# Радио Безумных Ананасов. Чудеса и приключения в Загривках. История вторая

Сергей Анатольевич Смирнов

Достаточно было покрутить колёсико поиска волн на старом, таинственном радиоприёмнике, как на голову градом посыпались ананасы! А потом появилась всемогущая зайчишка, и домашний кролик стал ростом с бронтозавра, городскую больницу наводнили экзотические бабочки, полицейские превратились в ковбоев с револьверами, а строгие тети - в черных пантер... Короче говоря, в Загривках снова начались невероятные события! Ознакомительный отрывок. Полный текст - на Литрес

На арене цирка - шериф, кони, пантера и летающая сотрудница ювенальной юстиции

...Мы молча двинулись по пустынной улице, молча дошли до моста, молча и мост перешли. Говорить о чем-то - только душу травить, а цель нам была ясна по умолчанию - Городское управление внутренних дел.

Путь до кругового скверика, именовавшегося в народе "Тюремной прогулкой", составил всего минут пятнадцать. Да мы чуть не бежали!.. Но войдя в зону растительности, сбавили шаг, а потом и вовсе тормознули. В кольце деревьев и кустарников стоял довольно густой туман, а здание, которое смутно проступало в нем перед нашими взорами, вовсе не напоминало здание ГУВД. Оно как-то уменьшилось и вообще...

Мы с другом переглянулись. Молча сделали предположение, с которым уже и так жили с прошлого вечера, и смело двинулись вперед.

Метров через двадцать Славка остановился и... и заржал так, что уже не мог стоять прямо, а схватился за живот и согнулся. Мне было не смеха. У меня все эмоции еще накануне вечером напрочь отшибло. Да и хорошо - а то бы я, наверно, просто не пережил встречи с двойной мамой и маленьким папой.

- Черный, кончай! - прикрикнул я на друга.

- Все! Все! - распрямился Славка. - Это я заранее, чтобы там не заржать, а то выгонят на фиг. А то ничего не узнаем. Ты сам не сломайся, когда там их всех увидишь.

Мы стояли перед двухэтажным, совершенно деревянным, а вовсе не каменным с колоннами, строением. Вместо колонн по сторонам от входа стояли деревянные столбы, подпиравшие крышу и вместе с ней создававшие небольшую тенистую галерею. Слева у здания стояло еще два столба с длинной перекладиной между ними. И к той перекладине были привязаны... три оседланных коня! А над дверью того, что еще недавно было ГУВД, сияла табличка... с английской надписью. Тем самым шрифтом, что в стиле "вестерн". Я потом не поленился, посмотрел в каталоге шрифтов - это был то ли Outlаw ("Вне закона"), то ли Texas Tango. И написано было тем шрифтом одно мощное, непререкаемое слово - SHERIFF.

В общем, можно было и немного поржать. Но как-то все равно не получалось у меня. Мы со Славкой оказались пророками: мало тут не показалось.

Славка еще разок гоготнул, шмыгнул носом и толкнул меня локтем:

- Ну, я готов. А ты?

- Без проблем, - кивнул я, весь холодный и бесчувственный, как киборг.

- Ну, пошли тогда. Надеюсь, сразу стрелять не станут, - предположил Славка.

Мы еще на несколько секунд остановились перед дверями - теми самыми, в планочках, дверями, которые в обе стороны можно ногой толкать, как в фильмах про ковбоев.

И вошли мы... в давний век Дикого Запада.

"Шериф", он же начальник ГУВД, которого мы видали у нас в школе - он приходил к нам раньше со всякими душе- и телоспасительными беседами, - немного полнеющий, с мясистым лицом полковник лет пятидесяти, сидел в грубовато сбитом кресле за длинным и еще более грубым деревянным столом. Большая звезда шерифа, как и полагается, сияла у него на груди, приколотая к черной кожаной жилетке. Под ней - клетчатая рубашка-ковбойка, другой и не ожидалось. Под столом мы увидели натурально байкерские коричневые сапоги со всякими клепками - видно, других когда-то в детстве будущий начальник платоновской полиции не мог себе вообразить на ногах ковбоев и шерифов. На голове полковника сидела, конечно же, не фуражка, а белый роскошный стетсон. Шляпа полковнику очень шла, кстати... Над ним, на стене, висела пара плакатиков - портретов каких-то бандюганов с надписями "WANTED".

Вид у шерифа был совершенно отрешенный. Он смотрел куда-то сквозь нас.

- Здрасьте! - сказали мы хором со Славкой.

- По какому делу? - так же отрешенно вопросил "шериф".

- Дай я, - тихо шепнул мне Славка и доложился: - Мы ищем маленькую девочку в комбинезоне в виде зайца. В очках.

Тут "шерифа" как током ударило.

Он прямо подскочил из кресла. И мы увидели главное его детское достоинство-мечту: по бокам на поясе две кобуры, а в них - сверкающие хромированными курками револьверы!

- Живо сесть! - сурово скомандовал нам "шериф" и указал на лавку перед столом. - Сюда! Живо!

Мы как-то не особо испугались, сразу почувствовав, что вот-вот узнаем что-то очень важное. Перебросили одну ногу через лавку, вторую, сели.

"Шериф" уже сверлил нас острым взором.

- То-то гляжу я, вы не удивляетесь тут ничему! - "Шериф" сорвал с головы стетсон, обнажив потные, пугливо слипшиеся волосы, бросил шляпу на стол, бухнулся в кресло и громко хлопнул ладонью по столу. - Ну-ка, выкладывайте, что вы про нее знаете?

- А где она сейчас? - вырвалось у меня.

- Тут я вопросы задаю! - ожидаемо рявкнул шериф.

Славка немного наклонился вперед и опасливо посмотрел на меня сбоку. Я ему уверенно кивнул: заготовка была нормальная, тем более что "шериф" вряд ли бы стал срочно вызывать деда Геру на очную ставку для проверки моих показаний.

Я рассказал, что мы вчера с дедом Герой, то есть соседом Германом Валентиновичем, изучали его коллекцию старых радиоприемников. Тут что-то ярко сверкнуло над лесом "Сигнала" - типа метеорита... Ну, мы особого внимания на вспышку не обратили, поскольку нечто подобное над "Сигналом" и раньше случалось. А где-то через полчаса появилась эта маленькая девчонка. В общем, мы удивились, пытались расспрашивать, толком ничего не добились и решили, что, если ее угостить сладким, то лед тронется и мы что-нибудь выясним. Тут и началось.

- Она моей маме кролика создала величиной со слона! - артистично воскликнул Славка, привстал, руками показал, какой здоровенный кролик. - Он у нас яблони стал обжирать! С верхушками!

Тут он снова с опаской посмотрел на меня сбоку, и я честно и откровенно признался в том, какое жуткое чудо случилось дома у меня.

- Ну, это еще ничего! - оценил "шериф", тем меня ошеломив, и вытер запястьем пот со лба.

От таких слов я запнулся, и на помощь пришел мой верный друг:

- А потом ее повела к вам соседка. Тетя Люся. Людмила Владимировна Попова. Она была директором нашей гимназии, и, похоже, что у нее ничего такого не случилось... Она - женщина с крепкими нервами и, наверно, никаких своих детских мечт не помнит. А эта девчонка из какого-то другого мира! Мы хотим ее найти и упросить все вернуть обратно.

Славка замолк.

"Шериф" некоторое время переводил взгляд то на одного из нас, то на другого.

- А у вас самих, пацаны, что произошло? - с нормальным таким полицейским недоверием к людям вопросил он. - Что-то не похоже, чтобы вас самих накрыло.

- А меня в тот момент дома не было! - выдал Славка, весь прямо засияв от непонятного счастья.

- А я ей сладкого не дал, - так же честно признался я. - Типа не успел... Ну и вообще...

- А-а, вот в чем мы прокололись, - наморщил лоб "шериф", повернул голову и позвал: - Коля! Жанна! Виолетта Марковна! Идите сюда! Тут важно!

Открылась внутренняя дверь слева от "шерифа". Сначала на пороге показался "ковбой" помоложе. В коричневой замшевой курточке с бахромой на рукавах, в кожаных штанах, в байкерских, опять же, сапогах и, конечно, при шляпе-стетсоне на голове и револьверах на боках. Только шляпа была не белой, а черной. Он рукой тащил за собой белую ленточку, которой в магазинах цветов обычно букеты перевязывают, а та ленточка тянулась за ним наискось вверх, к потолку. Я подумал, что крутой ковбой тянет за собой какой-то невиданный воздушный шарик. Наверно, и Славка тоже о таком подумал. Но через пару мгновений мой друг ахнул... и зафырчал, опять давя хохот. Вместо шарика в комнату, привязанная к запястью той ленточкой, неторопливо вплыла-влетела, отталкиваясь свободной рукой от потолка... солидная дама в деловом костюме и черных туфлях. Взгляд и у "ковбоя", и у той дамы был дико виноватый и стыдливый, как у нашкодивших собак.

"Шериф" глянул на меня и на Славку и, отметив, что в обморок мы валиться не собираемся, позвал громче:

- Виолетта Марковна! Заходите! Не стесняйтесь! Тут ребята бывалые! И тоже пострадавшие!

И вот в ту же открытую дверь мягкими, бесшумными и робкими шагами вошла... черная пантера! Тут уж стало не до смеха. Славка вздохнул протяжно.

Пантера изящно села около стола и подняла на меня пронизывающий взгляд хищника.

- Так. Теперь рассказывайте все заново, как было. Чтобы все тут знали, - скомандовал "шериф" и тоже вперился в меня.

Следуя природной привычке, он, конечно же, жаждал проверить, не стану ли я путаться в показаниях. Но я не путался. Снова отчеканил все практически слово в слово. После чего в просторной дико-западной шерифской комнате с полминуты стояла мертвая тишина.

- Так. Что мы имеем? - расколол тишину "шериф". - Она ушла отсюда. Примерно в восемь вечера еще. - И добавил с растерянностью: - Даже непонятно, как быстро время пролетело.

- Она, наверное, может и временем управлять, - решил Славка подбодрить, вернее, оправдать долгое бездействие "шерифа" и тюнингованных сотрудниц ювенальной юстиции.

Но не особенно это у него получилось. "Шериф" посмотрел на Славку очень хмуро и сказал:

- Может, ты такой умный скажешь нам, где ее сейчас искать надо?

Славка растерянно захлопал глазами... а на помощь ему пришла пантера Виолетта Марковна:

- Константин Федорович, не надо так на детей наезжать. Они же пришли и себе, и нам помочь. И может быть, всему человечеству.

Ну, не то чтобы пантера заговорила прямо человеческим голосом. У пантер речевой аппарат ведь не может быть развит, и Ариша снабдила даму, в детстве мечтавшую быть, как видно, пантерой Багирой из "Маугли", мощной способностью телепатической передачи мысли.

- А искать ее, вероятно, следует в районах размещения киосков с мороженым, - резонно продолжила она. - Сколько их у нас в городе? В управлении есть данные?

- Спросите что полегче! - сердито отмахнулся "шериф". - Это в потребнадзор надо звонить.

- А еще в районе "Французских пекарен", - деловито продолжила пантера Виолетта Марковна, имевшая выдержку не слабее, чем у тети Люси, а то и покруче. - От них вкусно пахнет. Одна на Курчатова - это недалеко отсюда. Другая - на Циолковского. Вот, думаю, с них и надо начинать.

"Шериф" гулко хлопнул по столу обеими ладонями:

- Так, пацаны. Давайте спасайте человечество. И живо марш! Ваши действия - искать ее, найти и уговорить. Деньги есть?.. Ну, там на мороженое. И... кру... как их в этой пекарне?

- Круасаны, - подсказала пантера.

Мы со Славкой прижали уши и переглянулись: вот тоже прокол случился - денег наличных не взяли... Правда, у меня и Славки карточки были, но у нас в киосках мороженого продавщицы их далеко не всегда принимают, прося наличные по причине нередкой задержки зарплат.

"Шериф" приподнялся, пошарил в карманах, обрадовался на пару мгновений... и снова скис:

- Это что за баксы? - кинул он на стол несколько монет и скомканную зелененькую бумажку. - Какого еще допотопного года?

И выругался.

- Вы при детях-то сдерживайте себя, Константин Федорович, - укорила его пантера Виолетта Марковна.

- Да не до детей! - прямо простонал "шериф". - Я бы сам с ними по городу помотался на машине, а у меня теперь одни сивые мерины во дворе!

И хохотнул горько. И взял себя в руки:

- Так, пацаны! Идите ищите. Даю максимум час.

Он машинально посмотрел на запястье и, не найдя часов, снова выругался, но практически неслышно.

- Вон, на стене, - подсказала пантера.

И мы все посмотрели на старинные часы с гирьками и маятником, мерно и звонко отсчитывавшие мгновения апокалипсиса. Было, помнится, около семи тридцати. Я даже подумал, что еще нормально в школу можно успеть, если...

- Если через час вы не объявитесь и вот это все, - "шериф" провел руками снизу вверх по жилетке и кивнул в сторону "ковбоя" с шариком-дамой, - не вернется в нормальное состояние, я буду звонить в наш отдел фээсбэ и поднимать военных. Придется оцепить город.

- И как вы будете звонить, Константин Федорович? - передала всем холодную здравую мысль пантера Виолетта Марковна.

"Шериф" оцепенел... а мы со Славкой переглянулись. И Славка передал "шерифу" свой мобильник:

- Вот, товарищ... - Славка осекся, не найдя обращения соответствующего моменту. - В общем, пользуйтесь!

Теория Большого взрыва на практике

Мы со Славкой бодро, в порыве общего энтузиазма вышли за пределы "Тюремной прогулки" и... и почувствовали себя совершенно потерянными. Разом оба. Это было ясно из того, как мы, остановившись, переглянулись, и из того, каким тоном заговорил мой друг и как я в ответ пожал плечами.

- Чо делать-то будем, Аль?.. С пекарен начнем?

Он повернул голову куда-то в сторону, поднял взгляд и еще больше нахмурился:

- А вот это нам уж совсем не в кассу! Смотри...

Он кивнул в нужную сторону. Я поднял глаза. С востока приближалась черная-пречерная туча. Она была еще далеко, но... И к тому же Славка прямо с языка у меня сорвал:

- Что-то стало холодать...

И правда, стал все сильнее задувать, пока мелкими такими порывами холодный ветерок, явно обещавший в скором времени перейти если не в ураган, то просто в зверский осенний ветрище с ливнем.

Но в следующее мгновение я забыл про холод. Даже как-то жаром меня всего окатило. Мой глаз зацепился в небе за пару больших птиц. Они летели с юга на север! В сторону наших Загривок! Журавли! Пара журавлей!

Видно, я прямо рот разинул, Славка это заметил, и вот уже мы оба провожали взглядом журавлей... И только сейчас я отметил про себя, что не обратил внимания на пары птиц, которые уже пролетали над нами раньше этих красавцев. Просто те были обыкновенными. Пара ворон. Пара чаек. Еще какие-то мелкие птахи - и тоже все по парам. И все - в одном направлении! Только сейчас стало понятно, что это какое-то системное явление.

- А почему они на север-то все летят? - с пугливым предчувствием каких-то жутких догадок пробормотал Славка.

Я не нашел другого разумно-безумного ответа:

- Ну, теперь все не так, как раньше...

Тух-тух-тух!

Мы опустили глаза и, уже совершенно выпав в осадок, проводили взглядом пару лосей - сохатого и его лосиху, - шустрой рысью пересекавших площадь в том же, северном, направлении.

- "А мы уйдем на север, а мы уйдем на север..." - задумчиво и блаженно пропел Славка "песенку" шакала Табаки из мультфильма "Маугли": там, в мире Маугли, с юга наступал грандиозный лесной пожар...

А у нас?

И тут молнией сверкнула в моем мозгу капитальная такая догадка:

- А может, она к нам в Загривки вернулась? А там кто-то доктором Айболитом хотел быть. Или зоопарк свой иметь...

На звук автомобильного клаксона, раздававшийся у нас за спиной, на южном направлении, мы среагировали не сразу. А потом - оба сразу. Развернулись - и обомлели! Поодаль, на дороге, перпендикулярной той, на которой были мы с другом, стоял... "Порше Кайенн" дяди Аббаса, и сам он в своем щегольском костюме и ярком галстуке стоял около него, облокотившись на открытую водительскую дверцу. Мы со Славкой, как заговоренные, словом не перекинувшись, двинулись к нему.

Дядя Аббас снисходительно улыбался и покачивал головой - мол, как же вам, то есть нам, не ай-яй-яй!

А еще у его внедорожника имелся прицеп - большая платформа, на которой был установлен... киоск "Мороженое"! И этот факт предвещал о-о-очень многое!

- Здравствуйте, лучшие и самые смелые мальчики этого удивительного города! - сладкоголосо проговорил дядя Аббас, когда мы подошли, и засим обратился лично ко мне: - Здравствуй и ты, мой дорогой и пытливый Искандер... Но вынужден тебя пожурить. Вообрази, что ты не знаешь, что есть такое превосходный автомат Калашникова. Совсем вовсе не знаешь! И вот ты его вдруг находишь и обнаруживаешь посреди широкого и даже безлюдного поля. А потом идешь с ним туда, где живут люди. Не знаешь, что у тебя в руках, а вот идешь и идешь. Я понятно выражаюсь на твоем прекрасном языке?

- Понятно, дядя Аббас, - признал я, однако не особо чувствуя за собой какой-либо вины.

- Я понимаю твое любопытство, - продолжил дядя Аббас. - Сам таким, как ты, был и даже немного прекрасно остаюсь. Но надо было, несомненно, сначала позвонить мне, ибо нетрудно тебе догадаться и было вспомнить тебе, как вовсе умному Аладдину, что твой дядя так же несомненно что-то знает о том, как обращаться с этим автоматом Калашникова, который в тысячи раз опаснее вовсе обыкновенного автомата с пулями... Садитесь оба на заднее сиденье.

Он сам любезно открыл нам заднюю дверь с тонированным стеклом и... и, немного наклонившись к салону, такие слова произнес, от которых у меня чуть сердце не выскочило. Думаю, у Славки - тоже.

- Ариша, подвинься немного!

Славка указал мне бровями: мол, залезай первым.

Я полез.

Зайчишка-Аришка-В-Тысячи-Раз-Опаснее-Автомата-Калашникова сидела довольная жизнью и - в своем репертуаре: лизала какой-то леденец-карамель типа чупа-чупса.

- Здрасьте! - сказала она и помахала мне свободной ручонкой.

- Привет! - сказал я.

Нормальное такое развитие событий! Почти обнадеживающее!

Мы со Славкой устроились, молча отметив про себя присутствие еще одного пассажира. Вернее пассажирки. Что-то в душе мешало с ней поздороваться. Она сама повернула голову, очень мило улыбнулась и сказала:

- Привет, ребята!.. Не узнали?

Кого мы могли узнать в этой супермодельной внешности блондинке лет тридцати пяти. С эдакой, будто прямо из салона красоты, стрижкой, которая, как я потом случайно узнал, называется боб?!

- Здрасьте! - пропели мы с другом и стали хлопать глазами.

- Вы у меня уже не раз мороженое покупали, - сказала супермодель и убийственно подмигнула. - Меня Аллой зовут.

- Очень приятно, - хором прошептали мы с другом.

Все стало понятно! Вот кому с Аришей подфартило по-настоящему! Вот у кого с самого детства была самая нормальная мечта! Все сошлось: и супермодель, и киоск "Мороженое" на прицепе! То была преобразившаяся продавщица Алла... Алла, которую мы помнили как очень милую, но трагически некрасивую продавщицу с большим носом-картошкой, рыхлой, в рытвинах кожей и с родимым пятном в полщеки. Вот кто получил лучшую долю за эскимо на палочке или за маленький чупа-чупс!

Дядя Аббас тем временем грузно устроился за рулем, завел мотор, но тронулся не сразу, а - поделился с нами еще одной историей из "Тысячи и одной ночи".

- Можете теперь сами догадаться, золотые мои ребята, что сказка про волшебную лампу Аладдина - не совсем даже сказка. Сказкой ее сделали люди специально, чтобы все хорошо и прекрасно кончалось. А в жизни случалось так, что Аладдин, несомненно, стал султаном, но очень редкие султаны живут долго и счастливо. Султана Аладдина отравил из-за лампы назначенный им визирь, а визиря тотчас удушил сам джинн. А почему? А потому что сам Аладдин дал такое повеление джинну, чтобы тот покарал того плохого человека-жулика, который украдет лампу, а вовсе не попросит ее вежливо попользоваться день-другой. Вот так и случилось, а затем и дворец весь сгорел, потому что, пока джинн душил визиря, тот пребывал в смертельных судорогах и, махая руками, опрокинул лампу. Но не ту, в которой джинн живет, а ту самую, в которую масло наливают для прекрасного освещения. А дворец-то себе Аладдин заказал отдельный и новый, за стенами города. Сгорел дворец, лампа расплавилась, джинн куда-то делся, а люди через сто лет придумали красивую сказку, потому что все перестали верить, что волшебные дела когда-то могли происходить вот так замечательно просто. Такая история, ребята. С лампами надо обращаться с правильным разумом.

И дядя Аббас тронул с места. И добавил еще одну историю - кстати, коротко и для полезного устрашения:

- А вот и Али-Баба в сказке про Сорок разбойников благополучно добыл их сокровища, но только в действительности все было на другом самом деле. Пещера с богатством открывалась голосом, помните сказку? "Сезам, откройся!" Да вот только чтобы выйти из нее, а не войти, нужно было сказать наоборот: "Откройся, Сезам!" Такого Али-Баба в действительности вовсе не знал. Испугался, принялся совсем паниковать. Закончим коротко, без лишних мучений, хотя разбойники вернулись нескоро. А когда случилось такое нескоро, они нашли в пещере косточки недогадливого мальчугана. А сказку придумал последний разбойник, который на старости лет стал выдавать себя за того Али-Бабу. Надо было ему как-то оправдать наличие в руках большого богатства так, чтобы люди не считали его грабителем. Но это, как говорят, отдельная история... Так. Вот куда мы приехали!

Мы со Славкой сидели шарахнутые пыльным мешком по голове и, во-первых, не обратили внимания на то, что едем мы вовсе не в Загривки, а во-вторых, как-то очень вяло удивились тому, что следующей остановкой стал небольшой паркинг у горбольницы, а потом еще "замечательно немного", выражаясь языком дяди Аббаса, удивились его объяснению:

- Мы забираем твою прекрасную одноименную сестру, Искандер. Я уже обо всем договорился, и ты можешь ни о чем не беспокоиться. Она уже почти здорова, и вовсе не нужно ей больше в больнице предаваться скучанию. Она и так вовсе не скучает.

Мы сидели тихо-тихо. Слышно было только, как Ариша посасывает чупа-чупс. А в окна машины было видно, как из ворот горбольницы выехала машина "скорой помощи" и пристроилась за нами, следом за прицепом с киоском "Мороженое".

- Искандер, выйди и проведай на одну или пять секундочек сестру, - обратился ко мне дядя Аббас, не поворачивая головы. - Проведай, как она там себя чувствует, не предается ли боязни. Я за нее беспокоюсь. Скажи ей, что мы домой едем... И давай поторапливайся! У нас мало-мало времени.

Последние две фразы дядя Аббас проговорил очень жестким и низким тоном, от которого холодело в животе. Уже один раз такой тон мы слышали.

Я вылез из машины, обошел "скорую". Водитель "скорой" - не врач, а обычный шофер в синей униформе, мужчина предпенсионного возраста - стоял, держа за ручку приоткрытую дверцу салона. Вид у него был такой зомбированный-презомбированный!

Я заглянул в салон. При других обстоятельствах я, конечно, прибалдел бы не на шутку, но тут воспринял картину как нечто само собой чудесно разумеющееся. Моя сестра Александра уже с освобожденной от бинтов головой лежала привольно на носилках со своей все еще загипсованной ногой. Лежала, уткнувшись в смартфон, а над ней вилась-порхала стая изумительных тропических бабочек!

- Ты как? - спросил я.

- Классно! - Санька только бросила на меня короткий взгляд и снова уткнулась в смартфон. - С детства мечтала, чтобы вокруг меня бабочки летали! Это, наверно, те близнецы-пришельцы послали "спасибо"! У меня тут уже лайков... почти восемьдесят тысяч!

- А почему ты мне никогда об этом не говорила? - немного обиделся я на сестру за ее тайную мечту, но был при этом как бы сам по себе, а обида моя сама по себе, отдельно от моей души, рядом, сбоку.

- О чем? - спросила Санька.

- Про бабочек, - уточнил я. - У нас ведь никогда секретов между собой не было.

- Ну так, - дернула плечиками Санька. - Думала, это такое девчачье, что тебе неинтересно.

Вот это была новость! Мне даже захотелось самому попытаться вспомнить какую-нибудь такую мечту, которой я с сестренкой не делился... Но времени не было.

- Ладно. Короче, мы домой едем, - передал я сестренке.

- Классно! - кивнула она.

И я вернулся в машину.

И мы поехали.

И заехали прямо в тыл Загривок. Прямо на поле за нашим домом!

- Прибыли на место посадки! - сообщил дядя Аббас. - Почти на месте мы все. Искандер, я твоим родителям звонил и предупредил, чтобы они нас уже тут ждали. Я знаю, что с ними случилось. Но теперь им не надо будет ничего такого в себе и перед другими стыдиться. Другие будут все свои люди. Люди, всё очень хорошо знающие и понимающие.

А потом дядя Аббас обратился к моему другу и даже немного голову повернул к нему:

- А ты, прекрасный и лучший друг моего родственника, сбегай и приведи сюда твоих самых родных и близких.

- У меня только мама, - пролепетал Славка.

- Мама - это чудесно! - вдохновенно воскликнул дядя Аббас. - Одной мамы на всю жизнь хватает. Мама все сразу поймет. Маму долго уговаривать не придется... И вот что, мои дорогие ребята! Если есть у вас кто еще очень близкий, совсем близкий, то позвоните такому и позовите сюда... У нас времени еще есть примерно один час. Вспомнили кого-нибудь такого совсем близкого?

- Туря! - выдохнул я.

- Кто? - удивился дядя Аббас.

- Артур Сааков, наш друг, - пояснил Славка.

- Вот звоните ему, - почти строго повелел дядя Аббас. - И пусть сюда вместе с родителями быстро приезжает, если у них имеется автомобиль. Или же пешком, но очень быстро пусть тогда идут.

- Он, наверное, в школу собирается, - пришла мне в голову странная отговорка для нашего друга.

- Сегодня школа для родных и близких друзей отменяется, - безоговорочно сообщил дядя Аббас. - Не нужна сегодня будет школа. Звоните... Так, стоп! Распределим наши большие и великие дела. Ты, прекрасный друг Искандера, иди за мамой и звони на ходу вашему другу Артуру. А ты, Искандер, беги за чудесным мудрецом Дедгерой. Его мы не имеем права оставить. Алла, вы же просто сидите здесь. Такой жемчужине небес, как вы, задания давать стыдно. И... и вы же - сирота, как я догадываюсь.

- Пришлось такой с тринадцати лет быть, - вздохнула Алла.

- Есть один чудесный плюс: вам, ослепительная моя Алла, солнце небес, теперь хлопотать ни о чем не требуется, - сказал дядя Аббас и повелел уже другим, суровым голосом, как султан: - Мальчикам - выходить!

Мы со Славкой вылезли из внедорожника, заехавшего прямо на отдыхавшее в тот год от сева поле, и, хотя сами были уже такие все из себя призомбированные, все же остолбенели от увиденного - того увиденного, какого мы не успели заметить из машины, потому что вообще уже не замечали происходящего снаружи.

Поле, на стороне ближе к лесу, которого уже вообще не было, то есть он совсем исчез весь, поле было загружено огромной-преогромной деревянной лодкой или кораблем, но скорее все же по виду лодкой - только размером с морской контейнеровоз. Больше ста метров она была в длину! А высотой, наверное, метров пятнадцать. А наверху ее была видна надстройка, похожая на большущий сарай... На борт этого судна вел очень широкий и длинный, поэтому пологий трап. А наверху перед трапом были открыты ворота того сарая-надстройки. И вот туда, в его темную утробу, стремилось всякое зверье! Бескрылое по трапу! А крылатое - без всякого трапа, по воздуху! Каждой твари - по паре! На поле прямо из ничего, из воздуха какой-то немыслимой телепортацией с разных точек земного шара, а может, и из зоопарков переносились и возникали пары кого только не... Пара слонов, пара жирафов, пара белых медведей и пара бурых тоже, пара анаконд вилась по скошенной траве, а потом и по трапу... Летели попугаи, бакланы, пеликаны... Все, как по глобальной телепатической команде, - прямо в ворота сарая!

- Вот блин! Об этом я же читал в Библии! - прошептал Славка...