# Партнеры Цветаевского Музея Изобразительных Искусств

Ольга Слободкина

МАЛЕНЬКАЯ ПОЭМА

По дороге на выставку


О, Божественное Тепло!

Графика тени,

ритмы

осеннего теплого лета

и золото вянущих листьев

шуршащих,

золото Шлимана,

спадающих, словно монисты,

с покорных деревьев,

готовых смиренно отдаться в объятия Осени...


Также в огромных Музеях

я узнаю имена

невиданных прежде картин

и лица людей незнакомых.


Я где-то встречала их,

где-то встречала...


* * *


В город выйду я,

словно на берег моря.

И кантаты порывистых ветров - в лицо.


Я стихию сравню

только с Космосом

устремленного

в Вечность

Сознания.


И нашествие славы грядущего века

совсем не мешает

выбрать в тайне

Духовное

и

Бесконечное...


* * *


И Коктебель во сне - не Коктебель,

А Верхние Моря, Гор Поднебесье,

Где мертвые становятся живыми -

Такое же несовершенство душ.


Я не устану видеть эти сны.

Невидимое - Бесконечно.

На выставке - других людей миры

глазами (близкими)

художников (чужими).


* * *


Картины и нужны и не нужны...

Мой мир и ярче и неузнаваем

В мирах, что так знакомы и нежны,

Как звон в тумане утренних трамваев...


Картины и нужны и не нужны.

Они конкретны грубым содержанием

Материй плотных.

Впрочем, Духу не страшны

подобные сомнения и терзания...


* * *


О, пестрый фон великих импрессионистов!

К которым, как теперь я понимаю,

причастен Суриков, Коровин и Серов.


Боярышня в кафтанной синей шубке

склонилась пред боярыней Морозовой

в угрюмой философии смирения.


Но не наполненность ее чужой души

сдвигает меня в Космос Небытья,

а цвет ее весомых рукавов

и пестрый фон, что ничего не значит,

а для меня он - всё,

как ясный теплый день

сентябрьской осени.


О, бабье лето!


* * *


Самофракийская Победа,

Летящая навстречу ветру

И побеждающая ветер,

Как Дух, что побеждает плоть.


И кто, скажите мне, ответит

За красоту в грядущем веке,

Незащищенную, как дети,

И благодатную, как дети,

То знает лишь Господь.


* * *


Nunc plauditet!


(теперь аплодируйте)


Только Дали

может взять

такой дьявольский ракурс.


Сам - со спины,

отражаемый зеркалом...

Гала

смотрит в зеркало тоже.


Оно отражало -

удивленно -

лицо,

за окном -

океанское ложе.


А еще он хотел,

чтобы, словно зерцало,

шесть оптических глаз -

два его

и два Галы

плюс еще два моих,

или чьих-то других


всё, как Вечность, впитали,

словно Око Всевидящего -

по Вертикали

и

горизон-

тали.


* * *


КАРТИНА МАРКА ШАГАЛА "ГОЛГОФА"


Шагал. Ребеночек еврейский на кресте.

Внизу - его родители.


Мария -

в нарядном платье,

с непокрытой головой

и в красных бусах...


Рядом с ней - Иосиф

(а вовсе не Иоанн Евангелист)...

И он -

в еврейской праздничной одежде.


Родители распятого скорбят -

о сыне,

о невинной чистой жертве,

что может быть лишь мальчиком,

младенцем...


18 сентября 1998