# Линия Настасьи Филипповны

Маргарита Васильевна Прошина

Маргарита Прошина


ЛИНИЯ НАСТАСЬИ ФИЛИППОВНЫ


рассказ


"Феденька любимый", - едва улавливаю слова влюблённой женщины, и тут же одергиваю себя: "Какой ещё Феденька!". У меня в руках "Идиот", который я целую в переплёт.

Грусть всё чаще наведывается ко мне в эти мрачные дни затянувшегося ноября, которые длятся уже третий месяц. Ах, как тоскует душа звёздной ночью в спящем городе по мягким искрящимся хлопьям, которые бесшумно падая, преображают его в сказочный мир вне времени, когда на улицах можно встретить писателя и его героев.

"- Вы изверг! - крикнула Настасья Филипповна, хохоча и хлопая в ладошки как девочка".

Очнувшись от видения, я вспоминаю встречу в библиотеке с Фёдором Михайловичем, которая перевернула мою жизнь так же, как его встреча с Анной Григорьевной во многом перевернула его жизнь и подарила возможность писателю заниматься творчеством, создавая гениальные произведения. Случайная, на первый взгляд, встреча, организованная посланником небесным, указала юной девушке путь в бессмертие, подарила любовь, которая плавно переросла в служение литературе. У каждого в жизни есть свой режиссёр, но нужно ещё понять, что это именно он, почувствовать, не упустить, несмотря на то, что в момент встречи это судьбоносное обстоятельство приведёт тебя к откровению с посланником небесным, если же ты преодолеешь все сомнения и страхи, то встреча эта станет смыслом твоей жизни. Попробуй-ка найти себе такого режиссёра, без счастливого стечения обстоятельств тут никак не обойтись. Именно такая невероятная встреча случилась в моей жизни, изменив её так, что я почувствовала себя рождённой вновь.

"- Как! Точь-в-точь? Одна и та же история на двух концах Европы, и точь-в-точь такая же во всех подробностях, до светло-голубого платья! - настаивала безжалостная Настасья Филипповна. - Я вам "Indépendance Belge" пришлю!"

Любовь - светлое, но и самое коварное чувство, помогает преодолевать все сложности, если ты не пройдёшь мимо неё. Достоевский почувствовал это в Анне Сниткиной и "не прошёл мимо".

Всё должно сойтись в момент встречи - одиночество и жажда любви, творческое горение, понимание друг друга с полуслова, такое происходит крайне редко. Люди настолько по настрою отличаются друг от друга, что не то что не тянутся друг к другу, а стремятся игнорировать незнакомца, унизить, поставить на место, но на одинокого писателя взирала чистая понимающая душа, настроенная на его волну. Бесконечные ночи раздумий, тревог, страхов, такими мне представляются ночи писателя. Кошмары погружают его в болезненное состояние, бесчисленные образы реальной и вымышленной жизни рвутся в текст, чтобы обрести вечную жизнь.

"Настасья Филипповна хохотала как в истерике".

Снег переходит в дождь, который сначала робко касается карниза, постепенно усиливаясь, через короткое время уже стучит в окно, прогоняя сон.

В комнату мою входит Настасья Филипповна, вся сплетенная из страстей, которые разрывают её, своими всплесками влекут на невероятные поступки:

- Что ты знаешь о жизни, о страсти, которые терзают мою душу своими противоречиями? - говорит она мне.

Я растеряно молчу, пытаясь запомнить её горящий притягивающий взгляд, в котором соединились все оттенки чувств неспокойной, мечущейся души, тревога, страсть, бесконечные споры с собой. Настасья Филипповна вся состоит из страстей, которые раскачивают её как на качелях между спасением души и её гибелью. Жажда истиной любви и горькая обида маленькой девочки не дают покоя ей, она в который раз пытается внушить и себе, и мне то, что не достойна наслаждаться любовью человека с чистой душой ребёнка, что ради его счастья готова себя погубить в страстях того, кто жаждет её и пугает, понимая, что её ждёт, принимает решение принести себя в жертву ради спасения души светлого возлюбленного. Настасья Филипповна догадывается, что не следует позволять зависти и обидам испортить себе жизнь, но избавиться от своих бед и несчастий она не в состоянии, когда не видит другого выхода, кроме как сознательно погубить себя. Превратить опыт в судьбу не позволяет вздорный характер, так обстановка, накалённая до предела, приводит к огненной вспышке.

"Настасья Филипповна, вглядевшись в опрокинутое лицо Рогожина, вдруг засмеялась.

- Восемнадцать тысяч, мне? Вот сейчас мужик и скажется! - прибавила она вдруг с наглою фамильярностью и привстала с дивана, как бы собираясь ехать".

Я зажигаю свечу, которая напоминает мне пронзительное из Максимилиана Волошина: "Промозглым утром бледный Достоевский // Горит свечой, всходя на эшафот..."

Молва, молитвы, молчаливость - всё связано узлом переживаний при гаснущей свече, успокоение приходит при тихом шёпоте о горестной судьбе. Свеча гаснет безжалостно, но не об этом речь, потому что всегда у нас безжалостность некстати. Жизнь особенно безжалостна в моменты переживаний и обид, особенно незаслуженных, когда острая боль кинжалом впивается в сердце и не отпускает; зрение и слух притупляются, в такие моменты ураганом из глубины души наваливается всё пережитое прежде, завязываясь в узел боли, которая не даёт дышать, нет сил терпеть, подступает отчаяние, а окружающие люди сбиваются в страшную тёмную силу, от которой некуда деться.

Настасья Филипповна поведала мне о том, как она рано, осиротевшая "дочь бедного помещика, была взята на воспитание дельцом и богачом Тоцким, для которого стала впоследствии предметом жизненных утех"; как, узнав о том, что её развратитель намерен жениться, она отправилась в Петербург, резко изменив судьбу свою неожиданно даже для себя, бросив "свой деревенский домик и вдруг явилась в Петербург, прямо к Тоцкому, одна-одинехонька", так в судьбе её произошел чрезвычайный переворот; поведала, о своей обиде и желании мстить развратнику, надругавшемуся над ее мечтами о человеческом счастье и чистой жизни, стремлением вырваться из душного мира цинизма и низости, чтоб возродиться для глубокого чувства и душевного счастья; о том, как знакомство с князем Мышкиным, столь не похожим на окружающих ее представителей великосветского Петербурга показалось ей спасением, он первый почувствовал её затаённое внутреннее страдание, его предложение руки на мгновение вызвало у неё желание освободиться от ужасов прежней жизни и возродится; что она полюбила его, но затем страх погубить его оказался сильнее надежды, поэтому она отчаянно металась в поисках выхода, то принимая, то отвергая предложение князя Мышкина, то соглашаясь на свадьбу с Ганей Иволгиным, понимая всю её продажную суть. Но где взять сил беззащитной и в тоже время сильной, чуткой и ранимой в глубине души женщине в мире, где цель и смысл деньги?

Я смотрела на героиню Достоевского и восхищалась тем, как писатель мастерски передаёт атмосферу, напряжение и сарказм в сцене объяснения Настасьи Филипповны с Тоцким. Как искрят слова, которыми автор живописует то, как циничное, жестокое отношение Тоцкого изменило характер Настасьи Филипповны - некогда робкой, наивной, иногда грустной, задумчивой, а порой недоверчивой, плачущей и беспокойной девочки, её превращение в саркастическое существо, полное глубочайшего презрения, к нему.

Сколько страсти, сколько боли и обиды!

"- Не просите прощения, - засмеялась Настасья Филипповна, - этим нарушится вся странность и оригинальность".

Настасья Филипповна так глубоко проникла в моё сердце, что я вижу её, слышу несколько хрипловатый голос, вижу, как бледнеет её лицо, думая о том, что моим героиням даже в страшном сне не снилось столько боли.

Настасья Филипповна обладает недосягаемым чувством собственного достоинства, буря страданий не даёт покоя её оскорбленной нравственно одаренной душе.

"- Что это такое? - спросила Настасья Филипповна, пристально и любопытно оглядев Рогожина и указывая глазами на "предмет".

- Сто тысяч! - ответил тот почти шепотом".

Вопреки мнению постоянных посетителей её роскошной квартиры, у неё репутация бескорыстной женщины. Никто не может похвалиться успехом у этой всем известной содержанки в Петербурге. Связь её с Тоцким только видимость - она живёт замкнуто, круг общения её - какие-то бедные чиновницы, захудалые актрисы, семейство безвестного учителя. Она любит юродивых и старушек. Ее влечет ко всему незаметному, смиренному, убогому.

"Настасья Филипповна от роскоши не отказывалась, даже любила ее, но... никак не поддавалась ей, точно всегда могла и без нее обойтись...".

Общество, собравшееся у Настасьи Филипповны, состояло из самых обыкновенных и всегдашних ее знакомых.

Изредка у нее собираются ценители ее блестящей внешности. Остроумная, увлекающаяся, неотразимая, она обладает тонким даром беседы, искусством меткой реплики, умением вести опасный спор. Слушатели дивятся "блестящему уму и светлому чувству, с которым она иногда рассказывала, когда увлекалась".

Внешность ее поражает законченностью черт и какой-то скорбной одухотворенностью. "С этакою красотою можно мир перевернуть!" Гордое совершенство её облика пронизано внутренней болью и словно предвещает безумие. В Мышкине её портрет вызывает глубочайшее сострадание и мысль о доброте, которая могла бы спасти эту мятущуюся натуру. Её ослепительные черты вселяют в него тревогу и ужас, он страшится этого великолепного лица, в котором есть нечто грозное.

Эта красавица с горящими глазами говорила так страстно и искренне, что я боялась вздохнуть, чтобы не нарушить особые доверительные отношения, возникшие между Настасьей Филипповной и мной. Она была бледна и необычайно хороша собой, её голос очаровал меня, а писатель, который её создал, совершенно устранился и не мешал нашему разговору. Я же не пыталась выразить своё сочувствие, понимая, почему она бессильна бороться, когда появляется Рогожин, который увозит её, невесту князя Мышкина, выкупив её, как товар за сто тысяч рублей.

Я слушала её, думая о том, сколько страсти, любви, жажды счастья и горести пережил писатель, как глубочайший психоаналитик и тончайший лирик, создавая образ этой роковой женщины.

Настасья Филипповна, одержимая чувственной страстью, называет себя "уличной", "рогожинской", "бесстыдной", лицо её, выражает "необъятную гордость" мстительницы, не знающей пощады, обладающей красотой "фантастической и демонической", которая приведёт ее к гибели, это очевидно, но она давно уже перестала дорожить собой, и готова сама себя погубить безвозвратно Сибирью и каторгой, лишь бы отомстить Афанасию Ивановичу, к которому она питает отвращение невероятной силы.

Гаснет догоревшая свеча. Настасья Филипповна замолкает. Я зажигаю новую свечу, которая значительно больше предыдущей, надеясь на продолжение рассказа моей гостьи, оглядываюсь, но в комнате никого нет. Мысли о ней не покидают меня.

Любовь для большинства женщин во все времена есть смысл существования, в этом я убеждаюсь на протяжении своей жизни. Женщины жизнеспособнее, целомудреннее, но не в узком понятии, а в значении целостности. Нераздельная целостность - это мудрость: мир и гармония души, ума, сердца.

Размышляя над тем, что объединяет образы женщин Достоевского, я пришла к выводу, что это, прежде всего нежное, трепетное отношение к ним самого автора-создателя, но в каждом последующем произведении Достоевский дополняет уже известные образы новыми чертами, подчёркивая отсутствие в поступках своей героини преднамеренности, он пишет, что Настасья Филипповна "хотя приняла предложенный ей комфорт, но жила очень скромно и почти ничего в эти пять лет не скопила. Жила она больше уединенно, читала, даже училась, любила музыку. Знакомств имела мало: она всё зналась с какими-то бедными и смешными чиновницами, знала двух каких-то актрис, каких-то старух, очень любила многочисленное семейство одного почтенного учителя, и в семействе этом и ее очень любили и с удовольствием принимали. Довольно часто по вечерам сходились к ней пять-шесть человек знакомых, не более..."

О красоте её знали все, но никто не мог рассказать какие-либо подробности о ней. В её метаниях преобладает покорность судьбе, которая к ней несправедлива. Настасья Филипповна вслед за другими убедила себя в том, что она падшая, низкая женщина. Находясь в плену бытовой морали, она даже называет себя уличной, хочет казаться хуже, чем есть, ведёт себя эксцентрично. Настасья Филипповна - женщина чувства. Но она уже не способна любить. Она знает цену этому миру и потому отказывается от него. Ибо в мире ей встречаются люди или выше, или ниже неё. И с теми и с другими она быть не хочет. Первых она, по ее пониманию, недостойна, а вторые недостойны ее. Она отказывается от Мышкина и едет с Рогожиным, продолжая метаться между Мышкиным и Рогожиным, пока не погибнет под ножом последнего. Мира ее красота не перевернула. "Мир погубил красоту".

Особенно завораживает меня описание дня её рождения, когда накал страстей достигает невероятной силы. Напряжённое ожидание разлито в комнате, хозяйка то нервно смеётся, то бледнеет, теряя силы на глазах у взволнованных посетителей, то неожиданно предлагает гостям шампанское, давая понять, что их ждёт нечто необычное, когда волнение зашкаливает. Наконец, раздаётся звонок колокольчика и горничная докладывает, что прибыл Рогожин с компанией, обстановка накаляется до предела, каждый из присутствующих чувствует, что вот-вот произойдёт нечто невероятное. Достоевский умеет доводить напряжение до того, что я отдёргиваю пальцы от клавиш компьютера, как будто по ним пробежал электрический разряд. Все взгляды устремлены на Настасью Филипповну, которая едва сдерживает невероятное волнение.

Для нее ситуация уже давно зашла в тупик. Отказавшись выйти за князя, она соглашается ехать за деньги с Рогожиным, но всё её поведение указывает на то, что решение такое было принято в крайнем отчаянии. Несмотря на то, что есть ещё две альтернативы: князь Мышкин и Ганя. Князь любит её, а Ганя женится из меркантильных интересов, испытывая к ней страсть смешанную с ненавистью.

Рогожин же открыто покупает её за сто тысяч, но предлагает ещё один способ оплаты, кроме денег - свою безумную любовь. Отказ Настасьи Филипповны от, казалось бы, блестящего разрешения ситуации - выйти замуж за Мышкина, который к тому же стал богатым, получив неожиданное наследство, вызван тем, что чувства в ней перегорели, и любит она "один свой позор".

В ярости Настасья Филипповна выхватывает у Рогожина деньги и бросает их в огонь, предлагая Гане достать пачку из огня голыми руками, чтобы получить все сто тысяч. На самом деле в этой сцене она бросает вызов всем присутствующим, для которых деньги дороже чести, совести, любви... Всюду крики, охи, стоны. Никто не остается равнодушным к горящим деньгам.

Раздаются голоса о том, что Настасья Филипповна сошла с ума, но она не реагирует на них, а только "схватила каминные щипцы, разгребла два тлевшие полена и, чуть только вспыхнул огонь, бросила на него пачку".

Как только пачка вспыхнула в камине, "все ахнули". Лишь Мышкин и Рогожин ведут себя по-другому. Мышкин "наблюдал грустно и молча", а Рогожин "весь обратился в один неподвижный взгляд. Он оторваться не мог от Настасьи Филипповны, он упивался, он был на седьмом небе": "Вот это так королева... вот это так по-нашему... кто из вас, мазурики, такую штуку сделает, а?"

Ганя, которому выпало в этот день слишком много, к этому последнему неожиданному испытанию не был готов. "Толпа расступилась пред ними на две половины, и он остался глаз на глаз с Настасьей Филипповной, в трех шагах от неё расстояния. Она стояла у самого камина и ждала, не спуская с него огненного, пристального взгляда. Ганя, во фраке, со шляпой в руке и с перчатками, стоял пред нею молча и безответно, скрестив руки и смотря на огонь. Безумная улыбка бродила на его бледном как платок лице. Правда, он не мог отвести глаз от огня, от затлевшейся пачки; но, казалось, что-то новое взошло ему в душу; как будто он поклялся выдержать пытку; он не двигался с места; через несколько мгновений всем стало ясно, что он не пойдет за пачкой, не хочет идти.

- Эй, сгорят, тебя же застыдят, - кричала ему Настасья Филипповна, - ведь после повесишься, я не шучу!

Огонь, вспыхнувший вначале между двумя дотлевавшими головнями, сперва было потух, когда упала на него и придавила его пачка. Но маленькое синее пламя еще цеплялось снизу за один угол нижней головешки. Наконец тонкий, длинный язычок огня лизнул и пачку, прицепился и побежал вверх по бумаге по углам, и вдруг вся пачка вспыхнула в камине, и яркое пламя рванулось вверх. Все ахнули".

Достоевский хорошо знал силу и власть денег, которые появлялись и исчезали в одно мгновение, деньги обесценивают любовь, свободу. честь.

Для Настасьи Филипповны же огонь стал своего рода очищением и освобождением. Бросив в огонь деньги и покинув дом с Рогожиным просто так, она пыталась доказать свою свободу совершать поступки, которые кому-то могут показаться безумными. Кроме того, это и месть. Месть Гане и всему обществу, которое вовлекло ее в свой "рынок", заставило стать "продажною".

Настасья Филипповна устраивает настоящий скандал и раскрывает все карты, открыто бросая вызов обществу: "А теперь я гулять хочу, я ведь уличная!.. Смотри, князь, твоя невеста деньги взяла, потому что она распутная, а ты её брать хотел!...Мои деньги! Я их за ночь у Рогожина взяла!"

Встреча Настасьи Филипповны с князем Мышкиным ночью в Павловске у дачи Епанчиных совершенно завораживает меня, столь убедительно Достоевский передаёт искреннюю сердечность и самопожертвование героини: "И вот, наконец, она стояла перед ним лицом к лицу, в первый раз после их разлуки; она что-то говорила ему, но он молча смотрел на нее; сердце его переполнилось и заныло от боли. О, никогда потом не мог он забыть эту встречу с ней и вспоминал всегда с одинаковою болью. Она опустилась пред ним на колена, тут же на улице, как исступленная; он отступил в испуге, а она ловила его руку, чтобы целовать ее, и точно так же, как и давеча в его сне, слезы блистали теперь на ее длинных ресницах.

- Встань, встань! - говорил он испуганным шепотом, подымая ее. - Встань скорее!

- Ты счастлив? Счастлив? - спрашивала она. - Мне только одно слово скажи, счастлив ты теперь?..

- Успокойся, встань - проговорил он в отчаянии.

Она жадно всматривалась в него, схватившись за его руки.

- Прощай! - сказала она, наконец, встала и быстро пошла от него, почти побежала. Князь видел, что подле нее вдруг очутился Рогожин, подхватил ее под руку и повел!".

Каждая женщина одарена чём-то. Если вдуматься, то все изобретения и поступки мужчины совершают ради женщин. Женщина - врождённый психолог. Женская интуиция творит чудеса, если она прислушивается к ней. Не зря говорят, что женщина - шея: куда захочет, туда и голову мужчины повернёт. В голове моей целая череда образов и впечатлений, но Настасья Филипповна не покидает меня, она приходит ко мне, когда я и сижу перед чистым листом бумаги, вся в спорах с возможными героями. Порой для того, чтобы принять решение, мне необходимо отвлечься на какое-то время от размышлений. Решение приходит внезапно, как озарение, и как будто само собой. Вдруг, чётко всплывает картина вместе с героиней, которая, оттеснив остальных, вдруг заполняет всё пространство.

Надо чувствовать линию Настасьи Филипповны, помнить о том, что ей 25 лет. Её мечты и желания мне понятны, ведь практически каждая девочка в юном возрасте мечтает о любви, интуитивно ищет именно свою любовь, на всю жизнь, создаёт свой идеал семейной жизни, и я когда-то рисовала себе наивные картины счастливой жизни, но в них присутствовала романтика, глядя на героиню, я невольно подумала о том, что жизненный уклад и в наше время не изменился, в третьем тысячелетии, только ушла романтика; деньги, дома, машины, драгоценности - вот мечты, о которых только и слышно, и все пересуды строятся на том, кто с кем переспал, чей, ребёнок, кто кому и сколько должен, что кому принадлежит.

Проницательная Людмила Сараскина подчёркивает главное в интересующей меня линии не только Настасьи Филипповны, но и самого Достоевского: "Князь Мышкин, глядя на портрет Настасьи Филипповны, видя, как она изумительно хороша, говорит: "Ах, кабы она была добра, всё было бы спасено!" Вот зачем нужен Достоевский - понимать людей, чувствовать всякого человека, знать, как ему помочь, - это нужно для того, чтобы жить. Если ты хочешь быть бессмысленной травой или насекомым, - можно обойтись и без Достоевского".

Я знаю, что после дождя, непременно будет ясно, может быть, не сразу, но обязательно будет. Я кожей чувствую ложь, подлость, предательство, лукавство, но я не властна над своими мыслями. Я не всегда могу держать под контролем свои эмоции, например, в общение с руководителями долгие годы была слишком дерзка и язвительна, чем значительно осложняла жизнь себе и окружающим. Теперь-то я понимаю, что следовало сдерживать эмоции, которые и сегодня могут накрыть меня порывистым ветром, подхватить и моё второе я будет с изумлением наблюдать за происходящим.

Бессмертные произведения создают только такие мастера, которые созвучны небесам. При слове "красота" я сразу вспоминаю Достоевского, он верил, что красота спасёт мир. Литература действует на исправленье нравов очень медленно, через века. Писатель есть над миром существо, он ангелом парит тысячелетья, спасая красоту. Вот где идеал, к которому нужно стремиться на протяжении всей жизни - создание красоты в своей душе, передав многообразие тончайших оттенков в книге, в которой звучит музыка, присутствует мудрость и глубина мысли.

Но и визг:

"- Это меня-то бесстыжею называют!"


"Наша улица" 243 (2) февраль 2020