# 4. Исход

Борисович Николай

Познакомился с десятилетним сыном знакомых моих знакомых. Обнаружив, что со мной можно разговаривать, мальчик поинтересовался, знаю ли я историю.

- Ну, в общих чертах, - промямлил я, чтобы не потерять лицо.

- Ну вот когда татаро-монголы захватили русских в рабство? - проверил меня бдительный ребенок.

- Ну, считается, что началось все это дело в 20-е годы 13-го века, Куликовская битва была в 1380 году, а окончательное освобождение от ига случилось еще 100 лет спустя, - не ударил я лицом.

- Да какое же это было иго, если русским разрешали иметь такую армию, что они разгромили крестоносцев, - усомнился мальчик, не то сильно эрудированный, не то просто провокатор. - Нет, я спрашиваю, в каком году русских в рабство угнали?

- В какое рабство? - сплоховал я.

- Ну как какое, - удивился ребенок, в Египет.

- В какой еще Египет? - поехала у меня крыша.

- Вы чего, в Египте не были? - обрадовался мальчик. - Ну, там пирамиды, на верблюдах катают, мы там ныряли еще. Туда татары русских угнали в рабство, и русские на них триста лет работали, многие умерли даже. И там был один святой священник, и с ним Бог разговаривал как будто из горящего куста, и попросил его русских обратно в Россию отвести на родину. И он сначала напустил на египтян саранчу с зубами и ядовитых жаб. А потом все русские убежали, а за ними погнались египтяне с оружием...

- А не татары? - уточнил я, уже зачарованный.

Мальчик задумался. Похоже, он и сам только сейчас обратил внимание на эту нестыковку: действительно, угоняли татары, а бежать пришлось от египтян.

- Нет, не татары, - сказал он наконец решительно. - Точно египтяне. Там у них еще фараон был. И вот они погнались, а святой попросил у Бога, и Черное море расступилось, и они прошли по дну на другую сторону, а войско фараона за ними побежало, и они все утонули.

- А на какой берег они вышли, не знаешь? - вошел и я в постмодернистский азарт.

- Неа, - мучительно завис ребенок. - Там не говорили.

- Ну а какие места ты знаешь на Черном море? - садистски пришел я на помощь.

- Никаких не знаю, - ему явно хотелось дорассказать, но было мучительно лениво думать.

- Ну, как не знаешь? - подбадривал я. - А Крым где?

- А, да, на Черном море, - обрадовался мальчик троянской подсказке: картина становилась понятнее. - Они вышли на берег в Крыму, и еще сорок лет ходили там, пока до Москвы не дошли.

- А почему целых сорок лет-то? - допытывался я, но парня было уже не сбить.

- Ну, потому что они пешком шли, тогда поездов же еще не было, - стало очевидно, что пошла уверенная импровизация, - и потом им же надо было следы заметать, чтобы татары снова их не захватили.

- А, да! - вспомнил и я про оставшихся было без присмотра Батыя с Мамаем, - а татары-то что делали, пока русские в Египте работали? И что они, кстати, в Египте делали, какую работу?

Мальчик напрягся, но не надолго. Явно было, что знания лежали в нем разрозненными кучками, а мои вопросы помогли ему задуматься и все систематизировать.

- Русские в Египте строили пирамиды, я читал, что все пирамиды были построены рабами. И нам так в Египте рассказывали. Только не говорили, что русскими: потому что они видели, что мы русские туристы, и не хотели напоминать про рабство. Думали, что мы им тогда денег не дадим, потому что нам неприятно.

- Ну а татары - они-то в Египте не были? Они что, на Руси остались?

- Да, татары русских в рабство захватили и отправили в Египет, а сами потом в Россию вернулись, чтобы дань собирать.

- Ну с кого бы им было дань собирать, если они всех русских в Египет отправили?

- А они не всех отправили. Они многих отправили, а многих оставили, чтобы еще дань собирать.

Тут мальчик посмотрел мне в лицо, и что-то ему не понравилось.

- Вы что, мне не верите? - спросил он задиристо. - Вы что, Библию не читали? Я это все в Библии прочел. Там все написано, вся история.

- Прямо вот своими глазами прочитал? - уточнил я.

- Ну, не сам прочел, - честно сказал мальчик. Мне мама в машине аудиобиблию ставит, когда мы на дачу ездим.

- А помнишь, как того русского святого звали, который вывел народ из Египта? - просил я напоследок.

Мальчик не помнил.


Чуть позже на кухне я хвалил маме эрудицию ее сына.

- Только знаете, - сказал я осторожно, - у него случилась легкая путаница. Егору кажется, что Казни египетские - это была такая PR-акция, придуманная русским священником, чтобы организованнее вывести русский народ из Египта.

Мама не улыбнулась.

- Надеюсь, вы ему не стали пересказывать, как там на самом деле было? - Спросила она строго. - И не надо, пожалуйста. Мы русские люди, и хорошо, что он интересуется русской историей, и пусть запоминает, как запомнил. Я думаю, что это вообще совершенно никому это не нужно: учить историю еврейского народа, неправильно это. Только голову ребенку засорять.


И я порадовался за мальчика и за его семью с их счастьем жить в стране, дающей с детства возможность изучать родную историю в ее первозданной незамутненной версии - неискаженной, непересмотренной, несфальсифицированной.