# Наташа Ростова и кузина Соня. Перечитывая Л. Толстого

Лариса Ильинична Седакова

Круглую сироту, племянницу графа Ильи Андреича Ростова Соню привезли в его богатый дом, когда ей было лет шесть. Они с родной дочерью графа Наташей выросли на равных и были лучшими и неразлучными друзьями, их даже одевали в одинаковые платья. Вначале малозаметное различие между ними с годами разделило их судьбы непреодолимой пропастью. Наташа росла независимой, свободной, раскованной и была всеобщей любимицей. Она была очаровательной и веселой. Она не разделяла убеждения красивой и правильной Сони, которая, раз полюбив кузена Николая, продолжала спокойно и преданно любить его всю жизнь. Бесприданница Соня зависела от Ростовых и была человеком подневольным, робким и покорным. Она была бесконечно благодарна своим благодетелям и всей душой хотела отплатить им за то добро, которое они ей сделали. Ей нечем было сделать это, кроме самопожертвования. И она пожертвовала для их блага и своим счастьем, и своей единственной в жизни любовью к кузену Николаю. В финале романа Наташа счастливая жена и мать, а одинокой Соне остается только радоваться чужому счастью, что она и делает с искренностью и смирением перед своей сиротской долей.

НАТАША РОСТОВА И КУЗИНА СОНЯ

ПЕРЕЧИТЫВАЯ "ВОЙНУ И МИР"


Введение

Круглую сироту, племянницу графа Ильи Андреича Ростова Соню привезли в его богатый дом, когда ей было лет шесть. Они с родной дочерью графа Наташей выросли на равных и были лучшими и неразлучными друзьями, их даже одевали в одинаковые платья. Вначале малозаметное различие между ними с годами разделило их судьбы непреодолимой пропастью. Наташа росла независимой, свободной, раскованной и была всеобщей любимицей. Она была очаровательной и веселой. Она не разделяла убеждения красивой и правильной Сони, которая, раз полюбив кузена Николая, продолжала спокойно и преданно любить его всю жизнь. Бесприданница Соня зависела от Ростовых и была человеком подневольным, робким и покорным. Она была бесконечно благодарна своим благодетелям и всей душой хотела отплатить им за то добро, которое они ей сделали. Ей нечем было сделать это, кроме самопожертвования. И она пожертвовала для их блага и своим счастьем, и своей единственной в жизни любовью к кузену Николаю. В финале романа Наташа счастливая жена и мать, а одинокой Соне остается только радоваться чужому счастью, что она и делает с искренностью и смирением перед своей сиротской долей.


Близость и отличия

между Наташей и кузиной Соней

Двоюродные сестры Соня и Наташа были очень дружны и, казалось, что в семье они на равных, и даже одевали обеих одинаково. "Они были в одинаковых, новеньких, голубых платьях, - свежие румяные, веселые". У них было общее детство и отрочество, общие воспоминания, которые для шаловливой и любимой всеми Наташи были яркими и объемными, а для зависимой и нелюбимой Сони - тусклыми и бесцветными. Наташа и Николай нередко "перебирали, улыбаясь, с наслаждением воспоминания", "впечатления из самого дальнего прошедшего, где сновидения сливаются с действительностью". "Соня, как всегда, отставала от них, хотя воспоминания их были общие. Соня не помнила многого, из того, что они вспоминали, а и то, что она помнила, не возбуждало в ней того поэтического чувства, которое они испытывали. Она только наслаждалась их радостью, стараясь подделаться под нее". Она помнила хорошо только свой "первый приезд" в дом Ростовых. "Соня рассказала, как она боялась Николая, потому что у него на курточке были снурки и ей няня сказала, что и ее в снурки зашьют". Это первое впечатление навсегда поселилось в ее душе, и она всю свою жизнь немного побаивалась кузена. Судя по тому, что Наташа помнила приезд Сони, ей было на тот момент года четыре, тогда Соне было шесть, а Николаю - одиннадцать лет.

Соня, Софья Александровна была племянницей графа Ильи Андреевича. Чьей именно она была дочерью, сестры или брата графа из текста не следует. Семья графа проживала в богатом и большом "всей Москве известном доме графини Ростовой на Поварской", граф был примаком, жил в доме богатой жены и транжирил ее приданое. "Соня графиню и считала и называла матерью", хотя графиня говорила, "что никогда не признает эту интриганку своей дочерью". "Я так благодарна вам, что рада бы всем пожертвовать, но мне нечем", "я так люблю и ее, и всех вас", - эти и подобные слова Соня повторяла не единожды. Неистребимое чувство благодарности и любви к семейству Ростовых за то, что они и пригрели, и воспитали Соню, дали ей семью и дом, прошло через всю ее сиротскую жизнь и сделалось для Сони смыслом существования. Все это создало и укрепило в ее душе желание отплатить добром за сделанное ей добро, которое Соня могла удовлетворить только одним путем - пожертвовать чем-то на благо семьи Ростовых. То есть не взять что-то важное и значимое себе, а безвозмездно отдать им для их блага и процветания. Этому она посвятила всю свою оплаченную деньгами Ростовых жизнь.

Соня была близким другом Наташи вплоть до 1812 года, когда после смерти князя Андрея, это место заняла княжна Марья. "Между ними установилось чувство, сильнейшее, чем дружба; это было исключительное чувство возможности жизни только в присутствии друг друга". Позднее, в 1820 году "Наташа призналась искренно в том, что она видит превосходство Мари". В начале романа Соня выглядела как ровня Наташи, а к концу повествования превратилась в принадлежность дома. Она "дорожила, казалось, не столько людьми, сколько всей семьей. Она, как кошка, прижилась не к людям, а к дому. Она ухаживала за старой графиней, ласкала и баловала детей, всегда была готова оказать те мелкие услуги, на которые она была способна; но все это принималось невольно с слишком слабою благодарностию...". В доме кузена Николая и его жены Марьи, в котором Соня проведет остаток своих дней, в ее обязанность входило сидеть "уныло и упорно за самоваром" и разливать чай. Из друга Наташи Соня превратилась в подобие "старушки барышни Беловой", всегда жившей приживалкой в доме старой графини Ростовой и составлявшей ей компанию.

В 1805 году обе двоюродные сестры в первый раз влюблены, каждая в своего кузена: Наташа - в Бориса Друбецкова, а Соня - в Николая Ростова. Обе они "уже все решили, как будет", обе мечтают о будущем счастье. В то время они еще так близки, что несчастье Сони немедленно и априори становится несчастьем и для Наташи, которая "заревела, как ребенок, не зная причины и только оттого, что Соня плакала". "Наташа плакала", "обнимая друга". Тяжкая беда Сони была в том, что Вера нашла у нее на столе стихи, которые "сам Николай написал" Соне "и сказала, что покажет их маменьке, и еще говорила, что я неблагодарная, что маменька никогда не позволит ему жениться на мне, а он женится на Жюли". (Жюли Каргина была из богатейших невест Москвы и оттого старая графиня пыталась сосватать ее за Николая). Соня, как и Вера, также завидовала Наташе, хотя ни та, ни другая не могли бы в этом признаться. "Тебе хорошо...Я не завидую...Я тебя люблю, и Бориса тоже", "для вас нет препятствий", а "ежели маменька" "скажет, что я порчу карьеру Николая, у меня нет сердца, что я неблагодарная". В 1806 году Соня считала все это несправедливым и задавала настойчивый вопрос: - "За что?". Наташа не может быть счастливой одна, ей непременно нужно, чтобы и ее друг Соня также была счастлива. "И она целовала ее, смеясь. - Вера злая, бог с ней! А все будет хорошо, и маменьке она не скажет; Николенька сам скажет, и он и не думал о Жюли".


Самопожертвование Сони

В 1805 году Николай стал гусаром и уехал в армию, а в начале 1806 года приехал в родительский дом в отпуск, будучи уже офицером. "Соне минуло уже шестнадцать лет и она была очень красива" и "была такой друг" Наташи, что она руку "сожгла, чтобы показать ей любовь". Брату Наташа "показала на своей длинной, худой и нежной ручке под плечом" "красную метину". Она "просто линейку разожгла на огне да и прижала". "Мы так дружны, так дружны!", "мы навсегда друзья", с восторгом все повторяла Наташа. Однако, при всей близости сестер было между ними одно серьезное отличие, Соня была однолюб и она уже сделала свой единственный выбор, а Наташа постоянством не отличалась и удивлялась, глядя на Соню: - "Она кого полюбит, так навсегда. Я этого не понимаю. Я забуду сейчас". Соня в глубине души понимала, что графиня никогда не допустит ее брака со своим сыном. К тому же она по внутреннему благородству души не могла пойти против воли женщины, заменившей ей покойную мать. Удел самопожертвования как благодарность за то, что Ростовы воспитали ее в своей семье, с годами становился все ближе и притягательнее для ее сиротской натуры. Она решила сама отказаться от своей первой и единственной любви. Она дважды сделала это, в первый раз в 1806 году через Наташу, которая торопилась передать брату слова Сони. "Ты помнишь пред отъездом...Так она говорит, что ты это все забудь... Она сказал: я буду любить его всегда, а он пускай будет свободен", - говорила Наташа брату. В сентябре 1812 года Соня окончательно возвратит Николаю данное слово жениться на ней. Она сделает это документально, написав ему орошенное слезами письмо. "Любовь моя имеет одною целью счастье тех, кого я люблю; и потому я умоляю вас, Николя, считать себя свободным и знать, что, несмотря ни на что, никто сильнее не может вас любить, как ваша Соня".

В начале романа Соня ревнует Николая к Жюли, а он утешал ее. "Соня! Мне весь мир не нужен! Ты одна для меня все, - говорил Николай. - Я докажу тебе". В 1806 году она уже только любуется им издали, не смея ревновать. Тогда он, бравый гусар совсем почти "разошелся с Соней". "Тайные поцелуи с Соней", "все это ребячество, от которого он неизмеримо был далек сейчас". "У него знакомая дама на бульваре, к которой он ездит вечером", он - "красивый гусарский поручик, ловкий танцор и один из лучших женихов Москвы".

В начале 1807 года Наташа и Соня все еще идут по жизни бок о бок. Они обе одновременно получают предложения руки и сердца, Соня - от Долохова, а на следующий день Наташа - от Денисова. Обе сестры отказывают женихам, но делают это совсем по- разному. "Долохов был приличная и в некоторых отношениях блестящая партия для бесприданной сироты Сони. С точки зрения графини нельзя было отказать ему". Узнав о решительном и бесповоротном отказе Сони, Николай решил объяснится с ней и "это был первый раз, что они в этот приезд говорили с глазу на глаз и о своей любви". "Ежели вы откажетесь для меня, то я должен вам сказать всю правду", "я просто ничего не обещаю". "Потом я молод. Мамаша не хочет этого". "Я уж отказалась, - сказала она поспешно". "Я люблю вас как брата и всегда буду любить, и больше мне ничего не надо". "Вы ангел, я вас не стою, но я только боюсь обмануть вас. - Николай еще раз поцеловал ее руку".

Долохов, для которого Соня стала той единственной, которую он тщетно искал всю жизнь, разглядел в ней ангельскую душу первым. "Я не встречал еще той небесной чистоты, преданности, которых я ищу в женщине. Ежели бы я нашел такую женщину, я бы жизнь отдал за нее". "Ежели я еще дорожу жизнью, то только потому, что надеюсь еще встретить такое небесное существо, которое бы возродило, очистило и возвысило меня". Только "кузина твоя влюблена в тебя. Я знаю", - так говорил Долохов Ростову. Еще раньше он говорил ему, "что ты не понимаешь этого", того, что значит небесная женская душа для спасения отчаявшейся обрести покой и счастье души мужчины. Впрочем, в этом Долохов при всем своем великолепном знании людей ошибался. Николай не меньше Долохова нуждался в союзе с ангельской душой. Он связал свою судьбу и сделал матерью своих детей другую ангельскую и живущую самопожертвованием женщину - княжну Марью Болконскую. К концу романа оба земных ангела - Соня и Марья - жили с ним под одной крышей в Лысых горах и каждая осеняла его своей любовью. Обе любящие Николая женщины, Соня и Марья по сути двойники, Соней помыкала графиня, которую она считала маменькой а Марьей - родной отец. Обе безропотно принимали свою участь и не протестовали, не обижались, не жаловались, а продолжали все также безответно и молча любить своих домашних мучителей.

В тот вечер начала зимы 1807 года, днем которого Соня уже отказала жениху, а Наташа еще только на следующий день должна будет получить предложение от Денисова, был бал у танцевального учителя Йогеля. Там "Ростовы барышни были из лучших. Они обе были особенно счастливы и веселы в этот вечер. Соня, гордая предложением Долохова, своим отказом и объяснением с Николаем", а Наташа "не менее гордая тем, что она в первый раз была в длинном платье, на настоящем бале, была еще счастливее". Как всегда, сестры были одинаково одеты. "Они были в белых кисейных платьях с розовыми лентами". На этом бале Наташа вскружила голову Денисову, но отказала жениху совсем не так решительно и бесповоротно, как это сделала Соня. "Василий Дмитрич, мне вас так жалко!.. Нет, но вы такой славный...но не надо... это...а так я вас всегда буду любить". Наташа "начала громко всхлипывать". Соня всю жизнь преданно любила одного Николая, а Наташа любила всех и боялась обидеть каждого. "Наташа сделалась влюбленной с самой той минуты, как она вошла на бал. Она не была влюблена ни в кого в особенности, но влюблена сразу во всех. В того, на кого она смотрела в ту минуту, как она смотрела, в того она и была влюблена".


Разные натуры и судьбы

По мере того, как кузины Наташа и Соня взрослели, разница между ними становилась все отчетливей, а линии их судеб все сильнее начинали расходиться. Неуемность натуры, поэтическое очарование, тяга к красоте и любованию прекрасным, музыкальность и певческий талант, заряд энергии, сила жизни все отчетливей и ярче проступали в Наташе и переполняли ее через край. На этом фоне Соня, хотя и была хорошенькой, но все более и более превращалась в тень своей кузины, делалась только фоном для ее искрометной натуры. Обыденность жизни с ее мелочными заботами, трезвый и правильный подход ко всему все явственнее проступали в характере Сони, а неукротимый темперамент, веселость и жажда любви - в натуре Наташи. В Отрадном, во втором часу ночи Наташа любуется полной луной, она "совсем высунулась в окно" и не дает спать Соне, которая не разделяет потребности Наташи любоваться красотой ночи, а только боится что она упадет и разобьется и сетует, что уже поздно и Наташа мешает ей спать..

В Соню после Долохова никто уже больше не влюблялся. Вокруг Ростовых просто не встречалось более таких порочных, но при этом жаждущих очиститься посредством союза с ангелом людей, как этот беспутный и отчаянный человек. Наташа продолжала кружить голову молодым людям и в 1809 году покорила сердце кузена Бориса Друбецкого, с которым у нее был когда-то детский роман. Наташу "он знал четыре года тому назад, а потому, когда вошла совсем другая Наташа, он смутился, и лицо его выразило восторженное удивление. Это выражение его лица обрадовало Наташу". "Женитьба на ней - девушке почти без состояния - была бы гибелью его карьеры, а возобновление прежних отношений без цели женитьбы было бы неблагородным поступком. Борис решил сам с собой избегать встреч с Наташей", но притягательность Наташи была настолько велика, что он "приехал через несколько дней и стал ездить часто и целые дни проводить у Ростовых". Наташа "казалась по-старому влюбленной в Бориса", и "каждый день он уезжал в тумане".

"Одни из любимых наслаждений матери и дочери", старой графии и Наташи были "ночные посещения Наташи, совершавшиеся до возвращения графа из клуба". На этот раз лицо дочери "поразило графиню своею особенностью серьезного и сосредоточенного выражения". Ясно было, что предстоящий разговор с матерью был очень важным и значимым для нее. Графиня укоряла дочь, говоря, что "тебе шестнадцать лет, в твои годы я была замужем", что ты Борису "вскружила совсем голову", но "тебе нельзя выйти за него замуж", "оттого, что он беден, оттого, что он родня... оттого, что ты и сама не любишь его". "Ну, не выйду замуж, так пускай ездит, коли ему весело и мне весело. - Наташа, улыбаясь глядела на мать. Не замуж, а так - повторила она". Наташа полностью пребывала во власти чувств, они настолько сильно овладевали ею, что она не могла самостоятельно управлять их потоком. Ей необходимо было, чтобы кто-то извне остановил тот ее душевный порыв, подчиняясь которому она хотела бы любить всех вместе и каждого в отдельности и никого при этом не обидеть. Дочери нужно было, чтобы мать вместо нее приняла решение и ответила на вопрос - настоящее чувство или нет, в самом деле Наташа любит или это просто минутный каприз и можно ли продолжать общение с тем, кто без памяти в нее влюблен или все это пора прекратить. В том случае, если мать принимает решение вместо Наташи, то тогда мать и отвечает и за него, и за тот негатив, который отказ причинит очередному обожателю дочери. Старая графиня ласково поучала дочь и говорила, как ей следует поступить и с Денисовым, и с Борисом. Сама Наташа умела внушить любовь, но не умела направлять захватившие ее эмоции в нужное русло. Старая графиня, обожая дочь и, постоянно принимая за нее решения, не сумела научить ее делать это самостоятельно, что едва не погубило Наташу, когда она влюбилась в непорядочного и развратного Анатоля Курагина. Соня в своих решениях ни с кем не советовалась, она сама без малейших колебаний отказала Долохову и сама решила, что навсегда, невзирая ни на какие повороты судьбы, останется верной Николаю.


Власть над Соней

В канун 1810 года был первый и последний в жизни Наташи великосветский бал. "Две девочки в белых платьях, с одинаковыми розами в черных волосах", Наташа и Соня в громадной бальной зале "стояли одни, как в лесу, в этой чуждой толпе, никому не интересные и не нужные". Соня так и осталась бы в этом качестве, если бы не Наташа, которую пригласил "один из лучших танцоров своего времени" и один из лучших женихов России князь Андрей Болконский. После чего Наташа оказалась в центре внимания и, "передавая своих излишних кавалеров Соне, счастливая и раскрасневшаяся, не переставала танцевать весь вечер". Между князем Андреем и Наташей вспыхнуло искреннее, поэтическое, нежное любовное чувство, какое в свете встречалось нечасто. Свет сделал все возможное, чтобы разрушить эту счастливую пару. Началось это с того, что отец князя решительно выступил против брака сына с неимущей Наташей и потребовал отложить дело на год и уехать за границу на лечение. Князь Андрей согласился, сделал предложение, но огласки и обручения не было, Наташа формально оставалась свободной, князь уехал, а она осталась его ждать.

Пока князь Андрей путешествовал по Европе, Ростовы жили в своем имении Отрадное, куда приехал из армии в отпуск Николай. Назначенный год отсрочки венчания подходил уже к концу и Наташа, которая в начале разлуки была еще "восприимчива ко всем радостям жизни", начала уже изнывать от ожидания, "на нее начали находить минуты грусти, против которой она не могла бороться". Она, "как бесприютная" ходила по дому, отдавая пустые распоряжения дворовым, которые все они тут же бросались исполнять. "Испытав свою власть и убедившись, что все покорны" и не зная, чем ей заняться, Наташа "стала в басу перебирать струны" гитары. Соня сидела за столом, "срисовывая узор" и своим спокойствием и усердием раздражала Наташу. "Ты всегда занята, а я вот не умею", - сказала Наташа и ей захотелось расшевелить Соню, задеть ее, вывести из себя. "Соня, что это? - крикнула Наташа, перебирая пальцами в толстой струне" гитары. "Для посторонних слушателей у нее на гитаре выходило что-то, не имевшее никакого смысла", угадать мелодию было невозможно. "Соня подошла и прислушалась: - Не знаю. Буря? - сказала она робко, боясь ошибиться". И тогда Наташа, добившись послушания и от Сони и ощущая свою власть и над ней, "подумала, что в ней чего-то не достает". Это свое в первый раз возникшее суждение о том, что Соня не такая, как она и в чем-то ущербна, Наташа к концу романа сделает уже твердой уверенностью и идейно обоснует цитатой из Евангелия. "Имущему дается, а у неимущего отнимется". "Она - неимущий: за что? не знаю; в ней нет, может быть, эгоизма, - я не знаю, но у нее отнимается, и все отнялось". "Она пустоцвет, знаешь, как на клубнике?" "Иногда я думаю, что она не чувствует этого, как чувствовали бы мы". Так говорила Наташа о своем когда-то в прошлом лучшем друге Соне своему теперешнему лучшему другу графине Марье Ростовой в 1820 году.

Наташа, избалованная любовью и благоволением родителей и всего многочисленного окружения хлебосольной семьи Ростовых, не в состоянии была понять, что испытывала и думала, чем жила ее приживалка кузина, которую взяли в дом из милости. Соня пребывала в полной власти своих благодетелей, которые держали ее за свою дочь и обращались, как с равной, но только до тех пор, пока она не дерзнула посягнуть на их сына и тем в самом деле сравняться с ними. Графина "с грустью, а иногда и с озлоблением видела признаки все большего и большего сближения между своим сыном и бесприданной Соней. Она упрекала себя за то, что не могла не ворчать, не придираться к Соне, часто без причины останавливая ее, ворча на нее и называя ее "вы, моя милая". Более всего добрая графиня за то и сердилась на Соню, что эта бедная черноглазая племянница была так кротка, так добра, так преданно-благодарна своим благодетелям и так верно, неизменно, с самоотвержением влюблена в Николая, что нельзя было ни в чем упрекнуть ее". Если бы Соня спорила, доказывала, протестовала и отстаивала свое достоинство, то подневольная жизнь в доме Ростовых сломила бы ее. Врожденное благородство повело ее по жизни другим путем, путем бескорыстного служения, терпения, согласия и непротивления.


Короткое раскрепощение Сони

Только на одну святочную ночь Соня вышла из взятой на себя и сделавшейся привычной роли второго плана и перестала бояться быть неблагодарной и причинить зло своим благодетелям. Накануне этой волшебной святочной ночи Соня "думала о том, какая громадная разница была между ей и ее другом и как невозможно было ей хоть сколько-нибудь быть столь обворожительной, как ее кузина". И вот случилось чудо, в эту ночь, отбросив привычный страх, Соня вдруг раскрепостилась и сделалась беспечной. Той святочной ночью все в доме, исключая пожилых, переоделись в различные наряды, навели подручными средствами незатейливый грим и преобразились до неузнаваемости. "Наряд Сони был лучше всех", она переоделась в черкеса и, приняв облик воинственного горца, стала раскованной и свободной. "Всегда робкая и застенчивая" она "находилась в несвойственном ей оживленно-энергическом настроении. Какой-то внутренний голос говорил ей, что нынче или никогда решится ее судьба, и она в своем мужском платье казалась совсем другим человеком". "Николай не отходил от Сони и совсем новыми глазами смотрел на нее. Ему казалось, что он нынче только в первый раз, благодаря этим пробочным усам, вполне узнал ее. Соня действительно этот вечер была весела, оживлена и хороша, какой никогда еще не видал ее Николай". "Я ничего не боюсь", - сказала Соня и пошла одна по заснеженной дорожке к амбару, чтобы исполнить ритуал святочного гадания. Николай уже ждал ее и "она увидала его тоже не таким, каким она знала и какого всегда немножко боялась. Он был в женском платье с спутанными волосами и с счастливой и новой для Сони улыбкой". Он "прижал к себе и поцеловал в губы" Соню, а она в ответ "в самую середину губ поцеловала его".

Той волшебной ночью, Николай твердо "решил насчет Сони", Наташа обрадовалась этому и сказала, что "никогда не позволю ничего дурного про нее сказать и подумать, потому что в ней одно хорошее". "Вскоре после святок Николай объявил матери о своей любви к Соне и о твердом решении жениться на ней" и "в первый раз Николай почувствовал, что мать недовольна им, что, несмотря на всю свою любовь к нему, она не уступит ему". После этого отказа "графиня позвала к себе Соню и с жестокостью, которой не ожидала ни та, ни другая, графиня упрекнула племянницу в заманивании сына и в неблагодарности. Соня молча с опущенными глазами, слушала жестокие слова графини и не понимала, чего от нее требуют. Она всем готова была пожертвовать для свои благодетелей. Мысль о самопожертвовании была любимой ее мыслью, но в этом случае она не могла понять, кому и чем ей надо жертвовать". Конфликт разрастался и перерос в открытый скандал между сыном и матерью. "Николай, грустный и серьезный, в разладе с родными" "уехал в полк" "с твердым намерением " "выйти в отставку, приехать и жениться на Соне", "Соня была печальна и от разлуки с Николаем, и еще более от того враждебного тона, с которым не могла не обращаться с ней графиня". "Графиня от душевного расстройства сделалась больна" и осталась в Отрадном, в то время как граф с Наташей и Соней отправились в Москву, так как возвращения князя Андрея ждали со дня на день.


Власть разврата

В Москве Наташа с отцом нанесли визит в дом старого князя Болконского и его дочери княжны Марьи. Там невесту князя Андрея ожидало презрение со стороны будущего свекра и открытая нелюбовь со стороны золовки. Наташа впала в отчаяние, она привыкла любить и быть всеми любимой, а тут в первый раз в жизни ее любовь оказалась не только никому не нужной, но даже еще и вредоносной. Эта ненависть со стороны старого князя Болконского к Наташе, невесте его сына выглядит также несправедливо, как ненависть со стороны старой графини Ростовой к избраннице ее сына Соне. Разница между кузинами здесь еще резче бросается в глаза. Соня молча и смиренно подолгу выносила груз жестокости и враждебности со стороны матери любимого ею Николая, а Наташа испытала неприязнь со стороны отца жениха только на время краткого визита в его дом; Наташу все жалели после тех оскорблений, какие нанес ей в общем-то чужой человек, а Соню очень мало жалели после того, как ее оскорбляла графиня, которую она считала матерью; Наташа жила под защитой дома любящих родителей, Соне некуда было пойти, у нее не было ни собственных средств ни другого дома, кроме дома Ростовых, где хозяйка дома открыто враждовала с ней, попрекала и укоряла в неблагодарности. И так к ней относилась не только старая графиня. Близкий друг семьи Ростовых Марья Дмитриевна Ахросимова, которая "всегда говорила по-русски", здороваясь с Соней, обратилась к ней по-французски, этим "французским приветствием оттеняя слегка презрительное и ласковое отношение к Соне".

Возвратившись от Болконских, "Наташа рыдала, как ребенок, сморкаясь и всхлипывая. Соня стояла над ней и целовала её в волоса". Наташа в первый раз в жизни ощутила себя постылой, нелюбимой и ненужной, а уже вечером этого дня в ее жизни возникли красивые и раскованные, обаятельные и любвеобильные брат и сестра Курагины. Они наперебой изъявляли непритворную любовь к ней, восторгаясь и ее красотой, и туалетами. Элен и Анатоль были вооружена "опытом разврата", а Наташа была беззащитна перед ними. Они демонстрировали пламенные чувства, во мгновение ока полностью подчинили себе Наташу и лишили ее собственной воли. Используя лесть и похвалу, они атаковали ее с двух сторон, а "близость, уверенность и добродушная ласковость улыбки победили ее". Графиня Безухова "могла говорить то, чего не думала, и в особенности, льстить совершенно просто и натурально". Элен "искренно восхищалась Наташей и желала повеселить ее". "Мысль свести брата с Наташей забавляла ее". Она "всей душой по-своему желала добра Наташе". Анатоль "не был в состоянии обдумать ни того, как его поступки могут отзываться на других, ни того, что может выйти из такого или такого его поступка". "Одно, что он любил, - это было веселье и женщины".

"Наташа произвела сильное впечатление на Курагина", он признался ей в любви и страстно поцеловал, и "в его ласковом взгляде и улыбке " было "самоуверенно-нежное выражение". Как и сестра, брат был искренним с Наташей. Оба они хотели повеселить ее и доставить ей удовольствие, и это подкупало неопытную Наташу. Через пару дней она уже была вполне уверена, что любит и любима и то, "что прежде казалось страшным, показалось простым и естественным". "Чувство тщеславного удовольствия, что она нравится ему, и страха от отсутствия нравственных преград между ею и им охватило ее". Наташа согласилась на тайный побег из дома с Курагиным. Она написала письмо, в котором "коротко писала, княжне Марье, что все недоразумения их кончены", что "она просит её забыть всё и простить её. ежели она в чем перед нею виновата, но что не может быть его (князя Андрея) женой".


Дочь своих родителей

Наташе не с кем было посоветоваться, "одной старой графине Наташа в состоянии была бы ночью в постели рассказать все, что она думала". Графиня по болезни, вызванной разладом с сыном из-за его желания жениться на Соне, осталась в Отрадном. Когда Наташа без матери, "одна сама с собой старалась разрешить то, что ее мучило", то получалась такая бессвязная путаница, что было очевидно, что умом и твердостью характера Наташа была явно обделена. Ей было, в кого уродиться такой доброй ко всем без исключения, такой беспринципной, бесхарактерной, лишенной здравого смысла и влюбчивой. Её отец своей позиции не имел, был патологически добр и судил обо всем происходящем вокруг исключительно с чужих слов. В обществе граф сам "не говорил, а, наклоняя голову то на один бок, то на другой, с видимым удовольствием" "слушал разговор двух соседей, которых он стравил межу собой". "Самое приятное для графа занятие" "было положение слушающего". Он был доверчивым и бесхребетным и вверил имущество семьи прохвосту управляющему, который был "мерзавец и вор". "Он был дурным распорядителем имения своей жены и виноват перед своими детьми" и женой "за разорение имения". Особенно ярко его безалаберность проявилась в канун оккупации Москвы, когда необходимо было действовать, принимать решения и взять наконец-то на себя ответственность за судьбу семьи. На собрании московского дворянства, которое "государь удостоил собрать" для воодушевления населения страны в дни страшного нашествия французов, "граф Илья Андреич, сладко улыбаясь, одобрительно кивал головой" каждому выступавшему и "проглатывал слюни от удовольствия". Граф "был доволен речью Пьера, как он был доволен речью моряка, сенатора и вообще всегда тою речью, которую он последнею слышал". В это драматичное время, когда откладывать отъезд из Москвы уже не было возможности, "по обычной беспечности графа" он "беспрестанно ездил по городу, собирая со всех сторон ходившие слухи, а дома делал общие поверхностные и торопливые распоряжения о приготовлениях к отъезду".

Наташа также, как и отец, умом не блистала, была доверчива, бесхарактерна, обожала всем нравиться, находиться в центре внимания, была доброй ко всем и не умела отказывать и проявлять характер. Отец и дочь любили доставлять себе удовольствие, они упивались радостями жизни и не имели сил, чтобы отказывать себе в этом. Они стремились сделать из жизни праздник, старались жить так, чтобы наслаждаться каждым мгновением, не заботясь о том, к чему это может привести и чем обернется завтрашний день. "Нашего состояния нам (хватит) ненадолго. И все это клуб, и его доброта", "театры, охоты и бог знает что", - откровенничала в разговоре с близкой подругой старая графиня. Она, "изнуренная детьми, которых у нее было двенадцать человек", и по "слабости сил" отличавшаяся медлительностью движений, быстро уставала. В том единственном в романе светском разговоре, в котором она приняла участие и который не касался исключительно семьи и детей, она говорит о мужчинах. "Что он, постарел, князь Василий?". "И думаю, забыл про меня. Он за мной волочился" - вспомнила графиня с улыбкой". "Как старик был хорош, - сказала графиня, - еще прошлого года! Красивее мужчины я не видывала". Именно об этой притягательной для женщины стороне натуры умирающего графа Безухова графиня решила высказаться, хотя это ее сужение уводило в сторону от темы светского разговора в гостиной о том, кому достанется миллионное состояние умирающего графа Безухова.


Месть Долохова

Соблазнитель Наташи князь Анатоль Курагин "на всю жизнь свою он смотрел как на непрерывное увеселение, которое кто-то такой почему-то обязался устроить для него". Он не хотел ничего дурного сделать Наташе, он просто не мог понять, что кроме собственного "удовольствия, есть счастье, спокойствие других людей, что "он губит целую жизнь из того, что" ему "хочется повеселиться". В канун предполагаемого побега и незаконного венчания, для которого был нанят поп расстрига, когда репутация Наташи висела на волоске, за ее будущее и за ее душу сражались, сами об этом не подозревая, Долохов и Соня. Анатоль был не в состоянии организовать столь сложное дело, как похищение графини Ростовой, "план побега был обдуман и подготовлен Долоховым". Долохов не мог простить Ростовым то, что Соня предпочла браку с ним по сути бесправную жизнь в их семье. Соня обосновала свой отказ словами, что "любит другого", этот другой был Николай и Долохов немедленно отомстил ему, обыграв в карты на сорок три тысячи. "Число это было им (Долоховым) выбрано потому, что составляло сумму сложенных его годов с годами Сони".

Анатоль был, по словам его отца князя Василия, "беспокойный" дурак. Внушить ему мысль о скандальном похищении графини Ростовой было для Долохова, привыкшего управлять людьми, несложным делом. "Меня считают злым человеком, я знаю, - говорил он, - и пускай". "Кого я люблю, того люблю так, что жизнь отдам, а остальных передавлю всех, коли станут на дороге". Ростовы встали у него на дороге и, решив погубить Наташу, он фактически шел на то, чтобы погубить и всё их семейство. Ни граф, ни графиня просто не пережили бы побега любимой дочери и дальнейшего позора, а для Николая это обозначало бы и потерю уважения сослуживцев, и сложности по службе, и дуэль с обидчиком. Трудно вообразить, что пришлось бы пережить семье Наташи, когда наутро ее пропажа была бы обнаружена. Из ее переписки с Анатолем было бы ясно, кто стоит за ее исчезновением, но, чтобы понять, где ее искать, Ростовым пришлось бы обратиться к властям и тогда публичный скандал стал бы неизбежным. Натешившись вволю и истратив занятые деньги, Анатоль мог легко бросить ее за границей одну и без средств. Само по себе похищение девицы из такой известной всему свету фамилии было делом одиозным и составило бы предмет для толков на долгое время. Репутации Наташи да и всей семьи был бы нанесен непоправимый урон, и Наташе вряд ли бы удалось выйти замуж за человека своего круга. Даже неудавшееся похищение Ростовой стало притчей во языцех, знакомые спрашивали Пьера о том, "слышал ли он о похищении Курагиным Ростовой, о котором говорят в городе, правда ли это?". Даже французское нашествие не смогло стереть из памяти людей света этот из ряда вон выходящий инцидент. Зимой 1813 года кузина Пьера в ответ на его вопрос, знает ли она Ростову, ответила, что "слышала тогда только про эту историю".

Накануне побега Долохов решает отстраниться от этого грязного дела, и потешиться над дураком Анатолем. "Кто тебе все устроил, кто попа нашел, кто паспорт взял, кто денег достал? Все я", - говорил Анатолю Долохов и, "желая еще повеселиться над ним", начал вдруг увещевать его. Долохов отлично разбирался в людях и понимал, что Анатоль ни за что не откажется от этого рискованного и опасного мероприятия. Он просто делал вид, что отговаривает приятеля, просто упивался его глупостью, беспечностью и самонадеянностью, но со стороны это выглядело, как искреннее предостережение. "Я тебе помогал, но все же я должен правду сказать: дело опасное". "Узнается дело, что ты женат. Ведь тебя под уголовный суд подведут". На все эти трезвые аргументы Анатоль отвечал только одно: - "глупости, глупости!", "ну что глупости говорить!", "перестань говорить глупости". Анатоль думал только о том, "какая ножка" и "какой взгляд" у Наташи и грезил об удовольствиях, ждать которых оставалось уже так недолго.


Соня и Долохов в борьбе за Наташу

Соня прочла лежащее на столе Наташи открытое любовное письмо, "сочиненное для Анатоля Долоховым" и схватилась "за грудь, чтобы не задохнуться". "Он обманщик и злодей, это ясно". Соня сразу поняла это и решила немедленно выяснить у Наташи, что было между нею и Анатолем. В начале разговора Соня, пыталась достучаться до своей подруги, взывая к голосу разума, совести и нравственности. Наташа была непреклонна. "С ужасом и с отвращением, которое она с трудом скрывала", "Соня заплакала слезами стыда и жалости за свою подругу". "Соня не сдавалась на нежный тон, с которым с ней обращалась Наташа. Чем размягченнее и искательнее было выражение лица Наташи, тем серьезнее и строже было лицо Сони". Наташа отвечала ей теми же словами, что и Анатоль - Долохову: - "ты не говори глупости", "ты говорила разные глупости про него". Они вообще были схожи и по темпераменту, и по уму и, и по непреодолимой тяге к веселью и радостям жизни. Уродись Наташа мужчиной, она предавалась бы бесшабашному веселью и плотским удовольствиям не хуже, чем Анатоль.

"Но зачем эти тайны? Отчего же он не ездит в дом?" - спрашивала Соня. - Отчего он прямо не ищет твоей руки?". "Если он благородный человек, то он или должен объявить свое намерение, или перестать видеться с тобой; и ежели ты не хочешь этого сделать, то я сделаю это, я напишу ему и расскажу папа, - решительно сказала Соня". "Как ты смеешь говорить, что он неблагороден? Ты разве не знаешь, что я его люблю?" - кричала Наташа. Соня, уйди, я не хочу с тобой ссориться". Наташе почему-то казалось, что если она полюбила кого-то, то это одно уже делает человека избранным, несравненным, добрым и благородным. Плохого человека она полюбить не могла бы. "Наташа, я боюсь за тебя", "боюсь, что ты погубишь себя," - решительно сказала Соня, сама испугавшись того, что сказала. Лицо Наташи выразило злобу. "И погублю, погублю, как можно скорее погублю себя". "Оставь, оставь меня. Я ненавижу тебя". "И ты мой враг навсегда".

"Как ни тяжело это было для Сони, но она не спуская глаз, следила за своей подругой". "И вдруг Соне стало ясно, что у Наташи был какой-то страшный план на нынешний вечер". "Она убежит с ним! = думала Соня". "Теперь или никогда пришло время доказать, что я помню благодеяния их семейства и люблю Николя. Нет, я хоть три ночи не буду спать", "и силой не пущу ее, и не дам позору обрушиться на их семейство," - думала она. Чистая ангельская натура Соня оказалась сильнее злобной, мстительной и холодно расчетливой натуры Долохова. Наташу удалось остановить. Узнав, что Курагин "не мог обвенчаться: он женат", Наташа едва не отравилась мышьяком, "она была так больна", что "надо было думать только о том, чтобы помочь ей". Соня "не раздеваясь три ночи первое время" не спала, "чтобы не пропустить часы, в которые надо давать лекарство, а "Наташе радостно было видеть, что для неё делали столько пожертвований".

Соня спасла ее от позора и Наташа никогда не простила ей того, что нищая кузина оказалась нравственно выше, чем она. Никто вокруг не поблагодарил Соню за то, что она спасла честь семейства, все восприняли это, как само собой разумеющийся поступок. Соня не обиделась на Наташу, не придала значения тем оскорблениям, которыми та ее осыпала и никогда не вспоминала об этом. Соня с радостью приняла свою миссию человека, для которого счастье семьи Ростовых стало счастьем личным и никогда не сетовала на свою подневольную жизнь и не тяготилась ею.

Возможно, что в душе своей старая графиня не только не благодарила Соню, но еще и обвиняла племянницу в том, что несчастье с любимой дочерью случилось по ее вине. Ведь Николай поссорился с матерью из-за того, что Соня влюбила его в себя, он настолько потерял голову, что объявил матери, что женится на нищей, чем окончательно разорит семью. Ссора между ею и сыном стала причиной болезни графини, из-за чего она не поехала в Москву и Наташе не с кем было посоветоваться. И еще: почему Соня, узнав о романе Наташи, так долго тянула и сразу же не обратилась за помощью ни к кому из старших. Соня решила действовать своим умом, а его не хватило на то, чтобы остановить Наташу и образумить ее в самом начале, когда дело еще не зашло так далеко, когда о похищении речь еще не шла.


Счастливый конец

Позднее, уже пережив смерть князя Андрея и сдружившись с его сестрой, Наташа очень боялась снова сойти с правильного пути. Не надеясь на себя, она избрала поверенной в делах и наставницей высоконравственную княжну Марью. В Ярославле, где после похорон князя Андрея в эвакуации в одном доме проживали Ростовы и княжна Марья с племянником, Наташа призналась ей в любви. "Маша, ты не думай, что я дурная. Нет? Маша, голубушка. Как я тебя люблю. Будем совсем, совсем друзьями. И Наташа, обнимая, стала целовать руки и лицо княжны Марьи". "С этого дня межу княжной Марьей и Наташей установилась та страстная и нежная дружба, которая бывает только между женщинами. Они беспрестанно целовались, говорили друг другу нежные слова и большую часть времени проводили вместе".

Соня после того, как возвратила в своем письме к Николаю его обещание жениться на ней, теперь уже прочно опустилась на то место, которое всегда отводила ей старая графиня. Письмо это было написано во время их путешествия из Москвы в Ярославль вместе с тяжело раненым князем Андреем. Тогда, остановившись в Лавре в Троице, под воздействием этого святого места "графиня вместо упреков и требований, обратилась к ней (к Соне) с мольбой о том, чтобы она пожертвовав собою, отплатила бы за все, что было для нее сделано тем, что разорвала свои связи с Николаем". "Положение (Сони) в доме было таково, что только на пути жертвованья она могла выказывать свои достоинства". Перед тем, как она написала это письмо, состоялся их с Наташей последний задушевный разговор. В Лавре тяжело раненному князю Андрею стало лучше, и у Сони с Наташей возникла надежда. Соня, "рыдая, целовала, утешала Наташу. "Только бы он был жив!" - думала она". Если бы князь Андрей женился на Наташе то тогда брак Николая с княжной Марьей не смог состояться по причине родства. И, заставляя себя поверить в возможность чуда выздоровления князя, Соня написала это письмо. Графиня да и вся семья зависели от того, решится Соня на это или нет. В первый и в последний раз счастье семьи было в ее руках, так как Николай по благородству души сам не мог отказаться от сделанного обещания женится на Соне. После того, как Соня разорвала свои отношения с женихом, она перестала быть и лучшим другом Наташи. Княжна Марья заняла обе этих позиции, став и женой Николая, и любимой подругой Наташи.

Наташа очень боялась снова стать дурной и нежная дружба с княжной представляется ей защитой от этого, а сама княжна = гарантом ее нравственности и благопристойности. В конце января 1813 года "княжна Марья уехала в Москву" из Ярославля в свой "дом, который остался цел и требовал только небольших починок". Наташа поехала с ней и они стали жить в том самом доме князей Болконских, где две зимы назад Наташу так сильно оскорбил старый князь. Теперь в этом доме Наташа неожиданно обретает свое счастье. Она встречается там с Пьером Безуховым и они оба понимают, что любят друг друга. Наташа боится снова совершить опрометчивый поступок и отдает решение своей судьбы на волю своей лучшей подруги. "Мари, - сказала она, - научи, что мне делать, я боюсь быть дурной. Что ты скажешь, то я буду делать; научи меня..." На этот раз она перестраховалась, ничего предосудительного в ее любви к Пьеру княжна не нашла. И Наташа предалась мечтам: "Ты подумай, какое счастье, когда я буду его женой, а ты выйдешь за Николя". В 1805 году Наташа думала, что через четыре года выйдет замуж за Друбецкова, а Соня - за Николая. Еще позднее они вдвоем с Соней "говорили о том, как они будут замужем, как их мужья будут дружны и как они все будут счастливы". Тогда Наташа была невестой князя Андрея, а Соня все также любила Николая. Получив благословение своей лучшей подруги, весной 1813 года Наташа вышла замуж за Пьера.

Старый граф вскоре умер и "со смертью его распалась старая семья". Николай столкнулся с тем, что "долгов было вдвое больше, чем имения". Ему пришлось поселиться с "матерью и Соней на маленькой квартире" и поступить на службу. "Соня вела хозяйство, ухаживала за теткой читала ей вслух, переносила ее капризы и затаенное нерасположение". Дела семьи поправились, когда Николай женился на богатой княжне Марье. Княжна Марья, как и Соня, любила Николая и, как и Соня, она "любила в первый и в последний раз". Он "с женой, матерью и Соней переехал на житье в Лысые горы".

Став графиней Безуховой, Наташа "то, что называется, опустилась". "Она не была ни мила, не любезна", она совсем "не любила общества". Она "бросила сразу все свои очарования", инстинктивно опасаясь тех соблазнов, которые так незаметно для нее овладели ею и едва не погубили. Она навсегда исключила саму возможность подвергнуть себя этим соблазном и заперлась в доме, посвятив себя без остатка мужу, семье и детям. Наташа, совсем как ее покойный отец, обожала слушать, как говорил Пьер. "Она не радовалась тому, что он говорил. Это даже не интересовало ее", "но она радовалась, глядя на его оживленную. восторженную фигуру".

Соня всю свою жизнь прожила в семье Ростовых. Теперь главой семьи стал Николай, а княжна Марья Болконская - его женой и хозяйкой дома. "Казалось, что Соня не тяготится своим положением и совершенно примирилась с своим назначением пустоцвета. Она дорожила, казалось, не столько людьми, сколько всей семьей. Она, как кошка, прижилась не к людям, а к дому". "Соня всегда была первым предлогом, который избирала графиня Марья для своего раздражения". "Графиня Марья чувствовала вполне вину своего мужа; чувствовала и свою вину перед Соней; думала, что ее состояние имело влияние на выбор Николая, ни в чем не могла упрекнуть Соню, желала любить ее; но не только не любила, а часто находила против нее в своей душе злые чувства и не могла преодолеть их". Соня была выше необоснованной злобы молодой графини Ростовой. Нельзя сказать, чтобы она терпела эту злобу, оскорблялась ее необоснованностью. Она просто не принимала раздражение и злобу хозяйки дома на свой счет. Точно так, как Соня не принимала на свой счет злобу Наташи, когда помешала ей сойти с правильного пути и погубить себя; злобу старой графини Ростовой, которая не желала видеть Соню женой Николая и своей дочерью. Выгодный брак Николая с одной из богатейших невест страны внес в семью Ростовых уверенность в завтрашнем дне, принес дому благополучие и спокойствие. Для Сони это было важнее личного счастья и собственной семьи. Её ангельская натура оберегала и поддерживала, осеняла благодатью и самопожертвованием, отказом от личного на благо другим, и это благо других становилось для нее счастьем и наградой.

Как знать, может быть, столь сильное оружие, как смирение и терпение, которым в совершенстве владела Соня, приведет ее когда-нибудь к желанной победе, к освобождению и раскрепощению. Может так случиться, что единственная любовь всей ее жизни Николай станет ее мужем, а она станет еще одной графиней Ростовой. Не случайно ведь Николай всерьез и не раз задумывался о возможности раннего ухода своей жены из жизни. "На лице ее выступало строгое выражение затаенного высокого страдания души, тяготившейся телом. Николай посмотрел на нее. "Боже мой, что с нами будет, если она умрет, как это мне кажется, когда у нее такое лицо", - подумал он. Если это случится, то лучшей матери детям, а значит, и лучшей жены, чем кузина Соня, Николаю не сыскать.