# При исполнении

Юлия Ивановна Шулепова-Кавальони

Когда этот мужик появился в дверях квартиры Нины Александровны, естественно, она решила, что он пришел с поздравлениями. Нине Александровне, хормейстеру и дирижеру известного в городе камерного хора, сегодня стукнуло 53 года. Несмотря на солидный возраст, именинница выглядела моложаво, и находилась в прекрасной душевной и физической форме, поэтому могла себе позволить иметь восторженных поклонников.

Однако вместо положенных торжественному моменту речей и поздравлений Нина Александровна услышала вопрос, озвученный в довольно грубом тоне:

-Гражданка Будко здесь живет?

Нина Александровна утвердительно кивнула головой.

-Я за деньгами пришел. Вы должны заплатить.

-За что? - непонимающе уставилась на пришельца Нина Александровна.

-Вы новую газовую плиту ставили? - рявкает мужик и решительно шагает вперед, оттеснивши хозяйку.

-Н-ну, ставила... мастер из горгаза приехал и поставил, - принялась оправдываться Нина Александровна.

-Печку вашу вы поставили незаконно, - заявляет незнакомец. - Так что платите деньги и оформляйте её, как положено.

-Кому платить? - робко спрашивает Нина Александровна.

-Ну, мне, конечно!

-Послушай, приятель, а ключи от квартиры, где деньги лежат, тебе не нужны случайно? - интересуется бас Толя Ивонин. Он уже минуты две стоит в коридоре и слушает весь разговор.

-А я, между прочим, не с вами разговариваю! - огрызнулся мужик. - Вы, гражданка, заявку в горгаз подавали?

-Ну, подавала, кажется. Печку же надо было ставить.

-А почему самовольно поставили?

-Вовсе не самовольно. Я же в этот горгаз раз двадцать звонила. Потом пошла сама. А тут этот их мастер. Сказал, что придет и поставит, если заплачу. Ну, вот, пришел и поставил. А я заплатила.

-Он поставил незаконно. Поэтому вы и должны заплатить нам, чтобы мы оформили вашу печку по закону.

-За что же я тогда по квитанции платила? - возражает хозяйка. - Да вот же, я сейчас вам и квитанцию покажу! - с этими словами Нина Александровна летит в комнату. Там гости за праздничным столом сидят. Заметили в поведении именинницы смятение и стали по очереди отгребать от стола. Надо же посмотреть, что в коридоре творится.

-Толя, что тут, в конце концов, происходит? - подходит к дверям хозяйкина подруга Ангелина Леонидовна.

-Да вот, этот мужик требует у Нины Александровны денег, - говорит Толя.

-С какой стати?

-Не знаю. Требует - и все.

-Я вовсе не просто так, - поясняет мужик. - Я из горгаза. А ваша газовая плита поставлена незаконно. Теперь её следует установить, как положено.

-Да чё её устанавливать, если она уже на месте? - удивился Толя.

-А вы, собственно, кто такой? - вопрошает Ангелина Леонидовна. - У вас документы есть? Немедленно предъявите документы!

-Я уже сказал, что я из горгаза. И никаких документов я никому предъявлять не буду!

-Тогда отправляйтесь туда, откуда пришли! - не совсем гостеприимно заявляет Ангелина Леонидовна.

- Правильно! Пусть убирается! - подхватывает идею солистка хора Машенька. - Мало ли, кто тут будет ходить по квартирам и требовать деньги. Может, вы какой мошенник, или маньяк.

-А вас это дело не касается! - ответил ей пришелец. - Я вовсе к хозяйке пришел, а не к вам.

-Ну, ты! Потише, приятель, на поворотах, когда с дамами разговариваешь! - сердится Толя.

Мужик с опаской оглядел внушительную фигуру баса и слегка отодвинулся к двери.

-Так что, будем предъявлять документы? - спрашивает Ангелина Леонидовна.

И тут из комнаты выкатывается хозяйкин двоюродный брат Фрол Прокофьич. Ко времени всеобщего застолья он уже успел хорошо принять на грудь, поэтому теперь находится в прекрасном расположении духа.

-Оп-па! - радушно расставил Фрол Прокофьич руки, приветствуя нового гостя. - Нашего полку прибыло!

Приблизившись к мужчине, Фрол Прокофьич от всей души облобызал его. Потом недоуменно уставился:

-Что-то я не могу понять, где цветы, где подарки? Почему я не слышу поздравительных речей? Ты, вообще-то, к кому пришел?

-Да к Будко я пришел... к гражданке, - бормочет мужик. - Она заявку в горгаз подавала.

-Да плюй ты на всякие заявки! - потянул Фрол Прокофьич мужика, схвативши его за рукав. - Пойдем, лучше выпьем за здоровье моей сеструхи и всех остальных дам, которые здесь присутствуют! "За милых дам, за милых дам..." - фальшиво поет он, продолжая тянуть свою жертву в комнату.

Может, и утянул бы, но тут подоспела сама Нина Александровна с кучей бумажек в руках.

-Куда ты его тянешь, Фрол? - бросилась она отрывать брата от мужика. - Человек пришел по делу. Я действительно подавала заявку на установку плиты. Теперь он пришел. Но мне уже эту плиту установили. И я уплатила за установку. - Нина Александровна протянула мужчине листочек. - Вот, я вам квитанцию нашла. Об уплате в горгаз.

-Никаких дел! - отодвигает брат Нину Александровну в сторону. - Мы с этим пацаном поздравлять будем тебя!

-Что вы ко мне все время привязываетесь! - вышел из себя мужик, - Не нужна мне ваша квитанция! Я должен видеть договор. У вас есть, гражданка, договор?

- У меня есть старый договор на старую плиту. Я думала, что больше никаких других договоров не нужно.

-А если нет нового договора, тогда вам надо заплатить, чтобы этот договор был.

-Нина, ничего ему не плати! - кричит Ангелина Леонидовна. - Он не предъявляет своих документов. Ты хочешь подарить деньги какому-то мошеннику?

-А вы, гражданочка, не лезьте не в свое дело! - тут же парирует мужик. - Я не к вам пришел.

-Как ты смеешь разговаривать с женщинами в таком тоне?! - возмущается мощный бас Толя Ивонин и хватает мужика за грудки.

-Правильно, Толя! - кричит солистка Машенька. - Внушить ему следует, что представляться по форме нужно, а не вламываться в квартиры и портить людям праздники.

-Па-а-прашу отвалить от пацана! - тянет мужика Федор Прокофьич - Мы сейчас пойдем с ним в комнату и выпьем на брудершафт. Нет, погоди, постой, я сам сейчас принесу!

Фрол Прокофьич разворачивается тылом и нетвердо ковыляет в комнату.

-Ага, тащи! - кричит ему вслед Толя. - Щас мы угостим его по полной!

-Да вы что, охренели, что ли? - не на шутку пугается мужик и затравленно озирается, ретируясь в сторону входных дверей. Но путей к спасению уже нет: вокруг него образовалось кольцо из гостей. - Я вообще при исполнении. Вот, по заявке гражданки прибыл.

-Если прибыл, то надо представиться по-человечески и предъявить документ! - настаивает Ангелина Леонидовна.

-Да вот же все документы, - вытащил мужик из папки свои бумаги, - и заявки, и квитанции, и бланки.

-Нашел, чем удивить! - сказал высунувшийся из кухни конферансье Миша. - Да я таких бумажек на компе целую кипу могу нарисовать.

-Вот иди себе и рисуй! - кричит пришелец. - А я сейчас позвоню, куда следует, и печку вашу демонтирую.

С этими словами мужчина вынимает из кармана мобильник и принимается набирать номер.

-Господа! Он дружков своих зазывает! - визжит Ангелина Леонидовна. - Сейчас придут грабить.

-А вот мы сейчас посмотрим, кто кого будет грабить! - заявил Толя Ивонин и, выдернувши из рук ошалевшего представителя горгаза телефон, заломил ему руку за спину. - Я требую, чтобы ты немедленно извинился перед Ниной Александровной!

-За что?! - хрипит мужчина.

-За то, что вломился в квартиру и нагло требуешь денег.

-Да вовсе не нагло. Я техник из горгаза. Меня направили по заявке.

-А почему не представляешься по форме?

-Да торопился я. Не успел. У меня же еще таких квартир, как ваша, целая куча.

-Ты мне мозги не пудри! Извиняйся и кати на все четыре стороны.

-Погоди, Толя, - вмешалась Нина Александровна, - я действительно подавала заявку. И мне в самом деле нужно сделать договор. Сколько я должна уплатить?

-Триста, - высвободился техник из Толиных рук. - Я вам и квитанцию выпишу об уплате, и договор сейчас оформлю.

-Сейчас принесу деньги, - говорит Нина Александровна и снова бежит в комнату.

А из комнаты опять выгребает Фрол Прокофьич с бутылкой и фужером в руках.

-Ты, брат, никого не слушай! - говорит он мужчине. - Вот мы с тобой выпьем, и все будет путем. - С этими словами он наполнил фужер водкой и протянул гостю.

-Не могу сейчас! При исполнении! - с тоской посмотрел мужик на фужер и облизнулся.

-Нет, можешь! - вскипает Фрол Прокофьич. - Пей, говорю тебе! Или я рассержусь.

- Пей, пей, если Фрол Прокофьич угощает! - угрожающе приказывает Толя.

Техник аккуратно положил свою папку на банкетку и затем осторожно принял из рук Фрол Прокофьича фужер.

Фрол Прокофьич стукнул бутылкой о фужер:

-За здоровье моей дорогой сеструхи! И чтоб всем было хорошо! - провозгласил он и принялся пить прямо из горла.

Техник тоже пьет. Кто-то из гостей тут же угощает соленым огурцом.

-А теперь извиняйся! - приказал Толя.

-Как? - спросил мужчина, вернувши Фрол Прокофьичу фужер.

-Быстро, - ответил Толя.

-Извиняюсь, - послушно бормочет мужчина.

-Погоди, хозяйки тут нету. Вот придет, тогда еще раз извинишься.

-Другой раз не буду!

-Тогда надо еще выпить, - предложил Фрол Прокофьич и принялся опять наполнять фужер.

-Вот, берите ваши деньги! - очень кстати подоспела Нина Александровна. - Пишите вашу квитанцию скорее и уходите. Вы же видите, что у меня гости.

-Не мешай, Нинок! - решительно оттеснил сестру Фрол Прокофьич. - Видишь, мы с приятелем выпиваем за твое здоровье.

-Постойте, я тоже хочу выпить! - говорит бас Толя.

-Братцы, про меня не забудьте! - подскочил Миша и протянул вперед чайную кружку.

-Что же, вы тут, в коридоре будете устраивать застолье? - спросила хозяйка. - Пойдемте лучше в комнату!

-Нина, он тебя обчистит! - предупреждает Ангелина Леонидовна.

-А что у меня обчищать-то? Разве что пианино?

-О! Пианино! - обрадовался Фрол Прокофьич. - Моя сеструха, брат, вот так играет! Спасу нет! Нина! Сейчас ты будешь играть, а мы с этим... слушай, как тебя зовут-то?

-Ну, Дима.

-Нина, мы с Димой хотим плясать!

Фрол Прокофьич энергично поволок техника в банкетную комнату. По дороге кто-то предусмотрительно освободил его от верхней одежды.

Через каких-нибудь пять минут техник Дима проникновенно провозглашал тост за виновницу торжества. А через полчаса - его пышная шевелюра многозначительно покоилась на роскошном мягком плече Ангелины Леонидовны.

-Вот, ведь умаялся как, родимый, от этой своей беготни по квартирам! - жалостливо ворковала она, поглаживая ладошкой Димины кудри. - Ни поесть толком, ни поспать из-за этой проклятой работы.