# Гербалайф

Генрих Сократович Палоян

Гербалайф


У меня вообще-то была работа. Нормальная работа, по специальности. Все ладилось. Должность хорошая - я был начальником лаборатории в нашем НИИ. Достаточно молодой, перспективный. Раньше, при социализме, все как было: все шло в жизни как по накатанной. Все заранее знали, когда будет зарплата, и кто сколько получит. Каждый знал, что можно на эту зарплату купить - никаких тебе неожиданностей, нервных стрессов...

Но тут в нашей стране начались "экономические реформы". И вся жизнь пошла наоборот. В магазинах все сразу куда-то исчезло, особенно продукты, затем появилось в десять раз дороже. Инфляция была по сто-двести процентов в месяц, а в нашем НИИ никто такими темпами зарплату увеличивать не собирался (предприятие то государственное). А у меня жена, ребенок. Она мне все мозги проела с моей зарплатой. В общем, пришлось мне искать другую работу. Ну что мне делать прикажете?

Иду я в газетный киоск и покупаю газету с объявлениями о приеме на работу. Читаю. Инженеры и ученые никому не требуются, нужны продавцы, бухгалтеры и менеджеры (кто это - менеджеры - я тогда и понятия не имел). И зарплаты такие, в общем, скромные - двести-двести пятьдесят долларов США - особо не разгуляешься. Зато на каждой странице в рамочке выделены объявления, вроде: "Хочешь заработать - приходи быстрее к нам. Зарплата - 5000 долларов" и телефон приписан. И таких объявлений множество с разным текстом, разными телефонами, и зарплаты тоже разные указаны, но везде очень впечатляющие.

Ну, думаю, если искать работу, то с хорошей зарплатой. Плохая у меня и так есть. Выбрал я одно из таких объявлений. На пять тысяч долларов я претендовать как-то не осмелился, выбрал с зарплатой в полторы. Звоню. Поднимает трубку какая-то старушка.

- Да, - говорит, - вы правильно звоните. Давайте я вас запишу на собеседование. Вам надо будет подъехать на метро "Новослободская", от метро сто метров, - и называет адрес и время, - там вас встретят, вы скажите, что вы к Николаю Сергеевичу, вам дальше объяснят.

Ну, думаю, все вроде бы идет как положено. Конечно, сначала надо собеседование пройти. Фирма, видно, солидная. Надел я самый лучший костюм, новый галстук. Приезжаю. Нахожу дом с нужным адресом. И удивляюсь: здание огромное, со стеклянными дверями, вроде кинотеатра. Народу там полно. Написано: дворец культуры МВД (или что-то вроде этого). Думаю: а туда ли я попал? Захожу внутрь. Там, действительно, около дверей встречает меня симпатичная девушка, спрашивает:

- Вы по приему на работу пришли?

- Да, - говорю, - мне сказали к Николаю Сергеевичу.

Она говорит:

- Очень хорошо, поднимайтесь наверх, там стоят столы, увидите за одним из них Николая Сергеевича.

Послушал я ее, поднимаюсь наверх, а там народу еще больше. Ходят, бродят с ошарашенным видом. Все, видно, вроде меня - не понимают, куда попали, что это за собеседование такое? Смотрю, действительно, стоят столы. На одном из них бумажка с надписью "Николай Сергеевич", и около него стоит молодой мужчина парадно одетый и с черными усами. Подхожу к нему, говорю:

- Вы - Николай Сергеевич? Я договаривался о собеседовании по поводу работы. Мне сказали - к вам...

Тот взглянул на меня мельком и подает какие-то бумажки.

- Да, говорит, все правильно. Пока проходите в зал, заполните анкету. Там будет лекция о нашей компании, а затем снова приходите сюда на собеседование.

Дал он мне анкету. Захожу в зал. Там ряды кресел, сцена - как в театре. Играет какая-то странная навязчивая ритмичная музыка. Кругом народ рассаживается - все, как и я, с анкетами. Я тоже сажусь в кресло, разворачиваю свои листочки, начинаю заполнять. Сначала были обычные вопросы, типа: имя, фамилия, образование, последнее место работы... Затем пошли поинтереснее, вроде такого: "Бывало ли, что блестяще выполненные вами задачи, оставались неоцененными начальством?" Я задумался: "А как же? Да сколько угодно мои блестящие успехи оставались никем не замеченными. Я ведь уже десять лет отработал. Да сплошь и рядом такое происходит! Пашешь на них, пашешь, спасаешь положение, а тебе даже спасибо никто не скажет..." Я поставил галочку на утвердительном ответе, а подобные душераздирающие вопросы в анкете продолжались: "Считаете ли вы, что ваш вклад в работу зачастую больше, чем у других сотрудников?", "Замечало ли руководство все ваши усилия, прикладываемые на работе?", "Как вы считаете, получали ли вы зарплату, отражающую ваш вклад в работу?"...

Вначале я еще держался, но где-то после двадцатого подобного вопроса мое настроение резко упало. Я остро почувствовал, что на работе меня совсем не ценят, наше руководство меня буквально в упор не видит, а моя карьера складывается вовсе не так успешно, как я себе внушил, а совсем напротив... О зарплате вообще говорить нечего - когда я о ней прочел очередной вопрос, на глазах выступили слезы. "И почему в жизни мне так не везет, - думал я, - ведь есть же у других нормальные зарплаты, должности и прочие успехи..." Последние пятьдесят вопросов я отвечал с большим трудом: глаза ничего не видели из-за слез, а анкета в руках сотрясалась от рыданий. Примерно таким образом я как-то умудрился все заполнить, когда свет начал гаснуть.

Началась официальная часть. Странная музыка заиграла громче. Когда свет совсем погас, включились прожекторы, направленные на пустую сцену, на которой стоял микрофон. Из зала со всех сторон из темноты раздались аплодисменты. Я ничего не понимал. Куда я попал? Что это вообще - лекция или концерт какой-то? Аплодисменты не стихали. Их становилось все больше. Видно, начали хлопать в ладоши и те, кто, как и я, ничего не понимал, поддавшись стадному чувству. Я был не исключением, делать было нечего, и тоже захлопал.

Наконец музыка стихла, а на сцену вышла ведущая и объявила:

- Здравствуйте. Вас пригласила для участия в совместной работе компания "Гербалайф", занимающаяся производством и реализацией оздоровительного питания, помогающего людям избавиться от лишнего веса и других проблем со здоровьем.

Снова раздались аплодисменты. Затем она продолжила:

- А сейчас поприветствуйте, пожалуйста, Валерия Васильевича Сидоркина. Он всего два месяца работает в нашей компании, и уже сумел заработать двадцать тысяч долларов!

После чего на сцену выбежал румяный молодой человек в красивом костюме. После этого, как по команде, снова раздались раскаты аплодисментов. Все, включая меня, дружно хлопали в ладоши.

Вышедший молодой человек завладел микрофоном:

- Здравствуйте, дорогие товарищи. Прежде чем рассказать вам о деятельности нашей компании, я вам сообщу, что в создании нашего продукта принимали участие лауреаты восьми нобелевских премий! - снова пауза на бурные овации, - Отличительной особенностью работы компании "Гербалайф" является система распространения нашего продукта, позволяющая любому человеку принять в ней участие и заработать неограниченное количество денег. Единственным условием для достижения успеха является ваше желание, трудолюбие, настойчивость и умение работать с людьми. По своему опыту могу вам сказать, что зарплата в несколько тысяч долларов в месяц у нас - далеко не предел. Спасибо.

На сцену снова вышла ведущая и объявила:

- А теперь на сцену выйдет Татьяна Викторовна Плющина. Она работает в нашей компании уже четыре месяца и заработала за это время пятьдесят тысяч долларов!

Снова со всех сторон раздались дружные хлопки в ладоши. Я сидел и хлопал вместе со всеми. Публика стала привыкать к такому режиму. Выступления ораторов сменяли друг друга, прерываясь на аплодисменты. Татьяна Викторовна Плющина тоже рассказала нам о своей уверенности в успешной работе американской компании "Гербалайф" и всех ее сотрудников, включая вновь прибывших. Затем ее сменил еще кто-то, не менее речистый и празднично одетый. Только тот, насколько помню, заработал уже что-то вроде ста тысяч долларов... В-общем, ораторы сменяли друг друга, их выступления были все убедительней, каждый оперировал в своих речах все более крупными количествами американских долларов.

С того момента, как я сел в кресло в этом зале и стал заполнять анкету, моя психика за столь короткое время вдруг круто переменилась. Я ощущал себя другим, совершенно новым человеком. Как я раньше не замечал, что деньги - главное в моей жизни? Деньги это ведь - вообще практически единственное, что мне сейчас необходимо. Да что там, не только сейчас, а вообще: всегда и постоянно. Как я мог раньше об этом не думать?

Я сидел и внимал выступлениям этих чудо-бизнесменов. Как только кто-то из них произносил вслух очередную сумму в американской валюте, со всех сторон начинали из темноты хлопать в ладоши невидимые хлопальщики. Я, как мог, старался от них не отставать. Как только звучало что-нибудь вроде: пятьдесят тысяч долларов, сто, двести тысяч долларов, я в каком-то упоении начинал тут же аплодировать, рискуя отбить свои руки (суммы то звучали со сцены ежеминутно). В общем, если целью выступающих было завладеть моим вниманием, то это им здорово удалось.

Между тем на сцену вынесли столик с какими-то красивыми баночками. Выступающие объяснили, что это и есть тот самый заветный американский продукт, ради которого нас всех тут и собрали. Само собой разумеется, что его свойства совершенно уникальны и являются прорывом современной науки. Если раньше люди и умудрялись как-то обходиться без этого удивительного достижения современной американской промышленности, то это единственно потому только, что о нем раньше было неизвестно. Теперь же настала пора, когда весь мир должен узнать об этом уникальном средстве. В этом нас должны убедить многочисленные плакаты, демонстрируемые со сцены, и другая рекламная литература. Теперь всем присутствующим в зале представилась удача стать пионерами в благородном деле обеспечения людей этим чудодейственным снадобьем, без которого наше население впредь уже не сможет обходиться, так как "Гербалайф" пришел к нам всерьез и надолго.

Разумеется, как только оглашалось какое-либо уникальное свойство предлагаемого к распространению продукта, зал всякий раз разражался раскатами бурных оваций.

Дальше выступающие объяснили, как действует система распространения, в которой я должен был поучаствовать. В общем, дело было беспроигрышное. Во-первых, люди без "Гербалайфа" теперь не смогут обходиться, поэтому остается лишь его продавать и получать свои проценты от продаж. А во-вторых, если другие узнают об этом выгодном предприятии, то это не беда, что будет конкуренция на рынке, а наоборот - очень даже хорошо. Надо лишь воспользоваться возникшим ажиотажем и самому привести людей, которые желают принять участие в распространении, на очередное "собеседование" вроде сегодняшнего. За каждых троих тому, кто их приведет, причитается вполне приличная сумма в американской валюте.

Оставалось лишь начать продавать этот чудесный "Гербалайф". Можно было прямо сейчас взять на реализацию любое количество этих красивых баночек, заплатив за них символическую цену, гораздо ниже ее рыночной стоимости (так это определили выступающие).

Зал, разогретый предыдущими речами, аплодировал изо всех сил. Все, видимо, как и я, почувствовали, что наконец-то удача повернулась к ним лицом. Вот теперь-то и начнется светлая полоса в жизни, а деньги потекут рекой. Было радостно на душе от того, что компания "Гербалайф" пришла к нам, чтобы поделиться американским образом жизни и научить жить при капитализме, к которому теперь мы все перешли. Я готов был немедленно приступить к зарабатыванию своего первого миллиона...

Наконец в зале зажегся свет. Снова заиграла странная музыка. Пришедшие на "собеседование" потирали руки, отбитые бурными аплодисментами, и оглядывались вокруг, когда ведущая со сцены объявила о завершении выступлений в зале и попросила подойти к "менеджерам". Я подошел к столику Николая Сергеевича. Кроме меня к нему подошли еще человека три из впервые пришедших на это мероприятие. Таковые отличались необычным странно безумным взглядом. В нем сквозила какая-то нездоровая решимость к хищническому капитализму.

Николай Сергеевич всех оглядел, собрал анкеты, и предложил пройти продегустировать "Гербалайф". В центре фойе стоял большой стол, уставленный открытыми баночками. Желающие могли подойти и при помощи одноразовых пластмассовых ложечек отведать их загадочное содержимое. Разумеется, от таких желающих не было отбоя. Конечно, и я не смог устоять перед этим искушением - попробовать на вкус этого заграничного яства, в создании которого принимали участие лауреаты восьми нобелевских премий... В те времена даже и баночек таких красивых не было. Из упаковки кроме серой бумаги ничего не применялось, а тут - такая красота... Я не раздумывая запустил ложку в баночку и долго смаковал ее содержимое. Мне казалось, что это - вкус настоящей американской мечты, нечто совершенно необыкновенное...

Все это дополняли красочные рекламные проспекты, находившиеся тут же, на столиках. В них изображались, похудевшие с помощью "Гербалайфа", довольные собой американки. Каждый мог взять себе эти проспекты совершенно бесплатно. Не помня себя от такого счастья, все спешили набрать этой рекламной литературы. Такая красота - и абсолютно безвозмездно - такого шанса нельзя было упускать.

Тем временем менеджер Николай Сергеевич уже начал свой прием. Он брал одну из анкет и по имени-отчеству вызывал одного из ожидающих. Остальные сидели в некотором отдалении. По обрывкам фраз и растущему нездоровому блеску в глазах соискателя работы оставалось лишь догадываться, о чем у них идет разговор. Кроме Николая Сергеевича подобным порядком вели прием и другие менеджеры. Кое-кто из них осуществлял свое собеседование и в зале, где было предыдущее представление.

Я же сидел в кресле фойе и наблюдал оттуда за происходящим. Николай Сергеевич закончил с одним человеком, вызвал другого, затем третьего. Я с нетерпением ждал своей очереди. Меня не устраивала такая затяжка с началом моего обогащения. Хотелось побыстрее приступить к осуществлению заветной цели... Меня вызвали самым последним, когда другие уже отправились на выход, народу было уже немного.

Николай Сергеевич наконец назвал мое имя, и, когда я подошел, удостоил меня своим внимательным взглядом. Он посмотрел не как обычные люди, а как специалист. Так смотрит врач, когда впервые видит своего пациента, а следователь - подозреваемого. В данный момент я был для него не человеком, а случаем из практики. Через пару секунд, выйдя из задумчивости, он оживился от созерцания моей персоны, и с азартом перешел к делу:

- Ну вот, наконец-то мы можем поговорить с вами спокойно, когда никто не мешает. Я не случайно оставил разговор с вами на потом. Вы видели этих людей, которые были перед вами... Это все - ерунда. Вот посмотрите, что я делаю с их анкетами, - сказал он, взял в руки бумаги предыдущих людей и демонстративно их разорвал.

Я открыл рот от удивления, опешив от такого неожиданного психологического хода. Ведь люди старались, писали, заполняли все эти графы, а тут ради меня с ними вдруг так обошлись... После этого я совсем перестал соображать... А Николай Сергеевич продолжал свой натиск:

- С вами будет разговор более серьезный. Я посмотрел вашу анкету - у вас высшее образование, вы работали начальником лаборатории... Нам очень нужны такие люди. С вами мы можем попробовать организовать дело на более высоком уровне...

Я продолжал слушать с открытым ртом. Николай Сергеевич рисовал передо мной такие перспективы, осмысливать которые у меня не было ни желания, ни сил. Затаив дыхание, боясь случайно перебить Николая Сергеевича, я внимал каждому его слову. Не каждый день ведь можно услышать о себе столько лестных слов. Его слова вселяли веру в мое светлое будущее и уверенность в завтрашнем дне, которых так не хватало в последнее время мне и, особенно, моей супруге.

В общем, по его словам, все остальные претенденты на эту работу блекнут передо мной. А если компания "Гербалайф" начнет сотрудничество с таким продвинутым человеком как я, то бизнес можно развернуть не на шутку. Тут у меня есть реальный шанс стать долларовым миллионером. Для работника с моими данными вообще не существует пределов для самореализации в бизнесе...

И для всего этого счастья не хватает сущего пустяка - смешной суммы стартового капитала, который необходимо вложить в продукцию компании "Гербалайф", чтобы забрать ее с собой и начать реализовывать. Конечно, эта смешная сумма для меня - детские игрушки, перед таким человеком как я возможна постановка более масштабных задач, чтобы начать наше сотрудничество на более глобальном уровне...

Я все-таки был вынужден перебить Николая Сергеевича, сообщив ему, что не взял с собой денег. Но он вроде бы ничуть не расстроился, только сказал, что нужно побыстрее собрать нужную сумму "пока ситуация на рынке не изменилась". "Надо ковать железо пока горячо", - заявил он под конец, посоветовав принести деньги прямо сегодня.


* * *


Я быстрым шагом направился домой. Голова работала в лихорадочном возбуждении - я обдумывал, где бы взять побольше денег для вложения в наш российско-американский бизнес. Семейного бюджета для этого явно не хватало. Надо было у кого-нибудь занять...

На мое счастье дома оказалась теща. Я решил обратиться к ней за этим займом.

- Что? Деньги тебе! Это на какие такие нужды деньги тебе? А? - спросила она недвусмысленным тоном, не предвещавшим ничего хорошего.

Я было попытался ей объяснить перспективы компании "Гербалайф" и нашего с ней сотрудничества, но то ли у меня язык подвешен недостаточно хорошо, то ли моя теща - вообще человек, не склонный к крупному бизнесу, но мне не удалось ее убедить. Не помогли ни увещевания, ни экономические выкладки, ни американские рекламные проспекты, ни крики, ни ругань - она стояла на своем.

- Вижу - ты полный осёл, я тебе теперь и рубля взаймы не дам. Тебя же и школьник обведет вокруг пальца. Дурья башка! - заявила она авторитетно.

Мало того, она даже и жену мою против меня настроила. Та уже была не рада, что послала меня на поиски работы. В общем, оказался я против них в меньшинстве. Как я ни убеждал, ни настаивал, ни кипел и негодовал, но мне так и не удалось пробить эту стену непонимания. Мне было объявлено, что я не только не получу от них денег, но они и всех моих знакомых оповестят, чтобы денег в долг мне не давали.

После общения с ними я был абсолютно опустошен. Я понял, как я одинок. В собственной семье я не могу найти единомышленника даже для такого верного, беспроигрышного дела... Я чувствовал, как ускользает мой самый реальный шанс стать наконец богатым человеком. Впереди меня ждет лишь вечная бедность и прозябание среди абсолютно чужих людей, с которыми нет никакого взаимопонимания...


* * *


Вот так происходило становление капитализма в моей жизни. В общем, мой так много обещавший бизнес с компанией "Гербалайф" был сломан на корню, а мне так и не удалось стать долларовым миллионером.

Хотя, надо отметить, с тех пор стали мы жить гораздо спокойнее. Жена больше не критиковала меня за маленькую зарплату, и мне уже не приходилось бегать по рекламным объявлениям на собеседование о приеме на работу...

А в Москве еще долгое время можно было встретить людей, таскающих с собой целые кучи красивых американских баночек и тщетно пытающихся кому-нибудь их всучить...