# Золото души человеческой

Ирина Игоревна Лобановская

ИРИНА ЛОБАНОВСКАЯ


ЗОЛОТО ДУШИ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ


Девочка болела. Чтобы как-то развлечь ее, сорокалетний отец начал сочинять сказки. Он растил дочку один - вдовел - и всю свою привязанность и нежность перенес на ребенка.

Так родились знаменитые "Аленушкины сказки" Мамина-Сибиряка, вышедшие отдельной книгой в 1896 году (настоящая фамилия - Мамин, псевдоним - Сибиряк).

Прозаик признавался: "Это моя любимая книжка - ее писала сама любовь, и потому она переживет все остальное".

Не хочется спорить с писателем, но все же "Аленушкины сказки" вряд ли затмили славу его уральских романов. Да, рассказы для детей ему удавались всегда: он прекрасно знал и понимал детскую психологию, находил удивительно чистое звучание, неповторимость интонации. Его рассказы и сказки не только "писала сама любовь". Они были написаны во имя любви, учили маленького человека внимательно и пристально смотреть вокруг себя. сострадать и сопереживать любому живому существу на Земле: рыбе, птице, зверю... Учили любить каждую травинку и звезду в небесах, белые снега и журчащую речку.

Тем не менее прозаик еще в начале 80-х годов позапрошлого века становится разработчиком своего собственного уральского литературного прииска: цикл романов о родном Урале наиболее значителен в его творчестве. Пишет он энергично, быстро, и романы появляются один за другим, продолжая начатую излюбленную тему.

Если сказки и рассказы продиктованы и омыты светлой и кое-где печальной любовью, то в романах прозаик резко меняется, и заметен совсем иной, суровый и размашистый почерк, слышна другая, достаточно жесткая и порой ироническая интонация. Во всех романах Мамин-Сибиряк испытывает своих героев на прочность, и основная проверка - отношение к деньгам. Неслучайно один из его романов получил название "Золото".

Страшный холодный идол, явившийся по души тех, кто навсегда продает их ему, мечтая о миллионах... Писатель словно никого не осуждает, хотя часто кажется, что приговор его окончательный и обжалованию не подлежит.

Близко соприкоснувшись со сложным, неспокойным миром ссыльных, уголовников и людей, выросших возле приисков, Мамин-Сибиряк хорошо понимал: слаб человек. Ох, как слаб! Но если бы это единственная причина необдуманных поступков... Человек несчастен, обделен судьбой и ею задавлен. Именно поэтому даже столь безответная и тянувшая на своих плечах весь нищий дом, вызывающая только сочувствие и самое доброе отношение Окся из романа "Золото" спокойно и уверенно крадет желтый металл для собственного приданого и выходит замуж за любимого человека, попросту покупая его. Окся еще не подозревает, что деньги - это ничто, а идол ее - призрачный, поддельный и обманный.

Но все покупается и продается. Так испокон веков повелось на Земле. И почему не воспользоваться этим?

Мамин-Сибиряк доводит в своих романах закон купли-продажи человеческих душ до последней черты - за ней уже нет самого человека. Поймут ли глубину такого падения когда-нибудь люди?

Возвращается в родной город богатый наследник Сергей Привалов, и закипает вокруг него суета, которую жители города, искренне заблуждаясь, принимают за настоящую жизнь и деятельность. Одни пытаются получить часть приваловского наследства, другие - устроить выгодный брак с Приваловым, и все очень заняты, тщательно обдумывают, взвешивают, строят планы... Вот он, яркий блеск, затмевающий своим сиянием все остальное! А было ли оно, остальное?

Мамин -Сибиряк проверяет своих героев не только деньгами, вторая его проверка - любовь. И тоже слишком серьезное испытание. Человек, не умеющий владеть собой, не контролирующий своих чувств и настроений и обманувшийся в любви, превращается в дикого зверя, теряет всякое человеческое обличье, вновь перешагивая ту опасную черту, за которой ничего нет.

Последние жалкие росточки добра и тепла без сожаления и раскаянья затаптывают в своих душах старик Злобин и Кожин в романе "Золото", удивительно жестоким к собственной дочери оказывается Бахарев в романе "Приваловские миллионы", страшен становится Макар Горбатый в романе "Три конца", унаследовавший мрак темной души от отца.

Почему так происходит? Вот что говорит Сергей Привалов: "...чтобы понять всего человека, нужно взять его в целом, не с одним только его личным прошедшим, а со всей совокупностью унаследованных им особенностей и характерных признаков, которые гнездятся в его крови. Вот если рассматривать с этой точки зрения все те факты, о которых я сейчас рассказываю, тогда вся картина освещается вполне... Пред вами во весь рост встает типичный представитель выродившейся семьи, которого не могут спасти самые лучшие стремления".

Это итог жизненных наблюдений писателя, воплощенных во всех его романах и героях. Везде Мамин-Сибиряк четко проводит семейную линию, исследуя корни и истоки духовного наследия детей и внуков от отцов и дедов. И везде показывает одно: род повторяет сам себя из поколения в поколение, воспроизводя себе подобных и неизменно вырождаясь, плодя больных, умалишенных, злобных и страдающих. И все это вполне соединимо: больные, они же умалишенные, они же злобные, они же страдающие.

Как ни странно сознавать, но бесконечно несчастен обездоленный жизнью Кожин, садистски издевающийся над нелюбимой женой, столь же сильно страдает Макар Горбатый, вымещающий свою злобу тоже на жене и также способный на любое убийство. Они близки друг другу не только своей болью, но и тем, что выше собственного страдания подняться не в состоянии. В своем тупом непонимании, неведении, неразвитости они убеждены, что мучиться и тосковать могут лишь они одни, а другие - нет. Это страшный результат воспитания, точнее, его полного отсутствия, снова неизжитое наследие дедов и отцов, родовое проклятие.

Страдают и более тонкие люди: Привалов и Надя ("Приваловские миллионы"), Петр Елисеич и Аграфена ("Три конца"). И умение тоньше чувствовать и проникаться болью ближнего своего не слишком их возвышает: вспомните слова Привалова.

Мамин-Сибиряк хорошо понимает бесполезность и тщетность любых пустых мечтаний и желаний помочь и облегчить участь угнетенных, как у Привалова и Лоскутова. Иллюзорность их попыток и замыслов очевидна: налицо элементарное непонимание исторических законов, незнание социального движения самой России, ее подлинных сил и противоречий.

Жизнь значительно сложнее представлений о ней многих героев Мамина-Сибиряка. Слаб человек, неопытен, неосмотрителен, порой просто безумен в море человеческих страстей, среди житейского хода времени. Поэтому избирает он слишком часто опасный и ложный путь, легко поддаваясь искушениям и соблазнам.

Как ни парадоксально, но герои уральских романов Мамина-Сибиряка далеки от образов богатырей, могучих и телом и духом. Подобного сплава уральская земля не рождает, она дает лишь золотые россыпи и слитки, уродующие человека с самого рождения. Таким он и остается до конца.

Некоторой неожиданностью в творчестве уральского писателя стал роман "Именинник". Правда, его герой Сажин, избранный председателем управы, не нов для Мамина-Сибиряка: все та же знакомая, привычная слабость, неумение справиться с жизненными неудачами, разочарованиями, непростыми любовными отношениями. Но результат несколько иной - самоубийство, и отсутствует "золотой синдром", подмененный жаждой общественной деятельности и признания в качестве оратора и вожака.

На лидерство герои Мамина-Сибиряка неспособны. Вообще в любых жизненных битвах им тяжело и непросто - легче сразу сдаться, скрыться, исчезнуть... Почему столь нестойки люди, рожденные такой прекрасной землей? Почему столь слепы, равнодушны к ее красоте и мощи?

На этот вопрос писатель ответил появлением своих рассказов и сказок для детей: ребенка надо учить доброте и сопереживанию точно так же, как учат в деревне прясть, пахать, сеять, косить, доить. Чувства не рождаются и не пробуждаются сами, и если не вложить в детскую душу их первые семена, если не растить их, не холить, не лелеять, человек не вырастет человеком.

Второй вопрос, волновавший писателя: как научить каждого отличать ложное от истинного, видеть подлинные идеалы? Пожалуй, очень неплохо отвечает на него героиня романа Мамина-Сибиряка "Именинник" Анна Ивановна: "По-моему, нужно прежде всего установить свою домашнюю маленькую правду... внешние формы придут сами..."

И Сажин задумчиво повторяет за ней: "Да, я согласен с вами... Нам всем именно этой маленькой правды и недостает".

Значит, снова выход в том самом домашнем воспитании, в своем кругу, быту, где формируются сердца и характеры, закладываются основы будущих отношений и нравственного выбора. Поэтому любимые герои писателя такие, как Охоня (повесть "Охонины брови"), глубоко и искренне привязаны к дому, к семье, к родителям, и дом у них совсем иной, чем у Приваловых и Горбатых. Это не просто четыре стены, а духовный приют, уголок, где можно найти добро, ласку и отдохнуть душой.

Там, где золоту противостоит настоящая человеческая душа, нет места ни лжи, ни злу, ни бесчестию. Страшно только, что немногие души могут противостоять. Очень немногие...

Реалистичный и откровенный, Мамин-Сибиряк писал о таком Урале, каким он был, о таких людях, которые его населяли - это закон и основа творчества прозаика. Тут ни убавить, ни прибавить, и даже муки человеческие не властны искупить грехи и преступления целых родов и поколений, несущих от дедов к внукам низменные инстинкты и жадность.

Не спасает людей и обращение к Богу. Мамин-Сибиряк показывает столкновение поборников новой, более свободной жизни и образования и раскольников, приверженцев суровой старины и обрядов. Ни те, ни другие не спасли своих душ, не получивших с детства ясного и достоверного представления о человеческой сущности и нравственности. Идеалы и тех, и других на поверку оказываются мнимыми и приводят к краху, душевному надлому и, в конце концов, к гибели.

Но рождаются дети на Земле. И в них видит писатель возможность иной жизни, за ними признает вероятность возрождения не миллионных состояний, а души человеческой. Глубокой. Чистой. Отзывчивой. Той, какой она и должна быть.