# Фаст Фуд для мант

Ольга Слободкина

Опубликовано в книге Ральфа М. Ханнеманна "Акулы и скаты мира", 2001.

ФАСТ ФУД ДЛЯ МАНТ


Больше всего Хельмут Дибелиус любит изучать новые места с борта судна на сафари. До воды - рукой подать, будь то короткая прогулка к отдаленному рифу на лодке или погружение прямо под килем корабля. И вот, Хельмут получает приглашение в плавание, и какое приглашение! Исследовательский рейс вокруг островов Кука (между Полинезией и островами Тонга) - 3 000км. Необычный маршрут с необычайными возможностями.


Остров Раротонга - это очень далеко. По крайней мере, для меня, единственного европейца в группе избранных аквалангистов. Участники экспедиции, включая нашего американского хозяина Стива, встретились на пути из Лос-Анджелеса к Гавайям. Как только мы прибыли на главный из островов Кука, австралийский коллега пригласил нас на "Подводный охотник". Наш спонсор зафрахтовал это знаменитое судно на 2 месяца, чтобы вместе с друзьями пуститься на поиски приключений в южную Пацифику. Мы, первая группа, будем погружаться у островов Кука в течение первых трех недель. Две другие группы планируют приехать позже и отправятся во французскую Полинезию - изрядное расстояние ("Подводному охотнику" придется попотеть), но идеальный маршрут для нашей задачи.

Стив даже заказал большую акулью клетку (мера предосторожности) - ведь места наших погружений, как нам сказали, кишмя кишат акулами. Даже на бумажных деньгах островов Кука изображены оскаленные Челюсти! С самого начала мы чувствовали себя баловнями судьбы. А какой нас ждал сюрприз! Па Арики, королева островов Кука, чья резиденция находится как раз на Раротонга, спустилась в гавань, чтобы пожелать нам счастливого пути.

Перед экспедицией на острова Кука я погружался у Сейшельских островов и впечатления остались удручающие: сильнейшее потепление воды 1998 году произвело опустошительное действие на рифы Индийского Океана. Практически все рифостроящиеся кораллы погибли - их скелеты были либо разбиты, либо покрылись черно-зелеными водорослями. Мне стало больно - всего несколько лет назад я видел эти кораллы во всей их первозданности. Первые же погружения у атоллов Кука принесли облегчение - куда ни глянь, везде здоровые коралловые образования. Правда, ветвистых видов меньше, чем в западной Пацифике, зато - множество массивных коралловых форм, какие уже встречались мне у Гавайев и на соседних островах. Интересно и то, что в 10-метровой зоне обнаружилось изобилие "зелени": между коралловыми глыбами росло множество водорослей Halimeda и Caulerpa, хотя температура воды превышала 24 градуса. До этого столь сочные заросли Caulerpa встречались мне только в умеренных водах.

Королева Па Арики снабдила нас письменной рекомендацией, в которой призывала своих подданных принимать нас, аквалангистов с "Подводного охотника", как дорогих гостей.

По пути на север мы бросали якорь у нескольких населенных пунктов, и нас встречали очень сердечно. Палуба часто наполнялась любопытными детьми, да и кое-кто из взрослых взбирался на борт - поглядеть на наш "штаб-квартиру" или просто поболтать для разнообразия. Произошла только одна неприятность - на Пальмерстоуне.

Мы только что поднялись после прекрасного погружения, как вдруг капитан бешено заорал - он звал Стива. На борту нас уже ждала делегация из трех человек. Они вручили нам наспех нацарапанное уведомление, требующее нехилую плату за погружения у Пальмерстоуна. Узнав о происшествии, островитяне обругали эту троицу, но мы не дали испортить себе настроение - подняли якорь, дружелюбно помахав им на прощание рукой.

Чем дальше продвигались мы в пределы атоллов Кука, тем интереснее становились погружения. Только расстояния между атоллами сильно увеличились, и, чтобы достичь следующей точки назначения, одной ночи в пути становилось мало. До островов Суворова пришлось плыть целых два дня. Этот атолл, названный русскими исследователями, необитаем со времен Тома Нила, новозеландского отшельника, прожившего здесь в одиночестве большую часть жизни до самой смерти. После нелегкого перехода мы были счастливы оказаться в тихих водах лагуны. Хотя проливы были для нашего корабля достаточно широки и глубоки, если верить морским картам, мы дошли до лагуны, "спотыкаясь". Погружались, в основном, в самих проливах и около них, где ожидали увидеть (и видели) изобилие рыбы. Несмотря на сильные течения мы чувствовали себя в безопасности: команды, отвечающие за шлюпки, знали свое дело. И вот мои впечатления после первых погружений: биоразнообразие не столь ярко выражено, как в западной Пацифике, но потрясает количество рыбы. Помимо плотных стай хирургов и сиганов, с морской стороны проливов нам часто встречались огромные косяки макрелей и помпано, и большие группы пеламид. Акул не было, пока мы не попали на о. Суворова (темноперые серые, белоперые серые и рифовые акулы). В итоге акулья клетка оказалась ненужной, и я гораздо больше увлекся фотографированием эндемичных видов: мелких коралловых рыбок, обитающих лишь в этой части Тихого Океана.


Раннее утро. Сегодня мой день рождения. Как обычно, наш датский гид Питер отправляется на шлюпке оценить течение и берет с собой нас, "жаворонков", поплавать с маской и трубкой - "пошноркелять". Я плаваю у края пролива и в первых лучах солнца делаю первые снимки большой группы белопятнистых хирургов, Acanthurus guttatus, на глубине не более 50 см. Это - довольно распространенный вид, но в Индийском Океане я встречал его редко, и то только отдельных особей. Хорошие новости от подводного гида: океан абсолютно спокоен, течения почти нет, и мы можем нырнуть с дальнего рифа. Потрясающая видимость! Лучшая за все время этого рейса и лучше, чем во многих местах моих погружений в Индийском Океане - по крайней мере 100 метров! Погружаемся у дальнего рифа и двигаемся по направлению к проливу - там нас встретят. Несколько заросших пещер на глубине 30 м битком набиты рыбами-солдатами, груперами и муренами - такие виды мне еще не попадались. В прозрачной воде расстояние до пары малакантов кажется небольшим, но, отсняв несколько кадров, я быстро поворачиваю назад - я и не заметил, как спустился на 60 метров. Поднимаюсь. К нам приближаются несколько черноперых акул - для групповой фотографии. И вдруг - подарок ! Я вижу в видоискателе пару карликовых рыб-ангелов из вида Centropyge multicolor - таких я никогда не встречал! Все недоумевают, почему я так быстро дышу... Ну, и пусть. И вот, нас уже покачивает волнами на пятиметровой глубине.

Любуемся изяществом стай зебрасом с кроваво-красными пятнами в форме сердца на коричневом брюшке. Три манты, одна из них - абсолютно черная, плывут против течения в лагуну, скользя мимо меня, - отличная концовка такого удачного дня.

Меню в день рождения: немецкие порции суши и сашими, приготовленные из тут же пойманных дорадо и пеламид.

Следующая точка - населенный атолл Пенрин, где, кроме всего прочего, выращивают знаменитый черный жемчуг. Народ там необычайно приветливый - нам показали всю деревню. Островитяне явно польщены тем, что кое-кто с "Подводного охотника" купил их необычные украшения. Никогда не предполагал, что пара черных жемчужин может вызвать такой прилив счастья, пока не подарил их даме с душой такого же цвета!

Вода в лагуне мутная, и мы решили нырнуть с дальних рифов, окружающих атолл Пенрин. Опять появились эндемичные виды рыб. Лимонный кудрепер P.hanthus чуть не ослепил нас своими кричащими красками, а абсолютно черная зебрасома Zebrasoma rostratum понравилась нам только своим длинным рылом.

Солнце садится - после дня погружений мы возвращаемся на "Подводный охотник". Так как течение шло в лагуну, я решил поплыть с маской и трубкой к наружному входу в пролив с тем, чтобы потом меня отнесло к кораблю. Я прыгнул со шлюпки: глубина всего три метра, и просто не поверил своим глазам: к проливу Пенрин отовсюду плыли плотные ряды хирургов, A. guttatus. Не десятки, не сотни, а тысячи рыб. Пока я смотрел на них в косых лучах солнца, я потихоньку начал понимать, что происходит. Вспомнилось прочитанное когда-то в какой-то книге. И, будто подтверждая мое предположение, плавающие у дна хирурги начинают бросаться к поверхности и выпускают молочно-белую субстанцию. Да, совершенно очевидно: это - массовый нерест. Пытаюсь подплыть поближе, но меня подхватывает течением и, как щепку, несет обратно в лагуну. Ругаю себя за то, что не взял камеру. На судне делюсь интересной новостью - редкое было зрелище. Темнеет. Завтра мы надеемся увидеть повторение этого удивительного действа, ведь сейчас новолуние, самое время для икрометания.

На следующий вечер у всех заряжены камеры. Единственное "но" - как удержаться на месте при течении в 5-6 узлов? Один из коллег берет с собой металлический трос, чтобы привязаться к рифу, остальные пытаются уцепиться за углубления и трещинки, прижимаясь ко дну Перринского пролива на глубине пяти метров. Открывшееся нашим глазам зрелище невероятно: больше 10 000 белопятнистых хирургов. Теперь я даже замечаю измененную окраску нерестящихся рыб.

Рыбы столько, что рифа уже не видно. Спектакль продолжается. Когда хирург бросается к поверхности, чтобы одновременно выпустить икру и сперму, под водой кажется, что кто-то стреляет. Просто не знаю, куда смотреть. Ноги сводит от напряжения; оглядываясь, вижу, как течение то и дело отрывает от рифа кого-нибудь из наших. Рыбы-хирурги нас попросту игнорируют. Икры и спермы столько, что все вокруг начинает походить на лондонский туман. Камера не фокусируется. Вокруг меня мельтешит безумное количество рыбьих тел.

Вдруг меня накрывает мрачная тень. Я не верю своим глазам. Повернувшись, вижу целую группу мант, плывущих по проливу в открытое море. Они напоминают мне самолеты, выстроившиеся в шеренгу перед посадкой. Им нисколько не мешает сильное течение. Широко открытыми ртами они всасывают икру. Настоящий пир парящих скатов! Солнце почти зашло. Пленка кончилась. В сумерках я различаю стаю тунцов - она врезается в рыб-хирургов с другой стороны пролива. И вот уже лунный свет освещает рыбьи бока. Трудно описать, что мы пережили.

Позже коллега прислал мне фотографию, где я, сгорбившись, сижу в Перринском проливе с выпученными глазами и чуть ли не с открытым ртом. Само воплощение изумления! В тот вечер на борту "Подводного охотника" не было слышно разговоров. Все переваривали увиденное. А некоторые так и остались в глубокой задумчивости до самого отъезда с Таити.

Я благодарен судьбе за это уникальное зрелище, с которым не сравнится ни одно мое погружение.


Подписи к фотографиям:

1. Как видно на банкноте, акулы у островов Кука относятся к людям дружелюбно.

2.Эти редкие виды коралловых рыб встречаются только в Южной Пицифике. Слева направо: карликовая рыба-ангел Centropyge multicolor, лимонный кудрепер Paracirrhites xanthus, необычно окрашенная разновидность рыбы-бабочки Chaetodon utietentis и длиннорылый танг Zebrasoma rostratum.

3. Магическая сила влечет тысячи белопятнистых рыб-хирургов к проливам атолла Пенрин.

4. Рыбы закрывают вид на пролив 100-метровой ширины.

5. Одиночная манта исчезает в клубах рыбьей икры, превратившей прозрачную воду в лондонский туман.

6. Манты все прибывают и прибывают. Они напомнили мне самолеты, выстроившиеся для посадки.

7. Для мант массовый нерест рыб-хирургов стал настоящим пиром в ресторане "Фаст фуд".

8. Автор с выпученными глазами сидит в заливе Пенрин.