# Вдовец из Калифорнии

Дарья Всеволодовна Симонова

Вдовец из Калифорнии


1.Месть любимому ребенку


Первый месяц здесь я была в эйфории. А потом... может, во всем виноваты окна на запад? Я очень тоскую при палящем вечернем солнце. Как волк банально воет на Луну, так в точности я реагирую на западные окна. Симптом этот, как родимое пятно. Он у меня сколько себя помню. Наверное, младенческая травма. Я родилась в пасмурный день с мокрым снегом. Роды были шедеврально легкими -- моей матушке завидовали другие роженицы и плакали, что хотят так же. Возможно, поэтому я прекрасно себя чувствую в облачную, дождливую и снежную погоду. Действует натурообразующая уверенность в том, что в ненастье мне все удастся легко.

Но такого триумфа, как с рождением, я что-то не припомню. Похоже, все впереди.

Мне нужно было написать множество маленьких вводок к разделам сайта. Сначала долго заполнять базу данных -- это было совсем скучно! - а потом писать мини-тексты. Сначала думала, что пустяки, переживу, не переломлюсь. Не траншеи копаю! Строчила даже упоенно, с воодушевлением -- думала, завершение титанической бессмыслицы близко:

На востоке считают: душа находится примерно на высоте метра над головой человека, что необходимо учитывать при постройке жилища. Каким бы совершенным ни был дом с точки зрения эстетики и строительных норм, главное - чтобы его обитатели чувствовали в нем душевный комфорт. Именно его катастрофически не хватает современному городскому жителю. И не секрет, что многие из нас хотели бы изменить или поменять свой дом как раз по этой причине. Архитектура и строительство - вечные темы. Высотки, коттеджи, таун-хаусы... человек вьет свое гнездо не только по средствам, но и по душе. Чтобы ей, парящей высоко, не мешали низкие потолки и прочие несовершенства окружающей среды. На первый взгляд, кажется, что это прихоть, излишество - и не только архитектурное. Но тот, кто думает, что наше жилище - это лишь часть материального мира, жестоко ошибается. Физика и метафизика всегда были крепко сплетены в искусстве зодчества. Нарушить этот баланс - значит навредить. Неправильно построенные города и дома не дают, а отнимают силы. Истинный мастер об этом знает.

Приспособилась, втянулась и даже увлеклась. Еще бы - позволить пискнуть своей индивидуальности после монотонной базы данных из телефонов, адресов и кратких аннотаций! Жаль, что теперь под большим вопросом, пригодится мой скорбный труд или канет в вечность. Больше чем полгода работы коту под хвост! А я ведь поменяла свои планы, открывшись непривычным на вкус перспективам. Конечно, больше всего меня соблазнила квартира. Бесплатная квартира. С ремонтом. Каждый раз, знакомясь с новым домом своим, где мне придется провести отрезок многотрудного пути, я принюхиваюсь. Пахнет ли счастьем? Или бедой? Частенько вдрызг ошибаюсь. Потом ностальгирую до слез по тем местам, что ничего мне не обещали. И вытянули из меня столько денег! Но совершенно без всяких логичных предпосылок, мне там было хорошо. И сыну тоже. Хотя его мнение имеет право не совпадать с мнением редакции.

Я так и не смогла полюбить свое новое жилище, хотя очень старалась. Из чувства долга. Ведь я стараюсь быть благодарной судьбе за милосердные варианты. Стараюсь, но не вся. Часть меня, самая неудобная и совершенно неуправляемая, не желает благодарить только лишь из общепринятых соображений. Вечно она привяжется к ерунде вроде окон на запад. С точки зрения львиной доли человечества это сущий каприз. Но правило львиной доли не работает. Львиная доля преспокойно лопает яйца, а горемычного аллергика они могут убить. В каждом есть то, чего нет у львиной доли.

А, может, просто душа-то моя в распрекрасную квартиру не влезала?! В белейшие натяжные потолки, куда не выстрелишь шампанским.

Всегда стараюсь густо населить примитивный жанр своими лирическими воззрениями и пережитым. Не всегда кстати, но чтобы набрать объем. Одно из мучительных испытаний -- писать то, к чему решительно никакого расположения. А мне предстояло посвятить нелюбимой писанине долгие месяцы. Питала меня, как, впрочем и обычно, моя упрямая надежда на то, что и нелюбимые тексты-дети нужны милосердному Богу. Но это же вздор! Нелюбимых детей не бывает, и текстов тоже. И если они потом никому не нужны -- мое материнское отчаяние не знает берегов. Даже если деньги заплатили. Как только я начинаю говорить на эту тему, я становлюсь обиженной и многословной. Впрочем, не столь важно, в чем состояла моя работа. Важно, во что она вылилась.

А началась история под рождество. В скайпе "забулькала" моя двоюродная сестра. Его установил Лени Кравец. Такое прозвище у человека. Оно заслужено не сходством с персонажем, а кардинальным от него отличием. Он не черный, не поет и не выныривает из моря в мокрых джинсах. Все остальное пожалуйста. Но недолго. Мы хотели с ним венчаться. Высокому порыву уже пять лет. Лени болен глубокими шизофреническими иллюзиями насчет своего места во вселенной.

Итак, Элла. Ни одного дня не работала. Зато у нее никаких иллюзий по поводу чьего-либо места, включая и собственное. Она всегда знает, например, почему некто N сегодня зол на меня. Ни с того, ни сего. Просто огрызнулся. Я обычно стараюсь не обижаться -- стараюсь, стараюсь, просто пухну от старанья. А потом все равно прорвет слезой. Муторный характер. Элла объясняет: "Ты просто приснилась ему этой ночью в эротическом сне. Совершенно некстати. Он и не думал тебя рассматривать в интимном ракурсе -- а ты взяла и вторглась в подсознание. Конечно, он раздосадован на тебя...". Вот так. Элла проницательна и легкомысленна одновременно.

Это она одарила меня работой. Клялась, что вариант надежный, поскольку у нее теперь своя фирма. С виду не бред -- Эллу всегда любили деньги. Кому как не ей организовать свою фирму. Она задумывала сайт и просила меня писать для него тексты. На совершенно разные темы. Я так и не поняла, как она собирается с его помощью заработать. Речь шла, как водится, о рекламе, но я не слишком сведуща в виртуальных заработках. На Новый год Элла явилась собственной персоной. Чуть прихваченная молочно-шоколадным загаром, она являла собой шикарную тихоокеанскую безмятежность. Привезла в подарок белье и была подозрительно внимательна ко мне. Конечно, такие люди не будут проявлять к тебе благосклонность ни с того, ни с сего. Вероятно, им срочно понадобился винтик для построения одной им ведомой схемы. Или... они при смерти. Но это не тот случай! Элла цвела -- это были лучшие 40 лет во плоти, которые мне довелось видеть в женском варианте. При этом она была небрежна и вовсе не бранила меня за мои сложности. Ведь как бывает: встречаешься с преуспевающим другом -- а он давай тебя журить за плохие зубы. Отвратительная смесь стыда и гнева одолевает тебя. Но нет им выхода, и страдаешь потом месяцы при воспоминании. С Элкой наоборот.

-Все твои проблемы в штатах решаются за месяц, - с легким презрением к проблемам вообще уверила она, потягивая имбирное пиво.

Я победоносно взглянула в зеркало. Приятно даже само знание, что твои трудности где-то могут вмиг разрешиться. Пусть даже в другом полушарии. Существует же ничтожная вероятность, что я когда-нибудь там окажусь!

Элла взглянула на меня с материнским раздражением. Потому что еще три года назад настоятельно рекомендовала мне иностранный брак. Я пропускала мимо ушей -- даже обижаться было лень. Интернет-знакомство давно положила на одну полку с сетевым маркетингом. Это же... елка без запаха, яйцо без желтка, сказка без волшебства! Где там самое лучшее в любви -- божий промысел? Чудо знакомства, которое есть зародыш истории и которое сохраняет союз в самые поганые дни. Все эти возвращения в те старые добрые времена, когда "ты мне понравилась... не понравилась... а потом... а ты вообще был вдробадан". Нет, мне нужна живая ткань истории, а не синтетика. Я в синтетике задыхаюсь.

Сестрица вздохнула и предложила помочь ей со званным ужином. Она закатывала пир для своего укромного трудового коллектива. Элла руководила скучной милой молодежью, в ряды которой мечтала бы влиться и я, родись лет на пятнадцать позже. Провинциальное благоразумие и семейственность. Теперь, в возрасте гормональных всплесков, я понимаю, что в молодости следовало вести себя именно так, как эти замечательные люди. То есть не выпендриваться и и не искать трудных путей. Не увязать в плотных человеческих связях с теми, кто тяжелый случай... У меня, положа руку на сердце, были предпосылки к такому развитию событий. Но я не слушала своих разумных родителей. Останься я в очерченном ими круге, я избежала бы многих печалей. Однако путь выбран, лучший путь на свете, с вершинами и взлетами, и обильно политый слезами.

Я пережила дурацкий ужин с будущими коллегами, а потом Элла сказала самое важное. "Хочешь пожить в моей квартире?" Далее последовал разговор с серьезными -- что не свойственно сестрице -- глазами. Она говорил о сроках и условиях. Я, на всякий случай, ничему не верила, кроме одного -- хотя бы ближайшее время мы с ребенком поживем в условиях максимального благоприятствования. Долгосрочным обещаниям верить не стоит - что касается недвижимости, они редко выполняются. Итак, я взглянула на квартиру с точки зрения жильца и не нашла в ней изъянов. Я имела право на эйфорию. Но ее не было. Наверное, потому что я привыкла с Эллой держать ухо востро и не исключать подвох. Потому что если в ее гладкой схеме наступит сбой, пострадает, прежде всего, не она, а та соломка в виде мне подобных, которую Элла мастерски умеет себе подстелить.

Вот и вся наша встреча. В этот раз она была не слишком многословна. Она почти ничего не рассказывала о своей заморской жизни. Я никак не могла понять, кем она теперь себя ощущает -- жительницей свободной Америки или "и нашим и вашим", преуспевающей особой с расползающимся на два полушария гражданством? Похоже, ей было все равно. Ее мысли занимало что-то другое. Гнетущее и важное. И потому между нами так и не возникло того волшебного контакта, когда кто-то, знающий чуть больше тебя, выдает неожиданный секрет. Я не решилась задать Элле заветный очень личный вопрос. Оставила на неопределенное потом. Нельзя такие вопросы задавать не вовремя -- вторая попытка может отдалиться на годы...

Счастливой женщине не нужны подруги. Но ей необходимы женские журналы. Можно сказать, что журналы вообще возникли благодаря женщинам. Во всяком случае доля их участия в рождении средств массовой информации неоценима. Самым заслуживающим доверия из них по сей день считается сарафанное радио. Формат женского журнала -- очень гибкая субстанция. Он поистине неисчерпаем и является великолепным полем экспериментов для творческих натур. Те издания, которые давно присутствуют на рынке, в полной мере иллюстрируют, насколько могут отличаться концепции и подходы в этом тонком и красивом деле.

Я порождала эту словесную чешую очень медленно. Просто потому, что с трудом преодолевала внутреннее сопротивление ерунде. Не покидало ощущение, что для Эллы затея с сайтом -- дело десятой важности, или вершина айсберга. Она затеяла его по неизвестным мне причинам, и это не цель, а средство. Словом, я занималась нелюбимой работой в нелюбимой квартире. Сын, чувствуя во мне нарастающее напряжение, стал приносить пятерки. Умное дитя радовало неудовлетворенную мамашу. Я рассыпалась в похвалах, но ребенка не обманешь. И буря, конечно, грянула. Мой привычный с прошлых лет кошмар -- больница. Только с каждым разом прогнозы все хуже и врачи все ближе помахивают скальпелем в мою сторону. И тут, как стервятник на человеческую беду, на горизонте мелькнул Надеждин. Он часто утешает меня в трудную минуту, однако уже лет пять я размышляю над вопросом, что первично -- мои неприятности или появление на горизонте жизни тонкой и говорливой фигуры Надеждина. Он моментально диагностирует бреши и замутнения в моей ауре -- теперь я научилась грубить в ответ на эту придурь! - и начинает пробовать на мне свои альтернативные методы лечения. Причем он делает это очень многословно, клеймя мой способ жить на чем свет стоит. Нет, начинает он конечно, очень вежливо и сочувственно, но, как разойдется -- туши свет!

Первое, что сделал Леша на сей раз, - проклял Эллу. Точнее, он проклинал мою вопиющую неосмотрительность, которая заставила меня вновь поверить этой щучьей натуре. Теперь он решил взяться за меня всерьез и дни напролет полоскал мне мозги. Я не гоню его, потому что два раза в жизни он мне помог по-настоящему. Живым словом и вовремя подставленным плечом для слез. Тогда надеждинский метод пережил свои звездные часы. Помню, что в те моменты я зачислила Надеждина в первую десятку моего рейтинга мужчин планеты. Первые три места там до сих пор уверенно держат три друга Лени Кравеца. Однажды мы с ним поспорили так, что стружка полетела. Мой дорогой неудавшийся "в горе и в радости" стоял на том, что все мужчины в наше время не способны быть старшими в семье. Я бы не обратила внимания на подобный выпад, если бы услышала его из уст выбившейся из сил матери троих детей. Но когда мужчина сам порочит свой пол -- как пройти мимо! И я немедленно составила тройку лидеров -- лучших мужчин нашего окружения навскидку. Далеко не ходила -- ближайшие друзья Кравица. И какова была его реакция! Он стал липко изворачиваться и очернять братков разным вздором. Красной нитью зиял постулат о том, что ни один из почетных хлопцев ко мне близко не подошел бы. Потому что я вешаю пакеты на дверные ручки, не соблюдаю субординацию и ложусь позже двенадцати! Словом, лучшие мужчины -- обязательно тираны и изнурительные педанты. Так что с моей натурой о них и мечтать не стоит.

Но я и не мечтаю! Я просто искала справедливости. И до сих пор ее ищу, окаянную, а она убегает от меня, и только всполохи ослепительно белых одежд...

Собственно в означенный список августейших и был зачислен Надеждин. Пожизненно. Так что теперь он считал себя вправе насильно кормить меня своими завиральными идеями. Так он лечил меня от самой себя. Он составлял мне заклинания для аутотренинга. Объяснял мне, как правильно разговаривать с органами, чтобы они выздоравливали. Я верила! Мой принцип: веришь человеку -- верь со всеми потрохами и даже чепухой. Вдруг поможет! Даже если он в своих проповедях напоминает адепта тоталитарной секты. Надеждин напоминал, но умел быть убедительным. То ли потому что адепт, то потому что неофит. Я честно выполняла его рекомендации и потребляла рекомендованные им пищевые добавки и притирки. Он и тут сметал устойчивое недоверие тысячи раз обманутого населения. Я проникалась его идеей о том, что должна измениться, чтобы выздороветь и посчастливеть, наконец-то!

... через три месяца мой энтузиазм иссякал. Три месяца -- потому что таков был час икс. Через три месяца должны были появиться устойчивые результаты -- а иногда и сразу! Так говорил наш Заратустра. А у меня никаких сдвигов не было. Надеждин объяснял неудачу единственным образом -- я так и не изменилась внутренне. Мозги мои оседали накипью на стенках черепа -- что и как я должна подумать и сделать, чтобы произошло это таинственное изменение?! Может, надо было удариться оземь и обернуться жар-птицей или напрочь отказаться от моих примет и ритуалов внутреннего действия, коих у меня вагон и маленькая тележка. Мое допотопное магическое сознание при грубом вторжении начинало кричать sos. И я понимала в очередной раз, что и вправду не изменилась. У меня внутри неизменная маленькая упрямая круглая субстанция, которая умеет юрко спрятаться от всех самокопаний и психотерапий. Уж не говоря про ультразвук и МРТ. Эта субстанция есть ничто иное как вера в выбранный путь. В том что он не обманет. Он, конечно, вволю поводит над пропастью, но выведет, куда надо. Как мне втолковать Надеждину свое тайное знание? Как я могу объяснить, что у меня уже есть вера, и не надо ее из меня выталкивать даже самыми распрекрасными духовными практиками! Только себе зубы обломаете, а мне нервы на лоскуты порежете. Я ведь не всегда могу нащупать свою божью искру. И в эти моменты всем верю и совершенно не умею сопротивляться.

Особенно мужчинам из моего рейтинга. Надеждин из тех, кто пользовался моей слабостью. Я знаю, что он добра хочет. Но на этот раз он так давил, что мне было тошно. Применял моральный шантаж по принципу "не возьмешься за себя -- вообще подохнешь". Мы вернулись с прогулки домой. Сели пить чай. Точнее, Надеждин сел, а я налила в кастрюлю прохладной воды... и вылила ее на голову гостя. По восточным законам совершила преступление. Но если гость очень достал, то надо действовать. Нечего строить из себя последнего гуру!

Лешка сразу стих, заулыбался. Он же нервный очень и зашуганный, просто виду не подает. Легко ли это -- когда тебе скоро полтинник, работать курьером у собственной начальственной жены, при том жить с ней раздельно. Не иметь ни образования, ни профессии. Лет пятнадцать назад такое кредо еще прокатывало. А сейчас редеющий хвост распушать все труднее. Конечно, изображать гуруобразного целителя куда проще, чем, скажем, нейрохирурга или физика-мэссбауэрщика, но и здесь необходим и кураж, и тонкость, и чувство меры... Эх, Лешики, люблю я покормить вас, рыбки мои, живой тканью собственной жизни.

Надеждин прояснился и переключился на злодейку Эллу.

-Скажи, чем она занимается в Америке? Она замужем?

-Конечно. Ее муж -- адвокат по разводам.

-Значит, у него много не отожрать, - удовлетворенно заметил Надеждин, сочно откусывая осыпающийся медовик.

Об Элле я ничего не знала наверняка. Была ли она ныне в официальном браке или довольствовалась гражданским -- тем более. Она рассказывала только энергичные и счастливые факты. Домик с четырьмя спальными, бассейн, пикники. Честные и добрые американцы. Иногда тупят, но при желании им все можно объяснить. Их, конечно, лучше не злить, зато у них "нет" означает "нет", и два раза повторять не нужно. Отошьешь мужчину -- он настаивать не будет. Никогда больше. Вот это русским непривычно.

Короткий антропологический экскурс заканчивался неизменно:

-Ты когда к нам, наконец?! Ведь прозябаешь здесь! После сорока тебя спишут за ненадобностью. А за границей ценность женщины не зависит от возраста.

И пошло-поехало. Да здравствует американский суд, самый гуманный суд в мире!

Элла в своей солнечной сказке чувствовала себя превосходно и совершенно не боялась сглазить. Я списывала ее самонадеянность на западный менталитет. Она лет с тринадцати стремилась в страну дяди Сэма. И уехала. Через Израиль. Давняя история. У Эллы была сложная система фиктивных и эффективных, официальных и неофициальных, и даже морганатических браков. Среди хитросплетений вдруг родился сын. Он стал гражданином США. Родственники называли его "наш американский принц". Мой веселый дядюшка, элкин папа, почему-то произносил не принц, а шприц. Намекал? Никто не понимал, на что. Дядька любил выпить и произносил невнятные бредовые спичи. В моменты семейных застолий ему быстро затыкали рот или выдворяли с праздника. Он добродушный, не буян, терпел.

Надеждин в тот вечер убеждал меня с Эллой не связываться. То, что они не любили друга, не было новостью. Еще бы -- более разных человеческих особей не придумаешь. Элка обзывала Надеждина лузером, он ее -- пираньей. Напоследок Лешка представил мне на рассмотрение каверзную семейную теорию. У Эллы детство не очень гладкое, я же как сыр в масле каталась. Наше досье Леша собирал по крупицам из моих же экскурсов в прошлое. Действительно, у меня к золотой поре никаких претензий. А вот Элла не любила приезжать к нашей бабушке. Не жаловала огородную каторгу. Я-то помогала за компанию. Просто бабушку любила, и дом ее, и каникулы, и стряпню ее. Все любила. Эллочка же пела песни протеста. Недаром с тринадцати лет мечтала о свободной стране, где вместо огорода будет бассейн.

-Слушай, ты не делай из нее трудного подростка, который курил в подворотне и далее по реестру грехов отрочества! Она, между прочим, училась лучше меня. - пыталась я реабилитировать сестрицу.

-Но любимым ребенком была ты! А она была ребенком сложным. С бабушкой спорила. Так ведь? И подсознательно хотела тебе отомстить за безмятежные отношения со старшими. За легко доставшуюся любимость. И она отомстит тебе, поверь. Если ты впредь будешь соглашаться на ее неожиданные и заманчивые предложения.

Нахлобучил мыслью и ушел. Мне тогда подумалось, что отомстить мне хочет вовсе не Элла, а Надеждин. За три года я так и не уступила его настойчивым ухаживаниям. Таким однообразным и совершенно не завлекательным. Обижать друга правдой я не хотела, следствием чего была моя вежливая уклончивость, которую Надеждин принимал за игру в динамо.


2.Рука на библии


Счастливой женщине не нужны подруги. Это я не с потолка взяла. Недолгого наблюдения достаточно, чтобы согласиться. Есть идеальные варианты, когда женщине не нужны подруги на всю жизнь. Мне же блаженства хватало максимум на полгода. Просто я так устроена. Счастье для меня пунктирно, и если мне на уши долго давит одна нота, пусть даже самая мажорная, я стремлюсь к переменам. И мне обязательно надо поведать миру о своих перипетиях. И о радостных, и уж тем более о горьких. Но есть другие типажи. Например, Марина. Мой друг детства -- подругами нас было назвать сложно, мы норовили жить по мальчишеским законам. После детства мы пошли разными дорогами, но еще долго сохраняли родство душ. Потом Марина нашла строгого мужа -- он мне напоминал преподавателя в иезуитском колледже, хотя я там сроду не была. И вот с этим иезуитом Марина обрела семейное счастье. Во всяком случае, фасад ее жизни выглядел безупречно. Трое детей. Квартира с двустворчатыми межкомнатными дверями. Почему-то мне запомнились именно они -- огромные и величественные. Марина была тиха и сосредоточенна. Какие там подруги, о чем вы...

Другое дело Элла. Ей - как и мне - скучно быть просто счастливой. Ей нужна деятельность с элементами авантюры или аферы. Иногда ей даже нравится походя творить добрые дела. Например, мне. На следующий же день после надеждинских развенчаний, Элла вновь забулькала в скайпе. Я уже собиралась ей срочно предъявить очередной текст:

...Мужские журналы читают, конечно, и женщины. Некоторые из любопытства -- чтобы понять, как понравиться успешному и брутальному лирическому архетипу этих изданий. Быстро понимают, что миссия невыполнима, потому что такого приблизительно небритого и мускулистого героя в природе не существует. Разве что особей 20-30 на всей Земле. В прочих велика вероятность обнаружить задатки альфонсов и другие неприятные сюрпризы. Нет, конечно, не этим интересны мужские журналы, и женщинам в том числе. Они радуют провокативным свободомыслием, которое редко встретишь на страницах других изданий...

-Слушай, - выдала я Элле, когда выяснилось, что не по работе, а по личному вопросу. - Мне вот что подумалось. Писала я наши вводки, и вдруг в голову пришла возможная закономерность. Талантливые мужчины у нас часто пьющие, со сложным характером, неуживчивые в семье. А если провести гендерную параллель, то что получится? Талантливая женщина -- с проблемами в диаметрально противоположном месте. То есть мужчина больной на всю голову, а женщина... на всю... ты понимаешь?

-Понимаю, - нетерпеливо вздохнула Элла.

-Так может, я талантливая? И в том причина...

Женщина, берущая на себя мужскую роль, - старо, как бабушкины подвязки! Но я внесла в архаический образ свою лепту -- симметричную болезнь. Мне казалось, я молодец... Элла, впрочем, реагировала прохладно:

-Если будешь измерять таланты болезнями, скоро почувствуешь себя гермафродитом. Брось копаться в негативе!

Тонкий намек понят. Дражайшей кузине не объяснишь, что талантливый человек вечно не уверен в себе. Поэтому припасает даже самые идиотские аргументы в свою пользу. Меняет минусы на плюсы, нервно тасует знаки и предзнаменования. Но Элла была явно не настроена на подобные словоблудия. У нее было мощное и убедительное, как статуя Свободы, намерение одарить меня шансом раз и навсегда забыть про болезни и необходимость всяких доморощенных аттестаций на состоятельность. Она решила немедленно выдать меня замуж. Видимо, популяция свободных американских мужчин порядком намозолила ей глаз.

К регистрации на сайте мы приступили немедленно. Почти все за меня делала Элла. Мне нужно было лишь сочинить краткие описания About Me и About You. Как человеку пишущий я должна была сделать это за секунды -- так полагала Элла. Но именно нависшая непререкаемая необходимость проявить себя профессионально -- в очередной ерунде, как я считала про себя, - тормозила меня нещадно. Ладно, кое-как я сварганила инструкцию к своей натуре, начав с ошеломительно самонадеянного на мой взгляд, заявления "I am a creative person..." - что, якобы, определяет мой характер. Подумайте, какая фифа! Другие, между прочим, написали о себе куда изобретательнее. Более-менее сносной получилась фраза "я люблю плыть или лететь". Что касается моего будущего драгоценного мужа, то тут я описала гипотетического душку-лектора из какого-нибудь Гарварда или Беркли. Добрый, понимающий, образованный, любит детей... Не по Сеньке шапка -- как выяснилось позже. Моя креативная летящая персона пользовалась интересом у персонажей поплоше.

-А теперь давай смотреть мужиков! - скомандовала Элла. - Жми сюда!

Я нажала поиск. Штат? Конечно, прежде всего Калифорния. Элла относилась к ней, словно к родному сельсовету, где всех знает и в случае чего проверит на вшивость. Алабама или Пенсильвания вызывали утробное "ноу". Итак, только я начала погружаться в осмотр кандидатов, прозвучала команда "второй ряд снизу, крайний слева". Я нажала на маленькую фотку, на которую, скорее всего, не обратила бы внимания. Но у Элки глаз-алмаз. Через долю секунды на меня смотрел человек, о котором я мечтала всю жизнь.

Да простят мне все сущие креативные персоны столь чудовищное в своей банальности заявление! Но, увы, в то пафосное мгновение иначе было не вскрикнуть. Только позже я приноровилась прищуриться с трезвой критикой и заметить странность полуулыбки, - словно обкурился -- и влажную щетину -- будто слюнки текли... Майк, 47 лет, архитектор. Живет в благословенном захолустье под названием Корона. Вдовец. Воспитывает сына, и ребенок для него всегда на первом месте. Разве можно равнодушно пройти мимо такой истории! Обаяние чадолюбивого архитектора нанесло столь сокрушительный удар по моему сознанию, что я ни на минуту не заподозрила вранья. Здесь в немалой степени повинна Элла -- она заверяла, что американцы обычно не врут. Если пишут -- хочу семью и не против детей -- своих и чужих -- значит так и есть. Словно рука всегда на библии. По-моему, так не бывает. Невозможно написать о себе правду в нескольких строчках. Которые априори презентация, а не исповедь. Но в данном случае оспаривать элкин постулат мне не хотелось. Ей виднее.

Проблема была только в одном -- недосягаемый Майк, молниеносно занявший в моем рейтинге наипервейшее место с сильным отрывом от прочих, последний раз появлялся на сайте три месяца назад. И больше носа не казал. Это с высокой долей вероятности могло означать то, что он уже обрел желаемую половину. Романтичную и легкую на подъем леди -- у него были нехитрые запросы по части будущей жены. При желании в это просторное лекало могла втиснуться любая. Разве что смущали обильные спортивные запросы, которые делали меня неконкурентоспособной. На велосипед я лет пятнадцать не садилась. Однако это преодолимо. Проблема в другом - кто-то успел занять вакантное место раньше меня. И что мне стоило пошевелиться месяцев на пять раньше! Элла-то давно зудела...

-Что-то у него доход подозрительно маленький, - зевнула сестрица.

Мне было не до цифр. У Майка глаза небедного человека. Мне так казалось. Некая поволока благополучия. То есть когда баланс желаний и возможностей таков, что о деньгах можно не думать. С этого дня прекрасный вдовец из Калифорнии стал моим любимым наваждением. Прерывая нудную работу, я переключалась на сайт знакомств и первым делом вновь и вновь находила профайл архитектора. Поначалу писала ему робкие или патетические глупости - но сколько можно безответных знаков внимания! Майк не ходил сюда - и даже в этом я усмотрела изюминку. Значит он стоящий мужчина, который в состоянии найти себе пару без помощи браконьерских сетей цивилизации... Я хотела знать, что хотя бы здесь не ошиблась. Зачем?

И все же, и все же... были и другие симпатяги, разумеется. Хочется особенно отметить отборных мужчин Монако. Порой мне хотелось пошарить в европейских райских уголках, - не все ж вздыхать о Западом полушарии. В Монако, если верить сайту, было штук пять свободных экземпляров. Вот им было раздолье! Один лысый суровый байкер, один женатый искатель приключений, зато трое прочих - идеальные образцы рода человеческого. Все в них по-чеховски прекрасно. Брюнет, блондин, каштановый шатен. Конечно, они, как и мой любимый вдовец, тоже давно забросили интернет-поиски подруг. Зачем и начинали, непонятно! Наверно, приелось местное однообразие и захотелось экзотики...

Мои изыскания в области гендерных переплетений уводили меня все дальше и дальше от рабочей рутины. И что характерно, вовсе не потому, что поставила себе твердую матримониальную цель. Просто пыталась найти хоть одного собеседника в мировом пространстве, не похожего на объектов моей любви из прошлого. Нет же! Все те, кто завязывал со мною диалог и проявлял стойкий интерес - все они представляли из себя в разной степени различимое дежа вю. Поиски делали меня нервной и азартной. Что характерно, Элла азарт подогревала. Мне даже показалось, что наши ежевечерние диспуты по личным вопросам стали хорошей традицией. Рабочие вопросы плавно, как круизный лайнер на дальнем плане морского пейзажа, уплывали в романтично неизвестном направлении.

Впрочем, это была опасная иллюзия. В одно прекрасное - для меня хмурое и облачное - утро электронный голубь принес мне письмо от Эллы. Тема письма обозначалось нейтральным словом "сообщение". В нем пекущаяся о моей нескладной женской судьбе сестрица уведомляла меня, что моя работа у нее закончилась по причине неблагоприятных финансовых обстоятельств и... моей неэффективности. Я долго не могла понять, что за дурная шутка и об отсутствии какого эффекта идет речь. Я следовала всем коррекциям Эллы и местами мне даже стали нравиться собственно испеченные перлы и игра слов, которыми я декорировала чуждую мне маркетинговую тематику. Мне грешным делом стало казаться, что мои завитки украсят затею Эллы. Но как можно было судить о ее эффективности, пока сам проект не запущен?

Я решила не реагировать сгоряча и тянула с ответом. Вдруг я не понимаю чего-то главного, что происходит у Элки там, в прекрасном далеко. Что если письмо пришло мне по ошибке... Вот он, мой игрушечный щит против неблагоприятных обстоятельств. Курам на смех! Элла прислала мне второе письмо с суховатым сочувствием и просьбой об обратной реакции. Ведь нам нужно было обсудить наши дальнейшие деловые отношения.

Что ж последние недели, когда я увлеклась заморскими знакомствами, мое рабочее рвение оставляло желать лучшего. Я могла часами вчитываться с помощью веселых выкрутас гугловского переводчика в профайлы заглядывающих посмотреть на меня незнакомцев. Надо признать, что занятие сбивало рабочий фокус, особенно если я встречала реплики типа "Я ищу игривую чувственную энтузиастку...". Так видел свою будущую подругу грузный суровый строитель, сфотографировавшийся в обнимку с надувным Микки-маусом. После таких находок меня тут же настигало вдохновение, но оно касалось не работы, а куда более интересных занятий. Я звонила знакомому художнику с шедевральным чувством юмора и просила его немедленно изобразить игривую чувственную энтузиастку, потому что именно это требовалось для обложки моей книги. Когда она выйдет, неизвестно, но обложка должна цеплять глаз. Мы так долго искали с ним подходящий образ, и вот он найден. Потому что игривая чувственная энтузиастка... ну это ужас как хорошо!

Еще мне неожиданно понравилось называться на английский манер - Мэри. Мелочь, а приятно!

Конечно, Элла почувствовала, что я под шумок отдаляюсь от нашего уговора. Как только иерархическая дистанция между нами, - и раньше-то призрачная, - растворилась в поисках забугорного бой-френда, так я и расслабилась. Надо заметить, это плод ее инициативы... но я все равно должна была держать руку на пульсе и выдавать на гора ничуть не меньше и не хуже, чем раньше. А я только и знала, что фыркать над седовласыми техасскими байкерами о семидесяти годах... и придумывать умную цитату из Биттлз, чтобы сразить бородатого уэльсца в старом махровом халате. Дня на три он затмил самого Вдовца из Калифорнии. В отличие от оного, англичанин излучал тепло обратной связи - он посылал мне глупые картинки из серии "How are you?" Он напоминал папу моей подруги Марины, который задал мне тип предпочитаемых мужчин. Впрочем, психоанализ был не ко времени. Надо было срочно выбираться из под обломков обманчивого благополучия.

...это особая бумага, "тонкий глянец", который уже ассоциативно пробуждает у читателя желание и способность мыслить. В правильном деловом журнале аналитические материалы на актуальные темы политики и экономики не бывают отстраненно скучны даже далекому от подобных тем читателю.. Он может случайно взять полистать такое издание, ожидая приема у дантиста, и неожиданно для самого себя окажется вовлеченным в изначально чуждые ему хитросплетения Большой игры. И обязательно поймет, что она касается лично его. Его семьи и близких ему людей. Потому что современный жизненный поток слишком многогранен, сложен и порой сокрушительно непредсказуем для того, чтобы не видеть дальше собственного носа и при этом чувствовать себя в безопасности.

Давать волю объявшему меня пламени горького недоумения было категорически нельзя. Элла перешла на официальный тон - надо было отвечать в том же духе. Но мало того, что переговоры в тисках субординации совсем не моя стихия, так я еще не могла оправиться от внезапности удара. И тут Элла позвонила сама, с филигранной точностью застав меня на пике раздрая. В ее голосе звучало покровительственное сочувствие, но в большей степени холодное начальственное порицание. Она рассчитывала, что свой объем работы я сделаю за месяц, а я растянула процесс на полгода. Писала вяло, не уловив сути замысла. Без искры, без креатива... Я только молчала в гневном ступоре. Прорвало меня позже, когда позвонил вечный спутник моих неудач Надеждин. Спасибо ему за то, что он не потрясал в воздухе своей победительной прозорливостью. Он только усмехался над тем, что я сразу не раскусила простейшую провокацию.

Он ошибался -- провокация была не такая уж и простейшая. Но я поняла это позже. И когда Элла позвонила во второй раз, я совершила одну из лучших своих глупостей. Дело в том, что сестра решила дать мне послабление. Может быть, я продолжу работать по бартеру, за какую-нибудь услугу? Подразумевалось, что пока Элла в Америке, в моем распоряжении ее квартира, что само по себе услуга королевская. При этом у меня хватает совести работать "без искры и без креатива"! Представляю, как ее покарежило от моей похвалы самой себе на сайте знакомств... creative person! Этакой нерадивой сотруднице вообще не следовало платить! Я смутно чувствовала, что со мной играют в очень неприятную игру, но совершенно не знала, какой сделать ход. Лишь выражала горячую надежду, что сделанное мною хотя бы как-то и когда-то пригодится Элле. Это единственное, что я могла в данный момент сказать искренне. Не пропадать же зря целому полугодию жизни!

Или не единственное?! Похоже, пришла пора заикнуться о своей маленькой тайне, которую постеснялась рассказать сестрице с глазу на глаз. Тот вопрос, который так и не был задан при встрече. Была не была!

-Скажи, ты могла бы найти Сережу?

Я знала, что долгих преамбул не потребуется. Элле с ее цепкими поисковыми мозгами такая задачка -- раз плюнуть. Так случилось, что она была в курсе моей пронзительной истории десятилетней давности. Сережу она одобрила, что случалось с ней крайне редко. Мы с ним познакомились в случайной компании. Собственно они подружились сначала с Лени Кравецем. Наши отношения с ним в ту пору вошли в конфликный клинч. Я была уверена, что расставание близко, и жила в воспаленном ожидании новой волны. Искала отдельное жилье и грезила свободой. После одного сумбурного праздника, мы втроем оказались в квартире мимолетной приятельницы, которая махнула на юга и просила нас присмотреть за котами. Коты, как и я, грезили свободой и не боялись пострадать за нее, как истинные последователи Че Гевары. Лени беззащитно и быстро уснул. А мы с Сережей потягивали вино все-равно-какое... нам вдруг стало ужасно интересно жить и говорить друг с другом. И та самая новая волна накатила на меня, и одурманила соленой прохладой. И я отчетливо поняла, что счастье земное возможно, возможно, возможно, разрази меня гром!

Согрешить мы не успели. Коты-повстанцы опрокинули с высокой полки увесистую кастрюлю. Кравец проснулся и, застав нас в предвкушении экстаза, от обиды поставил мне фингал. Сереже досталось гораздо меньше. Здесь моя манящая справедливость в белых одеждах не подкачала. Вот именно в этот момент...она меня, окаянная, не оставила!

Потом мы несколько раз встречались, побитые и радостно взъерошенные. Он ждал визы -- намыливался к родне в Америку. Однажды мы вместе зашли к Элле. Моя кузина как человек, всемерно одобряющий проамериканские настроения, приняла Сережу тепло и покровительственно, словно была старше лет на пятнадцать. Но мне было все равно. Я тогда эйфорически потеряла связь с реальностью. Даже приближающийся сережин отъезд в заколдованную для меня страну казался мне мифическим и далеким. И тем не менее он довольно быстро уехал. Конечно, мы строили совместные планы-замки на калифорнийском песке. Он даже писал мне... месяца два. Потом перестал, что вполне понятно. Я не обижалась -- я просто вспоминала его, как редкий подарок судьбы. С годами все реже, но застрявший в социальной сети красивый и правильный Майк послужил нечаянным напоминанием. Я не сразу осознала их сходство. И когда узнавание меня пронзило, то само собой разумеется -- мечты о Майке плавно преобразовались в ностальгию по Сереже. Калифорнийский вдовец открыл мою шкалтулку Пандоры. Мне захотелось обратно в маленькое счастье.


3.Шестое кольцо

Есть журналы, старые номера которых не хочется выбрасывать ни при каких обстоятельствах. Даже если они занимают много места и годами пылятся где-нибудь на антресолях. Даже если приходится много переезжать и все давно можно найти в сети. Однако, нажав на кнопку, мы не сможем вспомнить, как наш ребенок прочел первое слово или как мы сами много лет назад смастерили первую модель фрегата. Для этого нужно уютно устроиться на диване и, самозабвенно листая загнутые уголки страниц, унестись в страну грез. Речь, конечно, о детских журналах. О легендарных и любимых многими поколениями, и о появившихся в новейшее время и завоевавших признание маленьких читателей, а также их родителей. Хороший детский журнал - это уникальное явление. Его никогда не поглотит Интернет. Потому что он источник эмоционально-тактильных ощущений. Полистаешь вместе с родным чадом старые добрые "Юный натуралист" и "Мурзилку" - и, глядишь, заново научишься мечтать, и вспомнишь себя таким, каким тебя задумал Бог...

Телефонная мембрана передала мне удивленную улыбку Эллы. Минутное торжество, словно я, наконец, принесла ей прибыль. Видимо, в это мгновение меня нельзя было назвать неэффективной, - с чего бы! - но сестрица не потрудилась смягчить мои раны. Она просто быстро согласилась. Итак, я начала работать за перспективу встречи с моей давней нерасцветшей любовью. Никаких гарантий и договоров. Все на честном слове. Кто бы мог представить, что подобные условия породят во мне творческий взрыв! Месяца через три Элла даже соизволила выдавить из себя скупую похвалу. И сообщить мне -- к моей теории гендерно симметричных недугов до кучи -- что Марлен Дитрих тоже болела этим... "в общем тем же, что и ты". Я отозвалась предложением замутить на будущем сайте в качестве развлекательного бонуса исследования на темы "Болезни великих женщин" и "Болезни великих мужчин". Ответа не последовало. Элла не любила о грустном. Болезни, неврозы, маленькие зарплаты... etc. - не ее темы.

-Типичный альфонс, - высказался Надеждин о Майке, о чем его никто не просил. - Смазливый бездельник. Наверное, недавно из тюрьмы. Этот "архитектор" в лучшем случае газоны стрижет. Он не напишет тебе никогда. Он ищет состоятельные варианты.

Надеждин еще не знал, что к Майку я давно охладела, а про Сережу мне хватило ума промолчать. Представляю его емкое резюме по поводу моего "выгодного ченча". Работа взамен на мужчину! Скандал в благородном семействе! Альфонс, стригущий газоны, - просто ангел на фоне этакого безобразия. Хотя бы потому что на его фото я любуюсь абсолютно бесплатно.

Но тайное вскоре должно было стать явным. К нам ехал ревизор! Сестрица собственной персоной. Триумфаторша, выполнившая обещание. Незадолго перед приездом Элла кинула мне краткую добрую весть -- нашла, мол, твоего касатика. Он рад вниманию и прибудет в наши суровые края сам... этим летом... наверное. И, конечно, навестит меня! Мои адреса и телефоны переданы ему в полном комплекте. Меня немного насторожили слова "навестит" и "наверное". Мучил вопрос, почему ж он мне не напишет сейчас, а надо непременно ждать очной ставки! Справиться у Эллы по-родственному, по-дружески не представлялось возможным. Теперь уже я нешуточно опасалась ее шипов, которые она выпускает внезапно, овладев наполеоновской тактикой нападения. Подвести себя в главном я не могла. Надо было проявить в ответ кутузовское смирение и дождаться правильного момента, когда можно освободить от врага свою маленькую Москву.

Дальнейшие события имеет смысл упаковать в краткую хронику. Потому что это это будет соответствовать истинному ритму происходящего. До нынешнего появления Эллы, меня качали волны времени -- и довольно плавно, как я теперь понимаю, ибо после начался девятый вал. Портативный, лично для меня -- к счастью, он больше никого не затронул. Ребенок получил в подарок от Эллы кроссовки на колесиках -- угадала с размером, между прочим. И еще много модных детских прибамбасов, чем подняла свой рейтинг до небес. Хотя куда уж выше -- Элла и так была единственной любимой родственницей. Я полагала, что к ее приезду нам придется освобождать квартиру, но она остановилась "у друзей". Что за друзья, стало ясно днем позже. Она привела с собой Сережу.

Я его не сразу узнала -- из астеничного молодого человека, похожего на красавца Майка, он превратился в зрелого заматеревшего бородача, напоминающего, скорее, крепыша-англичанина из Уэльса. Впрочем, какая разница, кто на кого из моих виртуальных друзей он похож -- не стоит строить закономерности на сходствах. И без них понятно, что предпочитаемый типаж -- на всю жизнь, если усилием воли и кропотливым апгрейдом мозга не преодолеешь в себе этот миф.Я не потрудилась. Лишь долго огорчалась, что Элла устроила такой сюрприз -- ведь следовало подготовиться и провести полдня перед зеркалом и у плиты. Позже я поняла, - все, конечно, не случайно. Сережа не проявлял себя как... тот Сережа вообще! Хотя чего я ожидала от практически чужого мне человека? Полная растерянность и абсурдная надежда на то, что через минуту мы преодолеем космическую плотину между нами -- одна разница во времени между Калифорнией и Москвой чего стоит! - и окажемся в искомой точке слияния, из которой когда-то выпали в силу обстоятельств. Элла деликатно нас оставила, сославшись на какие-то переговоры. Великодушный жест только обострил напряжение, разъедающее наш диалог. "Как ты там живешь?... А ты как здесь?" - и далее в том же духе, хуже не придумать. Полная закупорка чувственных сосудов! Просто я долго не желала понять, что дело во мне. В моей недогадливости. Сережа несколько раз употребил оборот "мы с Эллой", а я, тупица, недавно протеревшая от пыли старинную влюбленность, все ждала подземных толчков страсти. А у ребят уже все срослось! Мужа-адвоката след простыл. Впрочем, может, и он пока не сброшен со счетов -- пригодится еще. Элла бережет контакты. И умеет их припасать до лучших времен. Ей зачем-то понадобился Сережа -- и она его прибрала к рукам. Может, ей нравятся те же мужчины, что и мне?

Чтобы испить горькую чашу до дна, мне предстояло только узнать, с каких пор они вместе. Сергей бесхитростно ответил: "Полгода где-то...". Таким образом, в момент нашего с Эллой телефонного разговора, когда я промямлила свою романтическую просьбу -- найди Сережу! - они с этим самым Сережей потягивали вино все-равно-какое и радовались, что обвели дуру вокруг пальца. Хотя нет, они же не Лиса Алиса и кот Базилио. Элла, разумеется, ничего ему не сказала. Она чисто работает -- не подкопаешься. Предоставила Сереге возможность смягчить удар -- как бы между прочим донести до моего сознания мысль, что мне не светит. Кстати, договор Элла выполнила. Искомый субъект найден и даже доставлен. Вот они, словесные ловушки... Эллу упрекнуть не в чем. Разве "найди Сережу" - означает "найди его для меня и у нас все повторится..." Нет, не значит! Но в моей голове слова стремительно преобразуются в события. В моей голове люди действуют согласно наделенным мною ролям. Мою голову давно надо выбросить на свалку и отрастить новую. Элла права -- что касается болезней, то я сущий гермафродит. Вообще-то сестрица не зря жила с адвокатом по разводам. Она и раньше неплохо умела вести переговоры. А теперь и вовсе ас.

...мир глянца и гламура порождает "искусственных" людей-плацебо, продуктов фотошопа и косметической хирургии, оболочки из имиджевой легенды. Каждый из них выполняет свою миссию - кто-то скандалит, кто-то страдает от жестоких мужей, кто-то представляет собой сплошную тайну, кто-то просто симпатичный. Создание звезд - это одна из самых успешных индустрий, потому что использует наши основные инстинкты. Один из них - сотворение кумира. Грех, но не смертельный, простительный. Кумиры - или просто любимые артисты и прочие селебритиз - заменяют современному жителю мегаполиса недостающих ему друзей и любимых. Каждый вечер мы включаем телевизор в определенное время, чтобы увидеть ставшего уже родным персонажа и самозабвенно сопереживать ему. В этот момент мы как дети, мы вне сковывающих нас социальных пут. Так что люди-плацебо в какой-то мере - наше лекарство от той метафизической тоски по недосягаемой Безымянной звезде...

Сережа вдруг подошел ко мне и закурил сигарету. В Элкиной квартире нельзя курить! - хотелось мне возразить, но я вовремя осеклась -- ему теперь все можно.

-Смотри, Машкин! - сказала он совсем как прежний Сережа. - Я сейчас покажу тебе кое-что, - и стал старательно выдувать дымные кольца.

-Ну и? - протянула я сердито, глядя, как он пластилиново вытягивает губы. Подумаешь, фокус.

Он выдул пять колец, потом с особым тщанием родил шестое, которое торжественно сплелось с предыдущей дымной завесой, и с досадой выкинул сигарету в окно.

-Чарли Чаплин завещал миллион баксов тому, кто выпустит пять колец из дыма и сквозь них пропустит шестое. У меня вот-вот получится...

-Достойный способ заработать миллион.

Я боялась долго смотреть на него. Он уже не моя история. Даже далекий Майк казался роднее. Я никак не могла объяснить самой себе, почему я не искала Сережу сама. Можно подумать, на всю Америку одна Элла! Нет, конечно. Все из-за моих извечных сомнений и принципа "не навреди". Я думала -- столько времени утекло. Наверняка у него семья. К чему вторгаться в его жизнь... - и прочие чеховские мотивы, прошу прощения за аллюзию. А Элла как правильный хищник это почуяла. И сочла, что если я не предъявляю на Сережу права -- а какие тут могут быть права, в самом деле! - то она может спокойно забирать этого мужчину себе. Она не строит воображаемых препятствий! В правоте сестрице не откажешь.

Смешно, но она просчитала все на несколько ходов вперед. Она обменялась с Сережкой координатами еще в тот визит десятилетней давности. И все десять лет не теряла его из виду, в отличие от меня. И кому он больше нужен после этого...

Ближе к полуночи пришел Надеждин. Разве он пропустит такой оглушительный провал.

-Вот тебе и вдовец-трендец! А что за Сережа? Какой-нибудь очередной перезрелый бездельник? Судя по тому, как он собирается поиметь миллион...

Надеждин был пьян и куражист. Въерошивал мне волосы, что я терпеть не могу, говорил, что мне всегда удается его рассмешить своими историями. Накурил -- жуть! Тоже все пытался вытворить фокус с шестым кольцом, да только еле до третьего доходил.

-Послушай, у тебя-то все еще сбудется, - решил мой хмельной друг. - А вот за Элку я беспокоюсь. Похоже, исчерпала она свой лимит фарта.

-Видно, теперь пришла твоя очередь меня посмешить.

Леша заносчиво ухмыльнулся, влил в себя очередную порцию вискаря и зарядил долгую центурию на полтора часа, которая местами пересекалась с моими гендерно-симметричными экзерсисами. Что мне польстило, но было не единственным достойным внимания. Мой приятель собрал внушительное досье на Эллу. Столь тщательно собранные подробности годились даже для лечения у врача-гомеопата. Среди них -- трудное и травматическое рождение и ранняя смерть матери. Даже я толком не знала, от чего умерла моя тетя. Зато это разведал Надеждин. Тяжелые роды, неудачное кесарево сечение и с тех пор женское нездоровье, приведшее к безвременной кончине. Таким образом, мы с Эллой были антиподами. Легкое дитя и смертоносное дитя. Эк завернул!

-Зачем тебе эти анамнезы?

-Изучаю судьбы, - важно ответствовал Надеждин.

Бред, зато какой приятный! Легкое дитя... а у сестры исчерпался лимит... и этот Сережа -- совсем не тот Сережа. Этот мне ни к чему. Пусть дальше тужится и пускает свои кольца.

-Хорошо! Зло будет наказано. А нам-то, нам будет любовь невероломная?

-Неуклонно приближается, - икнув, пообещал Леша.

Я пока что слышала только обманчивый шелест белых одежд.


Москва, 2011