# День Первый

Лариса Ильинична Седакова

ДЕНЬ ПЕРВЫЙ

Давно, еще в начале сотворенья

Единый Бог сомненья превозмог

И сотворить решил разъединенье,

Творец иначе поступить не мог.


И он свою направил колесницу,

И описал в пространстве ровный круг,

Но, чтобы сделать зримою границу,

Явился конь с ярмом и острый плуг,


Ратай пошел за ними бороздою,

На небе утверждая рубежи,

Он был отмечен каждою звездою,

Что пролетала около межи.


И весть о пахаре проникла всюду

От ярких звезд до крошечных планет,

И все они дивиться стали чуду,

И неразлучны стали тьма и свет.


ГЛИНА

Привет тебе, податливая глина

И, призванный кружить, гончарный круг,

Вас сотворив, Бог вылепил мужчину,

Измазавши изрядно пальцы рук.


Великому создателю покорна,

За несколько божественных минут

Явилась удивительная форма

Живой души прекраснейший сосуд.


Вдохнув ее в пустую оболочку,

Тем первым насладившись ремеслом,

Он, залепив сосуд, поставил точку

На голове сияющим перстом.


Свою подобье возлюбив как сына

И претворив весь план, подумал Бог,

Что как-нибудь вновь сплавит воедино

Разъятые им глину и песок.


СОДОМ И ГОМОРРА

В садах библейского Содома,

Где мужеложество не грех,

Жил Лот в стенах родного дома

Безгрешней всех.

Он был примерным семьянином,

Нашел мужей для дочерей

И по обычаям старинным

Любил гостей.

Когда два путника усталых

Явились с миссией в Содом,

Он угощать усердно стал их,

Пустив в свой дом.

Но содомлянам озверелым

И зело жадным до утех

Хотелось ангельского тела

Ну, как на грех.

В Содоме будет преисподня,

Осталось несколько часов

До кары огненной господней

Из облаков.

Такой на город жаркий пламень

Нашлет Всевышнего рука,

Что станет пеплом даже камень

На все века.

Спаслось из ада только трое,

Но дочкам где найти мужей,

Когда они для всех изгои,

Пей, Лот наш, пей!

И Лот наш пил, не помня спьяну,

Кого в постели обнимал,

Кого по пьяному дурману

Он целовал.

И вот двух мальчиков здоровых

Прижили дочери с отцом,

Румяных и крепкоголовых,

И все с концом.

Простите, люди, их, простите,

Простят когда-нибудь и вас,

Есть где-то и для них обитель,

Так в добрый час!


ИЗМАИЛ

Кочевнику зачем беречь зерно для сева,

Он агнца, а не хлеб возложит на алтарь,

Росли его стада, но тощим было чрево

Жены его и тут он взял себе Агарь.


Египет научил рабыню своеволью,

Агарь носила плод, играя и шутя,

Наполнила она жизнь Сары новой болью,

Произведя давно желанное дитя.


Был Измаил в душе как мать его свободным,

Он с детства пас стада и он не мог не знать,

Что плодовитым быть почетней, чем бесплодным

И стал он защищать, как мог, пред Сарой мать.


Надеялась Агарь на право первородства,

Но тут Господь явил Авраму новый знак,

Утратила раба былое превосходство,

Когда пришел в семью законный сын Исак.


А Сара, утвердив себя в любимом сыне,

Велела с глаз долой египтянку прогнать,

Вот с тех далеких пор две женщины пустыни

Потомков обрекли без смысла враждовать.


СМЕХ.

Тот первый в мире водевиль

Нам патриархи подарили,

А в нем бездетная Рахиль

И гордая потомством Лия.


Там Яков, обобрав Исава,

Пошел служить за двух сестер

И начал плыть по гребню славы,

А брат у брата брал с тех пор.


Там знал Ревекки брат Лаван,

Как юноши любви послушны,

И в хитро спрятанный капкан

Попался Яков простодушный


И козни плодовитой Лии

Его ничуть не отрезвили

И от любви не пробудили

К овечке ласковой Рахили.


С тех пор, поддавшись на обман,

Себя вверяешь ты обману,

Ведь где-то ждет нас интриган,

Подобный жадному Лавану.


Там все отмерено безменом:

Похлебка, девственность, овца,

Но юмор не имеет цену,

Как нет цены дарам отца,


Там собственность святая - смех -

Во дни торжеств и унижений

Была дороже всех утех

Как истинный и чистый гений.