# Гости. Балясин. Лариса. Клоун.

Виктор Вениаминович Ляпин

Когда в твоем доме появляется давно бросившая тебя любимая женщина и неизвестно откуда взявшийся странный клоун, случится может все что угодно.

-- ВИКТОР ЛЯПИН

ГОСТИ. БАЛЯСИН. ЛАРИСА. КЛОУН.

Действующие лица:


БАЛЯСИН

ЛАРИСА

КЛОУН

САНИТАРКА


Квартира БАЛЯСИНА. В центре - комната с тахтой, ширмой, радиолой, журнальным столиком, двумя креслами и старым сервантом с баром. Справа - кухня с кухонным столом, парой стульев, чайником на плите. Слева - ванная комната с распахнутой дверью и потрепанной занавеской на самой ванной.

БАЛЯСИН распахивает дверь и вбегает в свою квартиру. Оглядывается, ища кого-то. Торопливо заглядывает под тахту, потом бежит в ванную комнату. Бросается к кухне и... замирает в дверях, словно нашел, что искал. Хотя на кухне никого нет. Ухмыляясь, БАЛЯСИН прислоняется к косяку.


БАЛЯСИН. Я знал, что ты здесь. Явилась. Могла хотя бы предварительно позвонить. Что молчишь?


Идет в комнату. Ему отвечает только тишина пустой квартиры.


БАЛЯСИН. Ты, между прочим, здесь больше не живешь. А если бы у меня вдруг были гости? Женщина? Любовница? И вообще - торжество? Что тогда? Тебя это не приходило в голову?

Конечно, не приходило. Тебе плевать. Ни с того, ни с сего взяла и притащилась. (Принюхивается) Уф, да еще и пьяная. Тебе помочь раздеться? Сними хотя бы туфли. Давай я отнесу их в прихожую.


Идет на кухню и снимает с воображаемой женщины воображаемые туфли.

БАЛЯСИН. Вот так... вот так. Опять натерла ноги? Дурочка, я же тебе говорил, я же тебе предлагал купить другие туфли, не с таким каблуком и колодкой. Я же видел в магазине хорошие, недорогие туфли. Такие, как были у моей мамы. Не морщись. Тебе это не идет. У тебя сразу морщины на лице. Шучу. Не зуди.

БАЛЯСИН бережно несет воображаемые туфли и ставит у двери.


БАЛЯСИН. Ты меня, конечно, прости, но как ты опустилась. Просто страшно смотреть, как ты идешь на дно. Невероятно. Всего-то за год.

(Нежно протирает воображаемые туфли) Что на этот раз? Он опять тебя выгнал? Твой Ромео, твой единственный. (Какое-то время ждет ответа) А при чем тут я? Я не понимаю. Ты сама говорила, что все кончено, что назад дороги нет. Разве не говорила? Разве я не валялся у тебя в ногах, не молил остаться? Разве я не предупреждал тебя, что это всего лишь увлечение, минутная страсть, забава, которая пройдет, и ты окажешься ни с чем? Вспомни, вспомни. Не хочешь? Молчишь? Черт с тобой. Молчи. Я тоже буду молчать.


БАЛЯСИН ложится на тахту лицом к стене. Переворачивается на спину и кладет руки за голову.


БАЛЯСИН. ...Ты помнишь, как мы познакомились? На вечере у твоих друзей. Ты была слегка подвыпивши. Скажем так. Всю дорогу ты подшучивала надо мной. "Куда вы меня ведете?", "Подойдите к свету, я хочу разглядеть ваше лицо", "А почему мы не берем такси?". А здесь ты сразу разделась и забралась в ванну. Ты говорила, что в первую ночь мужчине нельзя позволять делать ничего и послала меня за шампанским в ресторан. А у меня не хватило денег, и я купил бутылку дешевого сухого вина. Помнишь свое кислое лицо? У твоего нынешнего кавалера есть деньги на шампанское? А может он скряга?

Как он тебя любит? Как ты ему отдаешься? Твоя любимая поза все еще по-собачьи? Все по-собачьи. Вся жизнь по-собачьи. (Смахивает с журнального столика пустые стаканы, какие-то листы бумаги, газетные вырезки)


Вскакивает. Смотрит на разбросанные по полу вещи.


БАЛЯСИН. Не швыряй стаканы! Это не твои стаканы. И это не твой дом. Ты предала этот дом. Хотя здесь тебе было неплохо. Что? Иначе бы ты не находила сюда дорогу даже на автопилоте. Да, да, и нечего пререкаться, нечего делать из меня идиота. Тебе здесь было очень неплохо. Я ухаживал за тобой, как..., как за богиней. А? Разве не так?

(Поднимает один из стаканов) Хочешь выпить? Конечно, ты хочешь выпить. Наверное, уже порылась без меня в моем баре? Сейчас проверим.


Он идет и открывает свой бар.


БАЛЯСИН. Не успела. Что ж, ты заслужила призовую порцию. Коньяк? Шампанское? Видишь, у меня есть коньяк и шампанское. Я живу богато. Без тебя я живу богато. Впрочем, что я спрашиваю? Шампанское, конечно, шампанское. (Он берет бутылку, поднимает с пола второй стакан, разливает шампанское и один стакан ставит на полу у кухонной двери) Бери. За нашу очередную встречу. За твое очередное изгнание из рая. Или ада. Твое здоровье! (Пьет)


Входная дверь приоткрывается. Бесшумно входит ЛАРИСА в пальто и белом платье. Останавливается в дверях. БАЛЯСИН ее не замечает. Он уже ничего не замечает. Он, как глухарь на токовище, слышит и видит только себя и то, что он себе придумал.


БАЛЯСИН. ...Ты знаешь, а я больше не жду тебя. Да, представь. Совсем не жду. Мне было бы легче, если бы ты это поняла и больше не приходила. Конечно, для тебя это удар. Я понимаю. Но лучше сказать правду, чем лгать. Хотя ты всю жизнь поступала иначе. Лгала до последнего. Помнишь, как легко ты говорила мне "Люблю"? Удивительно легко. Изящно. Ты могла повторять это слово десятки раз. Уверен, не только мне. (Смотрит со слезами в глазах в то место, где сидит его воображаемая собеседница)

Что? Слезы? Прекрати. Меня сейчас стошнит. Я знаю цену твоим слезам. Я же знаю, что все это игра. Ты пришла в неудачное время. Я трезв. Я прекрасно различаю, где ты искренна, а где играешь. У меня нюх. А у тебя слишком хищные глаза. К сожалению, мы знаем друг друга много лет.


ЛАРИСА, которую БАЛЯСИН по-прежнему не замечает, тихо садится, прислонившись к косяку входной двери, и закрывает лицо руками.


БАЛЯСИН. Стареющая потасканная тварь. Дрянь. Подзаборная шлюха. Ты знаешь, правильно говорят - женщина, у которой было больше одного мужчины, уже блядь. А я у тебя не входил даже в первую сотню. Откуда такая страсть к коллекционированию мужчин? Только не надо выть. Сбегутся соседи. Хорошо, прости. У меня тоже сдают нервы.

Не подходи ко мне. Сиди там. В конце концов, я должен все тебе высказать. Кто знает, когда ты еще придешь.


ЛАРИСА отнимает руки от лица, смотрит на БАЛЯСИНА, и снова опускает голову.


БАЛЯСИН. Я сказал, что больше не жду тебя. Не знаю. Временами это не так. Пока ты не приходила, все было по-другому. Но теперь. Ты издергала меня. Я не знаю, что думать. Не знаю, чем это кончится. Когда ты стала приходить - так внезапно, так неожиданно, так дерзко - все в моей жизни опять перевернулось. Я растерялся. Я не знал, как мне к этому относиться. Я пытался тебя поймать, застать, схватить за руку. Но у меня ничего не получалось. Каждый раз ты ускользала, как привидение. Я видел следы твоего прихода, но тебя, самой тебя уже не было.

...В начале мне пришлось отказаться от своей работы. Моя контора находится слишком далеко. Кроме того, мне приходилось проводить там ежедневно по восемь-девять часов. Когда я обнаружил, что ты приходишь во время моего отсутствия, я стал отпрашиваться у начальника. Да, представь себе... А ты думала... Один раз в день, потом несколько, потом каждые два часа. Сломя голову я бежал по улицам, чтобы застать тебя. Но всегда опаздывал на несколько минут. Сигарета в пепельнице еще дымилась. Но ты уже исчезала. Я накричал на директора. Он оказался глуп и толстокож. Пришлось уволиться. Теперь я беру работу на дом. Купил старенький компьютер и обзавелся телефоном. Это удобно. Конечно, денег теперь не хватает. Но, по крайней мере, я всегда готов встретить тебя.


ЛАРИСА снова поднимает глаза на БАЛЯСИНА. В ее глазах видны слезы. Она смахивает их рукой.


БАЛЯСИН. Впрочем, все оказалось не так просто. Ты придумала странную игру. Ты поджидала на улице, когда я выйду из дома, и сразу бежала сюда. Стоило мне отлучиться на полчаса - и я заставал в квартире полный разгром. Надо тебе отдать должное, ты действовала хитро и ловко. Ты подговаривала наших знакомых, чтобы они звонили мне, приглашали на сборища и вечеринки, обещали, что и ты там непременно будешь. Как только я уходил, ты вламывалась в оставленную квартиру, как варвары в покинутый город. Ты все переворачивала вверх дном. Что ты искала? Зачем ты приходила? Когда я звонил твоему прислужнику и пытался получить хоть какие-то объяснения, вы сразу швыряли трубку. А потом и вовсе перестали подходить к телефону. Мне ничего не оставалось, как занять круговую оборону. Я перестал ходить к друзьям, гулять по городу и даже посещать в соседнем квартале свою мать и отца. Теперь мы только перезваниваемся. Изредка они заходят сюда сами. Но им тяжело подниматься на пятый этаж. Поменять квартиру я тоже не могу. Потому что ты приходишь именно сюда. Все было бы проще, если бы не твои частые и внезапные посещения.

Единственное, что я позволяю себе в последние месяцы, это добежать до магазина на углу, купить хлеб и вино. Но и здесь ты преследуешь меня. Ты подговариваешь продавщиц, чтобы они подолгу заворачивали мне хлеб, подавали вино и отсчитывали сдачу. Я сразу разгадал этот заговор. Стоило мне задержаться на несколько минут и я обнаруживал дома следы твоего посещения. Ты успевала выкурить здесь сигарету и даже порыться в моих дневниках. Зачем? Что ты хотела в них вычитать?

Однажды, устав от этой гонки, я поменял дверной замок. Но это тебя не остановило. Ты просто выломала дверь. Соседи - свидетели. Я почти уговорил их подписаться в качестве понятых под составленной мной бумагой. Но потом передумал. Я почувствовал очередную ловушку. Ты хотела выманить меня из дома и заставить ходить по судам. Нет. Я не так прост. Я оставил тебе на коврике перед дверью новые ключи. А в магазине я стал подкупать продавщиц, оставляя им всю сдачу. Это экономило драгоценные секунды.

Кроме того, я тоже пошел на хитрость. Однажды я взял авоську и направился в магазин. Но, пройдя несколько шагов и скрывшись за углом, я развернулся и изо всех сил побежал обратно. Я знал, что в этот день ты не ожидаешь вероломства. Я буквально влетел в квартиру. Так я поймал тебя первый раз. ...Потом второй, третий. Это повторялось почти каждый день. Зачем? Зачем? Зачем ты приходишь? Что тебе еще нужно от меня? Разве мало тебе моего страдания, моего унижения, моей любви? Ну, ответь же, ответь. Я устал, я устал от твоего молчания.

ЛАРИСА (Тихо). Идиот.


Балясин вздрагивает, как от удара. Оглядывается, но никого не видит.


БАЛЯСИН. Когда я первый раз поймал тебя здесь? Три недели тому назад? Четыре? Мне трудно ориентироваться во времени. Я совсем не смотрю на календарь. Странно.


Балясин подходит к окну и смотрит во двор.


БАЛЯСИН. Хочешь любить меня? Прими ванну и ложись в постель. Я чувствую, что сегодня вернется наша первая ночь. Разве не для этого ты пришла?

...Сколько же можно молчать? Ну, накричи на меня! Обзови последними словами! Разбей стаканы! Возможно, тебе станет легче.


Балясин протягивает к воображаемой женщине руки и внезапно, как от хлесткого удара, отдергивает их.


БАЛЯСИН (Испуганно и расстроено). Почему? Не глупи. Что случилось? Почему ты надеваешь пальто? Здесь... здесь... вот твои туфли. Мы немного выпили. Сказали друг другу лишнее. Это бывает. Не устраивай истерики. (Пытается шагнуть к воображаемой Ларисе и сразу отступает) Хорошо, хорошо. Успокойся. Поговорим, как разумные люди. У тебя депрессия. Ты запуталась между нами, между двумя мужчинами, которые тебя любят. Ты не ослышалась. Дурочка, ты можешь гордиться. Мы оба тебя любим. Можешь выбирать. Хочешь, я позвоню ему, приведу его сюда? Только не уходи. У тебя странные глаза. Ничего же не произошло. Сколько еще таких историй нам предстоит пережить. Жизнь - такая длинная штука. Я не смог разлюбить тебя. Я не смог разлюбить тебя. Ты это хотела услышать? Ты добилась, добилась своего...


ЛАРИСА встает и снимает пальто.


ЛАРИСА. Привет, Балясин.


БАЛЯСИН от неожиданности роняет из рук стакан с шампанским. ЛАРИСА проходит в комнату. Подходит ко второму стакану, берет его.


ЛАРИСА. Как я понимаю, это мне? Ты что - язык проглотил? Что ты молчишь? Ну, не молчи. Ты так сладко разглагольствовал, что я просто заслушалась. Продолжай.

БАЛЯСИН. Ты?.. А она? Она - не ты?

ЛАРИСА. Кто она, Балясин? Кто она? Ты старый тупой дурак, который медленно сходит с ума. А я такая же старая тупая дура. Мы достойны друг друга, Балясин.

БАЛЯСИН. И... давно ты здесь? Как ты вошла?

ЛАРИСА. У тебя хроническая привычка не закрывать дверь. Тебя интересует, слышала ли я весь этот бред? Какое это имеет значение? Ты не сказал ничего нового, Балясин. Ты давно уже повторяешься. Не дуйся. Тебя так легко обидеть.

БАЛЯСИН. В прошлый раз ты была гораздо вежливей. Правда, слишком пьяна.

ЛАРИСА. Когда в прошлый раз? Когда в прошлый раз, Балясин? Год назад?

БАЛЯСИН. Вчера.

ЛАРИСА. Вчера я ехала в поезде. Сходила с ума от жары в плацкартном вагоне. Когда мы ездим с ним, я всегда беру купе. А одна езжу в плацкарте. Понимаешь? Впрочем, что я тебе говорю? У тебя такие безумные глаза, а в ушах, наверное, звенит осенний ветер. Ты слышишь меня, Балясин?

БАЛЯСИН. Вчера. Не будем спорить. Я не хочу, чтобы ты опять кричала. Не хочу твоих истерик.

ЛАРИСА. Да, господи, думай, что хочешь. Ты все так же мил и небрит. И пыль в квартире все так же не протерта.

БАЛЯСИН. Ты..., она... Ты пришла. А где она? Почему ее больше нет со мной?

ЛАРИСА. Почему ты перестал ходить к врачу? Игорь Львович написал мне, что ты не был у него больше месяца. Так ты доиграешься до принудительного лечения.

БАЛЯСИН. Плевать. Ты сама знаешь, почему. Во всем, что я делаю, виновата ты.

ЛАРИСА. Смени пластинку, Балясин. Я не за тем приехала. Лучше подлей мне шампанского.


БАЛЯСИН берет бутылку и подливает ЛАРИСЕ в бокал шампанского. Пытается поцеловать ей руку. Лариса шутливо шлепает его по носу.


ЛАРИСА. Дурачок. Выпьем. Выпьем за нашу встречу. За нашу встречу вообще. Не сегодня, не год, не пять лет назад, а вообще. Как я умудрилась вляпаться в отношения с тобой? Уму непостижимо. Ничего не говори. Просто выпей, и ничего не говори.


Пьют.


ЛАРИСА. Почему меня тошнит от твоих разглагольствований? Вроде бы мне должно быть приятно, льстить, ублажать самолюбие. А меня тошнит. А, Балясин? Хорошо, не буду, не буду. ...У тебя уютно.

БАЛЯСИН. Все так же, как было при тебе. Я ничего не переставлял.

ЛАРИСА. Да? Странно. А мне кажется, стало гораздо уютнее.

БАЛЯСИН. Почему ты дрожишь? Ты больна?

ЛАРИСА. Брось, не придумывай. На улице промозгло. Пока шла от остановки, продрогла.

БАЛЯСИН (Бросается к ее ногам). Растереть тебе ноги?

ЛАРИСА (Отталкивает его). Не надо.

БАЛЯСИН. Ты не сказала, зачем ты пришла?

ЛАРИСА. Разве? ...Ну... Что уж, бывшая жена не может зайти к покинутому, но по-прежнему любящему ее мужу?..

БАЛЯСИН. Раньше не приходила.

ЛАРИСА. Ты же сам говоришь - появлялась каждый день.

БАЛЯСИН. Та, другая - не ты. Она - моя ты. Я способен различать. Теперь способен.

ЛАРИСА. Молодец. Делаешь успехи. Курс лечения не прошел даром. Скажи мне, Балясин, а почему ты не повесился, не прыгнул в реку с моста, когда я ушла?..

БАЛЯСИН. Боже, какие страсти.

ЛАРИСА. Но ведь ты же любил меня... Ты всегда твердил, что безумно любишь меня...

БАЛЯСИН. Любил. Люблю.

ЛАРИСА. И что же?


БАЛЯСИН пожимает плечами.


ЛАРИСА. О! А я помню этого медведя! Это мой медведь. Я так искала его, когда уходила.


Она берет в руки плюшевого медведя, который валяется на тахте.


ЛАРИСА. Мой мишка, мой любимый!

БАЛЯСИН. Украл вместе с другими твоими вещами. Мне хотелось оставить в квартире как можно больше тебя.

ЛАРИСА. Балясин, ты больной придурок. А я еще удивлялась, какая я растеряха. Искала в чемоданах свою помаду, духи. Хотя, если честно, я бы убежала тогда и в одной сорочке.

Этого медведя ты подарил мне на... на...

БАЛЯСИН. Неважно.

ЛАРИСА. Действительно, неважно. Ты не спрашиваешь, как я живу?..

БАЛЯСИН. Как ты живешь?

ЛАРИСА. Ты знаешь, несмотря на твою дешевую иронию, хорошо.

Антон - замечательный, просто замечательный... Мы всегда вместе... Он познакомил меня со своими друзьями. Удивительно милые люди!

С тобой я всегда была замкнута, почти одинока. А здесь передо мной распахнулся новый мир. Мне как будто снова двадцать лет. Он дает мне то, что в свое время не смог дать ты. Не смейся. Тебе все равно не понять.

БАЛЯСИН. Я не смеюсь.

ЛАРИСА. С тобой я уже была старухой... Это однообразие... Эта скука!..

БАЛЯСИН. Сколько ему?

ЛАРИСА. Какое это имеет значение? Мы с ним ровня. Я не сошла с ума. Это действительно так. Так говорят все наши друзья. Недавно мы ходили в ресторан. Так мне все там давали не больше тридцати лет.

У женщины не бывает возраста. Это вы, мужики, старите нас, считаете наши морщины. Если бы тебя не было, я бы не знала, что мне уже сорок четыре.

Конечно, у нас с Антоном бывают размолвки. Даже ссоры. Но это ссоры живых людей, а не двух мумий в музее. Впрочем, прости. Ты не виноват.


Раздается телефонный звонок. БАЛЯСИН берет трубку.


БАЛЯСИН. Алло. Я слушаю... Говорите... Алло... (По его лицу блуждает легкая блаженная улыбка) Спасибо. (Вешает трубку)

ЛАРИСА. Кто это?

БАЛЯСИН. Ты. Звонишь и молчишь в трубку. Недорогая услуга. В эти минуты я абсолютно, безраздельно счастлив. У меня есть ты. Моя любовь. И больше никого - ни врагов, ни друзей, ни соседей, ни мира.

ЛАРИСА. Не удивлюсь, если ты вызываешь проституток, и одеваешь их в украденное у меня белье.

БАЛЯСИН. Хорошая мысль. Ты так мила.

ЛАРИСА. Прекрати. ...О чем мы говорили?

БАЛЯСИН. Мы говорили о любви. Каков он в постели?

ЛАРИСА. Балясин, ты невыносим!.. Я уйду. Я не понимаю. Я пришла к тебе, а ты вдруг начинаешь хамить. Что с тобой, Балясин? На тебя плохо действует твоя свобода. Кстати, ты нашел себе кого-нибудь? Какую-нибудь теплую овечку хотя бы на время?

БАЛЯСИН. Да. Нет. Не знаю.

ЛАРИСА. Не хитри. Конечно, нашел. Интересно, кто же это?.. Воображаю!.. Какая-нибудь вдовушка -учителка с прыщами на спине!.. На ночь читает Гумилева, а по утрам носит тебе кофе в постель. Спит только в сорочке, а любовью занимается в полной темноте. Именно то, о чем ты всю жизнь мечтал, во что пытался превратить меня.

БАЛЯСИН. У тебя богатое воображение.

ЛАРИСА. Я не права?

БАЛЯСИН. В чем-то, возможно, и права. Мне незачем кого-то строить из себя.

ЛАРИСА. Ты не будешь защищать ее, говорить, что я дура?

БАЛЯСИН. Не буду.

ЛАРИСА. Балясин, это серьезно. Ты определенно влюбился, нашел женщину своей мечты... Но как же я?..

БАЛЯСИН. Разве тебе плохо?..

ЛАРИСА. Не думала, что безумная, страстная любовь проходит так быстро.

БАЛЯСИН. Год с лишним - большой срок.

ЛАРИСА. Ну, не для твоих же чувств?..

БАЛЯСИН (Пожимает плечами). Не знаю. Не знаю. Со стороны виднее.

ЛАРИСА. Она хороша собой?

БАЛЯСИН. В моем возрасте об этом думаешь несколько меньше.

Скажем, простая..., добрая...

ЛАРИСА. Я сейчас разрыдаюсь. Где ты ее подобрал?

БАЛЯСИН. Она... она работает на почте рядом с моим домом. Первые недели я каждый день ходил на почту и посылал тебе толстенные в шесть-восемь листов письма.

ЛАРИСА. Я ничего не получала.

БАЛЯСИН. Я писал самому себе, на свой же адрес. Мне нужно было выговориться. Писал, отправлял, получал, читал и жег.

ЛАРИСА. Балясин, милый Балясин! И тут она тебя сцапала. Тепленького. С очередным письмом в руке. Умненькая подружка.

БАЛЯСИН. Не надо так. Хочешь немного коньяка?..

ЛАРИСА. Хочу. (Садится на тахту) Не дуйся. Сядь. Рядом. Вот так. (Прижимается к нему) ...Вот. От тебя совсем не пахнет женщиной. Сидим рядом. Как прежде. Закроешь глаза - ...Закрой глаза!.. Закроешь глаза - и словно больше никого нет... Правда?..

БАЛЯСИН. Никого нет.

ЛАРИСА. Сколько раз вы встречались?

БАЛЯСИН. Один раз.


ЛАРИСА смотрит БАЛЯСИНУ в глаза и отталкивает его.


ЛАРИСА. Ты обманываешь меня? Я дура. Ты обманываешь меня.

БАЛЯСИН. А ты меня?

ЛАРИСА. Я абсолютно уверена, что у тебя никого не было. Никогда не было, нет, и не будет. Потому что ты любишь меня, Балясин.

БАЛЯСИН. Зачем тогда ты спрашиваешь?

ЛАРИСА. Ты фантазер, Балясин. Ты страшный человек. Твоя свобода развращает тебя. Зачем ты играешь со мной?

БАЛЯСИН. Скажи все-таки, почему ты пришла?

ЛАРИСА. Ты боишься?

БАЛЯСИН. Я очень рад. И, наверное, боюсь.

ЛАРИСА. Понимаю. Понимаю. Я, между прочим, часто думала о тебе в эти месяцы. Ты даже мне снился. Послушай, разве мы не можем быть друзьями? Старыми, добрыми друзьями, которые шепотом рассказывают друг другу все свои самые заветные секреты? Знает только друг, и больше никто... Иногда невыносимо хранить все это в себе... Хочешь, я все-все тебе расскажу?..

БАЛЯСИН. Лучше не надо. Я не шкатулка для твоих секретов.

ЛАРИСА. Испугался? Я пошутила, а ты уже испугался.

...Поставим музыку?.. (Перебирает пластинки) Не знаю, что и выбрать. Честно говоря, мне не нравится современная музыка. Музыка, как косметика - либо подходит тебе, либо нет. Она меня убивает. Она враждебна мне больше, чем его прежние подружки. С теми, по крайней мере, есть шансы на победу. Остановимся на танго. Я могу быть современной, но не до такой же степени. Лучше бы они любили джаз, там не так заметен возраст.


ЛАРИСА заставляет БАЛЯСИНА танцевать с собой.


БАЛЯСИН. И кто они?

ЛАРИСА. Кто?

БАЛЯСИН. Его прежние подружки.

ЛАРИСА. Стервы. Красавицы. Идиотки. Ангелы. Порой мне кажется, что их - по крайней мере, полгорода. Они бросаются на меня повсюду - в троллейбусе, в лифте, в магазине. Военные действия по всему фронту с мобилизацией всех резервов. ...Ты не поверишь, однажды мне швырнули в окно взрывпакет с каким-то удушающим газом. Другой раз чуть не обварили кипятком. ...Тихие семейные радости. Забавы поздней любви.

БАЛЯСИН. А что Антон?

ЛАРИСА. Антон? Ничего.

БАЛЯСИН. Тебе нужно было, я не знаю, обратиться в полицию, защитить себя.

ЛАРИСА. ...Пока идет битва, я чувствую себя женщиной, а не старой вешалкой.

БАЛЯСИН. Сумасшествие.

ЛАРИСА. Прекрати. Сегодня у меня праздник, сегодня я с тобой. Сегодня в этой комнате есть мужчина, который сможет за меня постоять.


Танцуют. БАЛЯСИН берет лицо ЛАРИСЫ в свои руки и заглядывает ей в глаза.

БАЛЯСИН. Почему ты ушла от меня?

ЛАРИСА. Разве ты не знаешь?


ЛАРИСА вырывается из рук БАЛЯСИНА, хватает бокал, отпивает из него и заставляет БАЛЯСИНА выпить из этого же бокала.


ЛАРИСАА. Я люблю его. Я не могу без него дышать... Я проклинаю тот день, когда встретила его!.. Столько унижений, сколько досталось мне, не вытерпела бы ни одна женщина...

...Я смешна! Я глупа! Я стара! Я безобразна! Но я должна знать, что, если не этой ночью, то завтра, послезавтра, через неделю, через две он придет, и я смогу увидеть его, услышать его голос, потрогать руки!.. Это ужасно! Боже мой, как это ужасно и невыносимо!.. Если бы я знала, что такое бывает.

...Ты хороший, Балясин. Тебе надо было сразу увезти меня куда-нибудь на Камчатку, чтобы я, как кошка, не смогла найти дорогу обратно!.. А теперь поздно. ...Как мне жить?.. Как мне жить?..

БАЛЯСИН. Хочешь, я поговорю с Антоном?

ЛАРИСА. И что ты ему скажешь?! "Моя жена любит тебя"?.. Так он это знает. ...Все. Баста. Что за нытье?! И. вообще, Балясин, ты наводишь на меня серую тоску, как в лучшие годы нашей совместной жизни. (Заглядывает в бар БАЛЯСИНА и вынимает из него новую бутылку) У нас целая бутылка отменного коньяка, а мы плачемся друг другу в жилетку. Скорей! Открывай! Хочу напоить тебя до бесчувствия и предъявить Антону в качестве вещественного доказательства моей привлекательности! (БАЛЯСИН открывает бутылку и разливает коньяк в бокалы)

И еще, Балясин! Я хочу танцевать! Я хочу танцевать свое любимое танго!


Танцуют с наполненными бокалами.


ЛАРИСА. Жаль, что у тебя нет какой-нибудь завалящей подружки. Я рассказала бы ей про тебя много интересного. Путь к твоему сердцу не так труден, как ты думаешь. Она бы быстро освоила эту науку.

БАЛЯСИН. Прошу тебя.

ЛАРИСА. Все. Не буду.


БАЛЯСИН целует ее.


ЛАРИСА. ...Тебе не противно?

БАЛЯСИН. Я теряю голову рядом с тобой...

ЛАРИСА. И ты смог бы заниматься любовью с женщиной, которая все время думает о другом?

БАЛЯСИН. С тобой. Всегда. Ты можешь меня разорвать на куски, но у тебя стало больше морщинок вокруг глаз.

ЛАРИСА. Во всем виден старый муж. Женщине во время танца позволено говорить только комплименты. Ты по-прежнему хорошо танцуешь. В твоих объятиях уютно.

БАЛЯСИН. Так оставайся в них?

ЛАРИСА. Не могу. (Выскальзывает из рук БАЛЯСИНА) Все. Мне надоело танцевать. Ты старый ловелас, тебе нельзя давать волю.

БАЛЯСИН. Ты преувеличиваешь мои возможности.

ЛАРИСА. Эта музыка... Когда я закрываю глаза, мне мерещится Антон. Музыка слишком действует на меня. Ноги подкашиваются.

БАЛЯСИН. Хорошо. Не будем танцевать. Чем же мы займемся?

ЛАРИСА. Выпьем. Верный способ. Выпьем. (Наливает) Ты еще не все рассказал мне про свою жизнь. Ты говорил, я не похожа на ту, которая приходит к тебе? Чем же?

БАЛЯСИН. Я не хочу об этом говорить.

ЛАРИСА. Ты мне раб или не раб? Друг или не друг? Если я прошу, умоляю - ты должен отвечать. Это очень хорошая тема для разговора. Говори.

БАЛЯСИН. Она - моя любовь.

ЛАРИСА. А я?

БАЛЯСИН. Я не знаю, зачем ты пришла.

ЛАРИСА. У-у, Балясин, ты трус.

БАЛЯСИН. Похоже на детскую игру.

ЛАРИСА. У тебя есть сотовый?

БАЛЯСИН. Нет. Зачем?

ЛАРИСА. И я свой потеряла. Заложила. Продала. Дура.


ЛАРИСА подходит к телефону.


ЛАРИСА. Сейчас я наберу номер, дам тебе трубку, и ты попросишь к телефону Антона. Ты понял?


Балясин кивает. Лариса набирает номер и дает телефонную трубку БАЛЯСИНУ.

БАЛЯСИН. Разве он приехал с тобой?

ЛАРИСА (сердито морщится) Балясин!

БАЛЯСИН. Ладно, ладно... (БАЛЯСИН слушает гудки в телефонной трубке) ...Никто не подходит.

ЛАРИСА (Берет у него трубку, кладет ее на телефон, с мясом выдергивает шнур из телефонной розетки). Никто не подходит. Конечно, никто не подходит. Телефон нам не помощник. ...Ты знаешь, что меня выперли с кафедры?

БАЛЯСИН. Так. В общих чертах.

ЛАРИСА. И что же тебе известно?

БАЛЯСИН. Ну, что ты пила со студентами, разбила окна в аудитории, поскандалила с ректором...

ЛАРИСА. Это мягко сказано... Я вылила ему на голову ведро воды и пыталась затащить с собой в постель. Друзья Антона меня подпоили. Они веселились. Я тоже думала, что я веселюсь. В компаниях закадычных друзей это обычное дело, но когда шутят над другими - не так обидно.

БАЛЯСИН. Хорош же твой Антон.

ЛАРИСА. Он тут ни при чем. Я сама на все напросилась. Мне хотелось быть для него, как они. Даже больше, чем они. Очень смешная история.

БАЛЯСИН. И где ты теперь?

ЛАРИСА. Пока нигде. Пока обычная домохозяйка. Готовлю, стираю, мою полы, жду любимого. Заветная мечта любой женщины. Главное, что у меня есть Антон.

БАЛЯСИН. Ты так легко об этом говоришь. Словно ничего не произошло.

ЛАРИСА. Не делай вид, что тебя это сильно интересует. Я и так знаю, что ты хороший человек... Неужели я так уродлива, так стара?


ЛАРИСА расстегивает платье.


ЛАРИСА. Посмотри, Балясин! Разве я уродлива?


БАЛЯСИН отворачивается, закрывается руками.

БАЛЯСИН. Ты прекрасна. (Неожиданно вздрагивает). Подожди. Замолчи. (Прислушивается, смотрит на дверь)

ЛАРИСА. Что? Что?

БАЛЯСИН. ...Я знал, что она вернется. Мне кажется, она здесь. Она снова пришла...

ЛАРИСА. Угу, сейчас распахнется дверь, и... Кто, Балясин, кто? Я здесь, я здесь, я с тобой. Прекрати, немедленно прекрати.

БАЛЯСИН (Растерянно оглядывается). Да, извини, мне почудилось. Она ушла, ушла.

ЛАРИСА подходит к книжной полке, проводит рукой по пыльным корешкам, брезгливо отряхивает руку.

ЛАРИСА. Как пусто, как голо. Бедность и унижение. Хочется выпить водки. Как ты можешь так жить, Балясин? У тебя же ничего нет, ты ничего не имеешь, последнее потерял.

БАЛЯСИН. Имею счастье жить тобой, видеть тебя. Когда ты есть и когда приходишь другая ты. Каждый день моей жизни - праздник. Чего еще желать? О чем мечтать? Что просить у господа? Моя жизнь наполнена любовью. Я... я не знаю, кто я, за что мне это счастье. Но оно у меня есть, было. Ты прощала мне все, и была, появлялась, существовала, длилась, являлась хотя бы на мгновенье. Милая (ты не представляешь), как я тебе благодарен. Нет, не благодарен. Обожаю, молюсь тебе, готов отдать тебе мою жизнь. А кому же мне еще ее отдавать? Кому она еще нужна? То, что я говорю - бред, сумрак, лепет сумасшедшего. Ну и что? Пусть так, пусть никого эти слова ничему не научат, никому не принесут пользы. Главное, что ты их услышала. Главное, что я их сказал. Все. Теперь, если хочешь, уходи.

ЛАРИСА. Почему я должна уйти? Нет, мой милашка, мой ангел, я останусь. Теперь уж я точно не уйду. Я еще помучаю тебя.

ЛАРИСА роется в сумочке. Вынимает пачку фотографий в помятом целлофановом пакете.


ЛАРИСА. Хочешь посмотреть наши фотографии?

БАЛЯСИН (Растерянно). Что? Конечно.


ЛАРИСА высыпает фотографии на тахту.


ЛАРИСА. Это мы в горах. Я учусь кататься на горных лыжах. Забавно! Совершенная дура!.. Это его друзья. Здесь я мало кого знаю... (Вырывает у БАЛЯСИНА фотографию) Нет, Балясин, это неудачная фотография! Это после его выпускнова. Кругом чужие люди. Я тебе говорила, что Антон благополучно закончил свой мед, устроился в престижную больницу, пишет диссертацию?

БАЛЯСИН. Нет.

ЛАРИСА (Смотрит на фотографию и прячет ее в ворохе других). Слишком яркое утро, я не успела накраситься! Не всем женщинам идет яркий свет, правда?.. Тут тоже плохой снимок. Я абсолютно пьяная... Антон любит снимать неожиданно, заставать врасплох. Не выношу, когда меня застают врасплох.

БАЛЯСИН. Тебе не надо было так легко соглашаться на все его прихоти. Больше ценят тех, кто остается самим собой.

ЛАРИСА. Что я слышу, Балясин?.. Ты учишь меня обращаться с моим любовником?.. Раньше за тобой такого не водилось.

...Слушай! А почему бы мне сейчас тебя не соблазнить? Уж на это-то я имею право!..

БАЛЯСИН. А как же Антон?

ЛАРИСА. Антон? Уверяю тебя, он будет не против.

БАЛЯСИН. Тогда подожди, когда я буду абсолютно пьян.

ЛАРИСА осматривает себя в зеркале.


ЛАРИСА. Ты знаешь, Антон хочет ребенка. Я пыталась ему объяснить, что я не могу, что ты меня... Ничего не получилось. Если бы тогда, девятнадцать лет и три месяца тому назад, ты не затащил меня к своей знакомой докторше-"ветеринарше" и не заставил сделать аборт (боже, какое гнусное слово), у нас бы сейчас мог быть сын, почти ровесник Антону...

Господи!.. Когда я думаю об этом, мне кажется, я схожу с ума...Один раз во сне я назвала Антона сыном... Я бы приговаривала к расстрелу всех женщин, которые не могут родить или убивают своих детей. Выпьем, Балясин, за глупые поступки и за жестокие неосуществимые мечты!.. Ну же!..

БАЛЯСИН. За тебя. Я очень хочу, чтобы у тебя все было хорошо. (Пьют)

ЛАРИСА. Все хорошо бывает только у покойников и ангелов... Интересно, кто, по-твоему, я?..

БАЛЯСИН. Не остроумно.

ЛАРИСА. А я так ждала, что мой милый Балясин скажет мне: - Ты мой ангел.

...Зачем я пришла к тебе, Балясин?.. Снова разбередить свои раны? Услышать, как ты счастлив? Напиться и начать бить посуду, крушить все подряд в этом идиотском доме? Ты счастлив? Прекрасно! Так знай - я тоже счастлива. У меня все замечательно. У меня больше любви, больше нежности, больше шансов не сойти с ума от постоянного, накатывающего одиночества. Ты слышишь меня, Балясин?

БАЛЯСИН. Да, я слышу. Я думаю, ты пришла совсем не за этим.

ЛАРИСА. "Да, я слышу". "Да, я люблю". "Да, я живу". "Да, я думаю". Ты животное, Балясин. И я с тобой превратилась в животное.

БАЛАСИН. Уже год ты живешь без меня.

ЛАРИСА. Да ты, чтоб тебя, ты как вирус. Ты заразен. От тебя фиг избавишься. Любитель детских считалок и утреннего секса. Грязный извращенец и зануда. (Смеется) Как мы все-таки замечательно проводили время, а? А теперь ты заявляешь, что счастлив с моей копией, с моей тенью, с моим привидением. И как я должна к этому относиться?

БАЛЯСИН. По крайней мере, выслушать.

ЛАРИСА. Выслушать? Спасибо. Ты так упоенно рассказываешь мне о своей любви, как будто одариваешь меня. Чем? Что мне твоя любовь? Я тону, мне не за что зацепиться в моем диком болоте. Я хватаюсь за твою любовь, как за последнюю соломинку. А в моих руках ничего нет - только воздух, только пустота, только твое блаженное, изнывающее от самодовольства лицо. Ты счастлив, ты безмерно счастлив. А я? Что со мной, Балясин? Что ты сделал со мной? Как ты спас меня? Я не такая дура, Балясин. Я вижу, тебе до меня нет уже никакого дела.

Ты гордишься собой, своей самоотреченностью. Ты упиваешься своей любовью ко мне, совсем не обращая внимания, во что эта любовь меня превратила. Я стучу, колочу, барабаню в твое сердце, надеясь на спасение, на помощь, на поддержку. А сердца нет, и тебя нет. Глухая стена. Миф. Мистификация. Привидение. Такое же, с которым ты живешь.

БАЛЯСИН. Что ты говоришь? О чем? Почему? Зачем? ...Странные мы с тобой люди.

ЛАРИСА. Да будь себе счастлив на здоровье! Конечно, я пришла не за этим. Если б у меня были деньги, я бы никогда сюда не пришла. Если бы у меня все было хорошо с Антоном... как у тебя с твоим чертовым привидением... (Плачет)

БАЛЯСИН. Успокойся. Прошу тебя, успокойся.

ЛАРИСА. Позвони ему.

БАЛЯСИН. Ты выдернула телефон.

ЛАРИСА. Я не знаю, сделай что-нибудь!


БАЛЯСИН бросается вставлять оторванные провода в телефонную розетку.


БАЛЯСИН. Извини, если я тебя чем-то обидел... Я совсем не хотел... поверь.


БАЛЯСИН проверяет работу телефона. Подает телефон ЛАРИСЕ.

БАЛЯСИН. Какой номер?


ЛАРИСА набирает номер. БАЛЯСИН дрожащими руками держит трубку у уха.

БАЛЯСИН. Никто не подходит.

ЛАРИСА. И никогда не подойдет.


ЛАРИСА со слезами на глазах смотрится в зеркало.


ЛАРИСАА. Боже! Какая страхолюдина. Слезы. И глаза потекли. Дай мне там на столике платок, Балясин!


БАЛЯСИН подает платок. ЛАРИСА прижимается к нему. Стоят, обнявшись.


ЛАРИСА. ...А музыка была неплохая. (Идет к столу) ...Он там, но он не возьмет трубку.

БАЛЯСИН. Может быть, тебе поехать? Я вызову такси.

ЛАРИСА. Перестань. Не хватало еще, чтобы я просила твоей помощи. Господи, Балясин! Хоть бы ты был счастлив! За всех нас! Хоть бы ты один!.. Тебе-то надо уже совсем немного.

...Слушай, Балясин! Ты... совсем не ждал меня?..

БАЛЯСИН. Сегодня? Нет. Ты всегда обрушиваешься как снег на голову. Помнишь: - Солнце в окна ломится, как в квартиру вор...

ЛАРИСА. Все. Я пьяна, Балясин. Дай мне халат и чистое полотенце.

БАЛЯСИН. Зачем?

ЛВРИСА. Ты так ничего и не понял, идиот. Я хочу принять ванную. Когда я прихожу сюда, я всегда принимаю ванную.


БАЛЯСИН приносит ЛАРИСЕ халат и чистое полотенце.

ЛАРИСА. Надеюсь, ты никого не заворачивал в этот халат.

БАЛЯСИН. Никого. Никогда.

ЛАРИСА. Похвально, дружок. Ты был неплохим другом, Балясин. Лучшим другом.


ЛАРИСА идет в ванную, закрывает дверь. Раздевается, смотрит на себя в зеркало. Включает воду.


БАЛЯСИН (Кричит ей в ванную). ...Мне трудно это объяснить. Да мне повезло. Господи, прости меня за это. Я не ожидал, что все так получится... Я..., я просто не знал, как мне жить... А потом... Все случилось само собой. В чем ты меня винишь? В предательстве? В измене? Что я должен был делать?

...Я всегда тебя любил... И ты знаешь об этом... Не смей говорить, что не знаешь. Моя жизнь, в общем-то, кончена и не удалась. В ней нет никакого смысла. В ней есть только ты. Если бы у нас был ребенок...

ЛАРИСА. Замолчи. Ну, замолчи же ты.


ЛАРИСА берет с полки стаканчик с бритвенными принадлежностями и ножницами. Вынимает ножницы, отстригает себе прядь волос, бросает в ванную. С содроганием и болью неумело режет себе ножницами вены сначала на одной, потом на другой руке.

ЛАРИСА. А, черт...

БАЛЯСИН. Что? Да, я молчу. Прости. Я не то хотел сказать.


ЛАРИСА ложится в ванную, смотрит на свои руки, закрывает глаза.


ЛАРИСА. Балясин, мой Балясин. Мой сторож. Мой идиот. Я не виню тебя. Я даже рада за тебя. Честно-честно. У меня... у меня уже никого не будет ближе тебя. Никогда.

...Ты говорил, что всегда любил меня... Разве любовь проходит?..

БАЛЯСИН. ...Нет.

...Страшный, одинокий человек. С перекошенным лицом. С дрожащими губами. С синяками под глазами. Издергавшийся. Обозленный. Способный перегрызть горло любому, кто его тронет.

ЛАРИСА. Любому?

БАЛЯСИН. Любому.

ЛАРИСА. И мне.

БАЛЯСИН. И тебе. Я впервые увидел себя. Ты мое спасение. Ты всегда была тем человеком, который...

ЛАРИСА. Не надо, не продолжай. Пошло и просто.

БАЛЯСИН. Наконец-то ты пришла ко мне. Наконец-то ты пришла... Ты слышишь меня?

ЛАРИСА. Нет. Зачем? Зачем? Ты. Или Антон. Далеко, как далеко.


Тишина. Только слышно, как льется из крана вода.

БАЛЯСИН. Я всегда тебя ждал. Не было дня, не было минуты. Все казалось таким безнадежным. ...Почему ты молчишь?


В комнату входит КЛОУН. На нем поверх костюма клоуна надета старенькая, рваная куртка.


КЛОУН. Извините, товарищ, гражданин милейший, у вас там дверь открыта.


БАЛЯСИН, как на пришельца, тупо смотрит на незваного гостя.


БАЛЯСИН. Что? Почему? Кто вы такой? С какой стати?

КЛОУН. Вы не представляете, что творится на улице. Буря. Шекспир. Шквал. Ураган. Снег сыплет с неба, как из снегоуборочных машин. Весь город засыпало снегом. По пояс. По горло. Катаклизмус. (Смеется) Представляете, от троллейбусов скоро будут видны одни усы. Люди насупились, прячутся по домам.

БАЛЯСИН. Убирайтесь отсюда! Какие троллейбусы? Мне кого вызвать? Полицию? Или вы немедленно уйдете отсюда, или...

КЛОУН. Вы не подходили к окну. Вы просто подойдите к окну. Или включите радио. (Включает радиоприемник, тот не работает) Да, не работает. И не пугайте меня полицией. Я ее боюсь не меньше вашего. (С удивлением обнаруживает, что у него под ногами вода) А почему у вас вода на полу? Я ножки промочил. Что с вами? Что происходит?

БАЛЯСИН. Вы не понимаете. Я прошу вас уйти. Или мне действительно придется... (Хватает телефон) Я уже звоню, вы слышите.

КЛОУН. Вода.

БАЛЯСИН. Что? Что вода?

КЛОУН. Мы с вами утопаем в воде. Я с вами утопаю в воде. Настоящий потоп. Это нехорошо. Это непорядок.


КЛОУН шлепает по воде к ванной комнате, открывает дверь, видит лежащую в переполненной водой ванне ЛАРИСУ с перерезанными венами, уже без сознания, бросается к ней.

КЛОУН закрывает воду и пытается вытащить ЛАРИСУ из ванной.

КЛОУН. Эй! Где вы там? Скорее! Помогите мне! Тут женщина в вашей ванной перерезала себе вены. Да где же вы?

БАЛЯСИН. Что? Лариса?! Лариса... (БАЛЯСИН бросается к ванной и пытается оттолкнуть КЛОУНА) Да уйдите вы, это моя Лариса!

КЛОУН. Вы - за ноги. Я - подмышки. Тащите. Аккуратно.

БАЛЯСИН в полуобморочном состоянии помогает КЛОУНУ. Вдвоем они вытаскивают из ванной ЛАРИСУ и переносят ее на тахту.

КЛОУН. У вас есть бинты?

БАЛЯСИН. Что?

КЛОУН. Бинты! Боже мой, бинты!


БАЛЯСИН приносит с кухни коробку с лекарствами и бинтами.

БАЛЯСИН. Надо вызвать врача.

КЛОУН (Перевязывает ЛАРИСЕ руки). Не надо. Я лучше врача. Она потеряла не так много крови. Раны детские, неглубокие. Там в коробке я видел нашатырь. Дайте мне.


БАЛЯСИН подает КЛОУНУ флакончик с нашатырным спиртом. КЛОУН ласково подносит открытый флакон к носу ЛАРИСЫ. ЛАРИСА вздрагивает и открывает глаза.

КЛОУН. Вот и чудно. Просто замечательно. (БАЛЯСИНУ) Принесите же даме халат. Неуклюжий, сонный, бездарный кавалер.


БАЛЯСИН, шлепая по воде, приносит из ванной халат и закутывает ЛАРИСУ.

ЛАРИСА. Что это было?

КЛОУН. Вы, барышня, хотели нас напугать. И изрядно напугали. Были, как любят выражаться французские поэты, у гибели на краю. Признаюсь, у меня круги поплыли перед глазами. Преопаснейшее дело - связываться с дамой. Тем более, такой привлекательной. Хо-хо-хо.

БАЛЯСИН. Я не могу себе представить, как ты могла. У меня руки трясутся. Зачем ты? Почему?

ЛАРИСА. Пожалуйста, прекрати. Ничего не было. Ты слышишь? Ничего не было.


БАЛЯСИН обхватывает голову руками.


КЛОУН. Не надо истерик. Все уже прошло. Что ж вы вовремя истерику не закатывали?

ЛАРИСА. Кто это?

КЛОУН. Великолепно. Изумительно. Разумный женский вопрос. Позвольте представиться. Я - потерпевший. Свидетель. Можно сказать, в некотором смысле партнер. Видите ли, этот гражданин (я уже выучил наизусть, пока сюда шел - Балясин Николай Георгиевич) час назад сбил меня на улице с ног, расшиб мне нос, разбил колено, повалил в сугроб. Вот прям ни с чего. Как снег на голову. Внезапный, как озарение. Вы можете себе это представить? Я иду, плетусь по сугробам. И вдруг... Вспышка. Извержение. Обморок. Господин Балясин так влетел в меня. Как комета. Не могу подобрать слов.

БАЛЯСИН. Я ничего подобного не помню. Вы... кто вы? Откуда? Это бред какой-то. Я первый раз вас вижу.

КЛОУН. Еще бы. Безумные глаза. Искривленный от ярости рот с гнилыми зубами. Простите. Вы смотрели так далеко вперед, что никого и ничего не видели рядом с собой.

БАЛЯСИН. Послушайте, я не понимаю, что вам надо, зачем вы пришли, чего вы хотите.

КЛОУН. Ничего особенного. Пустяк. В некотором роде исправления ошибок. Когда вы набросились на меня, ударили, свалили в сугроб и, тут же вскочив, помчались дальше, у вас из кармана выпал ваш бумажник. Со всеми документами и деньгами. Вот он. (КЛОУН вынимает из кармана бумажник и отдает БАЛЯСИНУ)

БАЛЯСИН (Растерянно рассматривает свой бумажник). Да, мой бумажник. Извините. Я, конечно, спасибо. Я не хотел. Я не заметил. Это случайно.

КЛОУН. Полностью с вами согласен. Тем более, вижу причину. Богиня. Фея. И такие страсти.

БАЛЯСИН. Это совершенно не ваше дело.

КЛОУН. Всенепременнейше. Извините. Конечно. Я не это хотел сказать. Может быть, чашку чая?

ЛАРИСА. По моему, ты действительно обязан предложить гостю чашку чая. (КЛОУНУ) Ваши ноги. Вы их промочили. Нельзя же так выгонять человека на мороз.

КЛОУН. В бурю. В пургу. В неизвестность и мрак.

БАЛЯСИН. Теперь мне кажется, что я вас где-то раньше видел.

КЛОУН. Вполне возможно. Мне многие так говорят. Я слишком публичен. В ущерб личной жизни. Вы понимаете?

БАЛЯСИН. Мне это вовсе не интересно.

ЛАРИСА. Да раздевайтесь же вы.


КЛОУН снимает куртку и остается в костюме клоуна.

ЛАРИСА. Как любопытно. Вы клоун?

КЛОУН. Да.

БАЛЯСИН. Этого только не хватало.

ЛАРИСА. Этого действительно не хватало. Давайте пить чай. У тебя есть что-нибудь к чаю?

БАЛЯСИН. Коньяк.

КЛОУН. Изумительно. Я восхищен. Я очарован.


БАЛЯСИН приносит чай и коньяк. Все пьют.

ЛАРИСА. Почему вы расхаживаете по городу в таком костюме?

КЛОУН. Ы-ы...умх.. хе-хе.., почему вы в ванной режете себе вены?

ЛАРИСА. Не хотите - не отвечайте. Помогите нам. Он любит меня, а я люблю другого. Что нам делать?

КЛОУН. Я не люблю никого. И ничего. Живу. Главное - не поддаваться панике.


БАЛЯСИН выпивает свой коньяк и сидит, тупо глядя перед собой. КЛОУН подходит к окну и грустно смотрит на улицу.

КЛОУН. Какая метель. Какая горечь. Как представлю, что мне сейчас идти в эту пургу и стужу, ноги подкашиваются. И куда идти?

БАЛЯСИН. Откуда-то же вы пришли.

КЛОУН. Да. Несомненно.

ЛАРИСА. Я вас понимаю.

КЛОУН. Спасибо.

БАЛЯСИН. Однако, это моя квартира. И я не люблю гостей. Патологически не переношу. Теперь, мне кажется, вам самое время - того...

ЛАРИСА. Тебе, Балясин, только полицейским работать.

КЛОУН. Я ему намекал. Как безвозвратно темнеет.

ЛАРИСА. Покажите, что ли, фокус.

КЛОУН. С удовольствием. В доме, надеюсь, есть тарелки.


ЛАРИСА ковыляет на кухню и весело приносит три тарелки.

ЛАРИСА. Похоже, все, что осталось от сервиза, который я тебе подарила.

КЛОУН (Смущенно). Смертельный номер.


Бодро подбрасывает тарелки и сразу же разбивает их.

КЛОУН (Грустно). Я не совсем в форме. Руки замерзли.

БАЛЯСИН (Сердито сметает веником осколки в совок). Вы такой же клоун, как я папа римский.

КЛОУН. У меня болит бок. Возможно, сломаны ребра. Трудно дышать. Также я подозреваю сотрясение мозга. И это все после того, как вы на меня налетели.

ЛАРИСА. Выпьете еще чаю?

КЛОУН. С удовольствием.

БАЛЯСИН (Усмехается). Вы все делаете с удовольствием?

КЛОУН. Стремлюсь.

БАЛЯСИН. Как вас зовут?

КЛОУН. Антон.

ЛАРИСА. Блеск.

БАЛЯСИН. Ерунда. Прекратите надо мной издеваться.

КЛОУН. Я вовсе не издеваюсь. Что я такого сказал? У меня нет с собой документов, удостоверяющих личность. Заметьте - удостоверяющих личность. Изумительно. Разве я ("я, я, я - что за странное слово") нуждаюсь в удостоверении? Можете верить, можете - нет. Какое это имеет значение? Зовите меня так, как вам нравится.

БАЛЯСИН. Зачем ты сделала это? Я не понимаю. Этот человек мешает мне сосредоточиться. (КЛОУНУ) Я хочу, чтоб вы ушли. Чтоб вас никогда не было. Чтоб это все оказалось сном. Бредом. Все было так хорошо до вашего появления. Вы дурной вестник.

КЛОУН. Странная благодарность за то, что я спас вашей даме жизнь.

ЛАРИСА. Извинись.

БАЛЯСИН (Бурчит). Извините. Все равно я хочу, чтобы он ушел. Ты мне не ответила.

ЛАРИСА. А вам - да, вам - мой поступок не кажется странным?

КЛОУН. Нет. Периодически, несколько раз в году - нет.

ЛАРИСА. Он меня выгнал. Ты ничего не понял. Я так старалась. А ты ничего не понял. Ты никогда ничего не понимал. Я осталась одна, на улице. С чемоданом, набитым тряпками. Последняя гордость. Чемодан, кстати, там, на лестнице, за дверью.

КЛОУН. Да, чемодан я видел. Валяется раскрытым на лестничной площадке. Ворох платьев, лент, дамского белья. В нем уже изрядно порылись. Опустошили, мерзавчики. Благодушные соседи, соседки и случайные прохожие вроде меня.

ЛАРИСА. О, ужас.


БАЛЯСИН бросается на лестничную клетку и приносит раскрытый чемодан с остатками Ларисиного белья. ЛАРИСА в ужасе разбирается в своих потерях.


ЛАРИСА. Господи. Почти ничего не осталось. Все любимые платья. Кто? Чужими руками. Сальные пятна. Ну, зачем? Какая же я дура.

КЛОУН. Ну, что уж тут. Но очень справедливо.

БАЛЯСИН. Не может быть. Невозможно. Но я..., я всегда..., тебе стоит только захотеть..., ты же прекрасно знаешь...

ЛАРИСА (Грустно отрывается от чемодана). Да. Поэтому я и... пришла.

КЛОУН. А вы жестокий человек.

БАЛЯСИН. Замолчите. Уйдите. Исчезните.

ЛАРИСА. Нет. Либо он останется. Либо мы уйдем вместе. Если бы у меня были деньги, я могла бы еще немного продержаться. Видишь ли, нам нечем платить за квартиру. Меня, как ты знаешь, выгнали с работы. А у Антона появилась новая богатая подружка. Молодая, красивая. Он сказал, что так дальше продолжаться не может. Сказал, что мы вынуждены расстаться. Он переезжает к ней. А я...

КЛОУН. Логично. Поставьте любого на его место.

БАЛЯСИН. Ты могла придти ко мне.

ЛАРИСА (Улыбается). Смешно. Здравствуй, Балясин.

КЛОУН. Мне кажется, даже я понял. Такие, право, пустяки. У вас больше никого нет, кроме господина Балясина. И вам негде жить с вашим любимым человеком, который поэтому вас и выгнал, как собаку на улицу. Абсолютно негде и не на что жить.

ЛАРИСА. Да, Балясин.


Пауза. БАЛЯСИН растерянно глядит на ЛАРИСУ.

ЛАРИСА. Я не решилась тебе это сказать. У меня нет права тебе это говорить. Ты никогда меня не понимал и не поймешь. Тем более, у тебя есть другая - мое привидение, мой двойник, удобный и нежный. Ты так ловко устроился, Балясин.


БАЛЯСИН берет бутылку коньяка и разливает всем в бокалы.

КЛОУН. Какой, однако, нехороший молодой человек. Впрочем, если войти в его положение. Не хочу показаться навязчивым. Но раз уж вам негде жить. Дело в том, что со мной случилось нечто подобное. Совершенно другое. Но нечто подобное. Бесплатное жилье. Койка в двухкомнатной палате. Душ. Библиотека. Сад для прогулок. Четырехразовое питание.


ЛАРИСА пристально смотрит на КЛОУНА.


ЛАРИСА. Четырех?

КЛОУН. Да, четырех.

ЛАРИСА. Очень любопытно, Антон. Вы действительно не гость, а вестник.

КЛОУН. Я, собственно, сам живу там уже почти три года. Практически рай. За небольшими исключениями.

ЛАРИСА. Какими, если не секрет?

КЛОУН. Иногда бьют и наказывают. Впрочем, совершенно справедливо. Тут я ничего не могу сказать. За самовольные отлучки. За воровство костюмов у приезжающих самодеятельных артистов из подшефного Дома Культуры. За опоздания к обеду или ужину.

ЛАРИСА. А любовь?

КЛОУН. Что любовь?

ЛАРИСА. Не входит в список?

КЛОУН. Какой список?

ЛАРИСА. Список проступков, подвергающихся наказанию.

КЛОУН. Нет, что вы. Конечно, не входит. Мне так кажется. Честно говоря, я не проверял.


Пьют разлитый БАЛЯСИНЫМ коньяк и сидят, задумавшись каждый о своем.

БАЛЯСИН. Сильнее унизить меня невозможно. Как ты могла? Как ты могла подумать? Как ты могла заикнуться, усомниться? Неужели ты не понимаешь, что все тут твое, до последней косточки, до последней капли крови во мне? Тебе стоило только объяснить, открыться, попросить, протянуть мне руку...

ЛАРИСА. Иногда ты требуешь невозможного.

КЛОУН. Унизительно унижать женщину некоторыми сомнительными просьбами. Что она могла вам сказать? О чем попросить?

БАЛЯСИН. Помолчите, умоляю.

КЛОУН. Тогда налейте мне еще коньяку.


БАЛЯСИН наливает КЛОУНУ еще коньяку. Потом наливает себе и залпом выпивает.

БАЛЯСИН. Вся моя жизнь..., вся моя жизнь... череда ошибок и ожиданий. Пустая растрата.

КЛОУН. Не хватает хора цыган.

БАЛЯСИН. Я просил вас помолчать. Знаете, какая между нами разница?

КЛОУН. Ну, это старая песня.

БАЛЯСИН. Если бы любимая вами женщина выкинула на ваших глазах такой фортель, я бы, как сторонний наблюдатель, тоже мог легко поиздевался над вами. Разбитым и огорошенным. Понимаете?

КЛОУН. Понимаю. У меня нет любимой женщины. Если я соберусь резать себе вены, то, во-первых, перережу их достаточно глубоко, а, во-вторых, позабочусь, чтобы все произошло без посторонних глаз. Обеспечу, так сказать, чистоту эксперимента. Твердо убежден.

ЛАРИСА. Вы говорили, что Балясин жесток. А вы?

КЛОУН. Вполне допускаю. Я не хотел вас обидеть.

ЛАРИСА. И на том спасибо.

БАЛЯСИН. Вы говорите, а я ничего не понимаю. Словно все во сне, в обмороке. Только гул. Я больше не вынесу. Уходите. Оба. Прошу вас.

КЛОУН. Глупый человек. За это я вас и полюбил. За беспамятство, за исступленность. Знаете, что я вам скажу. Подлые вещи скажу. У вас под ногами хоть резня, хоть ребенка насиловать будут - вы и не заметите. Ничто вас в сторону не сдвинет. Потому что весь вы - ей отданы, до последней клеточки, до последнего дыхания. И над собой не властны. Уникум. Если бы искали топливо для воскрешения, я бы вас первого предложил. Талдычим: бог есть любовь. А когда настигает, когда даруется - прячем морду в песок, бежим от нее, как от проказы.

ЛАРИСА. Как красиво вы про меня говорите. У меня аж слезы на глазах.

КЛОУН. Смейтесь - да, пожалуйста. Или плачьте. Ваша воля.

ЛАРИСА. Какой вы добрый. Вы ведь, наверное, считаете себя милым и добрым человеком? Поучаете тут нас.

КЛОУН. Каждый считает себя милым и добрым человеком, пока ему не принесут на блюдечке полный и заверенный всеми печатями список его поступков, мыслей, желаний. (БАЛЯСИНУ) Я вашу анкету давно заполнил. У вас во всех графах - прочерк. Родина - прочерк. Друзья - прочерк. Милосердие, справедливость, совесть, карьера, всякие прочие человеческие глупости - прочерк. Вернее не прочерк, а везде одно слово. Крупными буквами трясущейся от страсти, ненависти и обожания рукой выведено - любовь.

БАЛЯСИН. Что вы несете? О чем вы?

КЛОУН. Так. Вообще. Ни о чем.

ЛАРИСА. А гони-ка ты действительно, Балясин, его в шею. ..."Любовь". Все тарелки разбил. И вообще, толку никакого.


КЛОУНА вздрагивает, как от внезапной боли, бледнеет. Осматривается, словно ищет что-то. Увидев нож на столе, осторожно берет его, обходит вокруг ЛАРИСЫ и неожиданно хватает ее сзади за горло.


КЛОУН. Замолчи, женщина. Ты потеряла всякий стыд. Дешевая шлюшка. Растоптанная богиня. Что ты о себе вообразила? Кто дал тебе право?

ЛАРИСА. Что с вами? Опомнитесь. Оставьте меня! Да оставьте же вы меня!

КЛОУН (Нож к горлу). Замолчи, сука! Ты будешь делать то, что я скажу. Иначе я тебе уши отрежу. (Хватает ее за волосы) Поняла? Скажи, что поняла?

ЛАРИСА (Плачет). Поняла.


БАЛЯСИН бросается к КЛОУНУ, но тот отпугивает его ножом.


БАЛЯСИН (Растерянно прыгает вокруг КЛОУНА). Прекратите! Что вы делаете?

КЛОУН. Дурак, дурак! Тряпка. Животное. Насекомое. Вот она - вся, наша с тобой. Ты же мечтал об этом. Она никуда не уйдет. Никого не сможет позвать. Мы сделаем с ней все, что захотим. Хоть чучело.

БАЛЯСИН. Я не понимаю. Я убью вас. Я вызову полицию.

ЛАРИСА. Мне больно. Я задыхаюсь.

КЛОУН. Прекрати трепыхаться. Ха-ха. Никакой полиции. Мы просто будем насиловать ее. Тупо и зло. В очередь. Как молодые поросята. Пока она не сдохнет от нашей спермы. Давай. Давай. Ты первый. (Разрезает ножом и разрывает на ЛАРИСЕ халат, обнажая грудь) Смотри. Белая, нежная, желанная. (Целует Ларисину грудь) Смотри, как она обмякла, как она отдается, затихает в моих руках. Единственное, что ей понятно, чего она ждала, о чем мечтала. Ну же, шлюха, ну! (Запускает ей руку между ног под разорванный халат) Она мокрая. А?! Стерва. Д-р-р-р-рожит от блаженства.


БАЛЯСИН мечется по комнате, тоже хватает нож и замахивается на КЛОУНА.

БАЛЯСИН. Отпустите или..., или я зарежу.


КЛОУН несколько секунд непонимающе смотрит на него, и, словно очнувшись ото сна, отпускает ЛАРИСУ. Садится на стул. ЛАРИСА запахивает разорванный халат.

КЛОУН. Извините. Со мной что-то не то. Не понимаю. Приступ. Шок. Это сейчас пройдет. Тени на стене. Отблески. В глазах потемнело.

ЛАРИСА. Вы идиот. Вы сволочь, скотина. Вы меня напугали.

КЛОУН. Предлагаю забыть. Если есть еще коньяк...

БАЛЯСИН. Убирайтесь. Убирайтесь вон из моего дома.

ЛАРИСА. Нет. Подожди. Слишком просто. А ты, приятель... Ничего себе. А так по виду и не скажешь.

КЛОУН. Это называется обделаться. Перестарался. Плюнул против ветра.

ЛАРИСА. Забавно. Разве не забавно, Балясин? А знаете, что, Антон. Вы, Антон, мне... любопытны. Возможно вы даже, Антон, в чем-то правы. Чуть-чуть. Женщины любят, когда с ними, когда их... Запуталась. Какой вы смелый и прямой, Антон. И не боитесь показаться смешным.

БАЛЯСИН (Взрывается). Что ты заладила? Он не показал никаких документов!

КЛОУН. Мне, право, неловко. Это все мой наряд, проклятая привычка. Одним словом, клоун. Но согласитесь - я вас развлек?

ЛАРИСА. Да, более чем.

КЛОУН. Я бы сейчас охотно показал еще один фокус. У вас нет больше тарелок?

ЛАРИСА. Любовь. Химия. Дыхание. Унижение. Насилие. Беспомощность. Страх.

БАЛЯСИН. Прекрати.

ЛАРИСА. Да, ты прав. Давайте лучше танцевать. Объявляю белый танец. Дамы приглашают кавалеров. Поставь, Балясин, мое любимое танго. Не хочешь? Тогда я сама.


ЛАРИСА роется в пластинках и выбирает одну из них. Звучит танго.

ЛАРИСА. "Осенние праздники грустны, хотя много вина. Осенние праздники в город вплывают, как дыни. На лодках своих, волнующие неизъяснимо. Горланящие торговцы, как прощающиеся любовники"...,

или что-то в этом роде. Мои стихи, кстати. Баловалась, Антон. Даже печаталась в институтских газетах. Балясин, дум моих властитель. Ну, и там, бес и обольститель.

(ЛАРИСА осматривает своих кавалеров) Итак. Немного мешает разорванное платье и легкое унижение. Но в этом даже есть какой-то шик. Кого же выбрать? С кем провести остаток дня? С любимым или нелюбимым? С веселым или грустным? С обрыдлым или с таинственным незнакомцем? Разве у меня есть выбор? С Антоном или с тобой?


БАЛЯСИН бросается к радиоле, со скрежетом срывает пластинку и разбивает ее, в бешенстве топчет ногами.

Пауза.

ЛАРИСА. Спасибо. Тебе всегда нужно помогать. Я устала. Любовь, милый мой, всегда завоевание. Покорение. Принуждение. Добровольно или насильно.

КЛОУН. Собственно, и жизнь - насилие. Вольно или невольно. Всегда. Не хочу. Как все просто, до омерзения. Я, господа, - само отчаяние на вашем празднике жизни. Посмотрите, Лариса, на Балясина. Ярость утихла. Унижение стало легким вспоминанием. Он снова влюблен. Снова беспечен.

ЛАРИСА (Легко). А я тоже все забыла. Взяла, плюнула - и забыла. А-а, чего только не было в жизни. Вы хотели продолжить показ своих талантов. Ну же. Попросим на бис господина клоуна! Балясин, эй, Балясин!

БАЛЯСИН. Да, пожалуйста. Мне плевать. Все, что вам будет угодно.

ЛАРИСА. Не совсем гостеприимно для хлебосольного хозяина, но приемлемо.

КЛОУН. Спасибо. Если вы настаиваете. Не в силах отказаться. Чтобы получить пайку хлеба и стакан коньяка, я готов на все. Говорю это с грустью и с надеждой.


КЛОУН вынимает из своих карманов эротичный бюстгальтер-балконет на косточках, трусики-стринги, боди, пеньюр, которые он стащил из чемодана ЛАРИСЫ. С обожанием жонглирует им.

КЛОУН. Вы не могли бы? Ради меня.

ЛАРИСА (Изумленно). Это мое. Вы что? Вы рылись в моих вещах?

КЛОУН. Антон, однако, парень не промах. Не смог. Не сдержался. Стибрил. Стырил. Скоммуниздил. Умыкнул. Тайный эротоман. Неравнодушен с детства. Тем более, все равно. Очень прошу. Хотите, на колени встану? Ноги целовать буду?

ЛАРИСА. Вы, безусловно, сумасшедший.

БАЛЯСИН. Если бы я его сразу выгнал.

ЛАРИСА. Вы шутите?

КЛОУН. Умоляю. Ком в горле. Руки трясутся.

ЛАРИСА. Вижу. Актер.

КЛОУН. Плохой актер.

ЛАРИСА. Мне кажется, вы уже достаточно развлеклись и обогрелись в этом доме, чтобы перестать паясничать.

КЛОУН. Один раз.

ЛАРИСА. Я не стриптизерша и не проститутка. Вы слышите?

КЛОУН. Один раз. Ради двух обезумевших от страсти мужчин. Вы должны гордиться.

ЛАРИСА. Нет, Балясин, что все это значит? Это подосланный тобой провокатор?

БАЛЯСИН. Меня оставьте в покое, у меня голова идет кругом.

ЛАРИСА (Посмотрев на БАЛЯСИНА, задумчиво). Я согласна. Переодеваться прямо здесь?

КЛОУН (Показывает на ширму в углу комнаты). За ширмой. Все переодевания - за ширмой.


ЛАРИСА, улыбаясь, берет свое белье и идет за ширму. КЛОУН довольно потирает руки. БАЛЯСИН обхватывает руками голову.


КЛОУН. Никакими словами невозможно изменить то, что с нами случилось.

БАЛЯСИН. И все-таки - кто вы?

КЛОУН. О, сразу сколько обвинений. Всему, мой друг, свое время.


ЛАРИСА выходит из-за ширмы в эротичном белье.

КЛОУН (Восторженно). Богиня! Мадонна! Царевна грез! Оркестр, туш! Ложусь у ног и блаженно затихаю. (Извиваясь, катается у ее ног)

ЛАРИСА. Тебе нравится, Балясин? Посмотри же на меня.

БАЛЯСИН. Мне не по себе... Сердце. ...Оставьте меня.

КЛОУН. Наконец-то! Наконец-то! Взреветь! Возопить! Взошла из пены нежных грез, из фонтана тайных желаний. Смотри, Балясин, смотри. Ты создал это божество, ты дал ему власть, ты выпустил его на свободу.

ЛАРИСА. Ее.

КЛОУН. Обоих. Не будем спорить.


ЛАРИСА встает над распростертым перед ней на полу КЛОУНОМ.

ЛАРИСА. Антон, мой Антон. Опять захлебываюсь в слезах. Ты знаешь, что я твоя. И ты мой. Только мой. Притворство для Балясина.


ЛАРИСА ложится на КЛОУНА.

Свет гаснет. Через мгновение свет снова вспыхивает.

ЛАРИСА сидит на КЛОУНЕ и с любопытством смотрит ему в глаза.

ЛАРИСА. Тебе было хорошо? Ты был счастлив?

КЛОУН. Нет. Не знаю. Почему был? Я всегда счастлив, потому что одинок. Вы меня с кем-то путаете.

ЛАРИСА. Мерзавец. Мелкий жулик и проходимец. Ты не Антон.

КЛОУН. Простите, мне не удалось выбраться из-под вас. Вы, однако, слишком цепки для своих лет. И что я теперь скажу моему спасителю и другу господину Балясину?

ЛАРИСА. И что я теперь скажу Балясину?


БАЛЯСИН с ужасом смотрит на них. ЛАРИСА встает с КЛОУНА.

ЛАРИСА. Не принимай близко к сердцу, Балясин. Это была ошибка.

КЛОУН. Да, безусловно, ошибка. Черные дыры, пульсары, нейтронные звезды. Выбросы на солнце, внезапные магнитные бури. Несколько мгновений - и все забыто. Не правда ли? Поверьте, Николай, все ради вас. Вы же сами этого хотели. Как бы вы меня ни презирали. Исключительно - из гуманных соображений, человеколюбия и братской любви.


БАЛЯСИН сидит, молча глядя перед собой.

ЛАРИСА находит свое пальто и набрасывает на себя, наливает в стакан коньяк, подносит стакан БАЛЯСИНУ.

ЛАРИСА. Выпей, Балясин. Пустяки. Уж я-то знаю.

КЛОУН. Кто я? Откуда пришел? Куда иду? Что делаю здесь? Кто мне расскажет? Интриган. Странник. Жертва обстоятельств. Спаситель оставшихся чувств. Почему вы так слепы, так бездушны и толстокожи? Почему ты, Николай, не бросаешься ко мне со слезами благодарности? Разве я не спас тебя от свинцовых иллюзий?

ЛАРИСА. Оставьте его в покое.

КЛОУН. В покое? Как? Что тебе говорят твои инстинкты? Любовь заменили похотью, жизнь одиночеством, встречи расставаниями. Увы.

БАЛЯСИН. Не до вас. Не до вас.

КЛОУН. Безусловно, преклоняюсь перед вами, Николай, как вас там по батюшке, дай бог памяти, Георгиевич. Но посмотрим правде в глаза. Заглянем в темные глубины сердца. Вы же сами нас, как марионеток - хоп, и бросили друг на друга. Копошитесь, блудите. А я, блаженный, - в любви. В мучительном страдании. Чистейший ангел. Впрочем, действительно ангел. Нашпигован нежностью и толерантностью. Во всех смыслах. И нашим, и вашим, и не вашим. И так всю жизнь. Как угорь. Что уж говорить? Зависть гложет. И отчаяние. Простите. И это простите.

ЛАРИСА. Послушайте, а действительно - кто вы такой?

КЛОУН. Я? Наконец-то. ...Ну, скажем, наемник. Чего уж тут непонятного. Когда это к вам в гости ни с того ни с сего приходил незнакомый человек, чтобы просто чаю попить да паспорт вернуть? А вы даже документов не спросили. Элементарно - звонок в полицию. Мол, уточните, так вот и так. Явился, заговаривает, интересуется. Беспечность. Излишнее добродушие и неосторожное хлебосольство. А может это - оборотень, шаровая молния, чужой пришелец.

ЛАРИСА. Полно вам. Без вас тошно.

КЛОУН. Собственно, с этого я должен был начать. Я так и хотел. Но - вода под ногами. Потоп, перерезанные вены, безумные, влюбленные глаза Балясина. Я растерялся. Потерял нить. С годами все труднее выполнять чужие поручения. Тем более, такие, как бы это сказать, несовместимые с моей не удостоверенной личностью. Принося спасение, приносить гибель. Или наоборот. Зависит от деталей.

ЛАРИСА. Вы сейчас похожи на Балясина. Несете какую-то галиматью.

КЛОУН. Да. Спасибо. Я бы хотел сказать так, торжественно и напыщенно: - Дорогой Николай Георгиевич, уходите. Ничего с собой не берите. Просто уходите. Как говорится, не оглядываясь. С этим уже ничего не поделать. Что будет завтра неизвестно. Вас это не должно волновать. Хотел бы сказать, но не могу, зубы мешают. Понимаете?

БАЛЯСИН. Ничего не понимаю. Я не хочу вас слушать. Вы для меня не существуете. Вы привидение. Да. Я так хочу.

ЛАРИСА. Я подозреваю..., знаете что, я подозреваю, что вы просто смеетесь над нами. Вы какой-то скользкий, змеиный человек.

КЛОУН. Ничуть. Что вы? Как вам только в голову? Я восхищаюсь вами.

БАЛЯСИН (Ларисе). Не обращай внимания. У меня были дни, когда я не мог без тебя дышать.

КЛОУН. Но дышали же. Меня прислал Антон. Рот набит кнопками, гвоздями, землей. Не с кем, друзья, бороться, кроме самого себя и своей лжи.

БАЛЯСИН. Фу, какие странные вещи вы говорите. Вас нет, а вы говорите. Зачем с собой бороться? Кто с собой борется? Какой Антон? Себя всегда можно уговорить.

ЛАРИСА. Подождите. Что вы сейчас сказали? Как вас прислал Антон?

КЛОУН. Хым-хым. Не скажите. Себя уговорить, к сожалению, увы, вряд ли. Не получается. Да. Конечно, меня прислал Антон. Это ж сразу было ясно, как божий день. По крайней мере, для меня.

ЛАРИСА. Но вы же ...клоун?

КЛОУН. Бывший. Боже, глаза пылают, щеки горят. Не надо, прошу, не надо. Нес вам целый океан, а не донес и нескольких капель. Давайте лучше я расскажу о себе. Вы знаете, я, например, был вполне успешным клоуном, зарабатывал неплохие деньги, очень неплохие. Подавал надежды. Знаете, как подают надежды? Успешно покупал и продавал воздух, иллюзии, страхи и мечты.

ЛАРИСА. Мне плевать на вас и ваши мечты. Вас прислал Антон? Зачем? О чем он просил?

КЛОУН. Просил? Разве он когда-нибудь о чем-нибудь просит?

ЛАРИСА. Вы лжете. Балясин, он лжет.

КЛОУН. К сожалению, нет. Столкнуться на улице якобы случайно с обезумевшим от горя человеком и вытащить у него бумажник - такой легкий фокус. Гораздо легче тарелок. Чепуха, азы профессии. Оп - и вот он я здесь. Легок и беспечен.

ЛАРИСА. Я не верю, не верю, не верю.

КЛОУН. Простите. Тогда мне придется вам кое-что рассказать. Пересказать с его слов. Перечислить факты. Чтобы никаких сомнений. Удостоверить личность. Вы не видели его около двух недель. Он избегает вас. Последний раз при встрече, когда вы выследили Антона и устроили скандал в кафе, он кричал, что не выносит вашего присутствия, его тошнит от одного вашего вида. Он захлебывался от ярости, при всех орал, что вы старая, сумасшедшая стерва, которая его достала...

БАЛЯСИН. Замолчите.

КЛОУН. Молчу. Я не это хотел сказать. Я рассказывал о себе. Мы познакомились с Антоном два месяца назад. На улице. Случайно. Со мной случилась очередная неприятность. Со мной все время случаются неприятности. Я влип. Меня хотели порезать какие-то пьяные придурки. У меня был приступ - отчаянья, нежности, одиночества, ненависти. Антон меня спас. Я не оправдываюсь. Я оправдываюсь. Он стал приходить ко мне в больницу. То есть, не в больницу. Я не называю это больницей. Я называю это..., как я это называю? Впрочем, неважно. Он рассказывал о себе, о вас, о вас. Я слушал.

ЛАРИСА. Это неправда.

КЛОУН. Чем больше слушал, тем больше понимал.

ЛАРИСА. Выгони его.

БАЛЯСИН. Уходите.

КЛОУН. Слишком поздно. Вы сами это прекрасно знаете. (Подходит к окну и смотрит на улицу) Ба-а! А буря-то прошла. Словно ничего не было. Померещилось. Какой апельсиновый закат. Божественно. Согласитесь, Балясин? Тонкая пленка иллюзий, под которой ужас, бездна, вселенский мрак, безжизненная, бездонная пустыня. Не ведающая о нас. Пожирающая нас, как пылинки. Не могу себе представить, что здесь будет через сто тысяч лет, через сто миллионов лет, через сто миллиардов лет, ...и так до бесконечности, не останавливаясь и медленно сходя с ума. А вы? Вот вы все время спрашиваете, кто я. А когда я пытаюсь ответить, затыкаете уши и смотрите на меня, как на прокаженного.

БАЛЯСИН. Прочь. Вон. Убирайтесь.

КЛОУН. Дело в том, что я не договорил, чем закончилась ваша последняя встреча в кафе. ...Когда Антон пришел ко мне, я не мог ему отказать. Знаете, как говорят - долг платежом красен. И потом, я уже понял, как бы вам это объяснить, что... не могу жить без вас. Без вас обоих, без вашей безумной истории. Вы, Балясин, обмолвились, что не могли дышать без нее. Так вот. Я теперь не могу дышать без вашей истории. Когда вы узнаете меня поближе, вы поймете. Теперь просто поверьте - вы так же нуждаетесь во мне, как я в вас. Когда он пришел..., когда он попросил... (БАЛЯСИНУ) Я несколько дней ходил за вами, присматривался к вам, болтал с соседями. Я вас изучил. Антон был абсолютно прав. Вы именно такой, как я вас себе представлял. Я всю жизнь мечтал иметь такого соседа по палате.

БАЛЯСИН (Удивленно смотрит на КЛОУНА). Мне вас взашей вытолкать?

КЛОУН. Славно. Я больше не буду сходить с ума от одиночества. Столько лет я мечтал о нашей встрече. Тонкий и нежный аромат любви. Спасительный, божественный, вечный аромат любви. За это все можно простить. Вы не представляете насколько вы ценный и редкий собеседник. Во мне вы найдете благодарного слушателя. Кто еще так чутко будет ловить каждое ваше слово, с таким пониманием отвечать на ваши рыдания?

ЛАРИСА. Меня от вас уже тошнит.

КЛОУН. Извините. Повторяю, Лариса Павловна не сказала вам, зачем пришла. Я все о той встрече в кафе. Она не смогла. Собственно, Антон так и предполагал. Поэтому я здесь.

ЛАРИСА. Вышвырни его. Уходите немедленно. Никто вас не присылал.

КЛОУН. Вот видите. Куда вы без меня? Именно этого Антон и боялся.

БАЛЯСИН. Чего?

КЛОУН. Нерешительности в решительный момент. Когда уже поздно отступать. Когда уже даны все обещания и выплаканы все слезы.

БАЛЯСИН. Объясните мне, что происходит? Лариса, о чем он говорит?

ЛАРИСА. Не слушай его. Я потом все объясню.

КЛОУН. Лучше я. Зачем окончательно унижать и втаптывать в грязь любящую женщину, которая и так уже обезумела от горя и совершает одну непоправимую ошибку за другой? Лариса Павловна, милая моя, дорогая, бесценная, все в вашей жизни ошибки, кроме любви.


БАЛЯСИН бросается на КЛОУНА.

БАЛЯСИН. Если вы не прекратите...

КЛОУН. Хорошо, хорошо. Я буду краток. Небо. Столетние липы. Покой. Четырехразовое питание. Впрочем, это я уже говорил. Рай.

...Лариса Павловна по просьбе Антона пришла сказать вам, что ей срочно нужны деньги. Антон должен большую сумму каким-то бандитам. Сейчас уже не важно, за что и как. Ему дали последний срок - неделю. Его просто убьют, если он не отдаст долг. Он все продумал. Он уже договорился с главврачом нашей лечебницы.

БАЛЯСИН. Какой лечебницы?

КЛОУН. Городской психиатрической лечебницы номер четыре. В двух кварталах отсюда. С липовой аллеей. Лариса Павловна сдает вас в лечебницу. Если вы помните, она все еще прописана в вашей квартире. Квартира быстро продается. Или отдается за долги Антона. В результате все счастливы. Мы с вами живем в одной палате. Лариса Павловна больше не режет себе вен. Антон искренне благодарен ей. Враги оставляют его в покое. Нужно только ваше согласие. Подпись под бумагами, которые у Ларисы Павловны торчат из кармана пальто.


ЛАРИСА инстинктивно прячет бумаги глубже в карман.


БАЛЯСИН. Это правда?


ЛАРИСА сидит, обхватив голову руками.

КЛОУН. Она не смогла вам этого сказать. Я ее понимаю.

БАЛЯСИН. Это правда?

ЛАРИСА. Нет.

КЛОУН. Да.

ЛАРИСА. Да.

КЛОУН. Я с первой минуты преклонялся перед вами.

Лариса, я должен вам сказать. Я себе не прощу, если сейчас вам этого не скажу. Вы, Лариса, по-видимому, не знаете. Или знаете. Все равно. Послушайте. Вы, наверное, рассчитывали, что Антон пощадит вас и оставит при себе. ...Напрасно. Как? Он больше не может. Его от вас тошнит. Ну, это же так по-человечески понятно. Когда человека не любят, когда он тебе постоянно навязывается, он становится для тебя омерзительнее таракана, клопа, насекомого. Вы же не можете любить таракана? Целовать, ласкать - фу. Не плачьте. Постарайтесь понять Антона, как я стараюсь понять вас. Для вас, Лариса Павловна, уже тоже приготовлено место. В другом крыле в женской палате. Но мы же все будем вместе. Мы сможем ежедневно гулять по саду, пить чай по вечерам, ждать вечности. Я просто в восторге, я в предвкушении. ...А он..., иногда он будет приходить. Он обещал.


Пауза.

БАЛЯСИН. Почему ты сомневалась, что я все сделаю для тебя? Мне смешно.

ЛАРИСА. Я не сомневалась.


БАЛЯСИН вытаскивает из шкафа сумку и начинает бросать туда свои вещи.


ЛАРИСА. Что ты делаешь?

БАЛЯСИН. Ну..., что..., пожалуй, это все. Я буду обязан жить именно с вами?

КЛОУН. Я очень вас прошу. Я готов встать на колени. Я впервые вижу человека, который..., которому..., для которого я...

ЛАРИСА. Я знала.

КЛОУН. Знали?

ЛАРИСА. Да.

КЛОУН. Это просто превосходно, это просто нереально восхитительно. (Смотрит на часы) Вы знаете, а мы заболтались - уже давно время ужина. Сегодня я мечтаю о куриных котлетах и картофельном пюре.


В комнату заглядывает САНИТАРКА.


САНИТАРКА. Балясин, Гриценко, Лариса Павловна, все уже давно в столовой. Вам, как всегда - особое приглашение?


Занавес.


38