромной телогрейке. - Кажись, клюет!

Поплавок Сашиной удочки начинает приплясывать. Андрей скашивает на него глаза, потом говорит:

- Верхоплавки, паразитки, балуются.

Саша не выдерживает, дергает удочку, из воды выскакивает серебристая, тонкая, как килька, верхоплавка и летит в высокую траву берега. Саша бросает удочку и прыгает за ней. Он копается в траве, глаза его жадно блестят, наконец, находит рыбку с воткнутым в бок крючком.

- Фигак, иди, позырь! - кричит он, как шальной.

- Вот это да! За бок поймал! - одобрительно говорит Андрей и хлопает ладонью Сашу по плечу. - Ну ты воще!

Саша смущенно опускает глаза, ищет банку с червями, с трудом насаживает скользкого, извивающегося червя на маленький крючок и забрасывает его в воду. Некоторое время проходит в молчании. У Андрея не клюет, он хмурится и затем говорит:

- И че мы воще в школу ходим, че мы там забыли?

- Да это нас отдают потому, что не с кем оставлять, - развивает мысль Саша, вытягивает губы и начинает тихо насвистывать.

- Это точно, - соглашается Андрей. - Отдают, чтобы отделаться от нас, сбыть с рук. Я бы, например, наставил телевизоров на каждой парте. Приходишь в школу, включаешь и смотришь.

- Ну да, на диктора... Тот как начнет бубнить...

- Не! - кричит, увлекаясь, Андрей. - Тогда видеомагнитофон каждому! Смотри, что сам хочешь, а не что тебе диктор бубнит, как дед-девяносто лет!

- У тя клюет! - истошным голосом перебивает его Саша, бросает свою удочку, готовый тащить Андрееву. Андрей поспешно дергает и радостно вопит:

- Фи-игак!

В траву плюхается скуластый и глазастый бычок. Андрей хватает его и пытается вытащить из широкой пасти крючок, но крючок так глубоко сидит, что приходится напрягаться и рвать с кишками.

- Все равно Василий Алибабаевич слопает, - говорит Андрей.

- Да он их никогда не ел. Кто его знает. Он в школу не ходит.

- Везет же ему, - говорит тихо Андрей, поблескивая глазами.

Саша смотрит на свой поплавок, затем переводит взгляд на противоположный берег, на зеленое, с желтыми пятнами поле. Саше становится скучно, и он медленно вытягивает леску из воды. Но червяка ему снимать жалко, Саша нагибается, берет банку с червями и идет вдоль пруда на новое место. Андрей спешит за ним.

- Мне тоже надоело, - говорит он, догоняя Сашу.

- Последний разок заброшу, - говорит Саша.

Не успел поплавок успокоиться, как тут же пошел вниз. Саша, не веря столь быстрой поклевке, не шевелится. Андрей припадает к его уху и горячо шепчет:

- Тащи!

Огненно-перистый, золотой карась с добрую ладонь бьет хвостом по траве, быстро раскрывает рот и пучит глаза...

Кот долго кружит вокруг блюдца с живым карасем. Наконец, ухватывает рыбу острыми белыми клыками за хвост и энергично подбрасывает ее. Карась трепещет в воздухе.

Мальчики смеются.


В книге "Философия печали", Москва, Издательское предприятие "Новелла", 1990.