# Настоящая любовь

Наталья Николаевна Шумак

НАСТОЯЩАЯ ЛЮБОВЬ


Ирочке стукнуло тридцать пять. Муж - инженер. Дочь - юная красотка девятиклассница. Мама - язвенница и трезвенница. Сестра Нина - засиделась в девках, все ухаживала сутками, то за парализованной бабушкой, то за дедом. Папа сосредоточился в последние годы на трех страстях: пиво, телевизор, еда.

Ирочка очень миниатюрная, точеная, худенькая - работала парикмахером в мужском зале. Клиенты ее обожали. Муж ревновал. Хорошо, что не поколачивал. Но еженедельный затяжной скандал имел место быть.

Жизнь тянулась серой однообразной лентой. Работа-дом-работа-дом. Весной, летом и осенью в список добавлялась дача. Ох уж эта окаянная фазенда. Мама панически боялась голода. Сажала в трех местах картошку. Ирочка и Нина казались себе Изаурами. Копали, поливали, собирали жуков (тех, которые чихать хотели на отраву). Пропалывали, мотыжили, окучивали, выкапывали, собирали, складывали в погреб. Нина на свою внешность плюнула. Ирочка собирая силу воли в кулак, спала на бигудях и как могла, делала маникюр. Ярко красные длинные когти у нее оставались супер крепкими. Назло всему!

Муж был первым и единственным мужчиной в жизни. Поженились то сразу после школы, по залету. Первый ребенок - мальчик, умер уже в роддоме. Хорошо, что вскоре появилась Жанночка. Вредная и упрямая, с тройки на тройку переползающая из класса в класс. Ничего. Пятерки еще никого не сделали счастливым - постановил папа, бывший отличник. Нищета Ирочку то угнетала, то бесила. Но, посмотрев на жизнь некоторых своих подруг она всегда решала, что ей повезло. Не пьет, не бьет! Чем не золотой супруг? Дочь по мужикам еще не бегает, матом не ругается. Просто чудесно. Мама после операции чудом выжила, вернулась в цех - все классно. Дедушку (отлежавшего в зале на диване пять лет) схоронили. Перевели дыхание - расслабились. Ирочке стукнуло тридцать пять. В зеркале она с неудовольствием обнаружила очередную наглую морщинку.

-У, зараза!

Накануне первомайских праздников мама обратилась с просьбой. (Они с Ирочкой жили в одном доме, в крайних подъездах. Мама-папа-Нина в двух комнатной угловой на девятом этаже. Ирочка-Сергей-Жанна тоже в угловой однокомнатной на первом.) Обязательно! Это очень важно, обслужить соседа с восьмого этажа.

-Ему на инвалидной коляске тяжело в парикмахерскую. Просит выручить. Заплатит, как скажешь.

Ирочка привыкла подрабатавать на дому у клиентов. Хотя и сортировала предложения жестко, дабы не влипнуть в неприятности. Иногда предупреждала, что за ней зайдет муж. Иногда привлекала папу. А что делать? Приходится крутиться. На одни колготки для длинноногой Жанны улетает куча денег.

-Квартира не под нами, из лифта налево. Он будет тебя ждать. Зовут Аркадий.

-Сколько ему лет?

Спросила Ирочка без всякого любопытства.

-Около сорока.

-Хорошо.

В назначенное время она позвонила в дверь. Издалека донеслось.

-Момент!

Ждать, действительно, пришлось недолго. Хозяин лихо управляясь с коляской, развернулся в прихожей.

-Здравствуйте, Ирина. Вот тапочки приготовил.

Заросшая, неухоженная борода. Круглые, как у Джона Леннона очки. Длинные рыжеватые волосы на плечах.

-Да, видок у меня не того. Не взыщите. Врач пристыдил. Вот я и пригласил специалиста по шевелюрам.

-Все в порядке.

Ирочка не выносила грязь. Но волосы у Аркадия были чисто вымыты. Значит, и беспокоиться не о чем. Сбросила туфли. Клиент покачал головой с удивлением.

-Ничего себе. Я тапочки припас. Но они вам, как... лыжи. Какой размер носите, если не секрет?

-Не секрет. Тридцать четвертый.

-Ого! А я думал - Золушки вымерли.

Ирочка спросила, где ванная, чтобы вымыть руки.

-Стричься будем на кухне. Там светлее.

Постановила она после короткого раздумья. Для нее приготовили полотенце и новое мыло. Детское. Заботливый какой клиент попался. Елки-палки.

-С кем вы живете, Аркадий?

-Один. Мама с сестрой неподалеку. Забегают, если я прошу. По хозяйству мне помогает соседка. Ее уволили с завода, вот она у меня подрабатывает. Через день.

Ирочка огляделась. Действительно. Пусто - на коляске удобнее раскатывать, но чисто. Все под рукой, чтоб далеко не тянуться. На подоконнике печатная машинка, в футляре. Аркадий проследил за взглядом. Объяснил.

-Раньше ей пользовался. Сейчас только компьютером. Пылится, место занимает. А выкинуть или продать жалко. Столько всего на ней напечатал. Реликвия.

Ирина попросила подъехать ближе. Раскрыла сумку. Достала инструменты: ножницы, расчески, щетки, машинку.

-Бороду оставим, или уберем?

-А как лучше?

-Если уберем, придется бриться. Все время. Если оставим - придется ухаживать за бородой. Расчесывать, подравнивать. Выбирайте.

-Борода.

-Хорошо.

Ирочка взялась за дело. Ножницы звенели в ее руках, порхали вокруг головы мужчины. Постепенно вместо заросшего пещерного существа на свет божий явился вполне симпатичный человек, с худым лицом и грустными глазами ангела, сосланного в этот мир за неизвестно какие грехи.

-Где у вас зеркало?

-Маленькое на холодильнике. Большое? Он пожал плечами.

-А зачем оно мне?

Результат клиенту понравился.

-Сколько я вам должен?

-Двести. Если это не дорого для вас.

-?

-Рублей, разумеется.

-?

-Что вы на меня так смотрите?

-Простите. Вот балда! Задумался.

Кошелек лежал на столе. Красивый, коричневый из тисненной кожи. Аркадий достал три светлые бумажки.

-Еще сто - премия. И просьба. Давайте договоримся на два раза в неделю. Будете окучивать этот огород.

Он показал на бороду. Ирочка возразила.

-Слишком часто. И потом, это будет дешевле, а мне...

Он не дал ей договорить.

-Два раза в неделю по двести рублей. Зато, буду похож не человека. Соглашайтесь.

-Я подумаю.

-В субботу, утром.

-Хорошо.

Сдалась она, представляя, что именно купит сейчас на три сотни. И на следующие две тоже. Маме рассказала, как есть. Не скрывая ни словечка. Подытожила.

-Чудак. Не очень хочу мотаться к нему.

Мамочка возразила строго.

-Почему? Ведь платит. Я знакома с его сестрой. Приставать к тебе он не будет. Не в состоянии. Это факт. Все знают.

-?

-Импотент.

-Ой, бедняжка.

Отчего-то взгрустнула Ирочка. Мама продолжала давить на дочь.

-А если ему хочется поболтать, почему нет? Он работает с какой-то столичной интернет-конторой. И получает побольше всех нас вместе взятых. Молодец.

-А что с ним стряслось? Болезнь?

-Авария. Сломал позвоночник. Жена сбежала через год. Детей не было. Но он не раскис. Пашет. Родительницу и сестру содержит. Кремень.

Мама искоса бросила взгляд полный укоризны на Ирочкиного папулю, похрапывающего перед телевизором. Вечером Ирочка рассказала мужу про клиента.

-Полный импотент, говоришь? Бедняга. И зачем жить остался?

Злорадно пробурчал Сергей. Видимо, радуясь, что хоть эта беда обошла стороной. Обнял жену, потянул к себе. Запустил обе руки под юбку.

-Давай быстрее. Через полчаса Жанна вернется.

Словом, дома все было по-прежнему. Что касается регулярных визитов к Аркадию...

Он Ирочку ждал. Покупал, (заказывал помощнице принести) ее любимые печенья и конфеты. Обзавелся кофемолкой.

-Не пью я эту гадость. Но раз вам нравится...

Не лез с лишними разговорами, не ныл, не давил на жалость. Но как-то незаметно, месяц за месяцем получилось, что короткие деловые визиты удлинились до полутора часов. Ирочку встречал аромат свежемолотого кофе, турка водружалась на огонь.

-Переобувайтесь. Сейчас все будет готово!

Новенькие красные тапочки тридцать четвертого размера тоже были приобретены специально. Ирочка таяла от внимания и заботы. Впрочем, не теряя головы. Приводила и без того идеально лежащую бороду в порядок, причесывала. Аркадий под ее прикосновениями жмурился точно кот. Однажды спросил.

-А как у вас с мужем?

Ирочка резко ответила.

-Полный порядок.

Больше этой темы он не поднимал. Никогда. Перед Новым Годом Аркадий сказал вдруг.

-В январе уезжаю.

-Куда?

Глупо удивилась Ирочка.

-В Москву. Фирма требует меня в реальную жизнь. Я решил рискнуть. Почему нет?

-Ясно.

Ирочка видела, что Аркадий не бедствует. Значит - ценят. Хотя провинциальные мерки и представления очень далеки от столичных. Задумалась на минутку. Поставила пустую чашку на стол. Аркадий потянулся помочь. Пальцы встретились. Он слегка придержал ее руку. Заглядывая в глаза, попросил.

-Ты только не вырывайся и не убегай. Просто позволь мне...

-Что?

-Показать тебе, как сильно я... Пожалуйста. Подари мне это время. Сегодня. Тебя ведь не ждут, еще. Так?

Пока Ирочка подыскивала достойный ответ: вежливо глотая прямые намеки на известные ей печальные обстоятельства. Пока она молчала, Аркадий не бездействовал. Коляска у него была с электрическим мотором. Он редко его включал. Но в этот раз - воспользовался. Обнял, усадил к себе на колени. Пошутил.

-Карета подана.

Увез в спальню. Ирочка и не представляла, что эти худые руки так сильны. Впрочем, видела же в комнате и на кухне гири, гантели... Уложил на постель. Стал медленно, не торопясь целовать руки. Пальчик за пальчиком. Ирочка закрыла глаза в неожиданной сладкой истоме. Аркадий прижал ладони к ее бедрам, взялся за юбку. Оказывается колготки можно снимать целую вечность. Превращая это немудреное действие в игру, поддразнивание, ритуал служения. Ирочка вытянулась стрункой. К лицу прилила кровь. Длинные волосы растрепались по подушке.

-Ты прекрасна, Золушка. Ты прекраснее всех.

Спрашивать его сейчас зачем он так старается, если удовольствие испытать суждено ей одной Ирочка не могла. Губы пересохли. С них срывались только короткие стоны и всхлипывания. Аркадий дарил ей наслаждение за наслаждением. Не забывая изредка повторять, шептать в алое от нахлынувшей крови ушко.

-Как ты красива... Любимая...

Она извивалась в навязываемом его пальцами и языком ритме, она плакала от счастья, не могла сдержаться снова и снова. Раскрываясь навстречу его ласкам, приподнимаясь и вновь падая в постель. Руки теребили, рвали покрывало. Чуть позже, в нахлынувшей тишине, Ирочка почувствовала, что ее укрывают.

-Отдохни минутку.

Нежный поцелуй в щеку. Прикосновение пальца к виску.

-Жаль, детка. Очень жаль.

-Чего?

Спросила она охрипшим от счастья голосом.

-Что ты такая, как есть. Я тебя уже изучил. Ты не бросишь мужа, не поедешь со мной. Жаль.

Еще один поцелуй в лоб.

-Сварить тебе еще кофе?

Когда она уже оделась и вышла на кухню Аркадий, как ни в чем ни бывало, хлопотал у плиты. Только глаза были светлее и радостнее, чем два часа назад. Чем всегда.

-Ты... Почему?

-Что почему?

Не понял он, поворачиваясь и Ирочке с туркой в руке.

-Ну, почему. Ведь тебе самому...

-Что за глупости ты говоришь? Бедная девочка! При чем тут я и мои оргазмы? Любовь это не торговля. Ты просто даришь себя, вот и все. Неужели не понятно???

Ирочка поцеловала его в губы.

-Спасибо, не надо кофе. Я побегу. Пора.

-Хорошо.

Выехал в прихожую. Попрощался. Спросил.

-Придешь во вторник?

-Не знаю.

Честно ответила она.

-Спасибо, что не врешь.

Глаза у него снова приобрели выражение вселенской печали. Рот сжался в прямую линию.

-Береги себя.

На улице понемногу темнело. Люди с елками торопились по своим домам. В витринах горели гирлянды. Город наряжался к встрече Нового Года. Ирочка бежала, поскальзываясь, по обледеневшему тротуару, осознавая, что сегодня получила лучший в жизни подарок. Настоящую ЛЮБОВЬ.


***