# Царь-пушка

Виталий Рапопорт

Виталий Рапопорт


царь-пушка


В этот день я был дежурным. При появлении Медяного в дверях я рявкнул во всю мощь своих легких: "Встать! Смирно! Товарищ подполковник! Группа МЧ-1 построена для занятий по огневой подготовке". (Эта часть обязанностей дежурного, безнаказанно оглушать присутствующих, мне очень импонировала; кроме того, она была в соответствии с официальной установкой -- выработать командирский голос). "Вольно," -- сказал Медяный. Я продублировал команду. Все уселись на свои места.

-- Дежурный! Какое сегодня число?

-- Так что двадцать девятое мая одна тысяча девятьсот пятьдесят четвертого года, товарищ подполковник! Нарочито солдатский ответ был в духе тех приемов, которые мы практиковали на военной кафедре -- я и мой друг Юрка Глусов. Смысл был в том, чтобы употреблять побольше армейских формул типа так точно, не могу знать, никак нет, при этом поедая глазами начальство. Это называлось у нас делать суворовское лицо. Странным образом, подобные клоунады сходили нам с рук, даже помогали выкручиваться из затруднений.

-- Да, -- сказал Медяный. -- В прошлом году пропустили интересный юбилей, а зря. Причины понятные, но все равно.

-- Какой юбилей?

-- 500 лет падения Константинополя.

В ответ кто-то хмыкнул, довольно громко и протяжно.

Подполковник осмотрел аудиторию: "Кто смеялся, встать!" Никто не откликнулся. Готов биться об заклад, что это был Боря Янченко, меланхоличный, высокорослый и сутулый украинец, склонный к философскому восприятию мира. Боря был тоже клоун не из последних, он производил свои эскапады с ангельски невинным и серьезным лицом. Однажды на семинаре по политэкономии он поднял руку и заявил: "Я считаю, что занятия по политэкономии можно прекратить". "Почему!?" -- миловидная преподавательница была вне себя от изумления. "Потому что все и так ясно. У них так (он произвел волнообразное движение рукой, отображая циклический характер загнивающего капитализма), а у нас так (гиперболическая кривая успехов социализма круто ушла вверх)". Но это случилось на третьем курсе, пока мы были на первом. Медяный немного подумал и спросил: "Какой масти были лошади у янычар?" Ответы посыпались градом: "Вороные... гнедые... белые". Он подождал, не найдутся ли еще знатоки, и произнес нараспев с нескрываемым презрением: "Чему вас в школе учили на уроках истории?" Все молчали. Медяный продолжил: "Насколько я помню из гимназического курса, янычары -- это отборная турецкая пехота. Она формировалась, главным образом, из христианских детей, которых султан получал в качестве дани от покоренных народов. Для ответа на мой вопрос вам достаточно было знать, к какому роду войск принадлежали янычары. Проявленное невежество непохвально". Так мы узнали, что подполковник начинал свое образование в старорежимной гимназии.

-- Осада и взятие Константинополя представляют собой один из замечательно интересных эпизодов военной истории. В рамках курса огневой подготовки я задержусь только на одном аспекте -- именно на артиллерии того времени. Пушки появились в Европе в конце четырнадцатого века или в самом начале пятнадцатого. Турки с самого начала отнеслись к новому оружию с большим интересом и энтузиазмом. Очень показательно его применение на Пелопоннесе. Чтобы защитить эту провинцию, византийцы или, если хотите, греки перегородили Коринфский перешеек от моря до моря гигантской стеной длиной в шесть миль под названием Гексамиллион. Сооружение было рассчитано на длительную осаду, но построено без учета артиллерии. В декабре 1446 года султан Мурат подошел к стене и за пять дней разрушил ее огнем из пушек.

Класс загудел. Что пушки могли влиять на историю так давно, это нам в голову не приходила. Возможно, мы слишком буквально воспринимали суворовскую максиму "Пуля -- дура, штык -- молодец".

-- Итак, в середине пятнадцатого века греки знали, что значит разрушительная мощь артиллерийского огня, испытали ее на своей шкуре, но все равно не оценили ее в полной мере. Положение Византии в это время было аховое. От некогда могучей империи остался практически один Константинополь, компактный треугольник периметром менее 20 км, две стороны которого выходили к морю. Морские берега были защищены стенами, к которым было очень трудно пристать с воды, особенно из пролива Босфор и Мраморного моря -- из-за сильного течения. На севере стены примыкали к бухте Золотой Рог, которая запиралась огромной цепью на поплавках. Подход к суши был только к западной стене. Эта шестикилометровая преграда, носившая название стены Феодосия, по имени императора, при котором она была построена, тянулась от Мраморного моря до бухты Золотой Рог. Выглядела она устрашающе: внешняя стена высотой 9 метров, обнесенная снаружи рвом, терраса между стенами шириной в двадцать метров, внутренняя стена высотой около 14 метров и 192 двадцатиметровые башни, которые по римской традиции стояли отдельно от стен. Прорвать эту оборонительную систему казалось невозможным и до сих пор никому не удавалось (В 1204 латинские рыцари и венецианцы ворвались в город со стороны Золотого Рога -- главным образом из-за ошибок византийского командования).

По-военному сухой рассказ Медяного касался одних технических деталей. Ничего другого мы от него не услышали. Много лет спустя я узнал, что жители Константинополя были расколоты на два враждебных лагеря. Одни, во главе с императором Константином XI, поддерживали Флорентийскую унию православной и католической церквей, провозглашенную в 1439 году, другие слышать не хотели о примирении с Римом. По этой причине император оставался некоронованным, а многие противники унии демонстративно бойкотировали главный храм города, собор св. Софии.

-- За год или два до осады в Константинополь прибыл из Венгрии пушечных дел мастер Урбан и предложил свои услуги императору. Константин проявил интерес, но в казне у него было пусто. Он принял Урбана на службу, назначив ему весьма скромное жалованье, но его фактически не платили. Венгерец оголодал и обносился; в 1452 году он отправился в Адрианополь к султану Мехмету II. Молодой турецкий правитель, мечтавший о подвигах Александра Македонского, принял мастера с распростертыми объятиями. "Можешь ли ты сделать пушку, которая будет стрелять вот такими каменными ядрами (он показал желательный размер), чтобы можно было разрушить стены города?" -- спросил султан. Согласно преданию, Урбан ответил так: "Если пожелаете, я могу отлить из бронзы такую пушку. Живя в Константинополе, я ознакомился со стенами города. Ядра моей пушки разнесут в пыль не только эти стены, а даже стены самого Вавилона. Пушку я отлить могу, но как стрелять из нее не знаю". Султан приказал начать отливку, заявив, что вопросами стрельбы из нее займется позднее. Как реально прошла аудиенция у султана, мы не знаем, однако известно, что Урбан принялся за дело, и через три месяца первая пушка была готова. Ее установили на берегу Босфора, вскоре она продемонстрировала свою грозную силу, разнеся вдребезги шедший с продовольствием для Константина венецианский корабль.

-- Товарищ подполковник, а сколько лет было этому султану?

-- В описываемое время всего двадцать. Но вернемся к пушкам. Зимой того же года Урбан занялся отливкой самой большой своей пушки. Она была длиной 9 метров, бронзовые стенки ствола имели толщину свыше 200 миллиметров. Калибр пушки составлял свыше 750 миллиметров, т.е. три четверти метра. Пушка стреляла каменными ядрами весом 700 с лишним килограммов каждое. Во время осады ее установили перед шатром самого султана. Греки называли ее Базилика, Царь-пушка.

-- А эта та, которая в Кремле стоит! -- радостно воскликнул кто-то.

-- Дежурный, это какая группа?

-- Так что МЧ-1, доменщики, товарищ подполковник, -- отрапортовал я.

-- Надо переименовать. Думаю, подойдет название Игнорамусы истории. Попрошу свое невежество больше вслух не проявлять. Будете себя вести хорошо, в конце занятия упомяну про ту, вторую Царь-пушку. Урбан отлил для султана много пушек. Базилика осталась непревзойденной, но было немало семиметровых. Турки применяли артиллерию батареями: большая пушка и несколько поменьше, это у них называлось "медведь с медвежатами". Осада началась в апреле. Турок под стенами Константинополя собрало тысяч 200, из них военного персонала тысяч 60, больше половины кавалерия. Константин мог выставить всего 8 тысяч воинов -- греков, генуэзцев и венецианцев. Мехмет II имел в своем распоряжении около 70 пушек, это оказалось решающим преимуществом. Осада продолжалась 54 дня. Защитники сражались героически, но с каждым днем становилось все труднее заполнять бреши в стенах, проделанные турецкими ядрами. Базилика прослужила всего шесть недель. В стволе обнаружились многочисленные трещины, скорее всего из-за литейных дефектов в бронзе. Урбан хотел отлить пушку заново, но султан не позволил. Однажды пушка взорвалась, убив многих вокруг, в том числе и своего создателя. Такова христианская легенда. Нельзя исключить, что она выдает желаемое за действительное. Доподлинно известно, что Царь-пушка в конце концов вышла из строя, но свою роль она сыграла, особенно в смысле психологического давления на обороняющихся. 29 мая 1453 года турки смогли ворваться в город через проломы в стенах, проделанные пушками Урбана. Вот и все, что я должен был доложить по поводу события, случившегося 501 год тому назад. Оттоманская империя прочно утвердилась на берегах Босфора и оставалась грозной силой довольно долго, угрожая странам Европы. Следующий связанный с этим юбилей, произойдет в 1983 году. Я до него не доживу, а у вас будет возможность его отметить, когда исполнится 300 лет с того времени, когда турки осадили Вену, а взять ее не сумели. С этого события мощь Оттоманской империи пошла на убыль.

-- Откуда они взялись эти турки?

-- Из Средней Азии, родственники современных туркменов. В средние века они начали свое движение на запад, сначала овладели арабскими владениями, а потом навалились на Византию. Это были хорошие воины, бесстрашные и выносливые. Турки жадно усваивали военные новинки, как мы видели на примере с артиллерией. Кроме того, их войска были отлично организованы.

-- Туркмены, организованы? -- не выдержал кто-то.

-- Представьте себе. Их организацию и слаженность отмечают греческие историки, которых в симпатиях к туркам не заподозришь. Без хорошо организованно войска создать огромную империю невозможно. Это доказали турки, а еще раньше монголы.

-- Товарищ подполковник, как насчет кремлевской пушки? -- Стоящую в Кремле Царь-пушку отлил в 1586 году мастер Андрей Чохов. Она весит 40 тонн, достигает в длину 5 метров 34 сантиметра, т.е. намного короче девятиметровой Базилики, зато калибр у нее побольше -- 890 миллиметров. Пушка сия предназначалась для обороны Кремля, но никогда не стреляла, в деле не испытана. Рассчитана была на стрельбу каменными ядрами. Лафет и металлические ядра, которые вы видите теперь, изготовлены в 1835 году -- с декоративными целями. Вот и все. Дежурный, закончить занятие.

Я так заслушался, что даже гаркнуть как следует не сумел. Медяный оказался мужик невредный, даже добрый. Двоек он в конце семестра никому не ставил. Нередко отводил начало урока, минут пять, на рассказывание анекдотов. Я не помню, чтобы среди них были антисоветские или матерные. Сказать по правде, Медяный был луч света в безрадостном мраке военной кафедры. Прочие были, как правило, скучные и нередко придирчивые солдафоны. Стоит напомнить, что на протяжении четырех лет мы были вынуждены проводить на этой кафедре один полный день в неделю. Сачкануть, т.е. пропустить занятия, было нельзя. В целом, режим в Днепропетровском металлургическом был довольно либеральной, но все знали, что с военкой лучше не связываться.

Мы учились на втором курсе, когда институт облетела история, быстро ставшая легендарной. Некая группа сдавала государственный экзамен по военной подготовке. Это было нешуточное дело -- не по причине особенной премудрости, но из-за возможных последствий. Двойка означала автоматическую потерю года -- столько надо было ждать до пересдачи. Отчитываться приходилась за все пройденное в течение четырех лет: огневая, матчасть, политподготовка, что-то еще... Во время госэкзамена в этой группе произошел такой случай. Как положено, заседала комиссия из нескольких преподавателей кафедры, в их числе были Медяный и майор Вишневский, специалист по матчасти танка. Этот сравнительно молодой, лет сорока пяти, офицер относился к студентам с высокомерным презрением. Во время экзамена он стал откровенно топить какого-то студягу. В какой-то момент Медяный потерял терпение, взял Вишневского под локоть и вывел в коридор, где выпалил во весь голос: "Майор, студенты -- неучи, а вы -- дерьмо!"


10-15 сентября 2005 года


Кресскилл


виталий рапопорт


царь-пушка


2


3


Copyright © 2005 by Vitaly Rapoport. All rights reserved.