# И утро не спешит

Галина Иосифовна Лещинская

И УТРО НЕ СПЕШИТ


* * *


Я полюблю тебя этой душистою


Ночью зелёной,


Чтобы закрыть раны души своей


Ватным тампоном.


Чтобы забыть звёздные овощи —


Нальчика ночи,


Чтобы не слать крики о помощи


Авиапочтой.


Буду писать деловито и чинно,


В скобках: о разном.


Это мучительно, неизлечимо,


Это — как насморк.


Что откровенность... Мне интереснее


Внешне беспечно


Переболеть всеми болезнями


Сердца и желчи.


* * *


Мне не простится этот грех,


Когда приснилось — выпал жребий:


«Одной из всех — противу всех —


За всех». И меньшего не требуй.


И невозможный этот путь


Открылся, чтоб меня прикончить.


Я опишу когда-нибудь,


Как той декабрьской страшной ночью


Ты по традиции, боюсь,


Что не от Вертера — от века,


Когда любовь страшится смеха,


Духовный предложил союз.


Безропотно, почти без слёз


Я слушала. Какие слёзы?


Проклятий вихрь меня вознёс,


Куда блаженство не возносит.


Всё, что отвержено — смешно.


Посмейся же! Ведь я от шока


Кричала, уж не помню что,


Вонзая пальцы в горло Бога.


* * *


В этот час, уже не слишком ранний,


Города немыслимо коснуться,


Он на камне, на холсте, на блюдце,


В сером перламутровом тумане.


Он не город — акварель под тучей,


Он — искусство, а не жизнь людская.


Не разбужен или не озвучен,


Наш язык пока не понимает.


* * *


Ты нужен, ты нужен, как хлеб и вода.


Влюблённая, маюсь по улицам.


Нет, хлеб и вода — это всё ерунда,


Как лошади нежное — «умница».


Ты нужен, как нужен в пустыне мираж,


Как нужен светляк в подземелье.


Мне так же вот нужен теперь карандаш,


Чтоб строчки не улетели.


Зачем за единственное «моя»


Не пала, как дерево в бурю?


Тебя оттолкнула... Отвергла тебя.


Рабыня, восставшая с дури.


Ты думаешь, верно, — не победил.


Ты думаешь — стойко держалась.


Но, милый, любимый, из нас из двоих


Поверженной я оказалась.


Ведь снова и мучая, и маня,


Весною угасшей и летом


Ты каждую ночь побеждаешь меня


И даже не знаешь об этом.


* * *


Мне жалко ночь. Легко вспугнуть —


И убежит, как сон, как вор.


Мне жалко эту тишину


Разменивать на разговор.


* * *


В. Зуцу


Как холодно! Погасли фонари.


В тумане чёрном можно потеряться.


Мне одному бродить тут до зари.


Мне одному тут до зари скитаться.


Слегка скрипит под лёгким шагом снег.


Молчат, молчат торжественные крыши.


Никто теперь не вспомнит обо мне,


Никто во сне мой голос не услышит.


Как холодно! И утро не спешит.


Я возвращаюсь к своему похмелью.


Плывут, плывут немые этажи


Из поднебесья прямо в подземелье.


* * *


Не пугайтесь. Это только ветер.


Это только сонное окно.


Не пугайтесь. Мы одни на свете.


Мы сейчас одни, и мы — одно.


Все трамваи, пешеходы — мимо,


Ни один не тормозит шофёр.


Слово «мой» — оно неповторимо.


Я его не знала до сих пор.


Не пугайтесь. Вас так грустно любят.


Не покинут, не прогонят прочь.


Не пугайтесь. Утро не наступит.


Будет вечно только эта ночь.