# Трояк

Леонид Серафимович Татарин

"ТРОЯК"

Покупая на рынке арбуз в конце сентября, заметил, что стоящий рядом незнакомый мужик внимательно смотрит на меня. Когда я повернулся к нему, он сказал мне с серьёзным видом:

-- Да, Леонид, арбузы ты так и не научился выбирать. И меня ты не узнаёшь. Видно, сильно изменился с тех пор, как мы вместе работали матросами на "Аметисте". А мы с женой узнали тебя сразу.

-- Володя Полешук?

-- Это у меня кличка была такая. А вообще-то я - Володя Трояк. И работали мы с тобой трюмными матросами шесть месяцев посменно, 8 через 8 часов в Центральной Атлантике. Перетаскали сотни тонн мороженой рыбы.

-- Узнал я тебя только по голосу. А внешность... - тогда ты был простым деревенским парнем из глухой белорусской деревни, а сейчас тебя можно принять за профессора!

-- До профессора я не дотянул, а вот кандидатскую защитил. Преподаю математику в КТИ, теперь - технический университет. Но всё это, благодаря стараниям моей Дарьюшки! - рядом с ним стояла симпатичная женщина, по виду моложе Володи.

-- Может быть, ты, наконец, познакомишь меня со своей женой?

-- Давай, Леонид, ещё раз познакомимся, - с улыбкой вступила в разговор его жена - сорок лет, конечно достаточный срок, чтобы забыть, что когда-то ты был единственным гостем на нашей свадьбе.

-- Лиля?... Да, по глазам я Вас узнал. И улыбка прежняя...

-- Что же мы здесь стоим среди рынка? Володя - приглашай Леонида к нам в гости. Кстати, тогда мы обращались на "ты" - если нет возражений? Живём мы рядом, - пять минут пешком. А Лилей меня раньше называли... очень давно - не нравилось моё деревенское имя Дарья...

Выбрав при помощи Володи огромный арбуз, расплатившись, через несколько минут мы заходили в небольшую двухкомнатную квартиру, в которой почти сорок лет назад я был единственным гостем на свадьбе, казавшейся мне тогда не настоящей, какой то призрачной.

Возвращаясь после шести месяцев тяжёлой работы на траулере "Аметист" в районе Гвинейского залива, у берегов Гвинеи, Сенегала, мы, здоровые двадцатилетние матросы, жившие весь рейс в одной каюте, конечно, мечтали о хороших встречах в Калининграде, об интересных приключениях, об отдыхе. На время перехода от Дакара до Калининграда нас с Володей поставили на руль на вахту третьего штурмана Славы, с которым мы за рейс сдружились. За несколько дней до прихода в порт он с радостью сообщил нам, что получил радиограмму - жена родила ему сразу двоих сыновей, а профком выделил ему трёхкомнатную квартиру в новом доме. Зная, что мы с Володей оба холостые, что в Калининграде нас никто не встречает, Слава попросил нас помочь ему перевезти семью из рыбацкого общежития в новую квартиру.

Ошвартовавшись у причала рыбного порта в шесть утра, к вечеру мы с Володей уже привезли из магазина новую мебель, которую Слава купил, получив приличный аванс, и прямо из роддома - жену с двумя сыновьями - сразу в новую квартиру! А на следующий день, в воскресение, он пригласил нас на новоселье.

С утра, поискав по магазинам, мы с Володей, сложив наши авансы, купили подарок - коляску для двойни. Проезжая мимо рынка на такси, я попросил шофёра подождать пять минут, пока куплю арбуз, а Володя остался в такси. Когда я вернулся, он сообщил мне новость:

-- Вот, шофёр такси, Николай, предлагает нам снять недорого двухкомнатную квартиру с мебелью - его друг уехал с семьёй в загранкомандировку на Кубу на три года. Всего за 50 рублей в месяц. Единственное условие - никого не водить в квартиру и поддерживать чистоту и порядок. Но мы ведь с тобой не алкаши! Я согласен. А ты? По 25 рублей с носа - это нормально.

Заехали во двор нового дома рядом с рынком, поднялись на третий этаж. Квартира Николая оказалась на одной лестничной площадке с квартирой, которую он нам предлагал. Заглянув буквально на минуту, мы сразу заплатили Николаю за месяц вперёд. Его жена Нина аккуратно выписала из наших паспортов все сведения о нас, дала нам две пары ключей, и мы поехали на новоселье к Славе.

Приехали точно в назначенное время - в два часа дня, но никого из приглашенных гостей ещё не было. Жена Славы, Зина, очень обрадовалась подарку - коляска оказалась великолепной:

-- Ребята - огромное вам спасибо! Слава, сходи к Лиле - пусть они не ищут коляску. Пусть приходят сейчас. И соседей позови - мы с ними познакомились вчера и договорились вместе отмечать новоселье.

Пока Слава ходил за Лилей и к соседям, мы с Володей помогали Зине распаковывать и размещать мебель, а она, поминутно заглядывая в другую комнату, где спали новорожденные богатыри, успела нам рассказать, что с Лилей они работают вместе в школе - обе преподают математику. Лиля уже десять лет замужем, но детей у них нет. Муж, большой начальник, винит во всём её. У соседей дочь в этом году закончила десять классов, но уже с большим животом. Скоро рожать, а от кого - никто не знает. Девочка очень умная, школу окончила с серебряной медалью, но некрасивая - замужество ей явно не светит. Правда, родители из этого трагедии не делают - сами запретили делать аборт.

Видно было, что Зина находится в очень возбуждённом состоянии. Роды, приход мужа из рейса, получение квартиры, новоселье - сейчас ей нужен хороший отдых, а не гости. И мы с Володей попытались с извинениями уйти, но она удержала нас. Понимая, что поток информации обо всём сразу - это своеобразная разрядка для неё, мы внимательно слушали и помогали во всём, что только было в наших силах.

Через полчаса Слава привёл Лилю с мужем Андреем Петровичем. Ожидая почтенную, строгую "училку" тридцати лет, мы с Володей даже растерялись, увидя худенькую, изящную и очень красивую девочку, на вид не старше восемнадцати. Володя, похоже, даже потерял дар речи и постоянно смотрел на Лилю. Так маленькие дети не могут отвести глаза от понравившейся им игрушки. Андрей Петрович оказался тоже очень интересным, высоким красавцем с благородной сединой в висках, лет около сорока. Очень остроумный, общительный, приятный собеседник - душа общества. Ещё раньше от Зины мы узнали, что он - декан факультета математики в пединституте. Они принесли подарок для новорожденных - два комплекта красивого детского белья - жуткий дефицит в те времена. Как потом выяснилось, эти комплекты у них были давно куплены в надежде на своих детей.

Когда накрыли стол, пришли соседи - Кирилл Иванович и Зоя Петровна. Оба врачи детской областной больницы, с цветами и подарками. На вопрос, почему не взяли с собой дочь, ответили:

-- Стесняется своего внешнего вида.

Тогда Зина, с их разрешения, пошла к ним и, буквально за руку, привела девочку с заметно выдающимся животом. Скромная, с длинной толстой косой, с веснушками на лице. Явно не красавица. Первым к ней бросился галантный Андрей Петрович, сразу взявший тон хорошего преподавателя со студенткой:

-- Оксана, прекратите стесняться! Дело житейское! Вы - просто прелесть!

Когда сели за стол, он сел рядом с Оксаной. С другой стороны, рядом с ним сидела его жена, но всё внимание и всё своё остроумие он посвящал только Оксане, совершенно не обращая внимания на Лилю. Володя сидел напротив Лили и глаз не отводил от её лица.

Андрей Петрович сразу взял на себя роль тамады и исполнял её с блеском. Тосты следовали один за другим, шутки и анекдоты поддерживали хорошее настроение. За общим весельем никто не обращал внимания, что кроме Зины, часто отлучавшейся к малышам, совершенно трезвыми остаются Лиля и Володя, наливая себе лимонад вместо вина. Оксана ничего не пила. Глядя на это странное веселье, я тоже только касался губами рюмки. Андрей Петрович, довольно быстро захмелев, начал допускать излишества в своём почтении к Оксане - поцеловал ей руку и попытался погладить по животу. Лиля тихонько попробовала остановить его:

-- Андрюша, нам пора домой. Мы обещали твоей маме зайти к ней. - Но в ответ - явная грубость:

-- Отстань, зануда, хоть здесь дай отдохнуть!

Вмешалась в разговор Зина:

-- Андрей Петрович, у вас такая красивая жена - грешно её обижать!

-- Кто красивая? Моя жена? Да она - как лошадь без хвоста! Вот где красавица! - он указал на Оксану.

-- А всем её обидам вместе с нею цена - трояк, не больше!

В это время с побелевшим лицом встал со своего места Володя. Вынув из кармана три рубля, он протянул их Андрею Петровичу.

-- Что это такое? - удивлённо спросил тот, пьяно улыбаясь.

- Вы сами назвали цену. Я покупаю. - С трудом шевеля губами сказал Володя.

Андрей Петрович, взяв деньги, купеческим жестом, наверное, считая это удачной шуткой, взяв жену под локоть, с шутовским поклоном, произнёс:

-- Забирай! Отдаю!

Лиля, растерянно посмотрев на свою подругу Зину, встала со своего места и, словно на деревянных ногах медленно подошла к Володе.

-- Пойдём.

Повскакивали со своих мест Зина, Слава, соседи:

-- Лиля, прекрати! Это уже переходит всякие границы!

-- Он меня продал за три рубля. Я ухожу с этим молодым человеком.

Но Андрей Петрович продолжал весело улыбаться с пьяной удалью:

-- Да не держите вы её! Дайте человеку хоть раз в жизни проявить свою волю!

Володя, решительно оттолкнув руки, пытавшиеся удержать Лилю, заботливо, как жене, подав плащ, взял её за руку, как школьницу, и она послушно пошла за ним. Когда за ними закрылась дверь, я, извинившись перед хозяевами и их гостями, тоже ушёл. На улице, пытаясь догнать Володю с Лилей, увидел, что они сели в проходившее с зелёным огоньком такси и уехали. Я потихоньку побрёл в рыбный порт на "Аметист". Решил переночевать в своей каюте, хотя у меня в кармане лежали ключи от квартиры, которую мы с Володей сняли утром. Там я - третий лишний.

На следующий день, утром на штурманскую вахту заступал Слава. Он сказал мне, что после нашего ухода Андрей Петрович устроил грандиозный скандал, обвиняя их с Зиной во всех смертных грехах, требуя вернуть ему жену. Правда, соседи, врачи, быстро сумели его успокоить - дали какую то таблетку, сделали укол и увели к себе. Там он и проспал до утра, а утром снова зашёл к Славе с извинениями и с просьбой помочь ему наладить отношения с женой.

После обеда я решил сходить на квартиру, которую мы с Володей сняли вчера. Как только я постучал в дверь, мне сразу открыл Володя.

-- Знакомься с моей женой. С сегодняшнего дня я - женатый человек. Мы знали, что ты придешь, и ждали твоего прихода. Сегодня у нас свадьба и ты будешь и свидетелем и единственным гостем на нашей свадьбе.

Через сорок лет мы втроём снова оказались в той самой квартире. Только теперь я узнал всю историю семьи моего товарища-матроса. Оказалось, что в паспорте у его жены, с которой они официально оформили отношения, стояло имя Дарья. Андрею Петровичу, который тогда был преподавателем пединститута и женился на красивой студентке, не понравилось деревенское имя, и он решил назвать её Лилией. После памятного новоселья у Славы он много раз пытался вернуть жену и отстал только тогда, когда узнал, что скоро она будет рожать ребёнка для Володи. Тогда они и оформили развод. Володя стал официально мужем, а Лиля снова стала Дашей, по странной прихоти судьбы получив фамилию Трояк. Через девять месяцев она родила прекрасного сына, потом ещё двоих сыновей. Даша не разрешила Володе больше ходить в море. Уговорила его поступить в КТИ на судомеханический факультет. У него неожиданно проявился интерес и способности к наукам. Вернувшиеся с Кубы хозяева квартиры, в которой жили Володя с Дашей, купили себе дом на зелёной окраине города, а эту квартиру продали им за символическую цену. Сейчас их сыновья уже взрослые, живут своими семьями. И, хотя Даша почти на десять лет старше Володи, но внешне она даже сейчас выглядит значительно моложе его - счастье красит людей. На стене я увидел три больших фотографии юношей, удивительно похожих на молодого матроса Володю с БМРТ "Аметист".

01 декабря 2002 г. Зеленоград.

(Впервые напечатан рассказ в "Балтийской газете" в 2003 году).


4