# Послевкусие беды

Сергей Стеблиненко

Долго не мог подобрать второе слово в названии. Послевкусие войны звучит как-то странно - разве после смерти остаются какие-либо чувства? Послевкусие поражения слишком горькое и обидное. Может, послевкусие победы? Тоже нет - звучит красиво, но слишком расплывчато. Вот, тогда и пришло в голову - послевкусие беды. Ведь, по большому счету, и война, и победа, и поражение - это беда, под каким бы соусом она (сладким или горьким) она не пришла...


1. Очень длинное предисловие...


25 декабря 1812 года, когда последние наполеоновские солдаты покинули пределы России, император Александр I подписал Высочайший Манифест о построении церкви в Москве, лежавшей в то время в руинах: В 1814 году проектное задание было уточнено: решено было в течение 10-12 лет соорудить кафедральный собор во имя Христа-Спасителя. 12 октября 1817 года, в пятилетнюю годовщину ухода французов из Москвы, в присутствии Александра I был заложен на Воробьёвых горах первый храм по проекту Витберга.


Не буду пересказывать историю храма, остановлюсь лишь на том, что он является коллективным кенотафом (памятником, не содержащим останков покойных) воинов Русской императорской армии, погибших в войне с Наполеоном, на стенах храма начертаны имена офицеров, павших в Отечественной войне 1812 года и Заграничных походах 1797-1806 и 1813-1814 годов. Надо сказать, главным православным храмом Российской империи был Исаакиевский собор, находившийся в этом статусе вплоть до 1922 года.


Храм Христа-Спасителя так и оставался в прежнем качестве. Любопытно, что подобные памятники существуют и в других государствах, но в виде пантеонов - места захоронения выдающихся личностей - Дом Инвалида в Париже, пантеоны Комитаса в Армении и Мтацминда в Грузии. В России подобных памятников не было до прихода к власти большевиков. Надо сказать, не они первые додумались устраивать некрополь под стенами кремля. В царские времена вдоль Кремлёвской стены только между Спасскими и Никольскими воротами находились пятнадцать небольших погостов - в то время у стены хоронили простой люд. В 1552 году царь Иван Грозный присутствовал на похоронах юродивого Василия Блаженного на погосте церкви Святой Троицы над кремлёвским рвом. С 1554 года на этом месте стоит храм его имени. Единственным новшеством, привнесенным большевиками было то, что захоронения производились на Красной площади, ставшей к тому времени главной площадью страны. В ноябре-декабре 1917 года здесь было захоронено 240 погибших, из которых известны лишь 57 фамилий.

Вое эти сведения есть в Википедии, с которой вы можете ознакомиться в любую минуту.


2. Победители и непобежденные.


Сразу после окончания любой войны у всех ее участников без исключения остается одно главное чувство - горе утрат. Правда, у победителей оно скрашивается радостью победы, а у побежденных оттеняется горечю поражения. Вместе с тем, горе зависает над всеми - родных и близких уже никак не вернуть. Победители утешают себя тем, что погибшие отдали жизнь ради победы, а проигравшие успокатваются неудачным для них стечением обстоятельств. Но ни кому в голову не приходит, что войны можно было избежать еще до ее начала.


Послевоенная эйфория продолжается недолго - от 2 до 5 лет, после чего побежденные начинают усиленно работать, чтобы восстановить разрушенное войной (жить как-то надо), а победители терзаться мыслью, что ничего им лично победа не дала. Возьмем, к примеру, туже Российскую империю. После победы над Наполеоном прошедшие всю войну блестящие офицеры устраивают восстание декабристов, чтобы наверстать упущенное и поднять уровень жизни народа до уровня... побежденных. Нечто подобное произошло и в СССР - как только закончились победные тосты 1945 (а звучал они года два-три), как у ветеранов победу отняли, прекратив выплачивать наградные. Опьянение быстро прошло и пить начали уже с горя, вспоминая увиденное за границей.


Побежденные обычно в России бунтуют просто и без каких-либо идеологических ухищрений. Достаточно вспомнить 1905 год, когда после бездарно проигранной русско-японской войны пришлось гонять по всей стране "столыпинские" вагоны с повешенными крестьянами. В 1917 году решили не дожидаться поражения и запили всей страной прямо во время войны. Вспомните, с чего началась Февральская революция - правильно, с разграбления винных складов в Петербурге. Можно долго спорить, была ли у России перспектива выйти победителем в той войне, и не какая доля вины за происшедшее лежит на германском генштабе, но то, что случилось в результате, имело глубокие корни в менталитете самих россиян.


3. Понять и простить.


Нужно ли праздновать победу через 50 лет после окончания войны? Странный вопрос, ответят мне ура-патриоты всех племен и народов. Но вернемся в самое начало повествования - ради чего строился храм Христа-Спасителя? Чтобы увековечить память погибших в наполеоновских войнах. Там было и поражение Аустерлица, и полная "непонятка" Бородино, и пожар Москвы, и самоустранение при Ватерлоо. Почему храм не воздвигли в честь победы над Бонапартием, как презрительно называли его россияне?


Оставлю это на совести тех, кто до сих пор болеет победобесием. Может, это заставит их хоть немножко задуматься о происходящем вокруг них самих.


Но вернемся в наши дни. Войны на Донбассе и в Сирии рано или поздно закончатся. Но что будет потом, после того, как отыграют победные марши победителей и прольются слезы побежденных?

После победы 1945 года СССР "откусил" у побежденных довольно обширные территории. С тех пор прошло более 70 лет. Во что превратили эти земли победители? В процветающие уголки рая? Достаточно сравнить проигравшие в той войне Германию и Японию с доставшимися победителям Восточной Пруссией и Курильскими островами. Так, где же рай, ребята?


В ходе событий на Кипре конца 60-ъ годов, северная (наиболее продвинутая) часть острова попала под международные санкции. Прошли годы. Теперь северный Кипр чем-то напоминает нынешнюю Кубу - обветшалость, уныние и отсутствие былого процветания. Да, тогда Турции удалось "подвинуть" греков, никто не спорит. Но что от этого выиграли проживающие там турки-киприоты?


Вы еще помните эйфорию россиян по поводу аннексии Крыма (можно называть это как угодно, но то, что произошло от этого краше не станет). Прошло около 4 лет и даже в России начали понимать, что победа эта Пиррова. Даже главный вдохновитель этого события в своей большой предвыборной речи упомянул об этом вскользь, даже несколько брезгливо. Так стоит ли такая победа последствий ею вызванных?

Теперь о Донбассе...


Благодаря пропаганде, россияне на 86% уверены, что спасают кого-то от неминуемой смерти. Ради этого готовы наплевать на международные законы и мнение мирового сообщества. Самое противное, что своими действиями они рискуют добиться именно такого эффекта на этих территориях. Безразлично под каким видом, но граждане России в этом регионе не просто присутствуют, но и активно участвуют в военных действиях против граждан чужого государства на их территории. Их можно было бы назвать наемниками в том случае, если бы воевали они с голыми руками или 'призовым' оружием, оставленным украинской армией. Но они приезжают на Донбасс на своих танках и стреляют российскими ракетами, убивая украинцев и прикрываясь другими украинцами, находящимися на занятой ими территории.


Как вы думаете, что может случится в этом регионе, если россияне внезапно его покинут? Вернее, имеют ли право украинцы мстить за смерть своих боевых товарищей, а некоторые и за родных и близких?

Много ли в СМИ освещают события 70-летней давности, связанных с приходом советский армии в Германию? Имели ли право потерявшие родных и близких солдаты мстить немцам?


Юридического, конечно же, нет. А вот морально...


Око за око, зуб за зуб. На Донбассе может повторится та же история, которая случается после победы одной из сторон любого конфликта. Как бы не следили за порядком в наступающих войсках, уследить за всеми невозможно априори. Насколько такие случаи окажутся массовыми? Все зависит от тех сил, которые должны сдержать подобные проявления эмоций. Это, как раз и есть одна из задач миротворцев.


Послесловие.


Беда одна не приходит, говорят в народе. После войны приходит новая беда - ненависть и желание мстить. У погибших с обеих сторон остаются дети. Они далеки от празднования победы или переживания горечи поражения. У них совершенно другие проблемы - на их глазах отцы таких же, как они, сверстников, вернувшиеся с фронта живыми. Что будут чувствовать эти сироты, глядя на чужие счастье? Имеем ли мы моральное право...


Лично я не знаю, что смогу сказать такому ребенку.


Почему-то представил комнату отдыха детского дома 2025 года. Дети победителей и побежденных смотрят телевизор, по которому демонстрируют встречу руководителей еще вчера воевавших стран. Они улыбаются друг другу, жмут руки...


Вот только у маленьких телезрителей почему-то сжимаются кулачки...