# Мохнатый Март

Наталья Николаевна Шумак

МОХНАТЫЙ МАРТ


Эпизод первый.

Любовь - сплошные нервы.


Вика была фатально, то есть по самые ушки влюблена в своего шефа. Смешно?

Сразу, как устроилась на работу, пала жертвой чар Сергея Сергеевича. Краснела. Бледнела. И прочее, и прочее. Коллеги понимающе ухмылялись. Они такой цирк видели уже не первый раз. Влюбиться в энергичного, белозубого, остроумного небедного мужчину гораздо легче, чем не влюбиться в него же.

Босс от многих иных начальников отличался не только особой привлекательностью. Нет. Хорошая лиса в своей деревне кур не таскает. Такой у него был принцип. Иными словами: босс избегал служебных романов как чумы. И, хотя девочки на фирме работали весьма и весьма привлекательные, никому еще ни раза не удалось забраться к Сергею Сергеевичу в постель. Вот так.

Вика в коллективе нормально со всеми общалась. А сблизилась, незаметно и плотно, только с Аллочкой - секретаршей босса. Ее невероятной красоте все откровенно завидовали. А Вика вела себя просто, без скрытого бабского раздражения. Присутствие ослепительного существа ее не напрягало, не злило. Почему? Мамино общество закалило раз и навсегда. Если твоя собственная родительница выглядит не хуже Лиз Тейлор, привыкнешь не дергаться из-за соседства с богиней.

Однажды пили вместе чай, Аллочка вдруг сказала, Вике что в коллективе безответную любовь к шефу называют Сергееманией.

-?

-Ты сейчас находишься в заключительной пятой фазе процесса, рыбка.

-?

-Объясняю. Ты уже понимаешь, умом, не сердцем, что дело безнадежно. Что тебе ничегошеньки не светит. И пытаешься взять себя в руки. Молодец!

-???

-Так и надо. Чем больше мы на них обращаем внимание, тем меньше они нами интересуются.

Вика трясущейся рукой ухватила с блюдца очередное диетическое печенье. Аллочка берегла фигуру и нормальные сладости не употребляла. Запихнула безвкусную галету в рот, героически стиснула челюсти и заставила себя жевать. Не рыдать же. Аллочка, задумчиво, разглядывая Вику, сообщила.

-Кстати, не хотела зря тебя обнадеживать, но ты девушка неглупая. Так что слушай. Мне кажется, что шанс понравиться боссу у тебя есть.

-Почему?

-Ты очень похожа, просто один в один - на старую черно-белую фотку, которая у него на столе стоит, в черной рамочке.

-Правда? А кто это? На снимке?

-Не знаю. Трогать не разрешает. Даже пыль стирает сам.

Аллочка через минуту перескочила на другую тему. А Вика загрузилась. Задумалась. Что еще за фотография. Кто эта загадочная дама, на нее якобы похожая?

Никто на фирме не был в курсе увлечений Сергея Сергеевича. Личную жизнь он не афишировал. Не имел среди сотрудников любимчиков. Ни с кем не сближался, кроме своего водителя - Вольдемара. Тот выглядел настоящей гориллой. И на самом деле парня звали Владимиром. Сам себя он первое время именовал так: Вован. Всех это смешило. Как и когда его окрестили на французский манер? Новое прозвище контрастировало с обликом гориллы. Получался комический эффект. Вольдемар беззастенчиво клеил сотрудниц. Облагодетельствованные барышни сплетничали, что громила свирепый только на вид, а на деле очень даже нежное и ласковое существо. Жениться Вольдемар не спешил. То ли брал пример с шефа, то ли просто был полигамен по натуре.

Вика громилу сначала побаивалась, как и все новички, после привыкла. К ней он никогда не клеился, предпочитая длинноволосых блондинок, или шатенок с пышными формами. Субтильная брюнетка его не привлекала.


Эпизод второй.

Узник с остроухой головой.


Вика скользила на обледенелом асфальте. Ветер забирался под коротковатый пуховичок. Б-р-р-р. Ну и холодрыга. Первый календарный день весны дразнил январской теплотой.

Остановилась, вороватым движением вытащила из кармана пачку бумажных салфеток - нос в холода неизменно подводил. Стирка носовых платков Вике осточертела, вот она и перешла на одноразовые. Изводила в день по пачке, а то и больше. Бабушка, не ведавшая что такое насморк, если очень злилась на внучку, обзывала соплей зеленой...

Слева кто-то шумно и горько вздохнул. Вика вздрогнула от неожиданности, выронила использованную салфетку, обернулась.

Прислонившись к скамейке боком, на снегу сидела черная мохнатая дворняга. Крупная, тощая, грязная. Шерсть свалялась неопрятными колтунами. Горячий, лихорадочный взгляд сверлил девушку. Коричневый кожаный намордник поначалу навел Вику на мысль, что с псом кто-нибудь гуляет, что все в порядке и стон ей просто почудился. Но тут пес вздохнул еще раз, дернулся. Высунул кончик серого языка, попытался лизнуть снег. В позе его, в поведении, была обреченность. Вика подошла ближе. Она никогда не любила собак страстно. Так, чтобы завести щенка, выгуливать его, водить к врачу и прочая, и прочая. Ей случалось погладить симпатичного питомца подруги, вот и весь опыт общения с четырехлапыми друзьями человека. Ни в детстве, ни в юности, у нее никогда не было собаки. Ни разу. У мамы жуткая аллергия на шерсть животных. Так что даже кошки в квартиру не допускались. И, хотя уже третий год Вика жила отдельно, в двушке, доставшейся по наследству от бездетной тети: привычкам она изменять не собиралась. Живность в доме казалась лишними хлопотами.

Пес опять вздохнул и тяжело лег, почти упал в снег. Мимо спешили прохожие, на несчастную собаку никто не обращал внимания. В сердце у Вики что-то затрепыхалось. Она подошла ближе. Сказала глупо.

-Привет. Хочешь, я тебе помогу?

Присела на корточки возле псины. Медленно протянула руку, коснулась загривка.

-Не будешь сердиться? Не тяпнешь?

Откуда ей было знать, какой характер у этого мохнатого страдальца? Вика положила мешающую сумку на скамью. Провела рукой по собачьему затылку. Кто бы научил - как расстегивать намордники. Она ни разу в жизни к ним пальцем не прикоснулась!!! Ну и ладно, разберемся, не маленькие. Пес извернулся, посмотрел ей в глаза. Вика поразилась, в них - мутных и больных, зажигались искорки надежды.

-Что? Умный парень? Понимаешь, что я тебе помочь хочу?

Девушка промучилась с защелкой минуту. Пока ей удалось освободить собаку. Намордник был снят и отброшен прочь.

-Ну, вот и все!

Пес стукнул хвостом по снегу. Один раз. Тяжело приподнялся. Его качало. Вику осенило. Он хочет есть и... Пес начал торопливо, мучительно глотать снег.

Он хочет есть и пить! Сколько же времени он провел в таком состоянии, совершенно беспомощным? Не способным ни защитить себя, ни добыть еды?

-Бедняга.

Посочувствовала она псу. Бедняга. Тут мысль ее оформилась во вполне конкретное действие. Вика решительно поднялась. Подхватила со скамейки сумку. Попросила собаку так, словно с человеком общалась.

-Подожди меня здесь, пару минут. Хорошо?

Черная морда повернулась к девушке. Пес напряженно слушал звуки ее речи. Лохматый и крупный, он напоминал и овчарку, и лайку одновременно. Беспородные собаки редко бывают такими рослыми и мощными. Светлые пятна на груди и лапах делали его нарядным.

-Тебя бы отмыть хорошенько. Станешь красавчиком.

Вика торопливо вернулась в дом. Благо идти от скамейки до ее подъезда было совсем недалеко. Сетуя на собственную мягкость, переходящую в глупость, налила теплой воды в пластмассовое ведерко из-под майонеза. Во второе точно такое же, вывалила свежую, вчера вечером сваренную гречневую кашу. Подумав секунду, отрезала пару кружков докторской колбасы. Торопилась, вот и бегала по кухне, не разуваясь, в сапогах. Натоптала грязи! Блин. Правильно мама говорит, с животными одна морока. И никакой пользы от них нет... Вика выглянула в кухонное окно.

Пес сидел возле лавочки. Ждал. Глаз с подъезда не сводил. Надо же!

Выбежала из дома. Торопливо поставила на снег еду и питье. Сказала сварливо.

-Не думай, что я всегда буду тебя кормить. Не дождешься. Понял?

Черный хвост несколько раз ударил по снегу. Пес почти подполз к ведеркам, ткнулся мордой в то, где была вода, жадно захлюпал. Девушка погладила твердый собачий загривок.

-Шкура у тебя железная. Шерсть, как из проволоки. Ты не терминатор, случайно? Засланный в наш мир с грязной целью - найти и сожрать героя? Нет?

Пес рыкнул, точно согласился с предположением. Вика решительно отвернулась, поправила воротник, стряхнула с рукава несколько крупинок каши.

-Пока!

-Р-р-р.

Ворчание было коротким и дружелюбным. Точно он понял, что с ним прощаются и ответил. Следом раздалось смачное чавкание. Пес набросился на кашу.


Эпизод третий.

Узник, запертый в туалете.


Вика помчалась галопом. Опаздывать на работу не хотелось. Ни капельки! Она всегда гордилась своей пунктуальностью. Повезло. Успела впрыгнуть в автобус. И в метро тоже не пришлось стоять в ожидании. Так что на фирму Вика прискакала вовремя. Расстегнула пуховичок, сняла перчатки. Замечательно.

В дверях налетела на Вольдемара. Буквально впечаталась носом в его мощную грудь. Буркнула.

-Привет.

Собралась пробежать мимо, не тут-то было. Водитель поймал ее за рукав.

-Подожди. Я как раз тебя ищу. Ты у нас с замками ладишь, как блин, взломщик.

Имелся у Вики такой талант, на самом деле. Дедушка был очень простого происхождения и всю свою жизнь ремонтировал запирающие механизмы разной сложности. Это он так выражался. А Вика, его передразнивая, повторяла эти слова, точно попугай. Любимая внучка у дедушки дома с замками точно с игрушками возилась. Ей это нравилось. То ли гены, то ли еще что.

-Шефу надо помочь.

Громила сцапал Вику за рукав и потащил по коридору, объясняя на ходу.

- Заклинило, что ли. Не могу его открыть. Вот и сидит человек в сортире. Пардон, в туалетной комнате. Давай шустренько освободим его. Ты сможешь, все тихо сделаем. Идет?

-Конечно. Стоп. Инструменты у нас есть, ну хоть что-нибудь?

Вольдемар бычьей головой отрицательно покачал. Вика деликатно постучала в дверь туалета.

-Все в порядке, шеф? Сейчас, я вас освобожу. А где родной ключ, который от двери?

-У меня.

Ответил шеф. Вика присела. Снизу была небольшая щель.

-Попробуйте, мне ключ передать. Может, получится.

-Угу.

Шеф сегодня не отличался многословием. Что ж, можно его понять. Сергей Сергеевич чертыхнулся, было слышно, как он стукнулся об стенку локтем, или коленом. Вика ждала. Безрезультатно. Увы, увы, номер не прошел, вернее не пролез. Шеф оставался запертым, зато при ключе. А Вика задумчиво стояла по другую сторону клозетной двери.

-Вольдемар, принеси мне пару скрепок.

-Момент.

Замок на двери появился три недели назад. Когда в соседнем офисе, расположенном на том же этаже, устроили грандиозный ремонт. Бригада рабочих, сокрушающая старые стены, и возводящая новые, мгновенно превратила чистенький клозет в нечто, похожее на вокзальную уборную. Жидкое мыло и бумага исчезали таинственным образом. Пахло мерзким дешевым куревом и не только им... Вот почему одну из кабинок временно оснастили замком. Дабы лишь сотрудники фирмы могли ею пользоваться, пока рабочие не закончат ремонт и не уберутся куда подальше.

Вика изучила замок. Слава Богу, ничего серьезного. Распрямила одну скрепку, а другую согнула замысловатым крючком. Некстати вспомнила черную дворнягу в наморднике. Судьба у нее такая сегодня, освобождать пленников? Поднажала чуть-чуть, тьфу ты гадость - сломала ноготь! Безупречный, ухоженный, красивый коготок. Вот невезение. Железки скрипели в замке. В самую последнюю секунду девушка подумала, что сейчас обожаемый босс пристально и благодарно посмотрит ей в глаза!!! Ради такого роскошного мига можно было и постараться. Бог с ним, с ногтем, хотя жаль. Наконец раздался вожделенный щелчок. И? Сергей Сергеевич рванулся на свободу так, что чуть не убил спасительницу дверью.

Удар по лбу.

Темнота.

...

Девушка очнулась на руках у Вольдемара, тот поднял жертву с пола и держал на весу, перед грудью, укоризненно глядя на босса. Сергей Сергеевич мялся с ноги на ногу, прикушенная губа делала его очень забавным. Вика невольно фыркнула, но тут же охнув, прижала ладонь ко лбу. Шепнула.

-Больно.

Шишка вздулась очень приличная. Самый подходящий вид для вечернего праздника, одним словом. Вика тихо заскулила от обиды. Босс зашипел сердито. Вольдемар продолжал держать невинно пострадавшую на руках. Троица имела очень странный вид...

-Неси ко мне в кабинет.

Сердитым тоном, злобно зыркая через плечо, на ни в чем не виноватого Вольдемара, скомандовал босс. Через минуту все втроем оказались в земле обетованной, в райском маленьком уголке, среди книг и фотоальбомов с видами разных островов. Босс рухнул в любимое кресло. Вызвал секретаршу Аллочку, велел ей заварить чая. Взялся звонить какому-то знакомому врачу. Вика с несчастным видом лежала на диване. Вольдемар топтался рядом. Косился на девушку сочувственно.

Прибывший через час пузатый и веселый доктор с заковыристым именем отчеством, Вика тут же позабыла - как этого эскулапа зовут, поздоровался с Сергеем Сергеевичем за руку. Подсел к Вике. Пробасил с профессиональной любезностью.

-Как у нас дела, лапочка?

Вика отвечала на глупые вопросы. Слушала рекомендации. Голова просто раскалывалась. Доктор продолжал красивым густым голосом излагать разные врачебные гадости.

-Классическое сотрясение. Что пить и что колоть я напишу. Советую не отлынивать. Чтобы не было никаких последствий. В любом случае, лапочка, три дня полный покой. Лежать пластом, ничего не делать. Ясненько?

Вскоре врач отбыл, сделав девушке целых три укола и попрощавшись с Сергеем Сергеевичем. Немалые деньги он взял с таким привычным, скучающим видом, что Вика сразу уверовала в его профессионализм. Пока Вольдемар провожал доктора, босс примостился на краешке дивана, с очередной чашкой крепкого сладкого чая в руке.

-Держи.

Вика покраснела. Может все и к лучшему? Подумаешь, по лбу схлопотала. Зато получила шанс побыть рядом...

-Спасибо.

Пальцы их соприкоснулись. Вика приподнялась, отхлебнула глоток чая. Сергей Сергеевич втянул ноздрями воздух. Медленно поднес свою ладонь к лицу. Понюхал... Возмутился.

-Псиной воняет!

Вика прикусила губу. Конечно. Руки помыть она просто не успела. Вот дура! Сергей Сергеевич спросил ехидно.

-И какой у нас породы домашний любимец? Мопс? Китайская хохлатая собачка? Хотя... Эти мелкие пакости так не пахнут. Неужели, девушка обзавелась ротвейлером? А?

Вика ответила сухо.

-Нет.

-А кем же от ваших рук так... несет?

-Дворнягой.

Вика героически начала давиться чаем.

-Дворнягой??

Шеф отошел от дивана. Ответил кратко на пару звонков. Вика смотрела ему в спину. Широкие плечи. Быстрые движения. Обратила внимание, невольно, что босс в паузах между деловыми разговорами, смотрит на рамку с фотографией. На ту самую, про которую говорила Аллочка.

Спросила вдруг, сорвалось с языка почти против воли.

-Сергей Сергеевич, а чья фотография у вас на столе?

Он посмотрел неодобрительно. Ответил сухо.

-Моей мамы.

-Вашей мамы?

-Да. За неделю до аварии ходили в лес, гуляли. Отец щелкнул. Сказал, что на память. Она еще смеялась над этим.

Вика молчала.

-Ей всего тридцать лет было. Тогда. Все. Не будем больше об этом!

Вернувшийся в кабинет Вольдемар был уполномочен доставить девушку с шишкой на лбу домой. Голос у босса был спокойным, тон непререкаемым.

-И возвращайся поживее. Ты мне нужен. Праздник же. Дел невпроворот.

Вике стало жалко себя, но она героически сдержалась. День оказался безнадежно испорчен.


Эпизод четвертый.

Флиртуйте. Это модно.


Вика честно провалялась в постели три дня. Мама названивала с интервалом в тридцать минут, не давая выспаться, спрашивала - как любимая девочка отдыхает. Хорошо, или не очень?

Черный пес героически сидел под окнами квартиры.

Вика из любопытства выглядывала из-за кухонной занавески несколько раз в день. Не ушел ли? Фигушки. Соседи огибали грязного незнакомца по широкой дуге. Кто его знает, что у него на уме. Вон зубищи какие, словно у крокодила. Ночью пес исчезал. Утром появлялся. С таким постоянством, будто на работу ходил.

В понедельник утром в дверь позвонили. Вика в халате и тапочках, проковыляла, спросила лениво.

-Кто там?

В ответ прозвучало заковыристое имя отчество того самого врача, который...

В общем, явился давешний корифей. От усов доктора вкусно пахло рыбой и сыром. Как от сытого котяры, подумала Вика. Зимний кожаный плащ едва сходился на солидном брюшке. Врач водрузил на стол черный портфель с разнообразными медицинскими причиндалами. Распахнул его.

-Где можно вымыть руки?

Голос у него был сильный, хорошо поставленный, как у оперного певца. Вика указала путь в ванную. Без спросу заглянула в портфель. Молоточки. Целых три штуки. Тонометр. Фонендоскоп. Еще какая то неизвестного назначения фигня никелированная. Специалиста же к ушибленной девушке прислали, не хухры-мухры. Шлепнулась на диванчик, задумалась. Такой заботы со стороны шефа она не ждала. Может быть ему стыдно? И он свою вину заглаживает?

Корифей вернулся из ванной. Провозгласил с будничной торжественностью востребованного жизнью, избалованного и одновременно замученного пациентами, профессора.

-Начнем. Раздевайтесь, лапочка. Я вас осмотрю.

Вика вздохнула. Обнажаться перед посторонним мужчиной? Бело-синие тощие ноги и ребра демонстрировать? А заодно и полное отсутствие женственных выпуклостей на передней части туловища? Так заковыристо она о своей груди нулевого размера подумала. Корифей ждал, нетерпеливо постукивая грязным ботинком о чистенький ковер: шикарный подарок покойной тетушки. Все гости, узревшие буйное великолепие узора, застывали в дверях и долго любовались, восхищенно охая и ахая. А вот корифей, человек особенный, разуваться и не подумал. Топчется по роскошной вещи, как по заурядному изделию таджикской фабрики, и в ус не дует! Бедный ковер...

Вика совлекла с плеч байковый халат. Последовал приказ, сопровождаемый взмахом черного молотка.

-Пижамку тоже снимите.

Вика исполнила приказ. Выпрямилась. Стыдливо скрестила руки на отсутствующей груди. Корифей приблизился. Но дотронуться до пациентки не успел. В дверях раздался сдавленный мамин крик.

-О Боже, Боже мой!

От неожиданности Вика подпрыгнула, а корифей едва не выронил молоток.

-О Боже!

Повторила мама еще громче. У родительницы имелись ключи, запасной комплект на всякий случай. Но прежде она ими не пользовалась. Без спросу и предупреждения не врывалась.

-О, нет!

Театрально провозгласила мама и взялась за сердце. Хорошо ей такой маневр проделывать с упругим бюстом третьего размера. Очень эффектно выглядит. Корифей зашевелил черными усами. Карие глаза его ярко заблестели.

-Фердинанд Аскольдович.

Представился он, гордо расправив плечи. Вика пояснила.

-Доктор наук. Профессор. Заслуженный врач. Знаменитый специалист.

-Ах...

Мама мило покраснела. И тоже как была в сапогах, вплыла в комнату. Бедный ковер, бедный, бедный ковер.

-Ах. А я уж было подумала...

Корифей крякнул с довольным видом. Мамины предположения ему отчего-то польстили. Вот же котяра. Мама ворковала, включив обаяние на полную катушку.

-Ах. Благодарю вас и приношу извинения. Мне право жаль... Но моя девочка, она еще совсем ребенок...

Двадцати четырехлетнее чадо взгрустнуло, завернулось в халатик потуже и пошло себе на кухню, чай ставить. Мамины сладкие трели заполняли квартиру.

-Такой привлекательный, солидный мужчина рядом с моей, не вполне одетой девочкой, посудите сами, что еще я могла подумать?! Я решила, что вы ее шеф... И это было бы по меньшей мере...

-Шеф??? Шеф? Шеф... Это было бы замечательно.

Прошептала Вика. И повторила чуть громче.

-Это было бы замечательно! Это было бы...

Мамин голос ворвался на кухню. Заковыристое имя врача родительница пропела не спотыкаясь.

-Солнышко мое. Иди же к нам. Фердинанд Аскольдович должен тебя осмотреть. У него еще столько дел. Столько дел. А мы задерживаем занятого человека.

-Мы?

Возмутилось было Вика, но тут же умолкла. Победить маму в споре было заведомо нереально. Дешевле согласиться с любым утверждением и промолчать. Взаимная экономия нервов и силы.

Корифей осматривал Вику в три раза дольше, чем в кабинете шефа. Время от времени он бросал через плечо пылкий заинтригованный взгляд в сторону кресла, где изящно выставив одну безупречную ножку вперед, сложив руки на коленях и удерживая спинку ровно-ровно, как балерина, расположилась мама. Усы у Фердинанда Аскольдовича топорщились, глаз горел. Вика чувствовала себя безоговорочно лишней в этом спектакле.

-Полежите еще пару дней, лапочка. Завтра вечером я загляну вас проведать.

Он таким тоном выдал эту информацию: время своего визита, так беззастенчиво оглянулся на нимфу в кресле, что Вике стало неловко. Вроде взрослые люди, а ведут себя, как спятившие от страсти первокурсники.

-До свидания. Всех благ.

Мама вновь ворвалась в зал, подлетела к окну, выглянула. Пропела томно.

-Ах, какой мужчина. Какой удивительный мужчина.

-Помаши ему платочком. Он ждет.

Съехидничала Вика.


Эпизод пятый.

Защитник четырехлапый.


Вечером во вторник Фердинанд Аскольдович прибыл к пациентке с двумя охапками роз.

-Здравствуйте, лапочка.

-Вот это да!

Вика привыкла к тому, что обычно мужчины называют громким словом букет пять-семь цветочков упакованных в вульгарный целлофан. Но Фердинанд Аскольдович обычным мужчиной не был, и экономить на своих чувствах не собирался. Сколько же здесь роз, мимолетно подумала Вика? Двадцать пять в каждой охапке, не меньше.

-Белые для вас, очаровательное создание. А красные...

-Для моей мамы, очевидно?

Изрекла Вика небрежно. Корифей слегка смутился. Кивнул. Огляделся. Спросил как бы, между прочим.

-Вы одна?

-Да.

Фердинанд Аскольдович заметно пригорюнился. Вика не стала его мучить. Добавила торопливо, пока не расплакался, словно ребенок, потерявший новую игрушку.

-Мама звонила пять минут назад. Она застряла в пробке на Рублевке.

-Э..э... Замечательно.

По многострадальному ковру вновь началось топтание. Вика поняла, что напрасно не скатала его в рулон. Умнее надо быть. Предусмотрительнее.

Корифей растянул осмотр почти на час. Про все детские и подростковые болячки расспросил. И пульс пощупал, и частоту дыхания посчитал. Даже в рот заглянул, попросил показать язык. Когда прозвучал-таки долгожданный звонок в дверь (сегодня мама не стала пользоваться своими ключами), и врач и пациентка вздохнули с облегчением. Вика была рада освободиться от надоевшего осмотра. Сколько можно комедию ломать?

Фердинанд Аскольдович расправил плечи и выпятил грудь.

Мама ворвалась в комнату порывом свежего ветра. Благоухая неземным парфюмом. Блестя аккуратно подведенными глазами. Тщательно уложенные волосы свидетельствовали о визите к парикмахеру. Шикарный шелковый шарфик на шее реял как флаг победы. Карминовая губная помада и лак для ногтей точно в тон. Мама напоминала картинку из модного журнала. Что-то вроде иллюстрации к статье на тему "Роскошный возраст". Бюст вперед. В глазах опасный огонь. Доктор был повержен.

-Э..э..

-Добрый вечер, Фердинанд Аскольдович.

Как она не споткнется, не ошибется, поразилась Вика. В устах мамы имя врача наполнялось особенной красотой.

-Добрый.

Корифей и мама неприлично пристально уставились друг на друга.

-Хотите чая?

Спросила вежливая пациентка. Корифей и мама синхронно кивнули и выдохнули.

-Да-а-а.

Вика встала, оделась и пошла на кухню. Включила чайник. Достала заварку. Занялась делом. А что ей еще оставалось?

Примерно через час, когда Фердинанд Аскольдович и предмет его грез немного поболтали о кинематографе и книжных новинках, чаепитие завершилось.

Стихийно сформировавшаяся парочка поблагодарила юную хозяйку за гостеприимство.

-До свидания, лапочка.

-До свидания, дорогая моя.

Пропели уходящие. Вика ответила с тяжким вздохом.

-До свидания...

Впрочем, тут же, буквально через три минуты, в дверь позвонили опять. Что такое? Вика вернулась в прихожую. Открыла. Доктор и мама застыли рядышком смущенные и счастливые. Видимо вихрь страсти на них и впрямь налетел нешуточный. Карминовая губная помада исчезла с маминого лица самым таинственным образом. Щеки покрылись алыми пятнами. Шарфик на шее сбился. Безупречная прическа превратилась в художественный беспорядок.

-Что такое?

Глупо спросила Вика. И отчего-то поглядела в глаза мужчины. Какой ответ она надеялась там прочесть? Доктор не ответил, только улыбнулся смущенно.

-...

Но как много значило это молчание! Сколько силы в нем было! Вика поразилась. Вот это да... Оказывается не произнеся ни звука можно многое сообщить. Усы у корифея топорщились задорно, как у бравого генерала в старых фильмах о гусарах. Вика перевела взгляд на маму. Родительница успела поправить шарфик, заговорила с нервной и счастливой улыбкой.

-Вика, умница моя, наверно я оставлю машину здесь.

-Да ради бога.

Ответила вежливая дочь, несколько ошеломленная темпом развития событий. До сих пор в скоропалительных романах мама замечена не была. На особу - легко бросающуюся в пучину любовного приключения - она не походила. Что творится, вообще? Новый вирус какой-нибудь? Гриппус эротикус? Мама сверкнула глазами.

-Вот ключи. Заберу машину завтра.

-Да хоть через неделю.

-Пока.

-Пока.

Голубки взялись за руки!!! И улетели. Вика глянула им вслед.

О том, когда ей выходить на работу врач ни словечка не сказал. Видимо о мнимой цели своего визита он успел благополучно забыть. Что ж. Вика решила не мучиться. Голова у нее уже не болела. Самое время завтра утром вернуться в коллектив.

Самое время.

Тут Вика посмотрела на ключи от маминой машины. Выглянула в окно. Блин. "Пежо" пребывало вне зоны видимости. И что теперь делать? Вика подумала немножко и решила сдать мамин транспорт на платную стоянку, благо она находилась недалеко от дома. Маме придется позвонить и рассказать где ее колымага. Вика торопливо оделась, обулась и выбежала из квартиры. Черный пес сидел возле ступенек. С басовитым урчанием он прыгнул навстречу, обнюхал ноги своей спасительницы. Завилял хвостом, демонстрируя нешуточную радость от встречи.

Вика мимоходом погладила пса по голове. И тут же забыла о нем, поглощенная предстоящей задачей. Она не слишком хорошо водила. За руль садилась редко. А дорога была скользкой. Ну, ничего страшного. Не на другой конец Москвы ехать. Верно?

Ей повезло. На стоянке были свободные места. Она довольно быстро освободилась. Расплатилась. Выслушала бессвязный комплимент от сторожа и направилась обратно, домой. Решив сократить дорогу, направилась через пустырь. Мимо гаражей и стройки. До дома оставалась буквально сотня метров, даже меньше. Долговязая мужская фигура вывернула сбоку, из темноты.

-Гуляете, девушка? Так поздно и одна? Не боитесь? Люди нынче попадаются... разные. Так ведь можно и на неприятности нарваться.

Вика не ответила, прибавила шагу. Противный тип не отвязывался. Потянулся, ухватил за рукав куртки, рванул. Вика покачнулась, но устояла на ногах. Крикнула.

-Отпустите немедленно!

Собственный голос показался тонким, жалобным. Все же она испугалась. Мужчина тоже это почувствовал, засмеялся.

-Ага. Прямо сейчас и отпущу. Или минут через несколько. Понимаешь, о чем я? А?

Вика охнула, дернулась. На какую-то секунду она показалась себе мухой, угодившей в паутину. Вокруг ни души. Темнота. Что же ей делать? Что?

Слева раздалось жуткое, от такого кровь в жилах стынет - рычание. Черный мохнатый силуэт приблизился.

-Р-р-р.

Глаза у пса горели по-волчьи. Стало понятно, что он шутить не собирается. Рычание было последним предупреждением. Враг замер. Схватка с собакой не входила в его планы.

-Отпусти немедленно!

Громко сказала Вика. И добавила почти весело.

-Как видишь, девушка гуляет не одна.

Чужие руки разжались. Паук отпрянул прочь.

-Дура! Придержи своего урода!

Вика скомандовала, а что ей еще оставалось? Громко и повелительно.

-Фу, Март. Фу! Все в порядке. Фу.

Наклонилась. Нежно положила дрожащую ладонь на песий загривок. Из сердца выскочило не только имя, придуманное в долю секунды, но и приказ.

-Рядом. Рядом, милый. Идем домой. Все в порядке.

Так напугавший ее незнакомец, шагнул назад, в тень, стремительно исчез на стройке. Секунда. Другая. Затихли шаги. Точно и не было ничего. Тишина. Яркие звезды на небе. Вика вздохнула. Страх понемногу отпускал ее.

-Март?

Пес расценил это как приглашение. Прижался всем сильным, грязным телом к ноге, подставил морду под пальцы. Вика приласкала защитника. Выпрямилась. Что ж, слово не воробей. Вылетело - не поймаешь.

-Пойдем домой. У нас дел до фига. Тебя выкупать нужно и накормить.


Эпизод шестой.

Разговор неделовой.


В пятницу после обеда, Вика и Аллочка решили добежать до соседнего кафе. Инициатором выступила блондинка.

-Выпьем уже кофе как белые люди! Идет? Ужас как надоело самой варить, наливать, чашки подавать, убирать. Кстати, рыбка, у тебя после больничного удивительно свежий вид.

-Отоспалась, как следует. А еще дышу воздухом дважды в день по полчаса. Обязательный променад.

-Зачем?

-Псину выгуливаю.

-А-а-а.

Тут Аллочка переменила тему, собаки ее не интересовали, наклонилась к Вике близко-близко.

-Хочу спросить тебя об одной вещи. Только не ври.

-Ладно.

-Только не ври!

-Ладно!

-Что со мной не так?

Вика едва не поперхнулась кофе.

-В смысле?

-Я подурнела?

-Нет.

-Может, я веду себя, ну, не так как надо?

-Кому надо?

Вика не могла вникнуть в ситуацию. Не получалось. Допила кофе. Взглянула на часы и скомандовала.

-Время есть. Здесь нас никто не подслушает. Колись, что случилось.

Аллочка колебалась одно мгновение. Через минуту Вика узнала, что кукольно красивая блондинка смертельно влюблена.

-Жить не могу без Вольдемара.

Вика рухнула на стол.

-???

-Да. Это правда.

Оказалось, что год назад у них случился короткий роман, прерванный по инициативе Вольдемара. Аллочка героически делала вид, что тоже относится к этому легко. Развлеклись взрослые люди. Расстались. Забыли. С кем не бывает. Но на самом деле...

-Он самый лучший в мире. Никогда у меня такого не было. Ты знаешь, я мечтала подцепить солидного мужика. У меня сейчас есть подходящий тип. Наклюнулся вариант. Так запал, что караул. Жениться хочет. Но не нужен он мне ни капельки.

-?

-Я ведь приехала в Москву из Киева. У меня здесь ни одного знакомого человека не было. Ни образования. Ни опыта. Ничего. Шеф на работу взял исключительно за экстерьер.

Последнее слово Аллочка выговорила с гордостью.

-И?

-Меня в первое время ужасно удивляло, что он не пристает. Лапы не распускает. Вика улыбнулась. Аллочка продолжала.

-Я стала совсем другим человеком. И так ему благодарна.

-За что?

-За то, что я себя уважаю. За то, что изменилась. Я ведь была готова выскочить замуж за кого угодно, был бы при деньгах.

-А сейчас?

-А сейчас я другая. Вот влюбилась в простого водителя. И ни капельки не жалею. Ни капельки!

Аллочка заговорила горячо, торопливо.

-Вика. Викочка, Викуша. Ну, что, я глупая? Или страшная? Я бы ему ребенка родила, если бы он хотел. А если бы ему не надо, то не стала бы. Я все умею. Я такие борщи варю - язык проглотить можно. Я красивая. Здоровая. Молодая. Но он, он, он...

Тут она вдруг закрыла лицо ладонями. Из-под пальцев брызнули слезы. Вика вскочила, быстро оббежала стол, обняла блондинку, стала гладить по спине, утешать, бормотать ерунду.

-Ну что ты. Что ты. Что ты. Ты не просто красивая. Ты настоящая королева, Аллочка. Ты самая лучшая в мире. Честное слово. У нас ведь все тебе завидуют. Ты же знаешь. Вольдемар, он...

-Что?

Всхлипнула Аллочка уже тише. Вика решительно продолжила сеанс психотерапии.

-Вольдемар просто подумал, что не достоин тебя. Что тебе нужен богатый принц.

-Думаешь?

-Уверена.

-Правда?

-Я не знаю, что он думает. Но мне так показалось. Ты же у нас самая лучшая. Шефу же все его друзья завидуют. Думают, что ты его подружка. И слюни у них текут, когда они на тебя смотрят.

Аллочка выпрямилась, достала из сумки пудреницу. Щелкнула ею. Заглянула в зеркальце. Переспросила жалобно.

-Правда?

-Конечно. А Вольдемар пока жениться не собирается. Так что ничего не потеряно. Ты ему вложи в бычью башку потихоньку, что ищешь себе мужика надежного, сильного, спокойного.

-И?

-Что тебе подойдет именно простой парень потому, что ты сама из простой семьи и не собираешься прыгать через три ступеньки. Что все друзья босса тебе по барабану. Ну и так далее.

-Поможет?

-А кто ж его знает...

Честно ответила Вика. И тут Аллочка ее удивила. Потянулась, обняла обеими руками за талию, прижалась лбом к животу. Выдохнула тихо, благодарно.

-Спасибо. Спасибо рыбка. Мне ведь, и словечком об этом переброситься не с кем. Понимаешь?

Отстранилась. Посмотрела снизу вверх. Взяла Викины руки в свои. Пожала ласково. Она продолжала сидеть, а Вика стояла рядом. На эту милую сцену, отвесив челюсти, смотрели все мужчины до единого!


Эпизод седьмой.

Всплеск эмоций чумовой.


-Значит, усыновила собаку? К ветеринару то ездила с ним?

-Да, конечно.

Вольдемар уминал бутерброд и улыбался. Девушка была с водителем особенно любезна всю неделю. Старалась нащупать почву. Угадать. Светит ли Аллочке хоть что-нибудь? Жаль, что Вика не психолог. Жаль, что она не телепат. И мысли читать не умеет.

Вон шеф бродит хмурый, как непонятно кто. Всем не доволен. Придирается по пустякам. Бурчит. На себя прежнего непохожий. Что такое случилось? Или вот, взять Аллочкину проблему по имени Вольдемар. Заглянуть бы в голову этому быку и понять все сразу. Как он к несчастной блондинке относится? Почему роман закруглил резким рывком? Что его не устроило? А? Вика посмотрела на собеседника. Тот попросил.

-Плесни еще чая. Вкусный. Но горчит немного.

-Жасминовый. Ему положено.

-?

-Честно.

Вольдемар хмыкнул. И засунул в рот остатки бутерброда. Не прекращая жевать, пробурчал.

-Знаешь, я посоветоваться с тобой хочу. В одном важном деле.

-Я вся внимание.

-Хочу подарить тут, одной. Как думаешь, понравится? Взгляни. Ты в этом соображаешь. Все наши девчонки так говорят. Мол, у Вики идеальный вкус.

Вытащил из кармана и положил на стол красную коробочку.

-Вот.

Вика открыла ее, думая, что увидит нечто аляповатое. Ан нет. Забавная подвеска в виде божьей коровки. Эмаль. Фиониты.

-Прелесть.

-Точно?

Вольдемар расплылся в счастливой улыбке. Потянулся за коробочкой. Вика ее не выпустила.

-Подожди. Не отнимай. Я хочу получше рассмотреть.

Мирную картинку испортил сердитый голос.

-Так!

Над столом, за которым увлеченно болтали Вика и водитель, навис босс.

-Так!

Повторил он еще более грозным тоном. Девушка запугиваться отказалась. Вскинула бровь, посмотрела на собеседника. Вольдемар спокойно закрыл коробочку, убрал в карман.

-В чем дело, босс? Сидим тихо, никого не трогаем.

Босс сузил глаза и велел.

-Оба. Ко мне. Немедленно.

За спиной у злого начальника возникла Аллочка.

-Вика, подойди к телефону. Там что-то срочное.

-Хорошо.

-Потом сразу ко мне!

Сухо повторил Сергей Сергеевич.

-Хорошо.

Какая муха его укусила? Аллочка уже умчалась с таким несчастным выражением красивого личика, что просто караул. Переживает, бедняжка. Быстренько отстрелявшись в разговоре с клиентом, Вика поспешила на зов великого и ужасного босса. Аллочки в предбаннике не было. Вика постучала в дверь. Заглянула.

-Можно?

-Да!

От этого короткого "да" веяло удивительной злобой. Странно. Вообще, шеф был человеком выдержанным. Не закипал по пустякам. Что случилось то? Не понятно. Вика закрыла дверь за своей спиной. Подошла поближе. Босс сидел в своем кресле. Вольдемар стоял навытяжку и откровенно потешался.

-Тебе весело?

Взревел босс. Вольдемар не стал отказываться.

-Да.

-Почему???

-А ты повтори все еще раз, специально для Вики. Может и она посмеется.

Сергей Сергевич перевел пылающий взгляд на девушку.

-Хорошо. Хорошо. Итак, я хочу знать. Правда это - или нет?

-Что?

Вика посмотрела на Вольдемара. Босс выскочил из-за стола. И подбежал к Вике. Они были одного роста. Босс зарычал.

-В глаза мне глядеть! Мне, а не ему! Это правда?

-?

Сергей Сергеевич отчеканил пункт за пунктом всю обвинительную статью.

-Ты выходишь замуж за Фердинанда. Уезжаешь в Германию. И эту скотину берешь с собой?

Босс кивнул в сторону почти откровенно ржущего Вольдемара. Вика взялась обеими руками за голову и спросила испуганно.

-Я выхожу замуж?

-Да!

-За Фердинанда Аскольдовича?

-Да!

-Уезжаю из России?

-Да!

-Увожу с собой кого?

-Своего любовника. Мартова Владимира. Марта. Мартика. Он же Вольдемар.

В голове у Вики стало понемногу проясняться.

-Слава Богу!

-???

-Сергей Сергеевич, откуда вы все это взяли?

-От мужа, дорогая. От мужа. Ты хоть знаешь, сколько ему лет! Вертихвостка глупая!

Вскрикнул босс с видом Отелло, готового на преступление. Вика благоразумно отпрыгнула на шаг и постаралась говорить спокойно.

-Во-первых, у меня нет мужа. Пока. Во-вторых, в пучину нового брака собралась скакнуть моя мама. А не я. Это понятно? В-третьих, Вольдемар мне не любовник. Увы и ох, и ах. Мы дружим. Или приятельствуем. Но сексом не занимаемся. В-четвертых, это было бы и не ваше дело, шеф, если бы мы с Вольдемаром, решили встречаться. Мы оба люди взрослые. И отчитываться перед вами не обязаны. И спрашивать у вас разрешения на постельные отношения, тоже. В-пятых, слушайте меня внимательно, Сергей Сергеевич. Скотина Март, это, вероятно, мой пес. Я его, действительно очень люблю. Просто обожаю. Он всего месяц у меня живет, а кажется, целую вечность. Ужасно невоспитанное животное. Это так. В-шестых, босс, пожалейте себя. У вас вид совсем больной. Нельзя так злиться. Это нехорошо. В-седьмых, босс, даже забыла, что еще хотела сказать. А! В-седьмых, босс, вы должны объясниться, что происходит? Почему вы на нас обоих орете. Это не ваш стиль.

Вольдемар засмеялся. Сергей Сергеевич перевел огненный взор, таким можно в металле дырки сверлить, на своего водителя.

-Тебе по-прежнему весело?

-Мне еще круче, босс. Я счас помру. Я такие сцены ревности только в киношке видел. С чего тут все заварилось? Я забыл. С коробочки? Так это подарок не для Вики вовсе. Я с Аллочкой хочу помириться. Или секретарь тоже права на личную жизнь не имеет? Не слышу ответа.

Сергей Сергеевич рухнул на диванчик. Вцепился обеими руками в галстук, рванул так, что Вика вздрогнула - не задушился бы нечаянно. Босс сказал трагическим шепотом.

-О, нет.

-О, да.

Подытожил Вольдемар. И добавил, с громким зевком.

-Нечего на меня так зыркать, босс. Выйду покурить, а вы тут объясняйтесь. В свое удовольствие.

Громила подмигнул девушке и исчез. Вика присела на краешек стола своего обожаемого шефа.

-Слушаю внимательно.

-?

-Говорите.

-Вика, я... Я... Мне позвонил вчера поздно вечером, почти ночью, Фердинанд.

-И?

-Поблагодарил за то, что я его с тобой познакомил. Сказал, что это был его счастливый случай. Что он влюбился. Просто с ума съехал. Что собирался уезжать один, а теперь нужно будет делать новые бумаги, для его будущей жены. Его давно зовут на работу, в солидную клинику. Он же звезда европейская...

-Дальше.

-Помогу ли я с бумагами. Я ответил, да. Конечно.

-А Вольдемар то при чем. Вернее, Март?

-Он сказал, что Вика так некстати, обзавелась любимым другом. Так некстати. Только Марта ему и не хватает в поездке. Но что делать? Придется, вероятно, тащить с собой и...

-Эту скотину?

-Точно. Он так и сказал. И эту скотину тоже. Что же, мол делать, если девушка без своего кобеля просто жить не может. Без Марта этого.

-Ясно. Классно получилось. Как в кино. Он вам про одно. Вы слышите про другое. А думаете и вовсе о третьем.

-Он говорил о жене, будущей. И без перехода, сразу, про Вику и Марта. Я подумал...

-То, что вы подумали, мы уже знаем.

-Вика...

-Сергей. Я не собираюсь уезжать. Это идея моей мамы, увезти с собой любимую девочку. Я пока согласия не давала.

-Правда? А почему ты назвала собаку Мартом?

-Потому, что подобрала его первого марта. В день рождения фирмы, кстати.

-Забавно.

Вика переместилась с краешка стола, на диван. На противоположный от шефа конец дивана, разумеется.

-Я когда увидел тебя в первый раз, даже не понял, почему лицо таким знакомым кажется.

-...

-Глупо. Да?

-...

-Знаешь, мама тоже с замками удивительно ладила. Они ее слушались.

-...

-Ты меня прости, за вспышку. Глупо получилось.

Сергей Сергеевич подвинулся, накрыл ладонь девушки своей. Замолчал. Вика тоже боялась вздохнуть, или пошевелиться. Не спугнуть бы волшебное мгновение. Не спугнуть бы... Сглазила.

Босс внезапно вскочил, как подброшенный пружиной. Крикнул сам себе?

-Стоп. Стоп. Никаких романов на работе. Стоп.

Вике стало смешно. Она спросила ехидным тоном.

-Уволить собираетесь, да?

Босс не слушал. Три раза пробежал по кабинету. Туда-сюда. У Вики даже в глазах мельтешение началось. Наконец, Сергей Сергеевич остановился. Сказал быстро.

-Стоп. Для начала мы отсюда уйдем. Поболтаем в другом месте. А уволить... Будет роман - в тот же день и уволю.

-?

-Обязательно! Мое слово!

-Какие мы строгие.

Сказала Вика и нервно хихикнула. Поднимаясь, с дивана спросила ласково.

-Может, мне прямо сейчас заявление написать?

-Зачем?

-Чтобы вы не передумали, босс.

-Не передумал что?

Вика подошла близко-близко, на секунду прижалась лицом к рукаву мужского пиджака, вздохнула тоненько и блаженно. Отстранилась. Заглянула снизу в глаза шефа. В них вскипел такой огонь, что девушка перепугалась. Ничего не объясняя, развернулась и кинулась наутек из кабинета. Босс настиг добычу уже в дверях, на глазах у шокированной Аллочки! Ухватил беглянку за талию, развернул лицом к себе, впился в губы жадным поцелуем, рывком втащил обратно.

Впрочем, впрочем, вероятно Аллочке не было до происходящего никакого дела. На щеках у красавицы горели багровые пятна, а на столе лежала красная коробочка. Та самая.


***