# Турецкая ривьера - I

Ольга Слободкина

В самолете


1.


Земля расчерчена геометрически

и крыши черепичные блестят,

и надо всем - снега,

да, облака.


Глазам не разглядеть,

словам не описать

воздушный ваш восторг

души неуловимой,


а месмерический и скорбный опыт

моей души

(о Боже! Не сочти за ропот!),

скользящей над Землей,

как самолет,

как будто не со мной

а вне меня,


как если бы душа оторвалась от тела,

как Boing от Земли.


Вы, облака, - морские корабли.

И Солнце ослепляет. Но

кому-то надоело

и кое-кто

иллюминатор закрывает...


На этом

взлетная мистерия

свой праздник отдаляет

от нас,

от глаз...


И летописец закругляет

свой праздный сказ.


Прости, Господь, за праздность!

Ведь это - отдых, отдохновение от дел

и от Москвы.


Я с Турцией еще "на Вы",

в Анталье я впервы...


15 июня 2004


2.


Облака, облака, облака!

Вы - пустыня белейшей любви.

Я забыта любовью, пока

Созерцала я Дух...

Но в любовь не зови.

Мне нельзя.

Только Вы, облака, vis-a-vis

моей боли,

души на крови.


15 июня 2004


3.


Разноцветные заплатки,

Турция играет в прятки

с облаками, что регатами

в воздухе плывут,

словно на стекле прозрачном

реками невидимых запруд.


15 июня 2004


В Бельдиби


Турция. Немыслимая жара.

Тридцать пять ощущается, как пятьдесят.

Анталья красива,

будто бы я не спала

сорок пять лет подряд -

все ночи, а в детстве

и дни.


Может, мне переехать в Лос-Анджелес

или в Нью-Йорк?


Но, как ни зови,

как судьбу ни мани,

желания исполни-

мы.


Это и страшно.

Из страха

хотеть умереть,

сделать ошибку,

не сделав того, что мог,

к людям не выйти,

песнь не допеть.


Это - не то, чтобы торг

с Ангелами,

но,

не завершив

круг свой,

судьбу не испив

до самого дна,


я не хочу уходить,

не хочу оскорбить

Бога,

чтоб Он мне сказал:


"Она

много имела от Нас,

и воля была ей дана

свободная,

но не смогла,

не захотела

все проработать сполна".


* * *


Турция. Все включено.

Грохот ночных дискотек

вместо звезд и морской тишины.

Не дано

в мире мирских утех

насладиться Божественным Естеством.


Турция. Первый мой день.

Здесь хорошо.

И не думай о том,

что будет потом,

ибо потом

все мы умрем,


так проживем

так, как захочет Бог,

а значит, и лучше всех.


16 июня 2004


* * *


На диком пляже


Множество мыслей

роится в моей голове -

ничего не поделаешь:

кризис средины жизни.

Как жить дальше - пока не знаю.

И обида моя большая

продолжает крутиться во мне.

Но самое главное - море,

прибой,

линия горизонта,

сосны над головой,

а справа - мыс,

почти что как в Новом Свете.


16 июня 2004


* * *


Экскурсия по Анталье


Крымские горы

окружают все,

только в два раза выше,

словно во сне.


Они называются Тауро, Тавры.

Отсюда - Таврида.

Иль не?


Крыма за не-

имением

имеем мы Турцию.


Анталийский Музей остается вне

моего внимания,

а мы отправляемся

to the world's greatest jewelry center.


Там украше-

ние,

подходящее мне

по вкусу,

но не по цене:


розовый аметист

в алмазах

и оригинальном оформле...


Вежливый служащий болгарин

предлагает турецкий чай,

скидки,

потом - серебро.


Приходится купить

турецкий "глаз" от сглаза -

ни для чего.


Снова магазин.

На сей раз - трикотаж.

Гиды тоже хотят жить:

проценты с покупок -

на абордаж.


Наконец, Анталья.

Хоть и в обрез осталось вре-

мени,

тем не менее -

Красный Минарет,

пальмовая аллея,

ведущая к арке Константина

(ее не успеваем посмотреть

из-за магазина).


Анталья прекрасна.

Почему нам ее не показали?

Напрасно.

Экскурсия-то обзорная.


Едем назад.

Все окружают крымские горы,

только раза в два выше,

словно во сне.


Они называются Тауро. Тавры.

Отсюда - Таврида.

Иль не?


Крыма за не-

имением

имеем

мы Турцию.


17 июня 2004


* * *


The sea, however,

is always the sea.

In the evening Sun

I feel almost

like a small girl

when I went to the sea

with my mom.


I loved her so much

and felt so good and cared for

and protected.


Now

only the Lord protects me...


And all the Turkish men

wandering around

can do nothing

or whatever...


I'm the only woman

on this wild shore.


There are many lonely women in the world...

And not all of them are gifted,

not all of them

have a great faith in the Lord.


So, I'm not the most unhappy one.


And the sea is always the sea...


June 17, 2004


* * *


Жаркий день. Средиземноморье. Выходной.

Турки высыпали на дикий пляж.

Дети орут.

Мужчины

смотрят на абрис мой неземной,

но не видят во мне должный кураж.


Жаркий день. Средиземноморье. Душа полна

страхами агрессии, одиночеством.

Да мало чего еще

в ней накопилось.


Я не знаю, сколько осталось. И я одна.

А нужно сделать так много Небес-

ного,

не своего.


20 июня 2004


* * *


So, that is it.

Неделя промчалась,

а стресс остался.


Прощайте, турки.

Спасибо, что не избили,

не изнасиловали,

только выхватывали из-под носа

тарелки

с недоеденной едой -

такой

здесь сервис.


Белые травестины Памуккале,

затонувший город Кеккова,

крепость Симена,

Гора Олимпус,

церковь Святаго Николы

и ликийский город мертвых

останутся в вихре впечатлений...


Деньги истрачены.

Состояние не изменилось.


* * *


Обратная дорога в самолете


Земля с высоты -

турецкий ковер,

а потом - туман,

словно вор,

застилает всю панораму

и вспоминаешь, как в детстве, маму.


Теперь же - снега,

солончаки,

травестины Памуккале -

бело-клубины

клубятся и крутятся,

нас выпуская

в чистое небо,


где Воля Святая

дает проживать,

пролетать

эту небыль...


Ну, а cейчас

кобальто-синим

нам заслонили

весь мир.


И только оранжево-красный закат

относит назад

воспоминания

к рождению Вершинам...


21 июня 2004


Конец