# Ещё один рейс

Леонид Серафимович Татарин

ЕЩЁ ОДИН РЕЙС


Отработав больше двадцати лет на должности капитана-директора на БМРТ (большой морозильный рыболовный траулер) и БАТ (большой автономный траулер) в самых сложных промысловых районах - Северная Атлантика, Антарктика, шельф Африки, Тихий океан, я обратил внимание, что многие из капитанов, даже отработав по 5-6 лет, получали загранкомандировки, т.е. возможность поработать год, а то и больше на судах иностранных компаний. Работа там была значительно легче, а зарплата несравнимо больше, чем на судах под флагом СССР. В долларах, а не в рублях.

На второй день после возвращения из рейса Главный капитан Калининградской базы "Тралфлот" сказал, что я должен выйти в Тихий океан в третий подряд шестимесячный рейс без отпуска, так как нет капитанов и подменить меня некем. Я спросил шефа:

- Сан Саныч, наверное меня зачислили в чёрный список?

- Лукьяныч, я тебя не узнаю - всегда шёл в любой рейс без разговоров, а сейчас вдруг заговорил о каком-то чёрном списке. Попробуй изложить свои претензии более чётко.

- Во-первых, я уже два года не был в отпуске. 7-8 дней между рейсами - это не отпуск. Только прилетел самолётом из Кальяо, успел отчитаться за рейс и снова на самолёт, снова на шесть месяцев в южную часть Тихого океана. Конечно, это для меня не проблема, здоровье позволяет - партия велела, комсомол ответил: "Есть!" Но некоторые капитаны, работающие значительно меньше меня, успели побывать и в загранкомандировках, и квартиры получить по второму разу, и орденами обвешаться. Мне ордена не нужны, но мою двухкомнатную квартиру мне давно обещают заменить на трёхкомнатную, да всё как-то очередь до меня не доходит. Да и поработать годик под флагом другой страны я тоже не отказался бы. Вроде работаю не хуже других капитанов, нарушений, аварий за мной не числится - может быть, вы более чётко изложите мне претензии начальства?

Сан Саныч задумчиво почесал кончик носа, поправил очки.

- Видишь ли, Лукьяныч, несколько раз я включал тебя в списки на выдвижение - капитаном-наставником ты сам не захотел быть. Начальником экспедиции - тоже отказался. Когда наш флот горел синим пламенем в зоне США в 1977 году и сняли с должности начальника промрайона вместе со всем его штабом, случайно назначили тебя начальником промрайона. Ты поработал два месяца - получилось отлично. Но, когда вызвали тебя в Ригу, чтобы утвердить на эту должность на постоянной основе в Главке и в Министерстве - ты тоже не захотел, не объяснив причину отказа. А это, заметь, - должность адмиральская! Там под твоим командованием было до восьмидесяти больших судов. И с этой должности через 2-3 года все получали загранкомандировки. И не на год, а на три года на береговую работу. Вместе с семьёй!

- Сан Саныч, в Риге мне прямым текстом сказали - вы знаете, кто конкретно это мне сказал - эта должность стоит шесть тысяч рублей. Как я мог такое объяснить? Не умею я давать взятки. Да и денег таких у меня тогда не было. Надо было или платить сразу, или молча уйти.

Эти мои слова Сан Саныч оставил незамеченными и спокойно продолжал:

- Включал тебя дважды в списки для награждения орденом Трудового Красного Знамени, оба раза твою фамилию вычёркивали в парткоме. С парткомом надо дружить, а ты вспомни, как в 73-м перед рейсом списал с судна комиссара, который оказался свояком секретаря парткома. Направили тебе комиссаром Боздняка - ты ему выговор в приказе по судну влепил - неслыханное дело! В 88-м ты списал с судна комиссара Васильева, а у него - связи в обкоме партии. Я знаю, что все трое - негодяи, что поступил ты с ними правильно, но личные твои отношения с парткомом испорчены окончательно. А ты прекрасно понимаешь, что все списки на любые награждения, выдвижения, а тем более, для загранкомандировки, обязательно проходят через партком. Твоя фамилия там действует, как красная тряпка на быка. Извини, но надо быть более дипломатичным. Я и так уже защищаю тебя как могу. Хорошо ещё, что ты не пьянствуешь, не замешан в историях с блядями, не воруешь, всегда выполняешь планы. Многих капитанов уже и разжаловали до матросов, и дипломов лишали, а некоторых и по два раза, а у тебя - ни одного взыскания. Ты знаешь, что за глаза тебя называют педантом?

- Да, многих наказывают, разжалуют, потом восстанавливают, потом по второму, а то и по третьему разу им дают квартиры, ордена, направляют в загранкомандировки, выделяют легковые автомобили. Сергей Петрович и Евгений Дмитриевич умудрились получить по две "Волги" и по двое "Жигулей", перепродали их с хорошим наваром, а я уже 15 лет стою в очереди за машиной, но мне ни разу не выделили даже "Запорожца".

- Ты ещё не имеешь машины? Почему молчишь?

- Не умею я по головам идти. Да и распределения бывают почему-то всегда, когда я в море. Ещё раз подчёркиваю - мне не нужны ни ордена, ни медали, но квартира мне нужна - уже сын взрослый и дочь школу заканчивает. И в профкоме обещали, и Коваль обещал, но, пока вы не нажмёте - ничего с места не сдвинется.

- Медаль "Ветеран труда" и нагрудный знак "За 20 лет безаварийной работы" тебе вручили?

- Нет.

- Это, конечно, непорядок. Наши кадровики упустили. Да и я сам не проконтролировал, извини. Будем исправлять. Этот рейс ещё отработай, а вернешься - всё наладим. И квартиру заменим. Даю слово моряка. Времена меняются. Но сейчас у меня действительно нет ни одного капитана - выручай! После рейса получишь загранкомандировку на год.

Через неделю с экипажем около ста моряков я снова вылетел самолётом по маршруту: Калининград - Москва - Люксембург - Шеннон (Ирландия) - Гандер (Канада) - Гавана - Панама - Лима (Перу). Из аэропорта Лима на автобусах нас доставили в перуанский порт Кальяо, потом на катерах на борт нашего красавца-корабля с гордым названием БАТ "Маршал Крылов".

Капитан подменного экипажа, которому я сдавал траулер неделю с небольшим назад, встретил меня удивлённым возгласом:

- Опять!? Ты ведь собирался в отпуск за два года отдыхать! Снова нет капитанов?

- Как видишь, Григорий Арсентьевич, - снова уговорили.

- Наверное, пообещали медаль или орден?

- Дали медаль "Ветеран труда" и нагрудный знак "За 20 лет безаварийной работы". Пообещали квартиру.

- Мелко.

- Кстати, Григорий Арсентьевич, поделись секретом - как тебе удалось получить все мыслимые и немыслимые награды, даже звезду Героя? Что ты воевал, имеешь военные и все юбилейные медали и ордена - это понятно. Что рыбу ты ловишь, как профессионал, это никто не отрицает - помню, как ты возил мордой по столу Цыгана, хотя у него уже на кителе висела звезда Героя. Ты научил его хорошо ловить рыбу в ЮВА. Да и я сам учился у тебя. Но у нас много капитанов, которые работают не хуже - тот же Какатунов, Кленин, Охотин, - где тут собака зарыта?

- Брось ты херню нести - какие тут могут быть секреты? Дают - бери!

В это время в дверь каюты постучали, и вошёл первый помощник капитана подменной команды. Моряки называют их комиссарами. Дмитрий Иванович широко раскрыл руки для объятия, как принято у рыбаков при встречах в инпортах, хотя мы с ним никогда не были друзьями, особенно, когда он был секретарём парткома "Тралфлота".

- Здорово, Лукьяныч, здорово! А я уж думал, что ты в Сочи загораешь на пляже...

- Хрена ему с маком, а не Сочи, - хрипло хохотнул капитан, - кому-то и рыбу надо ловить. Ты посмотри, Лукьяныч, на этого старого дурака - помнишь, как он издевался надо мной, когда ты мне сдавал свой траулер? Тогда в портовом магазинчике Кальяо пацанёнок-индеец выхватил у меня их рук 40 долларов и убежал, - так комиссар всем рассказывал об этом, издевался. Теперь слушай ...

- Ну, хватит, хватит уже сказки рассказывать... - есть новость поважнее - смотри радиограмму от начальства, Лукьяныч...

- Нет уж, расскажу до конца - только вчера у комиссара в том же магазине на берегу, тот же пацан-индеец выхватил из рук 100 долларов и убежал.

(Я знал, что Григорий Арсентьевич давно, ещё лет тридцать назад работал капитаном БМРТ "Чернышевский" с этим комиссаром. Они были хорошими друзьями, часто добродушно подшучивали друг над другом, но никогда не ссорились. Потом Дмитрий Иванович стал секретарём парткома, благодаря каким-то родственным связям с высоким обкомовским начальником - скорее всего, он и был тем секретом, благодаря которому фамилия Григория Арсентьевича вносилась в списки для наград при каждом удобном случае. Даже при неудачах, когда во льдах Лабрадора БМРТ "Чернышевский" получил пробоину и затопил трюм, или, когда в Кальяо в их экипаже погибли два моряка - друг помогал выйти сухим из неприятных ситуаций.

Да и у меня в рейсе на БМРТ "Лабрадор" был старший мастер добычи, который раньше на БМРТ "Сапфир" получал все без исключения медали и ордена, а в моём рейсе не смог настроить пелагический трал: "Не знаю я этих тралов, - я всю жизнь на донных работал!" Пришлось звать тралмастера Тамашунаса, который за сутки настроил нам промвооружение и мы начали работать отлично. Потом, на берегу я спросил капитана БМРТ "Сапфир":

- Владимир Григорьевич, за что ты награждал без конца всеми орденами тралмастера Ивана Гавриловича? Ведь он даже трал разноглубинный не смог настроить - приходилось Тамашунаса звать на помощь.

- Лукьяныч, клянусь тебе, что ни одного представления к наградам я не подписывал! Это всё секретарь парткома без конца пробивает ему награды - даже звезду Героя Социалистического Труда пытался оформить для Гаврилы! Только Коваль упёрся рогом, и Героя дали Преснякову Алексею. Конечно, Гаврила - трудяга, водки не пьёт, с начальством не спорит, донные тралы знает неплохо, физически сильный, как медведь, молчун. Но главная его заслуга в том, что секретарю парткома он своими руками построил неплохой домик на дачном участке и каждый год пашет там, как карла. Деньгами ему ничего не платят, зато медали, ордена, хорошие рейсы...)

Комиссар, не обращая внимания на подначку капитана, протянул мне бланк радиограммы за подписью начальника "Тралфлота": "Получением настоящей следуйте рыболовную зону США рейд порта Астория штат Орегон. Первого апреля 12.00 на границе зоны получите лицензию с корабля береговой обороны США. Понимание, исполнение подтвердите".

Григорий Арсентьевич хмыкнул:

- Вот видишь, Лукьяныч, везёт тебе - не каждому доверяют такую важную работу! Давай-ка по такому случаю по чашке кофе выпьем.

- Да, везёт, как утопленнику - нигде так быстро не могут схарчить капитана, как в рыболовной зоне США

Комиссар достал чашки и включил кипятильник:

- Мне кофе нельзя - попью чаю, а вы пейте кофеёк. Кстати, когда твой комиссар прилетит? - обратился он ко мне.

- Не прилетит он совсем, Дмитрий Иванович. Вместо комиссара мне официально включили в штатное расписание экипажа две должности матросов второго класса. Очень хотел комиссаром ко мне бывший секретарь парткома Генералов, но моряки на общем собрании экипажа перед вылетом из Калининграда единогласно поддержали моё предложение - работать без комиссара. Начальник "Тралфлота" отдал этот вопрос на усмотрение парткома, а там поддержали меня. Только Беренштейн покритиковал: "Неужели вы делаете это ради денег? - Это очень некрасиво!" Пришлось мне подтвердить: "Да, Иосиф Яковлевич, этого я добиваюсь действительно ради денег - зарплата комиссара превышает зарплату двух матросов. Результат его "труда" близок нулю, даже бывает со знаком минус, а два матроса приносят реальную прибыль. Воспитательная работа - обязанность командиров согласно Устава". Два часа партком обсуждал этот вопрос, и потом приняли решение: "Разрешить в порядке эксперимента". Начальник "Тралфлота оформил приказом, указав основание: "Рапорт капитана".

- Да, Лукьяныч, вечно ты ищешь приключения на свою ж... голову. Хотя, может быть и есть в этом "сермяжная правда", - крякнул прокуренным голосом Григорий Арсентьевич.

Через два дня, получив топливо и продукты, мы снялись с якоря, и ушли по направлению к северным берегам тихоокеанского побережья США.


3