# Конец сказки

Лариса Ильинична Седакова

Стихотворения взяты из сборников "Конец Сказки" и "В том краю..."

Конец сказки


Стихотворения взяты из сборников: "Конец сказки" и "В том краю...".


КОНЕЦ СКАЗКИ

Все, кончено, мы сбрасываем маски,

Рукой с лица стираем липкий пот,

Мы, как могли, сыграли в этой сказке,

Хотя, быть может, все наоборот:


Не мы в нее, а в нас она играла,

Переиначивая каждый миг,

Стать лиходея принцем заставляла,

И к этой роли он почти привык.


Здесь ведьма воплощала роль принцессы,

Венки из одуванчиков плела,

А ангелов играли злые бесы,

Им Белоснежка матерью была.


Здесь каждой твари выдали по паре,

И состоит с царицей в браке шут,

Никто не волен изменить сценарий,

И роль героя воплощает плут.


Всем трудно говорить чужие речи

И маске наспех выбранной служить,

Но кончен бал, мы погасили свечи,

И можно всем своею жизнью жить:


Царю царить, царице улыбаться,

Шуту шутить, герою победить,

Злодею воле Божьей подчиняться,

Чтоб знать, кого и где ему убить,


Дурить доверчивых и жадных бесам

И над землею ангелам парить,

С прекрасным принцем в брак вступать принцессе,

А нам с тобою чудеса творить.


НАЧАЛО

Легко, как в пальцах сигарета,

Пожарами своих закатов

Сгорает северное лето,

И не сыскать нам виноватых,

Что дни несутся под уклон

И им наносят свой урон

И Петр и Павел и Илья,

Даря всему свои пределы,

Давай присядем ты да я

Решать, как будем делать дело.

Пускай глаза еще боятся,

Но руки чешутся и вот

Нам даже сны почти не снятся

Так быстро мы пошли вперед.

Мы день за днем дорогу торим,

Не суетимся и не спорим,

Долбим как дятел головой

Все ты да я, да мы с тобой,

А кто-то жнет, хоть и не пашет,

Летит, а крыльями не машет,

Да только что ни выбирай,

Жизнь на земле для всех не рай,

Поэтому, мой друг, не сетуй

На дождь, на северное лето,

А, помоляся, начинай -

Придет на землю новый май.


СЛЕДЫ

Я оставила след на бескрайнем заснеженном поле,

На зеленой траве и пожухшей осенней листве,

В каждом деле своем, в каждом даже пустом разговоре

Я следы оставляла везде, где ступала, везде.


Я оставила след под водою в глубоких тоннелях,

Под водою, когда я ныряла на самое дно,

И на небе большом, и в почти что невидимой щели,

И везде, куда зоркое око проникнуть могло.


Я следы оставляла железным пером на бумаге,

Я узорами букв испещряла пустые листы,

Этот труд не под силу ни черту, ни богу, ни магу,

Только в силах людей быть с бумагою белой на ты.


Снег растаял и стал быстротечной прозрачной водою,

Пожелтела трава, стали тленом сыпучим листы,

А слова разошлись с безымянной молвою людскою,

И забыли давно, что когда-то сказала их ты.


Не осталось следов там, где об руку шли мы с тобою,

Их засыпал песок, завалила сырая земля,

И сверкающим днем, и застывшей вечерней порою

Не помянет никто, как гуляла с тобою здесь я.


ПТИЦА

В чистом зеркале Кюль-Сая

Я мечтаю отразиться,

Над горами пролетая,

Как летают только птицы.


Возле озера гуляя,

Родиолой насладиться,

Чтобы жить не уставая,

Как живут одни лишь птицы,


Родниковою водою

И напиться, и умыться,

Ничего не взяв с собою,

Быть свободным, словно птица.


А когда иссякнут силы,

Я б хотел с Кюль-Саем слиться,

Чтоб ни камня, ни могилы

Так, как умирают птицы.


МАЛЬЧИК МОЙ

Луч закатный светом изумрудным

Попрощался ласково с тобой,

Мальчик мой, пусть будет беспробудным

Сон твой легкий под морской прибой,


Райские пускай сомкнутся кущи

До утра над буйной головой,

Будет каждый грех тебе отпущен,

Даже тот, что был у нас с тобой,


Даже всё, что нас с тобой связало,

Двадцать долгих лет тому назад,

Все слова, что я тебе сказала,

Волосы целуя и глаза,


Станут просто сном и в одночасье

Рана наконец-то заживет,

Запоет беспечно птица счастья,

Та, что не за тридевять живет.


Завтра утром пусть тебя разбудит

Солнца луч и нежный шелест крыл,

Сниться никогда тебе не будет

Сладкий сон, как ты со мною жил.


О ПОЛЬЗЕ ВЫНИМАНИЯ КОСТОЧЕК

ПРИ ВАРКЕ ВИШНЕВОГО ВАРЕНЬЯ

Как страшно косточкам вишневым

Проснуться в сахарном аду

С сознаньем, что весною новой

Им в райском не шуметь саду.


Вот декорации Эдема

В глухие наши времена

И вот навязчивая тема -

Он ест десерт и ждет она.


Свою ленивую хозяйку,

За костью сплевывая кость,

Ругает мысленно за байки

Очередной вечерний гость,


И каждый следующий плевок

Их разделяет понемногу,

И вот, обрыдший ей итог

Летит обвалом на дорогу,


Но с косточкой последней взгляд

Коснулся глаз ее скоромных,

Она от головы до пят

Была полна желаний томных,


Развязку предоставив утру,

Он придержал чуть-чуть роман,

Вдохнул знакомый запах пудры,

Шепнул положенный обман.


ЛЕСУ

Я здесь росла в счастливом окруженье

Сырых тропинок, чащи и грибов,

Я им свое дарила восхищенье

Они в ответ - священную любовь.


Я растворялась в запахе осины,

Я не пугала зайцев и ежей,

Олень ко мне являлся благочинно,

Минуя сети хитрых сторожей,


Мы вместе улыбались их ловушкам,

Ведь не было в коварстве их вины,

Они к нам относились как к игрушкам,

А мы для счастья были рождены.


ВЕСНА

Еще весна была весною света,

И на ночь умолкала трель ручьев,

И не была придумана и спета

Мелодия влюбленных соловьев.


И все стремилось к жизни предстоящей

И к предстоящей благостной поре,

И глухари искали место в чаще

Для будущих сражений на заре,


И крепли мать-и-мачехи бутоны,

И знала прошлогодняя трава,

Что полны бесполезным перезвоном

Седой зимы последние слова.


Как скатерть, под кустами снег зернистый

Нас приглашал на будущий обед,

Когда в траве под пологом тенистым

Зажжется первых ягод алый цвет.


АМАЛТЕЯ

Благоговея и немея

Пред гулкой летнею грозой,

Я вспоминаю Амалтею,

Которая была козой.


Какое поприще простое

Давать парное молоко,

И Крон до срока жил в покое,

И Зевс в пещере далеко


Еще отцу был неопасен,

Еще не смел играть грозой,

Был ликом детским чист и ясен

И силой мерился с козой.


Она словам его внимала

И в такт махала бубенцом,

Она всех лучше понимала,

Как ненавидим он отцом.


Но время шло неумолимо,

И как-то раз в полдневный зной

Все кончилось неотвратимо,

Но не расстался Зевс с козой,


Служа эмблемою Кронида

И сенью всем его богам,

Коза, в посмертии эгида

Внушала страх любым врагам.


АМАЗОНКА

Из козьей шкуры распашонка

И крохотный блестящий шлем,

Играй, покуда, амазонка,

Расти на радость всем.


Сегодня ты еще девчонка,

Не утомленная ничем,

Мужчин здесь нету, амазонка,

Не наш удел семейный плен.


Зажата в кулачок ручонка,

Ты боль не выкажешь ничем,

Грудь выжигают амазонке,

Но плакать ей нельзя совсем.


Ей снится яростная гонка

И не сравнимая ни с чем

Борьба, мужайся, амазонка,

Сомненья глупые зачем?


Мужчина дал тебе ребенка,

Так что же плачешь ты, над чем,

Молчи скорее, амазонка,

Мы избегаем этих тем...


МОИМ НЕДРУГАМ

Я посвящаю недругам стихи,

Я не боюсь, пускай себе читают,

Я не пишу об их делал лихих,

Пусть думают, что я о них не знаю.


И я не вспоминаю вслух врагов,

Их обсуждать себе не позволяю,

Я в строчках посвященных им стихов

Их только, как умею, восхваляю.


Я до конца пытаюсь их принять,

Я в них черты людские выявляю,

Ведь даже зверь свою ласкает мать,

Когда к соскам счастливо припадает,


Ведь даже дьявол, властью упоен,

Пронзает жертву силой сладострастья

И, погрузив ее в волшебный сон,

Дает иллюзию любви земной и счастья.


Ведь даже бог, чтоб непрозрачным быть,

Людской порок собой одушевляя,

До срока роли обречен служить,

Игрой наивной небо забавляя.


Ведь даже ангел, к нам с небес сошед,

Принужден есть, дабы не выделяться,

И по земле идя, оставить след,

Чтоб человеком средь людей казаться.


НАСТАНЕТ ДЕНЬ...

Настанет день, и я, скользнув ногою

По тонкому зеленому ковру

Лесов Земли, сознанье успокою,

А это будет значить, я умру.


Я замолчу, глаза свои закрою

И перестану думать и спешить,

И стану, кем была - песком, рекою,

А это значит, буду вечно жить.


И в том моем едином настоящем

Приснится мне беспечный хоровод

Тянь-шаньских елей в заповедной чаще

И на реке московской ледоход.


И в тех мирах, откуда нет возврата,

В стране безмолвия без лета и весны

Увижу то, что снилось мне когда-то,

Увижу я мои земные сны,


В которых будут снежные лавины

Средь тишины бескрайних синих гор,

Под вешним солнцем стонущие льдины

И звезд земных немеркнущий шатер.


И в тех мирах, откуда нет возврата,

Где нет ни слез, ни тяжести земной,

Приснится мне, как я была богата

Земной любовью, ею лишь одной.


х х х

Кому-то лакомы объедки наши,

Лениво полусонный пес глядел,

Как пестрый дятел с полным клювом каши

Позавтракать на дерево летел,


Такое дятлу не могло присниться,

Что кто-то в праздной сытости живет,

А он принужден головою биться,

Не отдыхая круглый божий год.


Кем надо быть, наверное, думал дятел,

Чтоб просто так давали червяков,

И лаял пес мой кстати и некстати,

И сыпал дождь из низких облаков.


ЛУЧНИЦА

Лук мой, лук со стрелой заговоренной,

С тонкой, словно струна, тетивой,

Долго ль жить мне старухой задворенкой,

Позови - полечу за тобой!


Я глядела в окошко убогое

Три и тридцать отмеренных лет,

Как лежит за заросшей дорогою

Разноцветным ковром белый свет.


Но однажды мелодией новою

Разбудили поутру меня,

Это конь мой железной подковою

Бил о снег, медной сбруей звеня.


Распрямилася шея согнутая,

Сердце прежним согрелось теплом,

В чем одета была и обута я,

В том и вышла во двор за седлом.


Поднялася по первому зову я,

Вдела ноги легко в стремена,

Здравствуй, зорька моя бирюзовая,

Здравствуй, снежных равнин пелена!


Я коня буйной скачкой порадую,

После спячки нам удержу нет,

Кто осмелится стать нам преградою,

Вновь дурманом застлать белый свет?


Все дорогой расколото надвое,

Все летит за обочиной вспять,

Ветра свист, оглянуться мне надо бы,

Да не хочется скорость терять.


ТЕМ, КТО УШЕЛ

Со мной лишь тот, кто от меня уходит,

Чтоб до скончанья вспоминать потом,

Как пели мы в саду ли в огороде

Под елью, где большой хрустальный дом.


Под эту песню поднимались пешки

И каждая спешила стать ферзем,

И, как из рога, сыпались орешки

На нас с небес сверкающим дождем.


Мы разгрызали твердые скорлупки

И щедро раздавали изумруд,

И золотом блистали наши шубки,

И был не в тягость нам привычный труд.


ОКЕАН НАДЕЖДЫ

Осталось мало нас средь многих,

Отправленных в нелегкий путь,

Кто сохранил и ум, и ноги,

И сердце, чтоб вздымалась грудь.


Так кто за нас теперь в ответе

И чьей неистовой рукой

Нас разбросало по планете

Искать и не найти покой,


Искать пристанища и хлеба

И ждать, когда придет черед

Нам отслужить земле и небу

И снова двинуться вперед.


...Лишь стоит опустить мне вежды,

Как снова вижу - наш с тобой

Челн океанами надежды

Плывет в лазури голубой,


И вот уж виден берег мглистый,

Вот мгла рассеялась и там

Наш ослепительный и чистый

Никем не оскверненный храм.


ОЛЬГА

Однажды в начале десятого века

Князь Игорь на Псковскую землю попал,

Оленя увидел, взглянув через реку,

И лодку позвал, и взошел на причал,


А правила лодкой прекрасная Ольга,

И князю понравилась девушка так,

Что он не таясь и не медля нисколько,

Склоняет ее ко вступлению в брак.


А Ольга и в старости насмерть сражала

Пресыщенных и именитых мужчин,

Древлянского князя красавице мало

Сражен наповал василевс Константин,


Ах, Ольга, российская копия Сарры,

Твое житие на прошло впопыхах:

Египет и Киев, Царьград и Герара

Стоянки на двух параллельных путях.


Когда ж окрестилась великая Ольга,

Молился Перуну сынок ее князь,

Нещадно он бил василевса нисколько

Возмездия Божия не убоясь.


По ней не справляли языческой тризны,

Смогла она с Богом в душе опочить,

Внук Ольги Владимир пример ее жизни

Поднял и возвел во вселенский почин.