# 1997. Часть Вторая

Ольга Слободкина

Небо расчистилось вдруг -

стало прозрачным и светлым,

словно зима отступила.

И появилась надежда

на возрождение Земли,

на восхождение души

"от привычного падшего "я".*


_____________

*Строка из Д.Х.Лоуренса:

"Возвращаться к себе самому

от привычного падшего "я".

(из "Последних стихов".

Перевод мой - О.С.)

начало марта


* * *


Темнота исчезает

и черные сущности страстно танцуют

в расщелинах стен.

А здесь все тает.

Весна. И после Парижа -

без перемен.


Темнота исчезает

в пределы фантазии,

словно змея,

словно кобра

всасываетcя в н`ору,

а дом - Земля.


4 марта


* * *


Март. Сладкий воздух. Ночь. Пост.

Лежу Большой Мумией, завернутая в одеяло.

Месяц - как тонкий вогнутый мост

И юный, как дочь Иеффая, Яала.


Месяц возрастет до Луны.

Жертва Яалы прекратит на семь лет войну.

А мне - небесные сны.

Если, конечно, усну.


13 марта


* * *


Белый март


В ионической вазе - лилии.

Акварелью писать? Белилами?

Лишь одно дыхание или

мимолетный скользящий взгляд.

Это - Вечность. Ее течение.

Росчерк Духа. Еще мгновение

и... Гармония красок льется

на картон. Это - Белый Март.


15 марта


* * *


В ритмах Бродского


(из цикла "Диалоги")


В этом мире все перемешано:

Вдохновенный скрипач играет в метро на скрипке,

А рядом - цыгане, нищие

И надзиратель за эскалатором -

В прозрачном стакане и без улыбки.


В этом мире все перемешано:

Поэт, пилот, полиглот, политик -

Словно частицы бромовой взвеси взвешенной,

Ну, а ньюс-уиковский аналитик,

Думая о покупке антикварной мебели подешевле,

Важно строчит о мафии, ничего не смысля

Ни в ней, ни в русской душе, но...


Сам по себе он - неплохой.

Родил троих белобрысых парней

Для своей узколобой Америки, будто в ней

Мало парней - белобрысых и узколобых,

Но так уж сложилось в природе вещей,

чтобы


Люди рожали себе подобных -

Самых простых и бесподобных

И чтобы этот мир мешанины

Не изменял бы привычной картины


Бромовой взвешенной смеси,

Где есть и дурак, и Лессинг.


март


* * *


Теперь-то я знаю -

я хочу прожить жизнь Очарованной Странницей,

или Странником...

Род не важен, ибо я уже дух, но не тело.

Все, что мне надлежит легким сердцем пройти,

Вновь оно воплотится в Незримом.

И от Неба опять через Слово Его -

многим тысячам вам:

сыновьям, дочерям,

помножающимся друг от друга.


Я же флейтой служу своему Господину.

Я - лишь часть Занебесного Круга.


18 марта


* * *


И снег идет, и Фрескобальди

Играет в Вышине,

И в вазе так скульптурно вянут лилии,

И память оживает в ясном сне.


Страдания Иосифа, Рахили

Так страшно претерпевших... И за что?

Лишь имена их в Бесконечной Библии,

Просеявшей иных сквозь решето.


18 марта


* * *


В ритмах Бродского


(из цикла "Диалоги")


"Жизнь моя затянулась"

И. Бродский

"Эклога IY (Зимняя)


Время от времени

Время

входит в водоворот,

устает от всего -

от душевного, плотского,

в том числе, от награбленной антики

в Британском Музее,


но Время проходит... и вот,

нет на Земле поэта

еще одного,

Иосифа Бродского,

еще одного

претерпевшего страсти еврея.


И все же, открывая его "Эклогу" -

Четвертую, Зимнюю,

где "холод похож на холод,

время - на время",

я смеюсь от души

и душу его, не стёртую

Временем, снегами и ливнями,

вижу, как будто его самого.


Время меня научило

парить над болью

и глядеть на нее сверху вниз -

так чайка глядит на море...

Принимать неудачи за благо,

быть бесстрастной, как Время,

покорной,

как бела бумага.


21 март


* * *


Солнце зашло.

Не успела его захватить,

не успела поймать безымянный, бесплатный

бесподобный момент,

чтобы душу потом восхитить

перед Вечным Венцом,

когда - в Путь Безвозвратный...


23 марта


* * *


В ритмах Бродского


(из цикла "Диалоги")


Ночь наступает, как крысы иль рыцари-псы.

Город сдается бескровно, и белый флаг

Многих постелей поднят,


Изгиб косы

Месяца, словно Смерть.

И перед Ней

ты - наг.


Ночь наступает, приливом на город идет.

Месяц ее разрезает кривым клинком.

Только морем не пахнет,

целебный йод -

в море остался,


А здесь, под крутым дождем,

Кто-то симфонию пишет,

кто-то болотно глядит в ящик TV,

кто-то идет на грабеж,

кто-то - в концерт.

И погодный ёрш

отбивает ритм

ночь напролет.


весна


Пять дней в Коктебеле в конце марта


(см. одноименную маленькую поэму)


* * *


Опускаю зеркало жизни

в Небесный Ручей

и сознание вспыхивает фейерверками строф.


Я - Иов.

И в ночи ночей

в лоно Реки Бессмертной

войду я,

ребенок ничей.


Отражение не меркнет.

О, душа моя!

Бедная девочка в рваненьком платьице,

кому дяди, страшней каракатицы,

показали мерзость без слов

и сказали: "Расскажешь, убьем"!


И вот, с этой неправдой немыслимой

в ржавой трубе под дождем

сидишь ты и всхлипами полнится горло и грудь.


Может быть, где-нибудь,

в каком-то потоке зеркальном,

в Невидимом Мире Астральном,

мне ласково скажут: "Забудь"!


И все смоется новым дождем,

новым сознанием правды

или Небесным Ручьем в духе забавном,


Только тогда

в Зеркало Жизни

я снова смогу заглянуть...


19 апреля


* * *


Юность бушует во мне

листьями свежей травы,

цветами из снов.

Это - Пасха, ее приближение.

Я ее узна`ю. Этой ночью воскреснет Господь.

В бесконечную радость уходит душа

на Его Воскресение.


26 апреля


* * *


На Пасху

мне приснились три собаки,

три большие добрые собаки,

и они лизали мне колени.


На Пасху мне приснились три каштана,

три огромных цветущих каштана,

и они бушевали Любовью.


На Пасху мне приснились три Ангела,

Три Ангела Нового Неба,

что умеют слышать сквозь молчание,

что умеют незримое видеть.

И Они говорили со мною

и слышали все мои мысли,

и видели все образы сознания.


24 апреля


Коктебельский дневник


(см. Коктебельский дневник 1997 года)


* * *


Солнце ушло за башню,

как будто устало.

И я устала.

Прощай, первозданное Солнце!

До завтра, до завтра.


25 июня


* * *


Во сне живу иль наяву,

но все переезжаю, уезжаю,

то в Коктебеле комнаты меняю,

то в Пярну отдыха не нахожу.

То еду в поезде с Егоркой,

то к морю выходу, спускаюсь с горки...


И все пейзажи - не такие наяву.


26 июня


* * *


Variations


1.


Алая роза. Одна. В ионической вазе.

Душа - в Ионическом море.

А вечер живописует.

Разводы - белила и кобальт.


Зажженные башни врезаются в небо - ракеты,

А окна домов, словно звезды, - созвездия счастья.


2.


Алая роза на тающем ст`ебле

в дорической вазе,


А за окном

день разливается

запахом пряным, июньским,


То просияет,

а то вдруг взгрустнется ему -

слезы прольет,

словно вспомнил о чем-то печальном.


Вот и опять

буйной листвой,

блюзовым небом нахлынул,


Будто мне снова семнадцать,

и ничего не случилось...


26-27 июня


* * *


С течением жизни

привыкаешь более или менее к Вечности.

Зеленые склоны

сменяются бурыми пашнями,

снежными д`алями,

и снова цветущие маки

колышутся в свежей траве...


Так нежные щеки

расчертят седые морщины,

и в Вечность душа вознесется,

а тело - Земле.


21 июня


* * *


И золото, и п`урпур, и сирень,

И розовый... Все вместе - бесподобно...

За горизонт готово схлынуть Солнце,

но тяжко, тяжко мне...


Ведь я убила страшного жука.

Зачем убила? Бросила бы в тр`аву

через окно,

но сожалеть уж поздно...


Грехами полнится моя душа,

и я не знаю, что мне с нею делать...


23 июня


* * *


Прошло еще семь лет.

Все тот же лес,

все тот же пейзаж.


Булонский лес - в романах Мопассана,

Измайловский - в реальности моей.


Деревьев, уходящих в Бесконечность,

прекрасные нестройные ряды,

зеленые стоячие пруды...


Вдруг... Всадница!

Идет сквозной аллеей,

равняется со мной и входит в пруд.

О, Боже! Как во сне!


Неспешно, грациозно, бесстрашно

они по дну идут.


Купальщики возмущены

и страшно, безобразно

на них орут...


Они

и ухом не ведут.


Какой-то мальчик просится погладить.

Боится.

Лошадь морду подает,

и всадница так терпеливо ждет.


Нет, не коснуться! Страшно!

Ну, что же! Лошадь - в разворот

и снова гордо по воде идет.


28 июня


* * *


Сегодня кто-то вырезал закат

Из персиков и алого - сквозь тучи.

Писать не поднимается рука

Закат могучий.


Так день уходит, пересилив жизни лесть,

И - в ночь, как - в Смерть. Освобождение.

Словно Господь, явив Благую Весть.

И Вознесение.


2 июля


* * *


That is what makes me alive -

Oh, this great upsurge of spirit at dawn,

Ebb of the feeling when the Light

Wants to dissolve in the cavity womb of the Night.


Maybe, the same I shall feel

Making the Last Change on Earth?


July 2


* * *


Солнце оранжево-круглое

Входит во влажный июль,

Словно шарик цветной

Опустили в небесную ванну,

И он растворился, исчез

В пене сквозных облаков.

Я же тот самый ребенок,

Которого бросили в воду,

И он все играет,

играет...


3 июля


* * *


И Солнце закатное встало в тот вечер

двойным отражением в толстом стекле

и долго стояло в невидимом небе,

не двигаясь,

словно застыло...


Потом закатилось.


Так же и жизнь -

сначала ей нету конца,

и вдруг уже кончилась.

Всё.


3 июля


* * *


Все происходит сам`о -

сохнет белье на ветру,

Время касается Смерти

в бесстрастной гармонии ритмов.

Прав был Емеля-дурак -

только одна доброта.

Все остальное

по щучьему выйдет велению...


начало июня


* * *


Из Витинева - в Москву

на подводных крыльях


"The oil glamour of waves"*

и... ракета режет речную гладь н`адвое.

Мимо мелькают лес`а.

Сосновые запахи -

юности лучшее счастье,

неисполнимой любви -

первой любви и последней.


Я - не Европа.


Это и лучше.

Что может быть лучше юности,

неисполнимой мечты,

что живет в Потаенной Стране

Идеальной Гармонии

Воображения Девственной Белой Души...


_______________________________________

* "...волн маслянистый блеск" - строка из стихотворения Мандельштама

о похищении Европы в моем переводе на английский.


27 июля


* * *


И во сне снизошел невесомый туман,

Поднимая сознание до Перекрестка

Бесконечных Дорог...

Я познала Высокой Любви Благородство,

чего здесь, на Земле, не встречала,

о чем лишь мечтала

и, проснувшись, подумала:

"А не обман"?


2 августа


* * *


Когда мое жилье покроет слой культурной пыли

И рукописи, как прилив, весь пол заполонят,

Я становлюсь песчинкою в стихии

И только Ввысь глаза мои глядят.


Душа уходит в Небо, отрываясь

От мира грохота и суеты,

И я в цветной толпе бульваров затеряюсь

И не иду - легко приподнимаюсь

До Неизбывной Высоты.


6 августа


* * *


Cредь грохота бульваров

И шумных ресторанов

Мой красный кардиган

Мелькает, как тюльпан,


В букете белых, алых

И странных, небывалых,

Прекрасных и не очень

дам.


6 августа


* * *


В галерее "Роза Азора"


(после Музея Народов Востока)


Мы вошли в лавку

"А роза упала",

где - куклы

и всякие разности,

и воздух, нап`оенный духом сандала,

а рядом - восточные странности.


И детка задумчиво вверх поглядела

и удивление свое подарила

какому-то Бело-Пьеро,

который на полке томился без дела,

продать не решаясь тряпичное тело

хозяину лавки на зло.


Потом сквозь китайско-японские вазы,

меж стульев и горок "модерн",

мы устремились на волю -

не сразу

нас выпустил этот предел.


И долго в сознании томно курилась

молитва буддийских вершин,

и Гамилаев всеснежная милость

царила, парила и говорила,

красками Рерихов нас одурила,


пока на бульвар, словно н`а берег Нила

не вышли мы - там нас Россия хранила -

из галереи "Шин".*


___________

На самом деле - Галерея "Шон".


6 августа


* * *


Всю ночь мне не спалось -

комар кружил во тьме,

и вот уже рассвет -

прозрачным розовым,

божественной лазурью

цветет во мне.


Всю ночь мне не спалось -

мечталось в Высоте

о Мире Новом, освященном Духом,

а не о тяжкой плотской тесноте.


Всю ночь мне не спалось -

душа искала Путь

какого-то Иного Совершенства,

где, может быть,

когда-то

где-нибудь

найдет Неизреченное Блаженство.


10 августа


* * *


Fame came too late

like a lame mare.

Fame came too late -

't was my fate,

but I was no longer there.


Aug., 16


* * *


из шутких стихов


У Карины Шаншиевой


В галерее Карины Шаншиевой -

куклы: турчата, еврейские образы,

в бархате, жемчугами расшитые,

и - в холстине: нищие `обозы.


В Карино-Шаншиевой галерее -

дамы, маркизы и девочка с удочкой,

их прислужник в зеленой ливрее

и парень простецкий с дурочкой.


В галерее Шины-Карины -

кошки-лампы, достойные "Пулицы",

а по ст`енам - сплошные картины.

И яйцо из бронзы без курицы.


В галерее Карины Шаншины...


август


* * *


Сизый вечер. Август кончается.

Бабушка в Царстве Господнем два года уж скоро.

Холодно. В доме не топят. Духи печали

Смотрятся в небо из тонкого china-фарфора.


Сизый вечер. Август кончается. Грустно.

Ярко весна промелькнула, лето оставив на море.

Я во всем мире одна. И только жильцы-алкоголики -

единственное напоминание

о грохочущем мире безумия и суетности...


17 августа


* * *


Золото разл`илось в небе на Успение,

Серафимом ярким пронеслось.

Купола зажглись и неземное пение

В растревоженном сознании отдалось.


18 августа


* * *


Вновь листья сухие шуршат под ногами осенним прибоем

И теплое Солнце линует последние сладкие травы,

И Небо с Землею, как будто смирилось, простило обиды, утраты,

Иль просто забыло - так мне бы хотелось забыть обо всем,

что случилось со мною.


23 августа


* * *


Меня швырнули с Неба - на асфальт-

Душа зашлась в малюсеньком предлоге.

Была я в Небе, "в".

Теперь я - "на"

земной и неприкаянной дороге.


3 сентября

(Это по поводу публикации моего стихотворения в журнале "Преображение", где редакторша любезно заменила предлог "в" на предлог "на", нарушив тем самым ритм и сделав стихотворение абсолютно бездарным:


Нарциссы, прозрачные, словно душа

Пол`уденной девочки в миг левитации,

Несут свои хрупкие лица навстречу весеннему Солнцу

И мысленно плавают в ним в деревянной веранде.


Добрая женщина заменила: "И мысленно плавают с ним на деревянной веранде".

Наверное, она исходила из того, что сидят на веранде (на одном полезном месте), забыв о том, что плавать можно только в бассейне, в море, в небе, в ванной, в вазе, и, следовательно, - в веранде. Но она подумала: "В веранде"? Так не говорят. Это неправильно. А как говорят? Ну, конечно же, - на веранде". Спасибо!!! Молодец!!! Усовершенствовала!!! Это дама (не будем называть имена) сказала мне, что поработала с моими стихами (теперь понятно, как она это делала, - пахала, окучивала!) и что я должна срочно начать ходить к ней в поэтический семинар. Или на поэтический семинар? Она бы меня научила. Как говорил Мандельштам: "Может, они еще объяснят мне, как мне спать с моей женой"? Ну, да ладно. Все это мелочи жизни по сравнению с другими публикациями. Там я находила в каждом стихотворении от 7 от 17 ошибок. Поэтому - только lit.lib.ru. (дай Бог здоровья господину Мошкову)или facsimile.)


* * *


Огонь мерцал в прозрачном шаре.

По ст`енам тени плыли мягко.

И духи светлые скользили,

Словно во сне - по н`ебу яхта.


Огонь мерцал в прозрачном шаре,

Мгновение - в Вечность устремив,

И духи светлые качали

Души мотив.


Огонь мерцал в прозрачном шаре

И тени плыли, как во сне.

И Духи Светлые слетали

Ко мне.


сентябрь


* * *


Круг вокруг лампы -

словно круги на воде,

иль паутина,

или тончайшее кружево

северных рукоделиц,

иль шелковый веер во весь разворот,

или круги

одной поэтической жизни.


сентябрь


* * *


Мне снилось, как я резала салат

(и он тонул в упущенной воде),

с ребеночком колясочным сидела,

а бабушка пришла с работы и сказала:

"Здесь все наоборот.

Там, на Земле, я вам служила.

Вот. Здесь вы служ`ите мне".


сентябрь


* * *


О стихотворении Артюра Рэмбо "Офелия"


Глаза Офелии, когда она плывет

При черном полнолунии по реке...


сентябрь


* * *


Мне снова захотелось Высоты.

Сквозь облака, в колодца чистой сини

Я выхожу. Земли моей черты

Мне картами покажутся отныне.


Я выбираюсь из колодцев суеты,

Оставив попечения земные,

Меж облаками дел -

до Высоты.


16 сентября


* * *


На немецком кладбище у дедушки и бабушки


Деревья сводом кафедральным

сомкнулись - золото листвы.

Я шла знакомою, не дальней

дорогой, где теперь и ты

лежишь...


Высокая могила...

Нет! Это сон! А ты - жива!

И Смерть тебя на заманила.

Лишь в вышине вздохнет листва...


И снова тихо, безответно.

Поникла мокрая трава.

Два имени. И горе с ветром.

Нет! Это ложь! Это молва!


А ты жива! Жива глазами,

Словами, смехом, добротой...

Родная! Милая! Слезами

Мне застилает дождь простой


Дорогу к вам и к Новой Жизни...


Мы столько раз с тобой ходили

Сюда. Рыдали, как на тризне,

Сирень сажали, камни мыли.


И вот, одна я перед вами.

А вы притихли. Нет ответа.

Дождь застилается слезами.

Два имени. И горе с ветром.


5 октября


* * *


Солнце то выхватит купол церквушки

и он вторит ему переливным сиянием золота,

то белый дом,

и тогда он становится

сверкающим сахарным к`убом,

а то - старорусскую башню, 17 век,

и она заиграет веселыми красками,

как скоморох на сорочинской ярмарке

иль пряничный конь.


7 октября


* * *


Вел`ики и октябрьские закаты,

но лишь в сухую, ясную погоду,

когда глава расплавленного Солнца

вся - в ореоле золотых кудрей.


И Солнце перевернуто садится

в несметный город,

и я вижу зрением

младенца, не изведавшего мир.


7 октября


* * *


Величие закатных облаков...

Над ними не глумится человек

и не разносит в прах усилий неба,

как варвары разносят в пыль и прах

цивилизации, народы и искусства.


Искусство Бога вечно.

Даже варвар,

глумящийся над девственной природой,

не может дикой волей отменить

Величие и Красоту Вселенной.


7 октября


* * *


И веточка кермеха кружевного

Напомнит об осеннем Коктебеле.

О, сколько лет мне там не удается

С сентябрьскими духами побыть!


А почему, не знаю я, не знаю,

Но кто-то мной всесильно управляет,

И, если я ослушаться посмею,

Но нет - такого не было давно!


Но чем я меньше глупо рассуждаю

И чем я больше мудро подчиняюсь,

Тем я счастливее и тем ровнее

Моя дорога... И душе светлей.


7 октября


* * *

Моим редакторам


Мне снились якорные солнца.

А что это, я не скажу.

Вы все равно не так поймете

И истину, доступную ежу.


Вы все равно исправите, сместите,

Рассыплете готический собор

И в груду хлама превратите

Сферический творений хор.


Редакторы! Болотные вы змеи!

И нескончаемый обман!

Обрезали вы косы Лорелее!

Я объяснять не стану вам.


8 октября


* * *


А больше всего я любила

песчиночкой-деточкой, свечечкой-крошечкой

стоять под сводами храма,

теряясь в святых молитвах

и уноситься мыслью

к Предвечным Началам Жизни...


13 октября


* * *


St. Genevieve's buning her candle in my room,

St. Geneveive is floating round the ceiling

And my enormous and ecstatic feeling

Becomes a fire glow, a shadowy loom.


St. Genevieve is calling to my heart:

"Come back to Paris, to the silky Seine,

To matted windows in the morning rain,

To Caecre-Cour, to its celestial cart."


St. Genevieve is saying her good-by,

The night is waning, sleepy is my mind.

Why and I here? Not in Heaven? Why?

With those who I belong to? With my kind?


end of Oct., 1997


* * *


I'm trying to fool myself

Wandering round my fate,

Afraid to plunge into it

Or step lightly over the surface.


I haven't got enough faith

To walk over the waters.

I haven't got enough guts

To rush down.


So I continue to fool myself

Walking round the abyss,

Closing my eyes with both my hands,

Pretending to see nothing.


Nov. 17


* * *


А лучше б мне не знать грехов, Земли,

Но плавать в Вечности, в объятиях Океана

Любви Вселенской, где Иные Корабли

Спускают парус и на Землю устремляются желанно...


18 ноября


* * *


В момент страданий, испытаний

Глаза становятся святыми,

А после снова - вниз, на Землю -

Насмешливыми и простыми.


18 ноября


* * *


И мы живем под Высоким Небом,

под Белым Солнцем,

что светит сквозь перистые руко-крылья,

сквозь тонкий узор из веток,

тоненьких веерных веток

черных сквозных деревьев...


И над холмом взлетает

Белая Колокольня...


* * *


Не променяю я Миров Иных

На все сокровища из здешних, тленных...

И в Царстве Светлых Духов Неизменных

Увижу Ангелов, словно друзей своих.


* * *


Спасибо Тебе, Господи,

за день мимошедший этот,

за Белого Солнца стояние,

за Белого солнца стекание

в узоры чернеющих веток...

За снег - скрипящий и чистый,

за воздух - морозный, сладкий,

за образы и за чувства

и за молитву в Храме -

души моея строение...


30 ноября


* * *


Егорочке


И Матерь Божия Струится

Бесценным Золотом в младенце,

а он блаженно спит и видит Небо -

весь в Царствии Ликующих Небес...


И я, молясь во мне за эту душу,

входу в нее и в Духе виду Небо

и Золото Божественного Лика...


Так Царствие нечаянно позна`ю...


5 декабря


* * *


Из Глубины Божественного Мрака,

словно Бесценный Первозданный Дар,

Душа выходит в мир...

И ей

не страшно...


Она не знает суеты Земли,

не помнит ужасов предшествующей Смерти...

Она еще в Глубокой Колыбели

и видит

только Небо,

только Небо...


2 декабря


* * *


Да, снег идет...

И бело-новая

Зима

накрыла сердце и природу.

И снова нищая душа моя

из плена образов стремится на свободу.

Но крепко держит застарелый грех.

Нет, не прорваться...

Лишь одно смирение,

прощение должников и тех,

кто разрушал...

И в этом есть спасение...


декабрь


* * *


Зима в окне - как отражение

Пречистой Смерти Божиих Преподобных

или аквариум Заснеженной Вселенной,

или моя блаженная душа,

какой она была в Объятиях Света,

не ведая греховной тесноты...

Не зная ничего, кроме Покоя,

Не зная ничего, кроме Любви.


26 декабря


* * *


Сегодня закат замерцал

сквозь черные ветви деревьев,

алый,

как на шкатулке с прожилками,

или во сне,

где снится Иная Вселенная

и Вечность нисходит ко мне...


29 декабря


Конец