# Стивен Джойс

Дмитрий Николаевич Смирнов

СТИВЕН ДЖОЙС


Раздался звонок и я снял трубку.

-Мистер Смирнов? Меня зовут Джойс.

-Стивен?

-Да. Я совершенно не помню, что вы мне присылали три недели назад.

-Вы не получали?

-Нет, я сказал - я не помню! - проскрипел старческий, но вполне ещё бодрый голос с сильным ирландским акцентом.

Это был внук писателя Джеймса Джойса, которому я дважды с разницей в три недели посылал одно и то же письмо с просьбой позволить мне использовать пять стихотворений его дедушки для моего цикла "Twilight" ("Сумерки"), который был уже написан и даже включён в программу мартовского концерта в Royal Festival Hall. Но тут оказалось, что права на тексты Джойса всё ещё охраняются его наследниками.

-Так вот, о вашем деле, мистер Смирнов. Во первых я должен от вас потребовать выбросить названия из ваших песен, а сохранить римскую нумерацию, как в оригинале, или воспользоваться первой строкой стихотворения в качестве названия. Мой дед - величайший писатель и поэт 20-го века - если бы он захотел, он сам бы дал им названия.

-Хорошо, в этом нет никакой проблемы - ответил я, понимая, однако, по тону голоса моего собеседника, что этим условием он не ограничится.

-Во-вторых, мистер Смирнов, там у вас ошибки в том тексте, что вы мне прислали. В стихотворении XXXIV, например, вы пропустили запятую! И это потому, что вы пользовались этим вонючим изданием Kyle Cathie Limited. Это никакое не издательство, а дрянная помойная яма! "Joycechoice" - нет такого названия, это просто чепуха! Вам следует приобрести порядочное дорогое издание. Вы, конечно, выбрали это барахло, поскольку оно дешевле!

-Нет, я получил его в подарок, - возразил я. Действительно, лет пять тому назад эту книгу мне подарила Карина Георгиан, и тогда я очень был рад этому, не подозревая, какой троянский конь появился в моём доме.

-Ну, хорошо, мистер Смирнов. Однако для ссылок это издание совершенно не годится. И третье, вы должны мне показать что вы там написали. Мой дед был не только величайшим писателем и поэтом, но также и музыкантом, и он сам пел свои песни - я их слышал. У него был тонкий вкус, я хорошо его знаю и потому не потерплю музыки, которая не соответствует этому вкусу. Он любил ирландскую народную музыку, а также песни... (тут он назвал мне ничего не говорящую фамилию).

-Послушайте, - перебил я его, так как он говорил без всяких пауз, не давая мне отвечать, - я не пишу песен. Я русский композитор, сочиняющий серьёзную музыку.

-Я понимаю, мистер Смирнов, что вы русский. Об этом, во-первых, говорит ваш акцент, а также фамилия Смирнов. Однако моя жена считает, что смирновская водка дрянь. Она пьёт только столичную!

-Так вот, - сумел я вставить, - это не песни, а музыка для голоса и инструментального ансамбля, род сольной кантаты. Я прошу вашего разрешения на написание этой музыки и могу Вам показать её только после исполнения.

-Вы мне не заливайте, мистер Смирнов, мне уже 70 лет и я кое-что смыслю! Вы -композитор, и если вы пишете, там, для скрипки или виолончели, вы конечно можете сыграть это на рояле. Пусть вам кто-нибудь споёт. Сделайте записи двух-трёх песен, чтобы по ним я мог судить. Кстати, моя жена - певица.

-Хорошо, я попробую сделать компьютерную запись, но качество тембров будет не слишком хорошим.

-У меня нет компьютера.

-Ладно, я что-нибудь придумаю, - сказал я и подумал: "Неужели этим всё ограничится?"

-Да, на вашем конверте вы сделали две ошибки. Во-первых вы написали PB (post box), а надо писать BP - то есть ровно наоборот. А во-вторых, остров на котором я живу, называется La Flotte en Re, а не La Flotte en Rey, как вы написали.

-Я что-то не совсем понимаю. Извините, я не владею французским. Я точно скопировал адрес, который получил от лондонского Authors' Society.

-Но вы музыкант. Re! Do-Re!

-Dore? - удивился я.

-Нет, как же вы не понимаете! Re! Do-Re-Mi-Fa-Sol-La-Si-Do... Re. Две буквы: "R" и "E".

-Ах, только две буквы, а не три... Да, да, я понял.

-А теперь, мистер Смирнов, - и тут в голосе его появилась угроза, - я должен вам сказать то, что вам совсем не понравится! У доверенных лиц Joyce Estate имеется такое правило, которое ни вы, ни я не можем обойти.

Он умело подвёл разговор к этой кульминационной точке и теперь голос его зазвучал торжествующе:

-За использование каждого стихотворения вы должны заплатить 200 фунтов. Я мог бы потребовать и больше, но достаточно будет и этого.

Я почувствовал дрожь в ногах, и пролепетал:

-Но у меня нет таких денег. Я не могу платить 1000 фунтов.

-Ничем не могу помочь. Но вы думайте пока не об этом! Может быть дело до этого не дойдёт. Сначала пришлите мне музыку. Если проза моего великого деда пользовалась невероятным успехом, то поэзией его долго пренебрегали. И только в последнее время на его стихи стали писать такие композиторы как Самюэл Барбер, например.

-И он тоже просил у Вас разрешения?

-Ну конечно! Все просят разрешения. Сначала права у нас были на 50 лет, а теперь сделали на 70. Так что мы будем ими владеть ещё 11 лет!

Ну что-ж, подумал я, - придётся подождать 11 лет. Про Барбера он, возможно, соврал, поскольку тот написал свой первый джойсовский цикл в 1936 году еще при жизни Джойса, и Стивену было только 6 лет. Однако же второй цикл был написан в 1947, когда Стивен наверняка уже вступил уже в права наследника. Но я не стал вдаваться в подробности. Было ясно, что дело моё проиграно и продолжать этот разговор не имеет никакого смысла. Надо было закругляться и я сказал.

-Спасибо Вам за звонок, мистер Джойс.

-До свидания, мистер Смирнов.

На этом наш исторический разговор закончился.


Суббота, 25 ноября 2000, Сент-Олбанс

Copyright: Дмитрий Н Смирнов, 2000