# Похититель душ

Анжелика Васильевна Стынка

18+ Мистика

Похититель душ

Ее Маргарита увидела сразу. Блузку, висевшую на пластмассовых плечиках. Зеленую. Шелковую. Английскую. Безупречную.

Где-то она уже видела такую же блузку. Где? Нахмурив брови, Маргарита принялась вспоминать. Конечно! В дорогом магазине, с витринами на грязный Невский проспект. Да, они встретились прошлой осенью. Шел дождь.

И вот теперь... Такая же, как та. Маргарита сняла блузку с вешалки и прижала к груди, боясь, что какая-нибудь пронырливая дамочка увидит шелковое чудо, подойдет, отнимет.

Быстро пройдя к кассе, Маргарита расплатилась за покупку и вышла из комиссионного магазина. В едкие дымные сумерки.

Вечером, кружась перед зеркалом, Маргарита примеряла обновку. Примеряла и с этим, и с тем, дефилируя (шаг от бедра) перед мужем и сыном.

Потом блузка обрела временный, но уютный покой в платяном шкафу. Ее повесили на самые красивые плечики, обещая в скором времени встречу с родней. В ближайшие выходные у бабушки именины. Здравствуй, деревня! Голодная, но чистая. Не душная, но пыльная.

...Марго была по одну сторону реки, восхитительная девушка - по другую. Девушка, протягивая руки, о чем-то просила. О чем? Не слышно...

На незнакомке - зеленая блузка. Ее, Марго, блузка. Рыжие волосы разметались по зеленому шелку волнистыми прядями.

Она что-то кричит, но ветер уносит слова. Сильный ветер, он намеренно обходит Марго стороной, не задевая своими быстрыми потоками. Вырвавшись из плена стихии, долетает до берега только одно слово: "Отомсти". Марго слышит его - и просыпается.

Радость от вчерашней покупки меркнет. Ворочаясь в постели, Марго внушает себе, что сон - лишь бессознательные видения, не имеющие власти над действительностью. Однако через пять минут, после того как муж бодрым аллюром ускакал на работу, а сын лениво утопал по тропе знаний к школе, Маргарита раскрыла платяной шкаф и сняла с вешалки блузку. Понимая, что уже никогда не сможет ее надеть, уложила вещь в пакет.

Пока она возилась с блузкой, боясь зацепить небезупречными ногтями безупречную ткань, перед глазами мелькали черты лица девушки из сна. Не давала покоя мысль: она находилась далеко, между ними пробегала широкая река; Марго не должна была увидеть родинку над верхней губой, заметить ямочку, оставленную ветряной оспой на правой щеке.

Блузка перекочевала в прихожую, во встроенный шкаф, хранивший старые вещи и велосипеды.

Ругая себя за мнительность, Марго успокоилась тем, что маленькая история закончилась, а утро нового дня напомнит о старых заботах - бытовых, реальных и простых.

Но пришла новая ночь - и новый сон. Марго понимала, что спит, но легче от этого не становилось. Душа тревожилась и беспокойно вопрошала: "К чему странный сон?"

Увидев красивую девушку, стоявшую по другую сторону реки, Марго отчего-то не удивилась. Девушка кричала, умоляла, тянула навстречу руки. Поддавшись мгновенному порыву, Маргарита сдалась.

Руки встретились, словно и не было между ними широкой реки. Пальцы переплелись: теплые, влажные - и сухие, холодные. Река под ними вдруг вспенилась, забилась истеричными волнами, произнесла:

- Спасибо тебе.

Или эти слова слетели с бледных губ девушки?..

- Кто ты? - спросила Марго.

Перед собой она видела прекрасное лицо, изумрудные глаза и зеленую блузку. Так близко. Так четко.

Стоит ли удивляться тому, что происходит во сне? Нужно ли беспокоится о том, что изумрудные глаза смотрят, не мигая?

Она ответила:

- Здесь не звучит имен. Здесь есть только образы. Для многих я - сгусток серой пыли. А мне так хочется попасть в мир, где имена прекрасней, чем на Земле! Только не дойти мне. Понимаешь, Маргарита, не дойти!

- Почему?

- Отпусти меня, Марго. Отомсти за меня.

- Я не могу.

- Смотри на воду. Вглядись в реку. И сможешь.

Река замедлила свой ход, потом совсем остановилась - и вот уже ее воды, изменив направление, понеслись вспять.

...Она укладывала рыжие волосы феном. Сделав прическу, приступила к макияжу. Особенный день. Все должно быть безупречно. И прическа, и макияж, и одежда. Специально к этому торжественному дню в ее гардеробе и появилась новая блузка. Дорогая.

Он должен знать, что она - состоятельная и состоявшаяся женщина. Что она родит, поднимет и вырастит ребенка без отца. Она сможет. Ей пора рожать.

Страшно открывать двери большой и уютной квартиры, зная, что там никто тебя не ждет. Тоскливо обнимать ногами горячую грелку в дни неотопительного сезона. И сглатывать комок одиночества. Глупые слезы.

Зеленый шелк обнял тело. Блузка выгодно подчеркнула зеленые глаза. "Зелень моя приворотная", - так когда-то сказал он.

Когда-то. Давно. Она приворожила, околдовала, закружила.

Он был женат. У него росла девочка. В городе его все знали. На что она надеялась?

Их роман близился к логической развязке. Не пытаясь предотвратить неизбежного, она просто хотела родить.

Он не знал о ее беременности, и скрыть это было бы нечестно. Она так думала.

Она смотрела в окно. Еле заметный огонек сигареты упал из руки позднего прохожего - рассыпался, погас.

Марго рассматривала девушку, у которой было имя.

Он вошел с букетом роз и сказал:

- Прости. Раньше не смог.

Окунув руку в широкий карман пальто, извлек черную коробочку. Открыв ее, протянул Снежане кольцо. (Не перепутал?)

- Последний поцелуй? - съязвила она.

Они пили кофе. Он клевал носом над чашкой. Она знала, что он хочет уйти. Что ему пора домой. Что он отпустил водителя, а до Комарова не рукой подать. Но она сказала:

- Я жду ребенка.

Не вовремя. Заученная фраза прозвучала не вовремя. Ее время прошло.

Она ждала расспросов. Он лениво спросил:

- От кого?

А потом добавил:

- Кофе бы еще. Ехать далеко.

Она ушла заваривать кофе, а он снял пиджак, расстегнул тугой ворот рубашки и развязал галстук. Вертя в руках дорогую шелковую тряпочку, задумался. На секунду. Потом вышел в раскрытую дверь. За ней.

Вдруг Марго стала задыхаться. Она испугалась и отпустила руки девушки. Проснуться! В последнее мгновение до пробуждения успела увидеть человека, склонившегося над мертвым телом. С красивого пальца мужчина снимал дорогое кольцо. Семнадцатый размер.

Илья живет в тихом и уютном месте. Его дом огромными панорамными окнами смотрит на финский залив. Его жена любит этот дом и береговую линию залива. Она много ходит пешком, но это не помогает ей сбросить вес (родив девочку, раздалась вширь). Она сама виновата во всем. Таня. Танечка. Татьяна. Когда-то он хотел ее так, что готов был задушить в горячих объятиях. Прошло.

Таня не спала. Она ждала мужа. Он стал приходить поздно. Или рано...

Пять часов утра. Шаги. Он поднимается на крыльцо и тихо стучит в дверь, не решаясь нажать кнопку звонка: ребенок спит. Она открывает.

Он входит и улыбается. Затем, как добрый фокусник, извлекает из кармана пальто красивое кольцо, такое же, как у любовницы. (Комплекс вины). Его супруга радуется. Все хорошо.

Кошмар вошел в жизнь Марго, перепутав сны с явью. Прошлое с настоящим, правду с ложью.

Ее окружили вопросы. Откуда она знает точный адрес, по которому жила убитая девушка? Зачем она помнит номера машин, на которых ездит Илья? К чему ей имя его жены? Все это сводит с ума!

Она записала ее адрес на клочке желтой бумаги.

Она ехала по адресу с надеждой, что девушка из сна никогда не проживала по улице Восстания.

Шумная улица. Грязные стены красивых старинных домов. Неработающий светофор. Разбитые машины, прислонившиеся к обочине. Ленивые гаишники, ковыряющиеся в чьих-то документах. Она узнала серый дом, приснившийся ей ночью. И маленький, внутренний двор.

Во дворе на лавочке сидели старушки. Уставшие. Притихшие под лучами солнца. Весна. Еще одна весна в усталых жизнях.

Марго спросила:

- В этом доме убили кого-то?

Вот глупость! Можно было спросить и по-другому. Это все сны! Тяжелые, навязчивые, страшные, они мешают думать, анализировать в светлом дне. В солнечном теплом дне.

Она поднялась на пятый этаж. И увидела опечатанную дверь. Значит, девушку убили не так давно. Вчера? Позавчера?

Прислонившись к стене, Марго некоторое время простояла в холодном подъезде. Повела зябко плечами. Спустилась по лестнице. Ночь.

До машины несколько шагов. Рукой подать. Догнали, схватили за плечо, остановили:

- Убили Снежану. Прошлой осенью убили.

Она оглянулась, рядом никого не было. Теперь галлюцинации? Чужая боль, въевшаяся в сердце. Не своя обида, колом застрявшая в голове.

- Женщина, вы меня слышите? - спросил мужчина-лилипут. - Я живу в этом доме. Ее убили и ограбили. Мать Снежаны такое горе не смогла пережить. Инфаркт. Потому и квартира опечатана. Я видел, как вы плакали у дверей. Я напротив живу.

За домом, в котором жил Илья с семьей, Маргарита следила издалека. Из-за пышных сиреневых кустов, росших у забора. Замаскировалась.

Красивый добротный каменный дом. Он жил спокойно, размеренно и счастливо. Несправедливо...

Во дворе дома медленно раскачивались детские качели. Тик-так. Вперед - назад. Только что на них качался ребенок. Девочка. Она опять выбежала во двор, распахнув настежь парадные двери роскошного дома. В дверном проеме показалась грузная женщина. Улыбнувшись ребенку, она счастливо развела руки в стороны и обняла мир, окружающий ее. В эти объятия угодила и Маргарита. Ее заметили, и она ретировалась.

Навязчивые сны отступили. Их место заняли бессонницы. Долгие, невыносимо долгие, приковывающие взгляд к черному окну. Спящий город. Разбитые фонари. Мокрый асфальт. Торопящиеся прохожие.

А утром нового дня голова трещала от вопросов. Почему это случилось с ней, с Марго? Почему не с любой другой женщиной? Или мужчиной?..

Марго заболела. Высокая температура подкосила. Сорок. Жар, пинками гнавший разум из реальности, превращал буйства мозга в кошмары, в которых убитая девушка требовала - возмездия. Иначе... Вызов. Скорая. Капельницы. Тридцать шесть и шесть.

Провалявшись в постели несколько дней, измотав себя и близких, Марго решилась потревожить того, кого старалась забыть все эти долгие годы.

Маргарита позвонила из телефона-автомата. Он сиротливо стоял на узкой улице большого города далеко от ее дома. Улице темной и заброшенной. Ненужной муниципальной власти.

Она дозвонилась. Ей ответили. Она спросила:

- Вы меня помните?

- Помню, - отозвался пришепетывающий голос.

Когда-то этот голос был звонким. Жизнерадостным. Когда-то и Маргарита была молодой. Влюбленной и любимой.

- Как ваше здоровье, Евгения Николаевна?

- Да какое там здоровье? Помаленьку.

- А где ваш сын?

- Его нет в городе. И кто знает, где он?..

Повесила трубку. А на утро следующего дня наряжалась и собиралась так, словно ждало впереди счастливое свидание.

Маргарита не была здесь сто лет. Пятнадцать лет. С того самого дня, как он ушел из ее жизни. Столько пустоты в этих годах...

Маленький столик на двоих. Засушенные бабочки в деревянных рамочках. Так когда-то, очень давно, она засушила их любовь. И сохранила.

Он возмужал. Перехватило дыхание.

- Здравствуй, Марго, - он узнал ее сразу.

- Здравствуй.

Они заказали сливочное мороженое. Как всегда. А потом она назвала имя. И рассказала, кто он (государственный служащий). Где живет (Комарово). На чем ездит. Как выглядит.

Выслушав, он объяснил, сколько стоит такая работа. Она заплатила. Судьба, пославшая им последнюю встречу, обозначила начало конца и еще для кого-то.

Зелена блузка, лежавшая на полке в шкафу, теперь не беспокоила Марго. Однако она достала ее. Положила в сумочку. Поместилась. Войдя в гараж, Маргарита нашла садовую лопату.

Одинокую березу Маргарита разглядела издалека. Белые ночи.

Скоро несносная жара уступит место прохладе. Тогда можно будет раскрыть рот и от души наглотаться чистого воздуха, а пока - как рыба на суше. Душно. Тяжелое лето.

Машина остановилась. Пустая трасса. Понедельник. И никому нет дела до женщины, роющей яму.

Земля оказалась мягкой. Рыхлой. Легко поддававшейся лопате.

Поднялся ветер. Зашуршал березовой листвой. В ответ листва зашептала: "Ей видней... Видней... Она права... Права..." Или это меж собой перекликнусь мысли, проносившиеся по крутым виражам мозга?..

Все. Они не встретятся больше никогда. Она лежит глубоко. Стоя над холмиком земли, Маргарита громко закричала, как учил гуру-психотерапевт, собравший вокруг себя больных, убогих, уродливых. Поднялись в воздух муки и страхи, чужие и свои кошмары. Птицы взвились, захлебнулись истошным криком. Умолкли. Скоро пойдет дождь.

Марго направилась к машине. Легкой походкой. Пора ехать домой.

Ночью пришла Снежана. Маргарита не ждала ее. Ей казалось, что от мертвой девушки она избавилась навсегда. Иначе - зачем все?

Снежана улыбнулась и растворилась, не сказав ни слова. Больше Маргарита ее не видела.

Простая жизнь домохозяйки вошла в привычное русло. Дом. Ребенок. Муж. Магазины. Книги. Спектакли. Кофе.

Осень принесла с собой дожди, туманы и ветра. Разговоры до утра. Тепло. Дача. Друзья. Выпивая, коротали ненастные, но сносные дни. Выходные.

Ее подруга, приехавшая без приглашения, но вклинившаяся в незнакомую компанию как по маслу, сделала большой глоток из высокого бокала и завела светскую беседу. Напилась.

Марго включила телевизор. Она надеялась, что бодрый голос диктора хоть немного отрезвит девушку.

Новости. Питерские. Рассказывают о преступлении. Его раскрыли. Хвалят милицию. У милиции скоро профессиональный праздник.

В честь праздника - со всеми подробностями. Показывают дом. Старый серый дом. Дом, построенный купцом первой гильдии в тысяча девятьсот седьмом году. Марго его узнала. Он знаком до слез. До истерики. До тошноты. Но лицо преступника, дававшего показания, не знакомо. Другое лицо. Другой человек. Не Илья! Снежану задушил не Илья...

К свету ночника ее вернул нашатырь. Во сне она кричала:

- Зачем ты со мной так поступила?! Ответь мне, за что? Мстительная сука! Тебя бросили, отвергли, а ты не смогла успокоиться даже на том свете! Это ты убила человека, а не я! Где ты? Где? Надеюсь, что в аду! Нет для тебя имени! Нет!

Марго припарковала машину у знакомого забора. Дом хорошо виден.

Дождь. Стеклоочистители размазывают по стеклу воду и грязь. Двор пуст. Он просвечивается насквозь. Облетела листва с деревьев. По детской качели дробью бьет ливень.

Марго сидела в машине долго. Глядя на дом, она следила за движениями внутри. Вспыхнул свет в окнах. К большому окну прижался детский носик. Александра. Дочь Ильи.

Пора. Простите.

Девочка с интересом разглядывала дождь, шлепающий по лужам. И женщину, неестественно сидящую в машине. Без движения.

Какая река! Удивительная... Она шумит прошедшей жизнью. Оседают на песчаное дно события минувших дней, зарываются в ил. Конец.

На том берегу реки тихо, спокойно, красиво. Растут деревья. Цветы. Поют птицы. Хочется пройтись босыми ногами по мягкой траве. Как хочется! Здесь холодно, неуютно.

Перед глазами появился мост, коромыслом перекинувшийся с одного берега на другой. Марго ступила на край доски. Почувствовала живое тепло дерева, согрелась.

Скоро она окажется на другом берегу, широкая река останется позади.

Кто-то окликнул: "Маргарита, тебе в другую сторону". И хихикнул.

Она обернулась. Зачем? Чудовище, протянувшее к ней лапы, напугало. Оно смотрело не мигая стеклянными изумрудными глазами - прямо в душу: "Тебе со мной, женщина".

Потеряв имя, она ушла за ним.