# Искажая Иисуса

Виталий Рапопорт

Искажая слова Иисуса


Публикация Виталия Рапопорта


Недавно вышла в свет необычная, без преувеличения интригующая книга, принадлежащая перу одного из крупнейших знатоков раннего христианства (Misquoting Jesus The Story Behind Who Changed the Bible, by Bart Ehrman, Harper, San Francisco, 2005).

Название наспех переводится как “Искажая слова Иисуса. Рассказ про тех, кто изменил текст Библии“. Написал ее Барт Эрман - профессор и декан факультета изучения религии в университете Чапел Хил в Северной Каролине.

Текст Библии, в данном случае речь идет о Новом Завете, не дошел до нас в виде первоначальных рукописей. До изобретения книгопечатания тексты переписывались много раз, и каждое такое переписывание было чревато изменениями — намеренными и невольными. Нужно еще не забывать, что оригиналы были греческие, а со временем их стали переводить: сначала на латынь, потом на современные языки. Книга Эрмана, адресованная читателю-неспециалисту, посвящена удивительным приключениям новозаветных текстов.

Я не собираюсь пересказывать книгу, постараюсь дать представление о масштабах. В начале XVIII века английский текстолог Джон Милл знал или исследовал приблизительно 100 греческих рукописей, где обнаружил 30 тысяч разночтений, На сегодняшний день, обнаружено и внесено в каталог более 5700 греческих рукописных текстов Нового Завета. Количество вариаций в них умопомрачительное: одни говорят 200 тысяч, другие— 300 тысяч, некоторые — 400 тысяч или даже больше. Разночтений в рукописях точно больше, чем слов в Новом Завете.

Для затравки, я перевел, три эпизода из книги Эрмана.


В. Р.


Женщина взятая в прелюбодеянии

История про Иисуса и блудницу — это наверно наиболее известный эпизод из Библии; он всегда присутствует в голливудских биографиях Иисуса. Он даже попал в “Страсти Христовы” Мэла Гибсона, хотя фильм посвящен последним часам Иисуса (эпизод включен в одну из немногих ретроспективных сцен). Несмотря на популярность, история эта упоминается только однажды в Новом Завете (Иоанн, 8:2-11), но даже и там она была не с самого начала.

Вот эта все знакомая сцена. Когда Иисус проповедовал в храме, к нему подошли книжники и фарисеи, его заклятые враги, которые привели с собой женщину, “взятую в прелюбодеянии”. Они поставили ее перед Иисусом с цельюподвергнуть его испытанию. Закон Моисеев, сказали они, предписывает побить ее камнями до смерти, что он думает по этому поводу? Должны они забросать ее камнями или проявить милосердие? Это была, конечно, ловушка. Скажи Иисус, что женщину надо отпустить, его обвинят в нарушении Божьего Закона, если он скажет побить ее камнями, тогда последует обвинение, что он не следует своему собственному учению о любви, милосердии и прощении.

Иисус не дал немедленного ответа. Наклонившись, он стал писать что-то на земле. Когда пришедшие повторили свой вопрос, он сказал: “Пусть тот из вас, кто без греха, первый бросит в нее камень”. После этого он отвернулся и продолжал писать на земле. Те, кто привели женщину, начинали покидать сцену, очевидно, не уверенные в собственной безгрешности. Вскоре рядом с Иисусом осталась только блудница. Выпрямившись, Иисус спросил: “Женщина, где они все? Неужели не осталось никого из тех, кто тебя осуждает?” Женщина ответила: “Никого, Господи” Тогда Иисус сказал: “Я тоже тебя не осуждаю, ступай и впредь не греши”.

Это блестящая история. В ней есть пафос и мудрая уловка, с помощью которой Иисус вывел себя, а также женщину, из опасной ситуации. В то же время эта сцена вызывает вопросы у внимательного читателя. Если женщина поймали во время акта прелюбодеяния, где же мужчина, с которым она была? Согласно Моисееву закону оба они подлежат побитию камнями (Левит, 20:10). Кроме того, что, собственно, Иисус писал на земле? (Согласно, одной древней версии, он записывал прегрешения обвинителей, которые, увидев, что их проступки вышли наружу, в смущении удалились!) И если даже Иисус проповедовал любовь, считал ли он, что закон Моисея больше не имеет силы и его не нужно соблюдать? Думал ли он, что женщина вообще не заслуживает наказания?

Несмотря на блестящую форму, захватывающий сюжет и искусную интригу этой истории, с ней связана весьма значительная проблема. Оказывается, первоначально ее не было в тексте Евангелия от Иоанна. Фактически, ее не было ни в одном из евангелий. Она была добавлена позднейшими переписчиками.

Откуда мы об этом знаем? У исследователей, работающих с рукописями евангелий, нет на этот счет никаких сомнений. Позднее в этой книге мы остановимся с большей степенью подробности на тех доказательствах, которыми пользуются исследователи, делая подобного рода выводы. Здесь я просто укажу на основные факты, которые признаны убедительными почти всеми исследователями: а) история не находится в наиболее древних рукописях Евангелия от Иоанна; б) ее стиль сильно отличается от остального текста евангелия, включая эпизоды, непосредственно предшествующие ей и следующие вслед за ней; в) в истории используется множество слов и выражений, которые не встречаются в остальной части этого евангелия. Окончательный вывод неизбежен: этот пассаж первоначально не был частью Евангелия от Иоанна.

Как она была добавлена? По этому поводу существует много теорий. Большинство исследователей считает, что история эта была частью устной традиции об Иисусе, которая в какой-то момент была записана на полях рукописи. После этого некий писец решил, что это примечание должно быть частью теста и включил ее в подходящем, по его мнению, месте. Стоит заметить, что некоторые другие переписчики вставили эту историю в других местах Нового Завета: одни после Иоанна 21:25, другое — после Луки 21:38. В любом случае, Иоанн не ее автор.

После этого перед читателем, естественно, встает дилемма: поскольку истории не было в первоначально тексте Иоанна, должна ли она рассматриваться как часть Библии? Не все отвечают на этот вопрос одинаково, но для большинства текстуальных критиков ответ будет отрицательный.

Последние 12 стихов Евангелия от Марка

Второй пример, который мы рассмотрим, возможно, не столь знаком рядовому читателю Библии, но он сыграл значительную роль в интерпретации библейского текста и создает немалые проблемы для исследователей. Этот пример относится к последним стихам Евангелия от Марка.

Согласно рассказу Марка, Иисус был распят и похоронен Иосифом Аримафейским в день перед субботой (Марк 15:42-47). (Фактически он просто поместил его в каменную нишу: “...положил Его во гробе, который был высечен в скале, и привалил камень к двери гроба”. В день после субботы Мария Магдалена и две других женщины пришли туда, чтобы помазать тело (16: 1-2). Придя на место, они обнаружили, что камень у двери гробницы отвален. Внутри их встретил юноша в белой одежде, который обратился к ним с такой речью: “Не пугайтесь! Вы ищете Иисуса из Назарета, который был распят. Он воскрес, и здесь его нет. Вот место, куда он был положен”. После этого он поручил женщинам сообщить ученикам, что Иисус ожидает их в Галилее, куда им следует отправиться, “как Он сказал вам”. Однако женщины убежали из гробницы и ничего никому не рассказали, “потому что боялись” (16: 4-8).

Далее следуют последние 12 стихов, где рассказ продолжается. Сам Иисус является Марии Магдалине, после чего она говорит об этом ученикам, но они ей не верят (стихи 9-11). Иисус является двум ученикам, однако остальные все равно им не верят. Наконец, Иисус предстает перед всеми одиннадцатью учениками, собравшимися за ужином. Он отчитывает их за неверие и приказывает: “идите по всему миру и проповедуйте Евангелие всей твари”. Те, кто поверят и примут крещение, будут спасены, но те, кто откажутся, будут осуждены. Далее следуют два наиболее интригующих стиха:

“Уверовавших же будут сопровождать сии знамения: именем Моим будут изгонять бесов; будут говорить новыми языками; будут брать змей; и если что смертоносное выпьют, не повредит им; возложат руки на больных, и они будут здоровы” (стихи 17-18).

После этого Иисус был взят на небо и посажен по правую руку от Бога. Ученики же пошли по миру с проповедью, которую подкрепляли знамениями (стихи 19-20).

Это замечательный текст, загадочный, трогательный и сильный. Пятидесятники опираются на него, когда говорят, что последователи Иисуса будут способны говорить на незнакомых “языках”, как это происходит во время их молений. Этот же текст используют Аппалачские укротители змей. Они до сего дня берут в руки ядовитых змей, чтобы продемонстрировать свою веру в слова Иисуса, что это не может им повредить.

Здесь, однако, имеется проблема. Упомянутый пассаж первоначально не был частью Евангелия от Марка. Его добавил какой-то из позднейших переписчиков.

Эта текстуальная проблема породила куда больше споров, чем историю про блудницу, потому что без этих последних стихов Евангелие от Марка имеет окончание, которое понять нелегко. Это не означает, что исследователи склонны признать эти стихи подлинными, как мы вскоре увидим. Причины рассматривать эти стихи как добавку очень убедительные, почти неоспоримые. Специалисты, однако, расходятся в том, какова была подлинная концовка этого евангелия.

Доказательство, что стихов этих первоначально не было у Марка, очень похоже на предыдущий эпизод с блудницей, и снова я не собираюсь вдаваться в детали. Стихи отсутствуют в двух старейших и хорошо сохранившихся рукописях Евангелия от Марка. Вдобавок их стиль сильно отличается от остального текста Марка, и переход к этому пассажу от предыдущего трудно понять. Например, Мария Магдалина представлена в стихе 9 таким образом, будто она появляется впервые, хотя о ней говорится в предыдущих стихах. Кроме того, там встречается большое число слов и выражений, которые нельзя найти в других местах у Марка. Короче говоря, доказательств достаточно, чтобы убедить большинство исследователей, что эти стихи добавлены к оригинальному тексту Марка.

Без этих стихов, финал был слишком резким, внезапным. Женщины никому не сообщили? Выходит, ученики так и не узнали о воскресении? Такое завершение кажется невероятным. Чтобы избавиться от этой проблемы, писец добавил свое окончание. Некоторые исследователи согласны, что стих 8 главы 16-ой — это слишком резкая концовка для Евангелия. Не то, чтобы они верили в оригинальность последних 12 стихов в более поздних рукописях, они знают, что это не так, но они считают, что возможно последняя страница Евангелия от Марка, где Иисус встречается с учениками в Галилее, была потеряна, и наши экземпляры являются копиями Евангелия без этой последней страницы.

Такое объяснение является вполне вероятным. Но также вероятно, по мнению других исследователей, что Марк действительно имел в виду закончить свой рассказ восьмым стихом 16-ой главы. Это и в самом деле шокирующее окончание. Ученики никогда не узнали про воскресение Иисуса, потому что женщины никогда им про это не сообщили. Марк мог избрать такой конец для своего евангелия, потому что он созвучен некоторым мотивам его рассказа. Читатели Марка давно заметили, что в этом евангелии, в отличие от других, смысл происходящего никогда не “доходит” до учеников. Мы неоднократно слышим, что они не понимают Иисуса (6:51-52; 8:21), и когда Иисус по разным поводам говорит им, что он должен принять страдания и умереть, они не в состоянии уразуметь смысл его слов (8:31-33; 9:30-32; 10:33-40). Может быть, они фактически так никогда и не поняли, кто такой Иисус — в отличие от читателей Марка, которые знают это с самого начала. Помимо этого, интересно отметить, что в Евангелии от Марка, когда кто-то начинает понимать что-то про Иисуса, тот приказывает этому человеку хранить молчание; и все же часто этот человек это игнорирует и рассказывает (например, 1:43-45). Какая ирония, что, когда женщинам в гробнице сказано не молчать, а разнести новость, они это игнорируют и хранят молчание.

Короче говоря, Марк, вполне возможно, хотел озадачить читателя внезапным концом — чтобы тот остановился, затаив дыхание, и вопросил в удивлении: Что это?

Цитата о Троице

Последний пример относится к началу XVI века, когда голландский гуманист Дезидериус Эразм Роттердамский предпринял первое печатное издание (editio princeps) греческого текста Нового завета.

Печатание началось в октябре 1515 г. и завершилось через пять месяцев. Книга включала греческий текст параллельно с текстом латинской Вульгаты. Начиная со второго издания Эразм вместо Вульгаты поместил свой латинский перевод Нового Завете — к ужасу богословов, почитавших Вульгату как “Библию церкви”. Книга была огромная — более тысячи страниц.

Эразмово издание (их вышло пять) стало на триста с лишним лет стандартом для публикации греческого текста в Западной Европе. При этом надо отметить, что источники его были далеко не безупречные. Он основывал свой текст на одной рукописи XII века для евангелий и другой, того же века, — для Деяний апостолов и Посланий. Что касается Откровения Иоанна Богослова, он пользовался рукописью, заимствованной у его друга германского гуманиста Иоганна Рейхлина. К несчастью, рукопись эту местами было невозможно разобрать; что касается последней страницы, она отсутствовала вовсе. В спешке Эразм вышел из положения очень просто: он взял соответствующее место из Вульгаты и перевел его обратно на греческий.

Итак, рукописи, которыми пользовался Эразм, были отнюдь не высшего качества. Не стоит забывать, что они были изготовлены через 11 столетий после оригиналов! Например, главная его рукопись содержала как историю блудницы у Иоанна, так и последние 12 стихов у Марка, т.е. пассажи, которые, как мы теперь знаем, не были частью оригинальных текстов.

Был, однако, один ключевой пассаж, которого не было в тексте Эразма. Речь идет об том месте в Первом послании Иоанна (5:7-8), которое богословы обычно называют “комма Иоаннова”. Пассаж это есть в латинской Вульгате, однако в большинстве греческих рукописей он отсутствует. Богословы его любят, потому что это единственное место в Библии, где явным образом определена доктрина Троицы о Боге в трёх ипостасях, но все три составляют одного Бога:

“Ибо три свидетельствуют на небе: Отец, Слово и Святый Дух; и Сии три суть едино.

И три свидетельствуют на земле: дух, вода и кровь; и сии три об одном”.

Пассаж этот; загадочный, почти непостижимый, но недвусмысленно в поддерживает традиционное учения церкви о “триедином Боге, который один”. Без этой цитаты доктрину Троицы придется выводить из высказываний говорящих, что Христос есть Бог, а также Дух и Отец, но при этом есть только один Бог. По контрасту, этот пассаж выражает доктрину кратко и непосредственно. Эразм не нашел этой формулы в греческих рукописях, где стояло: “Свидетельствуют три: Дух, вода и кровь, и эти три суть один”. Куда девались “ Отец, Слово и Святый Дух”? Их не было ни в его главном манускрипте, ни в других, к которым он обращался, поэтому он, естественно, не включил их в текст первого издания.

Больше, чем что-либо другое, это вызвало возмущение богословов, которые обвинили Эразма, что тот исказил текст в попытке исключить доктрину Троицы и обесценить ее главное следствие, положение о божественности Христа. В частности, Стуника, один из редакторов Многоязычной Библии выступил с публичным осуждением Эразма и потребовал вернуть этот стих на его прежнее место в будущих изданиях.

Эразм, не слишком задумываясь, согласился, но при одном условии: его оппоненты должны представить греческую рукопись, где можно найти спорный пассаж. И что же? Греческая рукопись была представлена. Фактически, она была сфабрикована с этой целью. Похоже, кто-то просто скопировал греческий текст Посланий, а дойдя до спорного места перевел его с латинского — в форме, столь милой сердцу богословов.

Манускрипт, посланный Эразму, был, иными словами, изготовленной по заказу подделкой XVI века.

Эразм слово сдержал и включил Иоаннову комму в последующие издания. Мы уже говорили, что эразмов текст послужил образцом и основой для многих последующих печатных изданий.


6


Copyright © 2007 by Vitaly Rapoport. All rights reserved.