# Добрая сказка про Фею Мэю. Книга 1

Инна Мальханова

Инна Мальханова


Книга Первая:


Добрая сказка про Фею Мэю.


Оглавление:


1. Волшебное колечко. стр. 1-3

2. Самое первое заветное желание Феи Мэи. стр. 3-6

3. Второе заветное желание. стр. 6-8

4. Одна маленькая школьная трагедия. стр. 9-11

5. Четвёртое и пока что последнее заветное желание. стр. 11-13

6. Путешествие на край света. стр. 14-17

7. Маленькая пленница Амалии. стр. 17-20

8. Кошка Мики, попугай Лулу и Пагода Ароматов. стр. 20-24

9. Новый Год в казино "Paradis". стр. 24-27

10. Предсказание Гуанинь. стр. 27-32

11. Ханойский переполох. стр. 32-37

12. Наконец-то снова дома! стр. 37-40

13. Предсказания продолжают сбываться. стр. 40-42


1. Волшебное колечко.


Саня Егорова живёт в далёком городе Калининграде, который когда-то раньше назывался Кёнигсбергом, в хорошеньком, похожем на пряничный, двухэтажном домике под красной черепичной крышей. Домик этот стоит на тихой и зелёной Львовской улице, среди других таких же домиков, окружённых очаровательными палисадниками, где всё лето цветут сирень и шиповник, а на заднем дворе осенью созревают яблоки и груши.

В тот день Саня сидела дома одна и делала уроки. Когда отец пришёл с работы, оказалось, что нет хлеба, и Саня побежала в булочную. Отец дал деньги и сказал, что на сдачу Саня может купить себе булочку с повидлом.

У входа в булочную Саня столкнулась с неуклюжим мужчиной у которого лопнул пластмассовый пакет, и он, ползая по асфальту пытался собрать покупки, разлетевшиеся в разные стороны. Люди обходили его стороной, стараясь не наступить на булочки и пакетики с конфетами и чаем. Саня подумала, что её собственный пакет не так уж ей и необходим - ведь она вполне сможет унести в руках всего один батон хлеба и одну сдобную булочку - и молча начала собирать покупки в свой пакет, а затем протянула его мужчине. Мимоходом она обратила внимание на то, что за ней почему-то внимательно наблюдает стоящая у двери старушка-нищенка.

Подойдя с чеком к прилавку, Саня снова увидела ту же самую старушку, которая теперь стояла здесь с протянутой рукой. Денег больше не оставалось, и Саня просто отдала нищенке свою булочку с повидлом. Старушка снова внимательно посмотрела на девочку и вдруг сказала: "А я тебя знаю, ты - Саня Егорова из пятой школы. Знаешь, ты ведь совершенно необыкновенная девочка. Давай отойдём в сторонку и я покажу тебе кое-что очень интересное".

Конечно, Саня страшно удивилась - она никогда раньше не встречала здесь этой старушки. Девочка и нищенка присели в скверике на скамейку, и старушка разжала свой кулачок перед самым саниным носом. Оказалось, что на её ладони лежало удивительное колечко: на тоненьком ободочке сверкал и радужно переливался бесчисленными гранями хрустальный шарик размером с большую горошину. Такого очаровательного колечка Саня не видела ещё ни разу в жизни. Старушка прошептала:

- Возьми это колечко себе и не показывай никому. Оно даст тебе волшебную силу. С его помощью ты станешь феей и сможешь исполнять свои самые заветные желания. Только, конечно, правильные желания. Если же загадаешь неправильное желание - хрустальный шарик помутнеет, и колечко навсегда потеряет свою силу. Ты хорошая девочка, поэтому, я знаю, всегда сможешь отличить правильное желание от неправильного.

Саня просто оторопела: ведь до сих пор она всегда знала, что феи существуют только в сказках. И она задала первый же вопрос, который сразу пришёл ей в голову:

- А разве может фея быть просто Александрой Егоровой, которая учится в третьем "А" классе школы номер пять и живёт на Львовской улице?

- Да ведь теперь ты не просто девочка Саня, ты - Фея Мэя, поняла? Запомни, что это твоя тайна, и ты должна крепко хранить её от всех, даже от самых закадычных подружек.

Саня надела кольцо на средний палец левой руки, и оказалось, что оно ей как раз впору. Колечко сверкало и переливалось так, что можно было любоваться им вечно. Когда же девочка наконец решила поблагодарить старую волшебницу и подняла глаза, оказалось, что необыкновенная старушка уже бесследно исчезла, а она сидит на лавочке одна. Саня повернула колечко так, чтобы хрустальный шарик внутри ладошки не был виден никому, и пошла домой ужинать с папой. Разумеется, папе она не сказала ничего.


2. Самое первое заветное желание Феи Мэи.


На следующий день, сидя на уроках в школе, Саня почти не слышала того, что говорила учительница - она только и думала о том, какое же желание загадать первым, но ничего пока придумать не могла. Пожелать учиться только на отлично? Но она и так была круглой отличницей. Пожелать много сладостей и конфет? Но очевидно, что папа будет категорически против, а Саня всегда была очень послушной девочкой и совсем не собиралась злить папу без какой-либо серьёзной причины.

Ей нестерпимо хотелось немедленно проверить верность слов старушки и осуществить какое-нибудь очень правильное желание, но ничего другого, кроме конфет, пока никак не приходило в голову. Впрочем, даже она сама понимала, что конфеты - уж слишком несерьёзно, к тому же, это желание, скорее всего, неправильное, а рисковать волшебным могуществом хрустального шарика, тем более, с самого первого желания, ей никак не хотелось.

Саня то и дело тайком заглядывала себе в ладошку, чтобы полюбоваться хрустальной горошинкой - она по-прежнему носила колечко камешком внутрь - и отгоняла от себя совсем другую, совсем не детскую мысль, которая при неосторожном обращении вполне могла перерасти в заветное желание. Желание, которое она, скорее всего, не решится загадать никогда.

Дело в том, что Саня много лет, почти с самого рождения, жила с отцом одна, без матери. Когда она была маленькой, то часто спрашивала о матери, и тогда отец говорил, что мама решила жить одна и ушла от них. Но потом Саня поняла, что сколько ни спрашивай, ничего нового она больше не узнает, к тому же отцу явно неприятно говорить об этом, поэтому в последние годы больше никогда не затрагивала эту тему. Тем не менее, о матери она думала часто, даже слишком часто. В доме не было её фотографий, мать Саня совершенно не помнила, поэтому каждый раз могла воображать её себе такой, как ей хотелось. Воображаемая мама всегда как бы незримо жила рядом с Саней, разговаривала с ней, хвалила, гладила её, а иногда даже и сердилась за что-то. Об этой тайной жизни не знал никто, даже папа, который наивно думал, что его отличница-дочь довольна всем и имеет в жизни всё, что необходимо ребёнку её возраста.

Самым заветным желанием Сани всегда было встретить свою маму, наконец-то увидеть её настоящее лицо, прижаться к ней и никогда больше не отпускать никуда. И вот теперь у неё появилась такая неслыханная возможность: ведь волшебное колечко могло мгновенно, наверное даже прямо на этом уроке, вернуть ей исчезнувшую маму.

Саня задумалась. С одной стороны, это было вполне реально, стоит только повернуть колечко камешком наружу, загадать желание, произнести заклинание и закрыть глаза. А когда откроешь глаза, мама уже будет рядом. Но с другой стороны... Ведь мама ушла добровольно, значит, где-то там, вдали от Сани и папы, ей лучше, чем было дома. За все эти десять лет она ни разу не приехала, не написала письма, не позвонила по телефону. Значит ей не нужны ни папа, ни Саня. Значит, она не хочет видеть Саню, не хочет быть рядом с ней. Тогда как же можно заставлять её делать то, что ей не нравится, что для неё плохо? Так нельзя поступать вообще ни с кем, а тем более с собственной мамой. Значит, совершенно точно, что это будет неправильное желание, и о нём надо просто забыть.

Уроки наконец-то кончились, и Саня пошла домой. Недалеко от дома она увидела своих лучших подружек - Лиду Мушкатину и Наташу Картанову из параллельного класса. Обе девочки почему-то горько плакали. Фея Мэя очень удивилась - рядом с ними никого больше не было, и, кажется, никто подружек обидеть не мог. Да и, к тому же, обидеть их было не так-то просто - обе девочки вполне умели постоять за себя. Вряд ли они плакали также и из-за каких-нибудь неприятностей в школе - ведь подружки прекрасно учились, и учительница всегда их только хвалила.

Подойдя ближе, Саня поняла, в чём дело: рядом с девочками на земле сидел чёрненький щенок, очень худой и грязный. Оказалось, что его выбросил на улицу сосед-алкоголик, и щенок, голодный и испуганный, вот уже который день бродит один, не понимая, что же такое с ним произошло. А родители подружек, несмотря на все их мольбы, категорически отказываются взять в дом собаку.

Саня представила себе, что же дальше ждёт бездомного беднягу на улице: бездушные прохожие, идущие мимо - никому из них и в голову не придёт дать ему поесть или попить, его ждут дождь и холод, от которых некуда укрыться, а зимой ещё и мороз, который может просто убить того, у кого нет крыши над головой. Щенок мечтает о добром хозяине, мечтает полюбить того человека, который его спасёт, вырасти и стать дя него самой преданной собакой в мире, но он не нужен никому. Голодный и брошеный, он из последних сил бродит по этому ужасному городу и видит только множество домов, в которых живут люди, есть тысячи светящихся окон, но нет ни одной, ни одной двери, готовой открыться для него.

Сердце у Сани упало - ведь она прекрасно знала, что и её папа тоже ни за что не согласится взять щенка в дом. И тогда она поняла, что вот и наступил наконец тот момент, когда надо загадать колечку своё самое заветное первое желание, причём желание это, конечно, будет самым правильным на свете, потому что нет ничего правильнее, чем помочь тому, кто попал в беду.

И вдруг Фея Мэя с ужасом поняла, что она забыла спросить у старой волшебницы, какое же именно заклинание надо произнести, чтобы колечко показало свою волшебную силу и загаданное желание исполнилось. Значит, несмотря на обладание колечком, оно оказалось совершенно бесполезным - ведь старушка навеки исчезла, а нужного заклинания Саня не знает!

Три опечаленные подружки стояли на улице, а щенок не отходил от них и с такой надеждой всё смотрел на них своими наивными детскими глазами! Мимо шли редкие прохожие, к каждому из которых девочки бросались с мольбой спасти собачку, но никто не соглашался взять щенка себе домой на воспитание. Время шло, но вместо того, чтобы учить дома уроки, подружки всё ещё стояли рядом со щенком, и ни у кого из них даже не было с собой ничего, чтобы дать ему поесть.

Стемнело. Начал накрапывать дождь. Улица совсем опустела - кажется, надеяться больше было не на что. Дольше оставаться на улице нельзя - напуганные родители вот-вот пойдут на поиски пропавших девочек, которые уже давным-давно должны были вернуться домой из школы. И тогда Саня решилась. Она отошла в сторонку, повернула колечко шариком наверх, загадала желание: "Хочу, чтобы щенок немедленно нашёл себе хорошего хозяина!" После этого наугад произнесла первое же слово, которое вдруг пришло ей в голову: "ЯНЗВАС!" Тут же хрусталик засветился в темноте как маленький фонарик, а колечко стало нагреваться на руке всё сильнее и сильнее.

Как по волшебству, в конце улицы вдруг показалась тёмная фигура, которая стала постепенно приближаться к девочкам. Когда же она подошла совсем близко, то они увидели очень симпатичную молодую женщину с добрым лицом, которая, кажется, жила где-то на соседней улице. Три подружки ещё не успели сказать ни слова, как женщина сама неожиданно обратилась к ним:

- Девочки, а почему вы не идёте домой? Ведь уже вечер, да и дождь начинается, нечего вам здесь дотемна стоять, давайте-ка, бегите по домам! Наверное ещё и за уроки не садились.

Тут она увидела щенка и сразу всё поняла.

- Ну теперь мне всё ясно! Бедная собачка! Значит, никому из вас родители не разрешают держать его дома, а вы переживаете, что на улице он совсем пропадёт. Не волнуйтесь, мы его спасём! Я сама возьму его на воспитание - мой сын давно уже просит меня завести собачку. Теперь он будет просто счастлив. Отмоем щеночка, откормим, и из него вырастет самая отличная собака в мире! Мы назовём его Санди. Спасибо вам, девочки.

Женщина подхватила щенка на руки, и он начал благодарно лизать её в лицо. Она ушла, унося щенка с собой. А девочки, счастливые тем, что всё так хорошо кончилось, с облегчением вздохнули и наконец-то разошлись по домам. Тем временем Саня с сомнением смотрела на своё колечко: она так и не могла окончательно понять - на самом ли деле подействовала волшебная сила колечка или же просто случайно обстоятельства совпали так удачно, что щенка удалось спасти от ужасной смерти на улице?


3. Второе заветное желание.


Однажды днём, когда три подружки вместе возвращались домой из школы, они увидели, что двое старшеклассников напали на толстого и неуклюжего мальчика из младшего класса. Собственно говоря, пока никакой драки даже и не было: толстяк просто стоял и ревел, а хулиганы требовали отдать им мобильный телефон, и в случае отказа угрожали хоршенько избить свою жертву.

Разумеется, стерпеть такого безобразия Саня просто не могла: она подмигнула Лиде и Наташе, котрые прекрасно её поняли. Как ни в чём не бывало, вроде бы их и не замечая, девочки подошли к хулиганам и вдруг, ни с того ни с сего, отбросив в сторону свои школьные ранцы, начали изо всех сил с боевыми криками молотить мальчишек руками и ногами. Подруги, конечно, надеялись, что толстый малыш тоже присоединится к ним, и тогда их уже будет целых четверо, хотя и маленьких, но всё-таки всего против двух более сильных хулиганов. Однако напуганный малыш, отбежал в сторону и, как оказалось, вовсе не собирался присоединиться к своим спасительницам. Он перестал плакать и теперь просто молча смотрел на драку.

Девочки поняли, что им, к сожалению, придётся рассчитывать только на себя, но это их ничуть не испугало. Ведь они были очень смелыми, к тому же им и раньше время от времени приходилось драться с мальчишками, так что у них уже давно имелись необходимые боевые навыки.

Разумеется, они победили в этом на первый взгляд совсем неравном бою. Им помогло то, что, во-первых, мальчишки никак не ожидали нападения. К тому же, услышав боевой клич подруг, они испугались, что на шум может притти кто-нибудь из взрослых, и тогда им точно не поздоровится. Во-вторых, хотя хулиганы и были сильнее, но их было только двое, а девочек, которые брали скоростью и яростными атаками, всё-таки трое. Вскоре мальчишки позорно сбежали с поля боя, а счастливый малыш, который оказался Ромкой из второго "Б", остался при своём мобильнике.

Когда бой кончился, девочки набросились на Ромку с упрёками:

- Как тебе не стыдно, ты что, не мог нас поддержать, когда мы дрались из-за тебя с этими хулиганами? Ты же всё-таки мальчик, а мы девочки. Почему это мы должны тебя спасать, а ты и пальцем не шевельнул, чтобы нам помочь?

- Я не умею драться, к тому же я такой толстый и неуклюжий, что все меня без конца дразнят и в школе, и во дворе. Если бы я стал драться, то вам было бы ещё хуже, я бы только мешался под ногами...

Девочки задумались. Может быть, он и прав. Но ведь так оставлять дело нельзя. Завтра или послезавтра те же самые уроды снова подкараулят его после школы и в конце-концов парень всё-таки лишится своего телефона, да ещё и тумаков получит.

Саня спросила:

- А когда завтра у вас кончаются уроки? Ведь мы можем вместе ходить из школы домой, и уж тогда никто не посмеет на тебя напасть, теперь эти мальчишки хорошо нас запомнили, знают, на что мы способны. С нами не так-то просто справиться!

И тут она вдруг вспомнила, что завтра все три подружки пойдут из школы домой гораздо позже обычного, потому что у них после уроков ещё будут занятия в танцевальном кружке "Родничок". Девочки очень любили танцы, к тому же в кружке много времени уделялось гимнастике, имено благодаря которой подружки и стали такими быстрыми, гибкими и сильными.

Ну что тут можно было придумать? Но Саню осенила очень простая мысль: почему бы и Ромке тоже не поступить в тот же самый кружок? И они начали напребой уговаривать мальчика, который спорил, что танцы - занятие только для девочек, а совсем не для мальчиков:

- Как же ты не понимаешь, что кружок сделает тебя стройным, спортивным, и ты наконец научишься давать отпор своим врагам?

- У нас в "Родничке" и мальчики тоже занимаются, им всем очень нравится, тебе тоже понравится, точно, вот увидишь. Когда танцуешь - как будто летаешь, это так здорово!

- Почему это тебя не примут? Хоть ты пока ещё и толстый, но мальчиков нехватает, поэтому их принимают всех без исключения. А потом похудеешь и у тебя тоже всё будет получаться не хуже, чем у других.

- Тебе же самому лучше ходить в кружок - тогда мы всегда сможем вместе возвращаться из школы, и уж никто не осмелится напасть на тебя ещё раз. Мы всегда защитим тебя от хулиганов, да и ты сам, наверняка тоже постепено научишься давать сдачи своим врагам.

Однако упрямый Ромка никак не сдавался. Хотя он и не умел драться, однако яростно спорить, оказывается, умел слишком даже хорошо.

Спор всё не кончался, и девочки уже были готовы сдаться и пойти домой, как вдруг Саня в отчаянии вспомнила о том, что она не просто Саня Егорова, но ещё и Фея Мэя. Она потихоньку отошла в сторонку, повернула колечко, загадала желание и произнесла своё заклинание. И опять, как и в первый раз, колечко засветилось голубым светом и сильно нагрелось, чуть не обжигая санин палец.

И тут малыш совершенно неожиданно для Лиды и Наташи вдруг сдал свои позиции - он согласился прямо завтра же записаться в кружок и сразу начать в нём заниматься.

Конечно, Саня была ужасно рада такому повороту событий. Но всё-таки, как и в первый раз, она немного сомневалась: почему же в конце-концов Ромка согласился? Может быть, дело совсем не в волшебном хрустальном шарике, а всего лишь в том, что подружки наперебой уговаривали его и наконец-таки сумели уговорить только благодаря своему необыкновенному красноречию и настойчивости?

С этого дня все четверо вместе начали ходить не только на танцевальные занятия, но и из школы домой, потому что оказалось, что Ромка живёт с мамой прямо на соседней со Львовской улице. Благодаря занятиям в "Родничке" Ромка, действительно, постепенно похудел, и его перестали дразнить "пончиком" или "поросёнком". К тому же девочки научили его драться и успешно давать сдачи обидчикам, которые теперь обходили воинственную четвёрку стороной.

Конечно, Саня была просто счастлива, что и на этот раз её волшебство принесло такие прекрасные плоды, хотя ей всё-таки хотелось для того, чтобы не оставалось совсем никаких сомнений, ещё раз проверить хрустальное колечко на каком-нибудь уж совсем неисполнимом в реальной жизни желании. К счастью, такая возможность у неё в конце-концов появилась.


4. Одна маленькая школьная трагедия.


Однажды в очередную пятницу, когда Ромка и Саня с Наташей пришли на занятия в "Родничок", Лида почему-то там не появилась. Наташа сказала, что учительница оставила девочку после уроков для какой-то беседы. Не появилась она и потом, даже к самому концу занятий, хотя танцевальный класс длился целых два часа.

Взролые люди, наверное, думают, что жизнь их детей вполне безмятежна и возможно даже вполне счастлива. Они и не догадываются, что это совсем не так. У каждого ребёнка есть свои горести и заботы, а нередко с ними происходят и настоящие трагедии.

В своей короткой жизни Лида Мушкатина уже успела испытать много тяжёлого и страшного: например, драки с более сильными противниками, вызов к доске как раз в тот день, когда она не выучила урока и так далее. Один раз она разбила любимую мамину вазу, а ещё, когда училась в первом классе, сломала руку, катаясь на велосипеде.

Но, кажется, за все это время, не было в её жизни ничего страшнее, чем ЭТОТ сегодняшний случай. Всё было очень просто и очень ужасно. После уроков Анна Ивановна повела Лиду в учительскую и там какая-то незнакомая учительница из другого класса сказала, что это именно та девочка, которая вчера самым ужасным образом нагрубила ей в коридоре, а потом вырвалась и убежала. Лиде казалось просто невероятным, что Анна Ивановна поверила ТОЙ учительнице, а не ей. Ведь Анна Ивановна знает и понимает всё на свете. Ведь Лида так любит её! Любит и ботся. И никогда в жизни не могла бы обмануть. И только через много лет Лида поняла: просто отношения с коллегами, с которыми предстояло работать всю жизнь, были для Анны Ивановны, конечно, важнее, чем детская гордость и вера в непогрешимую справедливость любимой учительницы у какой-то одной маленькой девочки из многих сотен, а, может быть, и тысяч, прошедших через её руки за долгие годы учительской работы.

В ЭТОТ день Анна Ивановна сказала Лиде, что не отпустит её домой, пока она не осознает своей ошибки и не извинится перед ТОЙ учительницей. Разумеется, Лида не плакала, хотя на её месте это сделала бы любая другая девочка. Она вообще никогда не плакала. Просто никак не могла понять - разве можно солгать? Ведь она никому не грубила, как же можно сказать, что осознала свою ошибку! Ей казалось, что стоит только всё это получше объяснить Анне Ивановне и та отпустит её домой. Но Анна Ивановна была неумолима: Лида будет сидеть здесь весь вечер, а может быть и всю ночь, пока не произнесёт убедительных слов раскаяния. Только и всего. И тогда она сможет уйти домой.

Ужас, обида, возмущение охватили Лиду. И этот всегда слишком мягкий, но, как оказалось, гордый ребёнок, решился на то, на что редко решаются даже взрослые люди: она восстала. Одна - против тех, кто был сильнее неё и от кого она зависела. Лида заявила, что будет сидеть в школе и день, и ночь, и всю жизнь, что она даже, может быть, умрёт здесь, но не извинится никогда, потому что не виновата ни в чём.

И потом, много лет спустя, став уже взрослой, вспоминая эту обычную трагедию обычного школьного дня, Лида всегда удивлялась собственному мужеству и собственной гордости, которые, как ни странно, оказались заложенными в её душу и вдруг проявились так неожиданно и некстати. Конечно, в этой борьбе победила Анна Ивановна. Она была опытным, лучшим в школе педагогом, она знала каждую свою ученицу и смогла найти именно те, единственные слова, которые сделали Лиду покорной. Она объяснила, что за неслыханную дерзость Лиду немедленно исключат из школы, и когда мама узнает об этом, ей станет так плохо, что она может даже умереть от огорчения. Значит, выбора у Лиды не оставалось. Ведь, начиная борьбу, она думала только о себе и не подумала о маме. И она извинилась. А мама так никогда и не узнала об этом случае...

Когда в тот же день вечером Саня зашла к Лиде домой - она её просто не узнала. Она увидела девочку с потухшими глазами и равнодушным лицом. Лида сказала, что даже и не думала делать уроки - не хочет, и всё! Может быть, бросит и танцевальный кружок. И вообще, ей всё надоело, ничего не хочется, не хочется даже жить...

Такого с ней не было никогда. Это было очень страшно. Саня поняла, что Лида находится в опасности, что она просто сломалась, сдалась перед жизненными трудностями. Саня очень хотела помочь своей закадычной подруге, но просто не знала, что теперь можно сделать, когда самое страшное уже произошло. Они немного посекретничали на кухне, Лида шёпотом, чтобы не услышала мама, рассказала всю свою историю, и Саня, совершенно расстроенная, отправилась домой.

Уроки давно были приготовлены, пора ложиться спать, но Саня никак не могла успокоиться. А что, если Лида вдруг останется такой мёртвой и равнодушной, как сегодня, на всю последующую жизнь? Что, ну что можно для неё сделать? Понятно, что никакие разговоры да уговоры тут не помогут. Ведь Лида - это не какой-то там глупенький малыш Ромка, которого они легко уговорили втроём.

Поскольку ничего другого она так и не придумала, Саня снова решила использовать своё колечко, хотя и до сих пор не очень-то верила в его волшебную силу. Погладив блестящий шарик, она произнесла: "Сделай так, чтобы с Лидой снова всё стало в порядке. ЯНЗВАС!"

На следующий день, встретив подружку после уроков в школьном коридоре, Саня снова увидела прежнюю Лиду Мушкатину - жизнерадостную, сильную и смелую. Казалось, что вчерашняя история была всего лишь страшным сном. Саня не поверила своим глазам и бросилась к подружке с расспросами. Всё оказалось очень просто: ТА учительница пришла в класс к Анне Ивановне и сказала, что она обозналась - сегодня она нашла настоящую хулиганку, а Лида тут совсем ни при чём. Прежние отношения с Анной Ивановной были восстановлены. Лида снова захотела учиться, танцевать и жить.

И опять Саню охватили сомнения. Конечно, всё разрешилось неожиданно просто. Но всё-таки непонятно: так сложились обстоятельства или же подействовало тайное волшебство Феи Мэи?


5. Четвёртое и пока что последнее заветное желание.


Уже три раза волшебное колечко показало свою силу, и Саня наконец окончательно убедилась в том, что она не просто обычная девочка Саня Егорова из третьего класса "А" школы номер пять города Калининграда, но к тому же ещё и, действительно, Фея Мэя, о чём, к сожалению, не знают и никогда не узнают даже её самые заветные подружки Лида Мушкатина и Наташа Картанова. Конечно, ей очень хотелось рассказать им обо всём, но, во-первых, она должна была сдержать своё слово, данное когда-то старушке-волшебнице. А держать слово Саня очень даже умела. Ну и, во-вторых, а это самое главное, если тайна будет раскрыта, то вся волшебная сила колечка немедленно исчезнет, и Саня уже никогда больше не будет Феей Мэей, никогда не сможет делать добрые дела для того, чтобы помочь тому, кто попал в беду.

Убедившись в своём могуществе, Саня всё больше и больше думала о встрече с мамой. Неужели просто увидеть маму, посмотреть на её лицо будет таким уж неправильным желанием? Наконец она решила для себя: если с помощью волшебства заставить маму прилететь к ней и папе в Калининград будет желанием неправильным, то ведь пожелать ей самой оказаться где-то далеко отсюда, но зато рядом с мамой - это совсем другое дело. Мама никак не может быть против, особенно если Саня, чтобы зря не волновать маму, не скажет ей даже и слова о том, что она её дочка. Просто посмотрит на неё или даже поживёт рядом с ней несколько дней, а потом улетит домой - и всё. От этого не может быть никакого вреда никому.

Конечно, можно загадать такое желание и тут же осуществить его с помощью волшебного заклинания "ЯНЗВАС!", но вот как быть с папой, когда он увидит, что его дочь исчезла неизвестно куда? Он просто сойдёт с ума, начнёт разыскивать её с помощью милиции. Тогда окажется, что оберегая маму от ненужных волнений, Саня причинит зло папе. Значит, и это желание тоже будет совершенно неправильным.

Саня всё время думала о том, как же ей осуществить своё заветное желание увидеть маму, но только так, чтобы не причинить зла никому - ни маме, ни, тем более, папе. Наконец у неё постепенно начал вырисовываться план, который, кажется, был вполне реальным. Надо было только дождаться зимних каникул и тогда отправиться на поиски мамы. А папе оставить записку, что она уехала на каникулы проведать маму и обязательно вернётся к началу следующей четверти. Тогда ему не придётся искать её с помощью милиции. И ей совсем не нужны будут никакие деньги на билет, потому что и туда и обратно она отправится с помощью волшебства.

Придумав такой хитрый план, Саня начала с нетерпением ждать каникул. Своим подружкам она по секрету сказала, что на каникулы поедет навестить маму, и теперь все трое мечтали о том, что Саня наконец-то встретится со своей мамой, которую она не видела никогда, если, конечно, не считать самого раннего младенчества, о чём она, к сожалению, не помнила ничего.

Каникулы приближались, и с каждым днём Сане становилось всё страшнее и страшнее - ведь таких рискованных поступков она ещё не совершала никогда в жизни. Наконец наступил последний день учёбы. Учительница объявила детям оценки за четверть - у Сани, как всегда, по всем предметам были одни пятёрки, хотя после того, как она стала Феей Мэей, она уже не могла спокойно учиться и на уроках, не слушая объяснений, часто думала о вещах совершенно посторонних.

Накануне отъезда, придя домой из школы, Саня села за свой письменный стол, однако на этот раз совсем не для того, чтобы учить уроки - какие же могут быть домашние задания перед началом каникул? Ей надо было написать прощальную записку папе, причём такую, чтобы он, с одной стороны, не волновался зря, но всё-таки не понял, куда же и как она отправилась, потому что она и сама не знала, где сейчас находится её мама. К тому же, никак нельзя было упоминать и волшебное колечко, которое должно отнести её хоть на другной край света, если вдруг окажется, что мама почему-то живёт там.

В конце-концов записка получилась такой: "Папа! Ты не волнуйся, я на каникулы уехала навестить маму. Я узнала её адрес, и поеду в этот город вместе с одной знакомой семьёй. Конечно, я обязательно вернусь к началу занятий. Считай, что эта поездка - просто необыкновенный новогодний подарок, самый лучший, который только можно придумать для меня. Мне очень хочется увидеть маму, ведь я её не видела никогда. Ты без меня не скучай, я тебя крепко целую. Всё будет очень хорошо. До скорой встречи. Твоя Саня."

Разумеется, Саня заранее очень хорошо подготовилась к отъезду: Она потихоньку сложила в рюкзак как летние, так и свои самые тёплые вещи. Даже купальник оказался там, не считая, конечно, всегда необходимых в путешествиях зубной щётки и расчёски. Ведь вполне могло оказаться, что мама живет где-то далеко в жаркой Африке, или же в каком-нибудь заполярном Норильске, где зимой температура падает ниже пятидесяти градусов, или на самом берегу Тихого океана. Впрочем, она вполне могла жить даже и на соседней улице, только Саня, к сожалению, ничего не знает об этом.

Надев рюкзак и не раздеваясь, Саня легла в постель и сделала вид, что сегодня она просто отправилась спать пораньше. Она долго выжидала, пока и папа ляжет спать - ведь он запросто мог перед сном зайти её поцеловать - и, наконец-то дождавшись, повернула колечко хрусталиком наверх, загадала желание и произнесла своё теперь уже вполне привычное заклинание: "ЯНЗВАС!"

И... ничего не произошло. Саня, как лежала, так и осталась лежать - в ботинках и тепло одетая - в своей же собственной постели. И это - несмотря на то, что волшебное колечко, как и всегда прежде ярко засветилось и сильно нагрелось на её пальце. Всё-таки она ещё слабо надеялась на то, что заклинание сработает, но только с некоторым замедлением - просто мама живёт слишком далеко от Калининграда, и на перенос Сани туда требуется больше времени. Саня очень долго лежала без сна, но всё оставалось по-прежнему - она была дома и в своей собственной постели. В конце-концов она, конечно, заснула, но, всё-таки, надеясь на чудо, так и не сняла с себя ни верхней одежды, ни ботинок и рюкзака...

В эту ночь ей снились очень странные сны - как будто она ныряет на самое дно океана, где совсем темно и нечем дышать. Как будто она очутилась на луне с её холодными пустынными ландшафтами, но у неё нет скафандра и поэтому она снова, как и на дне океана, задыхается в безвоздушном пространстве, замерзает среди мёртвых нереальных пейзажей и не может сделать ни шагу, чтобы убежать отсюда и спастись.


6. Путешествие на край света.


Когда на следующий день Саня открыла глаза, то с удивлением увидела, что находится где-то в незнакомом месте, причём не в постели, а сидит на стуле в какой-то каморке, одетая в зимнюю куртку да ещё и с рюкзаком за спиной. И тут она вспомнила свой вчерашний эксперимент. Первым её чувством было ликование: да, кольцо сработало, и она, действительно, настоящая Фея Мэя, которая с помощью волшебства может сделать почти всё!

Значит, мама должна быть где-то совсем рядом, осталось только найти её. Саня огляделась. Крохотная комнатка была явно нежилой: кроме стула, здесь стояли платяной шкаф и большое трюмо, на котором она увидела многочисленные тюбики и пузырьки со взрослой косметикой, а рядом - фарфоровую раковину с водопроводным краном. Заглянув в шкаф, Саня увидела там яркие, явно сценические костюмы, похожие на те, которые у них были в танцевальном кружке "Родничок". Всё это, пожалуй, больше всего походило на театральную гримёрку.

В комнате, кроме неё, не было никого. С одной стороны вместо стены Саня увидела драпировку, похожую на занавес, а в противоположной стене была небольшая дверь. Саня осторожно заглянула за драпировку и поняла, что не ошиблась: за ней оказалась небольшая сцена, а вдали - красивый зал со столами и стульями, между которыми ходили официанты. В зале звучала тихая, очень необычная музыка, а несколько человек, мужчины и женщины, чинно сидели за столами, полными всяких угощений. Причём ели они не ложками или вилками, а палочками из пиал, ловко макая кусочки непонятной пищи в соус и отправляя их в рот. Значит, скорее всего, Саня попала в какой-то ресторан, причём, действительно, на самый край света, потому что люди, угощавшиеся за столами, были явно совсем не русскими. Все они, и мужчины, и женщины, были одинаково черноволосыми, с раскосыми азиатскими глазами.

Похоже, что Саня в поисках мамы попала слишком далеко: куда-то в Китай, или Японию, или Корею, или Вьетнам. Она вздрогнула: это же надо, оказаться совсем на другом конце земного шара! Когда-то папа подарил ей школьный глобус, и поэтому она хорошо знала, где находятся все эти страны. К счастью, у неё есть волшебное колечко, и проблем с возвращением домой не будет.

Но где же всё-таки мама? Почему Саня в этой комнате одна? Наверное, мама вот-вот придёт в этот ресторан, иначе, спрашивается, зачем же кольцо закинуло её именно сюда? Оставалось только немного подождать и всё. Саня поняла, что сейчас ей надо побыстрее переодеться. Она сняла с себя рюкзак, куртку и ботинки и задумалась: что же ей теперь надеть? Девочка заглянула в рюкзак и вдруг, неожиданно для себя, взяла в руки не обычные брючки с майкой, а свой самый любимый театральный костюм: яркую блузку, сарафан, кокошник и красные туфельки, в которых они в школе исполняли русский танец. Она и сама не знала, почему тогда дома, собираясь в путешествие, взяла с собой эти вещи. Но теперь почему-то не сомневалась - ей надо одеться именно так, а никак не иначе.

Едва Саня успела переодеться, как дверь открылась, и в комнату вошла женщина. Саня точно знала, что это была её мама. Саня впервые видела её лицо: она очень внимательно молча смотрела на женщину - та была необычайно красива, но лицо её совсем не вызывало никакой симпатии, потому что было не просто холодным, но ещё и надменным и даже злым. Всё это Саня ощутила в первые же несколько секунд и безо всяких слов поняла теперь, почему за целых десять лет мама ни разу не захотела её увидеть или хотя бы поинтересоваться по телефону, как она живёт без неё.

Увидев незнакомую, да ещё и явно русскую девочку в сарафане и кокошнике, женщина очень удивилась. Она взяла незнакомку за руку и начала расспрашивать.

- Чья ты, девочка? Откуда, как тебя зовут? Ну говори же!

Саня терпеть не могла вранья, а говорить матери правду пока не решалась - ведь сначала надо было понять, что она за человек и какие у них сложатся отношения. Поэтому девочка упорно молчала, и женщина наконец решила, что девочка просто немая и говорить не может. Как девочка оказалась здесь, да ещё в таком театральном наряде, было просто непостижимо, но это мало волновало женщину. Она села перед трюмо, стала накладывать себе грим, а затем переоделась в красивое вечернее платье, которое достала из шкафа. Саня поняла: мама вот-вот должна выйти на сцену и выступать перед посетителями ресторана.

Мама Сани была профессиональной артисткой, однако в последнее время дела её шли не очень хорошо - хотя она и пела совсем неплохо, да, к тому же, ещё и экзотические русские песни, однако посетителям всё это стало постепенно надоедать, и оборот ресторана начал заметно падать.

Женщина ещё раз посмотрела на необыкновенную девочку в ярком русском наряде и ей вдруг пришла в голову одна очень интересная мысль: хоть девочка и немая, но, может быть, она слышит музыку и сможет вместе с ней хотя бы кое-как кружиться по сцене. Для ресторанных гуляк сойдёт и это - они и не поймут, что танцевать девочка совсем не умеет. Зато такая экзотика на сцене как яркий национальный наряд, да ещё и очаровательный ребёнок с белокурыми локонами и голубыми глазами, наверняка, привлекут новую волну внимания публики и принесут певице не только желанный успех, но и хорошие чаевые.

В комнату вошёл человек и на хорошем русском языке предупредил маму, что сейчас её выход. Конечно, он очень удивился появлению девочки, но мама заявила:

- Объяви, что мы будем выступать вместе, скажи, что это моя дочь. Пусть немного покружится по сцене, это им точно понравится.

- А как её зовут?

- Неважно. Пусть её сценическое имя будет... будет, ну, например, Саня!

Саня просто вздрогнула. Не может быть случайностью, что мама назвала настоящее имя своей дочери, хотя и не догадывалась, что та стоит рядом с ней. Значит, выходит, что где-то в глубине души мама всё-таки помнит о ней?

Мужчина вышел, и Саня услышала, как на чужом певучем языке он объявляет следующий номер. Конечно, она ничего не поняла, но зато чётко услышала два имени: Амалия и Саня. Теперь она знала, что её маму зовут Амалия. Одно только оставалось непонятным - было ли это её настоящее имя или же просто артистический псевдоним?

Мама взяла Саню за руку и вывела на сцену. Удивлённа публика мгновенно затихла. Никогда ещё в этом зале не появлялась такая очаровательная голубоглазая девочка, похожая на маленькую небесную фею апсару. Мама запела "Подмосковные вечера", а Саня, сразу же догадавшись, что от неё требуется, начала танцевать, причём так красиво и профессионально, что не только неискушённая публика, но даже и мама-артистка, были просто в восторге.

Правда, здесь было два больших неудобства: слишком маленькая эстрада, предназначенная только для пения, а совсем не для танцев, и невероятно прокуренный зал. От табака Сане всегда становилось очень нехорошо - и она, и папа терпеть не могли табачного дыма, но ведь сейчас она ничего не могла с этим поделать.

Мама поняла, что сегодня судьба послала ей редкую удачу, которую надо использовать до конца. Она пела и пела, а публика всё вызывала их снова. Выступление затянулось намного дольше обычного. Наконец, получив свои заслуженные аплодисменты и, самое главное, щедрые чаевые, женщина вернулась в гримёрную, села перед трюмо и ...закурила. Саня видела, что мама очень устала, ей было её так жалко, но, с другой стороны, она очень удивилась: ведь папа терпеть не мог курящих женщин, он их называл "вонючками", как же в таком случае он мог жениться на маме? Впрочем, может быть, тогда она ещё не курила...

Переодевшись и сняв грим, Амалия крепко взяла ребёнка за руку и куда-то повела за собой. Девочка по-прежнему молчала - она решила, что и в дальнейшем роль немого ребёнка пока что будет для неё самой подходящей. Они шли по улице, держась за руки, мама была рядом, и это было как раз то самое, о чём Саня так горячо мечтала все десять лет своей жизни с папой. Но сейчас она почему-то совсем не чувствовала себя счастлтивой...


7. Маленькая пленница Амалии.


Было уже совсем поздно, но Саня с удивлением увидела, что на улице незнакомого восточного города вовсю кипит жизнь. В такое время дома на Львовской улице не встретишь ни одного прохожего, все жители пряничных домиков давно уже спят под своими красными черепичными крышами, а здесь всё заполнено народом - мама и дочь с трудом прокладывали себе дорогу по узенькому тротуару. Навстречу спешили прохожие, а тротуары сплошь были уставлены большими плоскими плетёными подносами с самым разнообразным товаром. Саня увидела не только горы бананов, апельсинов, мандаринов, манго, но и такие фрукты, о которых только читала в приключенческих книгах или вообще даже никогда не слышала. Рядом на корточках или маленьких скамеечках сидели смуглые женщины-торговки. Все первые этажи жилых домов были заняты маленькими лавками, которые, несмотря на позднее время, были гостеприимно открыты. Здесь висели в витринах и прямо на улице платья, игрушки, радиоприёмники, сувениры, громадные конические шляпы, сплетённые из пальмовых листьев, китайские фонарики, длинные метёлки из петушиных перьев и масса других интересных вещей, назначения которых Саня просто даже не могла себе представить.

Проезжая часть была просто забита велосипедами, мотоциклами, мопедами и автомобилями, которые все вместе создавали оглушительный шум и так загрязняли воздух своими выхлопами, что дышать Сане было ещё труднее, чем в прокуренном зале ресторана. Прямо на земле, рядом с корзинами и торговками, стояли маленькие светильнички с живыми огонькми, и это придавало улицам удивительно нарядный и праздничный вид. Надо было только идти поаккуратнее, чтобы не наступить ни на светильнички, ни на корзины с товарами.

От удивления Саня постоянно замедляла шаг, стараясь повнимательнее рассмотреть такие привлекательные витрины и такие удивительные товары, но уставшая и голодная Амалия изо всех сил всё тащила и тащила её за руку вперёд. Ведь завтра, и послезавтра, и послепослезавтра им снова предстояли такие же утомительные концерты, как сегодня. Нельзя упускать свой шанс - если уж эта девчонка откуда-то свалилась на её голову, то надо по максимуму использовать такую редкую удачу, пользоваться девчонкой до тех пор, пока кто-нибудь не предъявит на неё права или пока она сама не исчезнет куда-нибудь так же внезапно, как и появилась.

Сане ужасно хотелось, чтобы мама купила ей какой-нибудь экзотический фрукт, например, папайю, манго или плод хлебного дерева, но ведь не могла же она сказать об этом, потому что была "немой", ну а мама сама, к сожалению, даже и не догадывалась ни о чём. Вокруг слышалась незнакомая речь - очень необычная, певучая и мелодичная. Люди говорили очень быстро, так, как будто нараспев читали стихи. Сане стало грустно, что она ничего не понимает, даже не знает, на каком языке говорят вокруг, но вдруг её осенила простая мысль. Она даже удивилась, что не подумала об этом раньше, просто забыла, что она не только девочка Саша, но ещё и Фея Мэя. Саня повернула колечко шариком наверх и тихо-тихо прошептала, так что мама ничего не услышала среди гомона уличной толпы: "Хочу знать язык этой страны так же хорошо, как и её жители. ЯНЗВАС!" С этой же секунды она поняла, что, действительно, овладела незнакомым языком, потому что совсем рядом с собой услышала, как торговка предлагает спешащей мимо Амалии купить для ребёнка плоды, которые называются "глаз дракона". Но Амалия, к сожалению, её не поняла - ведь она знала только один русский язык.

Вскоре девочка и женщина оказались перед высокой металлической оградой, ворота им открыл охранник, впустивший мать и дочь в густой благоухающий сад. В глубине сада Саня увидела прекрасную виллу, которая и была жилищем Амалии. Когда за ними с грохотом захлопнулись ворота, Сане почему-то стало очень тревожно на душе. А потом она ещё и увидела, что охранник навешивает на ворота громадный замок, и сразу догадалась, что оказалась не просто дома у Амалии, но стала почти что её пленницей. Она поняла, что теперь Амалия ни за что не отпустит её никуда от себя до тех пор, пока её выступления будут нравиться публике и приносить хороший доход. Оказывается, когда Саня первый раз уидела свою мать, то интуиция не обманула её: красивое, но злое лицо сказало девочке, что её мать, к сожалению, совершенно бездушная женщина.

Понятно, что после такого разочарования и всего пережитого за один только последний день, ночью Сане никак не спалось. Она ворочалась и ворочалась в постели, а потом наконец решилась - потихоньку вышла в сад и прошлась по дорожке. Девочка дошла до ограды и убедилась, что она очень высокая, замок по-прежнему висит на месте, и выбраться на улицу никак невозможно. Впрочем, пока она и не собиралась никуда бежать - просто на всякий случай хотела разведать обстановку, только и всего.

Над садом висела громадная луна - такой луны Фея Мэя не видела никогда в жизни. Казалось, стоит только повыше подпрыгнуть, и можно будет дотронуться до неё рукой. Невероятно яркий лунный свет заливал всё вокруг, и замерший сад производил просто мистическое впечатление. Громадные листья бананов и других неизвестных Сане растений совершенно неподвижно нависали над головой, как экзотические декорации к какой-то фантастической пьесе. Воздух был насыщен неземными ароматами тропических цветов, а весь сад звенел от стрёкота цикад, которые живут только в южных странах и, к сожалению, никогда не встречаются в Калининграде.

Саня неслышно ходила по дорожкам, просто потрясённая этим ночным волшебством южной природы. Ей казалось, что вот-вот с ней должно произойти что-то необыкновенное, что-то совершенно восхитительное, но шло время, и ничего так и не происходило. Всё-таки пора было возвращаться в дом. Перед возвращением Саня подошла к крыльцу, села на него и немного посидела. Ей вдруг очень захотелось снова оказаться у себя дома рядом с папой в Калининграде. Но она, конечно, пока никак не могла этого сделать - ведь она ещё не разобралась в том, какой человек Амалия и как дальше строить свои отношения с ней. Сане было очень грустно, даже почти что захотелось заплакать. Она вздохнула, встала с крыльца и вернулась в свою спальню.


8. Кошка Мики, попугай Лулу и Пагода Ароматов.


Со следующего утра для Сани началась совсем новая, совсем непривычная жизнь: каждый день она полдня томилась одна на вилле Амалии, а вечером мать уводила её с собой в ресторан выступать вдвоём перед публикой, которой с каждым днём становилось всё больше и больше, потому что слух о прекрасной танцующей золотоволосой фее распространялся по городу с невероятной быстротой, и все, конечно, хотели на неё посмотреть.

Для начала Саня хорошенько исследовала громадную двухэтажную виллу Амалии, в которой было неисчислимое количество комнат. Больше всего девочку поразила необъятная гостиная, Саня даже чуть не онемела на самом деле, когда вошла в неё первый раз. Посредине стоял громадный полированный овальный стол, вокруг которого стояли двенадцать таких же стульев с высокими спинками и подлокотниками. И стол, и стулья были резными и сделаны из чёрного дерева. На спинках и подлокотниках среди виноградных листьев змеились чёрные драконы - такой изумительной мебели Саня не видела даже в музее. Когда же Саня попыталась отодвинуть один из стульев, то он оказался невероятно тяжёлым, и она вспомнила, что когда-то читала в одной книге: самые ценные породы тропической древесины настолько тяжёлые, что даже тонут в воде, а попав туда, не гниют столетиями, потому что содержат много ароматических смол. Саня наклонилась к столу и понюхала - он, действительно, источал тонкий незнакомый смолистый аромат.

На стене Саня увидела лакированные деревянные панно: три вертикальные тёмнокрасные доски, тоже из ценных пород деревьев, с золотыми китайскими иероглифами. Эти старинные панно, протянувшиеся почти что от потолка до пола, были удивительно красивы. На окнах стояли изумительные вазоны с цветущими орхидеями: длинные кисти с сиреневыми, белыми, кремовыми цветами спускались почти до самого пола, сплошь покрытого толстым голубым китайским ковром. А по углам комнаты красовались гигантские вазы высотой почти что с десятилетнюю девочку, в которых всегда стояли свежие цветы.

Но самым интересным для Сани оказалось совсем не всё это, а многочисленные фотографии в красивых рамках, развешанные по всем стенам гостиной. Их было несколько десятков, и все они изображали Амалию и только одну Амалию - в разных позах, в разных костюмах и интерьерах. Ни на одной из них не было никого другого. Саня долго рассматривала каждую фотографию и наконец поняла: Амалии никто не нужен, ей неинтересны другие люди, она не любит никого на свете, кроме себя самой! Вот почему за все эти десять лет Саня не получила от неё ни одного письма, не смогла ни разу поговорить с матерью по телефону. Вот почему отец никогда не вспоминал Амалию и никогда не хотел рассказывать о ней дочери.

Саня поняла также, что всего за несколько этих дней, проведённых далеко от дома, она повзрослела на несколько лет. И если никто, даже собственная дочь, не нужны её матери, то вряд ли стоит оставаться здесь слишком долго. Конечно, она пробудет ещё несколько дней в ресторане, поможт матери заработать побольше денег, которые Амалия так любит, которые нужны ей для этой роскошной жизни, но всё-таки Саня вернётся домой намного раньше, чем кончатся эти зимние каникулы - ведь дома её ждёт любимый папа!

В доме, кроме охранника, были ещё две служанки - молодые женщины, одна из которых работала кухаркой, а другая горничной. Кухарка Зунг каждый день ходила на рынок, покупала продукты и готовила изумительно вкусную еду, которую Саня очень быстро научилась есть бамбуковыми палочками. Но она никогда не брала Саню с собой в город на рынок, хотя Сане очень хотелось этого - ведь она фактически видела город всего один раз, да и то мельком и поздним вечером. Но Амалия запретила служанке ходить в город с девочкой - она очень боялась потерять свой златокудрый источник заработка. Вторая женщина, Ханга, целый день вытирала пыль, мыла и скребла весь дом. Женщины иногда болтали между собой, и теперь Саня понимала всё, что они говорили, хотя по-прежнему изображала из себя глухонемую. Оказалось, что служанки, как это часто бывает в богатых домах, больше всего на свете любили обсуждать между собой свою хозяйку, и из их болтовни Саня узнала, что Амалия не только очень эгоистичная, но к тому же и очень капризная и избалованная женщина, что опечалило её ещё более.

В один прекрасный день Саня обнаружила, что кроме неё, Амалии и трёх слуг, в доме, оказывается, ещё живут кошка и большой пёстрый попугай в клетке в саду под бананами. Сиамская кошка была очень красивой: гладкошерстная, светлобежевая, почти розовая, с тёмнокоричневыми мордочкой, хвостом и лапами.

Кошка вела себя очень странно. В первый же день, когда они встретились, кошка явно показала, что очень рада это й встрече, и Саня, конечно, поняла, почему: ведь никто, ни сама Амалия, ни, тем более, служанки, не обращали никакого внимания на кошку, а ей так хотелось человеческого общения и ласки!

Кошка ходила за Саней по пятам, как собака, мяукала, жалобно смотрела на неё своими выразительными зелёными глазами и как будто что-то хотела ей сказать. И вдруг Саню осенило! Ведь она сколько раз читала в сказках о разных сказочных героях, которые "понимали язык зверей и птиц". Как же она не подумала, что такие способности очень могли бы пригодиться здесь и ей! Недолго думая, она снова обратилась к своему колечку: "Хочу понимать язык зверей и птиц. ЯНЗВАС!", и у неё тут же появилась возможность поговорить с кошкой, которую, как оказалось, звали Мики.

Услышав обращённые к ней ласковые слова, Мики чуть не подпрыгнула до потолка от крайнего удивления - до сих пор она ни разу не встречала человека, который умеет разговаривать с кошкой. Она была просто в восторге, что теперь у неё наконец-то появилась такая очаровательная собеседница. И, конечно, Саня и Мики начали вести друг с другом нескончаемые разговоры.

И вот наконец-то, благодаря именно Мики, Саня узнала, что попала в страну Вьетнам, прямо в столицу - город Ханой. Что она понимает именно вьетнамский язык, а все люди вокруг, смуглые, черноволосые и едящие бамбуковыими палочками, - настоящие вьетнамцы. Даже сиамская кошка Мики и попугай Лулу в саду, хотя и не люди, а животные - тоже считали себя вьетнамцами.

Мики рассказала, что живёт в этом доме уже пять лет, но Амалия появилась здесь всего два года тому назад, а прежние хозяева уехали, оставив Мики на попечение Зунг и Ханги. Да только женщины всё время работают и не обращают на кошку никакого внимания. Амалия же, тем более, всегда занята только собой - за все эти два года она ни разу даже не погладила, не приласкала свою кошку, не сказала ей ни одного ласкового слова. Мики спросила:

- А откуда приехала ты? Ты так похожа на Амалию, только у неё злое, а у тебя доброе лицо, может быть, ты её дочка? Говорят, Амалия раньше жила в какой-то далёкой, очень холодной стране, где зимой люди ходят по какому-то белому снегу, я, правда, не знаю, что это такое.

- Да, я, действительно, дочка Амалии, только ни она, ни кто-либо другой не знает этого. Я тебе доверила свой секрет, смотри, никому не говори об этом, ладно?

Мики фыркнула:

- Да ведь здесь никто, кроме тебя, не знает языка зверей и птиц, мне целый день даже и поговорить не с кем. Хорошо, что ты приехала, теперь мы будем с тобой дружить, хочешь?

Конечно, Саня очень хотела дружить с кошкой. С этого дня они везде ходили вместе и постоянно о чём-то шептались, разумеется, когда рядом не было никого постороннего.

Саня рассказала Мики, что такое снег:

- Понимаешь, когда наступает зима, то у нас в стране становится очень холодно, и когда с неба падает дождь, то он замерзает в небе прямо на лету, становится белым, похожим на пух. Этот пух опускается вниз и очень красиво покрывает всю землю вокруг. А если кошка наступит на снег, то под каждой лапкой остётся красивый следок с четырьмя пальчиками и одной пяткой, от её шагов получается длинный-длинный узор, и даже если кошка уже давно ушла, то всё равно все знают откуда она появилась и куда скрылась.

- Вот это здорово! Надо же, как интересно! До чего мне тоже хочется хоть раз в жизни пройти по настоящему снегу! Слушай, Саня, если ты когда-нибудь поедешь к себе на родину, то не оставляй меня здесь одну, ладно? Возьми меня с собой, ведь я тут всё равно никому не нужна...

Попугай Лулу тоже был просто потрясён, когда Саня первый раз заговорила с ним.

- Надо же! Пятьдесят лет я живу в этой клетке под бананами но ещё ни разу ни один человек не сказал мне ни слова на моём птичьем языке! Конечно, я постепенно научился понимать язык людей и даже выучил несколько человеческих слов, но ведь это совсем другое дело. Несколько слов - это одно, а поговорить с тобой обо всём, о чём захочется - уже большое счастье. Ведь я разговаривал с моей женой Лили, с моими детьми и друзьями целых пятьдесят лет тому назад, в нашем родном лесу, где было так много попугаев, оленей, обезьян, медведей, слонов и даже тигров.

- А как же ты, бедный, попал сюда, и где теперь Лили и твои дети?

Старый попугай печально опустил голову:

- Не знаю, где они. Думаю, что их тоже поймали и посадили в клетку, чтобы они развлекали людей своей болтовнёй.

- Но, может быть, кто-нибудь из них всё-таки остался на свободе? Хочешь, я отопру клетку, и ты сможешь улететь к себе обратно в лес?

Попугай опустил голову ещё ниже и в его глазах заблестели слёзы.

- Нет, девочка. Теперь мне уже нет пути назад, я так и буду жить в неволе до смерти.

- Но почему же? Неужели ты не хочешь вернуться на свободу?

- Конечно, хочу. Но за эти годы крылья мои ослабели и летать я уже больше не могу. Кроме того, от людей я много раз слышал, что наш лес вырубили, и в нем не осталось никаких птиц и животных. Теперь на месте леса стоят дома, в которых живут люди. Так что лететь мне уже просто некуда...

- А что же стало с птицами и животными?

- Птиц отловили, посадили в клетки и продали на базаре, почти всех животных убили, но некоторым повезло - их отдали в цирк, а слонов отправили в горы на лесоразработки таскать брёвна.

- Но почему же случилось всё это?

- Людей развелось слишком много, им стало негде жить, и они построили себе новые дома на месте нашего леса...


9. Новый Год в казино "Paradis".


Прошла неделя трудовой жизни, и вот наступило 31 декабря. Саня знала, что в этот день с самого утра её верная подруга Наташа Картанова бросит тайком в почтовый ящик папы письмо в конверте, но без марки и обратного адреса. В письме говорится:

"Дорогой папочка! Поздравляю тебя с Новым Годом и желаю всего самого-самого лучшего. Ты за меня не волнуйся, у меня всё хорошо. Я обязательно вернусь к началу занятий в школе и тогда всё тебе подробно расскажу. Крепко тебя целую, твоя Саня."

У вьетнамцев, так же как и у многих других народов мира, целых два Новых Года в году - один общемировой, по солнечному календарю, то есть тридацать первого декабря, а другой - по лунному календарю, обычно в начале февраля. Саня думала, что сегодня будет такой же обычный трудовой день, как и всегда, после которого они с мамой вернутся на виллу и лягут спать. Но всё получилось совсем не так.

Ресторан был полон гостей, которые в эту новогоднюю ночь решили встретить праздник вдалеке от дома. После концерта гости в зале не позволили Амалии с девочкой уйти домой - их пригласили в зал веселиться вместе со всеми. Многие гости были знакомы Амалии, и она с удовольствием согласилась остаться. Женщина с девочкой переходили от столика к столику, Амалия просто расцвела от всеобщего внимания - она радовалась комплиментам, тостам в её честь, цветам, которые ей дарили довольные зрители. Она совсем забыла про Саню, которой стало очень скучно и одиноко.

Девочка потихоньку вышла в сад и села на мраморную скамью, стоящую в густых кустах жасмина рядом с маленьким бассейном, в котором цвели ароматные лотосы и плавали золотые рыбки. Вдруг из ресторана раздались громкие крики, треск откупориваемых бутылок шампанского, и Фея Мэя поняла, что наступила полночь и настал Новый Год. Все гости гурьбой высыпали из ресторана в сад и раздался ещё более оглушительный грохот и треск - это по восточной традиции вьетнамцы громко крича взрывали петарды. Сане это совсем не понравилось - чего же хорошего, когда кругом валит дым и стоит такой адский шум - тем более, что золотые рыбки, дрожа от ужаса, и думая, что пришёл их последний час, забились под широкие листья лотоса, плавающие на поверхности воды.

Саня уже совсем собиралась вернуться к Амалии, как вдруг услышала шаги и увидела мужчину и жещину, которые, не замечая её, вошли в соседнюю беседку. Девочка узнала очень толстую вьетнамку, всю увешанную драгоценностями, которая весь вечер почему-то не сводила с неё глаз. А затем услышала разговор, который, как оказалось, касался именно её и Амалии, поэтому, несмотря на всю ненависть к подслушиванию, Сане пришлось остаться и узнать всё до конца. Женщина говорила своему мужу:

- Эта девочка просто очаровательна, она как маленький ангелочек. Только я боюсь, что она глухонемая - почему Амалия за весь вечер не обменялась с ней ни одним словом?

- Ну что ты говоришь! Как же может глухонемая девочка танцевать в такт музыке? К тому же разве ты не знаешь Амалию? Ведь она не видит и не слышит никого, кроме себя.

- Вот я и думаю: зачем ей этот ребёнок? Девочке надо учиться, играть со сверстниками, а Амалия использует дочь только для зарабатывания денег. Если бы у нас с тобой были дети, разве так мы обращались бы с ними?

- А что мы можем сделать? Ведь девочка не наша, она дочь Амалии...

- Я знаю, что надо делать. Прямо сегодня, когда тут такая суета, и все навеселе по случаю Нового Года, ты найдёшь двух ловких парней, которые похитят девочку и мы увезём её к себе на нашей машине.

- Ты с ума сошла! Как же можно отнимать ребёнка у матери?

- Она плохая мать, и девочке с нами будет гораздо лучше. Ей не придётся зарабатывать деньги, у нас и без того денег вполне достаточно. Наоборот, мы будем тратить деньги на неё. Купим ей самые лучшие наряды, косметику, украшения, дадим образование, пошлём учиться за границу, в какую-нибудь далёкую страну, например, в Россию. Она быстро забудет Амалию и привыкнет к нам. А у нас таким образом наконец-то появится дочь...

- Но ведь...

- Никаких "но"!

И послушный муж безропотно ушёл искать этих самых ловких парней, готовых за деньги похитить ребёнка у матери.

Саня вернулась в зал ресторана, вскоре туда пришла и толстая женщина, которая села рядом с девочкой и снова не сводила с неё восторженных глаз. Саня быстро придумала, что делать: надо показать женщине, что Саня - отвратительная, грубая и невоспитанная девчонка, и тогда она откажется от своего дурацкого плана. И вот когда женщина ласково гладила девочку по её роскошным волосам, рассыпавшимся по плечам и спине, Саня неожиданно вырвалась, показала женщине язык и скорчила отвратительную гримасу. Она надеялась, что женщина в ужасе отшатнётся и передумает. Но не тут-то было. Наоборот, женщина пришла в полный восторг:

- Ого! Эта крошка, оказывается, может за себя постоять! Настоящая атаманша! Какой бойкий ребёнок, просто прелесть.

Саня поняла, что вскоре ей придётся увидеть двух ловких парней, которых, несомненно, найдёт муж женщины. Она вернулась к матери, и в конце-концов они с Амалией вышли вдвоём на улицу.

Понятно, что Саня очень внимательно смотрела на встречных прохожих, оглядывалась назад, старалась держаться подальше от тёмных кустов. В эту новогоднюю ночь улица была непривычно пустынна, а многочисленные лавки закрыты, потому что все люди встречали праздник дома. Понятно, что девочка сразу же заметила две тёмные фигуры, которые вдруг появились позади, вынырнув из какого-то переулка. Ещё дальше за похитителями тихонько ехала машина с затемнёнными стёклами, в которой, несомненно, сидели толстая женщина и её муж, ожидая удачного завершения всей операции.

Сане стало смешно: если бы даже за ней следила хоть сотня шпионов, они всё равно не смогли бы ей сделать ничего плохого пока её волшебное колечко находится с ней. Саня быстро повернула колечко хрусталиком наверх и мысленно приказала: "Пусть у этих двух негодяев немедленно так сильно заболит живот, что они забудут всё на свете. ЯНЗВАС!" И она увидела, что парни вдруг остановились, повернули назад и ринулись к ближайшим кустам, где и исчезли навеки. А роскошная машина, постояв немного на дороге, в конце-концов развернулась и уехала.


10. Предсказание Гуанинь.


Однажды рано утром Мики прибежала к Сане очень взволнованная и сообщила:

- Ты знаешь, я подслушала на кухне - Зунг и Ханга говорили, что сегодня Амалия на целый день поедет в путешествие в Ароматную Пагоду. И тебя возьмёт с собой.

- Ароматная Пагода? Что это такое?

- Я не знаю. Но я слышала, что это очень далеко и интересно. К сожалению, я сама пока ещё не была там ни разу, но каждый вьетнамец обязательно должен побывать там хотя бы однажды. Говорят, что это восьмое чудо света. Ты обязательно поезжай, посмотри всё внимательно, а потом мне расскажешь, что же там такого замечательного, ладно?

Саня пообещала это сделать и стала с нетерпением ждать, когда же наконец после завтрака Амалия возьмёт её за руку, и она второй раз в жизни выйдет в город, чтобы отправиться с мамой в удивительное путешествие к восьмому чуду света.

Время после завтрака тянулось долго, а Амалия всё никак не выходила из своей спальни. Саня потихоньку заглянула туда и увидела, что Амалия сидит перед своим громадным трюмо и прихорашивается. Саня знала - если Амалия села перед зеркалом, то это очень надолго. Поэтому она вышла в сад и подошла к клетке Лулу, чтобы отвлечься и немного поговорить с ним.

Надо сказать, что после того, как Саня узнала язык зверей и птиц, она, как оказалось, начала понимать даже и язык растений. Вот и сегодня, присев под бананами, она вдруг услышала, как они шепчутся между собой:

- Господи, какая сушь стоит! Сколько времени не было дождя, хоть бы кто-нибудь догадался и полил нас, а то корни совсем высохли.

- Верно! И ещё было бы неплохо, если бы кто-нибудь порыхлил землю под нашими кронами - тогда корням станет легче дышать.

Времени оставалось вполне достаточно, чтобы Саня могла спокойно сделать всё то, о чем мечтали наши бананы, тем более, что и ведро, и лопата находились тут же рядом на земле. Однако Саня очень боялась испортить земляными работами своё волшебное колечко, поэтому она сняла его и аккуратно положила на столик в маленькой бседке, которая находилась тут же в саду недалеко от дома. Быстро сделав всё, что надо, Саня вымыла руки, пошла в беседку и ...не обнаружила там своего кольца. Она обыскала всё в беседке и вокруг - волшебного колечка не было нигде. Саню охватил ужас - ведь это означало конец всем её планам. Она вряд ли сможет теперь вернуться домой к концу зимних каникул, а, может быть даже, и вообще не вернётся домой никогда.

Саня не знала, что же теперь ей делать, куда бежать, кого звать. Она не могла придумать ничего. И как раз в это самое время из дома вышла мать, взяла Саню за руку и повела к машине. Машина тронулась, и они поехали к далёкой Ароматной Пагоде. Только полчаса тому назад Саня была бы просто счастлива совершить такое интересное путешествие, но теперь её не интересовало ничто на свете. Она была так расстроена, что даже не смотрела в окно и не видела ничего вокруг, хотя машина проезжала мимо красивых деревень, окружённых бамбуковыми рощами, мимо зелёных рисовых полей, залитых водой, мимо многочисленных прудов с цветущим розовым и белым лотосом.

Наконец машина остановилась у тихой реки с плоскими берегами, на которых зеленели посевы всё того же риса и паслись буйволы, а вдали Саня увидела очень живописные, как на китайской картине, зелёные горы - не особенно высокие, но с невероятно крутыми, почти вертикальными склонами. Именно в этих горах и находится Ароматная Пагода, и теперь путешественникам придётся добираться туда сначала по реке, а потом ещё и пешком. Значит, путь предстоит нелёгкий.

У реки уже столпилась громадная толпа паломников, многие из которых никогда в жизни не видели ни одного европейца и теперь с удивлением смотрели на молодую красивую женщину и золотоволосую девочку. У причала качались на воде небольшие деревянные джонки, в каждой из них сидел перевозчик - чаще всего это была молодая женщина в чёрных шароварах, коричневой кофточке и громадной конической шляпе "нон", сплетённой из пальмовых листьев. Такая шляпа годилась в любую погоду - в случае необходимости она одинаково хорошо защищала и от солнца, и от тропического ливня.

Путешественники сели в одну из джонок, и она поплыла в сторону далёких гор. Саня удивилась, когда увидела, как ловко перевозчица управляет лодкой - она стоит в хвосте и гребёт всего лишь одним веслом, причём держит его вертикально и делает им круговые движения. Получается что-то вроде винта, и джонка, благодаря этому, скользит вперёд довольно быстро среди множества других таких же джонок с пассажирами.

Наконец паломники доплыли до нужного места и высадились у самого подножия горы. У причала сидело множество торговок фруктами, сувенирами, прохладительными напитками, они наперебой зазывали прохожих купить у них что-нибудь, но Амалия, не обращая на них никакого внимания, сразу направилась к каменной лестнице, которая вела куда-то далеко вверх, где скрывалась в густых зарослях колючих кустарников. Никакой пагоды наверху видно не было.

Каменная лестница безо всяких перил оказалась очень крутой, ступени были разной высоты - некоторые очень низкими, а иногда слишком крутыми, залезть на которые было не так-то просто. Наверх карабкалось неисчислимое количество людей - старые и молодые, старцы с палками или костылями, совсем маленькие дети и даже военные с милиционерами. Казалось, что все они, независимо от возраста и состояния здоровья, полны решимости любой ценой достичь своей заветной цели. В то же время и сверху спускался не менее густой людской поток - это были те, кто уже выполнил свой священный долг и увидел восьмое чудо света. Идти было очень долго и тяжело, поэтому вся толпа шла молча, если, конечно, не считать традиционного буддийского приветствия "Азидафат!", которым встречные непрерывно обменивались друг с другом.

Саня с Амалией всё поднимались и поднимались наверх, а лестница никак не кончалась. Тропа, делая многочисленные повороты, серпантином извивалась вокруг горы, пришлось несколько раз останавливаться, чтобы отдышаться, и Саня очень пожалела, что мама не купила внизу несколько пакетиков с каким-нибудь соком. Ступени были старые, растрескавшиеся, а в некоторых местах камни совсем обвалились. Несомненно, что по этим историческим камням сотни тысяч людей шли и шли таким же нескончаемым потоком вот уже многие сотни лет.

Наконец-то эта бесконечная лестница всё-таки кончилась, и женщина с девочкой, как и все остальные паломники, остановились у склона горы, где зиял огромный вход в природный грот, который природа миллионы лет тому назад промыла в известняковой породе. Оказывается, восьмое чудо света было расположено именно внутри горы и представляло собой гигантский грот, в котором сталактиты, спускавшиеся сверху, и сталагмиты, росшие снизу, слились в причудливые известняковые колонны, напоминавшие своими очертаниями фигуры каких-то неземных великанов. Паломники проходили от входа мимо этих таинственных фигур и устремлялись к будде Гуанинь, которая находилась в самой глубине. От сотен паломников в гигантском гроте было очень тесно и пробираться приходилось сквозь густой людской поток. Здесь люди уже не разговарилавли друг с другом - слышались только тихие слова молитв, но, усиленные высокими сводами и эхом, они звучали в зале как постоянный монотонный гул. Свет в пещеру падал только от далёкого входа, поэтому чем дальше продвигались паломники, тем становилось темнее. Однако положение спасало то, что известняк сам по себе очень светлый, почти белый камень, который как бы светился изнутри, а, кроме того, каждый паломник ещё и нёс собой маленький светильник с живым огоньком. В полумраке на стенах пещеры и на каменных колоннах плясали громадные тени, всё вокруг казалось Сане, да и не только ей, таким нереальным и таинственным. Это ощущение ещё усиливалоь оттого, что повсюду в пагоде курился голубоватый дымок - это верующие возжигали в фарфоровых курильницах ароматические палочки для своей богини милосердия.

Будда милосердия Гуанинь тоже представляла собой природную известняковую скульптуру, очень напоминающую очертания женщины, одетой в длинную накидку, спускающуюся до каменного пола. Паломники по очереди подходили к каменной женщине, дотрагивались до неё рукой и шёпотом, каждый о своём, просили исполнения самых сокровенных желаний. Тут же рядом, на каменном возвышении стояли принадлежности для гадания: ведёрко, сделанное из полого стебля гигантского бамбука, в котором находилось ровно сто бамбуковых палочек, каждая со своим номером. Желающий узнать свою судьбу, подходил к этому природному столику и, обращаясь к Гуанинь, сначала просил у неё позволения погадать, и только потом брал в руки ведёрко и, стоя на коленях, начинал его легонько трясти. Через некоторое время одна из бамбуковых палочек вылетала из ведёрка, и молящийся брал из стоящей тут же коробочки, бумажный листок с предсказанием, номер которого соответствовал номеру на бамбуковой палочке. Каждый, не показывая его другим, читал сокровенное предсказание про себя и прятал листок на груди, чтобы затем унести его домой и ожидать исполнения всего, что там было сказано.

Ни Амалия, ни Саня гадать не стали - ведь Амалия не знала чужого языка, а про Саню она и не подумала. Впрочем, Саня никогда не была суеверной, и её сейчас не очень-то интересовало далёкое будущее. Она очень хотела бы узнать, как теперь, когда она потеряла волшебное колечко, ей можно попасть домой в Калининград к началу занятий в школе, но на этот вопрос вряд ли ответит даже самое правильное предсказание в мире.

Саня смотрела на каменную Гуанинь, а в голове вертелся всё тот же вопрос: что же теперь делать? Как найти выход из безвыходного положения? Девочка совершенно отключилась от всего, что её окружало. Она размышляла: может быть, стоит всё-таки признаться матери, что она её дочь и совсем не немая, а потом попросить Амалию купить ей билет на самолёт - ведь до начала занятий оставалось всего лишь семь дней. Но она была уверена: если Амалия узнает правду, то она тем более не отпустит её никуда, а вместо школы заставит работать в ресторане и зарабатывать деньги до тех пор, пока у Сани только хватит сил.

Вдруг Саня вздрогнула: она ощутила, что Амалии нет рядом - толпа разъединила их, и девочка даже не заметила, когда это произошло. В полутёмном гроте Саня стала озираться вокруг, метаться от одной группы людей к другой, но Амалии нигде не было. А громко позвать её "немая" девочка, конечно же, просто не могла. После долгих поисков Саня снова вернулась к статуе - к тому месту, где толпа разъединила мать с дочерью - и решила ждать Амалию здесь.

Шло время, но Амалия не появлялась. Далёкий вход в пещеру стал совсем чёрным, и Саня поняла, что наступила ночь. Народу в зале заметно поубавилось - многие паломники ушли к переправе, но некоторые остались здесь ночевать. Люди лежали прямо на каменном полу, постепенно гул начал стихать, и в конце-концов в зале не осталось никого, кто бы бодрстовал в такое позднее время. Только Сане совершенно не спалось. Она переживала из-за того, что столько ужасных несчастий одновременно свалилось на её голову - ведь она не только потеряла хрустальное колечко, но ещё и умудрилась потерять Амалию. Теперь она осталась в далёкой стране совершенно одна и просто не знала, что же ей делать дальше.

Саня сидела у подножия статуи, прислонившись спиной к гадальному столику. Вдруг ей пришла в голову мысль: а что, если и ей всё-таки тоже погадать на своё будущее? Она взяла в руки бамбуковое ведёрко и начала тихонько его встряхивать. Очень скоро на пол упала бамбуковая палочка с номером семь. Саня взяла бумажный листок с тем же номером и прочитала такое предсказание: "Потерянное найдётся. Далёкий путь завершится успешно. Дома родители и брат будут рады встрече. То, что неожиданно появилось, вернётся обратно. Королевский зал откроет свой секрет. Дорогу осилит идущий".

Кое-что из предсказания Фее Мэе очень понравилось - хорошо бы, действительно, нашлись и колечко, и Амалия. Но вот "родители и брат"?! Насчёт папы - понятно, но ведь мамы у неё в Калининграде нет и быть не может, а уж брата, тем более. Не может же папа, в самом деле, во время её отсутствия родить ей брата!


11. Ханойский переполох.


Ночью Саня обошла весь громадный спящий зал, заглядывая в лица лежащих людей, и хотя лиц почти не было видно, она окончательно убедилась, что Амалии среди них нет. Только тогда она вышла из грота и начала потихоньку спускаться по каменной тропе. Она с удивлением обнаружила, что идти вниз, оказывается, ещё намного труднее, чем подниматься.

У причала Амалии тоже не было, и Саня просто села на камень и замерла: она не хотела ни есть, ни пить, она как будто окаменела, и время остановилось для неё. Первый раз в жизни девочка попала в такое безвыходное положение и ничего не могла придумать. Вдруг Фея Мэя услышала, что с ней кто-то разговаривает. Девочка подняла глаза и увидела невероятно худого старого рыбака, который нёс на плече бредень для ловли речной рыбы. Старик спросил:

- Девочка, почему ты сидишь тут одна? Ты потеряла кого-то?

- Да, вчера вечером я потеряла маму в Ароматной Пагоде, но её там больше нет, нет её и здесь, и я не знаю, где её искать и что мне теперь делать...

- А откуда вы приехали?

- Из Ханоя. Как мне теперь туда вернуться, ведь у меня нет денег ни на джонку, ни на остальную дорогу.

- Знаешь что, давай-ка для начала пойдём ко мне домой, ты поешь, отдохнёшь, а потом мы вместе подумаем, как быть. Что-нибудь да придумаем!

Оказалось, что старик живёт совсем не в привычном для Сани доме, а в плавучей деревне, которая состоит из больших жилых джонок, совсем не таких, на какой они с Амалией вчера плыли по реке к Ароматной Пагоде. Эти джонки, штук двадцать, круглый год стояли у дальнего причала, и люди жили на них от рождения до самой смерти, потому что никакого другого жилища у них просто не было. Здесь же они ловили рыбу и крабов в речной воде, в реке же мыли посуду и купались сами, стирали бельё. На палубе стояли клетки с курами, а иногда даже жили кошки или собаки, которые никогда в жизни не выходили на сушу и не видели ни травы, ни твёрдой земли. Джонки были соединены мостками, которые фактически заменяли речным людям улицы, а стены их "домов" представляли собой закутки, отгороженные от посторонних взглядов лишь циновками, сплетёнными из бамбуковой дранки. Такой же плетёной была и "крыша". От быстрых шагов лодки качались и пружинили под ногами, но речные люди так привыкли к этому, что просто не замечали странной неустойчивости своих жилищ. На каждой лодке жило как минимум человек по десять, в том числе очень много маленьких детей, которые, как это ни удивительно, целыми днями безо всякого присмотра бегали по мосткам, не имеющим никаких перил, но никогда при этом не падали в воду.

До начала занятий в школе оставалось семь дней. Саня очень нервничала. Первый раз в жизни она надеялась не на себя, а зависела от незнакомого человека. Прошло ещё три дня, и наконец старик-рыбак однажды пришёл очень довольный: он узнал, что в соседней деревне целая семья собирается ехать на заработки в Ханой, и они охотно согласились взять Саню с собой.

Саня была просто счастлива. Чтобы хоть как-то отблагодарить старика за его помощь и участие, она сняла с себя папин подарок - свои часики, единственное, что было у неё ценного, и отдала их дедушкиному внуку - мальчику примерно её возраста, который был совершенно потрясён таким неслыханным богатством, неожиданно свалившимся на его голову.

Когда Фея Мэя наконец-то снова оказалась в Ханое, она поняла, что найти виллу Амалии не так просто - ведь она не знала её адреса, а во всём огромном городе видела всего лишь одну-единственную улицу, соединяющую ресторан и виллу Амалии, по которой они с матерью каждый вечер ходили туда и обратно на работу.

Фея Мэя долго блуждала по городу, надеясь случайно набрести на знакомую виллу, но это было совершенно нереально, ведь Ханой - громадный город с многомиллионным населением и тысячами больших и маленьких улиц, с множеством озёр и парков, рынков и магазинов, пагод, театров и музеев. Тогда девочка решила начать свои поиски с другого конца: она помнила, что на ресторане, где она выступала с матерью, красовалась громадная неоновая надпись "Paradis". Конечно, она не знала, что означает это слово, поэтому написала его прямо на ладони случайно найденной в кармане шариковой ручкой и начала спрашивать прохожих, где находится этот ресторан. Но никто не мог ответить на этот её вопрос - наверное, ресторан не был особо известным в городе, к тому же, она, видимо, находилась совсем в другом районе Ханоя.

Всё оказалось не так просто, как представляла себе Саня, когда безутешно сидела на берегу реки и мечтала вернуться если не в Калининград, то хотя бы в Ханой. К тому же, надо сказать, что несмотря на довольно холодную погоду, ей теперь пришлось блуждать по городу босой, потому что в благодарность за доставку она отдала крестьянской семье, которая взяла её с собой, свои хорошенькие ботиночки для их маленькой дочери, никода не имевшей такой прекрасной обуви и ходившей и зимой и летом только в деревянных сандалиях на босу ногу.

Вдруг в городе что-то случилось. На улице появились военные грузовики, набитые солдатами в защитной форме. У каждого почему-то

был автомат и каска, как будто прямо в городе начались военные учения. Всё выяснилось, когда солдаты спрыгнули с машин и начали бегать по улицам, громко крича: "Внимание, внимание! Из городского цирка убежал тигр. Просим всех жителей немедленно спрятаться по домам, сейчас будет произведён отстрел животного. Прячьтесь скорее, оставаться на улицах опасно - тигр может появиться в любую минуту и напасть на вас!"

Этого ещё нехватало! Разумеется, тигра Саня совсем не боялась - ведь она умела разговаривать с любым животным, но дело было в том, что все прохожие мгновенно убежали с улиц, которые только что были полны народа, и теперь спросить дорогу было абсолютно не у кого. К тому же она вздрогнула, когда услышала, что ни в чём неповинного тигра собираются убить.

В поисках тигра солдаты разбежались по улицам, и девочка осталась совершенно одна. И тут в конце улицы послышалось тарахтение мотоцикла, и рядом с Феей Мэей затормозила очень странная девушка, одетая в яркое цирковое платье с блёстками, но при этом на голове у неё был мотоциклетный шлем, а на руках огромные мужские краги. Девушка спросила:

- Слушай, что ты тут делаешь одна? Ты не видела моего тигра?

- Нет, не видела, но ты знаешь, что солдаты собираются его убить? Все разбежались от страха по домам, но я не боюсь никаких тигров, потому что умею разговаривать с ними.

- Это отлично! Мы должны его спасти, а для этого надо найти Акбара раньше, чем это сделают солдаты. Садись в коляску, и поедем вместе на поиски. Саня порыгнула в коляску и они полетели по улицам, внимательно всматриваясь во все уголки, кусты и переулки.

По пути Саня узнала, что девушку зовут Нга, и она работает дрессировщицей в цирке. Оказывается, тигр убежал ещё вчера, но его хватились только сегодня. Поразмыслив, Саня и Нга решили, что Акбар в конце-концов захочет пить и, скорее всего, двинется к Красной реке, которая пересекает город. Красной она называется потому, что воды её не прозрачные, а, действительно, почти что красные, так как несут много ила, снесённого с гор. А поскольку почвы в горах совершенно особенные - желтозёмы и краснозёмы, получившие своё название именно из-за своего яркого цвета, то и река, соответственно, называется Красной. Саня подумала, что пить такую воду тигру будет очень противно, но куда же он денется, если никакой другой воды у него нет?

Нга и Фея Мэя подъехали к Красной реке, которая оказалась невероятно широкой. Вдоль обоих берегов река была опоясана дамбами - высокими, метров в двадцать, валами, которые в разрезе имели форму трапеции. Эти дамбы, длиной в тысячи километров, вьетнамские крестьяне строили веками для того, чтобы в паводок река не заливала громадные площади прилегающих равнин. Таким образом люди отвоёвывали себе земли у природы для того, чтобы получать с них по два-три урожая риса в год. Верхняя грань трапеции представляла собой довольно широкую асфальтированную дорогу, на которой вполне могли разъехаться два автомобиля. С этого шоссе было очень хорошо видно всё вокруг, и Нга с Саней внимательно смотрели во все стороны, но никакого тигра нигде не было видно.

Наступила ночь, и в конце-концов пришлось вернуться обратно в город. Саня и Нга снова и снова колесили наугад по ханойским улицам, но теперь, даже если тигр и был бы где-нибудь рядом, то его вряд ли удастся увидеть в темноте. И вдруг Саня вскрикнула, потому что мотоцикл пронёсся как раз мимо виллы её матери.

- Тормози!

Мотоцикл пролетел немного дальше и остановился. Нга удивилась:

- Что случилось?

- Нам повезло. Мы можем переночевать в этом доме, поесть, а утром снова отправимся на поиски. Надо спасти Акбара, а то его убъют эти солдаты, мы же с тобой никак не можем допустить этого!

Но не успели они и шага сделать в сторону ворот, как из кустов выскочила кошка. Это была Мики. Она бросилась к Сане и затараторила:

- Господи, ну наконец-то ты нашлась! Я была прямо в отчаянии, когда Амалия вернулась одна и сказала, что потеряла тебя там в пагоде. Ты не представляешь, как я переживала.

А потом, приняв таинственный вид, продолжала:

- Слушай, Саня, у меня есть такой секрет, такой секрет, ты просто себе не представляешь. Только ты можешь нам помочь

- А в чём дело, вроде бы раньше у тебя не было никаких секретов?

- Раньше не было, а теперь есть. Дело в том, что в нашем саду прячется тигр. Я украла для него мяса с кухни, и он поел и попил. Но что мы будем делать утром, когда проснутся служанки и охранник? Он убежал из цирка и мечтает вернуться в тропический лес, где когда-то жил его дедушка и много рассказывал внуку о свободной лесной жизни зверей и птиц.

Саня просто подскочила от радости.

- Господи, а ведь мы целый день ищем именно его. Надо спасать Акбара, иначе его отстреляют солдаты, которые целый день бродят по городу с автоматами.

- Но ведь вы поможете ему убежать в лес?

- Пошли сначала поговорим с ним, чтобы он зря не волновался.

И кошка повела Нга с Саней в самый дальний угол сада, где сидел испуганный и дрожащий тигр, который сегодня в первый раз в жизни увидел такой страшный человеческий город с его грохочущими машинами, пропахшим бензином воздухом и слепящими глаза неоновыми вывесками.

Саня принялась уговаривать Акбара немедленно вернуться вместе с дрессировщицей обратно в цирк, но тот ни за что не хотел её даже и слушать. Он всё твердил, что всю жизнь мечтал вернуться в лес своих предков, жить среди удавов, попугаев и обезьян, стать свободным и самым сильным (если, конечно, не считать слонов) животным тропического леса. Саня пыталась объяснить ему, что теперь вместо леса стоят дома и заводы, но тигр не хотел этому верить. Он напомнил Сане упрямого Ромку, которого когда-то три девочки с таким трудом убедили поступить в танцевальный кружок.

Наконец терпение её лопнуло и Саня сказала:

- Ну ладно, если ты не веришь мне, то пошли поговорим со старым мудрым попугаем Лулу, который расскажет тебе о том, что видел когда-то собственными глазами. К счастью, Акбар на это согласился, и Лулу повторил ему почти слово в слово то, что сказала Фея Мэя.

- Наш лес давным-давно вырубили, и в нём не осталось никаких птиц и животных. Теперь на месте леса стоят дома, в которых живут люди. Птиц отловили, посадили в клетки и продали на базаре, почти всех животных убили, но некоторым повезло - их отдали в цирк, а слонов отправили в горы на лесоразработки таскать брёвна. Это случилось потому, что людей развелось слишком много, им стало негде жить, и они построили себе новые дома на месте нашего леса...

Услышав всё это, Акбар наконец-то поверил в ужасную реальность, он заплакал и тут же согласился вернуться в свой цирк. Нга посадила его в коляску, и они скрылись в ночной темноте.


12. Наконец-то снова дома!


До начала занятий в школе оставалось всего три дня. Саня была просто в отчаянии. Она снова стала ходить с Амалией в ресторан, чтобы танцевать там перед публикой, но делала это почти механически, с безучастным выражением лица. Даже занятая только собой Амалия заметила, что с девочкой что-то не в порядке, но ничего не могла с этим поделать.

Саня почти перестала разговаривать с кошкой, которая уж и не знала, как развеселить девочку. Однажды Мики прыгнула к Сане на колени и сказала:

- А знаешь, я когда-то сочинила стихотворение, хочешь его прочту? Думаю, оно тебе понравится.

И Саня услышала следующее:


Глупая кошавка.


Сидит кошка на окошке,

Свесив вниз кошачьи ножки.

Смотрит кошка из окна -

Вся ей улица видна.


Видит кошка - пёс гуляет,

Ласково хвостом виляет.

Говорит он ей: "Кис-кис!

Поскорей спускайся вниз.

Поиграем в мышки-кошки,

Погоняем по дорожке.


Отвечает кошка: "Нет!

У меня один ответ:

Ты мне, миленький, не лги

И не пудри зря мозги.

Мы с тобой навек враги!

Не спущусь к тебе я вниз.

Сам отсюда быстро брысь!"


Опечалился наш пёс

И ушёл, повесив нос.

Пожалела кошка было:

И зачем она грубила?

Только поздно - пёс ушёл.

Другую кошку он нашёл...


Девочка не выдержала и рассмеялась:

- Это что, именно с тобой произошёл такой случай?

Мики смутилась и ответила:

- Да, со мной. Год тому назад. Я до сих пор жалею, что проявила такую невоспитанность, иначе у меня теперь был бы хороший друг, было бы с кем хоть словом перемолвиться.

- Но неужели ты не можешь снова встретить этого пса и по-хорошему поговорить с ним?

- Не могу. Он подружился с кошкой из соседнего дома, а на меня больше и не смотрит. Я так одинока! Ведь не буду же я разговаривать с попугаем Лулу - с ним совершенно не о чем говорить. Он такой старый, совсем оторвался от жизни, нигде не бывает, ничего не видел, и, к тому же, почти целый день спит в своей клетке. А ты после возвращения почему-то совсем перестала обращать на меня внимание.

Чтобы утешить Мики, Фея Мэя сказала:

- Ну ничего. Когда-нибудь мы с тобой поедем ко мне на родину и ты, как и мечтала, сделаешь на снегу красивую цепочку из кошачьих следов. Я даже придумала стишок на эту тему:


Чтоб у нашей кошки

Не замёрзли ножки,

Я сошью ей тапочки

На четыре лапочки.


- И это всё?

- Пока всё.

- А когде же мы наконец поедем к тебе домой?

И Сане пришлось рассказать кошке в чём дело. К её удивлению, Мики совсем не опечалилась таким поворотом событий. Наоборот, она даже, кажется обрадовалась и заявила:

- Не стоит грустить. Я знаю, как тебе помочь.

Саня удивилась:

- Да разве это возможно? Ведь мы не знаем, кто взял это кольцо.

- Ну Ханга и Зунг девушки честные, они никогда не позволят себе такого. Охранник вообще не заходит в беседку. Скорее всего, это сделала Амалия, которая просто решила, что она сама когда-то забыла здесь это кольцо. У неё столько безделушек, что она их даже и не помнит.

- И что же теперь делать?

- Очень просто. На меня никто не обращает внимания, и я могу ходить по дому везде, где только вздумается. Ночью я зайду к Амалии в спальню и посмотрю в ящиках её трюмо, где она хранит свои драгоценности. Если кольцо там - я принесу его тебе.

До начала занятий в школе оставался всего один день, когда после долгих поисков Мики с гордым видом наконец-то принесла Сане нанизанное на кошачий хвост желанное колечко. Оно, действительно, лежало в ящике трюмо среди других драгоценностей матери.

Теперь нельзя было терять ни минуты, ведь Амалия вот-вот могла зайти в комнату, чтобы отправиться с дочкой в ресторан на очередной концерт. Поэтому Саня, даже не успев схватить свой рюкзак с одеждой, немедленно бросилась в гостиную, куда Амалия заходила очень редко, поспешно схватила со стены первую же попавшуюся ей фотографию матери, усадила кошку на колени, закрыла глаза и произнесла: "Хочу немедленно очутиться дома в Калининграде. ЯНЗВАС!"

Когда она открыла глаза, то увидела, что, действительно, сидит дома за своим письменным столом, крепко прижимая к себе кошку и фотографию матери. А на столе стоит её школьный глобус, когда-то подаренный папой, и на нём небольшой полоской, далеко-далеко на берегу Тихого океана, обозначена далёкая страна Вьетнам. Она поняла, что хотя бы две первые фразы из непонятного предсказания будды Гуанинь уже, действительно, сбылись: "Потерянное найдётся. Далёкий путь завершится успешно."

Ведь хрустальное колечко, снова на её пальце, и она снова дома с папой в своём родном Калининграде, на любимой Львовской улице.


13. Предсказания продолжают сбываться.


Когда Саня снова очутилась дома, папа заметил, что она заметно повзрослела и почему-то выглядит очень грустной. Когда же он увидел фотографию Амалии, то всё понял и не стал ни о чём расспрашивать свою дочь. Саня была просто счастлива - не надо ничего скрывать и выдумывать, ведь о своём волшебном колечке она не имела права сказать никому, даже любимому папе.

Начались занятия в школе, Саня снова встретила своих подруг, но и им, к сожалению, не смогла ничего толком рассказать, и девочки даже слегка обиделись на неё за это.

В этот день Саня сидела дома одна и делала уроки. Когда отец пришёл с работы, оказалось, что нет хлеба, и Саня побежала в булочную. Отец дал деньги и сказал, что на сдачу Саня может купить себе булочку с повидлом.

У входа в булочную Саня столкнулась с неуклюжим мужчиной у которого лопнул пластмассовый пакет, и он, ползая по асфальту пытался собрать покупки, разлетевшиеся в разные стороны. Люди обходили его стороной, стараясь не наступить на булочки и пакетики с конфетами и чаем. Саня подумала, что её собственный пакет не так уж ей и необходим - ведь она вполне сможет унести в руках всего один батон хлеба и одну сдобную булочку - и молча начала собирать покупки в свой пакет, а затем протянула его мужчине. Мимоходом она обратила внимание на то, что за ней почему-то внимательно наблюдает стоящая у двери старушка-нищенка.

Саня вздрогнула: всё это, точь-в-точь, один раз уже было с ней совсем недавно, в начале этого учебного года. Подойдя с чеком к прилавку, Саня снова увидела ту же самую старушку, которая теперь стояла здесь с протянутой рукой. Денег больше не оставалось, и Саня просто отдала нищенке свою булочку с повидлом. Потом она не выдержала и сказала: "А я вас знаю, вы меня помните? Ведь я - Фея Мэя, мы с вами уже встречались в сентябре прошлого года".

Старушка удивлённо взглянула на девочку:

- Что ты, милая, ты меня с кем-то перепутала!

Всё это было очень странно. Выходя из булочной, Саня оглянулась, но старушки у прилавка уже не было. Когде же девочка взглянула на свою руку, то увидела, что кольца на ней тоже больше нет. Значит, старушка не просто так снова появилась перед Саней - она забрала назад своё волшебное колечко. Вот так исполнилось и ещё одно предсказание Гуанинь: "То, что неожиданно появилось вернётся обратно".

Однажды на перемене к Сане подошёл Ромка и сказал, что завтра приглашает всех троих подружек к себе на день рождения. Хотя он и жил на соседней улице, но Саня до сих пор ни разу не бывала у него дома.

В назначенный день Саня с папой отправились на соседнюю улицу, при этом кошка Мики увязалась за ними. Зима в Прибалтике тёплая, морозы бывают редко, чаще стоит слякотная погода без снега. Но сегодня как раз выпал пушистый снежок, и Львовская улица выглядела очень нарядной. Кошке Мики наконец-то удалось увидеть снег, о котором она так мечтала во Вьетнаме. Она бегала кругами за Саней, любовалась на свои следы с четырьма пальчиками и одной пяткой и во всё горло снова и снова орала одну-единственную песенку, которую только и знала:


Чтоб у нашей кошки

Не замёрзли ножки,

Я сошью ей тапочки

На четыре лапочки.


Чтоб у нашей кошки

Не замёрзли ножки,

Я сошью ей тапочки

На четыре лапочки.


Чтоб у нашей кошки

Не замёрзли ножки,

Я сошью ей тапочки

На четыре лапочки.


Прохожие с удивлением смотрели на эту странную процессию, но это нисколько не смущало Мики, и она продолжала петь, хотя у неё совершенно не было ни слуха, ни голоса.

Ромка встретил гостей в палисаднике, рядом с ним прыгал от радости красавец-пёс чёрного цвета, что привело в восторг и Саню, и, особенно, сиамскую кошку. Мики проявила верх воспитанности и благонравия:

- Здравствуйте! Разрешите представиться. Я - Мики, я приехала из Вьетнама. Знаете, у нас там совсем не бывает снега. Сегодня я его увидела в первый раз и просто в восторге. А как зовут вас?

Чёрный пёс оказался не так многословен, как Мики. Он ответил очень кратко, но Мики от него не отставала.

- Санди.

- Очччень приятно. Какое красивое имя! Я надеюсь, что мы с вами подружимся и будем ходить друг к другу в гости.

Саня тут же поняла, что это та самая собака, которую они однажды спасли с подружками от гибели, а мама Ромы - та самая милая женщина с добрым лицом, которая тогда без лишних разговоров взяла на воспитание бездомного щеночка.

Саня совсем не возражала бы, чтобы у неё появилась такая мама, как эта женщина, и такой брат, как Ромка. А уж о Мики и говорить не стоило - она была просто в восторге от Санди. Всё дело оставалось только за папой и ромкиной мамой - понравятся ли они друг другу.

Когда все вошли в дом, Саня сперва пожалела, что у неё больше нет волшебного колечка - с его помощью всё могло бы устроиться очень быстро и самым лучшим образом. Но она заметила, что и безо всякого колечка, её папа и ромкина мама смотрят друг на друга с большой симпатией. А это значит, что очень скоро вполне может сбыться и ещё одно предсказание, которое теперь стало таким понятным: "Дома родители и брат будут рады встрече". Правда, пока совершенно непонятна фраза про Королевский зал, но, наверное, потом, через несколько месяцев, прояснится и это.

Теперь Саня снова, как когда-то прежде, стала жить без волшебного колечка. Честно говоря, она не очень-то и жалела, что оно исчезло. Несмотря ни на что, она по-прежнему чувствовала себя Феей Мэей. И знала: если у человека достаточно рассудительности, смелости и доброты, то он и безо всякого колечка сумеет добиться исполнения всех своих самых сокровенных желаний. Разумеется, когда они правильные. И тогда обязательно сбудется предпоследнее предсказание будды Гуанинь: "Дорогу осилит идущий!"


16