# 1999

Ольга Слободкина

Январь и февраль - см. поэму "Зимние мысли".


* * *


Конец февраля


На трех рассветах

мыслею случайной

коснувшись палочки

(в воде, струящейся в стакане)

хрустальной,

я отвечаю:

"Без печали

живу я в мире дольнем,

в мире дальнем,


не успевая записать и половины

стихов,

что мне спускают в здешние низины".


18 февраля


* * *


Pale Fire


"And then the gradual and dual blue

As night unites the viewer and the view."

Vladimir Nabokov


Прозрачный Огонь


Так день

пространственно-дуальной синевой

нисходит в ночь,

как по ступеням,

единя


пейзаж, увиденный из окон мной,

и неувиденную им меня.


Перевод Ольги Слободкиной


(Этот перевод пришел ко мне во сне после девяти лет полного бессилия - я считала: такую аллитерацию перевести невозможно, сохраняя философию единства мира)


* * *


Набоков,

Слободкина,

Бродский -


три ступени Модерна и Пост,

но не хуже известно всем "бо-бо",

за которым не следует ничего"*,

а лучше (за скобкой и боле того),

не болея, писать

оттого,

что услышал

и пишешь

во сне


то,

что

Бродский,

Набоков

и Бог

предназначили мне.


___________________________________________________

* из стихотворения Бродского


18 февраля


* * *


И две хрустальные посеребренные монетки

Мне нищенка в метро так нежно подает.

И падают они в ладонь, как слезы,

Как капли крови во Святой Грааль.


А почему я их взяла - не знаю,

Ведь то был сон, где наша жизнь земная

Преображенным перевернутым пространством

В душе, как в зрении новорождённом, предстает.


18 февраля


* * *


Засыпая...


После последних слов молитвы

Корабль души отходит в Небеса,

И стихотворные потоки, словно ветры, - в ушах.


Но я не в силах записать, что слышу, -

Корабль уже отчалил....

И между мной и сушей - брешь.

Прощайте!


18 февраля


* * *


Мне б и хотелось посмеяться над собой,

Да ведь грешно - над слабостью такой.


18 февраля


* * *


В этой гигантской игре под названием "Жизнь"

Я живу в промежуточном мире,

Где встречаются чаще чужие,

Где встречаются реже свои.


Ведь свои обитают лишь там, в Небесах.

К ним уйду по каскаду Вселенной,

Оставляя за гранью сознания прах

Этой первой ступени коленной...


20 февраля


* * *


И бреющий полет весенних малых птах,

И облака в проталинах невинных -

Все это Март, все это - талый Март...


20 февраля


* * *


Кто опишет мириады жизни Духа?

(В храме нет двух одинаковых часов).

Он - то Нити Золотых Дождей,

то нежней фламингового пуха,

то... палитра иссякает

поэтичной слабости моей.

Дальше - еще выше.

И без слов.


21 февраля


* * *


Сон. Воспоминание о Масаде


Пейзаж расплавляется в воздухе -

жар или печь.

Море Мертвое ляжет сперва на Восток,

потом растечется,

на зная, как лечь,


и языки соляные, как языки ледника,

опояшут его цветными

линиями -

синий,

зеленый,

охра.


О, Масада!

Первая синагога,

царствие Ирода

и подвиг Сильвера.

Парение над миром.


Лагеря.

Римляне.

Квадраты осады

видны до сих пор.


Масада.

Фуникулер.

Коктебель,

увеличенный в двести

и более раз.


Твой пейзаж - это Марс.


Ты приходишь во сне -

мозаичный рисунок пола

в римской бане


и огромность пространства,

бесконечный проход по пескам.


Пейзаж расплавляется и плывет,

а Мертвое Море

начинает на Солнце сверкать,

как язык ледника.


22 февраля


* * *


Март.

И мостовые бешено блестят.

Асфальт становится сверканием короны,

снег - сладкой коркой сахарной,

кричат

о наступлении весны вороны.


Март.

И Пост.

Приготовления к весне

и к Пасхе.

Я склоняюсь перед Троном...


Март.

И Солнца отражаемо блестят

в глазах

и радостно кричат вороны.


23 февраля


* * *


Месяц, кошачий глаз,

зорко глядит

из глубины небес,


Блестит

эллипса

ледяной зрачок

из темноты

ультрамарина.


Звезды растут - одна за одной,

каждая

в свой ночной срок.


И светят

из всех своих звездных сил,

в немилость боясь впасть

Господина.


Ночью синеет и снег,

и тушь уже льется повсюду.

Ночью я более - Бог,

нежели человек,

и дух восстает

к Миру

Незримого

Чуда.


23 февраля


* * *


Ввысь кричу:

"Помогите!

Даже книгу издать не могу.

Запретите

греху

издеваться над мозгом и духом..."


И каким-то неведомым слухом

слышу вдруг:

"Хорошо. Помогу".


24 февраля


* * *


И космос моего сознания

уходит в Небеса.

Оттуда вижу все пути -

земные и Дальнейшие.

Оттуда

все чудо впереди...


24 февраля


* * *


Я поднимаюсь на потоках Духа

и скольжу в прозрачном парении,

словно чайка на воздухе...


Только чайка скользит параллельно,

а я - вертикально...


27 февраля


* * *


После службы в Храме

все, как в детстве:

светятся мистически огни

и Луна восходит в полный лик,

словно на иконе нимб

проблеском сознания первым,

словно к Богу первый крик

в миг Духовного Рождения

первый...


28 февраля


* * *


In Winter

my only impression

is the sun-setting line of a cloud,

dim

in the milk-mirky sky

when I go to my dear little church...


But that is enough.

I don't mind

for my mind does not live on the Earth,

but just waits for the happiest moment

when the Lord will allow it to come

to the Gardens of Truth

and of Light...


Feb 28


Март


Когда недра мои закипают,

кровавая магма из чресел лавиной идет,

вынося на поверхность разорванность горных пород,

я вхожу в отстраненный астральный полет

и лечу день и ночь, день и ночь напролет,

пока лава не выкипит, время свой круг не сомкнет,

и тогда я, вздохнув, понимаю:

"И это пройдет".


1 марта


* * *


И все, что мы проходим,

Старо, как этот мир.

И все, что мы находим,

Что кажется - родник,

Старо, как этот мир.


И все, что открываем,

Известно уж оно.

И все, что понимаем,

Есть Истина давно.


И все, о чем жалеем,

Не стоит наших слез.

И все, что в сердце греем,

Возьмет у нас мороз.


И сами не свои мы,

Себя не знаем мы.

Над нами Херувимы,

И все старо, как мир.


1 марта


* * *


And then through the grey of the Winter

there bursts my brother's impressions

of the Red Sea safari,

the unthinkable Pharaoh fish

that got up from the bottom to meet him,

to be fed and to play in the turqoise transparent sea-water.


There burst the impressions of heat,

of the sparkling white coral sand beach,

of the desert

and of the Arabs.


There burst the impressions of hope

for the far-off exotic bright lands

that one day might make my impressions,

unforgettable treasures of the mind

that I'll take to the Wonderful World...


March 1


* * *


И Прозрачные Потоки Духа

расчищают дебри в голове...


2 марта


* * *


"И ходу совершенствам нет."


А ходу совершенствам нет

затем, чтоб совершенствовались дальше,

их Высший Смысл и Истина не здесь,

в тупых и непромешанных слоях,

а Там, где все есть Весть,

где - ни болезнь, ни страх.

Расти, расти, душа, ото всего, что прах.


2 марта


* * *


Райнеру Рильке,

вернее его Ангелам из Дуинских Элегий

(во время перевода)


Во время перевода


(из книги "Диалоги")


И Ангелы Рильке,

что сердце мое напрягали

и косматыми в`олнами -

вниз по ногам,

как каскады,


пусть Они отдохнут,

да и я отдохну.

Мне не надо

этих буйных страстей...


На сегодня и труд мой закончен.

И только - молитва к Иисусу.


2 марта


* * *


И дебри моей головы

расчищают Святые Потоки Духа.

И все мои дни - молитвы,

молитвы.


2 марта


* * *


Борису Пастернаку


из книги "Диалоги"


Пастернак, как ртуть, или верлибр,

Или рокоты раскатистого грома,

Иль раскат импровизаций...

Впрочем, это Вам уже знакомо...


2 марта


* * *


Последние приготовления

перед отплытием в Вечность

на судне под названием "Смерть"...


март


* * *


Уедешь ты к красному Морю -

я о тебе помолюсь.

А приедешь,

расскажешь о белых сверкающих пляжах,

садах из кораллов,

о диковинных рыбах - огромных глубин фараонах,

что вдруг со дна поднялись

с тобой поиграть,

поесть хлеба с ладони...


И захочется яркого Солнца,

ну, хотя бы кусочек ракушки.

Но если забыл ты ее привезти,

все равно -

я представлю

и, как будто увижу в воде...


6 марта


* * *


Я борюсь с воспоминанием,

с перевернутым страданием

и бичем его хлещу

по лицу и по плечу.


А оно меня - мечом

и вперед идет бедром.


Так мы бьемся день-деньской

на Бульварах, на Тверской.


Вдруг... как Дух кричит какой:

"Оля, деточка! Постой!

Ведь оно тебе на кой"!


Понимаю,

все бросаю

и в молитву ухожу.


март


* * *


Божественный Поток нежней и чище -

Он проникает в дебри головы

и расчищает их, как Ветер ниши,

и заполняет все собой внутри...


8 марта


* * *


Сон


Я лежала на пляже и вдруг исчезла -

ушла в расточительность Света,

и какой-то рыбак, этот дух не заметив,

наступил, словно в рамке багета


Уже не было больше незримой гравюры...

Вдруг я вскрикнула и вернулась.

Было больно... В пределах Юрмалы

на Земле я опять очнулась.


Испугался рыбак: "Ты зачем играешь?

Чур, меня, чур"... И - бегом, что есть силы.


"Ангел мой. Ты меня понимаешь"? -

я нечаянно спросила.


8 марта


* * *


Из детства


Когда кружилась я на карусели,

и звезды яркие кружились в голове,

сознание поднимая в Высоту,

еще не знала я, что это - Бог.


Меня учили: "Бога нет!"

Я повторяла:"Бога нет!"


В ответ

Он поднимал меня

во сне и наяву.


И в том далеком детском "Бога нет!"

был Бог

во всей Ночной и Звездной Полноте,

во всей Всезащищающей Любви

души свободной, древней и бессмертной...


8 марта


* * *


Сознание Света источает

Последние потоки чувств.

Душа свободная взлетает

В Прозрачный и Воздушный Дух...


Легко душе без чувственных потоков.

И тело невесомое - не плоть.

Там, у Возвышенных Истоков

Уж ждет меня к себе Господь.


8 марта


* * *


Ты же Сам мне сто раз говорил:

"Слава мирская - прах".

Забери же меня от Земли -

Вверх, без крутых перил,

Где Ты - Царь в Верхневерхних Верхах.


В Невесомость меня забери,

Где, как грозди кораллов, - звезд,

И на Землю меня не верни -

К плоти, к боли, к юдоли слез.


8 марта


* * *


Я должна утвердиться в Его Невесомости

И привыкнуть к парению Света.

И тогда мой Иисус в совершенной влюбленности

Заберет меня в Замок Завета.


"Все не сразу. Ты хочешь расстаться с Землею.

Не спеши, научись бестелесности.

И тогда ты во веки пребудешь со Мною.

Для Земли же - в блаженной безвестности".


8 марта


* * *


Все за все когда-нибудь ответят -

не на этом, так на Лучшем Свете.

Лучше же на этом расплатиться,

чтобы в Тот взлететь,

как Бела-Птица.


10 марта 1999


* * *


В стиле японских танка


В предгорья Духа я направлю мысль

и в бестелесное войду душой.


15 марта


* * *


To Julia


И, замерев душой в пространстве,

(о, лань в полете на охоте!)

я кельтов северные страсти

бесстрастия

распну на струнах звездной ночи

во власти

Средневековья...

(странно!),


где даже Христианство

другое.

Узн`аю этот дух...

Былое

не умерло...


И в этом северном мистическом пространстве -

Живое пение, души полет...

И прошлое - охота на оленей -

В девятом одиноком веке

на Белом Острове

в моем сознании оживет.


16 марта


* * *


"All the rivers go into the sea,

Yet the sea is not full."


All the time you do nothing else,

but set your mind,

yet your mind is not set

and life passes by...


March 11


* * *


И эта скрипка и гитара

мне душу возвышают

в конце большого дня в метро.


"Я не устала", - я сказала

сама себе усталости на зло.


март


* * *


И небо белое

клубится в этот час

над Луврскими Дворцами,

над Елисейскими Полями,

над Мексиканским христианским храмом,

где плачут статуи кровавыми слезами,

и над Москвой - восставшими главами,

бездонно-золотыми куполами,

над нашими убогими домами,

словно над душами,

чтобы прийти за нами

и навсегда забрать отсюда нас.


25 марта


Апрель


"Что пройдет,

все будет мило".

Пушкин


Свет гаснет.

Черепашьи облака

еще стараются продлиться -

искусства миг -

и открывают дали херувимов

и душ, что жаждут снова воплотиться...


Но Солнце уже голову склонило

за голову Земли...

"Все будет мило"

и неповторимо

все, "что пройдет"...


Глаза слипаются,

и я не воплотила - в искусство -

блаженный миг,

что только я одна могла бы отразить -

мгновения блик,

который никогда не повторится.


3 апреля


* * *


И платиною предпасхального заката

сквозь складки-страсти туч

прольется Солнца Свет

на мой угрюмый мир...


Бумажный Ангел повернется, не спеша,

задев меня крылом

и отразившись

на каменной стене,

что чертит тени, мастер-график...


И купола церквей,

как отблески обещанной весны,

вдали мерцают...


И душа не знает,

когда ее навек отнимут от Земли.


3 апреля


* * *


И Дух прибывает...

Размытые кобальт с оранжем

на небе творят всезакатные прихоти Солнца

и туча кончает строку очень длинным тире...


О, недосказанность...

Свет прибывает,

меняя все краски и формы...


И Дух прибывает...


О, Боже!

Как можешь ты перед Страстной,

когда на заклание - Сына...,

творить чудеса в небесах и во мне.


4 апреля


* * *


To leave this world of rush and rubbish

for the Sublime and Better One.


* * *


Да, снег заполонил собою все.

Он надвигался, как буран или прилив.

Нахлынул на весеннее окно

И заслонил все образы Земли.


Да, снег заполонил собою все.

Так старость иногда берет реванш

У жизни... Вдруг опять светло

И церковь видно, как - через Ла-Манш.


5 апреля


* * *


Из шутких стихов


Задумаешь какие-то дела,

А, вместо этого, Господь тебя влюбляет.


Задумаешь какие-то дела,

А, вместо этого, ребенок в животе.


Задумаешь какие-то дела,

А, вместо этого, ты вдруг заболеваешь.


Задумаешь какие-то дела,

А тут уж за тобой и Смерть пришла...


11 апреля


* * *


Дождь идет косыми штрихами,

как на гравюре, -

травление по металлу.


Я устала -

думать-не-думать,

верить-не-верить,

быть и не быть,

подчиняться,

сопротивляться

Высшему Идеалу...


Дождь идет косыми штрихами -

алмазной насечкой по серебру.


Я устала

верить-не-верить

злу и добру.


Но на липах расклеены почки,

готовые к новораскрытию, -

линия совершенна...


Это - для всех -

злых и тупых,

добрых и умных,

гениальных и обыкновенных...


Думай-не-думай,

подчиняйся-сопротивляйся,

верь иль на верь,

а этому

БЫТЬ.


13 апреля


* * *


Пасмурный день,

но по-весеннему новый.

Сажу размыли белилами,

и в небе проклюнулся свет,

будто младенец еще не проснулся,

а впереди - юной души рассвет.


А вечером...

синь углубляется в ультрамарин,

звезды - глаза судьбы.

И ты - не янь и не инь,

средоточение потоков,

а некая новая сущность

в космическом сложном ракурсе...


14 апреля


* * *


И в бело-лебединых крыльях

Ангел Поэзии -

словно бутон

нераспустившейся небесной лилии.

Он спит,

и света полутон

неописуем...

Обо мне забыли.

А я - поэт в долинном мире,

и для меня

молчание Высших - стон.


И я давно уже проснулась

и вижу Ангела,

и начинаю

сама

небесно сочинять...

И строчки, образы и рифмы -

так делал Он, когда я засыпаю,

Ему прилежно диктовать.


16 апреля


* * *


На новой планете

незастекленные рамы окна

стояли на новой траве,

стояли с наклоном, без всякой опоры.

Сквозь них я увидела новый цветок-одуванчик,

когда он еще молодой и зеленый.

И перспектива далекой воды

вставала новейшим туманом

в то новое утро,

и жизнь новизны

всколыхнула мне сердце

сознанием бывшей Земли.


18 апреля


* * *


Из Капитолийских Музеев

Один или Два

выхожу на Лестницу Микеланджело.


Предо мною -

Солнечный Шар Оранжевый,

огромный, как голова,

когда в Космос уходит сознание...


От зрелища неба едва жива.


Напротив - квартира Софии Лорен.

Окна без стен.

Пейзаж - гобелен.


И созерцание этих картин,

о, Господин! -

не тлен.


18 апреля


* * *


Я старалась плохое забыть -

старалась, старалась,

а память - так волны привыкли гальку крутить -

стирала

то,

что я пыталась в душе сохранить...


18 апреля


* * *


Мне хочется, чтоб это длилось вечно -

сознание в потоке вертикальном,

не замутненное ни болью,

ни воспоминанием,

ни суетой звонков, ни споров маетой

и ни восторгом встреч...


Как долго может длиться вечер?


В детстве - Вечность,

в юности - ночь,

а в старости - лишь час...


И снова - Вечность,

что всегда хранила

твое сознание...


Какая сила

жила в тебе,

через тебя

и вне тебя,

вне нас...


апрель


* * *


Месяц! Я тебя давно сравнила

со сладкой долькой апельсина

и с ледяным зрачком,

что тонет - океан ультрамарина

или чернила,


а ты все так же незнаком,

как в тот далекий вечер,

когда впервые я сознание удивила

твоим прозрачным диском-иероглифом...


С тех пор почти что сорок лет прошло,

а ты - такое же волшебное стекло...


19 апреля


* * *


И Белое Солнце оранжевым стало,

когда я входила под своды бульвара...


Деревья, названий которых не знаю,

дизайном японской графики

несли кружевные, почти невесомые хрупкие листья,

как на ладонях, - Небу.


Я уже видела эту аллею и этих людей -

импрес-

сио-

нисты -


и здесь же, лет двадцать назад...


Я полюбила обшарпанность старых

полуразрушенных зданий...


Наверное,

я старею...


21 апреля


* * *


And the White Sun had grown orange

as I walked through the archers

of the boulevard...


The trees, whose names are not familiar to me,

carried their lace, almost imponderable fragile leaves

as if on their palms - up to the Sky,

immitating the design of refined Japanese graphic...


I've seen this already

as well as these people

on the impressionists' canvases

and here

twenty years ago.


I've taken to the dilapidated

old buildings...


I must be growing old...


April


* * *


Мерцание Солнц в темно-зеленом Царстве -

между стволов (черной графики)

черных деревьев -

болот.


Я заглянула внутрь и вниз,

и душу захлестнула

подводная

немая глубина.


Я вышивала эти странные картины

мерцания -

как серебром по шелку,

но только без иголки

и без пялиц...


Я щелкала за кадром кадр,

лишь опуская палец,

каждую пядь сдвигаясь влево малость...


И сердце с Солнцем в прятки заигралось,

с Потусторонним...

И шло за мной по следу, увивалось

за черными стволами

и мерцало

моей судьбой,

таинственно богатой

глубиной...


25 апреля


* * *


Из книги "Рыжее Солнце"


1. Рыжее Солнце размылось

в сливках вечерних парных облаков,

потом стало шаром, закрылось

тонкою кисеёй фиолета.


Рыжее Солнце плыл`о и катилось

на Запад,

а новые листья уже распустились,

сделав всю Землю зеленой.


26 апреля


2. И Рыжее Солнце,

как огненный шар,

или Птица-Феникс,

парило над шпилем далекого

небоскреба-отеля,

потом сместилось чуть вправо,

словно хотело сказать:

"Время не ждет".


И раздво`илось,

закрылось

двойной кисеей облаков...


Да, все это было и было,

а и н`е было...


27 апреля


* * *


Эти деревья с круглыми ветками -

картины Руссо -

с листочками свежими,

словно стрижки

"под бобрика"

у круглоголовых мальчишек,

стояли,

как будто не знали,

как будто и не видали

моей двадцатилетней судьбы...


25 апреля


* * *


Андрею Тарковскому


Облака плывут, плывут по небу,

а по свежей зелени несется свежий дым,

словно туман...


Вот так и жизнь,

словно туман иль дым,

несется быстро-быстро...


Мне было двадцать пять и я жила

за г`ородом

в уютном-неуютном

малюсеньком и деревянном доме.


И та же зелень...

Дым или туман

носился над водой,

как ветер-дух

из фильма "Зеркало".


Ты помнишь?

Да, я помню...

Но, мне кажется, не все...


Я только помню это ощущение

себя, и неба, и природы

конца апреля...

Туман, роса иль дым...


Здесь все не наше,

но воспоминание...

пока сознание образа живет...


Только оно и может стать твоим...


29 апреля


* * *


Дочеринство - это божья Милость:

блаженство в детстве,

боль в юности,

посередине жизни - маета,

а в старости - тягучая тоска...

и... легкость...

Все прошло,

забылось...


29 апреля


* * *


"Бог сохраняет все".

Иосиф Бродский


И вот уже небо закрылося серым

и темно-синим...


Наша Земля впадает

мало-помалу

в ночь...


И очертания домов

становятся черными,

словно черты эпох...


Что остается?

И что останется?

Кто сохраняет все?

Бог.


29 апреля


* * *


И когда проб`ило сорок лет

и я Библию открыла,

прочитала - вот Завет:

"На Земле пока живешь,

то быть счастливым

и творить добро,

и видеть Свет..."


30 апреля


* * *


Мокрые улицы.

Зелень.

Свежее небо.

Меж облаками - просвет,

обещание лета,

а май еще не наступил.


Господи! Как же мне благодарить,

как мне прожить - не грешить,

чтобы видеть все это.


30 апреля


Май


Когда же в душе человека

зажигаются звезды -

от свежего ветра,

от высокой поэзии

и от приливов Духа,


Бог посетил эту душу...


Человек - это собственность Бога

от первого

и до последнего

века.


май


* * *


И все богатство - зрение.

Закаты - малый миг,

где золото червленое,

как в кобальте застыло...


И туча окрыленная

парит,

и небу мило

вдруг стать лазурью -

с Вечным напрямик...


1 мая


* * *


Из книги "Диалоги"


Владимиру Маяковскому


Дождь прошел, как вселенский потоп,

оставив на стекле рябой узор.

"Я смотрю в рябое лицо дождя", -

сказал Маяковский для...

не знаю кого,

уходя

от нас

навсегда...


1 мая


* * *


Я пропустила несколько сюжетов -

сплетения апрельских голых веток,

еще до почек

и в просветах -

"немного Солнца",

только не "в воде"...*


Еще голубизну и облака,

регат весенних радужные вихри,

пока еще стихии не затихли...


Еще...

да мало ли чего еще,

пока

я собиралась,

я пропустила...


Мне нужно столько пленки,

чтоб опо`ясать

глобуса бока.


май


___________________

*Франсуаза Саган "Немного Солнца в холодной воде"


* * *


Я заглянула в лужу -

какая глубина...

В ней плыли облака

в деревьях вверх ногами,

вернее, головой,

да и не вверх, а вниз...


И в этом озере воды живой,

полуастральной,

нереальной

Земля впервые показалась мне родной,

зеркальной

сознанию Неба...


Боже мой!


И кто, если не я, проставит этот день -

холодный, солнечный, зеленый и блестящий

после дождя...


И Господу не лень

творить, не уставая,

Искусство Жизни.


3 мая


* * *


And all the libraries will keep

My tense and concentrated spirit,

But I will be... I will no longer be

In this domain... You don't believe it?

Tear it.


May 3


* * *


Я просидела целый день за книгой,

надписывая, клея и стирая.

И вот, Земля уже ввинтилась в ночь -

со всеми нами:

с мыслями, домами, с деревьями,

делами и грехами,

с букашками и со зверями...


Она устала - отдохнуть не прочь.


Но кто придет сменить ночного астронавта?

Мы, пассажиры, норовим уснуть до самого утра...

Она же вертится,

словно полоски клафта,

вкруг головы Анум Хотеб Царя.


3 мая


* * *


Да. Я могу отречься от любви -

кровавой, плотской,

даже и успех...

И даже от привычных форм Земли,

и от всего, что было мило,

вышло - грех.


Но, Боже! Иль суди иль не суди!

Тебя люблю - Марию и Его,

но жизнь искусства мне в себе не победить.

Она есть смыслоотражение всего.


май


* * *


О презентации моей книги


Этот закат был подобен

северному Сиянию...

Белое Солнце

в небе астральных пробоин

и златотканных туч...


Этот закат был подобен

и моему состоянию,

когда меня слушали люди,

словно Небесные Ангелы...


14 мая


* * *


Новый месяц

тонкой саблею кривой

фехтует в почерневших небесах

в дуэте лишь с одной звездой,

бриллиантом

на пальце фехтовальщика...


Огни домов, тысячеокого восторга Рай,

глядят на схватку.

Моей судьбой,

историка мгновенного театра,

никто не занят,


но из Незримого я слышу:

"Детка. Бог с тобой".


* * *


Оттенки платины заката

и миллионы форм скользящих туч...


19 мая


* * *


Этот закат мне не прославить - нету сил.

Но знайте, что Останкинская пика

светилась среди розовых белил

на фоне - светло-серо-синем.


И эти волны затонувших облаков,

иль кудри юности на ночесветлом небе

не знали, что я падаю без слов,

когда салют разбил свое сверкание вдребезги...


19 мая


* * *


И облака по небу тянутся,

как караван верблюдом по пескам -

с достоинством, неторопливо,


а я, как водомерка на стекле,

все суечусь

в кружении суетливом...


И кто, скажите мне, мудрее...


20 мая


* * *


Из книги "Диалоги"


"Ты дым сравнил с Лаокооном"

Ахматова о Пастернаке


Гордыня! Ты - Лаокоон,

но дым в сравнении с детородным

инстинктом...

Этот древний ОМ -

кипящей лавой в нас с избытком.


Как одолеть чудовищ сих?

То знает Дух,

что слаб и кроток.

И мой неограненный стих

пред Ним - неискушенный отрок.


26 мая


* * *


Variations


1. Облака стояли - алые галеры,

Или скалы в Иордании весной.

Эти невесомые шпалеры

У меня в окне - передо мной.


2. А в небе стояли шпалеры,

как в Иордании скалы,

Но я не могла их заснять -

не потому что устала

иль времени было мало.

Oh, Allah!


Потом растворились.

Также и мы -

сначала цвели и гордились,

потом отошли от земли.


26 мая


* * *


Мгновенность жизни.

Профиль теневой

усталых роз на каменной стене -

преображение...


И это все.

Через минуту

закат увял,

дробится профиль мой...

О, мнимое стекло!

Оно еще держало призрачность уюта

(я видела лишь только отражение),

но Солнце, словно в Вечность, отошло.


А в юности

закатам нет конца,

и Бесконечность льется в этот час

сознания -

без Смерти,

без названия,

как круговая ось души,

бесценного кольца,

преображенного в ноч`и воспоминания...


27 мая


* * *


Райнеру Рильке


из книги "Диалоги"


- О д`еньгах не думай...

- Я знаю, я знаю...

Лишь бы искусство твоей красоты,

что ты дозволяешь увидеть

маленькой капельке глаз

к людям пришло.


Райнер! В ритмах твоих

душа, как трава под водой,

в фильме "Солярис".


Течение льется,

ласкаясь, -

волосы мертвой Офелии,

в Боге живой,

чистой души Вознесения.


Райнер! Я не Марина.

И не скажу никогда:

"Ничего у нас..."*


Ничего не могло бы и выйти,

живи хоть тогда,

Хоть сейчас.


Ни с тобой

и ни с кем из других.


Потому я - со всеми вами.

Но не телом,

делами

души,

духом.


Вы спускаете мне в свое время

Каждый свое.

Я благодарна.

Я дышу этим ритмом во сне.


Райнер!

Ты не умер!

Марине не верь!

Ни одна из потерь

для Земли

не могла не быть

Прибылью Неба.


Твоя Смерть,

то есть Выход из тела,

никого не задела -

ты ушел в чистоте.


Не волнуйся и ты -

"Дуинских Элегий" иероглиф

нарисую на русском.

Не многих

он в течение столкнет...


Помолись обо мне - Там.

Я о тебе - здесь.

Но не в воплях отчаяния,

а в Чистом Потоке Любви Совершенной,

в единении Высших Стремлений души,

отраженных

в Чистом Искусстве.


___________________________________________________________________________

* "Ничего у нас с тобой не вышло, Райнер!" - Марина Цветаева "Новогоднее"


30 мая


* * *


Луна фиксирует разжиженный свой лик

в осколке неба,

словно отражение

в моем окне - французском и открытом -

навстречу в`олнам ночи

(дом - корабль)...


Единственная цель ее свечения

есть встреча

с моим сознанием,

разбуженным в ноябрь

крутящейся Земли...


И вот уже соловьи,

и вот уж пение,

и мая истекающего день,

что начинается в полпятого утра...


В полпятого утра

я начинаю пятый свой десяток.

Одной руки еще хватает сосчитать

десятки лет,

а родинок-заплаток

на теле столько,

что не угадать

судьбы души

в Грядущей Новой Жизни...


А эта

промелькнет

в осколке неба,

словно блик,

словно Луны немое отражение

в моем окне -

мгновенной ночи лик.


31 мая


Июнь


О, этот свет!Таинственный и нежный.

Когда Вселенский Шар томящегося Солнца

Парит над городом в немыслимой надежде -

Продлить на веки расставания миг.


Но Время... Время не стоит на месте,

Не замирает и не возвратится.

Неспешно (коли будешь ждать) и не помедлив (если не заметишь),

Долго ли, коротко ли

Полумесяц

сверкнет кривым клинком,

как в темноте театра, -

света блик.


3 июня


* * *


В стиле Басё


Из книги "Диалоги"


И все богатство души

взвивается бьющим фонтаном в Космос.

Отдохновение дня.


5 июня


* * *


Закат, мешаясь с кобальтом и ртутью

прозрачных туч

висел над этим миром...


О, неужели Бог, глядящий с Высоты,

и двигающий звезды и светила,

и элементы всех стихий,

и помыслы души.


Еще успел подумать, чтоб красиво

для человека над Землей

Закат проплыл.


6 июня


* * *


Ни сон, ни явь,

ни день, ни ночь -

сплошной кошмар.

Из Неба - прочь.

Я провинилась

и скорблю.

Но, Господи!

Люблю!

Люблю!

И этот свет и даже пух -

июньский тополиный дух,

что лезет в волосы, в глаза

и раздражает...

Но нельзя

его ругать.

Прости! Прости!

И грех мой с миром отпусти.


9 июня


* * *


I just wanna walk

through the woods

forgetting

about my great cinematic eye -

extraordinary,

intelligent...


Wanna dissolve in the fields

of dazzling hen's blindness -

that's what we call these flowers in Russian,


to sit by the pond

taking in

the agreeable smell

of sweet river water,


or to go to the sea,

which I can't,

'cause I'm broke

after publishing

my immortal poetry,

after exhibiting

the fruits

of my great cinematic eye -

extraordinary and intelligent.


June 12


* * *


Июнь. Жара. Москва.

И тополиный пух

на листьях - словно снег.


На море

не могу уехать я -

дела,

как марафонский бег.


Выставка кончается:

слезы, цветы -

все позади.


Еще три дня висят

картины

леса и воды

сквозь мой

инопланетный взгляд.


12 июня


* * *


И переливные волны,

сверкая на Солнце, как рыбы,

жгутами своих шелковисто-серебряных спин,


несутся, несутся, как будто сознанию могли бы

вернуть, заменить, воскресить

мой несбывшийся Крым.


13 июня


* * *


И тень моя плывет за теплоходом,

Вернее вместе с ним по темным в`одам.

С чем их сравнить? С болотным жатым шелком?

Или с душой, когда к ней Бог приник?


Не знаю - это так невыразимо.

И все плывет, как время жизни, мимо.


13 июня


* * *


Солнце зашло,

в небе оставив

огненный столп -


Напоминание

о пребывании своем на Земле,

как обелиск

памяти.


Ночь и это сотрет -

наши старания,

сомнения,

терзания...


Все, все пройдет

И это пройдет

в Воспоминании Вечности...


13 июня


* * *


God hates lies -

even the slightest ones,

even the most innocent ones,

even those in your mind...


And so do I.

Although of late

my spirit has got burdened

with these nasty fleeting flees.


I should really go to the bath house.


June 13


* * *


Ура! Я еду!!! См. Коктбельский дневник 1999 года.


* * *


Август

Соломенная шляпа


Соломенная шляпа - горный кряж.

С ущельем - разноцветными шнурками.

Ты продырявилась, помялася с годами,

Но сохранила прежний свой кураж.


Соломенная шляпа. Кара-Даг

Ты видела сама, не по рассказам,

По заповедным пробиралась лазам

И в бухтах растворялась, словно маг.


Соломенная шляпа. Ты жива,

И живы все твои воспоминания,

Тавридо-коктебельские предания,

Все мысли, что крутила голова, -


Та, над которой, будто бы на троне,

Ты восседала, всем давая знак:

Ее не тронь! Она - поэт в законе.

И сохранил обеих Кара-Даг.


Теперь твоя преемница гордится

И рассыпает станцы новых лет,

Язвит тебя, мол, твой удел - пылиться,

А я иду туда, куда поэт.


Не огорчайся. Ты мне сослужила

Честн`ую службу. Отдыхай теперь.

Но знай, мой верный друг, я не забыла

Дорог, восторгов, общих встреч, потерь...


4 августа


* * *


И крыши блестят на Солнце вечернем от счастья.

О, Боже! Как я благодарна твоей Тишине...


4 августа


* * *


Моим завистникам


Ваша черная зависть,

души вашей черная завязь -

единственный плод вашей жизни.


7 августа


* * *


Я встретила любовь прекрасных лет -

Студенчества, надежд и нетерпения -

И обернулась прошлому во след

В преддверии Священного Успения.


Он был прекрасен, как и в те года,

И так же беспокоен и тревожен,

Но утекла влюбленности вода

И сердце захлестнуть уже не может.


13 августа


* * *


Август в зените.

Последние теплые дни готовятся к осени.

Я все хотела вернуться на двадцать,

а то и на тридцать назад.


Ничего мне не надо.

кроме покоя,

старых деревьев,

высокого неба изысканных серых тонов

и осознания зрелости.


13 августа


* * *


Хорошо жить в безмолвии,

в тишине,

в долгих прогулках по парку и лесу,


В творческом трепете,

на волне

неподдельного интереса.


Хорошо жить в безвестности,

но в Любви

Бесконечно-Премудрого Щедрого Бога,

в неизбывном познании...


Позови

мою душу

в Свободную Небо-Дорогу.


13 августа


* * *


В стиле японских танка


Все бессмысленно,

кроме стремления к Вечности.

Какой мимолетный сон

наша земная жизнь.


13-14 августа


* * *


И трепетная рябь, рождаемая ветром

на августовских в`одах

(что повторяют

узор песчаный дна

или его рождают)

блаженных пресноводных рек,


И Солнце теплое,

что отражает

Вселенскую Любовь

на крошечной Земле -


все это незаметно составляет

мозаику струящегося дня...


20 августа


* * *


Воспоминания о моей первой выставке в Зале Искусств

Библиотеки Иностранной Литературы


Потоки машин все плыли

вдоль каменных стен реки -

против течения и по,

а я готовила выставку.


И Ангелы не забыли

меня в потоках тоски

после славы и до,


А Больше мне не разрешили

писать ни за что.


22 августа


* * *


Сегодня облака сдавили небо -

синие крокодилы

нанизались на шпили,

легли на башни,

застыли

на крышах...

Страшно.


И не скажешь, что было,

не скажешь, что не было...


Только Господь все слышит,

каждую мысль -

благую и гневную.


И, кажется, дух уже вышел из тела...

И все позади...


август


* * *


Солнце садилось.

Последнее Солнце Августа,

рыжее Солнце,

что оставляет

бледную тень моих рук

и бумажного Ангела

на белоснежной стене...


Только весна зазвенела

и лето созрело,

вот уже сентябрь.


Неужели так быстро

и жизнь утечет?


Пока я ходила

за карандашом и бумагой,

Солнце зашло за дома,

скрылось из глаз...


Так же и нас.

Хватятся: где они?

Нету.


25 августа


* * *


Через Лефортовский Парк


Эти деревья взмывали ввысь

праздничным многоствольем.


Озера застыли.


И птицы бумажной стаей

взлетали

треугольником оригами.


И новые травы

не замирали

под лиственным сводом,

бежали

по склонам

велюровым свежим покровом

Парком Петровым,

и в воду срывались,

и собирались,

ткались

в гобелены

зеленой тины.


31 августа


* * *


"It's not, as I thought, that death

creates love. More that love knows death. Therefore

tears, therefore poems, therefore

the long stone sobs of cathedrals..."

Anne Stevenson

(Himalayan Balsam)

"Но Любовь знает Смерть.

Поэтому - слёзы, поэтому - рифмы

и каменно-длинные всхлипы соборов..."

Анна Стивенсон

"Гималайский бальзам"

(перевод Ольги Слободкиной)


И в Англии - в длинных всхлипах соборов

Я знала Любовь и Смерть, Бедность и Голод -

Тонкую грань перехода Миров...


август


* * *


Сентябрь


My serenity was almost uninterrupted,

but for the distant roar of traffic

(which always makes

the background noise of a big city -

my hearing has got accustomed to it)

and a bunch of teen-agers making the air blue,

to which my hearing can't get accustomed...


The rest was quiet - the weedy pond's oblivion,

the weeping willow trees looking into the mirror of its surface

(reflecting, fixing their appearance)

and into its depths -

for their souls,

to get an insight into their souls...


While I sat on a horizontal willow trunk

the lights went up

making this world

at first - a mysterious play

and then - a festive carnival.


Oh, you don't really have to travel far

to see phantasmagoric things...


The nearby park

will show you different sights -

the evening of the Earth,

the falling of the Earth.


It's always different -

last year, for example,

when I was shooting my phantasmal series

"Reflections".


September 6


* * *


Я замираю пред величием стволов,

идущих вдаль,

как новые свершения...


5 сентября


* * *


Недотрога


"What's in a name?

That which we call a rose

by aтy other name would smell as sweet..."

W. Shakespeare

"Romeo and Juliet"

"Что в имени?

То, что зовем мы розой,

и под другим названием сохраняло б

свой сладкий запах..."

Шекспир

"Ромео и Джульетта"


Растения!

Я до сих пор не знаю

Вашего имени...

Под Солнцем замирая,

колышите листочко-крыльями...


Стручок срывая,

(нет, это не хвощ!)

остановлюсь -

не мимо,

а мило

моей душе...


Щелчок!

И семена остались на ладони,

а кожура (о, имена!) загнулась,

как языки у тещ

на ярмарках из детства.


Да, Вы из детства. Знаю Вас.

И Вы - мои родные.

Вот только имя, имя...


В Мире Лучшем

узнаю Вашу душу...


Как девочка немая,

в объятья кинусь к Вам, не зная,

как сказать, назвать Вас,

вспоминая

земное Ваше платье...


Так что же в имени...?


5 сентября


* * *


В стиле японских танка


На красном дереве резном -

лучи восхода

и на израильской табличке восковой

God Bless Our Home.


6 сентября


* * *


Андрею Тарковскому


И снова этот странный пейзаж -

Пустырь, как бесконечный пляж,

А вместо моря - насыпь, полотно

Дорог железных, сбитых в многолетстве.

Все это было - кажется, давно:

Во сне и в детстве.


Трава, колючки, голых веток строй,

Бродячие собаки, незнакомцы -

Все проплывает мимо... Но постой!

Кто это тешится утешенной игрой,

И жизнь и сон толкая в Призрачность без Солнца?


Как будто Ангел душу отпустил

Скитаться в бесконечных пустырях.

И ни на жизнь и ни на сон уже нет сил -

Ни в тонких, ни в земных слоях...


Но не кончается измученный пейзаж,

Где вместо моря - рельс железных крик,

Пустырь колючек, словно дикий пляж...

Но ты, как Сталкер, к этому привык.


10 сентября


* * *


День глухой занавешенной хмари -

Бабье лето свернуло на Осень,

кинулось в холод и в дождь,

убежало

от тепла,

от небесных синеющих простынь.


Лета буйная зелень слегка золотится,

но деревья еще не успели осмыслить,

что пора осыпаться - довольно гордиться

шевелюрой цветения... как же все быстро.


Детство, юность и молодость, зрелость и старость -

миг единый замкнется кольцом в Бесконечность.

Не успеешь моргнуть, Смерть посмотрит устало

на тщету твоей жизни,

прожитой беспечно.


Но сегодня - покой занавешенной хмари,

словно день и не кончится... вечная Осень.

Бабье лето свернуло тепло, убежало

из прозрачного неба синеющих простынь.


13 сентября

(в дни взрывов домов в Гурьянове)


* * *


Город исчез -

то ли его взорвали...

Не видно ни зги.

Но деревья достойно стояли:

желтые, красные - не увяли.

Не лги.

Потусторонний лес.


16 сентября


* * *


Глубокое парение созерцания -

Душа уходит к звездам тишины.

И в ночь осеннего иносказания,

И через триста лет цветные сны


Она увидит..., где бы ни раскрылось

Сознание таинственных миров.

И где душа привычно воплотилась -

Из детских первобытных снов.


16 сентября


* * *


В стиле японских танка


Закаты сместились к Востоку -

конец сентября.

как быстро промчалось лето.


18 сентября


* * *


И образы псов-рыцарей -

кошмары

Средневековья -


прорвутся вдруг в Сознание Ренессанса,

что я в глубинах сохранила

для Нового Тысячелетия

и для столетья -

в XXIый Век.


Не XXIый Съезд Компартии Советов,

псов-рыцарей,

кошмары

Средневековья

XXого -

от Рождества Христова,


а - в Третье Тысячелетие,

Сознание Ренессанса.


Пружина, что так долго зажимали,

распрямилась и ---

в XXIый век.


Да, в каждом,

каждом новом веке

есть Мрачное Средневековье,

Расцветный Ренессанс

и Декаданс.


18-19 сентября


* * *


Осень терпкая

пронзает до детства.


Пестрые листья лежат разноцветно

на свеже-зеленой траве,

на коричневом грунте холста

Земли.


Но дело не в этом,

а в ощущении

мелодии

убывания лета

(Предназначения - по Вертикали)

и Жизни...


Многого я не успела.


Господи,

Ты не кори!


25 сентября


* * *


Господи! Ты звал меня?

Вот я.

Твоя слуга

в растерянной стихии

земного быстротечно-бытия...


сентябрь


* * *


Я - фанат состояний,

Нетленных Миров

и картин, отраженных в Сознании Высших.

Юрмала. Бесконечный стретч моря,

мягких песков и железной дороги...


Черновецкие скетчи


(см. одноименную поэму)


* * *


Октябрь


ПОСЛЕ ВЫСТАВКИ ГОНЧАРОВОЙ И ЛАРИОНОВА


Звенит колокольчик.

Выставка закрывается.

Начинается

Ночная

Мистерия

Города.


Огни зажигаются,

рекламы ярчайшие всплески

в стёклах машин

расплавляются...


И

незванные

мысли

возобновляются.


Ты идешь рядом,

фотографируешь "Кэноном".


У меня, как всегда,

кончилась плёнка.


Мне приятно показать тебе город,

увидеть его

заново раскрывшимся коконом.


Ночные огни:

новая вариация "Отражения" -


деревьев - в воде,

неба - в море,

в луже - домов,

в сознании - снов...


И брожение юности,

словно влюбление...


Ничего мне не надо,

кроме этой минуты...


О, Всплеск Настроения!


Не люби! Не люби!

Всё равно

ты живешь

только

в Воображении.


10 октября


* * *


Над Москвою - тучи разноцветные.

Над Москвою наступила осень.

Мы живем под куполом искусства -

Большего у Бога и не просим.


Над Москвою вечер в ночь сгущается.

Я - одна в моем огромном доме.

И душа от мыслей не смущается,

Словно уже - в Вечности Бездонной.


13 октября


* * *


Огромный колокол Христа Спасителя

Гудит во всю грудную клетку,

И воды рек, бензино-глянцевых,

Несутся вдоль Кремля.


Мостов каркасы веерами раскрываются.

Глазами новыми, под авангардным ракурсом,

Гляжу художником невиданным

Я на знакомые края.


16-17 октября


* * *


Осенним березам


Верхушки ваши замерцали в небесах,

В холодном воздухе прозрачных облаков,

рассеянных, как льдинки на воде.


И кони рыжие бродили меж стволов -

задумчиво, как между пестрых снов

и черно-белых - не в моей судьбе.


И я бродила в дальнем октябре

В тот вечер, что на лодке тихо плыл...


15, 18 октября


* * *


Я исчезаю


Рассветам,

разбуженным снам -

вам посвящаю я эти стихи,


взрывам восторга,

экстазу искусств

и созерцанию Глади Небесной Воды.


А не тебе, воплощение чувственной тьмы,

страхов потери

и судорог плотских утех.


Я исчезаю -

так плавится в храме свеча,

сгорая

в Чистой Любви

Совершенств,


И испаряется - к Богу.


Я исчезаю -

от мира

плотных материй земных,

жажды наживы и славы,

рёва нечестных машин

и вампиризма издательств.


Я исчезаю от вас,

псевдолюбовники:

писем,

безумных звонков,

груды цветов,

ожиданий провалов сознания,

утомлённой природы разжиженных ласк,

приступов ревности,

вечных упреков

и недосказанной лжи.


Я исчезаю от вас,

родственной крови,

генетики страстных веков,

тягостей быта

и голосов

разномастного непонимания.


Я исчезаю

и возвращаюсь назад -

к Ангелам,

к сердцу моей многомерной души.


Я исчезаю Туда,

Где мой Вечный Приют, -

в Жизни

и в Смерти -


И Где

до рождения

ждут.


27 октября


* * *


Стефану Малларме - Солнцу


"Шевелюра огня"* -

так назвал наш расплавленный шар Малларме,

а по мне -

это жар

бесконечных энергий во тьме.


И стихия огня -

золото творчества диких веков,

в веке двадцатом

не может прожить без меня,

без моих зарифмованно-белых,

верлибро-рифмованных стров.


_________________________

* la chevelure vol d'une flamme

27 октября


* * *


Сегодня ты уж не придешь ко мне.

Молчание не тягостно, но глухо.

Скользит неслышно-полусонно муха

Октябрьским призраком по каменной стене.


То, что мне нужно, ты и не поймешь.

а и поймешь, так посмеешься только.

Вонзится в сердце тонкая иголка

И ляжет н`а душу слоев угрюмых ложь.


Все, все напрасно. Страхи ни к чему.

И ни к чему мучения бедной плоти,

Той, что по смерти отойдет ко дну,

Сгниет в земле, рассыплется в болоте.


А вот душа... Ее мне жаль до слез -

Рвалась к Незримому, а сорвалась на страсти

Чужой тоски... И дальше - больше... Грёз

Ночных, дневных запуталась во власти.


29 октября


Ноябрь


Море огней в ноябрьской черноте

мерцает.

И год прошел...

Вот так в потоке дней

Любовь вдруг вспыхнет и растает...


Я созерцаю

свой странный одинокий путь

во мраке ночи жизни...

И я не знаю,

где, когда

с лица Земли душе дадут вспорхнуть

случайным Ангелом...

И память тяжкую

в сознании не оставят.


4 ноября


* * *


Сухие листья на решетке

трепещут.

Back-drop* - белый снег.


Вот так

воспоминания любви,

увядшей,

еще трепещут

на ветру души,

а снег уже лежит плотнейшим полотном -

напоминанием о лютой зимней Смерти.


12 ноября

_________________________

*back-drop - задник (театр.), в данном случае - фон.


* * *


Сегодня выпал снег.

Из башни сверху

Земля теперь мне кажется рябой,

а все, что было Осенью, - лишь смехом,

как будто и не зналась я с тобой.


ноябрь


* * *


Да, время умчится широкой водою.

И мне будет легче расстаться с тобою,

С моею бедою, с моей несудьбою,

Замкнуть свою душу, как прежде, дугою.


И ты успокоишься. Будешь с другою -

Женою, подругой, а я недотрогой

Пойду, как всегда, одинокой дорогой.

И образы смоются новой водою.


20 ноября


* * *


Я проглотила шар любви,

И он живет теперь во мне -

То шевельнется вдруг в груди,

То - родником на глубине.


И что с ним делать, как с ним быть -

Ответ мне даст один Господь:

Молитвой можно победить

Сей странный дух и немощь-плоть.


23 ноября


* * *


Кресты церквей сияют на морозном Солнце,

и я вхожу в гармонию души.


24 ноября


* * *


Огромное Бесстрастие Величия

проходит по октябрьским холмам,

меняя цвет,

но Вечность неизменна...


И Ветер,

как живое существо,

гоняет по коб`альтовым морям

майолику кругов.


Холмы плывут...


Плывут в Пространства

Гигантских Океаносфер

тоннелем Времени -

сквозь облака препятствий

многоразличных духов -

к Престолу Неба.


Хамелеон*

то заливался,

как патиною, черной тушью,

то становился

песчаной пирамидою длиннот.


А Атлама*

из сине-

серой

вдруг покрывалась,

как Гималаи,

снегом...


И Дух над всем парил.


А я глядела, и глядела,

как всё менялось неизменно

и Вечностью преображалось


в Огромное Бесстрастие Ритмов

Величия.


25 ноября 1999 года


____________________________

* Хамелеон и Атлама - мысы в Коктебельском заливе.


* * *


Огни мерцаний...

На дворе - почти декабрь.

Я не увидела, как облетели листья,

выпал снег...

Я впала в страстный вихрь переживаний,

и Время спрессовало жизни бег.


Но все это не стоит и полушки.

Эх, лучше б я глядела в Вышину

Или бродила по лесной опушке,

А не "Титаником" угрюмо шла ко дну.


29 ноября


* * *


Декабрь


Солнце бросает тень

моего мимолетного образа

на деревянную дверь,

потом исчезает.


Так же и образ земной -

мимолетно растает,

не оставляя следа

в этом призрачном мире.


И по-Небесному - прах...


22 декабря


* * *


Целый день я прячусь от Бога...


29 декабря


* * *


Не воплощенная любовь

сильней любови воплощенной.


Она останется в душе

разомкнутой,

разъединенной,

незавершенной лигой -

дрейф...

Adagio e sostenuto.


И - сквозняком.

Как в Вечность - Дверь.

И оголённостью минуты

прощания...


Ей - не гирлянды цепи слов,

не сказанных на не-свидании,

и, словно Иов,

на высохшем и вымершем

плато безжизненном

она стенает -

день не нов.


В семи ветрах, как на юру,

блуждает в Призрачной Вселенной.


Где спрячу я ее и где запру?


Она - в Невидимой и Неприкосновенной

Духовной Касте!


Длинный срок...,

что кончится не раньше здешней жизни...


А там - кто знает,

с кем через порог

душа шагнет

в Последней

Поздней

Тризне...


конец 1999


Конец