# Козни Сатаны . Авторские права защищены

Лейла Экрем Мирзоева

Особенности компаративистики.

Козни Сатаны

(на материале произведений Г. Джавида "Дьявол", Д. Мережковского "Леонардо да Винчи", Г. Сенкевича "Куда идешь".)


Идея вечного противостояния двух мировых начал - добра и зла как отражения извечных законов жизни легла в основу лучших художественных произведений. Причем, неизбежный процесс изменений этих движущих миром "стихий" является великой и неисчерпаемой темой для произведений самых разных жанров.

Факт постепенной трансформации в высшей степени гуманистической идеи, положенной в основу какой - либо идеологии в отрицательное, если не сказать чудовищное воплощение - имел место на протяжении всей истории человечества. Эта общечеловеческая проблема добра и зла легла в идейную основу ряда литературных произведений, некоторые из которых мы рассмотрим в настоящей работе с данной точки зрения.

Сам факт существования понятия о Сатане очень вредит образу светлого, справедливого Бога.

Крик души героя пьесы Г. Джавида:


О Боже, из этих злосчастных сетей

Не вырваться мне, беда...

Быть может, есть смысл в созданьи людей

Но в Дьяволе что за нужда?.. (1, 330)


Сатана существует давно. Наяву ли, в умах ли, в душах человеческих... Он древнее первого человека. И дела его однообразны - вредить тем, кого Бог создал по образу и подобию своему.


Не силой - мощью... Я из немоты,

Из ничего возник.

Весь мир постылый -

Мой враг...(1, 421)

Меняя личины, Сатана повсюду, и нет покоя горемычным беззащитным людям от его измышлений, деяний и козней.


...Любой запутанный людьми вопрос

Любая вера, - справа или слева,-

Теории, - все, все известны мне...

То я чабан в гористой стороне,

То я султан, что жаждет только крови,

То я старик, то захочу я - внове,

Юнец, - меняю облик, как хочу...(1, 423)


Кто виноват в том, что даже самая глубокая и искренняя вера в Бога, порой, и даже очень часто, становится прерогативой Сатаны? Чем объяснить, что самые гуманные и прекрасные лозунги поднимаются иной раз над самыми гнусными, страшными, отвратительными деяниями человеческими?

Процесс подобной печальной (хотя и неизбежной) метаморфозы гуманной идеи в античеловеческое воплощение очень легко проследить на примере развития основных этапов одной из самых распространенных религий человечества - христианства, оперируя романами Д. Мережковского "Леонардо да Винчи" и Г. Сенкевича "Куда идешь".


Я белый свет наполнил страхом.

Повсюду, где гордыня, злоба, лесть,

Там я... Да, я присутствую повсюду,

Где буря, - там я есть, и был, и буду, -

Где страсть, где несогласие, где бой,

Повсюду я, - стоящий пред тобой. (1, 422)


Затаился Сатана... Ждет чего - то, задумал что - то. И направил свои козни против самого Мессии.

И проступил к нему искуситель и сказал: "Все

царства мира дам тебе, если падши поклонишься мне.

Тогда Иисус говорит ему: отойди от Меня, сатана;

ибо написано: "Господу Богу твоему поклоняйся и Ему

одному служи".

Тогда оставляет Его Диавол...(4, от Матф. 7:10-14)


А ведь уже долго на земле хозяйничает Сатана, и не хочет уступить врагу своему Мессии ни главенство над людьми, ни их заблудшие души. Мир, куда, возлюбив всех и каждого, ступил Христос, был уже отравлен экс - любимцем Бога - повсюду царили беззаконие, жестокость и разврат. На аренах цирков массами, в самых изощренных мучениях гибли люди, и в глазах зрителей во главе с кесарем не было ни тени сострадания, но была свирепая, ничем не пресыщаемая кровожадность ( 6, 467)

Бесчисленные лупанарии ломились от количества посещаемых и посетителей, первые из которых являлись женами и дочерьми знатнейших римских семей, вторые же - представляли собой гремучую смесь патрициев с самым низким городским сбродом ( 6, 273 )

Из огромных, инкрустированных золотом и драгоценными каменьями триклиниев раздавались пьяные голоса августианов, половина из которых заканчивала трапезу под столом, и визги обнаженных девиц (6, 105) Кубикулы Палатина и других дворцов были "клоаками" бесстыдства и позора.

Казалось, предела кровавым бесчинствам и разврату нет. Рим агонизировал. Сатана хохтал.


Меняю облик, как хочу,

Когда хочу. Над всеми хохочу (1, 423)


Но вдруг осекся в злорадном смехе Сатана. Из сырых и темных аренариев его тонкий дьявольский слух уловил тихие, но решительные голоса принявших Христа, возносивших молитвы к небу: "Была в этом пении мольба о свете, смиренная просьба о спасении заблудших во мраке. Подняв кверху головы, люди словно видели кого - то там, в вышине, и воздетые их руки призывали Его сойти на землю" (6, 176 )

Итак, зарождающееся христианство противопоставило себя миру, который так умело воздвиг Сатана.


- "не убивай, кто же убьет, подлежит суду" ( 4, от Матф., 5:21)

-"не прелюбодействуй" (4, от Матф. 6:2)

-"собирай сокровища не на земле, а на небе" (4, от Матф. ::19-21)

-"не лицемерь(4, от Матф. 6:2);

-"не судите, да не судимы будете" (4, от Матф. 7:1)

-"берегитесь лжепророков" (4, от Матф.7:15)

-"любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас"

-"молитесь за обижающих вас" (4, от Матф. 5:44) -

вот заповеди , которые так не вписывались в сознание и поведение граждан Древнего Рима.

Только уж очень изощренными в своей изобретательности были козни Сатаны.

Видно, это он как-то темной ночкой шепотом подсказал императору Нерону поджечь Рим, а затем все свалить на смиренных, богобоязненных галилеян.

Конечно, с точки зрения истории факт о причастности Нерона к страшному пожару в Риме, длившемуся девять дней и унесшему тысячи жизней, считается непроясненным до конца. Даже историки - современники события не дают точного ответа.

Так, Корнелий Тацит в своих "Анналах" совершенно убежденно заявлял, что на Нероне никак не могла лежать ответственность за постигшую Рим трагедию. Он даже подтверждает алиби Нерона, свидетельствуя, что император "находился в Анции и прибыл в Рим лишь тогда, когда огонь начал приближаться к его дворцу." ( 7, 15-39)

Другой же древнеримский историк Гай Светоний Транквилл утверждает совершенно противоположное: он весьма поэтично связывает поговорку, якобы услышанную в разговоре Нероном - "Когда умру, пускай земля огнем горит!" - с его циничным ответом: "Нет, пока живу" (5,:6:38) ) "И этого он достиг, - далее пишет Транквилл, - Словно ему претили безобразные старые дома и узкие кривые переулки, он поджег Рим настолько открыто, что многие консуляры ловили у себя во дворах его слуг с факелами и паклей" (5, 6:38 )

В истории, как видим, покрытии мраком эти древние, но важные события, однако то, что ответственность за разыгравшуюся в Риме страшную катастрофу была возложена императором, а вслед за ним и язычниками - квиритами на носителей новой, такой пока непонятной и странной веры - печальный, но бесспорный факт.

Так расправлялся Сатана с последователями своего исконного врага. И результатом его коварных козней были массовые, зверские убийства христиан на арене цирка под улюлюканье рассвирепевшей от втда и запаха человеческой крови римской толпы. Об этом пишет Корнелий Тацит, который, как и другие язычники, был твердо убежден в том, что именно "на христианах лежала вина, и они заслуживали самой суровой кары"(7, 15:44)

И все же Тацит не может быть равнодушным к страшным мукам тысяч и тысяч казнимых. У него прорывается такая фраза: " казалось, что их (христиан) истребляют не в видах общественной пользы, а вследствие кровожадности одного Нерона..." (3, 15:44)

А на арене цирка уже не оставалось места для все новых и новых жертв, и кресты пылали уже в огромных императорских садах. Однако истерические вопли ошалевшей от невообразимых человеческих страданий и запаха крови толпы сменяла порой гробовая тишина. Язычники были изумлены и растеряны тем, что, погибая в диких мучениях, но верные своему смиренному Богу, галилеяне умудрялись успеть простить своих палачей... Сатана в ярости... Победителем он себя не чувствует... Пока... Потому что, спустя несколько столетий, смиренные и всепрощающие христиане станут жесточайшими гонителями всех инакомыслящих. Снова запылают костры, но погибать на них в муках будут уже не те мученики.


Если бы Христос

Воскрес, то моего б страшился гнева (1, 423))


Настала эпоха, леденящая кровь в жилах одним своим названием, - страшная эпоха Инквизиции. По - другому этот мрачный период в истории человечества можно было бы назвать балом Сатаны.

Итак, эпоха тоталитаризма, главенства христианства ознаменована нарушением столпами Церкви всех заповедей Христовых.


-"не убивай";

-"не судите, да не судимы будете";

-"любите врагов ваших"..."

Сатана встал во главе столпов Инквизиции. Козни его, простым орудием которых являлись невежество и мракобесие самих монахов, были изощренны и крайне жестоки. Д. Мережковский пишет, что это было страшное, смутное время, когда "исчезла грань между явью и бредом"(3, 218)

Каждый день (ибо Сатана не знает выходных) на площадях городов живьем сжигали десятки, а то и сотни невинных людей - и для Церкви очень легкое решение проблем, и для народа потеха. "Безумие, которое царствовало в застенках Инквизиции, (...) распространялось и по городу" (3, 217)


-"не прелюбодействуй";

-"не лицемерь";


Страшные видения, основой которых является еще более страшная явь. Это Джироламо Савонарола , схватившись за, по сравнению с другими, безгрешную голову, думает о бесконечности и непредсказуемом разнообразии козней Сатаны.


"Как видения Апокалипсиса, проносились перед ним чудовищные образы: (...) бесстыдные игрища ночью, после пира в залах Ватикана, перед Святейшим Отцом, его родной дочерью и толпой кардиналов; прекрасная Джулия Фарнезе, юная наложница шестидесятилетнего папы, изображаемая на иконах в образе Матери Божьей; двое старших сыновей Александра, кардинал и знаменосец римской церкви, ненавидящие друг друга до каинова братоубийства из - за нечистой похоти к сестре Лукреции..." и т.д. (2, 471-472)


-"собирайте сокровища не на земле, а на небе".

В инквизиторских застенках томится богатая девушка. К тому же, она сирота и доведена палачами до безумия. В полузабытьи бредит она о собственной сатанинской одержимости. И вот, казалось бы. Парадокс - инквизиторы пытаются спасти свою несчастную жертву. "Святые отцы знали, что, если бы несчастная осталась в живых, то пожертвовала бы богатства инквизиции (3, 216),


Ни у кого нет совести теперь...

Бесчеловечен человек, - поверь...(1, 393)


Как это не звучит банально, скажем еще раз, что история человечества - это история страшных преступлений, диких заблуждений и умопомрачительных жестокостей.


Ты у зверей спроси, разгневанных от века, -

Потрясены они зверством человека...(1, 332)


И, может, недаром в оккультных науках Сатана ассоциируется с...козлом. Конечно, это не тот самый козел отпущения, но по смыслу...


Все люди дьяволом покорены,

Сошли с ума от эдакой войны...(1, 393)


На самом же деле - вот она истина:


Что дьявол? Он

Предательством рожден,

Коварством вознесен...

Что - человек, всех предающий испокон?

Что? - дьявол он...(1, 449).


Итак, оперируя образом Сатаны (который лишь в произведении Г. Джавида "Дьявол" является реальным персонажем, в романах же Д. Мережковского "Леонардо да Винчи" и Г. Сенкевича "Куда идешь" используется нами как средство глубокого раскрытия общечеловеческой проблемы добра и зла) - мы попытались показать, что человек, призванный Богом совершать добро, увы, порой, является дьяволом вдвойне: он не только творит зло, но и винит в этом последнего.


Литература

1. Гусейн Джавид. Пьесы. В двух книгах. - Книга Вторая. - Баку: Язычы, 1983.

2. Мережковский Д.Леонардо да Винчи. Ч.1. // Собр. Соч. в 4-х тт., Т.1. - М.: Правда, 1990.

3. Мережковский Д. Леонардо да Винчи, Ч.2. //// Собр. Соч. в 4-х тт., Т.2. - М.: Правда, 1990.

4. Новый завет.

5. Светоний Гай Транквилл. Жизнь двенадцати цезарей.-М.: Худ. Литература, 1990.

6. Сенкевич Г. Куда идешь, М.: Правда, 1986.

7. Тацит Корнелий. Анналы. Малые произведения. //Сочинения в двух томах. - Т.1.-М.: Научно - исследовательский центр "Ладомир", 1993.


Xülasə


Məqalədə "İblisin gəttarlıği" azerbaycan (H. Cavid), rus (D. Mereşkovski) və polyak (Q. Senkeviç) müəlliflərinin əsərlərin xeyir və şər ümumu bəşər problemin nöqteyi nəzərdən müqaisəsi sınaqdan keçmişdir. Müqaisə H. Cavidin əsərində real şəxsiyyət olan İblis obrazin köməyi ilə yerinə yetirilir. Problemin daha dərin açiqlama niyyəti ilə məqalənin müəllifi qədim Roma müəlliflərinin Tasita və Trankvilla - əsərlərindən istifadə edir.


Summary


The article is carried out comparison of literary works by Azerbaijani (Hussein Javid), Russian (D. Merezhkovski) and Polish (G. Senkevich) authors from the point of view "kindness and evil universal problem. The comparison is carried out by means of an image of a Satan which in product Hussein Javid Devil is the real character. With the purpose of deeper disclosing a problem the author of the article uses also products of ancient Roman authors - Tautena and Trankvilla.