# Отражённые лучи

Маргарита Васильевна Прошина

Маргарита Прошина


ОТРАЖЁННЫЕ ЛУЧИ


рассказ


- Любимый юный, мудрый, красивый! - плотно прижимая трубку к уху, буквально пропела Галина Юрьевна, 45-летняя женщина-учёная, научный сотрудник, пишущая кандидатскую диссертацию.

- Любимая Галочка - властительница науки! - прозвучал голос Вадима Сергеевича, 60-летнего доктора биологических наук.

- Я только учусь у тебя! - сказала она.

- А я учусь очень многому и в жизни, и в науке у тебя, необыкновенная чувственная любимая Галочка!

Она тут же пропела:

- Я сейчас от гордости птицей взлечу высоко-высоко!

Их взгляды встретились.

"Гляди, гляди - не отвращай свой взгляд! // Читай любовь в моих глазах влюбленных, // Лучи в них отраженные горят, // Лучи твоих очей непобежденных".

Галина Юрьевна просыпается от звонка городского телефона, звонит он так тревожно, что она невольно начинает волноваться, но сразу понимает, что это очередное навязчивое предложение ненужных услуг или развод мошенников, не успевает произнести ни слова, как звонит мобильник, прислоняет его к другому уху, отвечает в оба телефона одновременно, чтобы не беспокоили, расстроенная тем, что забыла отключить их на ночь, отключает их, включает музыку, которая неизменно успокаивает её и настраивает на работу, садится к компьютеру с чашечкой целебного кофе, но замечает пыль под монитором.

Вот уж, впрямь, коварная вещь - пыль, ведь недавно протирала всё на свете, а она опять на месте лежит себе, как ни в чём не бывало, и так на протяжении всей жизни идёт с ней борьба, в которой победа неизменно остаётся за пылью. В солнечном луче она чудесно золотится. Но красота её коварна, можно и задохнуться. Непобедимая и вездесущая пыль в результате убедила Галину Юрьевну в том, что ей с ней не справиться, в результате пришли к компромиссу - Галина Юрьевна изредка смахивает её, а она на какое-то время прячется, как будто она с пылью играет в прятки.

- Как хорошо, что я тебя нашёл! - сказал Вадим Сергеевич.

- Да, любимый Вадичка - это чудо! - сказала она.

- И сразу, с первого взгляда, полюбил! - сказал он.

- Так не бывает, неужели прямо полюбил? - спросила она и добавила: - Как ты это понял, что это любовь! Я сначала пугаюсь. Так было в этот раз... Страшно!

Подумав, Вадим Сергеевич сказал:

- Как видишь, почти десять лет я проверяю любовь свою с первого взгляда, при этом люблю всё сильнее! Вот что значит полюбить с первого взгляда!

- А я просто люблю и ничего не проверяю! - сказала она уверенно.

- Иначе никто не поймёт, что такое любовь с первого взгляда! Я могу это твёрдо говорить, потому что сразу полюбил такую красавицу, царицу Галочку! - усилил интонацию Вадим Сергеевич.

На щеках Галины Юрьевны вспыхнул румянец, после короткой паузы она сказала:

- Любимый Вадичка, я тоже понимаю, но лишь тогда, когда ты об этом говоришь!

Вадим Сергеевич поднес пальцы ко лбу, на мгновение задумался и сказал:

- В народе говорят, что мы сильны "задним умом", мы с тобой, конечно, невероятным образом по всем параметрам совпали, но то есть случай, о котором я много размышляю, то счастливый случай, который нужно уметь ловить, иначе говоря, оказаться в одном институте, в одной научной среде!

Галина Юрьевна, счастливо вздохнув, сказала:

- Вадичка, ты - совершенно необыкновенный, уникальный человек, таких нет и никогда уже не будет, а ты будешь всегда! - и после паузы добавила: - Да, этот случай изменил меня, поразил, потряс и разбудил!

Галина Юрьевна прошла на кухню, кивнув в коридоре мужу. Тот тенью исчез у себя.

Обычная вилка лежит у тарелки тихо, слева, так тихо, что её и не замечаем, такая привычная, каждый день несколько раз с самого рождения Галина Юрьевна машинально достаёт вилку из нержавеющей стали и кладёт её слева от тарелки, вогнутой стороной кверху, вилка эта одна из шести каждый день лежит на столе, потому что следует за Галиной Юрьевной столько, сколько она себя помнит, хотя за эти годы менялась постоянно, а вилка по-прежнему хороша - лёгкая, отражающая свет, рукоять её украшена ажурным растительным узором, с четырьмя зубцами, она практически невесомая, но Галина Юрьевна помнила время, когда пользовалась ею весьма неумело и она то и дело падала.

Так шли дни за днями. Как-то Вадим Сергеевич намекнул, что ему горестно оттого, что она живёт с мужем, а любит его, и ещё что-то на эту тему ляпнул. Галина Юрьевна бросила трубку. Пришлось долго дозваниваться, а когда услышал её голос, то взмолился:

- Все слова беру назад, прости, виноват я сам, любимая Галочка! Люблю, люблю. Я дурак, буду лечиться, прости, ты лучшая из женщин! Люблю!

У Галины Юрьевны отлегло, она улыбнулась и проговорила в трубку:

- Ты - лучший из мужчин! Очень умён и самокритичен! Люблю!

И сама про себя подумала: "Отхожу от обид очень медленно, сержусь на себя за это, но упрямства хватает ненадолго, приходит понимание того, что любые преграды следует преодолевать, чтобы быть в ровных отношениях с дорогим человеком, он ведь тоже обидчив, а жизнь такая короткая, в ней хватает препятствий и трудностей, возникающих по независимым от нас причинам, поэтому нужно дорожить и беречь то, что так дорого".

Из пустяка может вырасти чудесное воспоминание. Надо пристальнее вглядеться в этот пустяк, и в какой-то момент возникнет целая история, связанная с ним. Сегодня, сосредоточенно разглядывая свой букет из засушенных цветов, Галина Юрьевна как-то очень остро ощутила это. Раньше она расставалась с увядшими розами без сожаления. Срезанные цветы недолго радуют глаз, особенно быстро никнут головки у роз. Галине Юрьевне всегда грустно расставаться с ними. Однажды ей объяснили, как правильно засушивать розы, чтобы они превратились в "бессмертный" букет. С тех пор роскошные розы, которые мне наиболее дороги, украшают мою квартиру, как лакированные потемневшие холсты голландских мастеров натюрморта. И мужу нравятся. Остановленные во времени цветы придают дому уют, создают атмосферу тепла, счастья, а также напоминают о дорогих сердцу днях. Постепенно букет разрастается, в нём присутствуют самые разные по цвету и размеру розы, а веточки кустарников и засушенных трав преобразили букет в оригинальную композицию, которая смотрится превосходно. Ваза с изысканной икебаной в сочетании с другими предметами на комоде неожиданно для самой Галины Юрьевны составили чудесный натюрморт, который напомнил ей "Вазу с цветами и часы" натюрморт 1656 года Виллема ван Эльста.

- Солнце моё, любимая Галочка, мне так было тяжело весь день от своей тупости. Спасибо, я воспарил! - усилил голос Вадим Сергеевич.

У Галины Юрьевны даже дыхание от радости перехватило, сглатывая комок в горле она прошептала:

- Мне тоже было тяжело, от моей глупости. Я тоже воспарила!

Каждый был у себя. Вадим Сергеевич сел в кресло против телевизора, включил на анонсе о фильме "Достоевский". Тут же взял со столика мобильник, набрал Галину Юрьевну, которая со своим мобильником сидела в своей с балконом комнате. Муж её занимался в кабинете. Услышав звонок, поднесла телефон к ушку с золотой бусинкой серёжки. Конечно, звонил Вадим Сергеевич, куда ж без него.

- Ах, счастье моё... Сейчас твоими глазами буду смотреть "Достоевского".

- Смотрим вместе! - отозвалась она весело.

Она отключилась и вышла в большую комнату с телевизором, который уже работал, а напротив на диване сидел муж. Она села рядом. Взглянула на люстру.

Лампы у прежнего светильника были направлены в потолок, который почти не отражал свет, но Галина Юрьевна долгие годы не обращала внимания на то, что в комнате сумрачно, уж очень полумрак ей нравился, да и зрение было отличное, и слишком яркий свет ей бы мешал , но с годами появились у неё очки, и она всё чаще стала посматривать на люстру с мыслью о том, что пора её заменить, но длилось эта мысль несколько лет, и вот, наконец, она решилась приступить к замене, и теперь новая люстра сияет, освещая все углы, совершенно преобразила большую комнату, и она выглядит значительно уютнее, и читать теперь удобно, и свободно различать мелкий шрифт.

Пошёл фильм, а Галина Юрьевна, глядя на Достоевского, вдруг вспомнила Блока, сопоставив его Христа с эшафотом, где сейчас должны были расстрелять Достоевского. Она терялась в этом сопоставлении, тема - прекрасная, но для Галины Юрьевны слишком сложная, мысли путаются, прокручивая в голове, не зная что, в венчике из роз Достоевский, вот так образ, в надежде и в вечности, такой непостижимый и такой ясный, в белом венчике, как Галочка в детстве в веночке из ромашек, возникает в минуты печалей и горестей с того момента, как она услышала строчки Блока: "Нежной поступью надвьюжной, // Снежной россыпью жемчужной, // В белом венчике из роз - // Впереди - Исус Христос", у меня два эти образа невероятным образом соединились и всегда поддерживают, придавая невероятные силы.

В кадре был сервированный стол. Галине Юрьевне пришли на ум ложки. Они хорошо смотрелись в свете софитов. И в руках у Достоевского была красивая ложка.

Ложки хороши к обеду, но можно и без обеда хорошенько подумать о них - чайные, десертные, столовые, салатные, много разных ложек есть ещё на свете, но в детстве её больше всего привлекали маленькие, изящные ложечки для специй, с витыми, ажурными ручками, они просто очаровывали её, поэтому она стала кормить из них своих кукол, сервизы игрушечные у неё были, а вот ложечки она брала именно эти, в результате мама купила для специй другие, а эти прелестные ложечки отдала ей, но с годами они сами куда-то исчезли. Ныне же Галина Юрьевна отдаёт предпочтение кофейным серебряным ложкам, и дарит их родным, выбирая самые очаровательные.

Через неделю Галина Юрьевна выслушивала исповедь Вадима Сергеевич после одной ссоры во время страстных объятий:

- Ты в случившемся со мной нервном срыве абсолютно ни при чём, это глубины моей проклятой психики, и я просто констатировал своё состояние неисправимого учёного-фанатика! Я верю тебе, верю, что никакой прогулки не было. Склоняю грешную голову перед тобой! Виноват. Но со мной всю жизнь подобное происходит, ибо воспалённое мое воображение диктует мне свои правила. Не сердись, я тебя сильно люблю, от этого все преувеличения. Извини!

А видел-то он её с Семёном Яковлевичем Курочко на Арбате. Ну, и что, что видел? Подумаешь! А он пошёл накручивать чуть ли не любовную связь Галины Юрьевны с ним.

- Ты верная моя любовь! - почти крикнул в трубку Вадим Сергеевич.

- Да, любимый, ненаглядный Вадичка!

- Как мне приятно быть с тобой рядом, любимая Галочка!.. Вот ты входишь ко мне, вижу твои синие большие глаза, приближаюсь к тебе, обнимаю крепко и целую тебя, язычок к язычку, рукой глажу по спинке и ниже, крепко-крепко...

- Я тоже целую тебя постоянно язычок к язычку, любимый, гениальный Вадичка!

- Галочка, я ночами разговариваю с тобой, ты слышишь меня?

- Да-а-а...

- Я всё время думаю о нашей невероятной, исключительной любви, и она такая долгая, что просто дух захватывает! Почти 10 лет! Уму непостижимо! Но это есть! - сказал он.

- И это - чудо! - воскликнула она.

В это время Галина Юрьевна мыла на кухне тарелки.

О тарелках можно написать роман, поскольку каждый человек пользуется тарелками, мелкими, глубокими, с золотой каёмочкой, с тиснёным узором, ах, сколько восхитительных тарелок ещё в молодости она рассматривала в "Доме фарфора" на Ленинском проспекте, разных заводов, тонкие и невесомые, с разнообразными рисунками цветов, животных, выбирая тарелки на все случаи жизни в свой будущий дом, со временем её мечты сбылись, она уже не заглядывалась на посуду, а память хранит две тарелки - мелкую и глубокую с золотыми каёмочками, лёгкие и изящные с цветочным рисунком, это были голубые цветочки, тарелки эти ей подарили в самый памятный день рождения, когда ей исполнилось пять лет и к ней в гости пришли друзья, этот весёлый и счастливый день Галочка запомнила как невероятно счастливый день, а в тарелки эти, завернутые в прозрачную бумагу, завязанную голубой лентой, были насыпаны конфеты в ярких фантиках.

- Как мне хорошо с тобой, любимая Галочка, милая, нежная и всевластная надо мной! Ты просто обладаешь божественной силой воздействия на меня! - с невероятным подъёмом сказал Вадим Сергеевич.

- Я обладаю бесконечной нежностью и любовью к тебе, гений моего сердца, Вадичка!

Она пила при этом разговоре кофе. Когда-то кофе пили одну чашечку за другой, особенно в рабочие дни среди приборов и книжных стеллажей, теперь же для неё это целый ритуал, каждый день она с нетерпением дожидается счастливого момента, когда наступает долгожданное время, и Галина Юрьевна непременно включает музыку, соответствующую её настроению, достаёт кофемолку, насыпает в неё зёрна, вдыхая их аромат, затем молит его, кладёт в турку чуть-чуть соли, кофе, сахар на кончике кофейной ложки, после этого заливает водой, как только он готов, сервирует стол, на который обязательно ставит горький шоколад и очаровательную кофейную чашечку, подаренную любимым - наступает момент абсолютного счастья!

- Любимая красавица, желанная Галочка, спокойной ночи, и я мысленно ложусь рядом с тобой тихо! Рядышком всегда, на всю жизнь, драгоценная Галочка, любимая! - сказал с чувством он.

- Любимый Вадичка! Ты прелесть, создан для счастья! - с не менее сильным чувством ответила она, - отключая телефон.

Она прошла в спальню и легла рядом с мужем. Когда он положил свою ладонь на её живот, она увидела Вадима Сергеевича и покорно отдалась ему.

На экране возникли чашки. Достоевский пил чай. Галина Юрьевна любила чашки. Чашки изящные тонкие и надёжные тяжёлые, всевозможные, и такие, и сякие ей улыбаются, призывают попить чайку, без чаепития она жизни себе не представляла, в изматывающий жарой день в голове её преобладает только мысль о живительной чашке чая, и в ненастный день она думает о нём же, рука так и тянется к большой чашке с восточным узором, которая уверенно располагается на таком же украшенном блюдце и манит её ароматом целебного напитка. Сколько разнообразных по форме, цвету, узору чашек возвращали Галину Юрьевну к жизни, вызывая восхищение изысканностью и оригинальностью! Невозможно даже вспомнить. Вот стоит перед нею белая чашечка из тончайшего фарфора, изогнутая ручка её золотом сверкает, как и ободки на блюдце, а голубая роза, едва распустила лепестки свои, и в это мгновение нет для Галины Юрьевны чашки краше.

Под впечатлением от просмотра "Достоевского", спустя несколько дней, Вадим Сергеевич сказал:

- Так и есть! Писатель враг семьи! Любить можно только книгу!

Галина Юрьевна, прикрыв дверь, чтобы не слышал муж, подхватила тему:

- Прочувствовала! Жить с писателем невозможно... Писатель всё время пишет, заключил себя на всю жизнь в четырёх стенах, и всё пишет и пишет, а хочется дышать полной грудью, ходить в театры, рестораны, на презентации, путешествовать, наконец! Писатель целый день сидит на одном месте, это же ужас, требует, чтобы ему не мешали работать, чуть что спросишь, он психует, пойдёшь куда-нибудь, познакомишься с приятным человеком, он подозревает в изменах, придумывает всякие небылицы, с ума сходит, падает на пол, бьётся в истерике... Думаю о Достоевском... До чего не устроена и тяжела была его жизнь, но явилась Анна Григорьевна! Да, жить с писателем невозможно, его можно только любить...

Слушая Галину Юрьевну, он погружался в переживания, а когда она закончила, сказал:

- Любимая Галочка! Проникновенно и с пониманием! Отхожу от обид очень медленно, сержусь на себя за это, но упрямства хватает ненадолго, приходит понимание того, что любые преграды следует преодолевать, чтобы быть в ровных отношениях с дорогим человеком, он ведь тоже обидчив, а жизнь такая короткая, в ней хватает препятствий и трудностей, возникающих по независимым от нас причинам, поэтому нужно дорожить и беречь то, что так дорого.

Галина Юрьевна от восторга воскликнула:

- Люблю!

Утром она долго копалась в гардеробе. Купит что-то новенькое из одежды для себя любимой и на вешалку пытаешься определить, а места-то свободного нет, купит другую, забываешь о предыдущей, и вот наступает момент, дарующий увлекательное занятие по пересмотру вещей, с целью узнать, что же у неё висит здесь, тут и выясняется, что значительная часть одежды совершенно не нужна, не идёт, а то и никуда не годится, а надеть буквально нечего, наступает момент расставания с тем, что и одеждой-то назвать нельзя, в результате на вешалке появляется свободное место, которое необходимо заполнить.

Он разведённый. Она замужем... Конфликт. Интрига... Постоянные препятствия. Но они приспособились за десять лет связи, потому что любят... Почему она не может уйти от мужа? Дети, родители, чувство благодарности к мужу? Не может по причинам очень простым: не желает показаться в дурном свете в институте. Большинство женщин живут эмоциями, по частному мнению Галины Юрьевны, они искренне обещают сохранить конфиденциальную информацию, но узнав в чём её суть, они буквально через час после того, как услышали секретное, набирают номер подруги той, о которой говорилось, и зловещим шёпотом сообщают, что им нужно встретиться, чтобы обсудить страшную новость. То, что они дали слово не разглашать новость, совершенно вылетело у них из головы, они уже полны благих намерений, желая помочь той, новость о которой узнали, так тайное становится явным, об обещанной конфиденциальности не остаётся ни следа. Да ещё Галина Юрьевна не желает раздела имущества, ибо ей очень хорошо в огромной квартире. У Вадима Сергеевича в квартире прописана дочь, незамужняя, приводит гостей... Масса препятствий... бытового характера, юридического... Все это прекрасно понимают и знают.

И зачем даже думать о разводе?! Когда одна кухня чего стот. Просторно, уютно, просто ещё одна великолепная комната. Вообще-то кухня не её стихия, но без кастрюль никак не обойтись, надо отметить, что Галина Юрьевна обходится минимумом, у неё их всего пять, но каждую из них она выбирала с одной целью, чтобы она на только была удобна, но и глаз радовала. Все они у неё белые, но украшены рисунками цветов или фруктов. Ушли в прошлое времена, когда Галина Юрьевна готовила на 2-3 дня, да и времена больших застолий постепенно стали редкостью, теперь у неё в ходу две очаровательные кастрюльки на полтора литра, но они настолько обе хороши, что поднимают настроение даже в хмурые дни. Одна из них украшена сочными красными розами с зелёными листочками, а другая - букетиками нежных полевых цветов, обе ей нравятся, поэтому пользуется она ими по очереди. Произнесла слово "очередь" и хотела заменить, а потом подумала, что слово это выскочило не случайно.

- Все дни с думою о тебе, любовь моя Галочка!

- Аналогичные мысли не дают мне уснуть, любимый Вадичка.

- Сердце забилось в восторге!

- Трепещу!

В знакомстве с новой женщиной есть сильное препятствие, заключающееся в своем собственном сомнении о её желании с тобой вообще знакомиться. Ну, подойдешь, заговоришь, а она посмотрит на тебя деревянными глазами, и скажет, что она замужем. Это самый любимый прием женщины к отшиванию кавалера, мол, ее ждет муж, хотя, может быть, никакого мужа у нее нет, а, может, и есть. Суть не в этом, а в том, что ты ей незнаком, посторонен, необязателен. У нее масса дел, заученный, постоянный круговорот жизни, дом, работа, метро, трамвай. А ты - прогуляться по набережной! Когда? Зачем? Не мешай! Но ты очень вежлив, в первый раз просто говоришь на нейтральные приятные темы, и уходишь. Через несколько дней ты читаешь ей стихи, ну, например, Перси Биши Шелли в переводе Константина Бальмонта:


Гляди, гляди - не отвращай свой взгляд!

Читай любовь в моих глазах влюбленных,

Лучи в них отраженные горят,

Лучи твоих очей непобежденных.

О, говори! Твой голос - вздох мечты,

Моей души восторженное эхо.

В мой взор взглянув, себя в нем видишь ты,

Мне голос твой - ответная утеха.

Мне чудится, что любишь ты меня,

Я слышу затаенные признанья,

Ты мне близка, как ночь сиянью дня,

Как родина в последний миг изгнанья!


Она с недоумением, переходящим в испуг, - как это так в наши дни знают стихи наизусть?! - смотрит на тебя, вздыхает и позволяет на прощанье поцеловать руку. Потом через неделю звонишь ей, и приглашаешь в театр, она сначала отнекивается, потом соглашается. В театре ты угощаешь её шоколадными конфетами и минеральной водой. Расстаетесь, как друзья, в метро. Через неделю в парке она уже берет тебя под руку. И эта же женщина через год говорит тебе, что не может минуты прожить без тебя, сразу лезет целоваться и, дрожа как гитарная струна, шепчет на ухо: пошли скорее! В чем тут дело? В очень простом привыкании. К тебе сначала должны привыкнуть, а привыкают постепенно, но так, что уже от твоего обаяния не могут отвыкнуть.

- Ты ко мне сильно привыкла? - спросил он.

- Что значит привыкла? Я тебя люблю так, как умею, всем сердцем и душой! - сказала Галина Юрьевна.

- Я с тобой никогда не расстаюсь, потому что ты в моём сердце! - сказал он.

- Это так! Я тоже всегда чувствую тебя рядом, всегда, и говорю с тобой бессонными ночами... - сказала она.

- Я всё это к тому, что веду обычный свой образ жизни, по распорядку, но душа болит, всё время думаю о тебе, и я к тебе в этом смысле привык, как к науке!

- А я сначала привыкла к тебе, а потом к нашей биологии, так же сильно, как к тебе. У меня душа болит, но я постоянно повторяю себе, что мы вместе!

Она взяла нож. Есть ножи столовые, десертные, есть ножи для разделки рыбы, мяса, овощей, и есть ножи складные, чего в них только нет - можно и консервный нож достать, и вилку, и ложку, достал ножик, открыл всё, что нужно, поиграл в ножички, как в детстве, сложил ножик, убрал, он места занимает мало, у Галины Юрьевны такого ножа не было, а вот ребята во дворе иногда играли в ножички, а она наблюдала, но попробовать не решилась, ей же доверяли дома на стол накрывать, поэтому она быстро усвоила, куда и как нужно класть ножи, особенно последовательность её веселила, и она каждый раз спрашивала маму о том, какие ножи на ужин понадобятся. Это стало нашей с ней игрой.

- Родная моя Галочка, жизнь моя!

- Вадичка, любимый!

- Галочка, любимая!

- Я пришла на свидание с любимым!

- Ой, у меня кружится голова от нечаянной встречи! - воскликнул он.

- Это сюрприз для Вадички, гения моего сердца!

- Любовь моя, любимая Галочка, целую, целую, не могу нацеловаться!

- Я зачитываюсь твоими публикациями в американском журнале, любимый, ты - истинный служитель биологии и её воскреситель! Целую...

- Я счастлив, я счастлив все 10 лет, я ликую, я нашел настоящую любовь, Галочка!

- Вадичка, ты не только её нашел, но ты мне её подарил! Вот уже 10 лет, как вновь родилась в любви!

Муж поставил на стол бутылку "киндзмараули".

В бутылки наливают всё что угодно: воду, водку, вино, молоко, лимонад, шампуни, бальзамы, прочие женские радости, и прочее, а сами бутылки ныне настолько расфасонились, каких только причудливых форм не встретишь, что покупаешь ненужную жидкость исключительно из-за оригинальной формы бутылочки! Прежде они с мужем даже хранили бутылки не откупоренными, с диковинными заморскими напитками, одно время оставляли пылиться даже пустые, но настало время, когда форма и оригинальность совершенно перестали Галину Юрьевну привлекать, и в своё время бутылки все вынесли без всякого сожаления, теперь форма бутылок её мало волнует, она присматривается исключительно к содержанию и качеству. А "киндзмараули" вещь!

После очередной размолвки Галина Юрьевна думала о том, что эмоции нужно сдерживать. Она это знает, принимает, понимает, но не всегда справляется с ними. Бывают моменты, когда чувства вырываются из-под контроля. Галина Юрьевна сама опасается подобных моментов. Они сродни извержению вулкана - бушуют, клокочут, и она бессильна перед этой стихией. Это ужасно! После подобных "гроз" она обессиленная непременно должна выспаться, и только после этого способна проанализировать свой срыв, и исправлять ситуацию. Надо сказать, что всё чаще с годами ей удаётся контролировать свои чувства и поведение. Люди, обладающие такими качествами, как терпение, сдержанность, умение слушать - вызывают у Галины Юрьевны искреннее уважение. Надо сказать, что она постоянно развивает эти качества в себе, и не безуспешно. А воспитание чувств, умение владеть ими - вот уж без чего в жизни никак не обойтись. От умения сдерживать чувства, управлять ими зависит, собственно, то, как складывается у человека жизнь. Воспитание! До чего же приятно строить отношения в разных сферах жизни с людьми воспитанными. Любые вопросы, проблемы с ними решаются легко и свободно. Было бы желание выслушать, понять и пойти навстречу, а то и помочь собеседнику. Она любит мечтать о том, что, однажды, свершится чудо, и все люди станут доброжелательными, приветливыми, воспитанными и терпимыми. Ведь понять такую простую мысль, что каждый из нас - самостоятельный центр мира, поэтому относиться друг к другу следует соответственно так же, как ты относишься к себе, довольно несложно. Однако для многих это понимание так никогда и не приходит. А негативные чувства и эмоции лучше направить на созидательный физический труд. И всем будет хорошо. Воспитание чувств - необходимый и увлекательный процесс! Галине Юрьевне он нравится.

Да и работа нравится. Например, изучение микрофлоры биологического образца спермы, давал возможность проникнуть Галине Юрьевне в микроскопические сообщества, составляющие сперму. Галина Юрьевна сама любила собирать образцы материала. Она возбуждала массированием фаллос Вадима Сергеевича губами и языком, сжимая при этом длинный чувственный ствол своими нежными, но крепкими, с алым маникюром пальчиками до тех пор, пока головка члена не разбухала до огромных размеров и состояния малинового взрыва, и сперма со свистом вылетала из отверстия урины в специальный герметичный стаканчик. Причём для сбора материала нельзя было применять презерватив.

Есть возраст, в котором женщина должна быть красивой, чтобы ее полюбили. А потом наступает возраст, когда женщину должны полюбить, чтобы она стала красивой. На одном бутерброде и двух комплиментах женщина может продержаться весь день. Для здоровья женщин восхищённые взгляды мужчин важнее, чем калории и лекарства. Прежде чем прочесть что-либо о нынешней молодежи, стоит поинтересоваться, каков возраст автора. Чтобы быть любимой, лучше всего быть красивой. Но чтобы быть красивой, нужно быть любимой.

- Слушаю Первый концерт и ты перед глазами, любимая Галочка, непрерывно!

- Вадичка, я таже отчётливо вижу твоё лицо и слушаю любимого исполнителя этого концерта Вана Клиберна. именно таким я запомнила его на 1-м конкурсе Чайковского, а потом сестра привезла пластинку, а вторую премию тогда получил Лю Ши Кунь. и его я тоже часто слушала. Но он исполнял Листа.

- Ты Ангел сердца моего, ты чувства возбуждаешь запредельные! О, Галочка!

- О, Вадичка! Гений сердца моего!

- Самое замечательное то, что ты меня понимаешь, и постоянно возвышаешься в моих глазах!

- Спасибо тебе за душевный рост!

- Спасибо тебе за то, что ты терпеливо ведёшь меня в микромир неведомый мне до тебя дорогой!

В День рождения без стола не обойтись! Есть разные способы украсить стол, чтобы он в этот день выглядел привлекательно, радовал глаз, самый простой, создать из посуды интересную композицию, но она через небольшой промежуток времени примелькается, а вот поставить в центре стола красивую вазу с цветами, со свежими цветами, вот они-то и хороши на столе, только свежие, а потом, конечно, разложить салфетки, которых, как известно, великое множество, ажурные вязанные, туго накрахмаленные - прекрасный материал для фантазии, салфетки тканевые с вышивкой разной формы, а проще всего салфетки бумажные, вот тут пригодится воображение, важно с какими чувствами ты это делаешь.

- Хорошенькая! Я не мог сегодня дозвониться до тебя. Ты сегодня с кем-то другим говорила, или с кем-то похожим на меня. Ты сказала вначале: отключаюсь и бросила трубку! Так с тобой сегодня и не услышался. Видно, у тебя дела есть поважнее?

- Нет Вадичка, я ни с кем не говорила, я сидела за книгами. Кроме тебя у меня нет никаких дел.

- Но ты же сказала, что отключаешься... Видимо, ты это сообщала не мне, а кому-то другому, но ошиблась адресом... И сейчас ты целый час не брала трубку...

- Это была оговорка, я имела в виду, что буду заниматься диссертацией, что я и делала, потому что времени не хватает. Просто вышло недоразумение.

Если говорить в общих чертах о работе Галины Юрьевны, то она, в сущности, сводится к изучению микроскопических сообществ любви. Именно они создают человека, который сплошь состоит из микросушеств. Невидимые колесики в нём крутятся-вертятся, как в часовом механизме, а человек о них даже не подозревает. Да и каждый сперматозоид состоит из множества живых микроорганизмов, как и каждое минисущество построено из более мельчайших существ, и всё крутится-вертится, как земля вокруг солнца, как в самом атоме чёрт знает сколько существ.

Вечером Галина Юрьевна жарит антрекоты. Но сначала выбирает сковородку. На этой сковородке пригорает, на другой прилипает и не получается аппетитная румяная корочка, вообще плохо жарится, а третьей сковородке - тяжёлой, чугунной, еда жарится в самый раз, она проверена в боях, но слишком уж она велика, столько Галина Юрьевна уже ни готовит, задумалась о том, что дожила до того дня, что при четырёх сковородках ей буквально пожарить не на чем, и пошла в магазин, а там такое разнообразие сковородок из новых современных сплавов, глаза её разбежались, но выручила милая девушка, которая скучала в своём отделе, она-то сказала ей, что самые лучшие сковородки нынче делают с добавлением камня, объяснила, как ими пользоваться и подобрала её то, что нужно, дома, все её сковородки Галина Юрьевна немедленно вынесла, и теперь пользуется новой сковородкой, подумывая о том, чтобы приобрести ей пару из подобного материала, другого размера.

- После 19-го, когда я тебя засёк с Курочко, я могу думать всё что угодно! Моя психика сломана... До 19 такого со мной никогда не было... Впрочем, как ты поливала меня: я замужняя женщина... Сильнее к Богу не пошлёшь...

- У меня не было никакого умысла навредить твоей психике, прости! Только я тоже не могу похвалиться здоровьем психики своей, видимо я произвожу впечатление человека, которого можно обижать, но это не так. Упрёки и обиды меня ранят не менее. чем тебя. Доброго вечера!

- Я всё время, набирая твой номер говорю себе: сейчас она отключится, я не успею ей что-то хорошее сказать... И точно - бац, и отключилась! Всё время, постоянно...

- Я даже подумать не могла, что не нужно первой отключаться, исправлюсь, буду постоянно на связи. Вадичка, любимый, я с тобой ни на минуту не расстаюсь! Просто боюсь показаться навязчивой...

В минуты отчаяния всё сущее становится инфернальным, невольно ищешь Вергилия, чтобы успокоил и поводил по самым жутким кругам, не так ли мы блуждаем по жизни, постоянно отгоняя инфернальные мысли, цепляясь только за радужные, но обстоятельства неумолимо погружают нас в адские муки, одержимые бурными страстями близкие люди не могут успокоиться до тех пор, пока не доведут до полного смятения беспомощную женщину, не вызовут в её душе великий гнев, чтобы вспомнить из Мандельштама: "Легче было вам, дантовых девять // Атлетических дисков, звенеть. // Не разнять меня с жизнью, - ей снится // Убивать и сейчас же ласкать...".

Хорошо в эти моменты сварить в турке кофе. Ведь турки тоже рекламируют, великолепные медные турки, да к тому же ручной работы, не заводские, а от частных мастеров, не для обычного, а для правильного кофе, но прежде чем варить его, нужно подготовить зернышки кофе, положив их специальной серебряной ложкой с длинным черенком в ручную медную мельницу, не спеша вращать ручку, напевая и вдыхая умопомрачительный аромат кофе, получив нужный помол, сначала следует добавить несколько кристаллов соли в турку, предварительно подогрев её дно, затем - 3 ложки кофе на две кофейные чашечки, налить мягкой воды и, помешивая, довести до кипения, соблюдая свои секреты, например, плеснуть чуть-чуть холодной воды, чтобы "осадок осел", только после этого туку ставят на стол, прежде чем налить кофе в чашечки, следует вспомнить историю появления турки в доме, приправив её легендой о мастере.

Вадим Сергеевич стал вслух неспешно размышлять:

- Вера, доверие, ревность, вер и рев, инверсия словообразования, ревность есть самый сильный синоним любви, я тебя ревную, значит, очень сильно люблю, верю тебе и реву без тебя, когда человек перестает ревновать, кончается любовь и начинается свободный секс (пошлость, попса, бездуховность), потому что ревнуют в любви любимого человека, а когда любовь кончается, начинается блядство, вот поэтому блядей не ревнуют, и сами бляди удивляются: "Я не знала, что ты такой ревнивый!", - говорят очередному партнёру, который вдруг в неё (в него) влюбился, как не испытывают ревности животные, к которым принадлежит бездуховный человек, но высшая любовь перенасыщена ревностью, потому что здесь царит истинная ревнивая с верой любовь, диктует поведение доверительная ревность, потому что во главе угла у человека мыслящего, культурного, воспитанного, интеллигентного стоят совесть и душа (Слово), поэтому так мало нас, служителей прекрасному, недостижимому идеалу (Господу, в моём понимании, постоянной победы высшего над низменным, человека над зверем).

Раздвоение личностей... И в этом состоянии живут очень многие... Ну, "Анна Каренина"... А тут Вадим Сергеевич глянул одним глазком фильм о маршале Жукове... Трое жен было, с одной зарегистрирован, другая на фронте ппж, третья медсестра... Невольно понимаешь, в какие психологические дебри он завёл Галину Юрьевну. То есть они переживали такой период взаимоотношений, когда оба заглублялись в неимоверные сложности...

Всхлипнув едва слышно, ох эти слёзы, они знакомы ей, очистительные и целительные слёзы - источник обретения себя, душевного роста, выражения чувств, Галина Юрьевна сказала:

- А как же быть с моими переживаниями и чувствами, ты упиваешься своими, а я пытаюсь держаться ровно и спокойно, а внутри - шторма и бури, я имею право на отчаяние! Мне плохо!


"Наша улица" 257 (4) апрель 2021