# Тора! Тора! Тора!

Виктор Иванович Леденев

Победы могут быть громкими, но не решающими...

ТОРА! ТОРА! ТОРА!


Просмотрев суперширокоформатный и стереозвуковой фильм

" Перл Харбор", наши зрители пребывают в уверенности, что

теперь уж они точно знают, как все было 7 декабря 1941 года

на Гавайских островах. Фильм хорош, ничего не скажешь, но

это всего только фильм. Увы, действительность и романтичнее

и суровей фильма одновременно. О Перл Харборе написаны

тонны литературы, описаны тясячи историй, подобных той, что

показана в фильме. Дополним список еще одной.


НАЧАЛО КОНЦА.


Все началось с внезапной любви министра информации Третьего Рейха Иозефа Геббельса к семнадцатилетней Руфь Кюн. Пристрастие хромого Иозефа к молоденьким девочкам было общеизвестно, но даже фюрер смотрел на его шалости сквозь пальцы. Руфь была очень красива и Геббельс не устоял...

Отец девушки Бернард Юлиус Кюн был морским офицером, но его корабль потопили англичане в 1915 году и он попал к ним в плен, где в совершенстве овладел языком, что впоследствии ему весьма пригодилось. Разочарованный в Веймарской республике он примкнул к Гитлеру, однако высоких постов не получил. Успех дочери у Геббельса обещал принести дивиденды и отцу, но министр внезапно охладел к красавице и решил, что его бывшая любовница должна покинуть Германию. В 1935 году семья Кюнов поселилась в Гонолулу, а в 1939 переехала в Перл Харбор. Красавица Руфь открыла шикарный косметический салон для жен офицеров военной базы, а отец увлекся астрономией и по ночам разглядывал звезды. Его малолетний сын тоже был любознательным ребенком - его интересовали военные корабли, куда мальчишку водили его знакомые моряки. Они с гордостью показывали и рассказывали малолетке о своих кораблях, справедливо считая, что двенадцатилетний мальчик все равно ничего не поймет. Они ошибались. Щустрый малец не только все понимал, но и запоминал все рассказы и позже передавал их отцу.

А о женах офицеров и говорить не приходилось, они рассказывали красавице Руфь такие подробности военной жизни своих мужей, что услышь их щеф ФБР Эдгар Гувер, его хватила бы кондрашка. Кюн-старший регулярно ездил в Гонолулу, где частенько распивал чаи с японцами из консульства. Руфь тоже несколько раз выезжала в Европу, закупать новые косметические средства и никто этим поездкам не удивлялся. Фрау Кюн тоже не была домоседкой и любила путешествовать. Вряд ли жители Перл Харбора и власти догадывались, что почтенная матрона ездила в Японию. Выяснилось позже, что только за пеоследний год перед войной семья Кюнов получила только от японцев более 100 тысяч долларов. В Стране Восходящего Солнца понимали важность сведений добытых этой семейкой. Кроме того, сведения поступали и в Берлин. Именно агентурные данные от семьи Кюнов послужили основой для разработки плана нападения на главную военно-морскую базу США на Тихом океане. Это - крупнейшая победа японской разведки во Второй мировой войне.


ПОДГОТОВКА К "ВОСХОЖДЕНИЮ".


18 ноября от берегов Японии вышли в море пять подводных лодок класса "И". Контуры их рубок были необычными - на каждой лодке за рубкой была прикреплена сверхмалая подводная лодка с экипажем из двух человек. Скоро лодки погрузились и пошли курсом на Гавайские острова. Соблюдалась строжайшая секретность - днем лодки шли только в подводном состоянии и лишь ночью всплывали дна поверхность. Другая группа кораблей собралась у пустынного острова Курильской гряды Иторофу. Суда прибывали поодиночке. На каждом был новый радист, штатные радисты остались на местах базирования кораблей и оттуда вели оживленный радиобмен, ведь каждый радист обладал своим, неповторимым "почерком". Никто не должен был знать, что корабли вышли в море. Скоро адмирал Нагумо с капитанского мостика флагмана авианосца "Акаги" увидел все 32 корабля своей ударной группы - шесть авианосцев, два линкора, три тяжелых крейсера, эсминцы, танкеры и другие вспомогательные суда. 25 ноября пришел приказ командующего объединенным флотом Японии адмирала Ямамото: "Оперативному соединению, действуя скрытно, нанести удар по военно-морской базе США на Гавайях в день "Х". Дата будет сообщена позже отдельным приказом". Армада двинулась на Гавайи. Строжайшая тайна соблюдалась на всем пути, даже мусор не разрешалось выбрасывать в море, во время шторма шлюпки не спускались на воду для спасения смытых волнами в море моряков. Корабли хранили полное радиомолчание, ни один самолет не поднимался с авианосцев. Что касалось случайно встреченных кораблей, то существовал приказ - потопить и забыть. Томительное ожидание измотало всех, когда пришел долгожданный приказ: "Начинайте восхождение на гору Ниитака". Это означало, что удар по Перл Харбору должен быть нанесен 7 декабря.

На мачте "Акаги" медленно поплыл вверх священный флаг, реликвия японского флота - тот самый флаг, который развевался над флагманским броненосцем адмирала Того в Цусимском сражении. Радио Гонолулу передавало танцевальные мелодии...

До острова Оаху оставалось 230 миль. Летчики получили праздничный завтрак, на головах у них были белые повязки с иероглифами. В шесть часов утра воздух вздрогнул от рева моторов - первая волна атакующих самолетов взлетела с качающихся палуб авианосцев полетела навстречу восходящему солнцу. 40 торпедоносцев, 51 пикирующий бомбардировщик, 49 бомбардировщиков и 43 истребителя прикрытия построились в боевые порядки и двинулись на Перл Харбор. В 7.15 в воздух поднялась и вторая волна самолетов - теперь к Гавайям направлялись 353 самолета, еще 39 истребителей остались на авианосцах на случай ответного удара американцев.


ХРОНИКА АДА.


6.45. Командир эсминца "Уорд" капитан-лейтенант Аутбридж заметил необычную подводную лодку, идущую вплотную за кормой направляющейся в Перл Харбор самоходной баржи. Он приказал открыть огонь. Второй снаряд попал в цель. Лодка погрузилась и эсминец закидал ее глубинными бомбами.

7.03. "Уорд" засек еще одну подводную лодку и снова атаковал ее. На поверхности расплылось масляное пятно..

На радиолокационной станции в Перл Харборе дежурят рядовые Локкард и Элтотт.

Они обнаружили группу самолетов, направляющихся к военной базе, и доложили начальству. В это время все командиры завтракали, Дежурный офицер поблагодарил рядовых за прекрасную работу и заверил, что это возвращается группа бомбардировщиков Б-17. Элиотт сделал запись в журнале и выключил станцию.

7.12. Капитан-лейтенант Аутбридж доложил об атаке подводных лодок командованию.

7.40 Командир первой волны атакующих самолетов Мимцуо Футида увидел, что над островом нет облачности. Все цели ясно видны. Ориентиры были не нужны - радиостанция Гонолулу продолжала работать и японские летчики использовали ее, как приводной маяк. Перед каждым пилотом на лобовом стекле имелась фотография бухты Перл Харбор с птичьего полета. Такие открытки продавались в качестве сувениров по доллару за комплект. Карты японцам были не нужны. Самолеты молчали - летчикам запрещено было даже дотрагиваться до кнопок радиопередатчиков.


7.53. Футида передает на авианосец "Акаги" условную фразу: "Тора! Тора! Тора!" и дает сигнал к атаке. На борту линкора "Калифорния" старослужащий рассказывает салагам: "К нам в гости пожаловал русский авианосец - видите, у них красные круги на самолетах"

7.54. На кораблях построены оркестры для исполнения гимна при поднятии флага.

На гаванью появились первые торпедоносцы. Пять линейных кораблей стояли у пирса попарно, лишь "Невада" и "Калифорния" стояли одиноко, а флагман флота "Пенсильвания" стояла в сухом доке. Все торпеды нашли свои цели. Оркестр на "Неваде" уже играл гимн, когда над линкором промчался торпедоносец. Хвостовой стрелок увидел музыкантов и дал очередь из крупнокалиберного пулемета. Музыканты все же доиграли гимн и лишь потом убежали в укрытия Радиостанция штаба передает сообщение о налете японской авиации.

8.10 Бомба попадает в боевые погреба "Аризоны", раздается страшный взрыв, огромный линкор превратился в груду металлолома. "Оклахома" после попадания первой торпеды переворачивается и тонет. "Вест Вирджиния" после трех торпед в борту загорелась и села на дно. "Калифорния" утонула прямо у пирса. Только "Невада" попыталась выйти из гавани. Японцы увидели маневр корабля и решили затопить его на входе, чтобы закупорить гавань. Цель японцев стала понятной и командованию - линкор выбросился на мель и загорелся. Линкоры "Мэриленд" и "Теннеси" пострадали меньше, хотя и они горели от попадания бомб. Американские моряки считали применение торпед в мелководной гавани Перл Харбора невозможным. Торпеда с самолета при падении сначала погружается на глубину до 20-30 метров и лишь потом всплывает для атаки. Глубина гавани в Перл Харборе не превышала 15 метров. Однако один японский умелец приспособил деревянные плавники для обычных торпед и они успешно работали на мелководье. Те корабли, которые японцы не могли достать торпедами, подверглись удару пикирующих бомбардировщиков, оснащенных вместо обычных бомб 16-дюймовыми бронебойными снарядами от береговых орудий с приваренными к ним стабилизаторами. Такие бомбы-снаряды легко пробивали бронированные палубы линкоров. Особенно досталось кораблю-мишени "Юта". Японцы атаковали его часто, но безуспешно. Дело в том, что корабль использовался для обучения пилотов прицельному бомбометанию и его палубы были дополнительно защищены несколькими рядами бревен. Однако скоро и он перевернулся..

8.30 В гавани появляется сверхмалая подводная лодка. Она выпускает две торпеды, но безуспешно. Эсминец "Монахген" таранит лодку и отправляет ее на дно. Из пяти малых лодок только одной удалось прорваться в гавань. Две были потоплены, две пропали без вести. Последняя лодка под командованием лейтенанта Сакамаки весь день 7 декабря пыталась прорваться к Перл Харбору, но это ей не удалось. Торпедные аппараты были повреждены, и экипаж решил взорваться вместе с лодкой. Однако судно застряло на рифе, до берега вплавь добрался один лейтенант Сакамаки. Он стал первым японским военнопленным.

8.35. К Оаху подходят 12 бомбардировщиков Б-17 под командованием майора Лондона. Пилоты видят необычное оживление в небе и ничего не понимают, пока японцы не начинают расстреливать безоружные самолеты - перед дальним перелетом из Сан-Франциско с бомбардировщиков сняли все вооружение. Еще одна группа самолетов прилетела с авианосца "Энтерпрайз". Американские летчики тут же вступали в бои с японцами. Но им не повезло - зенитчики не поверили в появление собственных самолетов и открыли огонь по своим. Героями дня оказались два американских пилота - Джордж Уэлч и Кен Тэйлор. Они прокутили всю ночь и решили искупаться в море, когда начался налет японцев. Лейтенанты рванули не аэродром и успели взлететь до того, как его разбомбили. Лейтенантам удалось сбить семь самолетов противника. Но потери американской авиации оказались слишком велики. Они потеряли в один день свыше трехсот самолетов, в основном на аэродромах. В 10.00 на авианосце "Акаги" заметили в небе черные точки - возвращались самолеты первой волны. Горючее в них было на нуле. Пилоты горячились, требовали заправки и подвески новых бомб, чтобы совершить еще один вылет. Но нового вылета не было, задача была успешно выполнена. Около 13.00 последний , 324-й самолет коснулся палубы авианосца. Еще через полчаса эскадра взяла курс домой, в Японию. Всего японцы потеряли над Перл Харбором 29 самолетов.

Потери американцев были катастрофическими - потоплено пять линкоров, три - серьезно повреждены, выведены из строя три крейсера и три эсминца - всего восемнадцать кораблей и свыше трехсот самолетов.


РАЗВЯЗКА.


Собственной радиостанции у семьи Кюнов не было, сооружение коротковолновой антенны вблизи военной базы могло вызвать нежелательные расспросы. поэтому Кюн-старший и консул Японии Отождзиро Окудо разработали свою систему передачи данных.

Кюн из окна своей мансарды подавал световые сигналы, а японец уже дублировал их по радио. Система была успешно опробована 2 декабря 1941 года.

Через пять дней, рано утром семья Кюнов не спала, они ожидали японские самолеты. Наконец Руфь их заметила.

- Папа, они летят!

Кюн взялся за свои астрономические приборы - к острову приближались эскадры японских бомбардировщиков.

- Я молю бога, чтобы американцы не успели поставить противолодочную сеть, иначе подводная лодка не сможет нас забрать отсюда.

- Не волнуйся, папа, они нас увезут. Мама, не бери с собой ничего, кроме денег...

Самолеты начали бомбежку, над гаванью встали клубы дыма. Летчики уже не так хорошо ориентировались в обстановке, им необходимо было наведение на цель. Это наведение обеспечивали Кюны. Руфь встала к телескопу, передавала данные об обстановке в гавани отцу, тот переводил их на язык световых сигналов. Данные принимал японский консул и передавал их по радио летчикам. Связь работала идеально, однако прекратилась за пятнадцать минут до окончания налета...

Руфь не отрывалась от окуляра. когда услышала за своей спиной возглас отца: "Майн Готт!". Она обернулась и увидела двух американских офицеров с оружием... Паника, охватившая остров из-за внезапного налета японцев, коснулась, однако, далеко не всех.

Два офицера военно-морской разведки спишили в свой штаб, когда один из них заметил сигналы в окне маленького домика. Он сразу понял - световые сигналы! К ним присоединился еще один морской офицер и они втроем ворвались в дом Кюнов. В прихожей стояли чемоданы, рядом сидела женщина с малолетним сыном. На втором этаже офицеры застали отца и дочь за работой - они сигналили японцам. Арестованных препроводили в штаб вместе с чемоданами, в них не было ничего из вещей - только деньги...

Америка после 7 декабря 1941 года вступила во Вторую мировую войну и Кюнов судили по законам военного времени. Доказательства против них были убийственные - документы, копии донесений на немецком языке, деньги, расписки, световой код и все прочее. Вся семья вела себя на процессе весьма благородно - доктор Кюн, его жена и дочь всячески выгораживали друг друга и старались принять вину только на себя, доказать, что именно он возглавлял эту шпионскую группу. Суд пожалел женщин, принял версию доктора Кюна и приговорил его к смертной казни, а женщин ждала тюрьма. Однако 26 октября 1942 года, решение суда было пересмотрено - показания Кюна сочли весьма ценными и смертная казнь была заменена ему на пятьдесят лет тюрьмы. Фрау Кюн и ее дочь Руфь после войны были помилованы и высланы из страны. Они вернулись домой, в

Германию, где благополучно дожили до старости. Так необычно сложилась судьба бывшей любовницы хромого Геббельса.


P.S. Одна из японских подводных лодок, потопленных бравым капитан-лейтенантом Аутбриджем на подходе к острову Оаху, действительно направлялась в Перл Харбор, чтобы забрать семью Кюнов и сотрудников японского консульства. Им пришлось бы очень долго ее ждать на берегу. Видно, не судьба...