# Посторонние на сосне

Борис Евгеньевич Штейман

Комедия с некоторыми фантастическими допущениями. В результате уличных ремонтных работ проваливается пол в небольшом ателье по пошиву одежды. Но не все так просто с бригадой строителей. На самом деле у них совсем другие задачи.

Борис ШТЕЙМАН

## П О С Т О Р О Н Н И Е Н А С О С Н Е

Комедия в двух действиях


ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА


Хмылова, ядреная девица, I7 лет.


Хмылов, 55 лет.


Человечек, мужчина неопределенного возраста.


Леночка, миловидная, квелая, 30 лет.


Славик, закройщик, 22-х лет.


Михаил Зиновьевич, пожилой закройщик.


Алла Дмитриевна, весьма пожилая швея.


Грета Петровна, весьма пожилая швея.


Елизавета Григорьевна, заведующая, 40 лет


Студент, 22-х лет.


Юрий Ревазович, начальник, 45 лет.


Существо.


Григорич, бригадир.


Серега.


Иван.


Валюня.


Мужчина в пальто, инженер.


Д Е Й С Т В И Е П Е Р В О Е


В центре сцены фасад здания с вывеской "Ателье". Слева (совсем слева) маленький столик, за ним сидит всклоченный человечек, неодобрительно и тяжело смотрит на сцену, положив перед собой руки со сжатыми кулаками. За его спиной рояль. Слышен звук подъезжающей грузовой машины. Отбрасывается задний борт грузовика. Из кузова спрыгивают мужики с красными обветренными лицами, в ватниках, брезентовых штанах и зимних шапках. Выгружают из машины отбойные молотки. Хлопает дверца кабины. Появляется хмурый мужчина в пальто и шапке. В руках у него папка.


М у ж ч и н а в п а л ь т о. Григорич! Подь сюда! (К нему подходит один из мужиков.) Гляди! (Тыкает в раскрытую папку.) Начнешь отсюда. Сильно не бери! У подъезда остановишься и направо до угла. Потом приеду, скажу, что дальше. Понял?


Г р и г о р и ч. Понял. Чего не понять?! Первый раз что ль?!


М у ж ч и н а в п а л ь т о (зло передразнивая) . Понял! Понял! А в прошлый раз наворотили! Сколько людей провалилось! До сих пор найти не могут! А тринадцатую кому срезали? Понял! Учти, сейчас с этим строго. Кого замечу - все! Башку оторву!


Г р и г о р и ч. Ну и сам будешь колотить! Ладно, не заводись! Все будет хоккей! Начнем отсюда. (Тычет пальцем в папку.) Сильно брать не будем. У подъезда завернем и до угла. Потом ты придешь и скажешь. Точно? (Хитро улыбается.)


М у ж ч и н а в п а л ь то (смеясь) . Ну, гляди у меня!


Мужчина в пальто поворачивается и уходит. Хлопает дверца. Слышен шум отъезжающего автомобиля.


Г р и г о р и ч (с нарочитой строгостью мужикам) . Эй, сачки! Хорош курить! Давно тринадцатую не срезали?! (Довольно ржет.)


Все берут отбойные молотки и начинают оглушительно тарахтеть. Мужчина за столиком болезненно кривит лицо и затыкает уши руками. Мотает отрицательно головой. Свет гаснет.


Обычное помещение ателье. Здесь производится разный нехитрый ремонт, иногда хитрый. В середине сидят за столиками три женщины. На столиках швейные машинки. В середине Грета Петровна. Справа - Леночка. Слева - Хмылова. Она не работает, а смотрит на двух других.


Л е н о ч к а (переставая строчить, обращается к Хмыловой) . Чего смотришь? Думаешь, оно само сделается?


Х м ы л о в а. Тоска.


Л е н о ч к а (не понимая) . Чего тоска?


Х м ы л о в а. И так всю жизнь?


Л е н о ч к а. А чем плохо? Думаешь, в люксе лучше? Везде так.


Х м ы л о в а (презрительно) . В люксе... (С сожалением покачивает головой.) Скорей бы Славка пришел. А то повеситься можно! Пойду курну. ( Встает, уходит.)


Л е н о ч к а (поворачиваясь к Грете Петровне). Видали? Тоска у ней. Еще сделать-то ничего не сделала, а уже тоска! Ну, секушка!


Грета Петровна не слышит, стрекочет на машинке, низко опустив голову. Раздается приглушенный грохот отбойных молотков.


Г р е т а П е т р о в н а (обеспокоено поднимая голову) . Что там?


Леночка молчит. Грета Петровна настороженно прислушивается.


Г р е т а П е т р о в н а. Что там случилось?! Скажет кто-нибудь или нет?


Л е н о ч к а (раздраженно) . Ну, не все ли равно?! А? Ну, роют опять чего-то. Трубы наверно. (В сторону.) Вечно во все суется. Дома бы сидела да внуков нянчила!


Раздается грохот. Гаснет свет. Крики. В полутьме какие-то фигуры мечутся по сцене. Свет зажигается. В том месте, где сидела Грета Петровна, зияет черная дыра с неровными паркетинами по краям. Вокруг дыры Елизавета Григорьевна, Алла Дмитриевна, Леночка и Хмылова с сигаретой.


Л е н о ч к а (сквозь рыдания) . Провалилась...


Е л и з а в е т а Г р и г о р ь е в н а. Как провалилась?! Куда?


Л е н о ч к а. Туда-а (Показывает пальцем в дыру.)


Елизавета Григорьевна приближается к краю дыры, заглядывает, в страхе отшатывается.


Х м ы л о в а (спокойно). Чего смотреть-то! Провалилась, я сама видела.


А л л а Д м и т р и е в н а (пронзительно кричит). Михаил Зиновьевич! Михаил Зиновьевич!


Входит пожилой закройщик, в жилетке, на шее висит "метр", в руке кусочек мела.


М и х а и л З и н о в ь е в и ч. Ну, что опять?


А л л а Д м и т р и е в н а. Грета провалилась... туда. (Показывает рукой на дыру.)


М и х а и л З и н о в ь е в и ч (печально оглядывая испуганные лица и качая головой). Сколько я ей говорил: Грета! Всех денег не заработать! Почему не пошла на заслуженный отдых? А? Я вас спрашиваю!


Л е н о ч к а (всхлипывая). А сами?!


М и х а и л З и н о в ь е в и ч (живо). Я - другое дело! У меня дочь! (После небольшой паузы строго.) Сколько времени прошло до стука?


Е л и з а в е т а Г р и г о р ь е в н а (недоуменно) Какого стука?


Леночка перестает всхлипывать и, открыв рот, смотрит на Михаила Зиновьевича.


М и х а и л З и н о в ь е в и ч (недовольно). Какого! Обычного! С момента падения. Должна же Грета обо что-то стукнуться... там.


Х м ы л о в а. Секунд пять-шесть. Не больше!


А л л а Д м и т р и е в н а (тихо). Вот они... новые. Им все нипочем. (С грустью.) Секунд пять-шесть...


М и х а и л З и н о в ь е в и ч (задумчиво). Значит метров 150 - 180, не меньше! М-да. Глубина! Настоящее ущелье! Возможно, шахта... Заброшенная шахта!


А л л а Д м и т р и е в н а. Господь с вами! Какая шахта? Просто бред какой-то!


М и х а и л З и н о в ь е в и ч. Алла! У тебя нет воображения! Поэтому ты всю жизнь просидела здесь и осталась на бобах.


А л л а Д м и т р и е в н а (досадливо отмахиваясь) . Прекрати! С тобой, что ли шашни было крутить?! Мальчишка!


Елизавета Григорьевна, преодолевая оцепенение, бросается к телефону. Крутит диск. Пальцы соскальзывают.


Е л и з а в е т а Г р и г о р ь е в н а (в трубку) . Юрик! (Рыдает.) Юрик! Грета провалилась! Что теперь с нами будет, Юрик?!


Все переглядываются. Хмылова подходит к телефону.


Х м ы л о в а. Дайте я! (Уверенно забирает трубку.) Юрий Ревазович, это Хмылова, практикантка! В полу образовалась дыра, в нее угодила Грета... Да, Грета Петровна... Хорошо, хорошо, есть. (Положила трубку. Повернулась к остальным.) Велел огородить дыру и ждать. (Пожимает плечами.) Скоро приедет. Да, еще вот. Продолжать трудиться. Будто, говорит, ничего не случилось!


М и х а и л З и н о в ь е в и ч (возмущенно). Как ничего не случилось?!


Х м ы л о в а (Елизавете Григорьевне). А вы перезвоните из своего кабинета. (Внимательно рассматривает Елизавету Григорьевну. ) Просил передать.


Елизавета Григорьевна уходит. Врывается Славик.


С л а в и к. Почему народ? И рожи похоронные? Денек-то, какой сегодня?! Полный кайф!


Х м ы л о в а. Денек что надо! Гарбо в ямку прыгнула. (Кивает головой в сторону дыры.) Пойди полюбуйся!


Славик подходит к дыре, осторожно нагибается, ложится на пол, свешивается вниз, встает.


С л а в и к. Ужас-то, какой! (На самом деле ему все до фонаря.) Когда случилось несчастье?


Л е н о ч к а. Минут пять назад. Юрий Ревазович велел дыру огородить и соблюдать технику безопасности!


С л а в и к. Узнаю перестраховщика! Его стиль!


Х м ы л о в а. Я отлучусь минут на десять! (Увидев поджатые губы Аллы Дмитриевны, презрительно.) Пусть Лизхен запишет (Подумав.) одну сорок восьмую отгула... В счет отпуска!


Хмылова уходит. Свет гаснет. Освещен человечек за столиком слева.


Ч е л о в е ч е к (в экзальтации). Все, все не то! И это театр?! Театр - чудо! Фейерверк страстей! Уникальный живой организм! (В растерянности.) И вдруг взял да умер... (Напряженно.) Актер в предлагаемых обстоятельствах. Событийный ряд! (Растерянно.) Как это?! Просто голова трещит! (Взрывается.) Все! К черту театр! Только музыка! Только она родная! Только в ней можно воспарить! (Поворачивается. Взмахивая локтями, наяривает собачий вальс. Устало плюхается на клавиатуру. Рыдает.) И здесь ни фига! Вот она жизнь!.. (Поднимая голову.) Нет, не могу больше! (Вглядываясь в сцену, встает. Берет сверток.) Мочи моей нет терпеть!


Территория перед ателье, где ведутся земляные работы. Григорич курит, опираясь на отбойный молоток. Остальных рабочих невидно. Появляется Михаил Зиновьевич. По-прежнему на шее "метр", в руке зажат мелок.


М и х а и л З и н о в ь е в и ч (кричит). Вы понимаете, что наделали или нет?! Лучшая швея! Тридцать лет без единого замечания! Одни благодарности!


Г р и г о р и ч (нехотя поворачивая голову, миролюбиво). Шел бы ты, отец... (Задумывается.) к этой... (Задумывается.) В эту... Ну, в общем, в заведение свое... это... работать... (Смотрит пристально на Михаила Зиновьевича, что-то соображая, и уже менее дружелюбно.) Иди, иди себе... от греха подальше! (Начинает тарахтеть отбойным молотком.)


М и х а и л З и н о в ь е в и ч (пытаясь перекричать). Где ваш заведующий?! Или кто там у вас!


В сердцах плюет и уходит. Григорич перестает тарахтеть.


Г р и г о р и ч (осуждающе). Лишь бы шататься без дела с разными глупостями да мешать работать! (Неодобрительно крутит головой и продолжает тарахтеть.) Ну, народ!


Помещение ателье. Славик натягивает между стульями, которыми огорожена дыра, веревку с красными флажками. Леночка наблюдает за работой.


С л а в и к (хрипло затягивая). Идет охота на волков, идет охота-а...


Л е н о ч к а. Ты что?!


С л а в и к (смущенно). Пардон! Увлекся и совсем забыл о случившемся несчастье...


Врывается Человечек со свертком. Натыкается на стулья.


С л а в и к. Товарищ! Товарищ! Вы, что, не видите?! Огорожено! Плюс флажки! Надо поаккуратнее, товарищ! А то, не получив заказа, раз и адью! Как говорится, гудбай навсегда. А нам - отвечай!


Ч е л о в е ч е к (подскакивая к Леночке) . Вы все напортили! Я же просил карманы не лицевать! Я же русским языком сказал! Все лицевать, а карманы не лицевать! Ну, неужели непонятно?!


Л. е н о ч к а (осуждающе). У людей нет ни стыда, ни совести! Они и на кладбище принесут свое старье... Ну, ладно, показывайте, что у вас там.


Человечек достает старый военный китель сталинского образца с накладными карманами. Леночка берет его в руки и всем показывает.


Л е н о ч к а. Нет, ну, вы видели где-нибудь такое?! А?! Нет, вы только посмотрите! Посмотрите хорошенько! И все норовят, чтоб из старья конфетку сделали. Ну, да чего умны все стали! Прямо хоть на северный полюс от вас беги! Нет, и там настигнете!


Входит Алла Дмитриевна.


А л л а Д м и т р и е в н а. Леночка! Не забывай! (Показывает на висящий на стене плакат: "Клиент всегда прав!")


Л е н о ч к а (взрываясь). Мы не в публичном доме! Понятно?! Я уже тридцать лет Леночка! И у меня тоже нервы! (Начинает плакать.)


Человечек подходит к ней, начинает успокаивающе гладить.


Ч е л о в е ч е к (шепчет). Ну, ну, не надо. Я не хотел. Вы такая хорошенькая... Можем встретиться и в кинишко. А что? В самом деле? Или в кафе, мороженице покушать или еще чего? Что, мы отдохнуть не имеем право культурно? А?


Л е н о ч к а (переставая всхлипывать, заинтересованно). Да, ладно вам! Я ж на работе. Небось, женаты?


Ч е л о в е ч е к. Клянусь! Нет! И намерения самые серьезные! Могу, если чего, и паспорт показать. (Хлопает себя по карманам.) Куда же он завалился, проклятущий...


Свет гаснет. Луч освещает дыру и человечка рядом.


Ч е л о в е ч е к. Плачьте, истуканы! (В отчаянии.) Ничем вас не проймешь! (Ревет громовым голосом.) Плачьте! По рабе убиенной Грете!


В дыре показывается голова Греты Петровны со всклоченными волосами.


Г р е т а П е т р о в н а (крутя головой, то появляясь, то исчезая в дыре). Ку-ку, ку-ку, ку-ку! (Зловеще, мстительно.) Ужо я вам нагадаю, чертям окаянным! Будете помнить Грету! Будете!


Зажигается свет. Славик, Леночка, Алла Дмитриевна. Человечка нет.


Л е н о ч к а (протирая глаза). А где же клиент?


С л а в и к. Какой клиент?


Л е н о ч к а. Как, какой! С кителем! Карманы не лицевать просил. Еще встретиться уговаривал!


С л а в и к. Ну, ты даешь! Это уже вообще! Скоро точно свихнешься! Помяни мое слово! Придется перевозку вызывать!


Л е н о ч к а (обиженно). Дурак!


Входит Хмылова. На ней туристические ботинки на толстой подошве. За спиной яркий рюкзак. Из него торчат альпинистские принадлежности. На голове строительная каска желтого цвета с прикрепленным к ней фонарем. На каске изображено красное сердечко.


С л а в и к (восхищенно). Ну, ты даешь! Классный прикид! Супер! Мы вчера на тренировке вымотались. Ты не поверишь, я теперь вот такую доску перешибаю! (Показывает пальцами толщину. С шумным выдохом делает каратистский выпад рукой.)


Хмылова снимает рюкзак. Поворачивается спиной. На куртке надпись: "Жди и помощь придет!". Она достает из рюкзака бухту толстой веревки. Обвязывается. Входит Михаил Зиновьевич.


М и х а и л З и н о в ь е в и ч (с порога). Плохо дело! Хорошего обращения не понимают


С л а в и к. Может того? (Снова делает боевой выпад карате.)


Х м ы л о в а (задумчиво). А они тебе по шеям! Видела я их! (Подает конец веревки Славику.) На! Удержишь? (Подходит к дыре.)


С л а в и к (нерешительно). Не знаю... Вдруг оборвется?


Михаил Зиновьевич снимает жилет, рубашку. Оказывается в тельняшке. Он довольно крепок. Легко накручивает на руку веревку и пропускает ее вдоль спины, перехватывая другой рукой.


М и х а и л З и н о в ь е в и ч. Правильно! С Богом, доченька!


Х м ы л о в а. Два раза дерну - тащите назад! Один раз - стоп!


М и х а и л З и н о в ъ е в и ч. Захочешь покушать, дергай три раза!


Л е н о ч к а. Вы что?! С ума посходили все?


Х м ы л о в а (останавливаясь около дыры, задумчиво). Мужика бы себе нашла что ли? Прямо, смотреть больно!


Хмылова спускается в дыру. Михаил Зиновьевич травит веревку.


Л е н о ч к а. Ну, наглая какая! Секушка!.. Где ж его взять-то?! На улице что ли ловить?


С л а в и к (смеется). На улице, мамзель, к вашему сведению попадаются неплохие ребята!


Входит Елизавета Григорьевна.


Е л и з а в е т а Г р и г о р ь е в н а (радостно). Юрий Ревазович обещал приехать и во всем разобраться! Не волнуйтесь, говорит, и не проявляйте инициативы. (Видит Михаила Зиновь?евича, травящего веревку.) Что вы делаете? Там кто? Грета?


Л е н о ч к а. Какая Грета! Кому здесь больше всех надо? Хмылова, конечно!


Е л и з а в е т а Г р и г о р ь е в н а. Кто разрешил?! Михаил Зиновьевич, вы в своем уме?! Что скажет Юрий Ревазович?! Отпустите сейчас же веревку! Я вам говорю! (Об?ращаясь к Алле Дмитриевне.) Ну, ладно! С Хмыловой отдельный разговор будет! Я ей дам характеристику! Но Михаил Зиновьевич?! Вот уж от кого не ожидала!


А л л а Д м и т р и е в н а (смотрит на Михаила Зиновьевича). Какой красавец! Настоящий атлант!


Е л и з а в е т а Г р и г о р ь е в н а (не понимая). Кто? (Всматриваясь в Михаила Зиновьевича, задумчиво.) Действительно... И кто сказал, что он старик... (Опомнившись.) Сейчас же приедут из управления! (В волнении.) Ну, просто, кошмар! Что делать?! Что делать?!


Елизавета Григорьевна убегает.


А л л а Д м и т р и е в н а (тихо). А ведь Грета провалилась по ошибке! Произошла чудовищная ошибка!


Л е н о ч к а (случайно услышав). Как по ошибке?


А л л а Д м и т р и е в н а. Провалиться должна была я... Я старше на три года.


Л е н о ч к а. Ну, что вы такое говорите?! Прямо, стыдно слушать. Вы еще, как огурчик!


А л л а Д м и т р и е в н а. Грета поступила мужественно. Взяла и провалилась!


Л е н о ч к а (в изумлении). Вы думаете, она нарочно? (Прикрывает в испуге рот рукой.)


А л л а Д м и т р и е в н а (добродушно). Какая ты все же глупышка!


Л е н о ч к а. Нет, я не глупышка! Я все, все понимаю! Просто во мне чего-то нет. Мне так сосед объяснил. Давно еще. Ленка, говорит, ты ведь ничего телка, и я бы тобой занялся, но в тебе чего-то нет... Он потом женился... Это мне надо было провалиться... Вон, Хмылова, соплюха, а в ней что-то есть. Не зря Славка вокруг нее кругами.


А л л а Д м и т р и е в н а. Если замуж не выйдешь, обязательно роди ребенка!


Л е н о ч к а. Ну, вот еще что придумали!


А л л а Д м и т р и е в н а. А то будешь, как я... У меня дома много цветов... Если что, все погибнут. На что они племяннику?.. Я на него завещание написала...


Л е н о ч к а (с любопытством). И много написали?


А л л а Д м и т р и е в н а. Какой там! Но все равно не пропадать же добру... А Грета красавица была. Сколько поклонников... Как конец работы, а они уже под окнами прогули?ваются... Обязательно роди! Надо себя привязать в жизни к кому-нибудь, иначе... иначе будешь, как я. Иногда думаешь, зачем небо коптить?


Л е н о ч к а. А вы бы нашли себе старичка, все веселей. А что?! Знаете, сколько их на бульваре сидит? Они бы рады радешеньки. Я вам точно говорю! Тоже куковать-то одним несладко!


Входит Юрий Ревазович. Очень деловой. Усы, костюм, галстук, кейс. Навстречу выпархивает Елизавета Григорьевна.


Ю р и й Р е в а з о в и ч (обращаясь к Елизавете Григорьевне). Принесите тетрадь по технике безопасности! (К остальным.) Где пострадавшая?


С л а в и к (показывая на дыру). Там.


Ю р и й Р е в а з о в и ч. В дыре вода?


Л е н о ч к а. Какая вода?


Ю р и й Р е в а з о в и ч (показывая на Михаила Зиновьевича). Почему же тогда вызвали морских спасателей?


Славик незаметно для Юрия Ревазовича крутит пальцем у виска.


Л е н о ч к а. Это ж Михаил Зиновьевич! Не узнали? Хмылову страхует.


Влетает Елизавета Григорьевна с тетрадью. Передает ее Юрию Ревазовичу.


Ю р и й Р е в а з о в и ч (листая тетрадь). Почему нет записи о случившимся?


Е л и з а в е т а Г р и г о р ь е в н а (виновато). Еще не успели...


Ю р и й Р е в а з о в и ч. Почему нет росписи Хмыловой?


Е л и з а в е т а Г р и г о р ь е в н а (оправдываясь). Она ж практикантка.


Ю р и й Р е в а з о в и ч. А вот это уже форменное безобразие! (Отводит в сторону Елизавету Григорьевну.) Мы пока не должны больше встречаться... До выяснения.


Е л и з а в е т а Г р и г о рь е в н а (не понимая). Почему, Юрик?


Ю р и й Р е в а з о в и ч. Неужели неясно? Пока все не прояснится. (Громко ко всем.) Все, товарищи! Я сообщил о случившимся. Будут разбираться! Обязательно, чтоб Хмылова расписалась в тетради. Я скоро буду! Никакой самодеятельности! Никакой! (Уходит, снова возвращается.) Она совершеннолетняя? Нет? Как нет?! Обязательно вытащить, обязательно! (К Михаилу Зиновьевичу.) Под вашу личную ответственность! Личную! (Уходит.)


А л л а Д м и т р и е в н а. Ну, какой он, спрашивается, Ревазович после этого? А?


Елизавета Григорьевна тихо плачет.


М и х а и л З и н о в ь е в и ч (поворачивая голову). Принесите воды!


Леночка подбегает со стаканом и подносит его ко рту Михаила Зиновьевича.


М и х а и л З и н о в ь е в и ч. Да, не мне! Ей дайте! (Кивает в сторону Елизаветы Григорьевны.)


А л л а Д м и т р и е в н а. Настоящий джентльмен! Античный герой!


Е л и з а в е т а Г р и г о р ь е в н а (выпивая воду). Он женат?


А л л а Д м и т р и е в н а (возмущенно). Вам лучше знать! Я у начальства в паспортах не роюсь!


Е л и з а в е т а Г р и г о р ь е в н а (всхлипывая). Да, нет... Михаил Зиновьевич? Свет гаснет.


Подвальное помещение. Плохо освещено. На стене плакат: "Совершенно секретно! Враг подслушивает! Будь бдителен!!!" Вдоль стен стеллажи. Прикрыты занавесками. Сверху по веревке спускается Хмылова. Встает на пол. Осматривается


Х м ы л о в а (читая плакат). Совершенно секретно! Клево! Надо будет с собой захватить...


Резкий окрик из глубины сцены: Стоять! Не двигаться! Руки за голову!


Хмылова, покачивая головой, нехотя поднимает руки. Появляется весьма потертый, опухший человек.


Х м ы л о в (довольно бурчит). Повадились! То никого, то один за другим.


Х м ы л о в а (поворачиваясь, удивленно). Ты? Вот значит, где прячешься!


Х м ы л о в (с досадой). Разыскали все-таки... Прячешься! Я не прячусь. А на посту! Тружусь, охраняю секреты! Не то, что вы, бездельники!


Х м ы л о в а. Это что ж, склад забытых вещей? (Кивает на стеллажи.) При метро?


Х м ы л о в (шепотом). Ты об этом не моги знать! Иначе твоей карьере конец! Плакат читала? Вот и ползи себе потихонечку обратно. Вроде, как и не была. И я буду помалкивать, по-родственному. Здесь Склад особого назначения! Списанных боеголовок! Сокращенно - СОСНА! Поняла теперь, голова садовая, куда угодила?! Я по инструкции обязан вызвать охрану, тебя арестовать и два, а то и три месяца проверять без устали!


Х м ы л о в а. Списанных головок! Чего только не нагородит, лишь бы алименты не платить!


Х м ы л о в. Алименты!.. Это ты мне алименты должна платить, по гроб жизни! Вон, какая кобыла вымахала! Так нет! Все еще чего-то хотят! До смерти теперь покоя от вас не будет!


Х м ы л о в а. Очень ты нам нужен! Никто на тебя и не подавал, пьяница несчастный! Хотя надо бы! За одну фамилию твою! Это же надо было так удружить. Хмылова! То ли Мылова, то ли Ухмылова! Сколько я натерпелась из-за нее!


Х м ы л о в (с обидой). Дура ты! Неблагодарная! Без понятия! Гордиться должна! Редчайшую фамилию получила... за просто так. Можно сказать, уникальную! Все мое благородство проклятое!


Х м ы л о в а (передразнивая). Уникальную. Это уж точно!


Х м ы л о в. И все за просто так! Потому что, если по чести и совести, то ты мне вовсе и не дочь! Пауза.


Х м ы л о в а. Ну, что ты загибаешь?! А? Я ж тебе объяснила! Не подавали мы на тебя. Охота была!


Х м ы л о в. Опять ты за свое! Подавали, не подавали! Я тебе, можно сказать, тайну семейную выдаю. Уж больно ты меня зацепила с фамилией! И носишь ты ее не по праву. Могу, чем хочешь, поклясться! Можешь у матери спросить! Только осторожно. И не говори, что от меня узнала. Потому как я ей слово давал.


Х м ы л о в а. Ну, давай, выкладывай... тайны двора!


Х м ы л о в. А чего выкладывать! Какой-то морячок твой папаша...


Х м ы л о в а (с сочувствием). Ты из-за этого пить-то начал?


Х м ы л о в. Еще чего! Я с твоей матерью уже после этого сошелся. И жили душа в душу...


Х м ы л о в а. А что с Гретой? Где она?


Х м ы л о в. Какая Грета?.. А... Эта, что с неба свалилась? Жива, здорова твоя Грета. Только шишку набила. Но страшно деловая! Сидит, стрекочет себе в соседней каморке. Я ей и машинку наладил. Иначе, говорит, не успею выполнить план! И клиент будет неудовлетворен. Старой выучки стрекоза!


Х м ы л о в а. Опять врешь? Как с боеголовками?


Х м ы л о в. Ну, Фома неверующая, послушай!


Молча слушают. Стрекочет за стеной швейная машинка.


Х м ы л о в а (кричит). Грета Петровна-а!


Из-за стенки: Ау!


Х м ы л о в а. Точно, ее голос... Видимо, тронулась с перепуга. А может вошла в состояние шока? Надо выводить! А может и не надо... В преисподнюю попадет, и там будет стрекотать. Лишь бы клиента какого-нибудь удовлетворить... А может так и надо? Выполняй тупо свое дело и не думай ни о чем? А? Ты как думаешь? А как папашу моего звали?


Х м ы л о в. Да не знаю я ничего. У матери спроси. И вообще тебе нельзя здесь. Не дай бог, проверка, какая или комиссия. (Подталкивает ее к веревке.) Да и наверху, небось, беспокоятся. Нельзя людей зазря волновать. Полезай себе потихоньку, полезай!


Х м ы л о в а. Обожди! Ох, и врешь ты все! По глазам вижу. А ну выкладывай, не то все матери скажу! Ты меня знаешь!


Х м ы л о в. Ну, ну, не пугай! Ишь, разошлась! Вылитая мамаша! Тот же характер! Тебе бы в милиции работать, а ты в швеи записалась. Ошибку дала. Потом жалеть будешь. И форма б тебе пошла. Мишкой его звали. Мишка-морячок.


Х м ы л о в а (повторяя задумчиво). Мишка-морячок... Настоящая оперетта какая-то... Может, сон? А еще чего знаешь? (Устало.) Давай, уж до конца... колись!


Х м ы л о в. Ну, чисто прокурор! Ты это... Я ж пошутил. Решил тебя за фамилию проучить. Как в училище дела? Какие отметки? Мать-то что говорит? Вспоминает меня? Или у нее кто есть?


Х м ы л о в а. Я в ее дела не мешаюсь. Не знаю я ничего. (Жестко.) Что еще про отца знаешь?


Х м ы л о в. Лично знаком не был. Не пришлось. Но фотку видел. Мужчина ничего себе, видный... Но контуженный.


Х м ы л о в а (подозрительно). Контуженный? Опять ты за старое?!


Х м ы л о в (не обращая внимания). И по этой причине списанный на берег. Во время шторма недоразумение вышло. Приложился башкой о какую-то там бом-брам-стеньгу! Или типа того. Ну и прибило волной в тихую гавань, то бишь к твоей мамаше.


Х м ы л о в а. А потом, как водится, он нас бросил?


Х м ы л о в. А вот совершенно и не так, а даже наоборот! Он о тебе и знать еще ничего не знал. Размолвка у них вышла. Как я понимаю, не смогли решить, кто из них главный будет. Ну и разбежались! Это уж со мной твоей мамаше нестерпимо повезло! И говорить нечего! Можно сказать, как за каменной стеной пребывала, в покое и довольстве.


Появляется Человечек в сталинском кителе. Видит Хмыловых. Грозно хмурит брови и лоб.


Ч е л о в е ч е к (протяжно). Та-ак. Приплыли. На стратегическом объекте специального назначения посторонние! Только этого еще не хватало! (К Хмылову.) Доложите обстановку! (Хлопает себя по карманам. С досадой.) Просил же, карманы не лицевать! Ну, бестолковая!


Х м ы л о в (вытягиваясь по стойке смирно). Товарищ командир! На СОСНЕ постороннее лицо! Гражданка... м-м... Хмылова! Учащаяся ГПУ. Виноват! ГПТУ! Будущая швея-мотористка!


Ч е л о в е ч е к (строго). Однофамильцы? Или родственники?


Х м ы л о в (виновато). Да, вот, понимаете, объявилась. Можно сказать, родственница. Решила проведать отца, товарищ командир!


Ч е л о в е ч е к (задумчиво). Случайность или намеренное нарушение дисциплины? Больше похоже на второе... Товарищ Хмылов! Вам что, надоел спецпаек? Или бесплатное санаторно-курортное лечение?


Х м ы л о в (оправдываясь). Ну, что я могу поделать? Спустилась по веревке. Я же вам докладывал насчет той! А эта полезла, видать, выручать.


Ч е л о в е ч е к (не слушая, продолжает распекать). Мы вам оказали доверие, товарищ Хмылов! Ваша анкета висит в отделе кадров на видном месте! Как образец! А вы?! В другое время вами бы занялась особая тройка!


Х м ы л о в (ему надоело, он расслабленно садится). А пошел ты к такой-то матери тудыть-растудыть! И спецпаек туда же вместе с санаторно-курортным лечением! Нашли дурака под землей сидеть! Да я стопроцентный гегемон! Хотел на вас плевать с высокой колокольни! (Плюет себе под ноги. Достает из шкафчика бутылку водки.) Я эти проклятые боеголовки по три раза на день протираю! Вон как блестят! (Кивает головой в сторону стеллажей, наливает в стакан водку.) А этому все мало! Садись. Анька! Не обращай внимания! Ничего, вот как будет сам протирать, тогда вспомнит все хорошее, да поздно будет... Вот жаль, закусить нечем.


Х м ы л о в а. Сейчас спустят. (Дергает три раза за веревку.)


Ч е л о в е ч е к (огорченно). Не на кого положиться. Дисциплина падает катастрофически! (Задумчиво.) Необходимо составить график падения дисциплины личного состава склада особого назначения. (Смотрит задумчиво на бутылку.) Ну, да ладно, товарищ Хмылов! Погорячились, и будет. Я этот факт без внимания оставить ведь тоже не мог. Надо мной знаешь сколько начальства?! Вот то-то и оно! Так что, пойми меня правильно! Да и девчонка, вижу, боевая. Пошла спасать товарища по работе. Это по-нашему! (Смотрит на бутылку, поджав губы.)


Хмылов наливает второй стакан.


Х м ы л о в. Все! Забыто! Что мы не русские люди?! Без понятия? (К Человечку.) Садись! Обеденный перерыв. Имеем право!


Ч е л о в е ч е к (читая надпись на куртке Хмыловой). Жди и помощь придет. (С вздохом.) Вот она, молодежь, товарищ Хмылов! Подойдет время и не подкачает! Давай-ка, за это и выпьем! Жди и помощь придет... Хоть и с опозданием, но придет непременно... Теперь даже, товарищ Хмылов, и в обед не положено... Дожили!


Х м ы л о в. Ну, нет больше мочи ждать! (Смотрит наверх.) Пока эта помощь придет! Потом закусим!


Выпивают, крякают.


Ч е л о в е ч е к (обеспокоено оглядывается). Где рояль? Куда укатили? (Видит в углу сцены, успокаивается.) Такая огневая мелодия промелькнула! Боюсь забыть!


Он бросается к роялю. Слышится венгерская рапсодия Листа.


Х м ы л о в. Был большим человеком! А теперь бросили на прорыв... сюда. Ну и горячится. Все чего-то сочиняет.


Человечек возвращается.


Ч е л о в е ч е к. Ну, как?


Х м ы л о в. Неплохо. Хотя, по мне, лучше народные песни.


Ч е л о в е ч е к. Да... Неплохо... Но вроде где-то уже было... (Слышен стрекот машинки.) Побольше бы таких беззаветных тружеников! (Кивает головой в сторону, откуда доносятся звуки.) Кстати и насчет карманов присоветует. Пойдемте, проведаем бедолагу, товарищ Хмылов!


Человечек и Хмылов уходят. Хмылова, скептически усмехаясь, царапает ногтем торчащие с полки боеголовки. Подбирает с пола кусок мела и рисует на стене знак антиядерного движения. Сверху по веревке спускается Славик. В одной руке держит электрический чайник.


С л а в и к. Слушай! Ну, здесь полный кайф! Мы с тобой сюда в обед будем спускаться!


Х м ы л о в а (строго). Чего так долго?


С л а в и к (как бы обиженно). Это вместо здравствуй, милый! Рыцарь рискует жизнью ради возлюбленной, а она "чего так долго"? (Хохочет.) Чай тебе готовили! Водичку кипятили! Думаешь, дернула за веревочку и все о-кей?! Не наши у тебя замашки, Анька, ох, не наши! Грету-то хоть нашла?


Х м ы л о в а (раздраженно). Да нашла, нашла твою Грету! Вон стрекочет, не переставая! (Слышен звук швейной машинки.)


С л а в и к (назидательно). Не моя она, не моя, Анечка! А наша, общая! (Обнимает Хмылову, та выскальзывает.)


Х м ы л о в а. Подожди, Вячеслав! Не до нежностей! Я должна тебе кое-что сообщить!


С л а в и к (оглядывая помещение). Похоже на склад при метро... Не пойму... (Трогает осторожно боеголовки). Неразорвавшиеся снаряды? (Протяжно, догадываясь.) Немецкие... С войны?


Х м ы л о в а (саркастически). Острый парадоксальный ум! В угро ты был бы незаменим! Немецкие в центре Москвы! Нет слов!


С л а в и к (хлопая себя по лбу.). Точно! Я даю! (Напевает.) Идет охота на волков, идет охота-а! (Увлекается и с чувством, хрипло допевает куплет до конца.)


Х м ы л о в а. Подожди... (Славик умолкает.) У меня будет ребенок....


С л а в и к. Сегодня день фантастических событий и предположений! Наверняка, все образуется! Я просто уверен!


Х м ы л о в а. Не валяй дурака! Будет, точно будет. Я к врачу ходила... Твой ребенок! (Изучающе разглядывает Славика.)


С л а в и к (задумчиво). Идет охота на... Ну что ж, не собирался, конечно, да и годы еще не те. Но... обстоятельства сильнее нас. Женюсь на тебе! (Встает на одно колено.) Все равно когда-нибудь да придется. В общем, ты во мне не ошиблась! Сегодня и заявление подадим!


Х м ы л о в а (передразнивая). Когда-нибудь да придется! Разве так делают предложение?! Все-таки ты настоящий плебей, Славка! Плебей! И тут уж ничего не поделаешь! И вообще, успокойся! Я пошутила!


С л а в и к. Проверка... Я сразу понял! Ведь я же не дурак, любимая моя! Плебей - да, но не дурак! Да ведь и ты, Анютка, не голубых кровей! Плебейка! Еще почище меня!


Х м ы л о в а. Ничего ты не понял! Неужели ты решил, что мечта моей жизни выйти за тебя замуж? Стирать пеленки, а ты в это время будешь с утра до вечера шить модные тряпки?!


С л а в и к. Обижаешь, Анютка! Я - классный закройщик! У меня безупречный вкус и большое будущее! Через пару лет ко мне будет ломиться весь город! У меня будет все или почти все! Я открою собственное дело. И мне будешь, нужна ты, энергичная, решительная подруга! Мы с тобой горы свернем! Это не выдумки, Анюта! Это - трезвый расчет!


Х м ы л о в а (передразнивая). Трезвый расчет! Это же скучно, Лавка! Все расписано, расчерчено. Зачем жить и так все известно! А где же тайна? Вы, приспособленцы, скоро вы?живите всех нормальных людей. Останетесь со своим трезвым расчетом, и будете объегоривать друг друга! Ты хоть какое-нибудь стихотворение на память помнишь?


С л а в и к (морща лоб). Есть женщины в русских селеньях с... (Запинается.) Лучше это. Я волком бы выгрыз бюрократизм! (С пафосом.) К мандатам почтения нет! К любым чертям с матерями катитесь!..


Х м ы л о в а (с сожалением покачивая головой). Одни волки на уме... Мне тут как-то приснился сон. Будто бы я живу в Париже. Но подданство наше сохранила. Наверно, замуж вышла за миллионера. Это я уже потом догадалась. Роскошный дом! На стенах картины... И вообще, все, что положено. Жду гостей. Что-то вроде приема. А они не идут. Я волнуюсь. Наконец входят. И кто бы ты думал? Все наши! Грета, Алла Дмитриевна с Ленкой. Короче, все. Я спрашиваю, вы-то как сюда попали? А они: также, говорят, как и ты. Приехали Париж обживать! Проснулась, и так противно на душе стало. Даже во сне и там достали!


С л а в к а. Я тебя что-то не пойму. Меня срамишь, а сама? Туда, за красивой жизнью? Хоть подданство, негодная, сохранила! Иначе гнать бы тебя из наших стройных рядов поганой метлой! (Смеется.) Там бы и проголосовали единогласно, на Монмартре!


Сверху спускается Михаил Зиновьевич.


М и х а и л З и н о в ь е в и ч. Ну, как вы здесь? И не подозревают о нависшей опасности! Бедные дети!


С л а в и к. Что случилось?


М и х а и л З и н о в ь е в и ч.. Приехал Юрий Ревазович, привез фанеру. Будет забивать дыру. Сделаем, говорит, заподлицо! Будто ничего и не было! А то сорвется план! И весь коллектив без премии! Грете приказал ставить в табеле больничный.


С л а в и к (задумчиво). План любым путем. Знакомые методы. Типично застойная фигура! Никак не перестроится. На носу рыночная экономика, а у него все план. Ну что ж, уступит дорогу молодым!


М и х а и л З и н о в ь е в и ч. Это не нашего ума дело! Надо быстро лезть назад? Он предупредил, что не будет ждать ни минуты!


Х м ы л о в а. Нам он тоже будет ставить больничный?


М и х а и л З и н о в ь е в и ч. Кстати, Грету нашли?


С л а в и к. Нашли, нашли вашу Грету! Что ей сделается. (Поднимает вверх указательный палец. Слышен стрекот машинки.) Выполняет план. Идти назад отказалась. Погналась за длинным рублем. Здесь платят подземельные! Я тоже сюда перебираюсь!


Слышен стук молотка.


М и х а и л З и н о в ь е в и ч (сокрушенно). Ну вот, не успели.


С л а в и к. У Ревазыча отказал инстинкт самосохранения. Не те времена, чтоб людей живьем заколачивать! Видимо, не смог сдержаться. К врагам плана просто беспощаден! Даже себя не жалеет.


Появляются Человечек и Хмылов.


Ч е л о в е ч е к. Все к стене! Руки за голову!


Все покорно поднимают руки и отворачиваются к стене.


С л а в и к. Еще один начальник застойного периода. (Осторожно поворачивает голову.) Нет... Этот, пожалуй, посильнее будет... похоже, из чекистов. (Громко.) Главное не горячиться! И действовать по инструкции!


Ч е л о в е ч е к (обращаясь к Хмылову). Примите арестованных!


Х м ы л о в а (опуская руки и поворачиваясь). Это же все наши! Сверху. Из ателье! Честные, беззаветно преданные нашему делу труженики! Есть члены партии... возможно.


С л а в и к. А вы - руки за голову! Некрасиво, товарищ!


Ч л о в е ч е к (напряженно замирает, напевает, с трудом подбирая мотив, обращается к Хмылову). Такая огневая мелодия... Кажется, ре-минор...


Человечек бросается к роялю. Слышится песня. Пугачевой "Знаю, милый, знаю, что с тобой..." Возвращается.


Ч е л о в е ч е к. Ну, как?


Х м ы л о в. Мне, лично, нравится. Про других не скажу!


С л а в и к. Неплохо. Элитарное искусство. Напоминает шотландские баллады... Но, кажется, где-то уже было.


Ч е л о в е ч е к (огорченно). Вот то-то и оно! И так каждый раз!


С л а в и к. Может быть попробовать социальный рок? Или, на худой конец, хеви металл?


Ч е л о в е ч е к. Это неплохая мысль! Как это мне самому в голову не пришло? Ну что же вы стоите, товарищи? Садитесь! (Михаил Зиновьевич и Славик отходят от стены.) Вы, видимо, не знали, что это объект специального назначения? Так я и думал! Ну, ладно, об этом после. Давайте поговорим о современной музыке. Мне кажется, что я в своем творчестве отрываюсь от масс. Меня недавно и товарищ Хмылов критиковал! (К Хмылову.) У нас там ничего не осталось?


Х м ы л о в (задумчиво). Если только заначка... Для протирки головок выписали... Но он, правда, какой-то желтый и с душком. Как бы того, не взлететь с него.


Ч е л о в е ч е к. Ну, что ж! Тогда чай! Что мы не можем без этого толково обсудить музыкальный процесс? Пойду за заваркой.


Человечек уходит. Хмылов разглядывает и так, и эдак Михаила Зиновьевича.


Х м ы л о в. Чем-то мне ваша личность знакома. Я имею в виду наружную сторону.


М и х а и л З и н о в ь е в и ч. Может быть, приходили в ателье? Хотели сузить брюки в погоне за модой?


С л а в и к. Или вместе на крейсере? Зинович как-то рассказывал .


Х м ы л о в. Стоп! Именно что на крейсере! Молодец, парень! А звать вас как? Случайно не Михаилом?


М и х а и л З и н о в ь е в и ч. Верно! (Вглядывается в Хмылова.) Боцман? С "Отважного"?


Х м ы л о в. И не думай, не ломай голову! Во век не догадаешься! А тебя, Анька, поздравляю! Познакомься с родным отцом! Хоть я всю душу на твое воспитание потратил, а биологически отец он! Ну-ка, встань рядом!


Хмылова растерянно подходит к Михаилу Зиновьевичу. Они совершенно не похожи.


Х м ы л о в (грустно кивая головой). Одно лицо!.. (К Славику.) Пошли-ка, парень, за заваркой, а то командир чего-то задерживается.


Хмылов и Славик уходят. Хмылова и Михаил Зиновьевич смотрят друг на друга. Гаснет свет.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Фасад здания с вывеской "Ателье". Все, как в начале первого действия. Справа стоит машина-компрессор. Григорич отбойным молотком вскрывает асфальт. Остальные работяги курят в стороне. Григорич перестает тарахтеть.


Г р и г о р и ч. Эй, сачки! Айда оружие получать!


Не торопясь, подходят мужики. Сбрасывают ватники и брезентовые робы. Оказываются в комуфляжной форме. Григорич достает из машины-компрессора мешок.


Г р и г о р и ч. Серега, держи свой маузер! (Достает из мешка и протягивает пистолет.) Не забудь расписаться в получении! (Тыкает пальцем в раскрытый журнал.)


С е р е г а. Бюрократ ты все же, Григорич! Люди на такое дело идут, а ты "расписаться"! (Расписывается.)


Григорич придирчиво рассматривает подпись.


Г р и г о р и ч. Что-то не нравится мне твоя роспись! Покажи-ка, дружок, паспорт!


С е р е г а. Да ладно тебе прикалываться! (Нехотя достает паспорт.)


Григорич сличает внимательно росписи.


С е р е г а. Ну, убедился? Бюрократ!


Г р и г о р и ч. Валек! Иди, получай свой именной! (Достает из мешка пистолет, читает надпись на рукоятке.) Валюне от Григорича! (Переворачивает пистолет.) В память о Большом ограблении почтового поезда! Ливерпуль. 29-й год! (Смахивает слезу.)


Валюня, мрачный мужик, молча расписывается и небрежно засовывает пистолет в кобуру.


Г р и г о р и ч. Иван, не спи! Рули сюда! (Достает из компрессора длинное ружье.)


И в а н. Я тебе сказал! Больше с этой рухлядью не пойду! Последний раз зацепился дулой, еле вылез. Не, не возьму!


Г р и г о р и ч. В последний раз, Иван! Составим акт на списание, и больше ты ее не увидишь! Не нарушай порядка, Иван! Я тебя прошу! Лично!


Иван нехотя берет ружье и расписывается в журнале. Подходит молодой парень.


Г р и г о р и ч. Тебе, студент, пока деревянный! (Протягивает деревянный пистолет.) На тебя еще допуск не пришел!


С т у д е н т. Я не согласен. У меня на руках бабушка и маленькая сестренка! Рисковать буду наравне. Давай настоящий! Иначе не пойду!


Г р и г о р и ч. Твоя анкета еще не прошла проверку в отделе кадров, голова садовая! Не имею права!


С т у д е н т. Перестраховщики! Черт с вами! (Берет пистолет и стучит им по компрессору.)


Г р и г о р и ч. На святое дело идем, сачки! Сейчас спустимся вниз. Там склад какой-то списанной продукции! (Смотрит в план.) Рядом подземные сейфы трудового промышленно-строительного банка! Все, как договорились! Вперед!


Все надевают черные маски, и группа исчезает в пробитой в асфальте дыре.


Помещение склада. Освещен только столик, за которым сидят Хмылова и Михаил Зиновьевич.


Х м ы л о в а. Я в спецшколе училась. Одни пятерки! Ты не думай! И вдруг такая скука! Хоть в петлю лезь! Ну, окончила бы! Ну, в университет или там, на восточные языки... Потом замуж за какого-нибудь фирмача... Ну, а дальше-то что?! Ко мне еще в школе приставал один, сын то ли министра, то ли вице-спикера. Тоненький, бледный! Нам, говорил, в верхнем эшелоне нужен приток свежей крови! Из народа! А то можем совсем оторваться! Скука ведь, ты пойми!


М и х а и л З и н о в ь е в и ч. А я и не знал ничего! Получил письмо. И подпись - доброжелатель. У тебя есть дочь! Думаю, какая дочь? Где? А потом почувствовал - есть! Вот меня спрашивают, чего ты, Зинович, надрываешься? А я говорю, у меня дочь! Мне ее на ноги надо поднять! Ведь и не знал, что она вот, под боком! Ну, теперь все будет по-другому!


Х м ы л о в а. А тут девчонки говорят: да, брось ты! Давай с нами, в ПТУ! Хоть шить классно научат! А университет не уйдет. Успеешь еще мозги засушить! Но здесь скука еще похлеще! Мне вот раньше политических свобод сильно не хватало. Я, прямо, бесилась из-за этого. А теперь - пожалуйста! А удовлетворения нет... Может неформалов, каких возглавить? Не знаю...


М и х а и л З и н о в ь е в и ч. Какая взрослая! И как рассуждает хорошо!


Входит Славик.


С л а в и к. Вот ты скажи, Анечка! Зачем ты в дыру полезла? Покрасоваться захотелось? Вы - дерьмо, я - конфетка? Так?


М и х а и л З и н о в ь е в и ч. Она товарища полезла спасать! Неужели непонятно? Не она, так я бы полез!


С л а в и к. С вами, Михаил Зиновьевич, все ясно! Но Анька! Энергию девать некуда или еще что?


Х м ы л о в а. Ну, Лавка! Напрягись! Ты же умный парень! Догадаешься, пойду за тебя замуж!


С л а в и к. Проверка? Ну, что ж, вызов принят!


Входит вооруженная группа.


Г р и г о р и ч . Не двигаться! Руки за голову! К стене!


С л а в и к. Опять?! Прямо помешательство какое-то! Вот до чего кино людей доводит! Докладываю! Нас уже проверяли. Все в полном порядке, документы и прочее! Мы сверху, из ателье! Абсолютно мирные труженики! Можно сказать, передовики производства!


Г р и г о р и ч . Разговоры! Отставить! Выполнять!


Входят Человечек и Хмылов.


Ч е л о в е ч е к. Так... (И сразу же громовым голосом.) К стене, руки за голову!


Г р и г о р и ч . Что, старый козел?! Шутить вздумал или жить надоело?! А ну быстро, бегом к стене!


Ч е л о в е ч е к. Я - заведующий складом! Выполняйте мой приказ! Иначе хуже будет! Вы кто такие?


Г р и г о р и ч. Мы - особая группа! А вы?


Ч е л о в е ч е к. И мы - особая группа! Здесь склад особого назначения!


Г р и г о р и ч. Вы в каком звании?


Ч е л о в е ч е к. В переводе с гражданского? (Задумывается.) Зав. складом в военное время все равно, что майор! А вы?


Г р и г о р и ч. И я майор!


Ч е л о в е ч е к. Приказываю сдать оружие! Товарищ Хмылов, примите арестованных!


В а л ю н я. Слушай ты, складской майор! Осади! А то заработаешь!


С л а в и к. Надо мирно, товарищи! И только по инструкции! Ситуация непростая. Два начальника и оба майоры! (Группе Григорича.) Вам, товарищи, собственно кто нужен?


На передний план выходит Студент, снимает маску.


С т у д е н т. Славик?


С л а в и к. Андрюша? Вот так встреча! (Объясняет всем.) Мы с Андреем на областном заочном тестировании получили самый высокий интеллектуальный балл! И представьте, без всякого блата! Андрей, объясни, что все это значит?


Х м ы л о в а (недоверчиво). У тебя самый высокий интеллектуальный балл?


С л а в и к. Представь себе! Ты меня недооценила!


Х м ы л о в а. Брось зажигалку! Курить охота!


Славик бросает. Хмылова небрежно ловит.


С т у д е н т. К вашему складу примыкают сейфы одного проблемного банка. Мы - группа проверки сомнительных депозитов!


Ч е л о в е ч е к (замирает). Все, тихо! (Напевает.) В стиле ретро? Фа минор?


Убегает. Доносится известная мелодия "Одинокий пастух". Все слушают. Человечек прибегает.


Ч е л о в е ч е к (довольно). Ну, как вам, товарищи, флейта? Больше по душе?


В а л ю н я (угрюмо). Нормально. Но где-то я уже это слышал.


Ч е л о в е ч е к (огорченно). Вот то-то и оно! И так каждый раз!


В а л ю н я. Фу, жарко! (Снимает маску. За ним и все остальные.)


Г р и г о р и ч. Мы теряем с вами время! Скоро приедет инженер принимать работу. Мы можем из-за вас лишиться тринадцатой зарплаты! Выход один! Вы пойдете вместе с нами на дело! И, соответственно, запачкаетесь!


В а л ю н я. И тогда уже не пойдете закладывать!


Г р и г о р и ч . Верно, Валюня!


С т у д е н т. Товарищам надо объяснить! Мы члены некоммерческого общественного объединения "Экспроприация"! Но в отличие от других трудимся в рабочее время. Поэтому есть доля риска! Григорич уже говорил, могут срезать квартальную или даже тринадцатую за нарушение трудовой дисциплины. Поэтому нам дорога каждая минута! Сегодня мы идем брать штрафные деньги, отобранные у нарушителей правил дорожного движения и людей, страдающих алкоголизмом. Эти средства мы направим на развитие школьного образования! Потому что дети - это наше все! Вот такая, товарищи, у нас гуман-ная цель!


Г р и г о р и ч . Святое дело!


С т у д е н т. Я, правда, считаю, что надо прихватить и часть партийных денег, но товарищи не поддерживают.


Х м ы л о в. Мне это по душе. Я уже давно ощущаю, что среди школьников много безобразий. Одного я даже застукал в подъезде с целлофановым пакетом на голове! Видимо, хотел заняться онанизмом!


С л а в и к. Патроны холостые?


Иван, не целясь, стреляет из ружья. Из пробитого чайника бежит струйка воды.


С л а в и к. Все ясно! Благородная цель достигается недостойными средствами!


Отводит в сторону Студента.


С л а в и к. Только не надо про школьную реформу! Куда вкладываешь "бабки"?


С т у д е н т. В охрану материнства. Под гарантии МВД! Только тихо!


С л а в и к. Заметано! Я в доле. Какой навар?


С т у д е н т. С каждого новорожденного не меньше пятидесяти процентов!


Подходят к остальным.


С л а в и к. Кто как, а я с ними! Другого выхода нет. Мужики серьезные, шутить не будут!


М и х а и л З и н о в ь е в и ч. Нет! Дети не должны пачкаться! Это мы, люди старшего возраста должны замаливать грехи! Мы в долгу перед молодыми!


Х м ы л о в а. Противно на вас смотреть! Храбрецы! Когда было нельзя, вы сидели и хлопали в ладоши! А теперь - можно, и вам море по колено?! Что за люди?! Все по команде! Нет, эта скучища не для меня! Завтра будет снова нельзя, и они попрячутся по щелям!


Ч е л о в е ч е к. Чепуха! Все эти "можно", "нельзя"! Есть одно слово - надо! Внутренний голос мне приказал: сочиняй музыку! Надо! И я сочиняю, как миленький! (Замирает.) Вот! Кажется, снова накатывает... Айн момент!


Он исчезает. Звучит песня из репертуара группы "ДДТ" "Революция". Человечек возвращается довольный. Все аплодируют. Он кланяется.


Ч е л о в е ч е к. И почему это плохо хлопать в ладоши? Нам нравилось, и мы хлопали. Потому что было надо, чтоб... нравилось. И все! Вот вы сейчас хлопали, значит, вам понрави?лось! А вам как, товарищ Хмылов?


Х м ы л о в (угрюмо). Мне теперь не до искусства! Я на дело с ребятами иду! Хотя это уже ближе к кантри! А, следовательно, и ко мне.


С л а в и к. Анька! Я допер, зачем ты в дыру полезла! Впереди неизвестно что! Так? А у тебя только к этому настоящий адреналин! Нервы щекочет? Так?


Х м ы л о в а. Верно, чемпиончик! Но замуж за тебя все равно не пойду. Это я тебя проверяла! Вдруг ты этот диплом интеллектуальный где-то купил?


С л а в и к. Это нечестно, Хмылова! Хотя, если начистоту, я знал, что это снова проверка. Еще с детского сада все пошло. Кто украл плюшевого мишку? А я всегда: я! (Делает шаг вперед.) Мне - молодец! Хорошо, что признался! Это была проверка! На самом деле его никто не крал. Или в школе. Вызывает завуч. Кто побил все стекла и пытался изнасиловать учительницу географии? А я честно, смело так! Товарищей не выдам. Всю вину беру на себя! А мне - молодец! Не подвел! Товарищей не выдал! Никто стекла не разбивал и учительницу не трогал. Кому она нужна, эта старая перечница! Проверка! Так вот, если что, я уже наперед знаю. Проверка! Ну, ладно, айда банк грабить! Надоело ля-ля разводить! Хотя, скорее всего опять проверка!


Михаил Зиновьевич неожиданно выбивает у Студента пистолет и наставляет его на грабителей.


М и х а и л З и н о в ь е в и ч. Ни с места! Руки на стол! Не то всех перешмаляю!


С т у д е н т. Зря горячитесь, папаша! В этом патроны деревянные! Потому, как и сам он из чистого дуба!


М и х а и л З и н о в ь е в и ч. Ну, тогда все! Моя совесть чиста! Пошли!


Х м ы л о в а (достает зажигалку). Для вас, для всех что главное? Чтоб совесть была чиста... Ну и я, как говорится, для очистки совести. Это что такое? (Показывает на зажи?галку.)


С л а в и к. "Ронсон"! Последняя модель!


Х м ы л о в а. Верно! (Щелкает зажигалкой. Показывается длинный язычок пламени.) А это? (Показывает на торчащую боеголовку.)


Х м ы л о в. Боеголовка... списанная.


Х м ы л о в а (подносит зажигалку к боеголовке, громко, истерично кричит). А ну, все на пол, суки! Подорву к чертовой (задумывается) бабушке!


Все бросаются на пол.


Х м ы л о в. Анька, не дури!


Тишина. Слышен стрекот машинки. Потом он прекращается. Из-за стены доносится голос Греты Петровны.


Г р е т а П е т р о в н а. Что там у вас происходит? Не мешайте работать!


С л а в и к. Сейчас будет перерыв, тетя Грета! На обед!.. Или навсегда!


Г р и г о р и ч (встает, отряхивается). Ладно... уговорила! Не пойдем на дело. (Стучит по часам на руке.) По времени не укладываемся. Инженер вот-вот нагрянет. А он шутить не любит! Не нам чета. Туши свою керосинку! А то весь газ выйдет.


Все поднимаются с пола.


Х м ы л о в. Это ты здорово придумала! Действует безотказно! Но надо вообще-то поаккуратней! Кругом одна бумага! Я даже поверил в первый момент! Ведь это ж ненастоящие боеголовки, а наглядные школьные пособия!


Ч е л о в е ч е к. Да я и сам поверил! Ну, думаю, все! Отсочинялся!


Он уходит. Раздается песня группы "Наутилус Помпилиус" "Гудбай, Америка!"


Г р и г о р и ч. Ну, нам пора!


В а л ю н я. Даже жаль расставаться! Привязались к вам, чертям! (Смахивает набежавшую слезу.)


Григорич с ребятами обнимают на прощание оставшихся и уходят. Гаснет свет.


Помещение склада списанных боеголовок. Около рюкзака на боеголовке сидит в задумчивости Хмылова. Больше никого нет. Входит Студент.


С т у д е н т. А где все? Славик?


Х м ы л о в а. Пошли на Грету смотреть. Ты чего вернулся?


С т у д е н т. Все! Хватит! Аллюр три креста! Этот шизоид Григорич уже все нервы вымотал! Оружие не дает, позорит!


Х м ы л о в а. Да ладно тебе, лапшу-то вешать!


С т у д е н т . Ну, если серьезно, то я с ними по заданию госбезопасности. Внедрился к Григоричу. Должен наблюдать. Ну и предотвратить, если что, уход группы за кордон. У них же главный пункт программы, какой? Беспощадный террор и реставрация сталинизма! Это мне, правда, так в конторе сказали. Они связаны с крайне левыми во Франции или с крайне правыми... Выяснить пока не удалось. В общем, я лихой парень!


Х м ы л о в а. Это я уже поняла.


С т у д е н т. Я с ними так, от скуки. Все разнообразие какое-то. Потом начну делать дипломатическую карьеру. Женюсь, заведу троих детей. А может, стану чиновником-бюрократом по особым поручениям. Из принципа! И буду сопротивляться изо всех сил системе!


Х м ы л о в а. А я вот отца нашла. Все веселей! А тебя я понимаю.


С т у д ен т. Это какой же из них?


Х м ы л о в а. Да, в тельняшке. Михаил Зиновьевич! Который у тебя пистолет выбивал.


С т у д е н т (задумчиво). Зиновьевич?.. Что ж, отчаянный мужик...


Сверху осторожно спускается Леночка. Спрыгивает. Отряхивается.


Л е н о ч к а (кричит наверх). Сейчас! Держитесь покрепче! (К Хмыловой и Студенту.) Помогите! Чего расселись?!


Они втроем тянут веревку. Появляется Алла Дмитриевна, привязанная к стулу. Они аккуратно спускают ее и развязывают.


А л л а Д м и т р и е в н а. Ну, слава богу! Прибыли! В моем возрасте подобные авантюры плохо заканчиваются! Что с Гретой?


С т у д е н т. Все о*кей, мадам! Все в полном порядке, мадам! Целую ручки, мадам!


А л л а Д м и т р и е в н а (Хмыловой). Кто это?


Х м ы л о в а. Студент Андрей, из группы Григорича. Это он так, потому что вы ему нравитесь. У него повышенный интеллектуальный балл.


А л л а Д м и т р и е в н а. Ладно. Он мне тоже нравится. Как пройти к Грете? Она в лазарете?


Х м ы л о в а.. Вы заговорили стихами, Алла Дмитриевна! Нет, она на рабочем месте. Шьет. Вторая дверь налево!


Алла Дмитриевна уходит. Появляется Человечек.


Ч е л о в е ч е к (угрожающе). Та-ак! Опять двадцать пять! (Узнает Леночку.)


Освещены только Человечек и Леночка в середине сцены. Справа в полутьме сидят, обнявшись, Студент и Хмылова. Тихо шепчутся.


Ч е л о в е ч е к. (протягивая руки). Вы? Здесь? Какой замечательный сюрприз!


Л е н о ч к а (недоверчиво). Странно... А я тогда подумала, что померещилось. Ну, что с карманами-то решили?


Ч е л о в е ч е к (демонстрирует). Ну, как? Недурно сидит? Что ни говори, умели раньше делать, умели! А материал, каков! А? Ведь сносу нет, ей богу! Его еще барон носил, ей богу! И что это я все время божусь? Наверное, волнуюсь!


Л е н о ч к а. Какой барон?


Ч е л о в е ч е к. Врангель, малышка! Какая прелестная паненка!


Л е н о чк а. Кто?


Ч е л о в е ч е к. Вы, конечно, вы! Ты сегодня не занята, крошка? Проведем вечерок вместе? А? (Треплет ее ласково по щеке.) Нет, право, чертовски мила!


Л е н о ч к а. Да ладно вам! Я вон все руки себе изуродовала, пока эту чертову фанеру отдирала! Но надо быть вместе с коллективом! Это закон!


Ч е л о в е ч е к. Потанцуем, малышка? Фокстрот, танго? Пожалуй, лучше танго, полное сдерживаемой страсти!


Раздается музыка. Они танцуют.


Ч е л о в е ч е к. Сударыня, один нескромный вопрос! Вы ходите в театр?


Л е н о ч к а (деревянно). Были как-то... Забыла название... А, вспомнила! Оперу давали! Кажется, "Хованщина" называется! (Изменяется освещение. Ее неожиданно прорывает.) Постепенно гаснет свет, и маленькая такая, крошечная пауза перед началом, а у меня уже мурашки по коже! Когда все-все ненастоящее... Как в детстве сказка... Или старая уже, а вспоминаешь то, чего не было никогда. Нет, вроде было, да, точно было, а и не было вовсе!


Ч е л о в е ч е к. Гениально! Именно так! И еще любовь, театральная пыль и любовь, любовь!


Кружатся в танце.


Ч е л о в е ч е к. Я сделаю тебя актрисой! Ты будешь играть главные, только главные роли! Прачка становится гениальной актрисой! Новая Золушка!


Л е н о ч к а (трезво). Я не прачка! Я работаю в ателье по пошиву и ремонту легкого платья первого разряда!


Ч е л о в е ч е к. Замолчи!


Л е н о ч к а. Сам замолчи!


Ч е л о в е ч е к (в упоении). Я возьму эстетику Босха, Дали! Смешаю с кондовым соцреализмом, коммунальным бытом! У-у!


Л е н о ч к а. Чепуха! На самом деле убогая мастерская! И мы серые, занюханные белошвейки! Права Хмылова? Права! Одна проклятая серость, хоть удавись!


Появляется странное существо, зеленое, шерстяное, то ли крыса, то ли собака.


С у щ е с т в о. Вызывали?


Л е н о ч к а. Что это? Я боюсь! А-а!


Ч е л о в е ч е к. Брысь! Еще рано!


С у щ е с т в о (обиженно). Ну, вот! Вечная история! Собираешься, собираешься с духом. Наконец решишься, а еще рано! Гады вы все!


>Существо уходит, виляя задом.


Л е н о ч к а (оправившись от испуга, с возмущением). Ну, ты подумай! Не разбери кто, а еще и оскорбляет!


Ч е л о в е ч е к. Кажется, наклевывается чудесная идей?ка! (К Леночке.) Сударыня! У вас божественная фигура! Продолжим?


Они с энтузиазмом танцуют. Свет гаснет


Проход, соединяющий основное помещение склада с другими. Появляются Алла Дмитриевна и Существо. Задумавшись, они идут навстречу друг другу.


А л л а Д м и т р и е в н а. Как чудесно выглядит Грета! Перемена обстановки пошла ей на пользу... (Печально.) А в конце все равно старость, болезни, одиночество... Как все же грустно все это...


С у щ е с т в о. Чтоб я еще раз! На такой дешевый крючок! Чтоб мне век свободы не видать!


А л л а Д м и т р и е в н а (видит Существо). Какая милая оригинальная собачка! В таком месте!


С у щ е с т в о (возмущенно). Вот уж воистину старость - не радость! Вы что, не понимаете?! Где собака, а где кто? Меня вот что удивляет! Ждешь, ждешь, как дура! (Задумывается.) Или как дурак?.. Все равно! Наконец, о чудо! Все можно, о чем раньше и не мечтали? Оказывается, о тебе помнят, ты нужен, тебя требуют! И на тебе! Тьфу! Раньше, если какая-нибудь старая лошадь или, скажем, кошка, то, пожалуйста! Милости просим! Как в жизни, не придерешься! А не дай бог эта лошадь нагадит! Тьфу! Представить страшно! Это уже даже не натурализмом пахнет! Это хуже, это безобразие! А? Я вас спрашиваю!


А л л а Д м и т р и е в н а (ласково). Конечно, безобразие, дорогая! Кто бы спорил... А вот племянник наверняка все цветы выбросит на помойку, случись что... Какое ему дело до них!


С у щ е с т в о. Можете не беспокоиться! Я вполне могу поливать ваши цветы. Мне это будет даже приятно.


А л л а Д м и т р и е в н а. Какая милая, право, собачка!


С у щ е с т в о. Если вы еще раз назовете меня собачкой, то ваши цветочки точно окажутся на помойке!


А л л а Д м и т р и е в н а. Ну, не буду, не буду! Прости! Пойдем, я поищу тебе чего-нибудь поесть. Как жаль, что я не взяла с собой сахарку...


Они вместе уходят.


Помещение склада. За столом сидят Михаил Зиновьевич и Студент.


М и х а и л З и н о в ь е в и ч. Ты был когда-нибудь на настоящем боевом корабле? Спускался в машинное отделение? Все блестит, везде порядочек!


С т у д е н т. Вы ощущаете голос крови? Я имею в виду, ну там, родина предков, прапамять и так далее?


М и х а и л З и н о в ь е в и ч. Какое было время! "Отважный"! Какие ребята! Молодые, здоровые! Шторм, ветер! А нам все нипочем!


>Звучит песня: "Товарищ! Товарищ! В труде и в бою!"


С т у д е н т. Комендант решил по советской песенной классике ударить... Мы вот с Аней думаем пожениться. И можем сразу оформлять документы. Конечно, лучше бы во Францию, но это сейчас практически нереально. Может быть потом... если получится.


М и х а и л З и н о в ь е в и ч (мечтательно). Ты ел когда-нибудь макароны по-флотски? Настоящие макароны по-флотски! Не в какой-нибудь там столовке! А в кают-компании? То-то! Вам молодым этого не понять!


С т у д е н т (мечтательно). Неплохо бы, конечно, и в Швейцарию... Это вообще голубая мечта! Кто бы предложил! Я бы даже домой не зашел! Или в Швецию... Тишина, покой, держат нейтралитет. Правда, и Швейцария держит нейтралитет. Международные банки. Надо Григоричу порекомендовать, когда здесь закончит. А люди вежливые, доброжелательные. Не то, что наши обормоты... Вы что, ослепли? Или читать не умеете?! Приготовьте мелочь! Чего уставилась?! Тьфу!


М и х а и л З и н о в ь е в и ч. А когда входишь в гавань? Свистать всех наверх! А на берегу уже платками машут, музыка... Эх, время, времечко, сто футов под килем!


С т у д е н т. Отцы и дети... Надо потоньше! (Напевает.) "А ты моряк, Мишка! А это значит..." Может прикинуться мариманом? (Громко.) Как-то зашли с ребятами, во Фриско на сухогрузе. У меня как зуб схватит! Так местный док за два доллара такую пломбу поставил! До сих пор держится!


М и х а и л З и н о в ь е в и ч (звучно). Отдать концы! Есть, отдать концы! Самый малый вперед! Есть, самый малый вперед!


С т у д е н т (сосредоточенно). Так, так... Все ясно!


М и х а и л З и н о в ь е в и ч. Доложите курс!


С т у д е н т. Есть доложить курс! Сорок градусов северной широты! (Задумывается.) И столько же восточной долготы! Впереди по курсу корвет под черным флагом!


М и х а и л З и н о в ь е в и ч. Приготовить абордажные крючья! Ну, соколики, держись! Будет сейчас работа! Какой ветер, боцман?


С т у д е н т. Сильней некуда, капитан! Команду уже сдуло за борт!


М и х а и л З и н о в ь е в и ч. Наконец-то шторм! А то сдохнуть можно в этой старой вонючей гавани! Самый полный вперед!


С т у д е н т. Есть самый полный вперед! Что-то я притомился, кеп! Пойду проверю паруса, а то, не дай бог, не догоним фрегат! (Уходит, пошатываясь.) Крепкий орешек! Но подход найти можно! Пара выходов в море и он мой! Хотя прямо скажем, дорогая цена!


М и х а и л З и н о в ь е в и ч (задумчиво). Парнишка еще не определился... Ну, да ничего! Море сделает из него человека!


Свет гаснет.


Помещение склада. За столом сидит Человечек во френче, весь перепоясанный ремнями. Курит толстую сигару. Входит Хмылов в форме рядового царской армии.


Х м ы л о в. Ваше высокоглабородие!.. (В сторону.) Тьфу! Язык сломаешь! За одно это их паразитов надо было тогда к стенке ставить! А то заладили, если бы не было революции! Это как же ее, родимой, могло не быть-то?! Ежели прямо в горло хочется вцепиться! (Задумывается.) А нельзя! Может попросту? (Громко.) Товарищ майор! Лазутчиков поймали! Подпольщиков! Забрались, понимаешь, к нам на СОСНУ!


Ч е л о в е ч е к. Веди сюда! И вызывай машинистку!


Х м ы л о в (уходя, неодобрительно). Совсем мужик с рельс съехал! И чего гоношится? Лучше б снова музыкой занялся! Все дело... А нам что? Нам ничего!


Хмылов уходит.


Ч е л о в е ч е к. Как все же военная форма украшает мужчину! Одни сапоги чего стоят!


Входит Леночка в школьном платье. Усаживается за стоящую на отдельном столике старорежимную пишущую машинку. За ней в сопровождении Хмылова появляются Славик и Хмылова.


Х м ы л о в (Славику и Хмыловой). Я вас предупреждал! Шеф сегодня не в духе! А горючего (Щелкает себя пальцем по горлу.) больше нет! Взяли бы с собой, и нет вопросов!


С л а в и к (Человечку). Кажется, ведь пришли уже к консенсусу! А вы снова-здорово! Мы не подпольщики! Мы работаем в ателье!


Ч е л о в е ч е к. Что ж, вполне правдоподобная легенда! Вижу, комиссары научились работать... (Неуверенно.) А может белая сволочь?.. Впрочем, какая разница! Итак, к кому шли на связь? Явки, адреса! Быстро! Где находятся руководители подполья?


С л а в и к. Известно где! Наверху!


Ч е л о в е ч е к. Молчать! Имена, фамилии!


С л а в и к (Хмыловой). Плохо дело! Этот ненормальный аппаратчик совершенно не ориентируется во времени! Может спокойно нас кокнуть и концов не найдешь в этом подземелье!


Х м ы л о в а. Где же твой хваленый интеллект?! Давай, включайся! А то не успеем попользоваться, поздно будет!


Входит Студент. Он так же, как и Человечек, во френче и перепоясан ремнями.


С т у д е н т. Господин майор, вам секретный пакет от командующего. Подсунули под дверь! (Протягивает письмо.)


Ч е л о в е ч е к (вскрывает письмо, читает). В городе появились группы озорников. Будьте начеку! (Задумывается.) Так! Сообщение тревожное! Ничего не скажешь! (Встает, подходит к Леночке.) Я долго сомневался. Теперь - все! Пуговицы надо заменить!


Л е н о ч к а. Вы что? Опять?! Я - машинистка при контрразведке! Возможно, в прошлом вполне благородная девица!


Ч е л о в е ч е к. Кто бы сомневался! Уже и слова не скажи! Не надо распускать нервы. Не исключено, что мы в нашей контрразведке! Я еще не определился! Так что не перебирайте! (Возвращается на место.) Значит, признаваться не будете?


С л а в и к. Почему не будем?! Будем, еще как! Всех заложим! Скажите только, кого надо!


Ч е л о в е ч е к (мечтательно). Всех бы, конечно, неплохо... (Студенту.) Продолжайте допрос! Мне надо дать указания Элеоноре! (Подходит к Леночке.) Пойдемте, дорогая!


Л е н о ч к а (недовольно). Куда?


Ч е л о в е ч е к. Здесь есть очень уютная комнатка!


Л е н о ч к а. Это еще зачем?!


Ч е л о в е ч е к. Ну, какая несообразительная! Надо срочно посоветоваться!


Л е н о ч. к а. Тоже придумали!


Человечек обнимает Леночку за талию, и они уходят. Студент усаживается за стол.


С л а в и к (с издевкой Хмыловой). Твой женишок! Давай договаривайся!


Х м ы л о в а. Неужели ты решил, что я за стукача пойду?! Ну, у тебя действительно выше крыши!


С т у д е н т. С отъездом пока не выгорает. Твой папаша кроме моря ни о чем больше слышать не хочет! Лево руля, право руля! Я чуть с ним не рехнулся! Вспомнить страшно! Вот, пришлось к белым податься. Полный кайф! Не хуже, чем во Франции!


Х м ы л о в а. Ты уверен, что к белым?


С т у д е н т. Уверенности, правда, нет...


Х м ы л о в а. Что они с нами собираются делать?


С т у д е н т. Побалуются немного, а потом в расход! Будто не знаешь, как это обычно бывает!


Х м ы л о в а. Ну и сволочь же ты!


С т у д е н т. А вот этого не надо! Свое бескультурье оставьте для Славика!


С л а в и к. Сейчас схлопочешь!


С т у д е н т. Не забывайтесь! Вы арестованы!


Х м ы л о в а. Ладно, буду давать показания!


С т у д е н т. Вот это другое дело! Умница!


С л а в и к. Ты что?! Это ж все проверка! Точно тебе говорю!


Х м ы л о в а. Ладно! Сиди уж, интеллектуал! Шефа зовут Юрий Ревазович, на связь шли к тете Грете! Так и пиши!


Студент записывает. Появляются Алла Дмитриевна и Существо.


А л л а Д м и т р и е в н а (с возмущением). А такой на вид симпатичный! Целую ручки! ( Существу.) Фас-с его, моя дорогая! Смелей!


С у щ е с т в о (сокрушенно). Не могу! Я вегетарианец или... Вегетарианка!


А л л а Д м и т р и е в н а. Тогда придется мне! (Громко.) Вы что?! Совсем... как это... озверели?! Не то время! Чтоб людей хватать!


С т у д е н т. Мадам! Не надо, не советую, мадам! Вы же знаете, какое сейчас время! В нашем деле нет правых и виноватых! Борьба классов! (Орет.) Пошла вон, старая дура! (В сторону.) Неплохо это у меня получилось, ей богу, недурно!


Входят Человечек и Леночка.


Л е н о ч к а (возмущенно). И это называется главная роль?! На машинке стучать, как дура! Зачем, спрашивается, языком надо было трепать? Нет уж! Сначала дайте хорошую роль, а уж потом все остальное!


Ч е л о в е ч е к (виновато). Малышка! Не сердись! Ведь надо же было сначала посмотреть, как ты двигаешься, ну и прочее. Теперь я вижу, все в порядке!


Леночка, демонстрируя крайнее недовольство, уходит.


Ч е л о в е ч е к (задумчиво). Как я все же ненавижу этих баб! Раньше-то народ поумней был. Все роли исполняли мужики! Может и сейчас так сделать? Наверняка бы товарищ Хмылов потянул... С его-то способностями!


С т у д е н т. Господин майор! Вы будете продолжать допрос? Начали признаваться!


Ч е л о в е ч е к. Допрос? Какой допрос? А, эти... Нет, нет, никаких допросов! Сначала надо определиться, какое время на дворе? Девятнадцатый? Тридцать седьмой? Две тысячи пятый? Может, скажет кто-нибудь, наконец?! Товарищ Хмылов! (Видит спящего в углу Хмылова.) Та... ак! Спит на работе!


Х м ы л о в (не открывая глаз). Без пяти шесть. Я уже десять минут переработал. Так что не бузи!


Врывается Михаил Зиновьевич.


М и х а и л З и н о в ь е в и ч (возбужденно). На улице стреляют! Выходная дверь не открывается! Чем-то заложена снаружи!


Ч е л о в е ч е к (удовлетворенно). Не зря был пакет от командующего! Не зря! Без паники! Сейчас проверим!


Человечек удаляется. Все прислушиваются к доносящимся звукам выстрелов. Сверху раздается четкий стук.


М и х а и л З и н о в ь е в и ч. Азбука Морзе! (Напряженно вслушивается.) Точка, точка, еще точка, тире! В го-ро-де бес-по-ряд-ки Точка Группа Григорича захватила теле?башню Точка Юрий Ревазович освобожден от занимаемой должности Точка До следующей связи Точка.


А л л а Д м и т р и е в н а. Это Елизавета Григорьевна! Ее почерк. Она раньше телеграфом заведовала!


Входит Человечек.


Ч е л о в е ч е к. Все удалось выяснить! Дверь действительно не открывается! Согласно инструкции приказываю всем занять круговую оборону!


С т у д е н т. Ну, все! Прошляпил из-за вас Григорича! Теперь очередного звания не видать, как своих ушей! А то и вовсе попрут! (Снимает ремни.)


Ч е л о в е ч е к. Вы что?! Дезертируете?! За это в военное время трибунал и расстрел на месте! Или просто расстрел на месте! Товарищ Хмылов!


Х м ы л о в. Я уже объяснял! Я перерабатывать не собираюсь!


С т у д е н т. Знаете, сейчас не до вас! Вы что, не слышите? На улице стреляют!


Входит Леночка. Снова раздается стук.


М и х а и л З и н о в ь е в и ч. Об-ста-нов-ка нор-ма-ли-зу-ет-ся Точка Группа Григорича выбита с телебашни Точ?ка Вместо Юрия Ревазовича назначен Михаил Зиновьевич Точка (Недоуменно.) Какой Михаил Зиновьевич?


Л е н о ч к а. Какой, какой! Обыкновенный! Поздравляем! Теперь вы наш шеф!


Ч е л о в е ч е к. Раз назначили, значит заслужил!


Все берутся за руки, раскачиваются и поют песню "Плот": Пусть будет то, что будет...


Свет гаснет.


Помещение ателье. За швейными машинками Хмылова, Грета Петровна и Леночка. Раздается приглушенный грохот отбойных молотков.


Г р е т а П е т р о в н а (обеспокоено поднимая голову). Что это? Вы что не слышите? Скажет, наконец, кто-ни?будь, что случилось?!


Свет гаснет.


Конец.

(C)