# Современные психотехнологии манипулирования в 2т. Том 1 /2009/

Сергей Алексеевич Зелинский

С.А.Зелинский


Современные психотехнологии манипулирования


в 2Т. Том 1.


2009


C. А. Зелинский

Современные психотехнологии манипулирования

в 2Т. Том 1.


No Зелинский С. А., 2009


Текст печатается в авторской редакции.

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.


монография


СОВРЕМЕННЫЕ ПСИХОТЕХНОЛОГИИ МАНИПУЛИРОВАНИЯ (В 2-Х ТОМАХ).


ТОМ 1.


Оглавление.

ГЛАВА 1. Глубинная психология масс.

1. Законы массовой психологии.

-- теории психологии масс (от Сократа до З.Фрейда и современных исследователей).

-- законы массовой психологии.

-- законы толпы.

2. Способы, средства массообразования.

-- типы масс (толпы).

-- феномен толпы (основные характеристики).

-- законы массообразования.

-- примеры использования методик манипулирования массами.

-- причины массообразования.

3. Принципы манипулирования в массах.

-- масса -- как первобытная орда. Теория Фрейда.

-- лидер (вождь) массы.

-- законы массового манипулирования.

-- технология управления массами.

ГЛАВА 2. Манипулирование массовым сознанием с помощью СМИ.

Методы воздействия на психику через СМИ.

-- средства массовой коммуникации, информации и пропаганды.

-- манипулирование массовым сознанием и СМИ.

-- особенности психологического воздействия телевидения.

-- компьютерная игровая зависимость.

-- кинематографические приемы манипуляций массовым зрителем.

ГЛАВА: 3. Психика и информация. Информация и психологические войны.

1. Психика и информация.

-- понятие информации.

-- роль и значение и информации.

-- информационные потоки.

-- особенности восприятия информации человеком.

-- основные характеристики информационного воздействия.

-- мозг и информация.

2. Информационно-психологические войны

-- понятие.

-- поле действия.

-- основные модели использования.

-- психологические эффекты применения.

-- средства ведения психологических войн.

-- концепция России в информационных войнах.

-- идеологически-пропагандистские мероприятия.

-- исторические примеры использования.

-- схемы психологических операций.

3. Психологическое воздействие. Слухи в информационно-психологическом воздействии.

Психологическое воздействие.

-- роль слова в общении;

-- особенности общения;

-- слухи в информационно-психологическом воздействии.

ГЛАВА 4. Манипулирование психикой.

1. Основные положения теории манипулирования.

-- Предрасположенность психики к манипулированию.

-- Подверженность манипулированию.

-- Последствия манипулятивного воздействия на психику.

2. Прикладные психоаналитические технологии манипулирования.

-- Невроз -- как основа манипулирования.

-- Механизмы манипулирования.

-- Теория сублиминального воздействия.

-- Эротические аспекты манипуляций.

3. Защитные механизмы психики. Характеристики основных защит

Невротические защиты психики.

-- Защитные механизмы психики. Характеристики основных защит (вытеснение, проекция, сублимация и т.п.)

-- Сопротивление -- как фактор личностного роста.

ГЛАВА 5. Методы, приемы и способы манипуляций.

Блоки манипуляций

1. Манипуляции сознанием (С.А.Зелинский, 2003).

2. Способы манипулирования психическим сознанием человека (С.А.Зелинский, 2008).

3. Психологические приемы манипулятивной подачи информации. (С.А.Зелинский, 2009).

4. Манипулятивные воздействия в зависимости от типа поведения и эмоций человека. (В.М.Кандыба, 2004).

5. Речевые психотехники (В.М.Кандыба, 2002).

6. Манипулятивные приемы, используемые в ходе обсуждений и дискуссий. (Г.Грачев, И.Мельник, 2003)

7. Манипулирование личностью (Г.Грачев, И.Мельник, 1999).

8. Манипуляции посредством телевидения. (С.К.Кара-Мурза, 2007).

9. Способы воздействия на масс-медиа-аудиторию с помощью манипуляций.

Примечание к 1 тому.

Источники.


СОВРЕМЕННЫЕ ПСИХОТЕХНОЛОГИИ МАНИПУЛИРОВАНИЯ (В 2-Х ТОМАХ).

ТОМ 1.

ГЛАВА 1. Глубинная психология масс.


"Бесконечно многие культурные люди... не отказывают себе в удовлетворении своей алчности, своей агрессивности, своих сексуальных страстей, не упускают случая навредить другим ложью, обманом, клеветой, если могут при этом остаться безнаказанными, и это продолжается без изменения на протяжении многих культурных эпох".


З. Фрейд


1. Законы массовой психологии.

-- теории психологии масс (от Сократа до З.Фрейда и современных исследователей).

-- законы массовой психологии.

-- законы толпы.

2. Способы, средства массообразования.

-- типы масс (толпы).

-- феномен толпы (основные характеристики).

-- законы массообразования.

-- примеры использования методик манипулирования массами.

-- причины массообразования.

3. Принципы манипулирования в массах.

-- масса -- как первобытная орда. Теория Фрейда.

-- лидер (вождь) массы.

-- законы массового манипулирования.

-- технология управления массами.


В отличие от психологии отдельного индивида, собрание людей в массу имеет свои особенности. Приемы воздействия на массы начали изучаться с давних пор. Мыслители древности стремились понять психологию масс, дать определение роли массы по отношению к обществу. Реформатор IV в. до н.э. Солон, писал, что каждый отдельно взятый афинянин -- хитрая лиса, но когда они вместе собираются на собрание, то представляют собой стадо баранов[1]. Понятие массы рассматривали Геродот, Фукидид, Сократ. При этом Сократ считал, что большинство людей можно обучить. Платон же полагал, что большинство людей это стадо, с которым не стоит общаться[2]. Поэтому и искусство управления с массой Платон трактует как умение усмирять такое стадо. Политик подобен пастуху и его собаке: они не должны причинять овцам зла и грубо с ними обращаться, но просто презирают их как низшие существа. Платон считал, что народ нельзя допускать к государственному управлению. Подобные функции должны лежать только на аристократии. Такое разделение труда, по мнению Платона, являются основным принципом построения государства.

Аристотель в целом разделял взгляды Платона, и полагал что люди, занимающиеся трудом, являются, как и рабы, придатком государства. При этом Платон, как и Аристотель, под демократией понимал власть толпы, и различал три хорошие и три плохие формы правления. К первым он относил монархию, аристократию и смешение олигархии и демократии, а к плохим -- тиранию, чистую олигархию и крайнюю демократию.

Цицерон и Тацит считали массу отбросами общества, чернью, невежественными и глупыми. В эпоху Возрождения масса по-прежнему оценивается как невежественная, хотя и слегка смещаются акценты, ибо под массой начинают понимать не только плебс (чернь), но и людей богатого сословия, но грубых и невежественных. У Петрарки и Бруни толпа включает в себя и монахов и университетских схоластов и надменных богачей. Боккаччо противопоставляет плебсу и ученых. У него плебс состоит из трех категорий: первая -- это "некоторые безумцы, которые возымели наглость и развязанность крикливо высказываться против всего... Эти люди усматривают высшее благо в кутежах и вожделениях, в ленном досуге... они силятся хулить бдения ученых мужей...". Вторые -- это те, кто, прежде чем увидеть двери школы и услышать имена философов, уже считают самого себя философом. Они слывут "учеными среди черни", рассуждают на собраниях, нахватавшись кое-чего и цитируя авторов, которых они не читали. Третьи -- некоторые люди, облаченные в тоги, заметные по золотым пряжкам и почти королевским украшениям... они говорят, что поэты малоблагоразумны, ибо, занимаясь поэзией, тратят время, которое могли бы употребить бы на дела, приносящие богатства"[3].

Макиавелли отличает народ, который в его понятии это массы, упорядоченные законом, от толпы (толпа в понимании Макиавелли -- разнузданная чернь). При этом Макиавелли предостерегает правителей, чтобы они жили в согласии своим народом, потому что если народ станет ненавидеть правителей, то он их свергнет. "Перед правителем всегда стоит дилемма, -- пишет М.А.Хевеши[4]. -- Если он хочет создать великую державу, иметь многочисленный народ, то он вынужден его хорошо вооружить, наделить такими качествами, что потом он не сможет управлять им. Если же от этого отказаться и иметь возможность делать с народом что угодно, то такой народ станет трусливым и станет жертвой того, кто на него нападет. В первом случае дается простор для смут и общественного несогласия, во втором -- необходимо всеми возможными средствами запретить завоевания, ибо это приводит к крушению". Макиавелли дает совет правителю государства выяснить, к чему стремится народ, потому как народ всегда стремится отомстить угнетателям и вновь приобрести утраченную свободу. При этом становится понятно, что только небольшая часть народа желает быть свободной, дабы властвовать. Подавляющее большинство стремятся к свободе ради собственной безопасности. Поэтому нужны такие законы, при которых власть государя предполагает безопасность для народа. Как только народ убедится во власти законов, гарантирующих ему безопасность, он будет спокоен и доволен.

При Новом времени считалось, что темный и невежественный народ необходимо просвещать и воспитывать. Это соответствовало духу Просвещения. При этом саму идею Просвещения различные мыслители трактовали по-разному. Например, Вольтер считал, что разумный правитель сможет создать общество, в котором все будут равны перед законом. Вольтер боролся против официальной религии, и заявлял, что если бы Бога не было, его бы следовало выдумать. Он полагал, что народ необходимо просвещать, чтобы избавить массы от предрассудков и невежества. Гельвеций также считал, что различного рода заблуждения являются источником страданий народа. По мнению Гельвеция большую или меньшую тупость и порочность народа следует объяснять большей или меньшей нелепостью законов.

Придавал важность просвещению народа и Гольбах, предостерегая против заблуждений, которые способны подорвать доверие народа к правителю, и ратуя за разумность политика, занимающегося просвещением народа для счастья последнего. И Гольбах и Гельвеций считали, что страсти человека необходимо направить на полезные деяния, признавая что сами страсти заключены в природу человека. Гольбах обращает внимание, что неправедное правительство доводит людей до отчаяния, пробуждает в народе ненависть и ожесточение, и это в итоге может привести к революции. Руссо считал, что преобразовывать устоявшиеся правила сложно. Народ, по мнению Руссо, только в эпоху варварства был по-настоящему свободен. Равенство по Руссо является естественным состоянием. Он ратовал за свержение власти, которая не учитывала интересы народа, и считал политическим идеалом демократию, когда именно народ правит государством, а законы принимаются собранием всех граждан.

Идеи Просвещения легли в основу Французской революции, деятели которой провозгласили культ Разума. И в этот период культа разума, массы оказываются обуреваемы низменными инстинктами, паникой, страхом, всевозможными эмоциями, порождавшими акты насилия. Французская революция сопровождается непрекращающимися вспышками насилия.

Во времена после Французской революции происходит процесс осмысления и самой революции, и роли народных масс в ней. А.Токвиль отмечает, что для начала Нового времени было характерно коллективистское сознание человека, предпочитавшего своему индивидуальному "Я" -- коллективное "мы". Подобное сознание стало размываться во второй половине XVIII в. А.Токвиль пишет, что под воздействием идей просвещения люди уже не сомневались в могуществе человека, в возможности усовершенствования человеческой природы. Они были уверены, что призваны изменить общество и возродить род человеческий. "Эти чувства и страсти стали для них своего рода новой религией, некоторые последствия которой характерны и для обычных религий, в силу чего она смогла вырвать людей из сети эгоизма, придала им героизм и стремление к самопожертвованию, а зачастую сделала их нечувствительными к мелочам, которыми мы столь дорожим... ни в одной революции такая масса людей не проникалась столь искренним патриотизмом, бескорыстием и подлинным величием души..."[5]. При этом Токвиль отмечает, что "безбожие обернулось для общества великим злом... религиозные законы были уничтожены одновременно с низвержением законов гражданских, поэтому человеческий разум утратил свою прочную основу... Вследствие этого появился новый род революционеров, чья отвага доходила до безумия; революционеров, которых ничто не поражало, у которых ничто не вызывало угрызений совести, без всяких колебаний они исполняли намеченные задачи... С тех пор они образовали целую расу, распространяющуюся во всех цивилизованных уголках земли и повсюду сохранившую тот же образ, характер, пристрастия". Давая характеристики народу, Токвиль обращает внимание на строптивость народа и принятие им произвола. Народ по Токвилю то выступает ярым противником любого повиновения, то повинуется как раб, и оказывается более склонным к героизму, чем к добродетели и здравому смыслу.

В вопросе отношения к массе, к толпе Шопенгауэра и Ницше М.А. Хевеши (2001) отмечает, что Шопенгауэр первоосновой бытия провозглашает волю. Мир в изложении Шопенгауэра предстает как арена, на которой запуганные существа постоянно истребляют друг друга. Преобладающей формой жизни у Шопенгауэра выступает страдание, которое коренится в самой воле к жизни. Он отрицательно относится к среднему человеку, а масса у него трактуется как исполненная чувствами ненависти и зависти. Шопенгауэр пренебрежительно относится к большинству общества, которое рассматривается им как порочное. Идеалом для него является отшельник, который по самой своей сути противостоит массе. Правление толпы для Шопенгауэра ненавистно. Ницше обращает внимание на то, что масса начинает в обществе приобретать главенствующее значение. Он выступает с резкой критикой "омассовления" общества, выражающегося в том, что верх начинает брать посредственность, толпа, которые принуждают человека отказываться от своего "Я". Ницше не приемлет современное ему общество, предстающее у него в виде хаоса. Ницше воспевает истоки человечества, где наибольшей ценностью для него выступает миф и воля к власти. Человечество, по Ницше, делится на высшее и низшее сословие. Высшее сословие, по мнению Ницше, должно провозгласить войну массам, противостоять объединению посредственностей, стремящихся сделать себя господствующим. Ницше считал, что в нем процветают стадные, животные инстинкты, определяющие стандарты общества. Сверхчеловек, по мнению Ницше, это новая цель, которая объединит человечество.

Провозгласив, что Бог умер, Ницше возвел на его пьедестал "сверхчеловека", способного излечить общество и культуру от болезни разложения. Сверхчеловек свободен от этой болезни. Это "полузверь, получеловек, с крыльями ангела на голове". Переоценка ценностей сопровождается у него не только неприятием торгашества, всего общепринятого, в том числе и христианской морали. Вся эта "чернь" с ее устоявшимися нравами и традициями угрожает мировой культуре, ее лучшим достижениям. Он высказывает крайнее неприятие "плебейского духа". Выдвижение средних и низших слоев приводит к гибели культуры. Сама сущность культуры предполагает наличие рабов. Поэтому он считал угрозой и процессы демократизации, наблюдавшиеся в политической и культурной жизни. (М.А.Хевеши, 2001).

Ницше выступает противником толпы и массы. Для него неприемлема ненависть масс, ее свободное отношение к жизни. По мнению Ницше, старые ценности требуют переоценки: свобода, равенство, справедливость, истина -- это всего лишь лозунги, не имеющие отношения к реальной жизни. Существует лишь слой господ и слой рабов, и у каждого свое предначертание в жизни, и своя мораль. Во главу Ницше ставит сверхчеловека -- как высшую ценность и как подлинную волю к власти. Люди для "сверхчеловека" не могут быть предметом сочувствия и любви, они лишь бесформенный материал, из которого он творит то, что считает нужным. Это обезличенные, растворенные в толпе, люди, не обладающие индивидуальными свойствами.

В России XIX в., в центре внимания славянофильства и западничества оказалась озабоченность судьбами народа, его бедственным положением. Народ в этот период представал как относительно целое. Чаще всего под этим понятием понималось крестьянство. Поэтому такие термины, как народ, народные массы, толпа, чернь, обычно употреблялись как синонимы. Власть самодержавия привела к тому, что неофициальная социально-политическая мысль оказалась сосредоточена в области литературы и публицистики. "Поэт в России больше, чем поэт", -- писал Фет. Этим в какой-то мере объясняется особая роль интеллигенции в русском обществе. При этом бытовала точка зрения, что сознание народа необходимо ориентировать только на нравственные понятия, не предполагалась задача просвещать его. То, "что абсолютный характер собственности всегда отрицался русским народом, -- подчеркивал Бердяев, -- вселяло надежды на особое предназначение русского народа решить социальный вопрос лучше и скорее, чем на Западе". (М.А.Хевеши, 2001).

Одновременно с этим в русской интеллигенции было развито чувство вины перед народом, чувство покаяния. Появляется сначала особый тип кающегося дворянина, а после и разночинца. Все это порождало определенное народопоклонничество, когда народ, по словам С.Н.Булгакова, рассматривался как "объект спасательного воздействия", что неизбежно вызывало барское отношение к народу как к "несовершеннолетнему, нуждающемуся в няньке для воспитания "сознательности", непросвещенному в интеллигентском смысле слова". Как подтверждение -- декабристы, которые, по мнению В.И.Ленина, была страшно далеки от народа. Декабристы не были подержаны народом. При этом в теоретическом плане ряд декабристов стремились выразить чаяния народа. Пестель подчеркивал, что народ не должен быть принадлежностью кого бы то ни было. В своем обращении к народу Бестужев-Рюмин писал, что все бедствия народа проистекают от самовластия и рабства, что от этого надо освободиться и установить правление народа. Декабристы говорили о необходимости просвещения народа. Ощущение себя над бездной стало характерным, по словам Бердяева, для многих представителей русской литературы XIX-XX веков. Пушкин чувствовал бунтарскую стихию русского народа и предвидел возможность "бунта бессмысленного и беспощадного". Лермонтов и Гоголь задумывались о народе.

Рассматривая взгляды славянофилов, необходимо обратить внимание, что славянофилы только на первый взгляд придерживались официальной формулы народности. В действительности же они исходили из необходимости отмены крепостного права. Понятие народности славянофилы стремились освободить от искажений государственного абсолютизма. Власть государства для них выступала как зло. Согласно славянофилам русский народ хочет быть свободным от государственности. Можно только согласиться с Бердяевым, замечает М.А.Хевеши (2001), писавшим: "Славянофилы верили в народ, в народную правду и народ был для них, прежде всего, мужики, сохранившие православную веру и национальный уклад жизни... Они были решительными противниками римского права о собственности... Несмотря на консервативный элемент своего мировоззрения, они признавали принцип верховенства народа".

Славянофилы трактовали народ как покорный и приверженный к старинному укладу своей жизни. К.Аксаков считал, отношение между народом и государством в России основывалось на взаимном доверии, ибо народ не интересовала власть. Это его мнение поддерживал Данилевский. Славянофилы идеализировали народ с его патриархальной покорностью и религиозностью. Народ выступал в их трактовке как смиренная масса. Чаадаев (не относящийся к славянофилам) писал, что русский народ ничего великого в истории не сотворил. При этом революционно настроенные мыслители ставят вопрос об активности крестьянских масс, об их способности к самостоятельным действиям. На первый план выступает просветительство, которое было свойственно и славянофилам, и западникам. Западники понимали неразвитость народного сознания, глубоко сочувствовали народу, считали своей задачей просветить его. Белинский поначалу тоже связывал освобождение народа с его просвещением. Но затем, видя нарастающее возмущение крестьянства, он начинал понимать, что одним просветительством обойтись нельзя. Если крепостное право не будет отменено, то для дворянства могут возникнуть в сто раз больше неприятностей. Белинский сомневался, что новое переустройство общества может совершиться само собой, без насильственного переворота. Он четко осознавал, что нарастающее крестьянское движение принудит правительство отменить крепостное право.

Герцен считал, что народ нельзя назвать ни дурным, ни хорошим, что в народе всегда выражается истина. После отмены крепостного права Герцен стал рассматривать народ как силу, которая сама в состоянии добиться более справедливой жизни. Его теория "русского социализма" была связана с представлениями о сельской общине как основе коллективистской жизни народа. Герцен считал, что уравнительное разделение земли обеспечит равенство людей. Взгляды Герцена разделял Чернышевский, считавший что народ "невежествен, исполнен грубых предрассудков и слепой ненависти ко всем отказавшимся от его диких привычек... Он не пощадит ни нашей науки, ни нашей поэзии, ни наших искусств; он станет уничтожать всю нашу цивилизацию". Чернышевский употребляет слова "народ", "трудящиеся", "масса" -- как синонимы. Чаще всего он говорит о народе и массе.

Озабоченность судьбами народа просматривались в работах Добролюбова, полагавшего, что история общества есть история жизни народа и его борьбы за освобождение. Народ по Добролюбову всегда хорошо понимает свои интересы.

Наиболее ярко идея просвещения народа была представлена во взглядах Писарева, признававшего за народом большую роль в развитии общества, но только при условии его духовного развития. Писарев выдвигает дилемму: или самодеятельность народных масс, или преобразующая сила знаний.

Можно сказать, что и славянофилы и революционные демократы понимали отсталость и неразвитость народа. Поэтому свои надежды они связывали не только с революционным преобразованием общества, но и с развитием сознания народа.

Народничество предлагало свою программу защиты народных масс от капитализма. М.А.Бакунин полагал, что народ играет главную роль в освободительном движении, а интеллигенция должна принять очистительный подвиг сближения с народом, примирения с ним. "Вопрос о нашем сближении с народом, не для народа, а для нас, для всей нашей деятельности, есть вопрос жизни и смерти... Мы должны видеть в нем не средство, а цель", -- писал он[6]. Бакунин верил, что несмотря на грубость и безграмотность народа его нельзя считать неразвитым. Народ, по мнению Бакунина, всегда готов к революции. Кропоткин также подчеркивал роль народных масс в истории. Кропоткин определяет массу как толпу без имени. Все ценное в историческом прогрессе создано в гуще народной жизни, в том числе свобода, справедливость, счастье, а гражданские законы, суд присяжных могут только выразить то, что создано безымянным гением народной толпы.

Плеханов отмечал родство идей Ленина и Бакунина. Бердяев охарактеризует Бакунина как "фантастическое порождение русского барства -- это огромное дитя, всегда воспламененное самыми крайними и революционными идеями, русский фантазер, неспособный к методическому мышлению и дисциплине, что-то вроде Стеньки Разина русского барства...".

Л.Н.Толстой считал не нужным воспитывать народ. Достижения культуры и цивилизации, по мнению Толстого, чужды и непонятны народу. Выдвигая на первый план патриархальные отношения и земледельческий труд, Толстой представлял народ как носителя чистой веры и абсолютной нравственности. Основная идея Толстого -- порвать с цивилизованным обществом, проникнутым до основания ложью и лицемерием. Эта идея при всем его неприятии насилия, была по сути своей революционна, и на это совершенно верно указывал Бердяев. (М.А.Хевеши, 2001)

Активное изучение особенностей массового поведения началось во второй половине XIX века в странах Западной Европы. Сложились две научные школы: немецкая (М.Лацарус, Г.Штейнталь, В.Вундт) и франко-итальянская (Г.Лебон, Г.Тард, В. Парето, Ш.Сигеле). Во Франции в это время нарастало революционное движение. По выражению С. Московичи, "революции и контрреволюции следовали одна за другой, и террору и разрушениям, казалось, не будет конца". Поэтому интерес ученых концентрировался на свойствах толпы, механизмах коллективной агрессии и т. д. Задачи состояли в том, чтобы, во-первых, доказать антисоциальную, антигуманную и деструктивную сущность человеческой массы как таковой, а во-вторых, разработать модель массовых манипуляций. В России конца XIX -- начала XX веков исследования массового поведения проводили М.Г.Михайловский (субъективная социология), В.М.Бехтерев (коллективная рефлексология), А.Л.Чижевский (гелиопсихология). В 20-е годы были получены данные, касающиеся массового восприятия газетных сообщений (П.П.Блонский) и циркуляции слухов (Я.М.Шариф). В начале 30-х годов А.Р.Лурия выявил национально-культурные особенности восприятия и мышления. Как отмечает А.П.Назаретян, с конца 20-х по начало 70-х годов в СССР было опубликовано лишь несколько работ по массовой психологии, и в основном на грузинском языке (школа Д. Н. Узнадзе, который ввел понятие "установки"). Тогда как в Западной Европе и в США в это же время ученые активно работали над разрешением подобных вопросов. При этом в СССР на самом деле подобные работы продолжались, но были строго засекречены, и проводились в учреждениях КГБ, ГРУ, МВД, Министерства обороны, ЦК КПСС. Как замечает доктор философских наук А.П.Назаретян (1999), при Международном отделе ЦК КПСС существовал законспирированный Институт общественных наук для теоретической и практической подготовки зарубежных революционных кадров. В рамках этого института профессору Ю.А.Шерковину, психологу с большим стажем в области спецпропаганды, удалось организовать исследовательскую и преподавательскую группу, которая в 1971 году преобразовалась в первую на территории СССР кафедру общественной психологии (Г.П.Предвечный, Г.Я.Туровер, В.Л.Артемьев, В.Б.Ольшанский, В.И.Фирсов и другие). После этого в нашей стране стали активно открываться НИИ и кафедры соответствующего профиля.

Достаточно интересно использование термина массовое сознание, в характеристике поведения масс. Как отмечает доктор политологических наук Д.В.Ольшанский (2002), словосочетание "массовое сознание" стало встречаться в научной литературе начиная с середины XIX века. До этого преобладало понятие "психология масс" (труды Г.Тарда, Г.Лебона, Ш.Сигеле и В.МакДугала и др.). Начиная с 20-30-х гг. XX столетия в западной науке появилось как минимум пять различных интерпретаций понятия масс. В одних случаях под массой понималось "недифференцированное множество", типа совершенно гетерогенной аудитории средств массовой информации в противовес иным, более гомогенным сегментам общества (Г.Блумер). В других-случаях-- "суждение некомпетентных", низкое качество современной цивилизации, являющееся результатом ослабления руководящих позиций просвещенной элиты (Х.Ортега-и-Гасет). В третьих -- "механизированное общество", в котором человек является придатком машины, дегуманизированным элементом "суммы социальных технологий" (Ф.Г.Юнгер). В четвертых, "бюрократическое общество", отличающееся широко расчлененной организацией, в которой принятие решений допускается исключительно на высших этажах иерархии (Г.Зиммель, М.Вебер, К.Маннгейм). В пятых, -- "толпа", общество, характеризующееся отсутствием различий, однообразием, бесцельностью отчуждением, недостатком интеграции (Э.Ледерер, X.Арендт).

Рассматривая определения масс в советских источниках Д.В.Ольшанский (2002) приводил определения Я.Щепаньского, полагавшего что толпа представляет собой "временное скопление большого числа людей на территории, допускающей непосредственный контакт, спонтанно реагирующих на одни и те же стимулы сходным или идентичным образом" (Щепаньский, 1969), Ю.А.Шерковина, понимавшего что толпа -- это прежде всего "контактная внешне не организованная общность, отличающаяся высокой степенью конформизма составляющих ее индивидов, действующих крайне эмоционально и единодушно" ("Социальная психология", 1975), или высказывание Б.Ф.Поршнева: "Толпа -- это иногда совершенно случайное множество людей. Между ними может не быть никаких внутренних связей, и они становятся общностью лишь в той мере, в какой охвачены одинаковой негативной, разрушительной эмоцией по отношению к каким-либо лицам, установлениям, событиям. Словом, толпу подчас делает общностью только то, что она `против`, что она против `них`" (Поршнев, 1966). Сам же Д.В.Ольшанский (2002) давал такое определение: "массовое сознание -- это сознание определенного носителя ("массы"), возникающее вследствие отражения действующих в значительных масштабах и уравнивающих в чем-то людей обстоятельств", понимая, что обычно отмечается устойчивая и жесткая психологическая связь, объединяющая входящих в толпу людей.

"Образовавшаяся из сходных или идентичных эмоций и импульсов, -- писал Д.В.Ольшанский[7], -- вызванных одним и тем же стимулом, толпа не обладает установленными организационными нормами и каким-либо комплексом моральных норм. Влияние толпы на своих членов вытекает из природы возникшей между ними эмоционально-импульсивной связи. В толпе проявляется примитивные, но сильные импульсы и эмоции, не сдерживаемые никакими этическими или организационными нормами. ...Толпа создает... ощущение правильности предпринимаемых действий. Обусловленные эмоциями способы действия не оцениваются критически. Господствующая в толпе эмоциональная напряженность увеличивает ощущение собственной силы и уменьшает чувство ответственности за совершаемые поступки"[8]. При этом Д.В.Ольшанский обращал внимание, что массовое сознание является одним из видов общественного сознания, является особым видом общественного сознания, свойственным большим неструктурированным множествам людей ("массам"). "Массовое сознание определяется как совпадение (совмещение или пересечение) основных, наиболее значимых компонентов сознания большого числа "классических" групп (больших и малых), однако несводимый к ним, --отмечал Д.В.Ольшанский[9]. -- Это новое качество, возникающее из совпадения отдельных фрагментов психологии деструктурированных по каким-то причинам "классических" групп. В силу недостаточной специфичности источников своего появления и неопределенности самого своего носителя, массовое сознание в основном носит обыденный характер".

Говоря об управлении массами, мы должны обратить внимание на особенность, замеченную многими учеными, и более детально структурированную профессором А.П.Назаретяном (1999): после того как человек попал в толпу, он, как образно заметил в свое время проф. Г.Лебон, опускается вниз на несколько ступенек по лестнице цивилизации. А значит -- становится доступен и различным манипулятивным воздействиям. Поведение толпы кажутся процессом хаотичным только для тех, кто раньше имел дела только с организованными группами, где уместны рациональные доводы, согласование мнений или хотя бы формальный приказ. В стихийном массовом поведении реализуются более примитивные механизмы управления. События и цели таких групп часто несут в себе деструктивную основу. Но при этом знание таких механизмов оказывается необходимо в современной жизни. Чем лучше мы будем знать приемы манипулирования, тем труднее будет манипулировать нами.

Массы действительно иной раз оказываются весьма противоречивыми, и при этом мы должны говорить о существующих законах массообразования, помогающих нам понять механизмы поведения масс, или другими словами, механизмы массового поведения. В той или иной степени подобные законы базируются на знании психики, ее законах функционирования. В той или иной мере психофизиологию и подобные законы мы рассматриваем в соответствующих главах нашего исследования, поэтому в этой главе лишь схематично обозначим роль и место подсознания в психике.

Как известно, ведущая роль в отображении контактов человека с реальностью, в восприятии этой реальности, играет сознание. Однако помимо сознания существует также и подсознание. То есть мы должны говорить о том, что психика индивида состоит из двух слоев -- сознания и бессознательного. При этом именно от подсознания зависит выполнения индивидом скрытых, сублиминальных воздействий. Воздействием со стороны манипуляторов посредством введения соответствующих установок в подсознание, бессознательное. Бессознательное, в свою очередь, тоже представлено двумя слоями. Это личное бессознательное, и коллективное бессознательное (или т.н. филогенетическая память). Своим поведением представители массы (бессознательно подчиняющиеся законам массового поведения) обязаны архетипическим составляющим психики, которые частично были сформированы еще до его рождения, и представлены т.н. опытом предков, а частично формировались уже в результате личного опыта каждого индивида, и поэтому в большинстве случаев исключительно индивидуальны для каждого конкретного индивида (поэтому люди друг от друга о отличаются в деталях восприятия окружающего мира, соединяясь в общем взгляде на мир, потому что общее как минимум едино в восприятии одной расы, одного народа). Т.е. личное бессознательное формируется при жизни индивида посредством активации его репрезентативных систем (аудиальной, визуальной и кинестической), а также сигнальных систем организма (чувство, запахи, и т.п.), а формирование коллективного бессознательного напрямую зависит от опыта человечества, опыта предшествующих поколений.

На информацию, поступающую при жизни, частично оказывает влияние не только сам индивид, но и среда обитания, которая формирует направленность мыслей в спектре знаний индивида. При этом, если индивид обладает соответствующей волей и характером помноженным на некую генетическую предопределенность, то можно допустить, что он в какой-то мере сам способен участвовать в формировании бессознательного собственной психики, а также в какой-то мере и предопределять судьбу (в условных пределах, разумеется).

Бессознательное это багаж знаний, накопленный в процессе жизни человека. Причем следует обратить внимание на необходимость постоянной "пополняемости материала", постоянно забрасывая все новые и новые порции информации в топку (мозг). Информация таким образом будет переработана, и явится следствием возникновения у индивида определенных мыслей и соответствующих поступков. И первое и второе -- в русле новой информации, поступившей в подсознание, и вступившей во взаимодействие с уже имеющейся там информацией раннее; информацией, отложенной, закрепленной, в психики в виде архетипов, т.е. устойчивых механизмов. Как замечает К.Г.Юнг, архетипами являются также паттерны поведения, исходящие из коллективного бессознательного и являющиеся основным содержанием сказок, мифологий, легенд, и проч.

Приводя пример действия бессознательного, Юнг пишет: "Возьмем... случай, когда мы теряем мысль, забываем, что хотели сказать, хотя секунду назад слово "вертелось" на языке. ...Вы говорите: "забыл"; на самом же деле мысль стала подсознательной или, по меньшей мере, моментально отделившейся от сознания. ... Когда идея выскальзывает из нашего сознания, она не перестает существовать -- так же, как машина, скрывшаяся за углом, вовсе не растворяется в воздухе. Просто она оказалась вне поля зрения. Позже мы опять можем встретить эту машину, как можем и натолкнуться на ранее утерянные мысли. ...Забытые идеи... не прекращают своего существования. Хотя их нельзя воспроизвести по собственному желанию, они пребывают под порогом сознания, как раз ниже порога памяти, -- откуда могут всплыть в любой момент, иногда после многих лет, казалось бы, полного забвения. В данном случае я говорю о ситуации, -- уточняет Юнг, -- когда мы видим и слышим что-то вполне осознанно, а впоследствии забываем. Наряду с этим мы видим, слышим, чувствуем запах и вкус множества вещей, не замечая этого либо потому, что наше внимание отвлечено, либо потому, что раздражитель, воздействующий на наши органы чувств, слишком слаб для осознанного восприятия. Тем не менее, эту информацию впитывает подсознание, и подобное подпороговое восприятие играет значительную роль в нашей повседневной жизни. Хотя мы не осознаем этого, оно влияет на наше восприятие событий и людей"[10].

Таким образом, если говорить об архетипах бессознательного в факторе влияние на подсознание с использованием манипулятивных методик, мы должны говорить о том, что это становится не только возможным, но и оказывается результативным посредством определенной провокации архетипических составляющих психики. Манипулятор в этом случае наполняет таким смысловым значением информацию, передаваемую на психику индивида или массы, чтобы путем задействования того или иного архетипа -- вызвать в психике индивида соответствующие реакции, а значит и сподвигнуть последнего к выполнению установок, заложенных и закладываемых в его подсознание, а значит и выполнить подобным запрограммированным индивидов тайных требований манипулятора.

Другими словами, все в нашей психике представлено бессознательным. Бессознательным, составляющим один из важнейших пластов психики. Ведь именно в бессознательном психики сосредоточены желания, инициативная составляющая поступков, да и вообще все, что позже переходит в сознание и становится заметным большинству. И уже одним из пластов бессознательного составляет так называемое коллективное бессознательное, или те филогенетические схемы, которые практически в незыблемом виде дошли до нас из архаичных времен. И уже они, так или иначе, оказывают свое управляющее влияние на психику индивида. Причем эффект наличия в бессознательном психики различных архетипов столь силен, что независимо от воли своего сознания тот или иной индивид бессознательно подчиняется некой бессознательной воле предков, практически бесповоротно готовясь выполнить любую волю вождя.

Рассматривая вопрос массового поведения, остановимся на законах массообразования. И прежде всего попытаемся определить что такое масса?

Доктор философских наук А.А.Зиновьев давал такое определение массы: "Массу образует скопление людей в определенное время и в определенном пространстве вне их постоянной деятельности, причем -- в тот период, когда они в какой-то мере предоставлены самим себе. Масса в этом смысле образуется из обычных граждан общества как просто свободных в данное время людей, способных проводить это время по своему усмотрению, имеющих возможность думать о своем положении, способных совершать какие-то поступки без принуждения извне, свободно. Они способны на это главным образом во внерабочее время, когда вообще теряют работу или по каким-то причинам вырываются из привычного образа жизни..."[11].

Другими словами, массу определяет собрание индивидов в одном месте. Люди могут собраться в массу стихийно, без посторонних вмешательств. Но практика последних десятилетий показывает, что такие скопления людей могут создаваться искусственно из разрозненных людей, пригодных для этого, и поддерживаться какое-то время посторонними силами в интересах этих сил. При этом, для того чтобы манипулировать массой, желательно любую массу предварительно превратить в толпу. В этом случае воздействие на массы может оказаться еще более результативным, если общаться с такой массой (толпой) в вертикальной иерархии, т.е. строго и в приказном порядке. Также рекомендуется действовать методом "кнута и пряника", сначала инсценируя в массе страхи, а после, поощряя отдельных ее представителей, которые обычно после этого становятся активными сторонниками и популяризаторами идей руководителя. Кроме того, для более результативного управления массой рекомендуется добиться слепого подчинения (искренней, фанатичной веры) вождю -- руководителю массы. Такого вождя масса может выбрать самостоятельно, или он может сам, посредством определенных манипуляций сознанием масс, добиться подобного рода "выборной должности" (проведя предварительную подготовку обработкой сознания масс, и постоянно подкрепляя власть собственными действиями). При этом использует бессознательное желание самих индивидов объединяться в массу (в массе исчезают страхи, тревоги, сомнения, беспокойства).

В массе образовывается безличностный род коллективной души, и подобную особенность массообразования необходимо активно и правильно использовать. Каждый индивид сам по себе может быть личностью, но, оказываясь в массе, у таких индивидов обычно исчезают признаки, свойственные, как считал Фрейд (2003), признаками цивилизованного, культурного, индивида. В толпе вверх берет бессознательное психики индивида, то есть исчезает т.н. наносной пласт цивилизации, предоставляя главенство психики архаичного, первобытного человека, или варвара. Причем трудно не заметить тех психологических метаморфоз, которые происходят с индивидом при попадании в массу. И при этом мы даже можем сейчас не рассматривать конкретно какое-либо собрание (пусть и хаотичное) индивидов, или например толпу. Нет. Возьмите просто факт самого попадания какого-либо индивида в массу. И в нем тотчас начнут проявляться ранее ему не свойственные черты. При этом, если масса окажется подчинена общей идее под руководством фанатика (вспомним Лебона -- массой лучше всего может управлять фанатик), то отдельному индивиду уже ничего не остается, как выполнять вместе со всеми установки, проецируемые на толпу таким вождем-фанатиком. Установки, проецируемые от лидера на любого члена толпы, и от последнего уже (путем индицирования или заражения) подхваченные остальными индивидами, составляющими толпу.

Впрочем, говоря об изменении сознания отдельного индивида при нахождении его в толпе, фактор оказываемого на него влияния можно как бы разделить на два участка. В первом, мы будем наблюдать выполнение всех тех законов массовой психологии, которые в свое время были описаны Г.Лебоном, З.Фрейдом, Московичи, Канетти, А.А.Зиновьевым, С.Г.Кара-Мурзой, В.А.Медведевым, Д.В.Ольшанским, А.П.Назаретяном, и другими классиками работ по психологии масс, включая ученых советского времени (Г.М. Андреева (1980), А.И. Горячева и М.Г.Макаров (1979), Г. Г. Дилигенский (1971, 1975, 1994); О.И.Зотова, В.В.Новиков и Е.В.Шорохова (1983); Е.С.Кузьмин (1967); И.Т.Лсвыкин (1974); А.Р.Лурия (1974); Б.Д.Парыгин (1966, 1967, 1971); Б Ф. Поршнев (1974, 1979); В В.Шаронов (1975) и др.). По второму же участку мы должны отметить, что уже так выходит, что масса (масса -- как сосредоточение индивидов в одном месте), современная масса, масса любого мегаполиса -- необычайно глупа в своей основной массе представленных индивидов. Причем уже становится понятно, что для того, чтобы так произошло, сыграл целый ряд факторов. И помимо общего негативного аспекта сосредоточения индивидов в массы (в таких массах, как известно, проявляется вся тупость и невежество одних -- помноженное на общее количество других), важное значение занимает тот факт, что власть заинтересована общим оглуплением масс (или оглуплением отдельных индивидов, объединенных в массы), потому так известно, что наиболее подверженную манипуляциям массу создает объединение малограмотных людей. Масса, состоящая из интеллектуалов, по всей видимости, не будет иметь той степени управления, в сравнении с массой необразованных индивидов (вспомним как пример, октябрьский переворот 1917 года. Деятели революции, как известно, опирались в первую очередь на малограмотных рабочих-разнорабочих и безграмотное крестьянство). Доктор философских наук А.А.Зиновьев отмечал, что "массы образуются в основном из представителей низших и части средних слоев населения, близких к низшим. Представители высших и близких к ним средних слоев предпочитают быть вне масс".

И при этом нам хотелось бы еще раз отметить характер современной толпы, того общества, свидетелями которого мы являемся, как крайне негативный, с исключительно ограниченным кругозором представленных индивидов (в своей основной массе). Особенно подобное следует говорить о молодежи и подрастающем поколении. Так сложилась, что существовавшая при СССР система ценностей оказалась разрушена в результате Перестроечных и постперестроечных режимов. Те, кто успел сформироваться (хотя бы относительно) в советские времена, оказались менее подвержены тому исключительно капиталистическому влиянию, которое стало выступать в качестве новой пропаганды нашей страны. И тогда уже весь удар пришелся на неокрепшие головы молодежи, родившейся или вступавших в период более-менее осознанного восприятия действительности в период после года распада былой державы. И тем более через десятилетия позже, когда империалистическая идеология западных "учителей" России стала одно время основной в нашей стране. После 1999 года, впрочем, ситуация несколько изменилась.

Рассматривая вопрос масс, почти наверняка мы должны обратить внимание на необходимость оглупления масс в целях дальнейшего управления ими. Потому как собранием высокоинтеллектуальных индивидов значительно труднее управлять, нежели чем сборищем людей, в сознании которых значительно превалируют установки психики, прежде всего, первобытного человека, варвара. Причем тут как будто и нет чего-то странного да загадочного. Как известно, психика индивида состоит из двух основных слоев -- сознания и бессознательного. При этом обратим внимание, что значительно более важную роль (в т.ч. и по объему) в противовес сознанию занимает бессознательное, или подсознание. В подсознании берут начало (сформировываются) все мысли, желания, и последующие поступки индивида. Бессознательное тоже представлено двумя слоями. Это личное бессознательное, и коллективное бессознательное, или т.н. генетическая память. Причем наполняемость как раз коллективного бессознательного в своей основе представляет собой весь тот опыт, который прошло человечество. Ну и конечно же, важное значение (помимо генетической предрасположенности индивидов к интеллектуальному совершенствованию) имеет фактор того сознательного оглупления масс, который использует любая власть для еще большего подчинения масс, а следовательно -- и лучшему управлению такими массами. Схема здесь довольно простая и строится она на методиках управления массами, основанными на массовой психологии, соответствующих законах управления массами (полученными в т.ч. и эмпирическим путем, например в процессе существования нацистских режимов в Германии, после прихода к власти в 1933 году Гитлера, или, например, в результате прихода к власти в России в 1917 году большевиков). Если в двух словах -- то управлять значительно легче малообразованными индивидами, объединенными в массу, в толпу. Нацисты, выстраивая свое схемы управления массами, сначала превращали отдельных представителей единого собрания в обезличенную толпу. А позже уже управляли данной массой с помощью механизмов и принципов, известных в психоанализе Фрейда (не ссылаясь на самого Фрейда, который к тому времени бежал от нацистского режима на Запад). То есть нацисты в лице лидера партии Адольфа Гитлера и прочих крупных деятелей нацистского режима -- общались с толпой как властный мужчина с женщиной. Причем следует также отметить фанатизм выступления лидера нацисткой партии, который всегда заводил (подчинял) массу, заставляя ее не только выполнять любые приказа вождя, но слепо любить его.

Рассматривая вопрос массы, мы должны говорить о том, что поведение индивида в массе подчинено ряду особенностей, которые практически в незыблемом виде представлены в характере поведения, отмечаемого в практически любой толпе (массе). Рассмотрим характерные признаки, свойственные массовому поведению.

Что это за признаки? Во-первых, это эффект подчинения своего "Я" -- "Я" коллективному. Вот как писал об этом Лебон: "...индивид испытывает чувство непреодолимой мощи, позволяющее ему предаться первичным позывам, которые он, будучи один, вынужден был бы обуздывать"[12]. Другими словами, когда человек находится в толпе, в массе, он может быть "самим собой". Он может дать волю своим древним природным инстинктам. Тем инстинктам, которые вынужден скрывать живя в современном обществе. В культурном обществе. Потому как культура накладывает незримый отпечаток на поведение индивида. Если в душе определенная часть индивидов желала бы руководствоваться принципами жизни древнего человека (с его архаическими инстинктами), то с развитием цивилизации подобные желания приходится усмирять. В итоге, как заметил Фрейд (2003), наблюдается развитие различной симптоматики заболеваний психики.

Вторым принципом массообразования, является так называемый эффект заразительности. Лебон (1996) отмечал, что заразительность следует причислить к феномену гипнотического рода. В толпе заразительно каждое действие, каждое чувство. И в такой сильной степени, что индивид легко жертвует личным интересом в пользу интересов общего.

Понимание данного факта также упирается в культуру. В развитие и существование цивилизации. Ведь с развитием цивилизации общества, культура накладывает на каждого индивида отпечаток в виде существования определенных норм и запретов. Общество вырабатывает свои законы (законы существования индивида в цивилизованном мире), и выйти за рамки этих законов -- значит подвергнуться определенному наказанию. А в толпе каждый индивид обезличен, и может совершать различные противоправные действия, не думая о наказании. Думать -- это уже прерогатива сознания. В толпе же вверх берут бессознательные инстинкты. Кроме того, находясь в толпе, любой индивид должен подчиняться внутренним законам толпы, т.е. делать то, что делают другие представители массы, толпы. В итоге масса подчиняет индивида, блокируя его волю и сознание. Или, если рассматривать с позиции психофизиологии, толпа актуализирует инстинкты правого полушария мозга (правое полушарие -- мыслит образами, чувствами, а не разумом, в отличие от логики левого полушария мозга). Поэтому сознание индивида блокируется. Такой человек на какое-то время перестает мыслить логически и отдавать отчет в совершении собственных действий. И вверх берут бессознательные, низменные инстинкты, и человек начинает выполнять команды правого полушария мозга. Цензура психики, с ее критическим анализом к любой поступающей из внешнего мира информации, находится в левом полушарии. А левое полушарие частично заблокирована в результате чрезмерной активации правого полушария.

А.П. Назаретян (2003) под заразительностью предлагал понимать циркулярную реакцию и приводил простой пример для демонстрации подобной реакции, когда кто-то входит в помещение, где все смеются, такой индивид бессознательно поддается общему веселью. "...циркулярная реакция, -- писал А. П. Назаретян[13], -- это взаимное заражение, т. е. передача эмоционального состояния на психофизиологическом уровне контакта между организмами". Таким образом, мы должны говорить, что циркулярная реакция стирает различия между индивидами в личном опыте и ролевой идентификации, уничтожает здравый смысл. А значит, в толпе зачастую актуализируются низшие, исторически примитивные пласты психики.

"Исчезновение сознательной личности и ориентирование чувств и мыслей в известном направлении -- главные черты, характеризующие толпу, -- писал проф. Г. Лебон[14]. --...Стоит какой-нибудь случайности свести этих индивидов вместе, чтобы все их действия и поступки немедленно приобрели характер действий и поступков толпы. ....каковы бы ни были индивиды, составляющие ее, каков бы ни был их образ жизни, занятия, их характер или ум, одного их превращения в толпу достаточно для того, чтобы у них образовался род коллективной души, заставляющей их чувствовать, думать и действовать совершенно иначе, чем думал бы, действовал и чувствовал каждый из них в отдельности".

При этом, заметим, практически любую толпу со временем охватывает коллективное возбуждение, в результате которого участники толпы становятся менее устойчивы к каким-либо воздействиям. И как следствие -- рост безответственности, а значит и бессознательное желанию при совершении каких-либо поступков больше руководствоваться эмоциями и сиюминутными желаниями, нежели чем принципами здравого тестирования реальности. Кроме того, повышенное эмоциональное возбуждение отдельных индивидов по цепочке захватывает толпу в целом, неким чудодейственным образом вторгаясь в ее энергетику. В результате чего и нарастает общее коллективное возбуждение в массах. А у отдельных индивидов такое коллективное возбуждение подавляет индивидуальные поведенческие механизмы и служит образованию новых, быть может, и не свойственных им раннее форм поведения, и уже как следствие -- изменение привычек и требований, выдвигаемых к себе как к личности; что может свидетельствовать об общем снижении порога цензуры собственной психики, а также устранении критичности в отношении информации принимаемой извне, и в целом значительно повышает подверженность данного индивида (и массы в целом) к суггестивным воздействиям (к внушению).

Другими словами, нам следует говорить о том, что у каждого индивида в толпе фактически формируется эмоциональное возбуждение, вызывающее чувство безнаказанности, продиктованное в свою очередь принадлежностью к какой-либо общей идее. В результате, человек в толпе, словно загипнотизированный одинаковыми поступками других членов толпы, автоматически (бессознательно) совершает те же самые действия. Иной раз совершают их с маниакальным наслаждением и свойственной в таких случаях жестокостью, совершают так, потому нахождение в толпе позволяет раскрепостить сознание и сделать раннее запрещенное законом, который фактически и является единственным сдерживающим фактором на пути приоритета низменных желаний. Не сознательность сдерживает большинство людей от претворения в жизнь низменных желаний (убить, насиловать, мучить, пытать, и проч.), а страх перед последующим наказанием. Закон, большинство сдерживает только закон. И чем он будет строже, чем больше начнут за совершения убийства тоже убивать, а за совершение перед личностью отрубать соответствующие части тела, тем больше будут бояться преступники подобного рода наказания. Если бы легально продавали наркотики в нашей стране, многие не удержались бы чтобы их хоть раз попробовать, а убедившись, что ряд т.н. наркотиков на самом деле не приводят к сильной зависимости, продолжили бы их употребление. Но наркотики официально запрещены, поэтому и наркоманов меньше. Также, если бы разрешили насиловать и убивать кого хочешь, тот час бы начались массовые убийства и изнасилования. В толпе всегда значительно легче устраивать безобразия. Легче устраивать погромы, беспорядки, поджоги, массовые убийства. За это никто не осудит. Ведь виновника в данном случае как бы и нет. Виновны все. А значит и никто. И зачастую, то, что возможно совершить толпой -- невозможно в одиночку. Причем каждый индивид чувствует за собой мощь толпы. И это только многократно увеличивает его силы и возможности.

"Владычество толпы всегда указывает на фазу варварства, -- отмечал Г.Лебон[15]. --Цивилизация предполагает существование определенных правил, дисциплину, переход от инстинктивного к рациональному, предвидений будущего, более высокую степень культуры, а это все условия, которых толпа, предоставленная сама себе, никогда не могла осуществить. Благодаря своей исключительно разрушающей силе, толпа действует, как микробы, ускоряющие разложение ослабленного организма ... Если здание какой-нибудь цивилизации подточено, то всегда толпа вызывает его падение".

А вот как описывает заразительность, распространяемую в толпе, З.Фрейд. "Масса производит на отдельного человека впечатление неограниченной мощи и непреодолимой опасности, -- пишет З.Фрейд[16]. -- На мгновение она заменяет все человеческое общество, являющееся носителем авторитета, наказаний которого страшились и во имя которого себя столь ограничивали. Совершенно очевидна опасность массе противоречить, и можно себя обезопасить, следуя окружающему тебя примеру, то есть, иной раз даже "по-волчьи воя". Слушаясь нового авторитета индивид может выключить свою прежнюю совесть, предавшись при этом соблазну услады, безусловно испытываемой при отбрасывании торможения. Поэтому не столь уж удивительно, если мы наблюдаем человека, в массе совершающего ... действия, от которых он в своих привычных условиях отвернулся бы. Мы вправе надеяться, что благодаря этим наблюдениям рассеем тьму, обычно окутывающую загадочное слово "внушение"... Мы исходили из основного факта, что в отдельном индивиде, находящемся в массе, под ее влиянием часто происходят глубокие изменения его душевной деятельности. Его аффективность чрезвычайно повышается, а его интеллектуальные достижения заметно понижаются, и оба процесса происходят... в направлении уравнения себя с другими массовыми индивидами. Этот результат может быть достигнут лишь в том случае, если индивид перестанет тормозить свойственные ему первичные позывы и откажется от удовлетворения своих склонностей привычным для него образом".

"Нет сомнения, -- продолжал З.Фрейд[17], -- что у нас имеется тенденция впасть в тот аффект, признаки которого мы замечаем в другом человеке... Так почему же мы ... поддаемся этому заражению в массе? Приходится ... сказать, что это внушающее влияние массы; оно принуждает нас повиноваться тенденции подражания, оно индуцирует в нас аффект".

В итоге следует заметить, что отдельные индивиды могут вести какую-то свою, отличную от других индивидов жизнь, могут различаться в принадлежности к социальному классу, находиться на совсем различных ступеньках иерархической лестницы как в условиях жизни, так и в рамках какой-либо даже одной структуры, предприятия. Да и вообще, отдельные индивиды могут значительно отличаться друг от друга. Но все это не будет играть никакой роли, если такие индивиды окажутся объединены в массу. В этом случае каждый из них уже не принадлежит себе. А перед нами в итоге предстанет некая обезличенная масса. Которая искренне готова будет выполнять любое желание и волю своего вождя. Того, кто возглавит эту массу. Массу, слившуюся в своем архетипическом единстве со своими предками из первобытного строя, когда все было намного проще, и в споре побеждал исключительно тот, кто сильнее. Лебон (1996) замечал, что тысячи индивидов, отделенных друг от друга, могут одновременно подпадать под влияние сильных эмоций и приобретать черты толпы. Стоит какой-либо случайности свести этих индивидов вместе, чтобы все их поступки немедленно приобрели характер поступков толпы.

Мы также должны выделить третье качество, -- внушаемость. "Самые тщательные наблюдения показали, -- отмечал Г.Лебон[18], -- что индивид, находящийся в продолжение некоторого времени в лоне активной массы, впадает вскоре вследствие излучений, исходившей от нее... в особое состояние, весьма близкое к "зачарованности", овладевающей загипнотизированным под влиянием гипнотизера...".

"...В понятии внушения, -- писал В. М. Бехтерев[19], -- прежде всего содержится элемент непосредственности воздействия. Будет ли внушение производиться посторонним лицом при посредстве слова или воздействия, или оно будет производиться при посредстве какого-либо впечатления или действия, то есть имеем ли мы словесное или конкретное внушение, везде оно влияет не путем логического убеждения, а непосредственно воздействует на психическую сферу помимо личной ее сферы или по крайней мере без соответствующей ее переработки, благодаря чему происходит настоящее прививание идеи, чувства, эмоции или того или иного психофизического состояния".

Бехтерев (1994) отмечал, что внушение проходит сквозь сознание, и воздействует сразу на чувства. Внушение возбуждает у отдельных членов толпы одни и те же чувства, поддерживает одно и то же настроение, укрепляет объединяющую их мысль и поднимает активность отдельных членов до необычайной степени. Благодаря этому взаимовнушению те чувства, которые испытывают отдельные лица, нарастают до необычайной степени напряжения, делая толпу могучим существом. Сила внушения берет перевес над убеждением и волей и приводит к событиям, свершить которые воля и сознание долга были бы не в состоянии. Внушение это слепая сила, лишенная тех нравственных начал, которыми руководят воля и сознание долга.

Рассматривая вопрос проявлений агрессивности в толпе, Д.В.Ольшанский (2002) выделяет такие варианты агрессивного поведения толпы, как экспрессивная, импульсивная, аффективная, враждебная и инструментальная агрессия.

Экспрессивная агрессия -- это "устрашающе-агрессивное поведение, главной целью которого является выразить и обозначить свои потенциально агрессивные намерения, запугать оппонентов". Примеры подобных действий -- ритуальные танцы, военные парады, или факельные шествия (вспомним фашистскую Германию).

Импульсивная агрессия -- агрессивное поведение, спровоцированное каким-либо фактором, "мгновенно возникающее и достаточно быстро проходящее агрессивное поведение. Такая агрессия может носить прерывистый ("импульсный") характер, возникая как бы "волнами", в виде своеобразных "приливов" и "отливов" агрессивного поведения".

Аффективная агрессия -- агрессия толпы в данном случае носит временный характер. Это особое состояние, требующее немедленных, любой ценой, жертв и разрушений. Как правило, жертвы в таких случаях превосходят достигаемые результаты.

Враждебная агрессия -- характеризуется целенаправленно-осознанным намерением нанесения вреда другому.

Инструментальная агрессия -- одна из форм организованной агрессии, "где цель действия субъекта нейтральна, а агрессия используется как одно из средств ее достижения".

Говоря о преобразованиях, которые психика индивида приобретает в толпе, Д.В.Ольшанский (2002) выделяет такие характеристики:

1) повышение эмоциональности восприятия всего, что он видит и слышит;

2) снижение способности рациональной переработки воспринимаемой информации;

3) усиление внушаемости и уменьшение критичности по отношению к себе;

4) подавление массой чувства ответственности за поведение индивида;

5) появление чувства своей силы;

6) возникновение ощущения анонимности и безнаказанности своих действий.

Рассматривая вопросы объединения отдельных индивидов в массу, следует обратить внимание на такую особенность поведения в массах, как бессознательную подчиненность общим идеям, и, что самое главное, желание претворять в жизнь такие идеи, если они помимо прочего исходят от лидера, вождя. При этом следует говорить также о стремлении массы добиться расположения вождя, руководителя массы, его благодарности и одобрения поступкам. Даже можно сказать, что какие-либо поступки массы как раз совершаются и ради такого одобрения, и, в первую очередь, в результате соответствующего приказа вождя. Кстати, называя руководителя массы вождем, мы считаем, что это слово наиболее подходит тем взаимоотношениям между собранием индивидов (массой) и их лидером. В таких отношениях действительно в большей мере превалирует именно слепое подчинение, и огромнейшее желание исполнить волю вождя. При этом массовый героизм в этом случае помимо других факторов основывается еще и на том свойстве человеческой психики, что при объединении в массу у разрозненных прежде индивидов исчезает страх. В том числе и страх перед какими-либо последствиями. Кроме того сила каждого индивида значительно увеличивается. И бессознательно появляется ощущение, что не только все -- как один, но и один -- как все. Каждый индивид, находясь в подобной толпе (массе), ощущает в себе силу других. В том и сила массы, что любой индивид не воспринимает себя разрозненно, а исключительно в единении с остальными. А вместе, как говорится, ничего не страшно.

Д.В.Ольшанский (2002), основываясь на учении Лебона о массах, приводит четыре характеристики вождей массы, описанных Лебоном:

"Апостол". Первый тип -- это убежденные проповедники, "мессии" и апостолы неких верований (независимо, религиозных, социальных или сугубо политических...). Это харизматические лидеры, обладающие именно теми качествами, которые востребованы массой. Такие лидеры -- как бы "прообраз толпы", они "несут в себе все ее основные свойства". Они готовы на все жертвы для распространения толпы и кончают даже тем, что целью своей жизни ставят воцарение этой веры. Эти люди находятся как в полубреду, изучение их требует патологического исследования их умственного состояния, но, несмотря на это, они всегда играли в истории громадную роль. Такой "апостол всегда представляет собой религиозно настроенный ум, одержимый желанием распространить свое верование; но вместе с тем и прежде всего это ум простой, совершенно не поддающийся влиянию доводов разума. Его логика -- элементарна. Законы и всякие разъяснения совершенно недоступны его пониманию". Его психика -- это персонифицированная психология всей массы. Г.Лебон особо подчеркивал внешнюю "простодушную наивность" этих людей. Ничто их не затрудняет. Для них ничего нет легче, например, чем перестроить все общество. В структуре поведения такого лидера особенно выделяется жажда разрушения.

"Случайный фанатик". Второй тип лидеров массы -- это фанатики одной идеи. У них существует своя "идея-фикс", но она проявляется не постоянно. Г.Лебон описывал их так: "Повседневно встречаются очень умные люди, даже выдающиеся, теряющие способность рассуждать, когда дело касается некоторых вопросов. Увлеченные тогда своей политическою или религиозною страстью, они обнаруживают изумительное непонимание и нетерпимость. Это случайные фанатики, фанатизм которых становится опасным лишь тогда, когда его раздражают". То есть в обычное время, в обычных условиях это могут быть вполне нормальные с виду люди. Однако при возникновении... экстремальных обстоятельств (возникновение массы, появление "апостола" и т. п.) в них просыпается дремлющая фанатичная сущность. И тогда они -- самые верные и надежные "помощники апостолов"...

"Дегенерат-аутсайдер". Третий тип лидеров массы, согласно Г. Лебону, "принадлежит к обширной семье дегенератов. Занимая благодаря своим наследственным порокам, физическим или умственным, низкие положения, из которых нет выхода, они становятся естественными врагами общества, к которому они не могут приспособиться вследствие своей неизлечимой неспособности и наследственной болезненности. Они -- естественные защитники доктрин, которые обещают им и лучшую будущность, и как бы возрождение". У данного типа мало фанатизма, нет увлечения одной идеей и даже особой стойкости веры. Тут все решает чувство обиды на жизнь и личная заинтересованность в ее изменении. По своей психологической сути это лица с сильным комплексом неполноценности, движимые стремлением к его гиперкомпенсации, полные обычно безотчетного желания преодолеть свои внутренние комплексы с помощью той самой толпы, которую хотят возглавить...

"Диктатор". Четвертый тип лидеров массы, обычно приходящий на смену предыдущим "вожакам" и овладевающий массой после того, как фанатики ее сформировали и основательно "разогрели", обычный тиран или диктатор. Это лидер, усмиряющий и организующий массу, подбирающий власть и пользующийся плодами того, что уже сделала для него возглавлявшаяся другими толпа. Основное его качество заключается в том, что он умеет заставить массу полюбить себя.

Говоря о вождях массы, нам также следует обратить внимание на точку зрения Г.Тарда, считавшего, что масса сама находит себе лидеров, выталкивая их из своей среды. Фрейд (2003), рассматривая психологию масс, отмечает, что, несмотря на то, что масса идет вождю навстречу, вождь должен соответствовать этой потребности своими личными качествами. Он должен быть сам захвачен глубокой верой (в идею), чтобы пробудить эту веру в массе; он должен обладать сильной волей, которую переймет от него безвольная масса.

Рассматривая роль вождей массы вслед за проф. Г.Лебоном, заметим, что таким вождем редко становится мыслитель, потому как мысли рождают сомнения, а сомневаться перед толпой -- для подчинения толпы -- нельзя. Толпа понимает только силу и власть. Силу разума и убеждения. "Авторитетность и нетерпимость представляют собой такие определенные чувства, которые легко понимаются и усваиваются толпой и так же легко применяются ею на практике, как только они будут ей навязаны, -- писал Лебон[20]. -- массы уважают только силу, и доброта их мало трогает, так как они смотрят на нее как на одну из форм слабости. Симпатии толпы всегда были на стороне тиранов, подчиняющих ее себе...Толпе знакомы только простые и крайние чувства; всякое мнение, идею или верование, внушенные ей, толпа принимает или отвергает целиком и относится к ним или как к абсолютным истинам, или же как к столь же абсолютным заблуждениям".

Желательно также вождям дистанцироваться от массы, не показывать не только свои слабости, но и все то, что может быть расценено как слабости. При этом необходимо возвести вокруг себя некий ореол. Вещи, которые одевает вождь, или средства передвижения его должны быть иными, чем у большинства представителей толпы, массы, потому как масса должна чувствовать, что вождь отличается от нее. И отличается не только своим разумом (толпа инстинктивно, т.е. бессознательно, наделяет вождей порой сверхъестественным разумом), но и что немаловажно -- внешним видом. И даже если вождь ездит на том же транспорте, как и некоторые из массы, она, масса, не должна видеть что этот так. При этом можно обратить внимание, что в иных случаях вождь может представлять собой некую невротическую фигуру (А.Гитлер, Б.Муссолини), или наоборот -- спокойного и расчетливого в своих действиях вождя (И.Сталин, В.Путин). Но и в том и в другом случае вождь должен быть исключительно уверен в своих действиях. И проявлять заботу, прежде всего, о людях. А в случае, если произойдут какие-то сбои -- тут же найти виновных, и наказать тех; лучше всего прилюдно.

Кроме того, вожди должны, по мнению Лебона (1996), создать в массах любую веру, все какую: религиозную, политическую, социальную, или веру в какое-нибудь дело, человека или идею. Управление массами строится вождями различными способами. Например, когда это необходимо -- внушением и повторением простых истин. Оратор, желающий увлечь толпу, замечает Лебон (1996), должен злоупотреблять сильными выражениями. Преувеличивать, утверждать, повторять и никогда не пробовать доказывать что-нибудь рассуждениями. Толпа желает видеть в своих героях преувеличение чувств; их кажущиеся качества и добродетели всегда должны быть увеличены в размерах.

Одним из форм внушения Лебон называет и личный пример: "...когда бывает нужно на мгновение увлечь толпу, заставить ее совершить какой-нибудь акт, например, ограбить дворец, погибнуть, защищая укрепление или баррикаду, надо действовать посредством быстрых внушений, и самым лучшим внушением является... личный пример". Когда же есть время, вожди действуют осторожнее, методично и уверено вдалбливая в сознание масс какие-либо установки посредством утверждения и повторения. Простое утверждение, не подкрепляемое никакими рассуждениями и никакими доказательствами, служит одним из самых верных средств для того, чтобы заставить какую-нибудь идею проникнуть в душу толпы, отмечает Лебон (1996). Чем более кратко утверждение, чем более оно лишено какой бы то ни было доказательности, тем более оно оказывает влияние на толпу.

Кроме того следует обратить внимание на такую эффективную категорию подчинения масс, как заразительность в толпе, или подражание. Человек склонен к подражанию; оно составляет для него потребность. Именно эта потребность и обусловливает могущественное влияние т.н. моды. Управляют толпой не при помощи аргументов, а при помощи образцов. Во всякую эпоху существует небольшое число индивидов, внушающих толпе свои действия, и бессознательная масса подражает им. (Г.Лебон, 1996).

Кроме того, следует на наш взгляд обратить внимание, что масса завораживает любого индивида, но не всех может подчинить. Правда, не подчиниться толпе можно одним способом -- выйти из ее состава. В другом случае, общая индуцированность, разраставшаяся в массе, приведет к тому, что все индивиды в итоге окажутся подчинены единой идее.

Фрейд (2003) характеризовал массу следующим образом. Масса напоминает первобытную орду. Так же как в каждом отдельном индивиде сохранился первобытный человек, так и из любой человеческой толпы может снова возникнуть первобытная орда. Масса производит на отдельного человека впечатление неограниченной мощи и непреодолимой опасности. На мгновение масса заменяет все человеческое общество, являющееся носителем авторитета, наказаний которого страшились и во имя которого себя столь ограничивали. Совершенно очевидна опасность массе противоречить, и можно себя обезопасить, следуя окружающему тебя примеру, иной раз даже "по-волчьи воя". Масса импульсивна, изменчива и возбудима. Ею почти исключительно руководит бессознательное. Импульсы, которым повинуется толпа, могут быть, смотря по обстоятельствам, благородными и жестокими, героическими или трусливыми. Толпа не выносит отсрочки между желанием и осуществлением желаемого. Она чувствует себя всемогущей, у индивида в массе исчезает понятие невозможного. Масса легковерна и чрезвычайно легко поддается влиянию, она некритична, неправдоподобного для нее не существует. Она думает образами. Чувства массы всегда просты и гиперболичны. Она не знает ни сомнений, ни неуверенности. Масса немедленно доходит до крайности, высказанное подозрение сразу же превращается в уверенность, зерно антипатии -- в дикую ненависть. Тот, кто хочет влиять на массу, не нуждается в логической проверке своей аргументации, ему подобает живописать ярчайшими красками, преувеличивать и всегда повторять то же самое. Масса уважает силу. От своего вождя масса требует силы и даже насилия. Масса легко подпадает под магическую власть слов.

Все перечисленное служит одним из доказательств того, что в наибольшей степени масса более охотно подчиняется фанатику, или же лидеру, с ярко выраженными харизматическими качествами. Также нам следует говорить, что в большинстве случаев у тех, кто стал участником массы, толпы, уже нет возможности противиться деяниям толпы. А значит такой индивид, став частью толпы, должен подчиняться законам толпы.

Таким образом, мы можем заметить, что, попадая в толпу, любой индивид вынужденно (бессознательно) меняет свои привычки, желания, наклонности, становившись частью толпы. Появление новых черт, характерных для толпы, отмечал Лебон (1996), следующее: индивид в толпе приобретает, благодаря только численности, сознание непреодолимой силы, и это сознание дозволяет ему поддаваться таким инстинктам, которым он никогда не дает волю, когда бывает один. В толпе же он менее склонен обуздывать эти инстинкты, потому что толпа анонимна и не несет на себе ответственности. Чувство ответственности, сдерживающее всегда отдельных индивидов, совершенно исчезает в толпе.

В наше время, с развитостью средств массовой коммуникации, мы можем предположить, что воздействовать на массы в какой-то мере стало легче, особенно если учитывать фактор всеохватываемости, управления гораздо большим количеством индивидов, прежде всего, путем программирования их сознания методами средств массовой коммуникации, информации и пропаганды. Причем с развитием современных СМИ, а также появлении большого количества эмпирических фактов результативности психотерапевтических методик в воздействии на массы, появляется возможность говорить о возможности воздействовать на психическое сознание масс с целью формирования масс в искусственные толпы. (Примеры т.н. бархатно-оранжевых республик в бывших советских республиках, в которых в результате полит.технологий и методик манипулирования массовым сознанием удалось свергнуть прежнее правительство.)

И при этом мы также можем говорить о том, что управляются массы (в том числе и на уровне бессознательного влияния), когда сначала провоцируется та или иная невротическая зависимость в массе (страх, невроз, волнение, беспокойство, депрессия, и т.п.), а позже лидер массы (вождь толпы) "снимает" подобную зависимость, освобождая каждого отдельного индивида массы от симптоматики невроза; и подобное становится возможным в результате тех эффектов, которые разрастаются в любой сосредоточенной массе как снежный ком, охватывая психическое сознание участников подобного массообразования, потому как мы хорошо помним, что в толпе всегда исчезают любые страхи и сомнения, которые если и могут оставаться в психике индивида, то только в случае, если он выйдет из толпы, отделится от нее. Но для этого нужно желать стать личностью. Что для подавляющего большинства участников толпы попросту невозможно. Причем какая-либо невротическая зависимость (инициированная установкам со стороны манипуляторов) легко исчезает вследствие выполнения массой команды вождя. Вспомним, Фрейд олицетворял вождя массы с архаичным отцом, сохранившимся в бессознательном психики каждого индивида. Кроме того, представитель массы бессознательно идентифицирует вождя массы и со своим отцом, и значит и с собой. Это помогает выполнять приказы вождя, не сомневаясь как в необходимости их, так и, собственно, в легитимности власти вождя. Т.е. отсутствует принцип критичности, который не примерим в отношении своего отца. Подобная установка простирается в плоскости бессознательного психики, и в той или иной мере ей подвержен каждый индивид. Причем если такой индивид пребывает в толпе, то в этом случае на его психику дополнительное влияние оказывает еще и архетипические установки коллективного бессознательного, которые усиливают желание некритичного отношения к действительности, и желания всецелого подчинения лидеру массу -- вождю. Нам необходимо весьма тонко понимать подобное обстоятельство, потому как, по всей видимости, именно наличием его объясняется исключительное подчинение в Германии времен 3-го Рейха Адольфу Гитлеру. Причем помимо 80-миллионого немецкого народа, Гитлеру как вождю также слепо подчинялись и другие вожди Рейха, руководители и высшие офицеры СС, СД, Абвера и т.п. -- Р.Гесс, Й.П.Геббельс, Г.Геринг, Г.Гиммлер, Р.Гейдрих, К.Дениц, М.Борман и др. И даже когда война была почти проиграна, а поражение Германии неотвратимо, многие все равно стояли до конца, в первую очередь, опасаясь гнева Гитлера, ставшего для немецкой нации Богом.

Фрейд (2003) сравнивал вождя массы и архаичного отца, отмечая, что с самого начала существовало две психологии: одна -- психология массовых индивидов, другая -- психология отца, вождя. Отдельные индивиды массы были так же связаны, как и сегодня, -- отец же первобытной орды был свободен. Его воля не нуждалась в подтверждении волей других. На заре истории человечества он был тем сверхчеловеком, которого Ницше ожидал лишь от будущего. Еще и теперь массовые индивиды нуждаются в иллюзии, что все они равным и справедливым образом любимы вождем, сам же вождь никого любить не обязан, он имеет право быть уверенным в себе и самостоятельным.

Идентифицируя вождя массы с отцом (как с архаичным, так и с собственным) каждый представитель массы, толпы, бессознательно готов был выполнить любой приказ вождя, только лишь для того, чтобы заслужить его уважение, или хотя бы одобрение собственному поступку. Вспомним из истории, какое влияние на массы оказывал тот факт, что какой-нибудь из крупных военноначальников лично награждал отличившихся бойцов орденами и медалями. "Вождь массы -- все еще праотец, к которому все преисполнены страха, масса все еще хочет, чтобы ею управляла неограниченная власть, страстно ищет авторитета", -- писал Фрейд[21].

В массах, по мнению Фрейда (2003), отдельный индивид стремиться отождествиться с вождем, в котором воплощается его массовый идеал. Поэтому какому-либо вождю массы -- становится легче управлять массообразованием. Достаточно только производить впечатление силы и могущества, причем действие не обязательно должно распространяться на всех индивидов в массе. Используя принцип внушения, распространенный в массе, другие индивиды уже вполне могут индуцироваться (заразиться) от тех, кто попал под воздействия вождя, слившись с его образом, и тем самым, получая от него силу и исчезновение от собственного страха.

Следует обратить внимание, что бессознательное психики формируется несколькими взаимодополняемыми способами. Одним из которых является т. н. коллективное бессознательное, другим -- информация, поступаемся при жизни индивида посредством репрезентативных и сигнальных систем. Кроме того, фактор наполняемости подсознания посредством коллективного бессознательного (филогенетических схем) напрямую зависит от опыта человечества, опыта предшествующих поколений. На информацию, поступающую при жизни, частично оказывает влияние сам индивид, и, видимо, в гораздо большей мере среда обитания. Хотя скорей всего следует говорить о том, что среда обитания формирует направленность мыслей в спектре знаний индивида. Тогда как, если индивид обладает соответствующей волей и характером, то можно допустить, что он вполне способен сам участвовать в формировании бессознательного своей психики. И в этом случае среда лишь косвенно влияет на будущие знания индивида. Ведь бессознательное это ничто иное, как определенный багаж знаний индивида, накопленный в процессе жизни. Причем следует заметить о необходимости постоянной пополняемости материала. И уже отходит на второй план то обстоятельство, что не весь подобного рода "материал" переходит в сознание, а значит, отображается в сознательной жизни индивида. Тут вообще следует говорить о том, что когда появится необходимость, информация из бессознательного обязательно перейдет в сознание, т.е. станет осознанной индивидом. При этом что-то (видимо совпадение кодировки новой и уже существующей в бессознательном информации) может способствовать более быстрому переходу такой информации. В общих чертах это можно сравнить с механизмом вспоминания. Какая-то случайно возникшая деталь может вызвать за собой цепочку тех или иных воспоминаний. Так и в случае сознания и подсознания, -- на частичное появление информации способно оказывать влияние нечто, появляющееся в спектре внимания сознания индивида. Причем совсем необязательное какое-либо сознательное участие индивида в процессе вызывания мыслеобразов. А для того чтобы понять, почему поступила в сознание та или иная информация, иной раз, требуется серьезная аналитическая работа.

Психика представлена двумя уровнями: личным и коллективным бессознательным. На первом уровне бессознательного залегают воспоминания обо всем, что пережито, прочувствовано, продумано индивидом или узнано им, но что больше не удерживается в активном осознании по причине защитного вытеснения или простой забывчивости. Однако Юнг обнаружил второй уровень бессознательного, который он обозначил как коллективное бессознательное. Этот уровень бессознательного содержал общие для всего человечества паттерны психического восприятия -- архетипы. В силу того, что коллективное бессознательное является сферой архетипического опыта, Юнг рассматривает уровень коллективного бессознательного как более глубокий и более значимый, чем личное бессознательное; как уровень, содержащий в себе принципиально иной психический источник энергии, целостности и внутреннего преобразования". (В.В.Зеленский, 1996).

Рассматривая роль архетипов в коллективном бессознательном, К.Г.Юнг писал: "Архетипов существует столь же много, как и типичных ситуаций в жизни. Бесконечное повторение запечатлело эти опыты в нашей психической системе не в форме образов, наполненных содержанием, а вначале лишь в формах без содержания, представляющих просто возможность определенного типа восприятия и действия. При возникновении ситуации, соответствующей данному архетипу, он активизируется и появляется побуждение, которое, как и инстинктивное влечение, прокладывает себе путь вопреки всем доводам и воле, либо приводит к конфликту патологических размеров, то есть к неврозу"[22]. Юнг (1997) обращал внимание на то, что выбрал термин коллективное бессознательное, потому что именно это название наиболее полно отражает природу психики исходя из того, что, помимо личностной души, включает и образы поведения, идентичными другим индивидам, а, говоря об архетипах, как главных составляющих коллективного бессознательного, отмечает, что "архетип представляет то бессознательное содержание, которое изменяется, становясь осознанным и воспринятым. Кроме того, архетипами являются некие коллективные модели (паттерны) поведения, исходящие из коллективного бессознательного и являющиеся основным содержанием сказок, мифологий, легенд, и проч.

К.Г.Юнг (1997) приводит пример действия бессознательного психики в сопоставлении с сознанием. Возьмем случай, когда мы теряем мысль, забываем, что хотели сказать, хотя секунду назад слово "вертелось" на языке, пишет Юнг. Вы говорите: "забыл", на самом деле мысль стала подсознательной. Когда идея выскальзывает из нашего сознания, она не перестает существовать -- так же, как машина, скрывшаяся за углом, вовсе не растворяется в воздухе. Просто она оказалась вне поля зрения. Позже мы опять можем встретить эту машину, как можем и натолкнуться на ранее утерянные мысли. Подсознание бывает занято множеством временно угасших образов, впечатлений, мыслей, которые продолжают влиять на сознательное мышление, хотя и являются потерянными. Отвлекшийся или рассеянный человек пересекает комнату, чтобы что-то взять. На полпути он останавливается в смущении -- он забыл, зачем шел. Он механически, как лунатик, перебирает вещи на столе -- хотя первоначальное намерение забыто, оно подсознательно движет им. Наконец он вспоминает, что хотел. Подсознание подсказало ему. Забытые идеи не прекращают своего существования. Хотя их нельзя воспроизвести по собственному желанию, они пребывают под порогом сознания, ниже порога памяти, откуда могут всплыть в любой момент, иногда после многих лет, казалось бы, полного забвения. В данном случае имеется в виду ситуация, когда мы видим и слышим что-то вполне осознанно, а впоследствии забываем. Наряду с этим мы видим, слышим, чувствуем запах и вкус множества вещей, не замечая этого либо потому, что наше внимание отвлечено, либо потому, что раздражитель, воздействующий на наши органы чувств, слишком слаб для осознанного восприятия. Тем не менее, эту информацию впитывает подсознание, и подобное подпороговое восприятие играет значительную роль в нашей повседневной жизни. Хотя мы не осознаем этого, оно влияет на наше восприятие событий и людей.

Прослеживая влияние архетипов бессознательного в факторе влияние на подсознание манипулятивными методиками, мы должны говорить о том, что подобное оказывается результативным вследствие провокации архетипических составляющих психики. Манипулятор в этом случае наполняет таким смысловым значением информацию, чтобы путем задействования того или иного архетипа -- вызвать в психике индивида соответствующие реакции, а значит и сподвигнуть последнего к выполнению установок, заложенных в его подсознании раннее, а значит -- и выполнить, таким образом, требования манипулятора, в роли которого может быть как вождь массы, так и его ближайшие подручные.

С.Московичи также обращал внимание на роль вождя в управлении массой. "Высвобождение иррациональных сил толкает к тому, что вождь становится решением проблемы существования масс. ...любая партия, любое движение или учреждение рано или поздно обзаведутся каким-нибудь лидером, живым или умершим", -- писал Московичи[23].

Средства массовой информации, замечал С.Московичи (1996), имея в виду в т.ч. и те эмоции, которыми переполняется толпа при виде какой-нибудь поп-звезды, церковного или политического деятеля, делают нас участниками и современниками всех этих восторгов и экстатических коленопреклонении. Идолопоклонство перестало быть экзотикой. Народ легко переносится от желания свободы к жесткому подчинению власти одного человека, лидера, вождя.

А.П.Назаретян (2003) выделял следующие типы толпы.

Окказиональная толпа -- случайная толпа, собравшаяся, например, посмотреть на какое-либо происшествие.

Конвенциональная толпа -- заранее обусловленное каким-либо событием скопление людей (например, концерт, или боксерский матч).

Экспрессивная толпа -- толпа, члены которой ритмично выражают одну эмоцию (например, радость, возмущение и т.п., проявляющиеся на митингах, футбольных трибунах и проч.)

Экстатическая толпа -- толпа, доводящая себя до экстаза выполнением каких-либо действий (например, шаманские пляски и проч.)

Действующая толпа, по мнению А.П.Назаретяна (2003), наиболее опасный вид коллективного поведения, который подразделяется на несколько подвидов: агрессивная толпа (доминанта -- агрессия), паническая (доминанта -- паника), стяжательная (доминанта -- жадность; толпа, которая подчинена реализации каких-либо стяжательных амбиций, жаждой обладания чего-то), толпа повстанческая (подобная толпа по ряду признаков сходна с агрессивной (преобладает чувство злости), но отличается от нее социально справедливым характером возмущения. Например, восстание на броненосце "Потемкин" в 1905 году -- пример повстанческой толпы).

Кроме того, толпы делятся на активные и пассивные[24]. Одним из видов активной толпы является агрессивная толпа. Это толпа, которая вымещает свою бессознательную агрессию на внешнем объекте. Также различают спасающуюся толпу, паническую, стяжательную (массовый грабеж) и демонстрирующую (демонстрация, протест). Причем спасающаяся толпа превращается в паническую, если доступ людей к средствам и способам спасения оказывается неопределенным или ограниченным. (С.К.Рощин, 1990).

Феномен толпы возникает в результате двух типов условий: долговременного и ситуативного характера. К первым относятся любые экономические, социальные, политические и другие факторы относительно длительного действия, которые создают высокий уровень напряженности в обществе, формируют и нагнетают чувства фрустрации, беспомощности и отчаяния. В условиях тоталитарного режима эти чувства, как правило, не могут найти выхода в форме каких-либо массовых и тем более насильственных действий и поэтому долгое время сохраняются в латентном виде, трансформируясь в состояние общественной апатии. Однако при первой же возможности быстро назревают ситуации социального взрыва в самых разнообразных его проявлениях, в том числе и в виде агрессивной толпы.

Но существуют и естественные причины образования масс. К таковым можно отнести:

-- стихийные бедствия (землетрясения, крупные наводнения, пожары),

-- общественный транспорт и транспортные узлы (вокзалы, метро и т. д.),

-- массовые зрелища (спортивные матчи, эстрадные концерты и т. п.),

-- политические акции (митинги, демонстрации, политические выборы, забастовки и другие акции протеста),

-- места массовых празднований и отдыха (стадионы, площади и улицы городов, помещения и площадки для крупных дискотек и т.д.) и др. (С.К.Рощин, 1990).

Поведение индивида в толпе характеризуется следующими категориями:

-- Снижение самоконтроля. (У человека усиливается зависимость от толпы, и снижаются функции самоконтроля.)

-- Деиндивидуализация поведения. (Попадая в толпу, человек легко утрачивает свою индивидуальность. Становится "как все".)

-- Неспособность удерживать внимание на одном и том же объекте. (Является следствием общего снижения интеллектуального уровня каждого отдельного индивида при попадании в толпу.)

-- Характерные особенности переработки информации. (Информация в толпе подвергается постоянному искажению, распространяясь по коммуникативным контактам внутри толпы, от одного индивида другому. Каждый участник толпы бессознательно стремится адаптировать подобную информацию "под себя". Вследствие этого и наблюдается искажение информации, и порой резкое отличие ее от первоначальной.)

-- Повышенная внушаемость. (Человек в толпе способен поверить в самую необычную информацию или заведомо невыполнимые обещания, а также следовать иной раз абсолютно абсурдным лозунгам и т. п.)

-- Повышенная физическая, психофизиологическая и психическая активация. (В толпе происходит мобилизация всех ресурсов индивида, поэтому в толпе человек может проявить такие физические и психологические качества, которые становятся ему недоступными вне толпы, например: поднять что-то тяжелое, сломать прочное, быстро бежать, высоко прыгнуть и т. п.)

-- Нетипичность, необычность поведения. (Находясь в толпе человек способен на нетипичные для него формы поведения, порой заметно отличающиеся от того его психоэмоционального состояния, когда он находится наедине с собой, или вне толпы.)

Следует обратить внимание на такую особенность, как управление толпой (массами). Можно предположить, что если существует какая-либо толпа (масса), то рано или поздно найдется кто-то, кто захочет такую массу подчинить. Причем подчинить, зачастую, для реализации собственных интересов (идей).

А.П.Назаретян (2003) обращает внимание, что толпа имеет ядро, и более разрозненно на периферии. При этом следует заметить, что воздействие на толпу может быть различным. Например, можно воздействовать на периферию, и тогда начнет играть роль такой механизм психики масс как заражение (циркулярная реакция), появляющееся в том, что если кто-то, находясь в толпе, начнет выполнять какие-либо действия (особенно если это будет не один человек, а несколько), то через время остальные подхватят, и в этом случае толпа переключит свое внимание с недавнего объекта -- на новый. В то же время возможно и сразу воздействовать на центр толпы (на ядро), например через агентов, внедрившихся в толпу. Кроме того, иной раз, если ситуация начнет выходить из под контроля, рекомендуется жертвовать чем-то малым для того, чтобы спасти целое. Например, если толпа идет убивать каких-то людей (устраивая массовые погромы), то в этом случае вполне окажется желательным переключить внимание толпы на какой-либо попавшийся на пути крупный и пустой супермаркет, начав громить который толпа успокоится, переключившись на удовлетворение такого архаичного инстинкта в психике индивида как жажда обогащения.

А.П.Назаретян приводит пример переключения внимания толпы на другой объект: "Запрещенная Коммунистическая партия Турции находилась на полулегальном положении, вызывая сильную неприязнь не только у государственных властей, но также у разного рода националистов, фашистов и религиозных фанатиков. В 1969 году, при очередном всплеске антикоммунистической истерии, толпа фанатиков, под барабанный бой и с криками "Аллах Акбар!" бросилась на штурм здания, в котором располагался партийный комитет. Завязался бой с применением камней и "молотовских коктейлей" (бутылок с зажигательной смесью). Но силы были неравны, и защитникам здания грозила физическая расправа. В разгар боя на улице неожиданно появились четыре американские девушки в мини-юбках. Эта новая мода уже распространилась в Англии и в США, но в Анкаре такого еще не видывали. ...сначала головы, а потом и туловища штурмующих стали поворачиваться в сторону волнующего зрелища -- и большая часть толпы удалилась вслед за блондинками. На площади осталось несколько десятков человек (ядро), которых удалось быстро рассеять"[25].

А.П.Назаретян (2003) приводит и такой пример воздействия на толпу, как подчинение толпы ритму. После того, как толпа "поймалась на ритм", ее можно удерживать в экстатическом состоянии очень долго: пока музыка продолжается, люди, попавшие под ее влияние, не способны по собственной воле избавиться от наваждения. О воздействии музыки (ритма) на массовое психическое сознание знали давно, поэтому те же самые барабаны или оркестры во время шествия военных парадов -- ничто иное как подчинение психике масс единому ритму, с помощью которого становится возможно управлять психическим сознанием масс. Здесь также следует, на наш взгляд, сказать и о методе психического устрашения, который использовался во времена Гражданской войны, когда белогвардейские офицеры (чуть ли не в полной армейской выправке и без единого выстрела шли ровными колоннами на пули красноармейцев, сея иной раз панику в рядах последних.

О ритме, в свойственной ему метафорической манере, говорил в своей книге "Масса и власть" ученый и нобелевский лауреат по литературе Э. Канетти: "Ритм первоначально это ритм ног. Каждый человек ходит, а поскольку он ходит на двух ногах и попеременно касается земли ступнями, поскольку он передвигается, покуда происходит это касание, независимо от его желания возникает ритмический звук. Шаг правой и левой ноги никогда не бывает совершенно одинаков. Разница между ними может быть больше или меньше, это зависит от личных свойств или настроения. Можно также идти быстрее или медленнее, можно бежать, внезапно остановиться или прыгнуть"[26].

Э. Канетти (1997) выделял четыре черты массы:

1. Масса хочет постоянно расти.

2. Внутри массы господствует равенство.

3. Масса любит плотность.

4. Массе нужно направление.

Э. Канетти обращал внимание на такую характеристику массы, как разрядка.

Важнейший процесс, происходящий внутри массы, это разрядка, писал Канетти (1997), понимая под разрядкой такое состояние, когда индивиды, находящиеся в массу, отбрасывают все различия, отделяющие их друг от друга в обычной жизни, и в массе они становятся все как один. С равными условиями и правами. В обычной жизни, вне массы, люди отличаются друг от друга по своим должностным, социальным, имущественным и прочим различиям. Человек, занимающий определенное место чувствует себя вправе никого к себе близко не подпускать. Его жизнь основана на чувстве дистанции: дом, которым он владеет и в котором запирается, должность, которую он занимает, положение, к которому он стремится, все служит тому, чтобы укрепить и увеличить расстояние между ним и другим. Освободиться от этого сознания дистанции можно лишь сообща. Именно это и происходит в массе. Разрядка позволяет отбросить все различия и почувствовать себя равными. В тесноте между людьми уже нет расстояния, каждый ощущает другого как самого себя, и испытывает от этого огромное облегчение. Ради этого счастливого мгновения, по мнению Канетти, люди и соединяются в массу.

А.П.Назаретян (2003), рассматривая факторы противодействия толпе, приводит наличие такого способа как деанонимизация, т.е. исключение анонимности. Эффективность такого приема основывается на том факте, что в толпе любой индивид безличностен. Поэтому если какими-либо способами вычертить его индивидуальность (например, записью ФИО в результате проверки паспорта, или фотографированием на камеру), то в этом случае подобный индивид способен не реагировать на индуцированность толпы, а значит таким способом, направленным на очерчивание зачинщиков, возможно привести толпу к распаду. "На крышах окружающих зданий размещаются хорошо заметные камеры и (или) высылаются мобильные группы телерепортеров. Демонстративные действия последних (с проверенными путями ухода от опасности) способствуют возвращению идентичности индивидам в толпе и снижению коллективного эффекта", -- дает совет проф. А. П. Назаретян[27].

Примеры использования суггестивных методик манипулирования над большими группами (массами) наряду со своей достаточной встречаемостью, показывает нам также и допустимость подобного воздействия, и эффективность его. Притом что у индивидов, собравшихся в массу, уже фактически нет способа избежать манипулирования над собой, потому как, находясь в толпе, индивиды невольно подчиняются законам массообразования. И какая-либо индивидуальность в данном случае не только неуместна, но и фактически бесполезна. Да и сам индивид, попадая в толпу -- меняется, вынужденно подстраиваясь под нее и подчиняясь ее законам. "Самый поразительный факт, -- писал Лебон[28], -- наблюдающийся в... толпе, следующий: каковы бы ни были индивиды, составляющие ее, каков бы ни был их образ жизни, занятия, их характер или ум, одного их превращения в толпу достаточно для того, чтобы у них образовался род коллективной души, заставляющей их чувствовать, думать и действовать совершенно иначе, чем думал бы, действовал и чувствовал каждый из них в отдельности".

Для создания массы, толпы, иной раз необходим только повод. И тогда будет соблюдено одно из главных условий формирования толпы -- достаточный накал социального беспокойства. Вожди массы и провокаторы, сознательно создавая у представителей толпы бессознательное чувство вины, страх, иные формы симптоматики невроза, формируют невротические установки, снятие которых становится возможно при выполнении ряда условий, выдвигаемых вождем (манипулятором). Причем в толпе невроз отдельных индивидов передается друг другу посредством нарастания коллективного возбуждения, и в этом случае запускается механизм манипуляций над ней: решения задач и выполнение требований поставленных манипулятором. Далее происходит какое-либо волнующее массу событие. Это событие приковывает внимание толпы. Тем самым вызывая у толпы интерес. А удовлетворение интереса вследствие поглощенности событием склоняет как отдельного индивида в частности, так и толпу в целом -- к утрате части своего самоконтроля. А значит, в итоге приводит к подчинению объекта манипуляций. Потому как, чем больше человека заводит чувство, тем больше человек втягивается. Проявляя, фактически, способности к подчинению. В результате чего получается, что толчея порождает коллективное возбуждение. А коллективное возбуждение способствует тому, что индивиды становятся менее устойчивы к каким-либо воздействиям на их психику со стороны манипуляторов, и в своих поступках больше руководствуются эмоциями и сиюминутными желаниями, нежели чем принципами здравого тестирования реальности (т.е. правое, животное, полушарие возобладает над левым, логическим). А повышенное эмоциональное возбуждение отдельных индивидов по цепочке захватывает толпу в целом, вторгаясь в ее энергетику. В результате в массах чего нарастает общее коллективное возбуждение. А у отдельных индивидов такое коллективное возбуждение подавляет индивидуальные поведенческие механизмы и служит образованию новых, быть может, и не свойственных ей раннее форм поведения, изменению привычек, требований выдвигаемых к себе как к личности и т. п., что в свою очередь говорит об общем снижении порога цензуры собственной психики и устранении критичности в отношении информации принимаемой извне, и в целом значительно повышает подверженность данного индивида (и массы в целом) к суггестивным воздействиям (к внушению).

Рассматривая способы подчинения толпы, мы говорим о том, что у каждого индивида в толпе фактически формируется эмоциональное возбуждение, вызывающее чувство безнаказанности, продиктованное в свою очередь принадлежностью к какой-либо общей идее. Заметим также, что какая-либо толчея рождает первичный транс. А индивидам (или группой) находящимся в измененном состоянии сознания значительно легче управлять, прежде всего потому, что снижается порог критичности. И получаемая извне информация, фактически минуя цензуру психики, проходит сразу в сознание.

Когда мы говорим о манипулировании массами, то имеем в виду возможность подобного, основанную на таких эффектах толпы как заразительность, повышенная внушаемость, бескомпромиссность, фактическая безвластность. Одним из общих свойств толпы является податливость внушению. Любое внушение в толпе заразительно. Как бы ни была нейтральна толпа, она всегда находится в состоянии выжидательного внимания, которое облегчает внушение. Внушение тотчас же передастся вследствие заразительности другим участникам толпы, и тут же возникает соответствующее настроение. У всех, кто находится под влиянием внушения, идея, овладевшая умом, стремится выразиться в действии. Толпа так же легко совершит поджог дворца, как и какой-нибудь высший акт самоотвержения; все будет зависеть от природы возбудителя, а не от тех отношений, которые у изолированного индивида существуют между внушенным актом и суммой рассудочности, противодействующей его выполнению. Блуждая всегда на границе бессознательного, легко подчиняясь всяким внушениям и обладая буйными чувствами, свойственными тем существам, которые не могут подчиняться влиянию рассудка, -- толпа, лишенная всяких критических способностей, чрезвычайно легковерна. Невероятное для ее не существует, и это надо помнить, так как этим объясняется та необычная легкость, с которой создаются и распространяются легенды и самые неправдоподобные рассказы. (Г.Лебон, 1996).

При этом следует учитывать уже как бы изначальную повышенную агрессивность толпы. Хотя и видимо здесь же следует понимать, что т. н. агрессивная толпа способна осуществлять разрядку внутреннего напряжения в поведении, в результате которой прослеживается их тенденция к становлению их священными, отмеченными глубоким внутренним чувством, что в свою очередь способно являться фундаментом соответствующего религиозного строя. Так же, как впрочем, и соответствующую агрессию толпы возможно использовать в направлении целенаправленных социальных изменений, что в свою очередь приводит к возникновению нового политического строя. Эти убеждения напоминают религиозное чувство. Это чувство характеризуется очень просто: обожание предполагаемого верховного существа, боязнь приписываемой ему магической силы, слепое подчинение его велениям, невозможность оспаривать его догматы, желание распространять их, стремление смотреть как на врагов на всех тех, кто не признает их -- вот главные черты этого чувства. Относится ли это чувство к невидимому Богу, к каменному или деревянному идолу, или к герою, к политической идее, -- с того самого момента, как в нем обнаруживаются вышеуказанные черты, оно уже имеет религиозную сущность. Сверхъестественное и чудесное встречаются в нем в одинаковой степени. Толпа бессознательно награждает таинственной силой политическую формулу или победоносного вождя, возбуждающего в данный момент ее фанатизм. (Г.Лебон, 1996).

В вопросе манипулирования массами следует учитывать и такое обстоятельство, как уважение со стороны толпы к силе и авторитету. Причем, по мнению Лебона (1996), толпа обладает незаурядным воображением. А истинным источником мотивации толпы являются чувства. Поэтому применяемая какая-либо рациональная аргументация на толпу не действует; и т. к. рассуждения толпы основываются на свободных ассоциациях, то и возможный лидер толпы должен мыслить исключительно образами, и помимо применения трех методов воздействия -- убеждения, повторения и суггестии (внушения), -- использовать исключительную внутреннюю убежденность в собственной правоте.

Говоря о суггестивных механизмах в толпе, следует обратить внимание что становятся возможны они в результате разрушения личностной структуры индивида и подчинении его общей идее толпы, в результате которой внушение, собственно, и становится возможно.

Резюмируя психологию поведения индивида в толпе по профессорам З.Фрейду, В.М.Бехтереву, Г.Лебону и др., мы можем заметить, что в поведении индивида в массе характерно следующее:

-- сознательная личность совершенно утеряна;

-- воля и способность различения отсутствуют;

-- все чувства и мысли ориентированы в направлении, указанным вождем.

Законы толпы будут характеризоваться следующими позициями:

-- толпа спонтанна и живет только настоящим;

-- толпа непостоянна, безответственна, и легко подвергается различного рода внушениям;

-- не имея каких-либо традиций, толпа руководствуется сиюминутными желаниями, и действует на основании единого порыва, направляющего ее.

Несмотря на то, что толпа является неким сосредоточением индивидов в одном месте, -- толпа не всегда отличается и приверженностью каких-либо идей. Хотя и в случае последнего, данная толпа уже, большей частью, походит на единую, сплоченную массу, -- силу и возможности которой возможно использовать для претворения манипуляторами в жизнь каких-либо идей и задач (от митингов до восстания и изменения руководства любым объектом, от завода до страны). Масса до удивления легко отзывается на какие-либо манипуляции. Причем, заметим, что она уже изначально предрасположена к ним вследствие того, что по своему интеллектуальному значению, собрание в одном месте даже высокоинтеллектуальных индивидов (сформированных в толпу), по своему интеллектуальному состоянию намного ближе к психике древних людей. Как отмечал Лебон (1996), решения, касающиеся общих интересов, принятые собранием даже знаменитых людей в области разных специальностей, мало отличаются от решений, принятых собранием глупцов, так как и в том и в другом случае соединяются не какие-нибудь выдающиеся качества, а только заурядные, встречающиеся у всех. В толпе может происходить накопление только глупости, а не ума. Заметим, что подобное становится возможным потому, что в толпе удивительно легко исчезает наносной пласт, сформированный культурой и цивилизацией. В результате чего толпа руководствуется собственным бессознательным. А в бессознательном любого индивида, как известно, независимо от количества веков минувших со времен первобытнообщинного строя, живет три основных желания древнего человека: убить, съесть, изнасиловать. При этом, как мы выяснили, индивиды, объединенные в массу, достаточно свободно пользуются собственной ненаказуемостью вследствие достаточно сложного выявления фактически совершивших тот или иной проступок. В данном случае вполне допустимо, что виновны все и никто. При этом мы можем предположить, что такая реакция индивидов, заключенных в массу, вполне может свидетельствовать и о наличие некоего социального протеста, вызванного, как мы уже замечали раннее, влиянием цивилизации, культуры, сила которой держится на законах, а значит и на наказании преступивших закон. Тогда как отдельные деструктивные элементы собираются вместе, они уже ведут себя так, как говорит их бессознательное, т.е. первобытные инстинкты.

В толпе индивид способен жить по принципу несдерживаемого желания -- будучи уверенным в собственной безнаказанности. И даже можно сказать, что именно эта безнаказанность, порождая новую безнаказанность, сподвигает его на совершение все новых и новых деяний. Тех, за которые в иных случаях он бы понес заслуженное наказание. Вспомним слова Лебона (1996), когда он замечал, что появление новых черт, характерных для толпы, обусловливается различными причинами. Первая из них заключается в том, что индивид в толпе приобретает, благодаря только численности, сознание непреодолимой силы, и это сознание дозволяет ему поддаваться таким инстинктам, которым он никогда не дает волю, когда бывает один. В толпе же он менее склонен обуздывать эти инстинкты, потому что толпа анонимна и не несет на себе ответственности. Чувство ответственности, сдерживающее всегда отдельных индивидов, совершенно исчезает в толпе. Вторая причина -- заразительность -- также способствует образованию в толпе специальных свойств и определяет их направление. В толпе всякое чувство заразительно, и притом в такой степени, что индивид очень легко приносит в жертву свои личные интересы интересу коллективному. Подобное поведение, однако, противоречит человеческой природе, и потому человек способен на него лишь тогда, когда он составляет частицу толпы. Третья причина, это восприимчивость к внушению. Индивид, пробыв лишь некоторое время среди действующей толпы, приходит в такое состояние, которое напоминает состояние гипнотика. Сознательная личность у такого человека исчезает, а воля, рассудок, чувства и мысли направляются волей гипнотизера.

Такое приблизительно состояние индивида, принадлежащего к психологической массе. Он больше не осознает своих действий. Под влиянием внушения он готов приступит к выполнению заданных вождем действий, совершая их необдуманно, лишь выполняя команду (установку вождя). Достаточно, чтобы кто-нибудь возбудил в толпе низменные инстинкты, и толпа, объединившаяся благодаря возвышенным целям, становится в полном смысле слова зверем, жестокость которого может превзойти всякое вероятие. Иногда достаточно одного брошенного слова, одной мысли или даже одного мановения руки, чтобы толпа рефлекторно разразилась жесточайшим злодеянием, перед которым бледнеют все ужасы преступников. Толпа внушаема, заразительна, подчинена стремлению к обезличиванию, исчезновению индивидуального, личного "Я", подчинению и приобщению этого "Я" -- к "Я" коллективному.

Достаточно любопытна точка зрения на психологию масс В.Райха, изложенная им в 1933 году[29]. В своей книге, из-за которой он стал фактически изгоем во всех странах, куда приезжал, скрываясь от властей предыдущей страны пребывания (его последовательно изгнали из Австрии, Германии, Дании, Швеции, пока он не перебрался в США, где и умер с тюрьме), В.Райх писал: "Психологический анализ мужчин и женщин всех возрастов, стран и общественных классов показывает, что переплетение социально-экономической структуры с сексуальной структурой общества и структурное воспроизведение общества в человеческом характере происходят в первые 4-5 лет в авторитарной семье. Таким образом, авторитарное государство проявляет большой интерес к авторитарной семье: она превращается в фабрику, на которой формируется структура и идеология государства"[30].

В.Райх (2004) проводил параллель между развитием авторитаризма в обществе -- и авторитаризма в семье, доказывая, что именно семья формируют в последующем послушных членов общества, которые психологически готовы к восприятию вождя (фюрера), потому что до этого точно также идентифицировались с отцом, а отец теперь идентифицируется с вождем.

В результате морального сдерживания естественной сексуальности ребенка, у такого ребенка развивается пугливость, робость, страх перед авторитетом, покорность, "доброта" и "послушание". Такое сдерживание парализует развития протеста в ребенке, а значит превращает ребенка в будущего послушного члена любого тоталитарного общества. "...задача морали, -- писал В.Райх[31], --заключается в формировании покорных личностей, которые, несмотря на нищету и унижение, должны соответствовать требованиям авторитарного строя. Таким образом, семья представляет собой авторитарное государство в миниатюре, в котором ребенок должен научиться приспосабливаться к социальным условиям. Необходимо ясно понимать, что авторитарная структура личности в основном формируется путем погружения сексуальных запретов и страхов в живую субстанцию сексуальных импульсов".

Кроме того Райх (2004) прослеживал влияние сексуальности на внушение в массах.

Сексуальное воздействие военного мундира эротически провоцирующее воздействие ритмического "гусиного шага" и эксгибиционистский характер военных распорядков оказались более доступными пониманию молоденьких продавщиц и секретарш, чем речи всесторонне образованных политиков. Практическая задача психологии масс заключается в активизации пассивного большинства населения, которая всегда помогает политической реакции одержать победу, а также в устранении торможений, препятствующих развитию стремления к свободе, которое возникает благодаря социально-политической ситуации. Освобожденная от оков и направленная на достижение разумных целей освободительного движения психическая энергия обычных людей, которые увлекаются футболом и дешевыми мюзиклами, не позволит себя закабалить. В лице отца авторитарное государство имеет своего представителя в каждой семье, и поэтому семья превращается в важнейший инструмент его власти. Авторитарное положение отца отражает его политическую роль и раскрывает связь семьи с авторитарным государством. Отец занимает в семье такое же положение, какое занимает по отношению к нему начальник в производственном процессе. В своих детях, особенно в сыновьях, он воспроизводит свое раболепное отношение к авторитету. Благодаря этим условиям возникает пассивно сервильное отношение мелкого буржуа к фигуре фюрера. Гитлер имел в виду именно эту ее особенность, когда писал: "По своей природе и мировоззрению народ в подавляющем большинстве настолько женствен, что его мысли и поступки определяются эмоциями и чувствами в значительно большей мере, чем доводами здравого смысла". Здесь мы имеем типичный пример воспроизведения авторитарной системы в структуре ее членов. Вышеупомянутое положение неизбежно приводит к жесткому подавлению женской и детской сексуальности. Если под влиянием мелкобуржуазной среды у женщин развивается покорность, усиленная вытесненной сексуальной непокорностью, то у сыновей, наряду с раболепным отношением к авторитету, формируется глубокая идентификация с отцом, которая служит основой эмоциональной идентификации с любой формой авторитета.

Более важной, по словам Райха (2004), представляется роль идентификации массовых индивидов с "фюрером". Чем беспомощней становится "массовый индивид" (благодаря своему воспитанию), чем отчетливей проступает его идентификация с фюрером и тем глубже детская потребность в защите прячется в чувстве его единства с фюрером. Эта склонность к идентификации составляет психологическую основу национального нарциссизма, т. е. уверенности отдельного человека в себе, которая ассоциируется с "величием нации". Индивид ощущает себя в фюрере, в авторитарном государстве. Благодаря такой идентификации он ощущает себя защитником "национального наследия" и "нации". Это ощущение не позволяет ему презирать "массы" и противопоставлять себя им в качестве индивидуума. Ужас его материального и сексуального положения настолько затмевается возвышающей идеей принадлежности к расе господ и существования выдающегося фюрера, что со временем он полностью утрачивает понимание всей ничтожности своей слепой преданности. ...Гитлер неоднократно подчеркивал, что говорить с массами необходимо на языке чувств и верований, а не разумных доводов, доказательств и знания.

Современный ученый С.Московичи дополняет Райха, разделяя его точку зрения. "...Источником и прототипом всякого рода авторитета является отец, -- пишет С.Московичи[32]. -- Его влияние в незапамятные времена возникло вместе с семьей. Оно сохраняется и ширится в современных массах людей, вырванных из их семей. История политических режимов... представляет лишь медленные изменения власти отцовского типа. С первых попыток раскрыть механизмы этой истории, существующие под видом бюрократии, партии, государства и т.п. обнаруживались лишь определенные разновидности примитивной власти главы семьи, образцового и идеального".

Рассматривая вопрос масс, психологии массового поведения, С.Московичи замечает: "...мы от каждого ожидаем, что он будет действовать рассудительно, руководствуясь сознанием и своими интересами будь он один или в обществе себе подобных. ...Между тем наблюдение показывает, что это вовсе не так. Любой человек в какой-то момент пассивно подчиняется решениям своих начальников, вышестоящих лиц. Он без размышления принимает мнения своих друзей, соседей или своей партии. Он принимает установки, манеру говорить и вкусы своего окружения. ...он становится способным на крайние формы насилия или паники, энтузиазма или жестокости. Он совершает действия, которые осуждает его совесть и которые противоречат его интересам. В этих условиях все происходит так, как если бы человек совершенно переменился и стал другим. Вот ведь загадка, с которой мы сталкиваемся постоянно и которая не перестает нас изумлять. С.Московичи (1996) обращает внимание, что когда индивиды попадают в массу, то начинают демонстрировать свои худшие качества. В этом случае они образуют толпу. В толпе люди преображаются, приобретают общую сущность, которая подавляет их собственную. Вместо личной воли, такие индивиды проявляют волю коллективную. "При встрече с таким материализованным, передвигающимся, кишащим общественным животным некоторые слегка отступают, прежде чем броситься туда с головой, другие испытывают настоящую фобию. Все эти реакции характеризуют влияние толпы, психологические отклики на нее, а через них и те, уже рассмотренные, эффекты, которые ей приписывают"[33]. Следствием погружения в толпу является, по Московичи, обезличивание умов, паралич инициативы, порабощение индивидуальной души. Массы живут под влиянием сильных эмоций и аффективных порывов. У индивида, находящегося в массе изменяется личность. Внушение или влияние -- это в коллективном плане то, что в индивидуальном плане является неврозом, замечает Московичи (1996). Оба предполагают:

-- Уход от логического мышления, даже его избегание, и предпочтение алогичного мышления;

-- Раскол рационального и иррационального в человеке, его внутренней и внешней жизни.

В этом случае наблюдается утрата связи с реальностью и потеря веры в себя. Человек с готовностью подчиняется авторитету группы или вождя, и становится податливым к приказам. Такое влияние может поглотить человека вплоть до его растворения в массе. Невроз подтачивает сознательный слой личности до такой степени, что его слова и действия становятся не более, чем живым повторением травмирующих воспоминаний его детства. Люди впадают в состояние внушаемости, сходное с гипнотическим. И пока они пребывают в этом состоянии, они верят всему, что им скажут, и сделают все, что им прикажут. Они будут подчиняться каждому призыву, каким бы бессмысленным он ни был. При нахождении в толпе реакции людей обостряются. "Оглянитесь вокруг: на улицах или на заводах, на парламентских собраниях или в казармах, даже в местах отдыха вы увидите толпы, движущиеся или неподвижные. Некоторые люди проходят сквозь них, как через чистилище. Другие ими поглощаются, чтобы уже никогда не выйти обратно. Ничто не выразило бы сути нового общества лучше, чем определение "массовое". Оно узнаваемо по его многочисленности, по нестабильности связей между родителями и детьми, друзьями и соседями. О нем можно догадаться по тем превращениям, которые испытывает каждый человек, становясь анонимным: реализация присущих ему желаний, страстей, интересов зависит от огромного числа людей. Можно видеть его подверженность приступам общественной тревожности и тенденции уподобляться, соответствовать какой-то коллективной модели. ...Согласно этой концепции... мы имеем дело с массификацией, то есть со смешением и стиранием социальных групп. Пролетарии или капиталисты, люди образованные или невежественные, происхождение мало что значит: одни и те же причины производят одни и те же следствия. Из разных, совершенно разнородных элементов образуется однородное человеческое тело: масса состоит из людей-массы. ...Внедряясь в каждый дом, присутствуя на каждом рабочем месте, проникая в места отдыха, управляя мнениями и обезличивая их, эти средства превращают человеческие умы в массовый разум. Благодаря своего рода социальной телепатии у многих людей вызываются одни и те же мысли, одни и те же образы, которые, как радиоволны, распространяются повсюду. Так что в массе они всегда оказываются наготове. Когда это на самом деле происходит, то можно наблюдать волнующее незабываемое зрелище, как множество анонимных индивидов, никогда друг друга не видевших, не соприкасавшихся между собой, охватываются одной и той же эмоцией, реагируют как один на музыку или лозунг, стихийно слитые в единое коллективное существо"[34].

Находясь в толпе, людьми начинают руководить воображение. Они возбуждены эмоциями, обладают предрасположенностью верить тому, что им говорят, они идентифицируют себя с персоной, которая избавляет их от одиночества, и поклоняются ей. Единственный язык, который они понимают, -- это язык, минующий разум и обращенный к чувству. Человек-индивид и человек-масса -- это две разные вещи. Разница между ними проста: индивида убеждают, а массе внушают. Желая влиять на людей необходимо обращаться к самым древним слоям их психики. Если массы сформировались, замечает Московичи, необходимо выявить среди них вожака, и управлять массами, взывая к их страстям, верованиям и фантазии.

Достаточно интересное высказывание С.Московичи о преемственности власти. Для того, чтобы обеспечить себе преемственность, правящая партия рекрутирует свои кадры и своих руководителей из узкого круга. Никому другому не доверяется забота о пополнении и содержании питомника будущих государственных деятелей, пестования их будущей карьеры. Именно эта система продвижения по службе внутри аппарата и поднимает их к вершинам власти. Назначая их на должности депутата, мэра и т.п., она дает им право на претензию представлять народ. Что касается подлинных выборов, они бы восстановили свободную конкуренцию между кандидатами. Между тем, каждый из них выбирается высшим органом (руководящим комитетом, политбюро, секретариатом и т.п.) согласно степени своего соответствия человеческому прототипу и своей лояльности по отношению к партии. Затем их представляют на всенародное утверждение, которое часто бывает формальным и автоматическим закамуфлированного под выборы всеобщим голосованием анонимного вождя, раздробленного на совокупность индивидов. Вместо того, чтобы заниматься средствами производства, этот тип власти привлекает средства коммуникации и использует их как нервную систему. Они простирают свои ответвления повсюду, где люди собираются, встречаются и работают. Они проникают в закоулки каждого квартала, каждого дома, чтобы запереть людей в клетку заданных сверху образов и внушить им общую для всех картину действительности". (С.Московичи, 1996).

Рассматривая вопрос массового поведения, мы должны затронуть тему и такого проявления массового поведения как массовая паника.

Слово "паника" происходит от имени Пана, греческого бога пастухов. Пастухи часто наблюдали картину, когда целые отары овец как будто без особых причин бросались в пропасть. Это явление они объясняли гневом Пана, бога пастухов. Позже Пан стал также и богом войны в древней Греции. Раньше войны велись большей частью в рукопашную с легким вооружением в виде холодного оружия, поэтому, когда под натиском противника одна сторона не могла устоять, то спасалась бегством вследствие начавшейся паники. Кроме того, панические состояния могут быть вызваны и невротическими страхами. Чаще всего паника вызвана состоянием ужаса и сопровождается резким ослаблением волевого контроля и как следствие -- ступором. Известна охватившая Америку паника 30 октября 1938 года во время радиотрансляции в Калифорнии спектакля по роману Г. Уэллса "Война миров". Многие жители Америки побросали свои дома и в ужасе выбегали на улицу, всерьез решив, что нашествие марсиан случилось, а правительство США в ужасе, замешательстве, и не контролирует ситуацию в стране.

Доктор философских наук, профессор А.П.Назаретян (1999) приводит четыре комплекса факторов превращения более или менее организованной группы в паническую толпу.

1. Социальные факторы -- общая напряженность в обществе, вызванная происшедшими или ожидаемыми природными, экономическими, политическими бедствиями (землетрясение, наводнение, государственный переворот, и т. д.)

2. Физиологические факторы -- усталость, голод, алкогольное и наркотическое опьянение и т.п. снижают контроль сознанием индивида действительности, а значит, при массовом скоплении людей могут нести в себе тяжелые последствиями для попавших в панику людей.

3. Общепсихологические факторы -- неожиданность, удивление, испуг, и т.п., вызванные недостатком информации о возможных опасностях и способах спасения.

4. Социально-психологические и идеологические факторы -- отсутствие общей цели, пользующихся доверием лидеров, низкий уровень групповой сплоченности.

Рассмотрим механизмы развития паники.

Как обращает внимание проф. А.П.Назаретян (1999), шокирующий стимул обычно вызывает испуг сначала у одного или нескольких человек. В толпе минимальный порог возбудимости обычно имеют женщины или дети, а в боевой ситуации -- молодые и неопытные солдаты. Их испуг проявляется криками, выражением лиц и суетливыми телодвижениями. Такие люди становятся источником, от которого страх передается остальным. Происходит взаимная индукция и нагнетание эмоционального напряжения через механизм циркулярной реакции. Далее, если не приняты своевременные меры, масса окончательно деградирует, люди теряют самоконтроль, и начинается паническое бегство, которое кажется спасительным, хотя в действительности только усугубляет опасность.

Присутствие в толпе женщин и детей плохо еще и потому, что звук высокой частоты -- женские или детские крики -- в стрессовой ситуации оказывает разрушительное влияние на психику. Сразу после шокирующего стимула обычно наступает т. н. психологический момент. Люди оказываются во взвешенном состоянии и готовы следовать первой реакции.

А.П.Назаретян (1999) приводит пример нескольких правил безопасности в толпе, о которых ему поведал офицер спецслужб латинской Америки.

1. Держись от толпы подальше.

2. Проникая в толпу, думай, как будешь из нее выбираться.

3. Оказавшись в толпе случайно, не подавайся эмоциям.

Образно характеризуя массы, Э. Канетти писал[35]: "Ничего так не боится человек, как непонятного прикосновения. Когда случайно дотрагиваешься до чего-то, хочется увидеть, хочется узнать или по крайней мере догадаться, что это. Человек всегда старается избегать чужеродного прикосновения. Внезапное касание ночью или вообще в темноте может сделать этот страх паническим. Даже одежда не обеспечивает достаточной безопасности: ее так легко разорвать, так легко добраться до твоей голой, гладкой, беззащитной плоти. Эта боязнь прикосновения побуждает людей всячески отгораживаться от окружающих. Они запираются в домах, куда никто не имеет нрава ступить... Взломщика боятся не только потому, что он может ограбить, страшно, что кто-то внезапно, неожиданно схватит тебя из темноты. Рука с огромными когтями обычный символ этого страха. ...Нежелание с кем-либо соприкоснуться сказывается и на нашем поведении среди других. Характер наших движений на улице, в толпе, в ресторанах, в поездах и автобусах во многом определяется этим страхом. Даже когда мы оказываемся совсем рядом с другими людьми, ясно их видим и прекрасно знаем, кто это, мы по возможности избегаем соприкосновений. Коли же, напротив, мы рады коснуться кого-то, значит, этот человек оказался нам просто приятен, и сближение происходит по пашей инициативе. Быстрота, с какой мы извиняемся, нечаянно кого-то задев, напряженность, с какой обычно ждешь извинения, резкая и подчас не только словесная реакция, если его не последует, неприязнь и враждебность, которую испытываешь к "злоумышленнику", даже когда не думаешь, что у него и впрямь были дурные намерения, весь этот сложный клубок чувств вокруг чужеродного прикосновения, вся эта крайняя раздражительность, возбудимость свидетельствуют о том, что здесь оказывается задето что-то затаенное в самой глубине души, что-то вечно недремлющее и коварное, что-то никогда не покидающее человека, однажды установившего границы своей личности. Такого рода страх может лишить и сна, во время которого ты еще беззащитней. Освободить человека от этого страха перед прикосновением способна лишь масса. Только в ней страх переходит в свою противоположность. Для этого нужна плотная масса, когда тела прижаты друг к другу, плотная и по своему внутреннему состоянию, то есть когда даже не обращаешь внимания, что тебя кто-то "теснит". Стоит однажды ощутить себя частицей массы, как перестаешь бояться ее прикосновения. Здесь в идеальном случае вес равны. Теряют значение все различия, в том числе и различие пола. Здесь, сдавливая другого, сдавливаешь сам себя, чувствуя его, чувствуешь себя самого. Вес вдруг начинает происходить как бы внутри одного тела. Видимо, это одна из причин, почему массе присуще стремление сплачиваться тесней: в основе его желание как можно в большей степени освободить каждого в отдельности от страха прикосновения. Чем плотней люди прижаты друг к другу, тем сильней в них чувство, что они не боятся друг друга. Этот переход боями прикосновения в другое, качество свойство массы. Облегчение, которое в ней начинаешь испытывать ... становится наиболее ощутимо при самой большой ее плотности".

Не менее радостную картину рисует и ученый Хосе Ортега-и-Гассет

"Толпа -- понятие количественное и визуальное: множество, -- писал Х.Ортега-и-Гассет в своей книге "Восстание масс"[36]. -- переведем его, не искажая, на язык социологии. И получим "массу". Общество всегда было подвижным единством меньшинства и массы, замечает Ортега-и-Гассет. Меньшинство -- совокупность лиц, выделенных особо. Масса -- не выделенных ничем. Масса - это средний человек. Стихийный рост массы предполагает совпадение целей, мыслей, образа жизни. Масса -- это посредственность. Масса сминает все непохожее, недюжинное, личностное и лучшее. Кто не такой, как все, кто думает не так, как все, рискует стать отверженным. Сегодня весь мир становится массой. Такова жестокая реальность современности.

Х.Ортега-и-Гассет (2000) предрекает суровую расплату массам за излишнюю усредненность и огосударственность. Современное государство -- самый явный и наглядный продукт цивилизации, пишет Ортега-и-Гассет. Отношение к нему массового человека проливает свет на многое. Такой человек гордится государством и знает, что именно оно гарантирует ему жизнь. Но такой человек не сознает, что государство создано людьми, а значит держится на определенных человеческих ценностях, которые сегодня есть, а завтра их может и не быть. При этом массовый человек видит в государстве безликую силу и сливается с этой силой. А если в жизни государства возникнут конфликты, проблемы, массовый человек постарается, чтобы власти немедленно вмешались и взяли заботу на себя, употребив на неограниченные средства. Здесь-то, по мнению Х.Ортега-и-Гассет, и подстерегает цивилизацию главная опасность - полностью огосударствленная жизнь, экспансия власти, поглощение государством всякой социальной самостоятельности, словом, удушение творческих начал истории, которыми в конечном счете держатся, питаются и движутся людские судьбы. И когда у массы возникнут затруднения или просто разыграются аппетиты, она не сможет не поддаться искушению добиться всего наиболее привычным для нее способом, без усилий, без сомнений, без борьбы и риска. Масса считает государство и себя единым целым, замечает Ортега-и-Гассет, усматривая в таком взгляде ошибку, так как, по мнению ученого, государство "идентично массе лишь в том смысле, в каком Икс идентичен Игреку, поскольку никто из них не Зет. Современное государство и массу роднит лишь их безликость и безымянность. Но массовый человек уверен, что он-то и есть государство, и не упустит случая под любым предлогом двинуть рычаги, чтобы раздавить какое бы то ни было творческое меньшинство, которое раздражает его всегда и всюду, будь то политика, наука или производство. Кончится это плачевно. Государство удушит окончательно всякую социальную самодеятельность, и никакие новые семена уже не взойдут". Массы вынудят жить для государства, человека -- для государственной машины. "И поскольку это всего лишь машина, исправность и состояние которой зависят от живой силы окружения, в конце концов государство, высосав из общества все соки, выдохнется, зачахнет и умрет самой мертвенной из смертей -- ржавой смертью механизма"[37].

ГЛАВА 2. Манипулирование массовым сознанием с помощью СМИ.


"Вот выводы ученых о том, какую pоль сыграло ТВ как важнейший сегодня инструмент инфоpмации и культурного воздействия на человека. Первый и поистине поразительный вывод: ТВ обладает свойством устранять из событий пpавду . Именно глаз телекамеры, передающей событие с максимальной пpавдоподобностью, пpевpащает его в "псевдособытие", в спектакль".


С.Г.Кара-Мурза


"Радио-- и телевизионные программы постоянно прерываются для передачи рекламы. ...постепенное увеличение промежутка времени, когда дети концентрируют внимание на чем-то одном, может стать фактором, с помощью которого можно управлять развитием их умственных способностей".


Г.Шиллер


Методы воздействия на психику через СМИ.

-- средства массовой коммуникации, информации и пропаганды.

-- манипулирование массовым сознанием и СМИ.

-- особенности психологического воздействия телевидения.

-- компьютерная игровая зависимость.

-- кинематографические приемы манипуляций массовым зрителем.


Средства массовой коммуникации (СМК) включают в себя расширенный арсенал способов воздействия на психику индивида и масс с целью внедрения в подсознание психологических установок и формирования паттернов поведения в бессознательном психики. К средствам массовой коммуникации помимо СМИ (средств массовой информации: телевидение, пресса, радио, и т.д.) относятся также кинематограф, театр, цирк, все зрелищные мероприятия и литература, видеофильмы, компьютер, различные виды рекламы, видео и звукозапись и т.п., с помощью чего можно воздействовать на массовую аудиторию. Коммуникация -- это информация, сообщение. Средства коммуникации -- способы передачи сообщений на большие территории. Массовая коммуникация -- означает вовлеченность в подобный процесс масс. По эффективности воздействия на психическое сознание масс средства массовой коммуникации и информации выходят на первое место. Становится возможным это по следующим причинам. Кратко рассмотрим, как происходит процесс воздействия информации на психику индивида или масс.

Головной мозг человека состоит из двух больших полушарий. Левое полушарие -- это сознание, правое -- бессознательное. На поверхности полушарий находится тонкий слой серого вещества. Это кора головного мозга. Под ней содержится белое вещество. Это подкорковые, сублиминальные, отделы мозга. Психика человека представлена тремя составляющими: сознанием, бессознательным и барьером между ними -- т.н. называемой цензурой психики. Информацией является любое сообщение, которое поступает из внешнего мира в психику человека. Информация проходит через цензуру психики.

Таким образом, цензура психики стоит на пути информации, появляющейся в зоне восприятия ее индивидом (через репрезентативные и сигнальные системы), и является своего рода заградительным щитом, перераспределяя информацию между сознанием и бессознательным психики (подсознанием). Часть информации, в результате работы цензуры психики, поступает в сознание, а часть (большая по объему) вытесняется в подсознание. При этом заметим, что информация, которая перешла в подсознание, по прошествии какого-то времени начинает воздействовать на сознание, а значит через сознание, на мысли и на поведение человека. Напомним, что в подсознание откладывается любая информация, которая когда-либо проходила мимо индивида. Не важно, запомнил ли он ее или нет. Любая информация, которую человек мог увидеть или услышать, информация, улавливаемая психикой с задействованием органов зрения, слуха, обоняния, осязания и т.д., такая информация неизменно откладывается в подсознание, в бессознательное психики, откуда и начинает вскоре свое воздействие на сознание.

Как известно, главная роль в отражении контактов человека с реальностью, в восприятии этой реальности, принадлежит сознанию. Однако помимо сознания существует и подсознание или бессознательное психики. Таким образом, психика человека состоит из двух слоев -- сознания и бессознательного, подсознания. Именно от подсознания зависит реализация человеком скрытых, сублиминальных воздействий, или воздействий со стороны манипуляторов, которые разработанными психо-технологиями вводят в подсознание человека психологические установки.

Подсознание или бессознательное в свою очередь тоже представлено двумя слоями. Это личное бессознательное и коллективное бессознательное (или т.н. филогенетическая память). Своим поведением представители массы, бессознательно выполняя заложенные в их психику установки, обязаны архетипическим составляющим психики, которые частично перешли к такому человеку филогенетическим путем (т.е. были сформированы до его рождения), а частично сформировались в результате личного опыта каждого человека. Т.е. личное бессознательное формируется при жизни человека посредством задействования его репрезентативных и сигнальных систем, а формирование коллективного бессознательного зависит от опыта предшествующих поколений.

На информацию, поступающую из внешнего мира оказывает частичное влияние сам человек, а также среда обитания, которая формирует направленность его мыслей в спектре определенных знаний. Бессознательное психики -- это багаж знаний, накопленный человеком в процессе жизни. Причем следует обратить внимание что информация личного бессознательного постоянно пополняется в течении жизни.

Информация, поступающая из окружающего мира, со временем будет переработана с задействованием глубинных слоев бессознательного, а также находящихся в бессознательном архетипов и паттернов поведения, и далее эта информация перейдет в сознание в виде возникновения у человека определенных мыслей и как результат -- совершения соответствующих поступков. Именно в бессознательном психики сосредоточены желания, инициативная составляющая поступков, да и вообще все, что позже переходит в сознание, т.е. становится осознанным тем или иным человеком.

Таким образом, если говорить об архетипах бессознательного в факторе влияния на подсознание с использованием манипулятивных методик, мы должны говорить что это становится возможным посредством определенной провокации архетипических пластов бессознательного психики. Манипулятор в этом случае наполняет таким смысловым значением информацию, поступающую в мозг человека, чтобы путем задействования того или иного архетипа вызвать в психике человека соответствующие реакции, а значит и сподвигнуть последнего к выполнению установок, заложенных в его подсознание самим манипулятором.

Кроме того, архетипы присутствуют не только в коллективном, но и в личном бессознательном. В этом случае архетипы состоят из остатков информации, которая когда-то попала в психику человека, но не была вытеснена в сознание или в глубины памяти, а осталась в личном бессознательном будучи обогащенной раннее полусформированными доминантами, полу-установками, и полу-паттернами; т.е. в свое время такая информация не явилась созданием полноценных доминант, установок или паттернов, но как бы наметила их формирование; поэтому при поступлении в последующем информации схожего содержания (т.е. информации со схожей кодировкой, или иными словами, схожими импульсами от афферентных связей, т.е. связей между нейронами мозга), раннее полусформированные доминанты, установки и паттерны доформировываются, в результате чего в мозге появляется полноценная доминанта, а в подсознании появляются полноценные установки, переходящие в паттерны поведения; доминанта в коре головного мозга, вызванная очаговым возбуждением служит причиной надежного закрепления психологических установок в подсознании, а значит и появление соответствующих мыслей у индивида, переходящих в последующем в поступки вследствие предварительного перехода установок в подсознании в паттерны поведения в бессознательном. И тут нам следует отметить силу средств массовой коммуникации. Потому как именно с помощью подобного рода воздействия происходит психологическая обработка не отдельного индивида, а индивидов, объединенных в массы.

Поэтому необходимо помнить, что если какая-либо информация поступает с помощью средств массовой коммуникации (телевидение, кино, глянцевые журналы, проч.), то такая информация непременно целиком оседает в психике индивида. Оседает независимо от того, успело сознание обработать хотя бы часть подобной информации, или не успело. Запомнил ли индивид поступаемую в его мозг информацию, или не запомнил. Сам факт наличия подобной информации уже говорит о том, что такая информация навсегда отложилась в его памяти, в его подсознании. И это означает, что такая информация может оказать свое воздействие на сознание как сейчас или завтра, так и через многие годы или десятилетия. Фактор времени в данном случае не играет роли. Подобная информация уже никогда не уходит из подсознания. Она может, в лучшем случае, лишь отодвигаться на второй план, скрываться до времени в глубинах памяти, потому что память индивида так устроена, что требует постоянного обновления имеющейся (хранящейся) информации, чтобы запоминать новые объемы информации. При этом не важно, прошла ли подобная информация через сознание или не прошла.

Кроме того, такая информация может усиливаться, если она была обогащена эмоциями. Любые эмоции, эмоциональная наполняемость смысловой нагрузки какой-либо информации, значительно усиливает запоминаемость, формируя доминанту в коре головного мозга, а через это и психологические установки в подсознании. Если информация "бьет по чувствам", то цензура психики уже не может оказывать свое воздействие в полной мере, потому как то, что касается чувств, эмоций, легко преодолевает защиту психики, и такая информация прочно усваивается в подсознание, надолго оставаясь в памяти. А чтобы как-то разделить информацию, поступаемую в подсознание через барьер психики (цензуру), и информацию, поступаемую в подсознание минуя цензуру психики, заметим, что в первом случае подобная информация откладывается в поверхностном слое личного бессознательного, т.е. откладывается не очень глубоко, тогда как во втором случае -- проникает значительно глубже. При этом нельзя говорить, что в первом случае информация со временем перейдет в сознание быстрее, чем та информация, которая до этого через сознание (а значит через цензуру) не проходила. Тут нет особой взаимосвязи. На информацию, извлекаемую из подсознания, оказывает влияние множество различных факторов, в том числе архетипы коллективного и личного бессознательного. И тогда уже, как раз задействуя тот или иной архетип, становится возможным выведение информации из подсознания -- и перевод ее в сознание. Из чего следует, что такая информация вскоре начнет оказывать влияние на поведение индивида, руководя его поступками.

Немного остановившись на архетипах, заметим, что под архетипами понимается сформированность в подсознании неких образов, последующее воздействие на которые способно вызывать в психике индивида определенные положительные ассоциации, и через это оказывать влияние на информацию, получаемую индивидом "здесь и сейчас", то есть информацию, оцениваемую индивидом в настоящее время. Архетип формируется через планомерное поступление какой-либо информации (т. е. посредством поступления информации на протяжении какого-либо времени), причем чаще всего формируется в детстве (раннем детстве), или юности. С помощью того или иного архетипа бессознательное способно оказывать воздействие на сознание. К.Г.Юнг (1995) предполагал, что архетипы уже заложены в природе человека от рождения. Это положение находится в прямой взаимосвязи с его теорией о коллективном бессознательном. Кроме того, так как архетипы, находящиеся в бессознательном, и сами бессознательны, то становится объяснимым тот факт, что их воздействие на сознание не осознается, как не осознается в большинстве случаев любая форма влияния на сознание информации, хранящейся в подсознании. Вводя понятие коллективного бессознательного, Юнг (1995) отмечал, что поверхностный слой бессознательного называется личностным бессознательным. Кроме личного бессознательного (приобретаемого из личного опыта в процессе жизни), существует еще и врожденный и более глубокий слой, который называется коллективным бессознательным. Коллективное бессознательное включает в себя содержания и образы поведения, которые являются у всех индивидов одними и теми же.

Из всех средств массовой коммуникации наивысшим манипулятивным эффектом выделяется телевидение. Существует определенная проблема подверженности современного человека к манипулированию посредством телевидения. Отказаться от просмотра телепередач для большинства индивидов невозможно, потому как специфика телесигнала и подачи материала построена таким образом, чтобы сначала провоцировать в индивиде симптомы психопатологии, а позже -- снимать их, посредством телетрансляции, тем самым, обеспечивая устойчивую зависимость (сродни наркозависимости). Все, кто на протяжении длительного времени смотрел телевизор -- находятся в подобного рода зависимости. Они уже не могут отказаться от просмотра телепередач, потому что, в случае избегания просмотра, у подобных индивидов могут начинаться состояния, напоминающие по своим характеристикам симптоматику невроза. На провоцировании в психике индивида симптоматики пограничной психопатологии основано значительное действие манипулятивных методик. Посредством телесигнала телевидение кодирует психику индивида. Основано такое кодирование на законах психики, согласно которым любая информация сначала поступает в подсознание, и уже оттуда оказывает воздействие на сознание. Таким образом, посредством телетрансляции становится возможным моделировать поведение индивида и масс. С.Г.Кара-Мурза (2007) отмечает, что телепродукция -- это "товар" сродни духовному наркотику. Человек современного городского общества зависим от телевидения, потому что воздействие телевидения таково, что человек утpачивает свободу воли и пpоводит у экрана гораздо больше времени, чем тpебуют его потpебности в инфоpмации и pазвлечении. Как и в случае наркотиков, человек, потребляя современную телепрограмму, не может рационально оценить характер ее воздействия на его психику и поведение. Более того, поскольку он становится "зависимым" от телевидения, то продолжает потреблять его продукцию даже в том случае, если отдает себе отчет в ее пагубном воздействии.

Первое массовое вещание началось в фашисткой Германии, во время Олимпийских игр 1936 года[38] (Гитлер первым понял и стал использовать манипулятивные возможности ТВ). Немногим ранее, в апреле 1935 года в Берлине появился первый телесалон на 30 человек с двумя телевизорами, а осенью 1935 года открылся телетеатр с проектором на 300 человек[39]. В США в 1946 году телевизор имели только 0,2% американских семей. В 1962 году эта цифра возросла до 90%, а к 1980 году телевизоры имели почти 98% американских семей, причем некоторые семьи имели по два-три телевизора[40]. В Советском Союзе регулярное телевизионное вещание началось в 1931 году из здания Московского радиоузла на Никольской улице (ныне Российская телевизионная и радиовещательная сеть -- РТРС)[41]. А первый телеприемник появился в 1949г. (назывался КВН-49, был черно-белым, экран был чуть больше размеров почтовой открытки, для увеличения изображения применялась линза, приставляемая к экрану, которая увеличивала изображение примерно в два раза.) До середины 80-х гг. в нашей стране существовало два-три канала, причем, если первый канал могли смотреть почти 96% населения страны, то два канала "ловилось" не у всех (в зависимости от региона), примерно 88% в масштабах страны. Три канала -- было только у третьей части страны. Причем большинство телеприемников (на две трети) еще до 90-х годов оставался черно-белым[42].

При проведении телетрансляции происходит воздействие на психику посредством активации различных форм передачи информации; одновременное участие органов зрения и слуха оказывает мощный эффект на подсознание, за счет чего осуществляются манипуляции. Через 20-25 минут просмотра телевизионной передачи мозг начинает впитывать любую информацию, которая поступает посредством телетрансляции. Один из принципов манипуляции массами -- внушение. На этом принципе основано действие телерекламы. Например, человеку показывается какой-нибудь рекламный ролик. Предположим, поначалу у такого человека происходит явное отторжение демонстрируемого материала (т.е. его представление об этом товаре другое). Такой человек смотрит, слушает, оправдывая себя тем, что ничего подобного покупать не будет. Этим как бы успокаивает себя. На самом деле, если на протяжении длительного времени в информационное поле человека попадает какой-нибудь сигнал, то информация неизбежно откладывается в подсознании. А значит, если в последующем станет выбор между тем, какой товар купить, такой человек бессознательно отдаст предпочтение тому товару, о котором уже "что-то слышал". Более того. Именно этот товар в последующем будет вызывать в его памяти положительный ассоциативный ряд. Как чего-то знакомого. В итоге, когда человек становится перед выбором товара, о котором ему ничего не известно, и товара, о котором он уже "что-то слышал" -- то инстинктивно (т.е. подсознательно) потянется к знакомому товару. Причем в данном случае зачастую важен фактор времени. Если на протяжении длительного времени перед нами проходит информация о каком-то товаре, он уже автоматически становится чем-то близким нашей психике, а значит, человек бессознательно может сделать выбор в пользу такого товара (подобной марки товара, бренда). При телевизионном сигнале, особенно во время рекламы, используется три основных принципа технологии пассивного транса (гипноза): релаксация, концентрация внимания и внушение. Расслабившись и сосредоточившись перед экраном телевизора, человек поглощает всю внушаемую ему информацию, а так как у человека, в отличие от животных, две сигнальные системы, то это значит, что люди одинаково реагируют как на реальный чувственный раздражитель (правое полушарие мозга), так и на человеческую речь (левое полушарие мозга).

Другими словами, для любого человека слово является таким же реальным физическим раздражителем, как и все остальные. Транс усиливает действие слов (левое полушарие мозга) и эмоционально воспринимаемых картинок-образов (правое полушарие мозга), поэтому, отдыхая у телевизора, любой человек именно в этот момент и в этом состоянии становится чрезвычайно психофизиологически уязвимы, так как сознание человека переходит в гипнотическое состояние, так называемое "альфа-состояние" (состояние, которое нейрофизиологически сопровождается альфа-волнами на электроэнцефалограмме коры головного мозга. Кроме того, телевизионная реклама обязательно часто повторяется. В этом случае применяется еще один важный принцип гипноза. Повторение резко усиливает силу внушения, низводя в итоге поведение многих людей до уровня обычных рефлексов нервной системы.

Л.П.Гримак (1999) отмечает, что современное телевидение выступает в качестве самого эффективного средства формирования гипнотической пассивности зрителя, которая способствует прочному закреплению создаваемых психологических установок, поэтому именно телевизионная реклама считается наиболее действенным способом программирования покупателей и потребителей услуг. Во время просмотра телепередач зритель погружается в поверхностный гипноз. В этом случае программирование зрителя осуществляется по типу постгипнотического внушения, когда заданная установка активируется в назначенный срок после выхода из транса, т.е. через время после просмотра телепередачи, у человека появляется навязчивое желание сделать покупку. Поэтому в последние годы появилось новое психическое заболевание -- мания покупок. Свойственна она в основном людям, страдающим от одиночества, комплексов неполноценности, низкой самооценки, не видящих смысла своего существования. Болезнь проявляется в том, что попав в супермаркет, такой человек начинает покупать буквально все подряд, пытаясь избавиться от некоего внутреннего беспокойства. Явившись с приобретениями домой, и сам покупатель и его близкие оказываются в шоке, будучи поражены величиной денежных расходов и явной ненужностью покупок. Особенно часто страдают этой болезнью женщины, т.к. они более внушаемы. Установлено, что 63% людей, не способных удержаться от покупок, даже если понимают, что этот предмет им не нужен, страдают депрессией. Особую опасность являет просмотр телевидения для ребенка. Одна из причин гипнотизирующего действия телепередач заключается в том, что просмотр телепередач сопровождается очень большим расходом энергии. Человеку кажется, что он сидит и физически отдыхает, однако быстро сменяющиеся на экране зрительные картины непрерывно активируют в его долговременной памяти множество образов, составляющих опыт его индивидуальной жизни. Сам по себе зрительный ряд телеэкрана требует непрерывного осознания визуального материала, порождаемые им ассоциативные образы требуют определенных интеллектуальных и эмоциональных усилий по их оценке и затормаживанию. Нервная система (особенно у детей), будучи не в силах выдержать такой интенсивный процесс осознавания, уже спустя 15-20 минут формирует защитную тормозную реакцию в виде гипноидного состояния, которое резко ограничивает восприятие и переработку информации, но усиливает процессы ее запечатления и программирования поведения. (Л.П.Гримак, 1999).

Не меньшую опасность телевидение оказывает на психику женщин-домохозяек, а также мужчин и женщин, которые после рабочего дня приходят домой и включают телевизор. Связанна такая опасность с тем, что телевидение имеет сильный суггестивный эффект. При просмотре телепередач любой направленности у человека работает преимущественно правое полушарие головного мозга. Правое полушарие мыслит образами, и отвечает за комплексное видение мира, т.е. компонует отдельные кадры увиденного в единую целостную композицию. При этом выключается работа левого полушария, с его аналитическим мышлением.

Таким образом, вся увиденная посредством просмотра телевизора информация беспрепятственно проникает в подсознание, где формирует соответствующие психологические установки и паттерны поведения. В результате этого спонсоры телеканалов программируют население страны на выполнение заданных действий, не оставляя человеку шансов к сопротивлению. Против профессионалов-манипуляторов необходимо учиться бороться, овладевая специальными знаниями, которые значительно затрудняют, а при должном подходе и сводят на нет усилия манипуляторов. В отношении манипулятивного воздействия направленного на детей (значительное количество телепередач) следует говорить, что у ребенка, в силу возраста, не сформирован навык перевода информации из правого полушария в левое, т.е. навык осмысления информации, которая подается посредством телепоказа. Телевидение с его огромным потоком зрительной информации оказывает воздействие главным образом на правое полушарие мозга. Быстрая смена изображений, невозможность вернуться назад и еще раз просмотреть недостаточно понятые кадры (а значит осмыслить их), это признаки динамического искусства, коим является телевидение. Осмысление увиденного, т.е. передача информации из правого (чувственного, образного) полушария в левое (логическое, аналитическое), происходит посредством перекодирования увиденных на экране образов в слова. Для этого требуется время и навык. У детей подобный навык еще не сформирован. Тогда как при чтении книг -- работает преимущественно левое полушарие, поэтому и ребенок, который читает книги, имеет интеллектуальное преимущество перед теми, кто смотрит телевизор в ущерб чтению. А.В.Федоров (2004) приводит данные негативного влияния средств массовой коммуникации на психику подрастающего поколения, отмечая, что в настоящее время в России один из самых высоких в мире уровень преступности. Ежегодное количество убийств (на 100 тысяч населения) в России -- 20,5 чел. В США эта цифра составляет -- 6,3 чел. В Чехии -- 2,8. В Польше -- 2. По этому показателю Россия делит первое место с Колумбией. В 2001 году в России было совершено 33,6 тысяч убийств и покушений на убийство, 55,7 тысяч случаев причинения тяжкого вреда здоровью, 148,8 тысяч грабежей, 44,8 тысяч разбойных нападений. При этом подростковая преступность приобретает масштабы национального бедствия. После отмены цензуры в средствах массовой информации, на кино/теле/видео/компьютерных экранах стали демонстрироваться (без соблюдения возрастных ограничений) тысячи отечественных и зарубежных произведений, содержащих эпизоды насилия. Насилие, демонстрируемое с экранов, связано с коммерциализацией телевидения и отмены государственной цензуры. Сценами насилия часто заменяют слабый сюжет картины, т.к. сцены насилия оказывают воздействие сразу на подсознание, задействуя чувства, а не на разум. Демонстрацией секса и насилия манипуляторы с помощью СМИ добиваются деградации подрастающего поколения, у представителей которых нарушаются способности адекватно воспринимать реальность. Такой человек начинает жить в своем вымышленном мире. Причем телевидение и кино (как и вообще все средства массовой коммуникации) формируют в психике подростка установки и паттерны поведения, в соответствии с которыми на ту или иную жизненную ситуацию такой подросток уже будет реагировать в соответствии с теми установками, которые оказались у него сформированы посредством просмотра телепередач и кинофильмов. Явно выделяется, конечно же, телевидение и кино, т.к. в отличие от печатных или электронных СМИ, в данных видах воздействия на психику наибольший манипулятивный эффект достигается еще и от сочетания музыки, картинки изображения, голоса диктора или героев фильма, и это все значительно усиливает смысловую нагрузку, которую заложили манипуляторы массовым сознанием в сюжет той или иной картины.

Еще один манипулятивный эффект заключается в вовлеченности зрителей в происходящее на экране. Наступает, своего рода, идентификация зрителя с героями киноленты или передачи по ТВ. В этом кроется одна из особенностей популярности различных передач. Причем, эффект от подобного рода демонстрации весьма значителен, и базируется на механизме воздействия (намеренного или бессознательного) происходящего на экране на подсознание, с особого рода вовлечением архетипов личного и коллективного (массового) бессознательного. Кроме того мы должны помнить о такой категории воздействия на психику, как подключенность к источникам информации. Если вы смотрите какую-либо передачу по ТВ, то даже если вы при этом находитесь один, вы входите в некое информационное биополе масс, т.е. подключаетесь к психическому сознанию тех, кто тоже смотрит эту же передачу; таким образом, вы образуете единую массу, на которую распространяются механизмы манипулятивного воздействия свойственные массообразованиям.

"Коммерческое кино сознательно и методично, с дьявольской изощренностью устраивает для зрителя ловушки на экране", -- отмечает К.А.Тарасов,[43] который приводит для примера такой факт: в 1949-1952 гг. создатели первого в мире криминального телесериала "Человек, противостоящий преступности" (США) получали от своего руководства инструкцию следующего содержания: "Было установлено, что интерес аудитории можно поддерживать наилучшим образом в том случае, когда сюжет разворачивается вокруг убийства. Поэтому кто-то обязательно должен быть убит, лучше в самом начале, даже если по ходу фильма совершаются другие виды преступлений. Над остальными героями все время должна висеть угроза насилия". Главный же герой с самого начала и на протяжении всего фильма должен подвергаться опасности.

Показ насилия в коммерческом кино нередко оправдывают тем, что в финале картины торжествует добро. При этом подразумевается квалифицированное прочтение фильма. Но есть и другая реальность восприятия, особенно в подростковом и юношеском возрасте: социально значимым является смысл, который приписывают фильму зрители, а не намерения автора.

Выделяются пять типов последствий восприятия экранного насилия.

Первый тип -- катарсис. В его основе лежит представление о том, что неудачи индивида в повседневной жизни вызывают у него состояние фрустрации и развивающееся отсюда агрессивное поведение. Если оно не реализуется через восприятие соответствующих героев популярной культуры, то может проявиться в антисоциальном поведении.

Второй тип последствий -- формирование готовности к агрессивным действиям. Имеется в виду установка на агрессивное поведение, происходящая в результате, с одной стороны, возбуждения зрителя от сцен насилия, а с другой -- представления о допустимости насилия в межличностных отношениях под влиянием сцен, в которых оно выступает как нечто вполне оправданное.

Третий тип -- научение посредством наблюдения. Имеется в виду, что в процессе идентификации с киногероем зритель вольно или невольно усваивает определенные образцы поведения. Информация, полученная с экрана, в дальнейшем может быть использована им в реальной жизненной ситуации.

Четвертый тип последствий -- закрепление существующих у зрителей установок и образцов поведения.

Пятый тип -- это не столько насильственное поведение, сколько эмоции -- страхи, беспокойство, отчужденность. В основе этой теории лежит идея, что масс-медиа, прежде всего ТВ, создают некую символическую среду, куда люди погружаются с детства. Среда формирует представления о реальной действительности, культивирует определенную картину мира.

Поэтому следует вывод, что образы насилия влияют на общеличностную идентичность по трём направлениям: 1) формирование готовности к агрессивным действиям в результате закрепления или возникновения представления о допустимости физического насилия в межличностных отношениях. 2) научение посредством наблюдения. В процессе идентификации с киногероем зритель вольно или невольно усваивает определенные образцы агрессивного поведения. Полученная информация в дальнейшем может быть использована в реальной жизненной ситуации. 3) закрепление у зрителей существующих установок и образцов поведения. Таким образом, в детском развитии современное экранное искусство способствует формированию агрессивности как составляющих общеличностной идентичности человека. (К.А.Тарасов, 2003) У большинства ученых нет разногласий по поводу негативного влияния неконтролируемого потока сцен экранного насилия на детскую аудиторию и необходимости создания продуманной государственной политики по отношению к защите прав ребенка в области медиа. (А.В.Федоров, 2004).

В вопросе воздействия на психику ребенка следует обратить внимание, что такая структура психики как цензура (барьер критичности на пути информации, поступаемой из внешнего мира), у ребенка еще не сформирована. Потому почти любая информация из телевизора закладывает в психике ребенка установки и паттерны последующего поведения. Иного не дано. В этом заключается сильный манипулятивный эффект телевидения, когда человек может даже не понимать смысла информации, которую видит на экране ТВ; содержимое телепередачи может даже представлять из себя набор смешных историй со скандальным оттенком (усиливавшим суггестивный эффект, потому как любая провокация эмоций разрушает барьер критичности психики), и внешне как будто явного негатива не просматривается. Такой негатив становится заметен после, когда подросток начинает демонстрировать поведение, смоделированное раннее в результате просмотра ТВ. "Культ жестокости, насилия, порнографии, пропагандируемый в СМИ, печатных изданиях неограниченной продажи, а также в компьютерных играх и др., ведет к неосознаваемому порой желанию у подростков и молодежи подражать этому, способствует закреплению таких стереотипов поведения в их собственных привычках и образе жизни, снижает уровень пороговых ограничений и правовых запретов, что, наряду с другими условиями, открывает путь для многих из них к правонарушениям", --отмечает В. Н. Лопатин[44].

Говоря об установках, мы должны говорить, что выражаются такие установки в запрограммированных моделях поведения. Выделяя одну их характеристик установки, Т.В.Евгеньева (2007) отмечает, что установкой называется состояние внутренней готовности индивида реагировать запрограммированным образом на объекты действительности или на информацию о них. Принято выделять несколько функций установки в процессе познания и мотивации поведения: познавательную (регулирует процесс познания), аффективную (канализирует эмоции), оценочную (предопределяет оценки) и поведенческую (направляет поведение). Рассматривая подобные функции, Т.В.Евгеньева приводит пример понимания различий между установками, известный как "парадокс Лапьера"[45]. Вкратце суть такова. В 1934 году Р.Лапьер провел эксперимент. Он решил объехать множество различных гостиниц в небольших американских городках, взяв с собой двух студентов-китайцев. Везде, где компания останавливалась на ночлег, хозяева гостиниц их встречали очень радушно. После того как Лапьер с китайцами возвратился на базу, он написал письмо всем владельцам гостиниц, с вопросом, может ли он приехать к ним с компанией, в которой будут китайцы. Почти все владельцы гостиниц (93%) ответили отказом. На этом примере можно увидеть, что оценочная установка по отношению к представителям конкретной расовой группы в ситуации, требующей поведенческой реакции, была вытеснена поведенческими установками хозяина гостиницы по отношению к клиенту. Т.В.Евгеньева (2007) отмечает хаотичный характер российских СМИ, которые ориентируются на рейтинг и привлечение рекламодателей, и дополняет приведенные установки еще одной: установкой барьера.

Заметим, что подобная установка лежит в плоскости психоанализа, и обозначает собой тот факт, что информация поступаемая из внешнего мира, которая не наталкивается на предварительно заложенные в подсознание архетипы или паттерны поведения, не будет воспринята сознанием индивида, а значит, до срока отправляется в подсознание. Но не исчезает. Об этом необходимо помнить. Потому как любая информация из внешнего мира, которая оказалась не воспринятая сознанием и вытесненное им в подсознание (в бессознательное), на самом деле по прохождении определенного времени начинает оказывать свое воздействие на сознание.

Таким образом, установки, внедряемые в подсознание, и направленные на формирование соответствующих мыслей, желаний и поступков индивида и масс, весьма устойчивые по времени, и растворяясь в бессознательном (как личном, так и коллективном) в виде образования соответствующих архетипов, оказывают ключевое влияние на жизнь человека.

Мы уже отмечали повышенное восприятие любой информации детской психикой. Фактически любая информация, поступаемая в психику в детском возрасте откладывается в подсознание, а значит, по прошествии времени начинает оказывать воздействие на сознание. Таким образом, с помощью СМИ манипуляторы от бизнеса и власти программируют сознание масс на долгие годы, потому что взрослые люди живут установками, полученными в детстве.

Говоря о современных средствах массовых воздействий на аудиторию, мы должны говорить о сочетании рекламы и средств массовой коммуникации. Воздействуя на подсознание индивида, реклама приводит к тому, что человек уже не принадлежит самому себе. Он подчиняется навязываемым ему принципам и нормам жизни. И даже если сознательно он еще противится некоторым из них, подсознательно он уже делает выбор в пользу той или иной психологической установки со стороны манипуляторов.

Кроме того манипуляторами формируется комплекс неполноценности у определенных групп населения, не имеющих возможности купить тот или иной товар. Товар, соответствующий тому или иному стилю жизни. Например, телевидение посредством передач определенной направленности формирует образ успешных людей, имеющих средства, чтобы покупать себе любые товары. Народ желает приблизиться к такому же уровню потребления, отсюда рост кредитов со стороны банков, и в целом -- рост невротических зависимостей и озлобленности в обществе, кредиты не всегда удается отдавать.

Выделяют пять стадий взаимодействия социума и телевидения. Первая стадия -- интерес к источнику информации (т.е. к телевизору). Вторая стадия -- оценка информации. Кроме того, обладание телевизором на этой стадии отмечается человеком как повышение собственного социального статуса. Третья стадия характеризует собой развитие массового телевидения. Телеприемник могут себе позволить приобрести многие семьи. На четвертой стадии -- взрослые уже не только проводят значительное количество времени перед телевизором, но и телевизор уже начинает строить их жизнь посредством полученной когда-то информации посредством телепросмотра. Пятая стадия характеризует собой появление кабельного телевидения, а значит, растет избирательность в получении той или иной информации. (Я.Н.Засурский, 2001).

При этом современный этап развития телевидения характеризует собой изменения, происходящие от простого просмотра телепередач через телеприемник (как это происходило в 20 веке), к таким разновидностям телевидения, как спутниковое (всемировое), кабельное (абонентское), кассетное (ТВ посредством лазерных дисков), титровое телевидение (видеотекст, телетекст). Кроме того, мы должны говорить и о том, что манипулирование психическим сознанием масс заложено в любой телетрансляции. Как отмечает А.Н.Фортунатов (2007), в специфике телевизионной информации заложена необходимость восприниматься некритично, соответствовать ожиданиям аудитории, ее стереотипам и устойчивым представлениям о реальности. Телепрограмма с первых же секунд должна сигнализировать зрителю о том, что она адресована именно ему, отвечает его потребностям. После этого такие импульсы должны повторяться с достаточной периодичностью, чтобы у сидящего перед экраном человека не появилось мотивов переключить канал. Зритель выступает своеобразным "резонатором" между собственными представлениями о мире и тем, что он видит по телевизору, получая из телевизора подтверждения правильности своего выбора.

Кроме того следует говорить об информационном управлении (посредством телевидения в частности, и средств массовой коммуникации в целом). Причем, рассматривая вопрос управления, можем заметить (основываясь на пример Перестройки и разрушения вследствие этого социального уклада советского общества), что эффективность подобных действий строилась на методологической базе Антонио Грамши, считавшим, что для разрушения общества массовая революция будет слишком сложна, так как является изменением "базиса", что в современных условиях относительно сложно. И легче в таком случае изменить "надстройки", то есть другими словами -- направить манипулятивное воздействие на интеллигенцию, потому как изменение ее мировоззрения -- окажется заметно выигрышнее, в том числе, и по времени, нежели чем пытаться изменить сознание всего общества сразу[46].

Рассмотрим манипуляции посредством телевидения. (С.К.Кара-Мурза, 2007).

1) Фабрикация фактов.

В данном случае эффект манипулирования происходит в результате мелких отклонений, используемых при подачи материала, но действующих всегда в одном направлении. Манипуляторы говорят правду, только когда правда может быть легко проверена. В остальных случаях -- стараются преподнести материал в нужном им ключе. Причем ложь становится наиболее эффективной, когда опирается на заложенный в подсознание стереотип.

2) Отбор для материала событий реальности.

В данном случае эффективным условием программирования мышления является контроль СМИ с целью подачи единой информации, но различными словами. При этом допускается деятельность оппозиционных СМИ. Но деятельность их должна быть подконтрольна и не выходить за рамки разрешаемого им вещания. Кроме этого СМИ используют т. н. принцип демократии шума, когда ненужное манипулятором сообщение просто должно погибнуть под мощным выбросом разносторонней информации.

3) Серая и черная информация.

Во второй половине ХХ века СМИ стали использовать технологии психологической войны. Американский военный словарь 1948 г. дает психологической войне такое определение: "Это планомерные пропагандистские мероприятия, оказывающие влияние на взгляды, эмоции, позиции и поведение вражеских, нейтральных или дружественных иностранных групп с целью поддержки национальной политики". В руководстве (1964) говорится, что цель такой войны -- "подрыв политической и социальной структуры страны... до такой степени деградации национального сознания, что государство становится не способным к сопротивлению".

4) Большие психозы.

Тайными задачами СМИ является превращение граждан нашей страны в единую массу (толпу), с целью общего регулирования распространения потока информации, которой обрабатывается сознание и подсознание людей. В итоге, такой толпой легче управлять, а средний обыватель беспрекословно верит самым нелепым утверждениям.

5) Утверждение и повторение.

В данном случае информация подается в виде готовых шаблонов, которые активно задействуют имеющиеся в подсознании стереотипы. Утверждение в любой речи означает отказ от обсуждения, поскольку власть идеи, которая может подвергаться обсуждению, теряет всякое правдоподобие. В мышлении человека сложился т.н. мозаичный тип культуры. СМИ являются фактором укрепления такого типа мышления, приучая человека мыслить стереотипами, и не включать интеллект при анализе материалов СМИ. С помощью повторения информация внедряется в глубины подсознания, туда, где зарождаются мотивы последующих действий человека. Чрезмерное повторение притупляет сознание, заставляя любой информации практически без изменений откладываться в подсознании. А из подсознания, через определенный промежуток времени, такая информация переходит в сознание.

6) Дробление и срочность.

В данной методике манипулирования используемой СМИ, целостная информация разделяется на фрагменты, чтобы человек не смог соединить их в единое целое и осмыслить проблему. (Например статьи в газете разбиваются на части и помещаются на разных страницах; текст или телепередача разбиваются рекламой.) Разрывая на кусочки информацию о важном событии, удается резко снизить воздействие сообщения или вообще лишить его смысла.

7) Упрощение, стереотипизация.

Данный вид манипуляции основан на том факте, что человек -- продукт мозаичной культуры. Его сознание создано СМИ. СМИ, в отличие от высокой культуры, предназначены именно для массы. Поэтому в них были установлены жесткие ограничения на сложность и оригинальность сообщений. Оправданием для этого служит то правило, что представитель массы способен адекватно усваивать только простую информацию, поэтому любая новая информация подгоняется под стереотип, чтобы человек воспринимал информацию без усилий и внутреннего анализа.

8) Сенсационность.

В данном случае сохраняется принцип такого преподнесения информацию, когда из отдельных частей невозможно или очень затруднительно составить единое целое. При этом выделяется какая-либо псевдо-сенсация. А уже под прикрытием ее -- замалчивается по настоящему важная новость (если эта новость по каким-то причинам является опасной для кругов, контролирующих СМИ). Непрерывная бомбардировка сознания, особенно "плохими новостями", выполняет функцию поддержания в обществе необходимого уровня "нервозности". Такая нервозность, ощущение непрерывного кризиса, резко повышает внушаемость людей и снижает способность к критическому восприятию.

9) Изменение смысла слов и понятий.

Манипуляторы от СМИ в этом случае вольно интерпретируют слова любого человека. При этом меняется контекст, часто принимая форму прямо противоположную или как минимум искаженную. Пример: когда римского папу во время визита в одну из стран спросили как он относится к домам терпимости, тот удивился, что, мол, разве они есть. После этого в газетах появилось экстренное сообщение: "Первое, что спросил папа, ступив на нашу землю, есть ли у нас дома терпимости?"

Мы уже заметили, что телевизионная трансляция служит некой ежедневной дозой духовного наркотика, позволяющей на время снимать невротическую зависимость. Избавление от зависимости происходит путем подключения к коллективному разуму.

Как мы уже заметили, если определенное количество людей занимаются одним и тем же делом (например, смотрят телевизор), то они объединяются в массу. А значит, над такими людьми распространяются законы толпы (внушаемость, заразительность, подражание и проч.), и управлять такими людьми можно как бы из единого "командного центра". Какое-либо противостояние манипуляциям со стороны СМИ практически исключено. Все люди проживают в социуме, т.е., находясь между равномерно излучаемых друг от друга сигналов, взаимодействуют друг с другом в рамках одного общества схожего социального устройства, а значит, имеют почти одинаковые страхи и радости, заботы и проблемы и т.п. Причем первоначальное подключение разума отдельных людей в единый разум происходит еще в детском саду и школе (т.н. дисциплинарных пространствах). Таким образом, с детства в психике человека формируются механизмы, воздействие на которые в последующем позволяет объединять людей в массы и подчиняться вождю (главе государства) А что такое подчинение? Подчинение это снятие невроза. Делая как все, человек не подвергается давлению со стороны своих руководителей. В ином случае на него обрушивается поток критики, бессознательно провоцирующий в психике различного рода невротические зависимости (беспокойство, чувство вины, страх, тревожность, неуверенность в себе, и т.п.). Снятие таких зависимостей происходит путем объединения отдельных индивидов в единую массу, когда человек начиная играть по принятым в обществе правилам, перестает выделяться, а значит у него исчезает и симптоматика невротической зависимости. В результате чего мозг человека запоминает подобное, и в последующем, когда такой человек хочет сделать что-то отличное от общепринятого, он становится перед выбором: сделать это сознательно и пойти по пути противостояния обществу (а значит вновь ввергнуть себя в невроз), или делать все так как все, и относительно счастливо жить дальше. Большинство выбирает последнее. Поэтому когда вечером показывают развлекательные передачи -- люди смотрят их, потому что кроме всего прочего знают что и другие, придя с работы, тоже смотрят эти же самые передачи.

Кроме того, СМИ оказывают психологическое воздействие на следующие сферы психики:

1) Потребностно-мотивационную (знания, убеждения, ценностные ориентации, влечения, желания).

2) Интеллектуально-познавательную (ощущения, восприятия, представления, воображение, память и мышление).

3) Эмоционально-волевую сферу (эмоции, чувства, настроения, волевые процессы).

4) Коммуникативно-поведенческую (характер и особенности общения, взаимодействия, взаимоотношений, межличностного восприятия). (В.Г.Крысько, 1999).

При этом психологическое воздействие имеет свои закономерности:

-- если оно направлено на потребностно-мотивационную сферу людей, то его результаты сказываются на направленности и силе побуждений (влечений и желаний) людей;

-- Если направлено на эмоциональную сферу психики, то это отражается на внутренних переживаниях, а также на межличностных отношениях;

-- сочетание воздействий на потребностно-мотивационную и эмоциональную вместе -- позволяет влиять на волевую активность людей и таким образом управлять их поведением;

-- влияние на коммуникативно-поведенческую сферу (специфику взаимоотношений и общения) позволяет создавать социально-психологический комфорт и дискомфорт, заставлять людей сотрудничать либо конфликтовать с окружающими;

-- в результате психологического воздействия на интеллектуально-познавательную сферу у человека изменяются в нужную манипуляторам сторону представления человека, характер восприятия им вновь поступающей информации и, в итоге, его "картина мира". (Проект Россия, 2006).

Таким образом, телевидение и другие средства массовой культуры (кинематограф, глянцевые журналы и проч.) изменяют привычки людей, вводя им в подсознание новые установки, инициируемые властью и (или) капиталом. Происходит своеобразное зомбирование массового сознания. И закодированные таким образом люди начинают действовать в интересах правящей элиты, об этом даже не подозревая.

Д.А.Волкогонов (1983) приводит основные характеристики подобной тактики, отмечая, что наиболее характерными особенностями ее являются высокая степень избирательности воздействий, быстрая перестройка аргументации в зависимости от меняющейся обстановки, комплексное применение различных методов и приемов психологической войны, концентрация усилий на том или ином объекте, конкретной дате, регионе, социальной группе и т.п.

Выделяют три уровня воздействия на психику:

1) Усиление существующих в сознании людей нужных установок, идеалов, ценностей, норм. Закрепление этих элементов сознания в мировоззрении и жизненных установках.

2) Частные и малые изменения взглядов на то или иное событие, что оказывает воздействие на позицию и эмоциональное отношение человека к конкретному явлению.

3) Коренное, кардинальное изменение жизненных установок на основе сообщения драматических сведений и необычных новых данных.

Реализации первых двух установок достигается с помощью манипулирования в быстрый период времени, а третий уровень, характеризующий собой кардинальное изменение установок в моделях поведения масс, становится возможным в результате длительного воздействия на психику. (Д.А.Волкогонов, 1983).

На наш взгляд следует выделять такую важную роль телевидения, как возможность и избавления от невроза путем просмотра, например, кинофильмов. Такие фильмы как, например, "Груз 200", по силе достигнутых эффектов-воздействий на аудиторию и связанных с этим аффективных переживаний психики, способны добиться намного большего эффекта, чем многие психотерапевтические методики, требующие методичного и вдумчивого погружения пациента в свой внутренний мир. То есть в течении одного просмотра фильма подобного содержания, пациент разом снимает с себя груз наболевших психосоматических проблем, испытывая катарсис (очищение). Рассматривая механизмы достижения подобных эффектов-результатов посредством просмотра теле-- или кинофильма, приведем классические приемы задействования в психике масс той эмоциональной составляющей, благодаря которой, собственно, и рождаются в душе чувства, которые помогают сопереживать героям фильмов путем бессознательной вовлеченности в сюжет и действие, разыгрываемое на экране.

А.В.Федоров (2007) приводит такую схему достижения эффекта у зрителя:

-- оркестровка" -- психологическое давление в форме постоянного повторения тех или иных фактов вне зависимости от истины;

-- "селекция" ("подтасовка") -- отбор определенных тенденций -- к примеру, только позитивных или негативных, искажение, преувеличение (преуменьшение) данных тенденций;

-- "наведение румян" (приукрашивание фактов);

-- "приклеивание ярлыков" (например, обвинительных, обидных и т.д.);

-- "трансфер" ("проекция") -- перенос каких-либо качеств (положительных, отрицательных) на другое явление (или человека);

-- "свидетельство" -- ссылка (не обязательно корректная) на авторитеты с целью оправдать то или иное действие, тот или иной лозунг;

-- "игра в простонародность", включающая, к примеру, максимально упрощенную форму подачи информации.

-- "просеивание" информации (к примеру, для медиатекстов, претендующих на документальность, эффективно аргументированное выделение истинного и ложного, очищение информации от "румян" и "ярлыков" путем сопоставления с действительными фактами и т.д.);

-- снятие с информации ореола "типичности", "простонародности", "авторитетности";

-- критический анализ целей, интересов "агентства"/авторов медиатекста".

Среди факторов, влияющих на притягательность теле-- и кинофильма, выделяется демонстрацию сцен насилия, вызывающих дополнительный всплеск эмоций зрителя, а значит и вовлеченность в процесс просмотра. Рассмотрим классификацию притягательности сцен насилия для аудитории Дж.Кэнтор (1998):

1) Желание испытать волнение. Просмотр сцен с насилием активизирует сопереживание, увеличивает скорость сердцебиения и давление.

2) Стремление виртуально испытать агрессию (эффект эмпатии): многим медийным реципиентам нравится виртуально участвовать в агрессивных действиях. Увлечение медиатекстами, содержащими натуралистическое изображение сцен насилия, имеет прямое отношение к процессу получения удовольствия от созерцания подобных сцен, к идентификации с агрессором, а не с положительным персонажем или жертвой.

3) Игнорирование ограничений (эффект "запретного плода): родители часто лимитируют доступ детей к медийному насилию, отчего такого рода эпизоды становятся для определенной части несовершеннолетних более желанными.

4) Попытка увидеть насилие и агрессию, отражающие свой собственный опыт. В этом смысле агрессивные люди любят смотреть программы, показывающие характерное для них поведение. Исследования показывают, что люди, которые в реальной жизни ведут себя агрессивно, останавливают свой выбор на более агрессивных программах.

5) Изучение окружающего криминального мира: люди, для которых насилие является неотъемлемой частью их социального круга, больше интересуются насилием на экране.

6) Самоуспокоение: контакт с медиатекстами, содержащими сцены насилия, помогает людям отвлечься от собственных жизненных страхов и реальных проблем, так как, к примеру, типичный сюжет телесериалов заканчивается торжеством порядка и правосудия.

7) Гендерный эффект. В детской аудитории имеется гендерная разница в восприятии сцен насилия. Когда мальчики и девочки смотрят одну и ту же телепередачу, первые могут быть более подвержены "эффекту агрессии" и идентификации с типичным агрессивным мужским персонажем, тогда как девочки в большей степени испытывают страх, потому что идентифицируют себя с типичным женским персонажем-жертвой";

Психотерапевтическая практика показывает, что немалую часть населения составляют своеобразные видеоманы. Это две возрастные категории: дети до 16 лет и пенсионеры. Явление видеомании напоминает наркоманию. Телеэкран существенно интенсифицировал гипногенную функцию, вплотную приблизив ее к гипнотической сути. (Л.П.Гримак, 2004).

Рассмотрим классификацию причин привлекательности медийного насилия для аудитории, разработанную Дж.Голдштайном (1998):

1) Субъектные характеристики. Наибольший интерес к теме насилия проявляют следующие категории:

а) мужчины;

б) индивиды, в большей степени, чем обычно, склонные к агрессивности;

в) те, чьи потребности в возбуждении и острых ощущениях можно определить в диапазоне от умеренной до высокой;

г) находящиеся в поиске своего социального "Я", или способа подружиться со сверстниками;

д) склонные к "запретному плоду";

е) желающие увидеть восстановленную справедливость;

ж) способные сохранить эмоциональную дистанцию, для того, чтобы визуальные образы не вызывали слишком большое волнение.

2) Использование сцен, содержащих насилие: для управления настроением; для регуляции волнения и возбуждения; для возможности выражения эмоций;

3) Характеристики изображения насилия, которые повышают их привлекательность:

а) нереальность (музыка, монтаж, декорации);

б) преувеличенность или искаженность, фантастический жанр;

в) предсказуемый результат (справедливый финал);

4) Контекст. Сцены насилия (например, военная или криминальная тематика) более привлекательны в безопасной, знакомой обстановке.

Кроме того, сцены насилия в медиатекстах психологически готовят человека к напряженным эмоциональным ситуациям, позволяют проявить в символической форме свою физическую активность и способность действовать в кризисных ситуациях, осуществлять психическую саморегуляцию в момент замешательства.

Таким образом, среди основных причин притягательности медиатекстов, содержащих сцены насилия, у аудитории, А.В.Федоров (2007) выделяет следующие:

-- развлечение, рекреация, компенсация, желание испытать волнение/страх;

-- стремление виртуально испытать агрессию (эффект эмпатии);

-- отождествление с агрессивным персонажем или персонажем-жертвой (эффект идентификации);

-- игнорирование ограничений (эффект "запретного плода);

-- попытка увидеть насилие/агрессию, отражающие свой собственный опыт;

-- изучение окружающего криминального мира (постижение роли насилия в обществе и в районе обитания данной аудитории);

-- эффект самоуспокоения, т.е. эффект предчувствия счастливого финала и осознания того, что "весь этот кошмар происходит не со мной";

-- гендерный эффект и т.д.

Все это полностью соотносится с основными теориями "медийных эффектов", которые описывают следующие механизмы воздействия аудиовизуальных произведений, содержащих сцены насилия:

-- манипулирование чувством страха (например, стимулирование чувства страха перед агрессией и насилием);

-- обучение аудитории насильственным/агрессивным действиям с их последующем совершением в реальной жизни (насилие как допустимый способ решения любых проблем);

-- стимуляция, возбуждение агрессивных, подражательных инстинктов аудитории, ее аппетита по отношению к сценам насилия (особенно по отношении к аудитории с нарушенной психикой);

-- "прививка" аудитории чувства равнодушия, безразличности к жертвам насилия, снижение порога чувствительности по отношению к проявлению насилия в реальной жизни;

-- "катарсический", виртуальный и безопасный для окружающих выход агрессивных эмоций, не приводящих к негативным последствиям в реальной жизни". (А.В.Федоров, 2007).

Кроме того, посредством телевидения усиливается образование масс. Во время просмотра какой-нибудь популярной телепередачи мозг зрителей (независимо от отдаленности их друг от друга) подключается к единой системе, которая посредством знаков и символов, представляющих кодированный сигнал, формирует соответствующие психологические установки в подсознании человека. Таким образом зрители получают определенный код. Будучи закодированными -- они начинают мыслить в заданных манипуляторами алгоритмах. Для активации кода достаточно дать сигнал. Методики кодирования тщательным образом разработаны в различных направлениях психотерапии (НЛП, психоанализ, гипноз и т.п.). Вопрос в том, что с развитием информатизации (21 век -- век супертехнологий) появилась возможность проводить кодирование сразу огромной аудитории. У каждого телеканала имеются свои т.н. "целевые аудитории". Целевые аудитории телеканалов хорошо известны. Рейтинги составляются по приказу владельцев и руководителей каналов, т.к. приносят деньги спонсоров за рекламу. Каждая передача стоит определенную сумму. Сняв передачу, продюсер продает ее телеканалу, а телеканал прогнозирует ее рейтинг и в соответствии с этим рассчитывает стоимость рекламного времени. Если передача не будет приносить прибыль (основная прибыль ТВ за счет рекламы), такую телепередачу закроют. Законы программирования масс диктует рынок. Целевая аудитория, "подсевшая" на тот тили иной канал или телепередачу, становится еще более зависимой от ТВ. Для того чтобы исключить вредоносное воздействие ТВ на неподготовленных людей им следует воздержаться от просмотра телевизора. Более того, ТВ нельзя включать просто "для фона". Мы уже писали о том, что любая информация, попадающая в спектр действия репрезентативных или сигнальных систем человека, откладывается в подсознании. А значит -- программирует человека, формируя паттерны и установки. Такой человек может не смотреть передачу, занимаясь другим делом (например, гладить белье, или готовить обед), но информация все равно входит в его подсознание. И усваивается такая информация намного быстрей, потому что цензура психики в этом случае практически бесконтрольно ослабевает. Например, если мы одновременно будем заниматься разными делами (читать, слушать музыку, идти или бежать и т.п.), то информация в таком случае практически беспрепятственно проникает в подсознание, и формирует там установки, в последующем влияющие на нашу жизнь. Любой поступок человека, любая его мысль, любое его желание -- детерминировано раннее полученной психологической установкой. Начало подобной установки закладывается в детстве. Например, деспотичная мать, чувствуя возмущение по поводу непослушания ребенка, начинает выговаривать ему, что он ее не любит, тем самым бессознательно провоцируя в психике ребенка развитие невроза и психологической установки. Когда такой ребенок подрастает, и особенно если это девушка, то такая девушка несет негативные последствия полученной в детстве установки по жизни. С одной стороны эта девушка не может полюбить "слабого" (в ее представлении) мужчину из-за презрения к любой слабости (ведь мать ее учила, что надо быть сильной), но и не сможет сладить с "сильным" мужчиной, потому что имеет внутреннее (бессознательное) желание диктовать свою волю (как когда-то делала мать по отношению к ней или к мужу, ее отцу), а сильный мужчина руководить собой такой девушке-невротику не позволит. Он сам будет управлять ей, а значит, у девушки произойдет дисбаланс в психике и она превратится в истеричку. Такая девушка будет хотеть невозможного: мужчина в ее представлении должен быть сверхсильным героем, чтобы понравиться ей, и в то же время он должен стать "подкаблучником" и выполнять любое ее желания. Слабого мужчину (который будет рад выполнять желания) она полюбить не может, а сильного любит -- но он не выполняет ее желания, а сам выдает ей распоряжения, требуя беззаговорочного подчинения. И получается что и сама девушка как бы не виновата, а виновата ее истеричная мать, которая ввела, таким образом, психологическую установку в подсознание дочки, сформировав соответствующий паттерн поведения. Подсознание всегда оказывает влияние на сознание, причем фактор времени исключен, и то, что у человека отложилось в памяти (в бессознательном) через время непременным образом перейдет в сознание. Вопрос времени.

Говоря о вопросе кодирования мозга (психики) посредством телесигнала, необходимо обратить внимание, что научные методы подобного воздействия разрабатывались в нейрофизиологии. Воздействие на сознание посредством новой информации, полученной, например, посредством слова, происходит следующим образом. Вначале слово шифруется в электрических импульсах мозга как сложные звуковые сигналы. При этом не важно смысловое содержание. Возникшая при подобной шифровке импульсная активность нейронов (код) адресуется к долгосрочной памяти, накопленной в результате индивидуального опыта, активизируя ее. После активизации долгосрочной памяти возникает новый электрический шифр -- смысловой код. Теперь услышанное слово, пройдя через стадию акустического кода, "оживает" в мозге и вызывает другие, уже более сложные психические процессы. (Е.В.Поликарпова, 2002). Таким образом, современной нейрофизиологией подтверждается, что любое слово откладывается в подсознании, и далее, смешиваясь с информацией, уже находившейся раннее в подсознании, задействует соответствующие архетипы, попутно формируя паттерны поведения, и далее переходит в сознание и находит отражение в делах и поступках человека.

Телевизор сканирует психику подключенного к нему человека и находит точки подключения к глубинным архетипическим пластам, к их образам и сюжетам. Поэтому телевидение способно часами удерживать психику человека в состоянии сновидческой активности, во время которой происходит психологическое кодирование и внедрение в подсознание стандартных реакций, идентификационных схем, формирование базовых иллюзий, которые все вместе усиливают психологическую зависимость от телевидения. (В.А.Медведев, 2004). Кроме того, в современном обществе важную роль играет воображение человека. Воображение определяется как форма психического отражения, когда на основе ранее сформированных представлений генерируются новые образы или ассоциации. В работе воображения важную роль играет память, хранящая в себе сенсорные образы. В процессе деятельности воображения происходит извлечение из памяти не только элементов того или иного образа, но и образов другой модальности (например, зрительный образ может вызывать связанный с ним запах), что сопровождается рядом последовательных электрических и молекулярных изменений в определенных участках нейронной сети. Поэтому влияние СМИ на сознание человека обусловлено физико-химическими процессами фиксации и закрепления воспринимаемой информации на нейронном уровне функционирования головного мозга человека. Другими словами, в нейронных структурах человеческого мозга посредством СМИ прокладываются физические пути, колеи, по которым движутся потоки информации и с которыми связаны внедренные в сознание индивида те или иные стереотипы мышления и поведенческие установки. (Е.В.Поликарпова, 2002). Действенность целенаправленных суггестий многократно повышается использованием новых технологий информационной обработки телезрителей: подпороговых сигналов, приемов нейролингвистического программирования (НЛП). В НЛП разработан один из наиболее простых способов подачи неосознаваемых команд, указаний, установок и т. п. Заключается этот прием в том, что в передаваемый текст вводится так называемая "вставленная речь" ("скрытое сообщение"), т.е. внутри существующего текста интонацией или графически (в зависимости от того печатный это текст или телевизионный, радио-текст) выделяются отдельные слова, в совокупности составляющие скрытую команду. В данном случае срабатывает механизм межполушарных взаимоотношений в восприятии информации. Поскольку за оценку контекста сообщений отвечает правое полушарие мозга (за словесное содержание -- левое), то полученная таким образом информация не осознается, но прочно откладывается в подсознании и в дальнейшем руководит жизнью человека.

В системе НЛП разработаны психотехники, позволяющие средствами телевидения достаточно эффективно привлекать внимание зрителя к заранее намеченным качествам демонстрируемого объекта и формировать соответствующие установки. Среди таких психотехник -- "трансформация смысла", "присоединение к будущему", "якорение" и мн. др. Возможности НЛП позволяют не только легко формировать положительное эмоциональное отношение к предмету или явлению. Не менее просто НЛП создает заданные отрицательные установки и устраняет из памяти актуальные образы или эпизоды. Достоинство этих техник в том, что, представляя собой манипуляции со зрительными образами, они легко переводятся на язык современного телевидения. Например, один из приемов устранения навязчивого образа или тягостного впечатления, получивший название "разрушение". Человек должен вообразить зрительный образ, от которого он желает избавиться, в виде большого цветного витража. Далее он с силой "ударяет" по нему молотком и наблюдает, как он разбивается на тысячи мелких осколков и распадается. Другой высоконадежный прием разрушения тревожных видений заключается в том, чтобы мысленно смотреть фильм, остановить его в нужном моменте и представить, как проекционная лампа прожигает дырку в кадре. Таким образом, можно сжечь картину с неприемлемым сюжетом. Поэтому если необходимо очернить кого-то по телевизору, то необходимо, сначала показать его портрет, который неожиданно почему-то часто трескается и превращается в мелкие осколки. Но можно и проще -- показать то же изображение в полной сохранности, но преднамеренно подчеркнуть в нем какую-то эмоционально-отталкивающую деталь (потное лицо, бородавку на лбу, неприятную гримасу и т. п.). (Л.П.Гримак, 1999).

Мозг человека способен вызывать воображаемых ассоциаций на 20 порядков больше, чем число атомов во вселенной. Поэтому объяснимо, что в словесной форме подобное многообразие выразить невозможно. В действие вступает подсознание, которое оказывает ключевую роль в любом процессе общения (коммуникации). Например, во время телевизионной трансляции на зрителя помимо вербальных информационных потоков, обрушиваются и невербальные (жесты, мимика, внешность киногероя или ведущего передачи), и таким образом активируется тот или иной архетип в подсознании зрителя, происходит проекция, идентификация и т.п. При этом становится возможным намеренно, с использованием манипулятивных технологий, влиять на поведение человека, например, акцентируя внимание на той или иной эмоциональной составляющей вопроса, и тем самым активируя в подсознании раннее сформированные посредством телевидения паттерны (модели) поведения.

В настоящее время продолжаются совершенствоваться психотехнологии для управления поведением человека. В результате человек находится под мощным воздействием техногенной информационной и информационно-психологической среды. Развитие технической цивилизации вызвало эффект отключения способности мозга человека сознательно контролировать воздействующие на него информационные потоки. Поэтому информация воспринимается мозгом и психикой бессознательно, что изменяет состояние и поведение человека помимо его воли и желания. Искусственно изменяя эмоциональные структуры психики становится возможным управлять не только комплексом убеждений и представлений, но и соматическими процессами. На уровне сознания субъекта это обычно отражается как вера, убежденность, устойчивое представление, мнение и пр., что образует "ядро" личности -- образ "Я" со всей многомерностью его отношений с окружающими реалиями. (Е.В.Поликарпова, 2002).

Говоря об исключении просмотра для неподготовленных зрителей, мы должны заметить, что по такому пути идут духовные семинарии и военные академии; тем самым достигается наивысшая внушаемость воспитанников. Говоря о внушении, следует говорить, что внушением проникнута вся наша жизнь. В той или иной форме внушение присутствует во всех сферах жизнедеятельности человека, где есть общение между людьми. Хотя существует и внушение от предметов. Например, бриллиант внушает человеку (если человек находится рядом с бриллиантом) взять себя в руки. Существует прямое внушение и косвенное. Прямое -- происходит посредством приказа. Косвенное -- посредством опосредованных связей. Например, при прямом внушении через речь достигается внушение конкретной психической функции: директивное внушение, чтобы прошла боль. Косвенное внушение достигается с помощью опосредованного внушения, например, зная, что если выпить лекарство пройдет боль, человек выпивает таблетку и боль проходит. Таким образом, с помощью внушения человек может управлять глубинными биологическими процессами организма. Наиболее эффективным оказывается внушение посредством влияния на бессознательное. В этом случае необходимо перевести гипнотика в состояние ИСС, состояние транса, т.е. необходимо добиться максимально ссуженного сознания. При этом затормаживается активность коры головного мозга и человек переводится в состояние гипноза, в просоночное состояние, в медитативное состояние и в другие аналоги измененного состояния сознания. Усилить раппорт (канал связи между гипнотизером и гипнотиком) можно расслабляющей музыкой, удобным положением тела, и другими средствами, которые будут дополнительно способствовать состоянию комфорта у гипнотика. Дополнительный эффект оказывает внушение на фоне утомления. В этом случае левое полушарие с его критичностью психики не сможет в полной мере анализировать поступаемую информацию, т.е. будет нарушен процесс верификации.

Важной составляющей внушения является развитие воображения у гипнотика. Необходимо активировать его чувства и эмоции (правое полушарие), и максимально остановить работу логики (левого полушария). Со стороны гипнотика при этом необходимо доверие и слепое подчинение. Гипнотик не должен пытаться анализировать получаемые установки. Впрочем, современный гипноз позволяет обойти любые препятствия и воздействовать на человека не погружая его в состояние сна, т.е. проводить кодирование психики в бодрственном состоянии гипнотика. Так же необходимо помнить, что внушение становится более эффективным, если сопровождается эмоционально-смысловой насыщенностью, а также мимикой, жестами, интонацией. Речь гипнотизера должна быть уверенная и четкая. Следует умело выделять "ключевые" слова, произносить их четче, резче, напряженнее, эмоционально насыщеннее и обязательно в повелительной форме.

Кроме того внушение активно практикуется в педагогике. Причем, большинство педагогов об этом может не подозревать, не зная специфики работы подсознания и построенного на деятельности подсознания гипнозе. Из внушения складывается гипноз. Существует классический вариант гипноза (когда гипнотик погружается в дремотное состояние с закрытыми глазами) и современный гипноз, т.н. гипноз наяву, в бодрственном состоянии психики. Сильной внушаемостью обладает телевидение. Исключая просмотр телепередач -- мы тем самым ставим непреодолимый барьер на пути головного мозга и источника внушения, а значит внушение становится невозможным.

При этом заметим, что исключение просмотра ТВ является крайней мерой, применяемой в исключительных случаях, когда необходимо добиться полного снятия наркотической зависимости от телевизора. Подобное необходимо делать и чтобы исключить зависимость от компьютерных игр и прочих форм наркотизации населения.

Остановимся на игровой компьютерной зависимости. Эксперт Совета Федерации Н.Е.Маркова приводит данные, полученные в результате анализа рынка современных игровых компьютерных технологий[47]. Согласно полученным данным, подавляющее число компьютерных игр в качестве смысла игры предлагает -- убийство. В игре разрешается все, на что культура накладывает запрет. Основные ценностные установки невидимой новой идеологии, стремительно распространяющейся в глобальном мире: убийства, насилие, предательство. По данным последних опросов, 22% россиян, около 25 млн. человек, выходят "в сеть" хотя бы раз в неделю. По данным Яндекса, Рунет насчитывает не менее 1,5 миллионов блогов. При умелом использовании новых технологий -- это благодатное поле для любой пропаганды. Директор Управления "К", генерал-полковник Б.Н.Мирошников приводит данные, согласно которым в настоящее время в Интернете поддерживается более 700 сайтов, пропагандирующих наркотики. При этом каждый год от наркомании в России умирает 70 тысяч человек. За последние 10 лет число наркоманов увеличилось в девять раз. На сегодняшний день в России употребляет наркотики около 4 млн. человек. Информация из Интернета представляет опасность для детей. Почти пятьсот тысяч человек в России страдают игровой компьютерной зависимостью. Значительная часть таких людей просиживает за игрой до 18 часов в день. Подавляющее большинство компьютерных игр содержит элементы деструктивного содержания: стимуляцию чувства страха, скрытую рекламу и пропаганду наркотиков, модели физического и сексуального насилия; элементы расовой дискриминации и т.д. В игры вовлечены сотни миллионов человек. Компьютерная зависимость вызывает физиологическое истощение (до смерти от кровоизлияния в мозг из-за неспособности прервать игру), а также провоцирует преступления (воровство, грабежи, убийства). Известны следующие психологические и физические симптомы привыкания: неспособность выйти из игры, пренебрежение к семье и друзьям, ложь о роде своих занятий на работе и в семье, проблемы с учебой или работой, кистевой туннельный синдром, бесчувственность, пренебрежение правилами личной гигиены, расстройство сна или изменение поведения во сне. При этом такой человек все равно продолжает регулярно играть, несмотря на разрушительные для себя последствия. Одним из симптомов привыкания является активная и настойчивая деятельность, направленная на продолжение игры. Там, где обычный человек откажется от игры, игрок предпримет все возможное, чтобы играть дальше. При этом встречаются исследования якобы о "полезности" игр. Все такие исследования проводятся или на деньги крупных медиа-корпораций (например, Sony), или вызваны недобросовестностью исследователей. Оборот игровой промышленности только в США превышает 10 млрд. долларов в год. Поэтому они вынуждены поддерживать имидж безвредности компьютерных игр даже зная о том, что после таких игр дети чаще убивают друг друга. По словам заместителя генерального прокурора России С.Н.Фридинского "материалы ряда уголовных дел, способы и обстоятельства совершения преступлений подростками часто свидетельствуют о том, что взяты они из... компьютерных игр...". Таким образом, следует говорить о том, что компьютерные игры оказывают негативное воздействие на психику. Известен т.н. "Синдром Вельда", который развивается поэтапно. Сначала подросток играет в жестокие игры, "убивая" объект неприязни в виртуальном мире. Потом совершает убийство по-настоящему. Для реального убийства ему необходимо преодолеть психологический барьер. В этом ему помогают компьютерные игры, которые ориентируют сознание на допустимость жестокого поведения. Или, например, "эффект Лары Крофт", когда дети, которые сталкиваются с жестокостью в играх, как указывает Конгресс США, будут рассматривать насилие как самый эффективный способ решения конфликтов, а агрессивное поведение считать нормой. Нейрофизиологические исследования лиц, играющих в компьютерные игры, основаны на измерении активности головного мозга. У подростков, играющих в компьютерные игры, отмечается снижение когнитивной активности мозга. Во время видеоигры у человека работают только нервные сети, состоящие из двигательных нейронов и нейронов зрительных анализаторов, при этом резко тормозится процесс мышления. Т.е. дети сначала останавливаются в интеллектуальном развитии, а после -- тупеют.

Мы уже отмечали, что телевидение оказывает влияние на психику человека. Связанно это с особенностями восприятия психическим сознанием человека телетрансляции. Если мы читаем книгу, у нас задействуется в большей мере левое полушарие мозга, наше сознание. В меньшей части включается бессознательное психики, которое посредством воображения помогает представить описываемое в книге. При этом усваивается только малая часть материала. Для понимания и запоминания необходима память и интеллект. Телевидение в этом случае может позволить себе действовать иначе. Во время просмотра, например, художественного фильма, работает сразу несколько органов репрезентативных и сигнальных систем. Во-первых, это зрение (визуальная репрезентативная система). Во-вторых, слух (аудиальная репрезентативная система). В третьих чувства (первая сигнальная система). Кроме того активно включается воображение, а запоминание происходит намного легче, так как во время просмотра на психику оказывается такое воздействие, что человек погружается в трансовое состояние. В любом трансовом состоянии наступает эффект ярко выраженного суггестивного воздействия. Другими словами, резко возрастает внушаемость.

Таким образом, уже через 25-30 минут просмотра любой телепередачи мозг человека полностью впитывает любую информацию. Происходит мощнейший процесс запоминания. Вся получаемая информация откладывается исключительно в подсознание. Во время этого, за счет эмоций (любой хороший фильм рождает эмоции; а если мы смотрим фильм в течении получаса и не переключаем канал значит фильм нам нравится или чем-то заинтересовал, загипнотизировал ли нас сюжет, или понравилась игра актеров, не суть важно) происходит очаговое возбуждение коры головного мозга, а значит мы говорим о формировании доминант.

Процесс формирования доминант сопровождается формированием в нашем подсознании психологических установок. Наполняемость бессознательного психики во время телепросмотра ведет к формированию паттернов поведения. Мы должны говорить о том, что после просмотра художественного фильма, вызвавшего в человеке эмоции, какое-то время этот человек смотрит на мир другими глазами вследствие временного нарушения процесса собственной инициализации, а также активного задействования таких феноменов психической деятельности, как идентификация, сублимация, проекция, реактивное образование, рационализация, аннулирование, расщепление, отрицание, смещение, регрессия, для творческих личностей может включиться процесс самоограничения, кроме того у всех включается вытеснение и интроекция.

Кратко рассмотрим защитные механизмы психики при просмотре телевизионных передач.

Наибольшее воздействие на психику во время или после просмотра художественного фильма оказывает идентификация.

Идентификация определяется как отождествление себя с кем-нибудь другим. В процессе идентификации зритель бессознательно отождествляет себя с тем или иным персонажем фильма (с объектом идентификации). Идентификация приводит к подражанию действиям и переживаниям объекта.

Вторым по значимости можно назвать сублимацию.

Сублимация выражается в том, что зритель, раннее испытывающий какой-либо душевный конфликт, находит замещение внутренней тревожности переключением на такое позитивное занятие для его психики, как просмотр художественного фильма. В этот момент включается в действие механизм идентификации (поэтому приводимый нами порядок будет весьма условен, потому что состояния психики постоянно перетекают друг в друга, взаимодополняясь), а также механизм проекции. Проекция означает, что человек приписывает свои собственные нежелательные черты другим, и таким образом защищает себя от осознания этих черт в себе. В случае телепросмотра, зритель наделяет какими-то своими негативными чертами (которые есть у каждого, потому что человек в процессе социализации самосовершенствуется, стремясь избавиться от каких-то комплексов и привычек) отрицательного героя, и тем самым хотя бы на время избавляется от них.

Интроекция.

Интроецироваться могут черты и мотивы лиц, к которым зритель формирует самые различные установки. Часто интроецируется тот объект, который утрачен: эта утрата заменяется интроекцией объекта в свое Я.

Таким образом телезритель бессознательно видит не героя фильма, а похожего на него человека, связь с которым когда оборвалась и которого нет рядом с ним (бывший друг, знакомый, родственник и проч.; причем важен именно факт отсутствия этого человека на данный момент; сам потерянный объект может быть жив, но находится на расстоянии, или умереть, и тогда в процессе интроекции как бы возвращается память о нем).

В процессе просмотра художественного фильма становится возможно появление такого механизма как реактивное образование.

Реактивное образование означает бессознательную трансформацию одного психического состояния в другую (например, любовь -- в ненависть, и т.п.) Часто подобное встречается в жизни, когда один человек испытывает бессознательную привязанность к другому, а сознательно стремясь оградить себя от этого -- гневается по любому поводу на этого человека. Например, начальник-мужчина может быть тайно влюбленным в свою подчиненную, но сознательно понимая невозможность проявления собственных чувств -- мучает ее различными придирками и проч. Тогда как на самом деле страстно любит. Причина подобных конфликтов заключается в развитии цивилизации и общем окультуривании общества, и подробно описана нами в ряде наших других исследований.

Самоограничение.

Подобное свойственно творческим личностям, которые видя какие-то достижения людей схожих профессий достигших значительных высот, бессознательно прекращают или замедляют собственную творческую деятельность, объясняя себе, что никогда не достигнут таких же высот, а делать что-то, заведомо зная, что у другие это делают лучше, не хотят. Это, конечно, больше вопрос совести, но именно совесть (или лучше сказать излишняя совестливость) часто служит преградой для саморазвития невротических личностей, коих весьма много среди творческих натур. У зрителей, у которых слишком развито воображение, также могут возникнуть бессознательные проблемы, так как после отождествления себя с героем, например, их возраста, добившегося несравненно большего, чем они, у таких зрителей включаются механизм самоограничения, как защитной реакции психики от депрессии и прочих форм развития симптоматики невроза. Любые защитные механизмы -- это бессознательный способ психики замедлить развития собственной невротической и (или) психической симптоматики.

Вытеснение.

Вытеснение является процессом исключения из сферы сознания мыслей, чувств, желаний и влечений, причиняющих боль, стыд или чувство вины. Действием этого механизма можно объяснить многие случаи забывания человеком выполнения каких-то обязанностей, которые, как оказывается при более детальном рассмотрении, для него неприятны. Часто подавляются воспоминания о неприятных происшествиях. Если какой-либо отрезок жизненного пути человека заполнен особенно тяжелыми переживаниями, амнезия может охватить такие отрезки прошлой жизни человека. Во время просмотра художественного фильма зритель избавляется от многих собственных комплексов, бессознательно вытесняя их. Тем самым у него возникает неосознанное желание продолжать смотреть фильмы дальше, потому что подобный процесс оказывает релаксирующее воздействие на психику, фактически исцеляя такого человека-зрителя.

Рационализация или защитная аргументация.

Рационализация как защитный процесс состоит в том, что человек бессознательно изобретает логичные суждения и умозаключения для объяснения своих неудач. Для психики это необходимо для сохранения собственного положительного представления человека о себе. Фильм, сюжетная линия, игра актеров и прочее значительно помогают зрителю в подобном процессе.

Аннулирование.

Аннулирование -- психический механизм, который предназначен для предотвращения или ослабления какой-либо неприемлемой для человека мысли или чувства. Когда человек просит прощения и принимает наказание, то тем самым его плохое деяние как бы аннулируется, и он может продолжать жить с чистой совестью. В процессе отождествления во время просмотра художественного фильма зритель бессознательно отождествляет себя с героем фильма, потому что за счет последнего он избавляется от внутренних страданий. В этом заключена исцеляющая роль телевизионного фильма в частности и телевидения в целом.

Расщепление.

В результате включения данного механизма зритель бессознательно разделяет свою жизнь на императивы "хорошо" и "плохо", словно бы убирая нечто неопределенное, что может в последствие затруднить анализ им какой-то критической ситуации, вызывающей дискомфорт психики в результате развития, например, тревоги. Расщепление является неким искажением реальности, как, собственно, и другие механизмы защиты, посредством действия которых человек стремится уйти от реальности, подменяя истинный мир -- ложным. Кинематограф в этом случае наиболее способствует к уходу из реальности, а значит мы также можем говорить о его исцеляющем воздействии.

Отрицание.

В случае действия данной бессознательной защитной реакции психики зритель, при возникновении в зоне его восприятия негативной для него информации, бессознательно отрицает существование ее. Следует заметить, что наличие факта отрицания человеком каких-то фактов или событий в большинстве случаев позволяет узнать о том, что на самом деле его беспокоит, что является для него наиболее важным, потому что обычно в первую очередь отрицается то, что человек бессознательно старается скрыть. Поэтому, прослеживая жанровое предпочтение зрителя, появляется возможность узнать о нем немного больше.

Смещение.

Подобная защитная функция выражается в бессознательном стремлении человека переключить внимание с объекта действительного интереса на другой, посторонний, объект. Таким образом, во время телетрансляции путем подобного переключения становится возможным избавиться от каких-то внутренних конфликтов.

Изоляция.

В данном случае происходит бессознательное абстрагирование от чего-то, погружение в которое способно вызвать тревогу и волнение. Во время просмотра фильма зритель полностью погружается в действие на экране и тем самым не думает о проблемах, беспокоивших его в обычной жизни.

Регрессия.

Регрессия может проявляться в том, что зритель-невротик бессознательно возвращается в прошлое, где ему было намного лучше, чем в настоящем времени. Подобное особенно проявляется при просмотре старых кинолент, фильмов времен молодости данного зрителя.

Рассмотрев далеко не полный список защитных механизмов психики, включавшихся при просмотре художественных фильмов (как и телетрансляции в целом), мы должны напомнить, что защитные механизмы являются способом избежать невроз. Телевидение весьма легко справляется с подобной психотерапевтической функцией, поэтому любая телевизионная трансляции бессознательно притягательна для человека.

Фактором противодействия негативному манипулятивному влиянию телевидения должны являться не только знания о функционировании мозга в восприятии информации с внешней среды (в данном случае посредством просмотра телепередач), но и представление о кинематографических приемах, которые используются для оказания психологического (манипулятивного) воздействия на зрителя. Кинематограф по своей значимости по оказанию воздействия на психику еще с момента своего появления занимает лидирующие позиции. За сравнительно непродолжительное время (час-полтора-два...) на человека обрушивается такой объем информации, который он не за что не мог бы получить при чтении книги. Человек как бы находится "под массированным обстрелом". Задействуются органы зрения, слуха, чувства, эмоции, отключается разум, резко снижается барьер критичности на пути поступаемой информации с внешнего мира, в результате психика человека оказывается не готова к такому массированному воздействию, активируются архетипы бессознательного, вся поступаемая информация оказывается в подсознании, откуда позже начинает влиять на сознание.

А значит все, что поступило в подсознание с экрана телевизора или кинопроектора -- служит для человека установкой к действию. Причем, если при чтении книги образы, посредством воображения, появляющиеся в бессознательном психики зависят от интеллектуальных способностей и тех знаний, которые были заложены в психике раннее, то при просмотре кинофильма все значительно упрощается. Информация поступает уже в "разжеванном" виде. "Измельченная" на части она становится значительно легче для усвоения, чем при чтении книги.

Поэтому фильмы намного легче смотреть, чем читать книги. Для этого не требуется специальных навыков. Можно быть неграмотным и тем не менее понимать фильм. Между информацией из кинопроектора и мозгом не существует никакого барьера. Любая информация сначала целиком оказывается в глубинах психики, а после формирует мысли и поступки человека. Мозгу не требуется излишнего напряжения. За человека это уже сделали кинопродюсеры, спонсирующие команду манипуляторов. Сценарист написал качественный манипулятивный сценарий. Режиссер продумал такую постановку сцен, сочетания музыки, игры актеров и т.п., чтобы достигнуть максимального эффекта-воздействия на подсознание зрителя. Оператор позаботился, чтобы "задуманное" режиссером было в правильном контексте "выхвачено" из окружающего мира. Специалист по спецэффектам тоже профессионально сделал свою работу. Актеры приложили максимальные усилия к тому, чтобы в душе зрителя сформировались те образы, которые в случае самостоятельного чтения книги зависели от воображения человека. Поэтому при просмотре кинофильма для зрителя не нужно затрачивать каких-то дополнительных усилий. Только смотреть и слушать.

В крупных американских кинокомпаниях в создании кинофильмов помимо сценаристов, режиссеров и остальной команды важную роль играют специалисты по манипулированию сознанием. В их введении находится задача воздействия на подсознание масс с целью провоцирования базовых инстинктов (страх, секс, проч.) и задействования архетипов коллективного бессознательного психики (жажда мщения, торжество справедливости, противостояние добра и зла, проч.). Человек, посмотревший фильм, никогда не сможет пересказать "вшитые" в него мысли, отмечают авторы книги "Проект Россия" (2006). Он начнет пересказывать сюжетную линию, игру актеров, запомнившиеся эпизоды, спецэффекты и прочее. Самой мысли он никогда не увидит. Главная мысль в такой продукции ориентирована не на сознание, а на подсознание. Мысль как бы разбросана по всему фильму в никак не связанных друг с другом деталях. Эти детали, попав в подсознание, объединяются в целое. Это образует точку отсчета, которую человек никогда не осмыслит, но всегда отталкивается от нее, принимая решение. Именно эти мысли, которые искусно вкрапливаются между строк, вплетены в поведение героя, в сюжет, а общая атмосфера произведения формируют модель поведения для зрителя, преподнося образцы для подражания. Человек смотрит фильм, а нужная манипуляторам информация закачивается в подсознание, формируя необходимые манипуляторам взгляды на жизнь. Наличие таких психологических установок человек не осознает, и позже выдает приходящие к нему мысли за свои, не подозревая, что раннее с его подсознанием была проведена работа. В некоторых случаях, например в научно-познавательных или документальных передачах, манипуляторы массовым психическим сознанием играют на желании человека к совершенствованию. При этом чтобы увеличить внушение, криминальные психо-технологи используют такие проверенные технологии, как музыка за кадром, речь ведущего передачи с соответствующими интонациями, вовремя сделанными паузами, поставленной дикцией, чуть хрипловатым голосом, зрительные образы посредством движущихся картинок-кадров, и т.п., что способствуют лучшей запоминаемости увиденного и услышанного. Причем запоминание усиливается и за счет того, что цензура психики не в состоянии анализировать поток информации, наступающий через одновременное воздействие на репрезентативные и сигнальные системы. Кроме того, вновь поступаемая информация в процессе неоднократного повторения усиливается, накладываясь на информацию, уже имеющуюся в подсознании человека.

Но человек всегда смотрел и будет продолжать смотреть кино- и теле- фильмы. Некоторые из таких фильмов постепенно или сразу становятся культовыми. Подавляющая масса зрителей нуждается в таких фильмах, потому что они необходимы для поддержания личной и коллективной идентичности, для формирования вокруг предлагаемых ими проективных образов основ собственной психической реальности. В этом сила создания культовых фильмов. Именно посредством освоения подобного рода культовых содержаний, их интеграций в жизненный мир человека, и осуществляется вхождение человека в структуру социального мифа и катарсический эффект последнего. В культовых фильмах воедино слиты средства, созданные культурой для провоцирования массовых эмоциональных реакций. Фильмы предоставляют каждому зрителю возможность получения посредством просмотра моделей для социальных ролевых игр и проективных образов для любых импульсов бессознательного. Соблазн слияния с массой посредством испытания общих эмоций настолько велик, что современный человек "представляет собой некий осадок идентификаций с кино (теле) героями, а его сфера осознавания мира ассоциативно структурирована комбинациями ситуационных и словесных цитат из кинофильмов и телепередач". (В.А.Медведев, 2004).

Следует выделить следующие законы информационного воздействия:

-- ложь должна быть дозирована и сохранять видимость правдоподобия;

-- необходимо четко представлять ожидания аудитории, что позволяет создавать иллюзии, применимые именно для данной аудитории;

-- следует использовать логику коллективного действия, взаимной ответственности;

-- необходимо скрыть информацию, которая идет вразрез с официальным курсом;

-- следует обращаться к "священным принципам" нации;

-- необходимо использовать символику и символизацию посредством имиджевых технологий.

При этом в воздействии на массовую аудиторию выделяется роль имиджа, который складывается из предлагаемых клише-шаблонов. При этом имидж может формироваться как целенаправленно, так и спонтанно при помощи манипулирования императивными установками:

-- формирование и использование "образа врага". "Враг" может быть не реальным, а символическим. При манипулировании "образ врага" внедряется в общественное сознание в первую очередь. "Образ врага" помогает обосновать любые непопулярные действия властей;

-- "политика самоочевидного", когда за "очевидное" выдаются хорошо подтасованные факты;

-- данные социологических опросов. При опросах большее влияние на общественное мнение оказывают не ответы, а формулировка вопросов. Вопрос может активно влиять на модели поведения и ценностные ориентации. Опросы приводят к целенаправленному смешению событий и псевдособытий, фактов и мнений, обещаний и действий, действительного положения дел и их интерпретации. Вопросы, составленные в строго определенной форме, заставляют объекта манипуляций включить в поле возможного выбора также цели и намерения, к которым он не стремился и которые не имел в виду. Такие вопросы "раскачивают" установки человека, его ориентации и убеждения, и делают его уязвимым и открытым для манипуляций. Содержание вопроса оказывает скрытое влияние на ответ, ограничивая поле выбора и возможности субъективных интерпретаций. Выбор ответа не только распределяет общественное мнение, но и моделирует поведение опрашиваемого. При помощи опросов происходит подмена подлинного осознания индивидуальных мнений моделированием общественного мнения. (К.Х.Каландаров, 1998). Опросы создают образ среднего человека, которому бессознательно будет соответствовать большинство. Следует заметить, что не существует ни одного опроса, отражающего реальную действительность. Такое попросту невозможно. С помощью вопросов становится возможным как моделировать поведение человека, бессознательно навязывая ему свое мнение, так и при проведении опросов необходимо помнить, что на тот или иной ответ человека оказывает влияние множество факторов, которые никак не способствуют получению правильных данных. Ответы человека могут зависеть от его настроения в данный момент, от личности опрашиваемого, от невероятного множества различных обстоятельств. Тем более что, опрашивая выборочную часть населения, невозможно получить полные сведения, а опросить всех невозможно. Да и даже такой опрос, если его провести уже на следующий день может показать иные результаты.

Способы противостояния негативному влиянию телевидения в частности и СМИ в целом могут быть следующими: (по С.А.Зелинскому, 2008).

-- Формирование критического мышления по отношению к получению информации от внешнего мира через систему СМИ и СМК, обретение навыков работы с информацией.

-- Формирование индивида как личности (он должен уважать себя как личность, и отдавать отчет о поступках хотя бы себе, а еще желательнее и отчет перед коллективом);

-- Развитие сверх-идеи (например, об элитарности, собственной избранности, или избранности коллектива (движения) в котором он находится;

-- Совместные обсуждения (в составе групп, коллективов, школьных классов, проч.) негативного влияния СМИ (примеры и следствия, обоснование полученных выводов) с целью обретения навыков (воспитания) умения анализировать различные медиа-тексты, выделять направленность интересов создателей подобных текстов (текстов различного содержания);

-- Получение и закрепления материала по информационной безопасности, формирование представления о влиянии информационных потоков на психику человека (посредством в т.ч. и знаний о работе мозга по восприятию информации) полученных на лекциях, семинарах, и т.п. форм усвоения полученной информации;

-- Специальные циклы курсов (в виде лекций и семинаров) по глубинной психологии, по основам массовой психологии и манипулятивного воздействия на психику индивида и масс; знать основы общей психологии, психофизиологии, политологии, истории, литературоведению, философии и т.п.

-- Более широкое введение в педагогических вузах и факультетах переподготовки дисциплин, спектр внимания которых будет уделен теме информационно-психологического воздействия, с отдельным разделом о влиянии средств массовой коммуникации и информации на психику, на массовое психическое сознание, с обязательной (инвариантной частью) расшифровки знания о бессознательном психики (о подсознании) и результирующей роли подсознания в обеспечении подобных процессов, и вариативной частью -- в исследовании влияния на психику каждого конкретного средства массовой коммуникации и проч. При этом вполне допустимо в некоторых случаях использовать холистический подход, рассматривая различные варианты СМК как единого целого средств массового психического воздействия, хотя и необходимо отдельно рассматривать особенности влияния на массовое психическое сознание таких направлений средств массовой коммуникации как щитовая реклама, популярные направления музыки, видеоролики, интернет, пресса, телевидение, кинематограф, радиопередачи, и т.п. в указанном раннее векторе исследований компонентов СМК и СМИ. При этом единым и обязательным блоком любых исследований должна оставаться расшифровка механизмов влияния на подсознание, следствие подобного влияния, примеры такого влияния, причем по необходимости с использованием статистических данных, полученных в ключе знаний о подсознании;

-- Краткое изучение теории средств массовой коммуникации (не вдаваясь в специфические процессы, характерные для обучения на факультетах журналистики, и необходимые для профессиональной работы в системах СМК и СМИ), с обязательными научно-практическими занятиями в области применения полученных знаний в области работы в системе СМИ, и практикой под руководством опытных специалистов: журналистов, телекомментаторов, проч. В этом блоке важную часть занимает возможность на примере показать механизмы деятельности того или иного СМИ, с закреплением теоретической базы самостоятельным выполнением (под руководством специалиста в той или иной области СМИ) задания по созданию медиатекста и т.п. проекции полученных знаний в жизнь. Например, несколько человек могут быть объединены в единый штат воображаемой редакции, где каждый последовательно выполнит роль штанного и внештатного корреспондента, литературного редактора, ответственного редактора, главного редактора и т.п.;

-- Совместный просмотр участниками коллектива (группы, сообщества, движения, проч.) сообщений СМИ (печатных, электронных), выпусков новостей, телепередач, художественных и документальных фильмов и т.п., с последующим анализом и обсуждением увиденного в свете знаний о влиянии информации на подсознание. При этом необходимо обеспечить совместный просмотр обучающихся с экспертом (преподавателем), который поможет вскрыть механизмы манипулятивного воздействия. Преподаватель (эксперт) должен показать какие приемы используют СМИ (на примере сообщений из газет, журналов, ТВ) для того чтобы скрыть важную информацию, или приумолить ее значимость, переключив внимание зрителя, слушателя, читателя.

-- Специально подготовленным педагогам (экспертам) необходимо работать с детьми, подростками и молодежью в спектре знаний о воздействия информации на мозг. При этом необходимо сформировать представление о психике (о сознании, подсознании, памяти, внимании, воле, инстинктах, установках, и проч.), обязательно всегда выделять роль подсознания (бессознательного), раскрывая механизмы деятельности подсознания (архетипы, личное и коллективное бессознательное, паттерны поведения, психологические установки, функции левого и правого полушарий, и т.п.)

-- Необходимо объяснить способы т.н. провокации психики на вызывание невротической симптоматики (невроз, страх, секс, инстинкты, власть, любовь, эмоции и т.п.) благодаря которым манипулятор достигает запланированного результата (т.е. с помощью провоцирования в психике индивида той или иной невротической зависимости манипуляторы получает контроль над человеком, потому что у объекта манипуляций в результате подобного воздействия ослабевает критичность сознания, а значит происходит воздействие на подсознание в целью дальнейшего программирования (психо-кодирования) человека.

Перечислим еще ряд методов противодействия негативному манипулятивному влиянию телевидения. (по С.А.Зелинскому, 2008).

Необходимо запретить себе утренние просмотры телевизора. Следует помнить, что утром, сразу после пробуждения, какое-то время человек пребывает в просоночном состоянии. Это состояние транса (сразу после пробуждения) и полутранса (в течении примерно получаса после пробуждения). Также подобное состояние следует относить к ИСС (измененным состояниям сознания). В просоночных состояниях мозг человека активно впитывает любую информацию из внешнего мира. Такая информация, минуя цензуру психики (левое полушарие), сразу поступает в подсознание, где и откладывается в глубинах бессознательного (правое полушарие). Таким образом, необходимо избирательно подходить к вопросу, как дозирования, так и выборочности информации, поступаемой в этот момент (сразу после пробуждения). Сознание еще не включилось, человеку надо какое-то время чтобы "расходиться", поэтому любая фиксируемая мозгом информация откладывается сразу в подсознании, откуда через время и начинает оказывать влияние на сознание, заранее как бы спрограммировав человека. Таким образом, в просоночных состояниях становится возможным вводить установки в подсознание, формируя в бессознательном паттерны поведения, т.е. программируя индивида на совершение им запланированных манипулятором поступков. Если такой человек смотрит ТВ сразу после пробуждения, то в этом случае телевизор кодирует его мозг, а значит, информация из телевизора прочно закрепляется в подсознании и формирует дальнейшие модели поведения этого человека.

Сильный суггестивный эффект (за счет снижения барьера критичности психики, и вследствие этого беспрепятственного прохождения информации в подсознание, т.е. кодировке мозга) оказывает также просмотр телевидения в состояниях перед сном (тот факт, что информация в данном случае сразу проходит и откладывается в подсознании заметен по характеру сновидений (сновидения происходят в короткую фазу сна), потому что любые сновидения всегда бессознательны. С помощью сновидений становится возможным получать информацию о содержании бессознательного психики, а также в других ИСС, например состояниях психики на фоне усталости, употребления алкоголя, резкого повышения эмоционального состояния (ярость, радость, грусть, депрессия, меланхолия и т.п.) и проч., потому что нахождение человека в ИСС свидетельствует о том, что восприятие внешнего мира у такого человека осуществляется большей частью правым полушарием мозга. Левое, логическо-аналитическое полушарие, в данном случае обычно не задействуется, а из-за резкого снижения цензуры психики и новая информация также сразу проходит в бессознательное.

Еще одним способом противодействия манипулятивному влиянию телевидения является строго дозированный просмотр телепередач. Во-первых, рекомендуется не смотреть рекламу. Во-вторых, необходимо строго отбирать передачи для просмотра. Если очень хочется что-то посмотреть, или включить телевизор "для фона" -- рекомендуется смотреть мультфильмы. Причем последние также необходимо различать на обычные (положительные, нейтральные для психики) и отрицательные, а то и резко отрицательные. Среди положительных почти все мультфильмы советских времен и достаточно внушительный ряд западных мультфильмов. Обычно на федеральных каналах идут более-менее "проверенные" общественной цензурой мультфильмы. Тогда как, ряд небольших частных каналов, иной раз, показывает исключительно вредные и в художественном и в нравственном и в психически-негативном аспекте мультипликационные фильмы, которых необходимо не только остерегаться, но и запрещается смотреть взрослым и детям любых возрастов. Необходимо такое же взвешенное отношение и к фильмам. Большинство художественных фильмов советских лет и западных фильмов середины прошлого века смотреть можно и даже нужно. При просмотре остальные фильмы (в т.ч. и ряд фильмов советского времени, которые формируют невроз и депрессии из-за страданий персонажей фильмов играющих главную роль) необходимо проводить предварительный внутриличностный цензурный контроль. Это совсем не значит, что необходимо запрещать к просмотру западные, и особенно американские ("голливудские") фильмы. Среди последних много настоящих шедевров, хотя есть также и много работ, негативно влияющих на психику. В двух словах без какой-то конкретики в виде перечисляемых фильмов всего не расскажешь, поэтому еще раз возвращаемся к главному постулату нашей теории о противодействии негативному манипулятивному влиянию телевидения и СМИ в целом: необходимо формировать специальные знания в области основ манипулятивного информационно-психологического влияния на психику. Именно знания в данном случае, помноженные на жизненный опыт и образование каждого -- способны исключить или резко снизить негативное манипулятивное влияние телевидения.

В заключение хотелось бы отметить что нами был разработан метод противодействия манипулятивного влияние телевидения ("Метод Анти-Манипуляций", сокращенно -- "Метод Анти-М"), благодаря которому становится возможным защититься от манипуляций со стороны других индивидов или манипуляций со стороны СМИ, а также самостоятельно контролировать наполняемость личного бессознательного, в зависимости от необходимости -- ставя или снимая барьеры на пути информации, поступаемой из внешнего мира. Достигается подобное в результате трех последовательных этапов: 1) Сознательное противодействие манипуляциям. 2) Автоматически-Бессознательное (или условно-рефлекторное) противодействие. 3) Сознательно-Бессознательное (т.е. противодействие бессознательное, проходящее в автоматическом режиме, но с включением по необходимости сознания в результате осознания информации). Подробнее "Метод Анти-М" мы рассматриваем отдельно, сейчас лишь заметим, что ныне существующие методики противодействия манипулятивному влиянию рассматривают сознательный подход, тогда как в нашем методе сознательный подход необходим лишь на первом, начальном, этапе, причем и здесь вносится существенная корректировка: мы предлагаем использовать самое эффективное оружие против манипуляторов -- самих манипуляторов. Т.е. на первом этапе метода следует обучить людей воздействию на психику другого человека, научив механизмам информационно-психологического воздействия (т.е. внушения, кодирования, психопрограммирования, гипноза наяву и т.п. синонимическим понятиям информационно-психологического воздействия), или другими словами, научить приемам манипулирования психикой. Владеть законами управления (подчинения) психики другого человека -- значит уметь противостоять манипуляциям со стороны других. Причем на втором этапе обучения Методу Анти-Манипуляций, как мы уже заметили, становится важным Автоматически-Бессознательное (условно-рефлекторное) противостояние, а на третьем этапе -- Сознательно-Бессознательное (т.е. бессознательно, но с включением по необходимости сознания, осознания поступаемой новой информации). В обычном состоянии психика сама осуществляет барьер (цензуру) на пути информации из внешнего мира, т.е. подобное происходит бессознательно. Человек посредством знаний учится делать это сознательно. И вот потом -- он должен делать это вновь бессознательно (Автоматически-Бессознательно), но при этом установки в его бессознательном благодаря предварительному изучению первого этапа обучения "Методу Анти-М" сформированы сознательным привитием, научением, сформированием информации в подсознании; поэтому мы уже ведем речь о сознательно-бессознательном (сочетании сознания и подсознания) восприятия любой информации, поступаемой в психику (в мозг) из внешней среды. Таким образом, на начальном этапе изучения метода Зелинского по противодействию манипулятивному воздействию, человек будет противодействовать манипуляциям сознательно. Но по мере упрочнения знаний и перевода их на уровень условных рефлексов (т.е. на уровень автоматизма, бессознательного) любой человек сможет противодействовать автоматически, бессознательно. А значит, человек сможет смотреть любые передачи по телевидению, читать любые газеты, журналы, воспринимать любую информацию, и при этом не только не опасаться ее манипулятивного влияния (влияния на его мозг и подсознание посредством образования доминант и вследствие очагового возбуждения в коре головного мозга закрепления информации в виде психологических установок в подсознании, формирующих в последствие паттерны последующего поведения человека), но и сможет вычленять из поступаемой информации позитивную информацию, чтобы формировать положительные ценностно-личностные жизненные ориентации, а с помощью другого нашего метода, Метода Постижения Информации ("Метод ПИ"), запоминать любые объемы такой информации. Также мы должны заметить, что тематическая вариативность перечисленных нами способов противодействия негативному манипулятивному влиянию СМК и СМИ не ограничивается обозначенными нами методами и обязательно включает в себя дополнительные направления работы с аудиторией каждого возраста, и особенно с детьми, подростками и молодежью. На это, на наш взгляд, должны быть направлены силы и знания педагогов, родителей, психологов и прочих лиц. Противостоять негативному манипулятивному влиянию средств массовой коммуникации и информации можно только сообща, только мобилизовав все силы на предотвращение дальнейшего психо-кодирования (программирования) психики детей и взрослых. И на это должны быть направлены усилия современного российского общества, претворяющего в жизнь план В.В.Путина и Д.А.Медведева.


ГЛАВА 3. Психика и информация. Информация и психологические войны.


"...возникшая в не так уж далеком прошлом медицинская дисциплина -- суггестология, в настоящее время... становится основой не только для разработки новых видов информационного оружия, но и самих военных операций с применением этих новейших средств массового поражения".


Л.П.Гримак


Психика и информация.

-- понятие информации.

-- роль и значение и информации.

-- информационные потоки.

-- особенности восприятия информации человеком.

-- основные характеристики информационного воздействия.

-- мозг и информация.


Мыслительная деятельность человека постоянно обновляет информационную картину мира. Из поколения в поколение передается опыт человечества. Информационное общение между людьми носит осознанный познавательный характер. В настоящее время информация тесно связана с практически преобразующей деятельностью человека, она обогащается новыми формами и содержанием, превращается в знание, которое накапливается поколениями людей и специально сохраняется (книги, например). Общественные и социальные отношения людей послужили появлению особого вида информации, социальной информации. Возникло понятие информационной культуры. Восприятие человеком информации всегда субъективно, и зависит от таких факторов, как социальное положение, профессия, общий уровень образования, степень культуры, возраст, характер человека, его темперамент, непосредственное окружение, привычки, жизненный опыт, моральные, психологические и социальные установки, пол, внушаемость, рост, эмоциональное состояние, генетическая или физиологическая предрасположенность и т.п.

В информационном поле человека выделяют элементарную, биологическую и логическую информацию. Элементарная информация характерна для объектов неживой природы (в человеке работает на молекулярном уровне и ниже). Биологическая информация работает, начиная с уровня клетки. Логическая информация -- это мыслительная, абстрактная и социальная деятельность мозга (работает только на уровне сознания). С момента возникновения оплодотворенной клетки в результате слияния двух родительских клеток начинается реализация генетической информации, полученной от этих родительских клеток. Комплекс всей наследственной информации, контролирующий развитие, строение и жизнедеятельность организма, называется генотипом. Внешняя среда через информационное воздействие на мать оказывает влияние на плод, а после рождения -- среда непосредственно влияет на человека напрямую. Поэтому развитие человека происходит под непрерывным информационным воздействием среды. В результате интеграции генотипических и средовых информационных влияний, заключающихся в изменении морфологических, физиологических и поведенческих признаков организма, образуется постоянно обновляющийся биоинформационный комплекс, названный фенотип. Важным процессом регуляции информационных отношений организма с внешней и внутренней информацией являются эмоции. Эмоции оказывают значение в усвоении информации. В зависимости от цели, с помощью эмоций закрепление информации в памяти можно или ослаблять или усиливать. Поэтому если необходимо жестко зафиксировать какую-то информацию в памяти человека, следует вводить такую информацию в его мозг на фоне максимально сильной эмоции этого человека. Причем, воздействуя на лиц с низким интеллектом, необходимо сочетать ввод информации с сильными отрицательными эмоциями (в основном эмоциями страха), а при вводе информации для лиц высоко внушаемых или высокочувствительных, а также для лиц с развитым интеллектом, следует использовать сильные положительные эмоции. (Д.В.Кандыба, 1989).

Следует заметить, что процессы произвольного управления эмоциями являются физиологическими механизмами воли. В случае негативной сенсорной, психологической или социальной оценки поступающей информации возникает эмоционально-стрессовая реакция организма. Поэтому типологические свойства, особенности эмоционального восприятия и эмоциональные свойства личности определяют тип эмоционального реагирования и направленность информационной реализации объекта. Если поступаемая информация несет в себе выраженное стрессовое воздействие, то в этом случае выделяют две степени: 1) степень мобилизации с сильным эмоциональным возбуждением, автоматически сопровождающаяся повышением устойчивости организма к действию вредных факторов и 2) степень дезадаптации, возникающая при действии информации стрессового содержания. На восприятие информации оказывает влияние такие ситуации, как угроза, неопределенность и невозможность выхода, ситуации, требующие срочного решения, ситуации "горя". При этом длительное психофармакологическое лечение способно изменить восприятие психикой информации получаемой из внешнего, окружающего, мира. Кроме того на такое восприятие влияют ритмические колебания (циркадные ритмы, т.е. суточная смена дня в ночи, и сезонные ритмы, т.е. годичная смена сезонных ритмов).

В основных информационных режимах организма человека выделяются аналогичные по своим физиологическим проявлениям медитативные, гипноидные, и просоночные состояния. Психика человека -- это информация, составляющая содержание определенным образом организованных мозговых процессов. (А.М.Иваницкий, 1986). Явления, составляющие нейрофизиологический код. При этом, огромная информационная емкость человеческого мозга определяется количеством нервных клеток, количеством связей между нервными клетками, обучаемостью мозга, динамичностью механизмов, лежащих в основе всех видов его деятельности (Н.П.Бехтерева и др., 1985). Человек, это информационный продукт общества, и сущность его поведения должна быть определена как результат сочетания накопленного информационного опыта поколений, знаний, традиций, личных способностей и особенностей. С одной стороны, сознание осуществляет свою интегративную и регулирующую информационную деятельность на основе корковых доминант, с другой -- оно само стремится воспитать такие доминанты, которые бы успешно содействовали оптимизации процесса преобразования характера и направленности информационных рецепций и действий. (А.С.Батуев, 1991).Серьезное влияние на сознание оказывают потребности (витальные, социальные, идеальные потребности познания), а также темперамент, который характеризуется доминирующей направленностью психического информационного потока (экстра-- или интроверсией), эмоциональной стабильностью и подвижностью (или инертностью). Кроме того следует выделять межполушарную асимметрию, подразделяемую на двигательную (неодинаковость двигательной активности рук, ног, лица, половин тела), восприятия (неравнозначность восприятия объектов, расположенных справа и слева от средней плотности тела) и психическую (специализация полушарий мозга в реализации различных форм психической деятельности). Правое полушарие головного мозга ориентировано в основном на чувствительную сферу, а левое -- на двигательную. Если заметно преобладание левополушарных функций, такой человек склонен к теории, имеет большой словарный запас, такому человеку присуща двигательная активность, целеустремленность, способность прогнозировать события (мыслительный тип). Человек с превалированием правополушарных функций склонен к конкретным видам деятельности, он медлителен, неразговорчив, наделен способностью тонко чувствовать, переживать, склонен к созерцательности и переживаниям, у него развита интуиция и способность воспринимать информацию бессознательно (художественный тип). Обычно происходит взаимодополняющее сотрудничество двух полушарий. Правое полушарие быстрее, чем левое, обрабатывает поступающую информацию, выполняет ее зрительно-пространственный анализ и передает его в моторный "центр речи", где происходит окончательный высший, семантический анализ и осознание информационного раздражения -- сигнала. В процессе обучения правое полушарие работает по принципу дедукции (сначала синтез, потом анализ), а левое полушарие -- по принципу индукции (сначала анализ информации, а затем ее синтез). При погружении человека в трансовое состояние становится возможно весьма успешно вводить в его мозг информацию, закладывая установки и паттерны поведения. Таким образом можно изменять у человека сознание, восприятие, эмоции, память, внимание, мышление, речь, волю; оказывается воздействие на дыхание , пищеварение, трофические функции, рефлексы, газообмен, водный обмен, потоотделение, тепловой обмен, углеводный обмен, сердечно сосудистую, нервную, половую системы и т. д. Например, сознание человека можно трансформировать в любую личность или неодушевленный предмет. Можно изменять собственный возраст (регрессия), можно перевести сознание в режим работы нескольких личностей поочередно или одновременно. Можно убрать любое восприятие, исказить его или навязать все что угодно любому органу чувств или рецептору (например, болевому или температурному). Другими словами, человек может ничего не слышать и ничего не видеть, или, наоборот, видеть и слышать то, что хочет от него гипнотизер. Можно изменить силу эмоциональных переживаний, отрицательные эмоции убрать или переделать в положительные и наоборот. Можно внушить или убрать любую эмоцию. Можно изменять внимание. Можно изменять способность запоминать, хранить и воспроизводить любую информацию. Можно "стереть" из памяти все что угодно и наоборот, "записать" все что угодно как на магнитофонную ленту. Можно резко улучшить способность воспринимать из подсознания любую информацию из опыта личности человека. Можно развить т.н. интуитивные (биолокационные) способности. Можно изменить тип первой системы, замедлить или удлинить время реакции на любые раздражения. Можно изменить волевые способности, усилить их или убрать совсем. Можно ускорить развитие интеллекта и способности к обучению (например, иностранному языку). Можно развить творческие способности. В физиологии человека в состоянии транса можно добиться почти любых изменений.

Д.В.Кандыба (1989) в организме человека обращает внимание на три основных уровня управления: энергетический, гуморальный (вегетативный, клеточный, макромолекулярный) и информационно-психический. В информационно-психическом аспекте выделяется влечение к сохранению вида (половой инстинкт, родительский инстинкт); влечение к сохранению индивида (пищевой рефлекс, оборонительный рефлекс); стремление к деятельности (рефлекс цели, рефлекс свободы); стремление к общению (рефлекс подражания, групповой рефлекс); психологические установки и стереотипы поведения, навыки и автоматизмы, внушенные реакции и поведение, сверхчувственные реакции; стремление к развитию индивидуального опыта; стремление к знанию (стремление к самовыражению и самореализации, стремление к увеличению объема знаний, стремление к творчеству); стремление к Космосу (стремление к религиозному опыту, стремление к загадочному, стремление к другим разумным существам); патологические влечения (к смерти, патосексуальные, патогенетические); нейрологическая память (сенсорная память, генетическая память, краткосрочная память, долгосрочная память, постоянная память); механизмы биологической саморегуляции (макромолекулярная само регуляция, клеточная, гуморальная, вегетативная, непроизвольная психическая); простые предметные эмоции, непроизвольное внимание, отражение и др.

Действие информации на организм человека через органы чувств, в т.ч. словом, цветом и музыкой, вызывает аналогичные другим биологическим объектам реакции в психике, энергетике и физиологии. Физиологические последствия действия информации исследованы и объяснены в теории рефлекторного отражения В.М.Бехтерева и в теории доминанты А.А.Ухтомского. Был исследован физиологический механизм приема и действия информации в организме человека и созданы методики целенаправленного информационного развития человека.

По мнению Д.В.Кандыбы (1996), в технике информационного воздействия на человека выделяются следующие этапы.

1) Предсуггестия -- на этом этапе задается определенный тип психофизиологической реакции человека на предстоящее информационное воздействие. Благодаря предсуггестивной установке, человек из всего многообразия возможных психофизиологических реакций подсознательно старается реагировать на последующую информацию с учетом предсуггестивной установки. В качестве средств предсуггестивной подготовки используются очистительные процедуры, психоанализ, специальная физиотерапия, психотерапия, специальные лекарства, восстановление функции позвоночника, желудка и кишечника, специально оборудованное помещение для гипносеанса и др. Предсуггестивная установка чаще всего уже сформирована еще до обращения к врачу. В этом случае следует уточнить понимание пациентом своих ощущений и поведения на предстоящем сеансе. Как правило, пациенты имеют определенные знания о том, как ведут себя люди в трансе. Что-то слышали, что-то видели, о чем-то читали. А так как современные средства массовой информации сильно мистифицированы, то врач должен обязательно исправить старую предсуггестивную установку и лишь затем сформировать новую научную -- конкретную, в зависимости от предстоящей информационной процедуры: кодирования, приема лекарства, операции и т. д.

2) Ввод в гипноз -- на этом этапе выполняется ввод пациента в гипноз, в зависимости от типа последующего информационного воздействия выбирается поза и информационная психотехника.

3) Информационное программирование (суггестия, кодирование) -- это главный этап информационного воздействия на человека, то есть наиболее важный технический элемент гипнотерапии. Главный постулат современной информационной терапии в том, что любое воздействие на человека -- это информационное воздействие. Это значит, что все известные современной науке методы воздействия на физиологию, психику и энергетику человека должны рассматриваться как строго информационные. Значит, вытекающий из диагноза целесообразный комплекс лечебных процедур, выполненный на фоне гипноза, -- это есть лечебное информационное программирование.

4) Постсуггестия -- этот информационно-технический этап следует сразу после лечебной процедуры и решает две задачи:

а) подытоживает информационный смысл выполненной лечебной процедуры и повторно закрепляет его на вербально-бессознательном уровне;

б) программирует психофизиологию пациента после его выхода из транса в строгом соответствии с тактикой и стратегией лечения -- основного целенаправленного информационного воздействия. В некоторых случаях постсуггестивное кодирование выполняется с отставным по времени психофизиологическим эффектом. Если закодировать человека на определенное поведение или физиологическую реакцию с ее автоматическим срабатыванием по кодовому сигналу через некоторое время после воздействия, то в течение одного года код срабатывает почти с 90% -й гарантией, но если реакцию пациента перенести на срок более года, то необходимо или повторное кодирование, или вероятность срабатывания кода резко уменьшается.

5) Выход из гипноза -- на этом этапе выполняется самостоятельное или с помощью врача выведение пациента из гипноза.

6) Отдых -- 10-минутный послелечебный отдых пациента. Отдых может выполняться в положении сидя, полулежа и лежа. Для некоторых пациентов выполняется повторный ввод в гипноз и отдых продлевается на несколько часов или несколько суток.

7) Заключительное кодирование -- эта процедура предназначена для повышения скорости и глубины вхождения пациента в гипноз на следующем сеансе. Кроме того, программируется эмоциональная сфера пациента на здоровое мироощущение с положительными эмоциональными установками. После окончания курса информационного лечения заключительное кодирование выполняется самостоятельно и решает задачу снятия с пациента эффекта привязанности к врачу и снятие повышенной внушаемости, возникшей у пациента в результате лечения.

Следует обратить внимание, что информационные потоки лежат в основе взаимоотношений между людьми и являются отражением глубинных свойств материи. Таким образом, информация отражает процесс взаимодействия между всеми видами материального проявления вселенной, а человек -- информационно зависим от внешней среды. По мнению Д.В.Кандыбы (1985), материальными носителями информации являются все виды материи. Из известных -- это магнитное поле. Из неизвестных -- биогравитационное. В природе передача информации от одного объекта или вида материи к другому становится возможна в результате активации механизма отражения. У человека такие функции распределяются между сознанием и ощущениями. В рамках квантовой теории в современной физике ввели понятие не силовое взаимодействие. Например, через полупроводник (тонкую пластинку) пропускали ток заданного напряжения. Полупроводник запоминает подобную информацию о сигнале, и тем самым связывает прошлое с настоящим. В растительном мире также прослеживаются подобные взаимосвязи, являющиеся следствием передачи информации от одного объекта к другому. Известны реакции растений на изменения погоды; например, при влиянии на ростовые движения органов растений (корней, стеблей, листьев) какого-либо раздражителя (свет) происходит затормаживание развития одного органа, и активное развитие клеток другого (например, подсолнечник поворачивается к солнцу, и т.п.) У животных в ходе эволюции развились такие информационные системы, как инстинкты, нервная система, органы чувств. В итоге мы можем говорить, что все живое и неживое информационно взаимосвязано. Причем в организме человека информация способна вызывать серьезные физиологические реакции, т.к. информация является формой переноса разнообразия в проявленной материи (материи имеющей форму), а различия объектов материального мира вызывают информационные процессы, которые в современной науке поддаются количественному и качественному измерению. При этом развитие материи от неживой клетки к живой, а от клетки к сложным живым организмам приводит к усложнению и развитию информационного обмена между живой и неживой природой. Другими словами, происходит эволюционное усложнение и развитие информационных процессов как по форме, так и по содержанию -- на всех стадиях, включая восприятие, переработку, хранение, воспроизведение и передачу информации. Благодаря эволюции мы наблюдаем формирование человека в сложную биоинформационную систему. Наибольшее развитие в этом системе получил процесс переработки информации через механизм центральной нервной системы. Первым информационным уровнем управления является мозг, вторым -- спинной мозг, третьим -- функциональные системы органов, четвертым -- органы, пятым -- клетки и т. д. Таким образом, становится возможным говорить об информационных полях и потоках на уровне клетки, органа, части тела, всего организма человека.

Рассматривая автономность информационно-математической модели человека (причем такая автономность позволяет организму приспособиться к внешним и внутренним условиям и при необходимости мобилизовать ресурсы на уровне всего организма), Д.В.Кандыба (1996) обращает внимание, что высшим уровнем является главный "процессор", центральная нервная система (ЦНС). ЦНС решает такие важные для организма задачи, как самосохранения и воспроизведения. Второй уровень -- это "процессоры", руководящие исполнительными органами, выполняющими "команды" центрального процессора, а также избавляют высший эшелон информационных связей от поступления избыточной информации и от необходимости ее перерабатывать. Третий уровень системы -- это вся совокупность основных функциональных "процессоров", которые руководят деятельностью всех органов. Четвертый уровень -- это "процессоры", которые обеспечивают информационную деятельность систем обеспечения, питания всего "компьютера", его защиты от вредных внешних воздействий и помех. Человек это открытая, социально интегрированная, саморегулирующая информационная биосистема. Внутри организма и между организмом и внешней средой идет постоянный процесс обмена веществом и энергией, который можно рассматривать как обмен информацией. Самого человека в соответствии с вышеизложенным необходимо рассматривать в неразрывном информационном единстве с окружающей его средой. Существенные для организма изменения во внешней или внутренней среде выступают в качестве информационных сигналов. Организм наделен сложной системой передачи информации от периферии в центр и обратно. Центральным аппаратом, способным воспринимать, хранить, анализировать и оценивать жизненную значимость поступающей информации является мозг. Мозг формирует и ответную реакцию системы на поступающую информацию, при этом сверяя соответствие активной реакции системы с поступающей информацией. Вся деятельность мозга направлена на сохранение и развитие всей биосистемы.

Информация в организме человека работает на следующих уровнях: морфологическом (структурном), функциональном, энергетическом, психическом и поведенческо-деятельностном. На всех этих уровнях информация вызывает нарушение сложившегося динамического равновесия между организмом и средой, характеризующегося определенными гомеостатическими константами. В зависимости от степени отклонения этих констант от их нормальных величин, можно выделить три степени нарушения информацией динамического равновесия биосистемы: 1) нормальная -- не выходит за рамки приспособительных возможностей организма и формирует характер реакции и поведения биосистемы; 2) патологическая -- выходит за рамки адаптационных возможностей организма и приводит к информационным нарушениям в биосистеме -- болезни; 3) запредельная -- не совместима с жизнью, влечет разрушение биосистемы и смерть.

В информационной системе человека выделяют 13 подсистем: опорно-двигательную, сердечно-сосудистую, дыхательную, пищеварительную, мочевыделительную, половую, эндокринную, гуморальную, нервную, генетическую, иммунную, эмоциональную и психическую. Такое деление является условным и служит целям лучшего понимания связей и информационных отношений внутри организма. После "срабатывания" информации в организме она выходит в виде поведения, мыслительной, творческой или иной деятельности. Основными регуляторами поведений человека являются врожденные и приобретенные потребности. Врожденные потребности возникают в результате нормальных информационных нарушений динамического равновесия в системе "человек-среда", а приобретенные потребности формируются в процессе онтогенеза на базе врожденных. Врожденные потребности делят на соматогенные и психогенные, а приобретенные (социальные) -- на материальные и духовные. Для управления процессом образования потребности следует научиться влиять на следующие факторы : 1) на самого человека; 2) на объект его потребности; 3) на отношение человека к объекту потребности; 4) на ситуацию, в которой чаще всего возникает данная потребность; 5) на процесс реализации потребности; 6) на эмоциональные переживания человека: а) личные; б) в отношениях субъект-объект потребности; в) в процессе реализации потребности.

Человек воспринимает информацию, поступающую из внешнего мира исключительно индивидуально. Последующий анализ такой информации зависит от ряда факторов, таких как : социальное положение человека, профессия и уровень компетентности в выбранной профессии, уровень общего образования, степень культуры, характер, темперамент, возврат, непосредственное окружение, привычки, национальность, жизненный опыт, моральные и психологические установки, интересы, пол, внушаемость, искренность, рост, вес, эмоциональное состояние, генетика и т.п. При этом в информационном поле человека следует выделять элементарную, биологическую и логическую информацию. Элементарная информация характерна для объектов неживой природы и в человеке работает на молекулярном уровне и ниже. Биологическая информация работает, начиная с уровня клетки. Логическая информация -- это мыслительная, абстрактная и социальная деятельность мозга и работает только на уровне сознания.

В человеке выделяются следующие структуры: 1) физическое тело (которое смертно); 2) психику или сознание (которые также исчезают вместе с разрушением мозга); 3) информационно-энергетическое поле (может частично обрести бессмертие, если человек сумеет при жизни перенести часть своей информации на такие долговечные материальные носители, как: книги, картины, скульптуру, видеозаписи, компьютеры и т. д.). Любые материальные объекты являются информационными системами. Т.е. это определенного рода пространственно-замкнутые способы существования информации. Живые организмы -- это информационно-автономные биосистемы, способные самостоятельно поддерживать феномен жизни. Сам человек также устроен (как информационно-автономная биосистема) на принципе сохранения автономного информационного комплекса (тело), регулируя внешние и внутренние информационные потоки. Следует выделять два уровня подобной информационной регуляции: биологическую и психическую. Они, в свою очередь, могут быть подразделены на кратковременную и долговременную. Человека (его тело, физические поля и излучения), следует рассматривать как самостоятельно информационное поле с единым пультом управления -- мозгом. (В.М.Кандыба, 1999). В информационной организации мозга выделяют блок приема, хранения и обработки информации и блок контроля регуляции и программирования. Принцип локализации информационных функций мозга онтогенетически сочетается с их полифункциональностью. Соглашаясь в данном вопросе с концепцией академика Н.П.Бехтеревой о жестких и гибких информационных звеньях мозгового обеспечения информационной регуляции, Д.В.Кандыба (1996) замечает, что спинной мозг и стволовой отдел головного мозга управляют организмом по типу биологической информационной саморегуляции , обеспечивающей автоматическое стабильное функционирование основных информационных подсистем, жизненно необходимых и важных, определяющих само существование организма и обеспечивающих энтропийную экономичность биосистемы. Высшие отделы мозга осуществляют высший -- психический уровень информационной регуляции, высокоадаптивный к постоянно изменяющимся внешним и внутренним информационным условиям существования.

Основными принципами интегративной информационной деятельности мозга являются доминанта и условный рефлекс. Доминанта, как общий принцип информационной работы нервных центров мозга, имеет ряд свойств: 1) устойчивую повышенную возбудимость; 2) способность к избирательному суммированию информационных возбуждений; 3) способность к автоматическому сопряженному торможению центров антагонистических рефлексов. Доминантный процесс обработки информации способен складываться в любой центральной мозговой группе, в зависимости от условий поступления информации и развития устойчивого возбуждения с сопряженным торможением антагонистических механизмов. В нервной системе складываются определенные констелляции связанных между собой центров, морфологически разбросанных по мозговой массе и функционально объединенных единством действий и направленностью на строго определенный физиологический результат. Закрепление информационных связей между доминантой и вызывающей ее внешней или внутренней информацией-раздражителем, осуществляется по механизму условного рефлекса, в котором важнейшая роль принадлежит фактору информационного подкрепления. Следовательно, для вызывания в организме целенаправленного заданного физиологического сдвига через механизм доминанты и условного рефлекса, необходимо повторное многократное информационное воздействие. То есть, эффективность информационного влияния на человека, резко возрастает с увеличением сенсорного рецепторного разнообразия и повторного количества информационных раздражений. А.А.Ухтомский (1923) сформулировал принцип доминанты, как физиологическую основу акта внимания, а свойство избирательного реагирования на информационно значимые сигналы служит физиологической предпосылкой для понимания механизмов сенсорного внимания. Внимание -- это один из механизмов устранения избыточности информационных сигналов-раздражений. Мозг определяет информационную значимость всех сигналов на основе анализа из физических характеристик, собственно в этом и состоит информационно-сенсорная функция мозга. Происходит извлечение биологически важной информационно-сенсорной функции мозга. Происходит извлечение биологически важной информации путем преобразования входной кодовой комбинации активности нервных элементов информационно-сенсорных систем в реакцию исполнительных аппаратов, что представляет процесс декодирования сенсорной информации, при этом устанавливается соответствующая информационная закономерность взаимодействия нервных элементов сенсорных и двигательных систем мозга. Так как человек обретает жизненный опыт посредством предварительного получения и оценки информации из внешнего мира, мы должны говорить о том каким образом происходит распределение подобной информации в его мозге и последующим воздействии на психику. Прежде всего следует заметить, что в процессе жизни человек получает ту или иную информацию из внешнего мира. Информация может заключаться в словах (и тогда мы вычленяем ее смысл из общего потока обращенных к нам слов для последующего анализа, синтеза, и использования в жизни посредством откладывания в памяти и общим накоплении т.н. жизненного опыта), в цифрах (каждое число несет в себе определенную ассоциативную связь с уже имеющимся нашим представлением о связанном с тем или иным числом), буквах (печатный или письменный текст легко может программировать психику, будучи опять же -- наложенным своим информативным путем на уже имеющиеся в подсознании индивида знания, образах (картина мира воспринимается нами в виде образов или готовых схем, стереотипов, потому что у каждого, кто прожил какое-то время на свете, есть свое представление о чем-то), и др. Нам также следует обратить внимание, что, несмотря на то, что все в окружающем мире представляет собой информацию, тем не менее, такая информация воспринимается разными людьми по-разному. На кого-то та или иная информация производит впечатление (т.е. улавливаясь какой-либо функцией репрезентативной системы находит "отклик в душе", -- запоминается с помощью вызываемых эмоций (чувств) при восприятии такой информации), но случается что важная для одного человека информация не вызывает в душе другого никаких эмоций. Поэтому то, что является важным для одного человека -- может являться безразличным для другого. Подобное может являться причиной разногласий между людьми, попыток обвинений друг друга "в непонимании", тогда как попросту необходимо знать, что подобное в процессе взаимоотношений между людьми является вполне типичным явлением. Все люди мыслят по-разному, потому что на мысли влияют слишком многие особенности, относящиеся к индивидуальному мышлению. Такие особенности могут прослеживаться по интеллектуальной линии, генетической, филогенетической (если мы рассматриваем двух индивидов -- представителей разных народов), и т.п. Опыт каждого человека уникален и неповторим. Несмотря на существование общих законов человеческой психикой и построенном на этих законах управлении людьми (в т.ч. программированием их поведения), мы должны в каждом конкретном случае учитывать и индивидуальный опыт одного конкретного человека. В процессе жизни любого человека, на всем протяжении подобной жизни человек получает и анализирует ту или иную информацию, поступаемую из внешнего мира. При этом, если по каким-то причинам человек не воспринимает информацию осознанно, такая информация все равно никуда не исчезает, а откладывается в бессознательном психики (в подсознании). Чтобы уже после -- перейти в сознание, если употребить экономический термин, "обналичиться". И это важный принцип понимания действительности. Повторим еще раз. Любая информация, которая находится в зоне восприятия индивида (информация улавливается визуальной, аудиальной, кинестической репрезентативными системами, а также сигнальными системами психики) откладывается в подсознании. Известно, что попадая в подсознание информация вступает в коррелят с уже имеющейся в психике информацией, т.е., посредством ассоциативных контактов с архетипами личного и коллективного бессознательного и обогащаясь имеющееся информацией значительно усиливается, формирует или доформировывает паттерны поведения, а значит и начинает влиять на сознание, т.к. при появлении новой информации человек бессознательно начинает оценивать ее с позиции имеющихся у него знаний, опыта, и т.п. А значит и с позиции сведений, уже имеющихся в памяти (в бессознательном). Отсюда и причина появления стереотипов, потому как информация, которую из внешнего мира воспринимает человек, оценивается им с позиции имеющиеся у него знаний, т.е. сведений о схожей информации. Если бы не было стереотипов, человеку приходилось бы всякий раз "открывать мир" заново. А так, выполняя что-то один раз, в его памяти бессознательно откладывается информация о ходе выполнения подобного и связанных с этим выполнением индивидуально-специфических особенностей, а значит, при последующем выполнении схожего действия, такой человек сможет положиться на стереотип, и не думая, как бы "на автомате", выполнить то или иное, необходимое ему, действие. При этом стереотипы могут играть и отрицательную роль, потому как именно подобные особенности восприятия психики служат возможностью программирования психики.

Следует обратить внимание, что, несмотря на то, что каждый человек по-своему индивидуален, психика всех без исключения людей функционирует в соответствии с некоторыми общими законы существования, и частично на таких законах строится такая наука как психология, психоанализ, педагогика, социология, философия, и проч. дисциплины, в которых предмет и объект исследования замыкается на фигуре человека. И все же весьма важным фактором манипулятивного воздействия в процессе приема информации психикой конкретного человека является именно его личность, типовые особенности его характера, пройденный им жизненный опыт, багаж знаний, и многое другое, из чего в конечном итоге и состоит выработка деталей психологического воздействия на конкретного индивида. И все вышеперечисленные особенности действительно важны, если мы будем вести речь о программировании (кодировании) конкретного человека. В случае если мы ведем обработку психического сознания масс (подобная обработка осуществляется посредством воздействия на подсознание), то в этом случае будут использованы принципы и закономерности, свойственные массовой психологии.

Говоря о воздействии информации, следует в большем аспекте использовать возможности бессознательного, уделять внимание существующим закономерностям функционирования бессознательного, а также использовать особенности структурного устройства психики для повышения как общей запоминаемости в частности, так и программирования собственной психики через увеличение адаптационных возможностей организма, психики, мозга. Как известно, наш мозг способен впитывать в себя значительные объемы информации. От перегрузки в этом случае спасают механизмы биологической саморегуляции, когда информация, которая подается на фоне чрезмерной перегруженности мозга информаций вызывает общую усталость, а значит, психика на какое-то время блокирует поступление новой информации. Человек ее как бы слышит, видит, чувствует (в зависимости от вовлеченности в процесс той или иной сигнальной или репрезентативной системы), но такая информация блокируется цензурой психики, а значит не проходит в сознание, по необходимости или задерживаясь в предсознании, или же сразу вытесняется, оказываясь в бессознательном (подсознании). И при этом, как мы заметили, любая информация, которая откладывается в бессознательном психики, по прошествии какого-то времени начинает оказывать влияние на сознание. Поэтому весьма правильным способом увеличения возможности психики на пути постижения новой информацией и овладения в результате этого значительными объемами информации может являться метод, который мы могли бы рекомендовать как раз для повышения таких возможностей организма ("Метод Постижения Информации" Зелинского). В данном случае одними из основ такого метода постижения информации по увеличению возможностей мозга в спектре развития памяти, увеличения способностей организма, а также для овладения за короткий промежуток времени значительными объемами информации, является необходимость соблюдения того обстоятельства, чтобы изначально загрузить как можно больше информации в наше подсознание. Позже, трансформируясь в результате смешивания с уже существующей в бессознательном психики информацией (полученной филогенетическим, генетическим и социально-адаптивным путем), получается некий коррелят первоначально обработанной информации. При этом заметим, что конечная фаза такой обработки, по всей видимости, не наступает никогда, но полученный коррелят первоначально обработанной информации проходит тестирование сознанием и установками, заложенными в психике, и полу-завершенном виде поступает в сознание, реализуясь в жизнедеятельности индивида.

Воздействие информации на человека может иметь сугубо кодирующее воздействие. Среди прочих методов выделяются гипноз и НЛП. Гипнотические техники и теорию гипноза мы рассматриваем отдельно, поэтому сейчас лишь вкратце остановимся на ряде моментов фиксации информации в мозге (кодирование). Например, такой механизм из НЛП, как "якорение".

Было установлено, что в психике человека можно поставить "якорь", при воздействии на который в последующем можно вызвать заложенные раннее программные установки. Пример "якоря" -- старая фотография, на которой запечатлены вы, когда были еще ребенком, с родителями. Или любой материальный объект (фото, одежда, часы, др.), который вызывает в психике человека положительный ассоциативный ряд.

Способ "якорения" -- привлечение положительных воспоминаний с целью последующего моделирования поведения такого человека (с целью навязывания ему своей воли). В данном случае, в результате задействования "якорей", барьер психики на пути информации снимается путем вызывания в психике объекта положительных воспоминаний. Для манипуляторов в данном случае необходимо рассчитать усилие, а также выявить те воспоминания из прошлого, при напоминании о которых у объекта манипуляций снижается барьер критичности на пути информации, исходящей от манипулятора.

Появление метода "якорь" связано с тем, что внешние стимулы часто связаны с прошлым опытом. Поэтому метод "якорь" как бы создает ассоциацию с каким-либо прежним (положительным или отрицательным) переживанием, находящимся теперь в бессознательном. Если момент для "якорения" подобран удачно, то каким-либо действием становится возможным закрепить у объекта подобную реакция посредством "якорения", чтобы после, повторив такое действие, вызвать точно такую же реакцию, которая была при "якорении", но уже в ответ на свои слова. Другими словами, вы подмечаете реакцию человека на какое-либо хорошее событие в его жизни, ставите "якорь", а после, когда вам необходимо добиться позитивного восприятия таким человеком поступаемой от вас информации, вы сопровождаете такую информацию повторением того действия, когда был закреплен "якоря".

Кроме того необходимо помнить, что обычно приятные воспоминания запоминаются в эйдетических образах, а негативные (травмирующие психику) в конструктивных. Таким образом, в результате определенных технологий становится возможным программировать человека как бы "на будущее", ставя "якоря" в то время, как подобный индивид испытывает какие-либо положительные эмоции. "Якорь" может ставиться словом, жестом, проч. Позже, при повторении подобного слова или жеста в момент, необходимый манипулятору, он может быть уверен, что как раз в этот момент (т.е. в момент, последующий после подобного слова или жеста) цензура психики манипулируемого будет на время ослаблена, а значит, он станет способен выполнить навязываемую ему волю, причем выполнить с радостью, восторгом, и самоодушевлением. В этом случае можно понимать НЛП как способ внедрения в подсознание (и последующее воздействие на сознание) объекта с целью навязывания собственных установок (т.е. НЛП -- это эффективный способ программирования человека в бодрственном состоянии). НЛП является средством моделирования поведения другого человека, идентификация с ним, программирование его на выполнение установок манипулятора.

При этом объект манипуляций вводят в определенную форму гипноза наяву, когда человек как будто находится в сознании, но на самом деле пребывает в своеобразном трансе, выполняя волю навязывающего ему установки манипулятора. (Вместо манипулятора может быть психотерапевт, в зависимости от целей воздействия: лечебного или корыстного).

Исходя из того, что сознание ограничено по фактору анализа информации, в НЛП происходит активное задействование подсознания путем сублиминального воздействия (т.е. воздействия на подкорковый слой, отсюда приставка нейро-), использования возможностей слова (отсюда приставка лингво-), и общего управления психикой посредством установок, внедренных в подсознание (отсюда слово программирование), а также в результате подобного рода воздействия -- формирования своего рода гипнотических речевых паттернов.

При этом следует обратить внимание, что достаточно важными в НЛП являются способы воздействия, основанные на невербальном коммуникативном общении (поза, мимика, тембр голоса, т.п.). Вербальные и невербальные схемы (изучения их посредством наблюдения за индивидом) образуют такие механизмы, известные в НЛП как модальности. Важно осознать ту модальность, с помощью которой человек общается с внешним миром. Следует помнить, что редко кто использует только одну модальность. При этом у каждого какие-то модальности будут ключевыми. К тому же следует помнить, что каждый человек бессознательно оценивает мир с позиции имеющихся у него знаний или жизненных установок. Поэтому при манипулятивном воздействии на такого человека манипуляторы предварительно выясняют его подход к восприятию реальности, а после, внедрившись таким образом в его психику посредством подбора модальности (и установления раппорта), осторожно изменяют мнение этого человека по характеру каких-либо вопросов, подводя его к своей точке зрения.

Мы также должны заметить, что нейролингвистическое программирование основано всегда на практике (в отличие от большинства других психотерапевтических методик, имеющих более интегрированную теоретичную часть). Например, модели репрезентативных систем были открыты в результате данных, полученных эмпирическим путем, предполагающих уменьшение негативного (травматического) для психики опыта (путем в т.ч. и сознательного изменения оценок событий из прошлого), изменения субмодальности, и как конечной целью -- изменение поведения. Поэтому, используя НЛП, манипуляторы подмечают поведение объекта с целью повторение слов, жестов, каких-либо иных действий, бессознательно вызывающих в объекте манипуляций мысли об идентификации.

При этом необходимо помнить, что те или иные формы манипуляции используют все без исключения люди, вступающие в коммуникативную связь с другими людьми. Другими словами, любое общение -- есть коммуникация, а любая коммуникация -- есть манипуляция сознанием (путем в т.ч. и воздействия на подсознание) другого индивида. Поэтому важная работа сводится к установлению раппорта (т.е. контакта с объектом; этот этап предваряет сбор информации об объекте), выбору методики последующего воздействия на такого индивида, и т.н. подстройки, т.е. включения опыта и знаний в осуществление управлением психики объекта.

Необходимостью успешности программирования другого человека является умение замечать сенсорные реакции его организма (внешние изменения, как-то покраснение кожи, появление каплей пота на лбу, сбившаяся речь и т.п.) и способность к вариативности используемых форм воздействия (т.е. вы должны вовремя обнаружить изменения в мимике, жестах, речь, поведении и проч. индивида и скорректировать свои действия). При этом необходимо опираться только на сенсорную информацию, полученную от объекта, и исключать проекцию ваших собственных внутренних переживаний на личность этого человека.

Также обратим внимание, что в ряде случаев ведущая и репрезентативная системы могут не совпадать. Ведущая система, которая получает информацию, может находиться вне сознания. Человек в таком случае не может правильно проконтролировать свой внутренний опыт, поскольку не имеет представлений о нем, и вынужден пользоваться тем опытом, который предоставляет ему репрезентативная система. Например, наблюдается такое различие в модальности: подсознательный опыт кинестетический, а сознательный -- зрительный. При этом, когда человек привычно осознает одну репрезентативную систему, страхи и страдания часто накапливаются в другой. Если эта другая кинестетическая -- то она привносит в сознание тяжелые ощущения. В случае если первичная репрезентативная система кинестетическая, и такой человек редко пользуется зрительной системой, то зрительные образы могут становится устрашающими. Кроме того, достаточно редко бывает представлена только одна система. Зачастую в любом переживаемом опыте участвует несколько таких систем. Скажем, человек слышит свой внутренний голос (диалог с самим собой), затем представляет себя и собеседника, потом испытывает некоторые чувства, связанные с собеседником и содержанием диалога, потом конструирует диалог. Такая цепочка называется внутренней стратегией. Чем больше задействовано репрезентативных систем и чем богаче внутренние стратегии -- тем большие возможности для последующего поведения имеет такой человек.

Информация, получаемая из внешних источников (окружающего мира) также напрямую пересекается с внутренней информацией, с той информацией, которая уже находится в мозге (сознании и подсознании) человека. В этом случае информация с внешних источников вступает в коррелят с уже имеющейся информацией (жизненный опыт, знания, и т.п.), и в итоге та информация, которая имеется, или обогащается новой информацией, или же вытесняется (не находя "отклика" в душе) в подсознание (в бессознательное психики). В обработке такой информации участвует кора головного мозга (сознание) и подкорковые слои (подсознание). Обработка информации происходит двумя полушариями головного мозга. Правое полушарие -- чувственное, животное. Левое -- интеллектуальное, духовное. Низменные инстинкты -- суть влияния правого полушария. Логическое мышление -- работа левого. Оба полушария взаимодействуют между собой. Правое полушарие головного мозга мыслит чувствами и образами и относится к бессознательной природе человека. Его характеризуют т. н. жизненные потребности: половой инстинкт, инстинкт сохранения жизни, инстинкты голода, жажды и проч. Левое полушарие мозг -- это стремление к "духовной пище", тяга к знаниям, к интеллектуальной деятельности, и проч. При этом мыслительная деятельность правого полушария мозга, при удовлетворении внутренних потребностей (инстинктов) генерирует положительные чувства, эмоции и образы, а при неудовлетворении -- генерирует отрицательные чувства, эмоции и образы. Поэтому при манипуляциях оказывается воздействие на правое полушарие мозга, чтобы миновать цензуру психики (левое, логическое, полушарие), и тем самым активировать чувства объекта, на время воздействия отключив его разум. Левое полушарие мозга мыслит и запоминает словом. Слова, оформленные в речь, создают духовную природу человека, формируют его идеалы, знания, принципы, убеждения, воспитание, нравственность, социальные и общественные установки и т.п. Т.е. к деятельности левого полушария относится оперирование словесно-знаковой информацией, чтение, счет, а к деятельности правого -- оперирование образами и чувствами, ориентация в пространстве, координация движений, распознавание сложных объектов (лиц, фигур и проч.)

Основное отличие работы двух полушарий -- анализ и переработка информации, поступающей из внешнего (окружающего) мира. Левое (логическое) полушарие работает дискретно (прерывисто) и поэтапно (последовательно), это логическо-абстрактные способности человека. Правое полушарие действует непрерывно, симультанно (одновременно) и синтетически схватывая информацию из внешнего мира в целостном аспекте восприятия поступающей информации. В результате профессиональной деятельности или специфики увлечений человека в большей мере используется работа того или иного полушария. Например, если мы проводим спарринг по боксу, то должны в первую очередь полагаться на работу правого полушария, так как думать во время боя невозможно сознательно, только бессознательно, действуя как бы "на автомате". Поэтому в результате занятий и формируются автоматические навыки, которые позволяют реагировать на то или иное изменение условий окружающей среды (например, неожиданная атака хулиганов) спонтанно, бессознательно, и при этом важно -- технически и тактически грамотно выстраивать рисунок боя. И в случае попытки внезапного использования против нас методов силового воздействия со стороны противника, необходимо тут же реагировать, автоматически (бессознательно) просчитывая дальнейшую ситуацию развития поединка, его возможный исход, действие противника, использования тех или иных приемов боя и следование выполнению тактических задач, т.е. бессознательно необходимо выстраивать поединок в соответствии с тактико-тактическими показателями как имеющимися в арсенале человека, так и складывающихся в результате действий противника и (или) изменений окружающей среды (бой может начаться в подъезде, а закончиться на лестничной клетке и т.п.)

Проживание конкретной ситуации в категории "здесь и сейчас" также относится к ведению правого полушария мозга, когда необходимо оценить ситуацию в целом, прочувствовать ее, увидев единый образ, единую модель такой ситуации. Усиление активности правого полушария раздвигает границы ощущения времени и продлевает субъективное течение времени. При этом значительно отличаются временные рамки информации анализируемой правым и левым полушарием. Например, если правое, образное и сенсорно-двигательное, полушарие в секунду способно переработать до 10 млн. единиц информации в секунду, то левое, абстрактно-логическое, полушарие только не более 100 единиц информации в секунду. И если на опознавание ситуации правому мозгу потребуется 60 миллисекунд, то на то чтобы проанализировать эту же ситуацию левом полушарию будет необходимо как минимум в четыре раза больше, т.е. 320 миллисекунд.

Таким образом, мы можем говорить о том, что при необходимости реагирования на конкретную ситуацию опасности, правое полушарие моментально включается в работу, мгновенно запуская в работу необходимую двигательную или сенсорную реакцию. Поэтому, когда происходит работа в спаррингах, боксеры успевают среагировать раньше, чем они бы подумали о том, что и как должны делать в ответ на атаку противника. Реакция срабатывает раньше. Мозг, благодаря правому полушарию, сам сделал необходимые выводы, выдав необходимый результат, т.е. послав нужный сигнал в ту или иную часть тела, которая отреагировала соответственно: блоком, контрударом, уклоном, нырком, отходом, отклоном и проч. Однако, для подобного отреагирования на текущий момент ситуации мозгу необходимо из чего выбирать. Именно поэтому одно и то же движение необходимо повторить от пяти до двадцати тысяч раз, прежде чем оно не только надежно отложится в глубинах памяти, но и при возникновении критической информации сможет быть вовремя извлечено наружу. А значит, боец успеет среагировать на атаку противника пассивной защитой (блок, уклон, отход, проч.), или применит активную защиту (например, встречный удар на опережение). При этом, если левое и правое полушарие мозга работает вместе, то человек находится в обычном состоянии сознания (ОСС). В случае же доминирования правого полушария, он уже погружается в измененные состояния сознания (ИСС). Кроме того, недостаток функционирования левого полушария, цензуры психики, приводит к тому, что у такого человека больше преобладают низменные и животные инстинкты, а если больше развито левое полушарие -- то человек зачастую погружен в себя, в духовное осмысление мироздания, с ущербом для реальной жизни, как бы общей неприспособленность к жизни.

Именно поэтому необходимо развитие двух полушарий для всех категорий индивидов, если они желают стать социально активными членами общества и почувствовать все прелести жизни.

Для тех, у кого преобладает развитие левого полушария -- рекомендуется занятия спортом, тем же боксом и боевыми искусствами, например, по авторскому методу С.А.Зелинского.

В этом случае можно быть уверенным, что в процессе тренировок оба полушария начнут выравниваться, а значит, такой человек сможет социально адаптироваться в обществе, найти себе применение не только в духовном, интеллектуальном плане, но и сможет наслаждаться прелестями жизни, да и постоять за себя, в случае, если на него вдруг нападут те, у кого преобладает излишнее развитие правого полушария.

При этом, чтобы управлять человеком, как мы уже замечали, необходимо затруднять функционирование левого полушария его мозга, и воздействовать в большей мере на его правое полушарие, т.е. на удовлетворение его физических потребностей (секс, еда и проч., т.е. получение чувственных удовольствий). Становится возможным подобное исходя из того, что воздействовать на человека, вторгаясь в его информационное поле, можно не только вербально (словами), но и ориентируясь на его чувства. Например, провоцирование сексуальных реакций давно известно шпионам всех времен и народов, поэтому секс служит способом как вербовки так и шантажа. В бизнесе также на результат успешности переговоров может повлиять и сексуальная подоплека (например, баня "с девочками" после, в перерыве, или вместо затянувшихся переговоров, или мужской стриптиз для бизнес-вумен или бизнесменов-геев, и проч. способы сексуально-эротических провокаций, со своими вариациями в зависимости от ситуации и личности объекта, после получения предварительной информации на объекта).

Для обеспечения наилучшего манипулятивного воздействия объект манипуляций вводится в трансовое состояние, или ИСС (измененное состояние сознания). При этом главным образом мы рассматриваем эффективность т.н. гипноза наяву, когда объект как будто и пребывает в сознании (т.е. не наступает состояния сна), но при этом программируется действиями манипулятора на выполнение команд, необходимых для осуществления над ним различных форм манипулятивного воздействия. Осуществление подобного гипнотического или полугипнотического воздействия осуществляется посредством воздействия на первую сигнальную систему, а также на репрезентативные системы, в зависимости от того, какую мы предварительно собрали информацию об объекте. Также, безусловно, помимо воздействия на чувства объекта, порой оказывает эффективное воздействие и атака на его психику посредством слов (вторая сигнальная система, речь).

Кроме того, мы должны выделять то обстоятельство, что такого рода воздействие осуществляется большей частью при активном участие подсознания. Именно на подсознание, бессознательное психики, и обращен основной удар манипуляторов, ибо активируя те или иные архетипы становится возможным как первоначальное программирование индивида, так и последующая активация кода, и управление посредством этого психикой (мыслями и поступками, как проекциями мыслей) индивида, объекта. Для того же, чтобы задействовать подсознание, необходимо временно "выключить" (ослабить) сознание, т.е. перевести человека из режима активного тестирования реальности и деятельности цензуры психики (левого полушария) в режим чувств и образов, подключив главным образом имеющиеся у такого индивида (объекта) представления о том или ином предмете, включения воображения, т.е. другими словами, ввода объекта в измененные или трансовые состояния сознания. Чтобы играли чувства и инстинкты, а не разум. При манипулятивном воздействии на психику объекта манипуляций его разум вообще желательно отключить.

И.М.Сеченов (2007) предположил, что адекватность впечатления реальному стимулу обусловлена тем, что они соединены физиологическим процессом, который, с одной стороны, несет на себе отпечаток раздражителя, а с другой -- лежит в основе психического образа. Развивая эту идею, П.К.Анохин (1968) сформулировал принцип информационной эквиопотенциальности на различных этапах психического отражения. Согласно этому принципу, информация, содержащаяся в совокупности мозговых процессов и в соответствующих им психических, одинакова, несмотря на их качественное различие. Д.И.Дубровский (1973) сопоставляет мозг и сознание -- как код и информацию. Согласно этой теории, информация есть результат отражения (данного объекта). Информация не существует вне своего материального носителя (всегда выступает в качестве его свойств). Данный носитель информации есть ее код (информация не существует вне определенной кодовой системы). Информация инвариантна по отношению к своему носителю (одна и та же информация может существовать в разных кодах, т.е. может быть воплощена и передана разными свойствами носителя). Информация может обладать не только формальными, но и содержательными характеристиками. Информация может служить фактом упрощения (инициировать изменения в системе на основе сложившейся кодовой организации).

Если любое явление сознания есть одновременно информация и функция мозга, то материальным носителем такой информации являются определенные мозговые процессы, которые описываются посредством понятия нейродинамической системы (Н.П.Бехтерева, П.В.Бувдзен, 1975).

Через понятие информации фундаментальные науки -- физика, химия, биология, психология -- осуществляют связь между собой, результатом чего является создание единой системы взглядов, в которой каждое более сложное явление может быть объяснено при помощи простого (но не сведено к нему). Для установления связи между явлениями, относящимися к разным уровням интеграции, необходимо понять какую информацию несут явления более низкого уровня для явлений более высокого уровня интеграции. Такой информационный подход имеет хорошие перспективы и для изучения соотношения мозговых процессов и психики. Если информация, содержащаяся в совокупности нервных процессов и в психическом образе, эквивалентна, то именно анализ информационного содержания физиологических процессов будет способствовать изучению связи между мозговыми и психическими феноменами. (С.Ю.Мышляев, 1993).

Психика -- это информация, составляющая содержание мозговых процессов. Явления, составляющие нейрофизиологический код, являются информацией, поэтому задача состоит в раскрытии информационного содержания мозговых процессов, порождающих психическую функцию. Огромная информационная емкость человеческого мозга определяется количеством нервных клеток, количеством связей между нервными клетками, обучаемостью мозга и динамичностью механизмов, лежащих в основе всех видов его деятельности (Н.П.Бехтерева и др., 1985). Особое влияние на сознание оказывают потребности, которые разделяют на витальные, социальные и идеальные потребности познания и самовыражения. Существенные влияния на характер реализации информации в психической деятельности человека оказывает темперамент, который характеризуется доминирующей направленностью психического информационного потока, эмоциональной стабильностью и подвижностью (или инертностью). Кроме того следует выделить межполушарную ассиметрию, подразделяемую на двигательную (неодинаковость двигательной активности рук, ног, лица, половин тела), восприятия (неравнозначность восприятия объектов, расположенных справа и слева от средней плотности тела) и психическую (специализация полушарий мозга в реализации различных форм психической деятельности). Как мы уже заметили, правое полушарие головного мозга ориентировано на чувства, левое -- на двигательные функции. Человек с преобладанием левополушарных функций склонен к теории, имеет большой словарный запас, ему присуща двигательная активность, целеустремленность, способность прогнозировать события (мыслительный тип). Человек с превалированием правополушарных функций склонен к конкретным видам деятельности, он медлителен, неразговорчив, наделен способностью тонко чувствовать, переживать, склонен к созерцательности и переживаниям, у него развита интуиция и способность воспринимать информацию бессознательно (художественный тип). Обычно происходит взаимодействие двух полушарий. При этом правое полушарие быстрее, чем левое, обрабатывает поступающую информацию, выполняет ее зрительно-пространственный анализ и передает его в моторный центр речи, где происходит окончательный семантический анализ и осознание информационного раздражения -- сигнала. В механизмах речи участвуют левое полушарие. Существенное влияние на характер информационных процессов в организме оказывают измененные режимы работы мозга (патологические, возрастные, просоночные и др.)

Для человека все является информацией. Информацию следует понимать как философскую категорию, тождественную времени, пространству и материи. Обмен информацией, так же, как обмен энергией и веществом, является свойством организма человека. Неразвитость информационных связей приводит организм к нежизнеспособности и смерти. Организм наделен сложной системой передачи информации от периферии в центр и обратно. Центральным аппаратом, способным воспринимать, хранить, анализировать и оценивать значимость поступающей информации, является мозг. Мозг формирует ответную реакцию системы на поступающую информацию. Деятельность мозга направлена на сохранение и развитие всей биосистемы. Человек наделен двумя механизмами биологической саморегуляции -- индивидуальными и видовыми. Индивидуальные отвечают за сохранение и продолжительность жизни отдельного человека, а видовые -- за сохранение и развитие вида. В результате воздействия информации в мозге происходят генетически закрепляемые структурные преобразования. Основными регуляторами поведения человека являются врожденные и приобретенные потребности. Врожденные потребности делят на соматогенные и психогенные, а приобретенные (социальные) -- на материальные и духовные. Исследования в области информационного обмена в природе были проведены такими учеными, как В.М.Бехтерев, В.И.Вернадский, Ю.В.Гуляев, В.П.Казначеев, Л.Л.Васильев, Э.Э.Годик, В.П.Зинченко и др.

Было установлено, что человек -- это сложный саморегулирующийся и самосовершенствующийся, биоинформационный комплекс, который строит свои взаимоотношения с внешней и внутренней средой под руководством мозга. Человек воспринимает и излучает различные физические поля, излучения и химические вещества, которые являются материальными носителями излучаемой или принимаемой информации. Наиболее информативными у человека оказались: электрические, магнитные, биогравитационные, лептонные и биоплазменные поля, а также инфракрасное, радиотепловое (СВЧ) и рентгеновское излучение. Высокоинформативными являются акустические сигналы и оптическая хемилюминесценция. Кроме того, человек выделяет и принимает химическую информацию в виде газовой и аэрозольно-ионной. Установлена и способность человека усилием воли выделять корпускулярное излучение. Измерения электрического поля вокруг человека показали, что оно в сотни раз больше, чем те, которые генерируют мышцы, легкими, сердце и другими внутренними органами. Значительные электрические заряды накапливаются в роговом слое эпидермиса (на коже). Известность получили электрокардиограммы (диагностика состояния сердца). Еще более информативно магнитное поле человека, тем более, что тело прозрачно для магнитных полей, поэтому их регистрация с высокой точностью позволяет ставить диагноз, например, магнитокардиограмма точно и подробно указывает пораженную область сердца. Биогравитационное поле генерируют внутренние органы, мозг и всю поверхность кожи человека. Наиболее интенсивно это поле генерируется мозгом, грудью и кистями рук (к этим местам чаще всего прилипают различные предметы у некоторых людей). Природа биогравитационного поля отличается от магнитного и гравитационного, и по мнению ряда исследователей означает суммарное поле известных физических полей. Интенсивными генераторами этого поля являются т.н. биологические точки, известные еще древним китайцам. Биогравитационное поле может ощущаться высокочувствительными людьми на больших расстояниях. В некоторых исследованиях установлена связь между мыслительной деятельностью человека и интенсивностью этого поля. Очень информативным является инфракрасное тепловое излучение кожи (миллиметрового слоя эпидермиса). Инфракрасное излучение человека имеет мощность 200 -- 300 Вт и несет информацию о температуре на поверхности тела на расстояние до 150-200 и больше метров (особенно если использовать специальную аппаратуру). Радиотепловое (СВЧ) излучение человека идет с глубины 10-15 см. и несет информацию о температуре сердца, печени, мозга, желудка и других важных органов. Созданы приборы и получены динамические радиотепловые карты мозга, органов брюшной полости и т. д. Акустическое излучение обладает большей разрешающей способностью, чем тепловое, поэтому акустическая термография эффективнее радиотермографии, особенно при обследовании опухолей, воспалительных процессов и др. (Д.В.Кандыба, 1989).

О характере биохимических процессов в организме можно судить по свечению тела человека -- хемилюминесценции. Интенсивность этого свечения зависит от насыщения тканей кислородом, поэтому свечение может иногда наблюдаться невооруженным глазом от головы, лица, кистей рук, ног и др. Как и любой биологический объект, человек постоянно окружен облаком из газов, аэрозолей, ионов. В этом облаке присутствуют сотни химических соединений, состав которых можно оценивать лазерно-оптическими методами и получать дополнительную информацию, в частности, о состоянии капиллярного кровотока.

Таким образом, можно сделать вывод, что на небольших расстояниях от организма человека существует продолжение его физического тела в виде биоплазмы, химических соединений, газов, аэрозолей различных физических полей и излучений и все это несет полную и объективную информацию о работе психики, энергетики и физиологии человека. Следовательно, информационный обмен -- это фундаментальное биологическое свойство живых систем. Чем выше уровень реагирования на внешнюю и внутреннюю информацию, тем плодотворнее протекает процесс приспособления биосистемы к окружающей среде, что закрепляется на генетическом уровне.

Информационные связи лежат в основе самых глубинных свойств материи. Информация отражает процесс взаимодействия между всеми видами материального проявления нашей вселенной. Существовать информация вне времени и пространства не может. Человек информационно зависим от окружающей среды. Все, что мы видим, слышим, чувствуем, все вокруг нас -- информация. Информация и информационные процессы свойственны всем видам и формам движения материи, в том числе и неорганической природе. Передача информации от одного вида материи к другому, или от одного объекта к другому осуществляется через механизм отражения, на уровне человека -- это ощущение и высшая форма отражения -- сознание.

В результате информационно-энергетической взаимозависимости всех материальных объектов земли -- свойства, качества, и проч. одного объекта оказывают влияние на свойства, качества, и проч. другого объекта. Чем сложнее по своей структуре и содержанию форма материи, тем она более информативна. Информация в неживой природе проявляет себя как мера упорядоченности, сложности, системности.

В физике (в рамках квантовой теории) было введено информационное понятие "несиловое взаимодействие". Проявляется оно в том, что если взять тонкую пластинку -- полупроводник, и пропустить через нее ток определенного напряжения, то полупроводник "запоминает" информацию об этом сигнале и тем самым связывает прошлое с настоящим.

Более сложная картина наблюдается у растений и простейших животных организмов. И те и другие реагируют на различные раздражители, называемые "таксисы". Таксисы -- это двигательные реакции микроорганизмов, растений, некоторых клеток (зооспор, лейкоцитов и др.), которые происходят под влиянием одностороннего раздражения, вызванного действием света (фототаксисы), температуры (термотаксисы), влаги (гидротаксисы), тока жидкости (реотаксисы), повреждений (травмотаксисы), химических воздействий (хемотаксисы), механических влияний (баротаксисы) и других раздражителей.

Проявлением восприятия растениями внешних раздражителей является "тропизм", означающий особое реагирование растений, тесно связанное с их ростом и развитием. Ростовые движения органов растений (стебля, корня, листьев), обусловленные направленным действием какого-либо раздражителя (света, силы земного притяжения и др.) имеют ту особенность, что затормаживается развитие одной стороны органа и наоборот, ускоряется рост клеток другой стороны. Например, шляпка подсолнечника поворачивается к солнцу, навстречу свету изгибается стебель растения и т. д. Реакции растения на раздражители, ориентированные в обратную сторону по отношению к их действиям, называются "настии". Движение растений в этом случае носит защитный характер. Под действием некоторых газообразных веществ происходит движение листьев томата и душистого горошка. Импульсом для такого поведения растений становится информация, индуцирующая те или иные физиологические процессы, которые дают возможность растениям производить обмен веществ, тормозить поступление одних и ускорять других, необходимых для развития. Некоторые растения реагируют на погоду -- их называют живыми барометрами. Клевер перед ненастьем сжимается, и его листочки сближаются и прижимаются к земле. Многие растения используют такую информацию как запах, который может привлекать опылителей и отпугивать врагов.

Некоторые растения используют в своей жизнедеятельности такую информацию, как окраска, расположение цветка, его форма. Шмелеобразная форма цветков шпорника служит неким условным сигналом для насекомых -- как пробраться к нектару. Это своеобразная информационная связь, с помощью которой осуществляется взаимодействие флоры с фауной и окружающей средой. У амебы (представителя одноклеточного животного) информационный мир напоминает реакцию развитых растений. Реакция амебы на внешние сигналы -- раздражение светом, теплом, водой, химическими веществами -- еще простейшая: движение ложноножек для бегства или захвата пищи, переваривание пищи и выделение ненужных организму шлаков.

У многоклеточных организмов информационный мир усложняется в процессе эволюции: происходит специализация в функционировании разных групп клеток. Одни из них приобретают свойство реагировать на внешние сигналы одного характера, другие -- на внешние сигналы другого характера. В ходе эволюции у наиболее организованных животных развились органы чувств, нервная система и, наконец, появились инстинкты, как более совершенная форма реакции организма на сигналы внешнего мира, воспринимаемые органами чувств. Информационные системы некоторых животных иногда превосходят возможности отдельных органов чувств человека.

Развитие информационных систем животных зависит от условий их обитания. В итоге, все живое и неживое сосуществует информационно взаимосвязанно и взаимозависимо. Таким образом, информация -- это явление переноса разнообразия в проявленной материи (материи, имеющей форму), поэтому различия объектов материального мира и вызывают информационные процессы, которые в современной науке поддаются количественному и качественному измерению.

Развитие материи от неживой к живой клетке, от клетки к сложным живым существам приводит к усложнению и развитию информационного обмена между живой и неживой природой, между все усложняющимися организмами и их отдельными частями и органами, а также вообще между организмами. Происходит эволюционное усложнение и развитие информационных процессов как по форме, так и по содержанию -- на всех стадиях, включая восприятие, переработку, хранение, воспроизведение и передачу информации.

Человек эволюционно сформировался как очень сложная биоинформационная система, в которой наибольшее развитие получил процесс переработки информации через механизм центральной нервной системы. Первым информационным уровнем управления является головной мозг, вторым -- спинной мозг, третьим -- функциональные системы органов, четвертым -- органы, пятым -- клетки и т. д. Таким образом можно говорить об информационных полях и потоках на уровне клетки, органа, части тела, всего организма человека.

Информационно-математическая модель человека выглядит несколько абстрактнее. Высшим уровнем является особый "процессор" -- центральная нервная система (задачи самосохранения и воспроизведения). Второй уровень -- это "процессоры", которые руководят исполнительными органами, выполняющими "команды" центрального процессора, а также избавляют центральный процессор от поступления избыточной информации и от необходимости ее перерабатывать. Третий уровень системы -- это вся совокупность основных функциональных "процессоров", которые руководят деятельностью всех органов. Четвертый уровень -- это "процессоры", которые обеспечивают информационную деятельность системы обеспечения, питания всего "компьютера", его защиты от вредных внешних воздействий и помех. Так представляется информационная модель человека, где автономность сочетается с центральным управлением, что позволяет организму лучше приспосабливаться к складывающимся внешним и внутренним условиям, при необходимости мобилизовать ресурсы на уровне всего организма в критических ситуациях. Организм наделен сложной системой передачи информации от периферии в центр и обратно. Центральным аппаратом, способным воспринимать, хранить, анализировать и оценивать жизненную значимость поступающей информации, является мозг. Мозг формирует ответную реакцию системы на поступающую информацию. Вся деятельность мозга направлена на сохранение и развитие всей биосистемы.


Информационно-психологические войны.


"Война...есть явление гипнотической власти коллектива над личностью".


Н.А.Бердяев


Информационно-психологические войны.

-- понятие.

-- поле действия.

-- основные модели использования.

-- психологические эффекты применения.

-- средства ведения психологических войн.

-- концепция России в информационных войнах.

-- идеологически-пропагандистские мероприятия.

-- исторические примеры использования.

-- схемы психологических операций.


Психологическая война инициируется с целью воздействия на массовое сознание. В психологической войне используется расширенный арсенал манипулятивных методик, направленных на формирования общественного мнения в нужном манипуляторам ключе. Для этого используются различные способы пропаганды и идеологической обработки граждан. Цель психологической войны -- достижение устойчивого результата в формировании общественного мнения, закладывание установок и паттернов поведения в подсознание масс; в последствие, при воздействии на такие установки, происходит управление массовым психическим сознанием.

В психологических войнах используются средства массовой коммуникации, информации и пропаганды, с помощью которых происходит идеологическая обработка психического сознания. Психологическая война, в отличие от войн, в которых задействуется военная техника, происходит информационным способом, который намного эффективней по охвату аудитории и не причинении разрушений материальным средствам, которые после победы можно использовать в своих целях. По нашему мнению, не следует отделять понятия психологических войн от информационных, потому как это суть одного и того же процесса.

Основной удар в результате информационно-психологических войн обрушивается на психику масс. Таким образом происходит формирование общественного мнения. На данную особенность обращали внимание идеологи, потому как понимали, что сформированные соответствующим образом установки в массах -- способны в итоге изменить жизнь человека, то есть изменить, если потребуется, социальный уклад населения и общественный строй. "Сила привычки миллионов и десятков миллионов -- самая страшная сила", -- писал В.И.Ленин[48]. Приводя цитату В.И.Ленина мы должны заметить, что труды Ленина до конца не изучены, особенно в контексте произошедшей с нашей страной действительности после победы Запада в психологической войне 1917-1991 годов. Необходимо помнить, что в настоящее время не прекращается война Запада против России. Информационно-психологическая война. И методы ведения такой войны оказываются эффективнее применения любых видов оружия (включая оружие массового поражения).

Начало войны Запада против России произошло сразу после образования СССР. Тогда, после революции 1917 года, президент США Вудро Вильсон считал, что "все белогвардейские правительства на территории России должны получить помощь и признание Антанты; Кавказ -- это часть проблемы Турецкой империи; Средняя Азия должна стать протекторатом англосаксов; в Сибири должно быть отдельное правительство, а в Великороссии -- новое (то есть не советское). После победы над "красной чумой" Вильсон планировал отправить в Россию отряды из молодежных христианских ассоциаций "для морального обучения и руководства русским народом". В 1918 г. американские войска вошли во Владивосток и пробыли там до 1922 года. В Архангельске американцы посадили в концлагерь 38 тысяч человек, 8 тысяч из которых были расстреляны и еще одна тысяча умерла от голода и избиений. Еще 23 декабря 1917 года Клемансо, Пишон и Фош от Франции, лорды Мильнер и Сесиль от Англии заключили тайную конвенцию о разделе сфер влияния в России: Англии -- Кавказ, Кубань, Дон; Франции -- Бессарабия, Украина, Крым. США претендовали на Сибирь и Дальний Восток. На географической карте, подготовленной госдепартаментом США для американской делегации на Парижской конференции, было отмечено: Россия -- только Среднерусская возвышенность. Прибалтика, Белоруссия, Украина, Кавказ, Сибирь и Средняя Азия превращались в "самостоятельные" и "независимые" государства[49].

Хорошо известна директива 1945 года Алена Даллеса в отношении СССР.

"Правительство вынуждено в интересах развернувшейся ныне политической войны наметить более определенные и воинственные цели в отношении России, -- писал А.Даллес[50]. --...Наши основные цели в отношении России, в сущности, сводятся всего к двум:

а) Свести до минимума мощь и влияние Москвы;

б) Провести коренные изменения в теории и практике внешней политики, которых придерживается правительство, стоящее у власти в России.

...наша цель -- свержение Советской власти... Мы должны ожидать, что различные группы предпримут энергичные усилия, с тем чтобы побудить нас пойти на такие меры во внутренних делах России, которые свяжут нас и явятся поводом для политических групп в России продолжать выпрашивать нашу помощь. Следовательно, нам нужно принять решительные меры, дабы избежать ответственности за решение, кто именно будет править Россией после распада советского режима".

"Мы не можем победить Советский Союз в обычной войне, -- сказал Джон Кеннеди в 1961 году при вступлении в должность президента США. -- Это неприступная крепость. Мы можем победить Советский Союз только другими методами: идеологическими, психологическими, пропагандой, экономикой"[51].

Заметим, что войны, за счет воздействия на психику масс, существовали во все времена. В 20-м и 21-м веке информационно-психологические войны за счет роста коммуникативных технологий перешли на новый этап собственного развития. И поэтому мы можем говорить о том, что победу в той или иной войне достигнет та страна, в которой более развита пропаганда. "На первое место выдвинулись сражения за умы людей, за создание "правильного" общественного мнения, за контролирование информационных потоков. Как говорил американский генерал Дж. Шаликашвили: "Мы не побеждаем, пока CNN не сообщает о том, что мы побеждаем". В связи с этим уместно вспомнить тот факт, что бомбардировка американской авиацией Ливии в 1986 году была приурочена точно к началу вечерних информационных выпусков в США. "Миротворческие операции" последних лет изначально ставятся как телевизионные проекты. Они были бы не нужны, если бы они не могли быть показаны по телевидению"[52].

Пропаганда служит формированию идеологической составляющей того или иного социального строя, и направлена на изменения сознания масс -- в нужном манипуляторам от власти ключе. То есть подобное формирование целиком и полностью лежит в зоне воздействия манипулятивных технологий на сознание масс, с целью изначального формирования необходимых установок в подсознании индивида и масс, и уже далее, такие установки формируют соответствующие паттерны поведения, которые и влияют на сознание народа, а значит влияют на мысли и поступки как отдельных индивидов, так и индивидов, объединенных в массы. При этом заметим, что точно также и идеология -- есть целенаправленное и методичная обработка сознания масс в целях установок правящей элиты.

При осуществлении массового воздействия на сознание масс активно используются возможности современных средств массовой коммуникации. При этом следует говорить о монопольном характере различных корпораций телевидения, прессы, кино, и проч. По данным Д.А.Волкогонова (1983), свыше 80% информации, поступающей в эфир и на газетные страницы, дают четыре крупнейших телеграфных агентства капиталистического Запада: Ассошиэйтед Пресс, Юнайтед Пресс Интернэшнл, Рейтер и Франс Пресс. Только эти агентства в сутки снабжают 110 стран мира информацией объемом свыше 40 миллионов слов. В настоящее время следует отделять то, что мы привыкли понимать под СМИ -- как средствами массовой информации, и средствами массовой коммуникации, СМК, включающим помимо печати, радио и телевидения (СМИ), еще и такие формы коммуникативного воздействия на массы как кино (роль кино как пропаганды хорошо известна; на это обращал внимание еще Ленин), театры (вспомним роль театра в работах профессора Г.Шиллера (1984), рекламно-идеологические плакаты в общественных местах, информацию на видео-- (дисках) и аудио-носителях, книги, а также иные средства воздействия на сознание-подсознание масс -- с целью переориентации имеющихся в массах общих знаний на знания, соответствующие тем или иным установкам власти. Ничего не делается в этом мире "просто так". Всегда, когда перед сознанием масс проходит какая-либо установка (в виде видео-образа, посредством ТВ-вещания, или иным каким способом массового воздействия, те же плакаты-растяжки на улицах, напр.), это означает, что есть некто, кто заинтересован в том, чтобы "донести" до сознания масс информацию подобного рода. В качестве заинтересованных лиц могут выступать бизнес и власть (в России эти понятия взаимосвязаны).

В.Г.Крысько (1999) характеризует психологические войны как совокупность различных форм, методов и средств воздействия на людей с целью изменения их взглядов, мнений, ценностных ориентаций, настроений, установок, стереотипов поведения и т.п. Термин "психологическая война" ввел в обиход американский разведчик Поль Лайнбарджер, выпустивший в 1948 году книгу с одноименным названием. "Психологическая война в широком смысле слова представляет собой использование основ психологии в военном деле, -- писал Поль Лайнбарджер[53]. -- В узком смысле психологическая война представляет собой использование пропаганды в вооруженной борьбе одновременно с ведением таких боевых действий, которые дополняют пропаганду. В свою очередь пропаганда может быть определена как организованное убеждение без применения насильственных мер. Сама война, наряду с другими мерами, может рассматриваться как воздействие и убеждение с помощью насилия. Если, например, мы разрушаем авиацией один из городов, то этим самым рассчитываем заставить людей, лишенных материальных средств, прекратить сопротивление. Если же мы тут же сбросим листовки с предложением о сдаче в плен, то в этом случае пропаганда явится продолжением убеждения -- на этот раз менее насильственного..., однако являющегося неотъемлемой частью единого процесса, цель которого состоит в том, чтобы заставить противника прекратить борьбу".

П. Лайнбарджер (1962) вводил необходимость появления в армии психологов.

"Во-первых, психолог может указать на такие особенности человеческого разума, которые обычно остаются незамеченными, -- писал П. Лайнбарджер[54]. -- Он может сказать, каким образом страсти можно превратить в негодование, личную находчивость -- в массовую трусость, трения -- в недоверие, предрассудки -- в ярость. Психолог достигает этого, обращаясь к подсознательным чувствам человека, которые служат ему исходным материалом.

Во-вторых, психолог может подсказать методы определения морального состояния противника... При помощи обычных статистических выкладок и на основании опроса небольшой выборочной группы пленных психолог может дать оценку морального состояния войск противника в данный момент на всем театре военных действий. При отсутствии пленных он может достичь почти таких же результатов путем анализа информационных сообщений и пропаганды противника, рассчитанной на свои войска и население...

В-третьих, психолог может оказать помощь оперативным работникам, ведущим психологическую войну, в оценке решаемых ими задач и в соблюдении чувства меры. Ничто не может так повредить пропаганде, как ведение ее людьми ради назидания от собственного имени. Эта бесплодная забава может привести к полному провалу пропаганды как таковой. Известно, что возможность дать ответ противнику доставляет большое удовлетворение. Пропагандист, особенно в военное время, старается говорить противнику все, что он о нем думает... Пропагандист не должен говорить противнику таких вещей. Личные эмоции он обязан держать при себе. Психолог может научить пропагандиста быть объективным, последовательным и хладнокровным.

Наконец, психолог может порекомендовать средства и методы ведения пропаганды: радио, листовки, громкоговорящие установки, а также распространение слухов, обратную засылку пленных и т. д. Психолог укажет, когда можно и когда нельзя применять то или иное средство. Он совместно с офицерами-оперативниками и разведчиками может выработать план наилучшего использования всех имеющихся средств психологического воздействия".

"...Пропаганда, --замечает Лайнбарджер[55], -- может стать действительным оружием психологической войны, научной по духу и превращенной в искусство, если... проведение пропагандистских операций будет... контролироваться на основе научных методов. Из наук психология стоит всех ближе к пропаганде...".

Решающее значение для успеха психологической войны имеет недопущение консолидации государств или политических групп, организация постоянного противостояния и войны всех против всех. Для этого необходимо разукрупнение стран-противников, создание карликовых государств с марионеточными правительствами. Наибольшему давлению всегда подвергаются крупные мощные государства с целью их развала. При этом важное значение имеет формирование в этих странах пятой колонны. Пятая колонна может действовать под видом борцов за права человека, за чистоту окружающей среды, за равноправие мужчин, женщин, животных и т.д. Главной задачей пятой колонны является дестабилизация обстановки в государстве. Таким образом, в конце ХХ века невоенными методами удалось разрушить все три славянских силовых центра: СССР, Чехословакию, Югославию. (А.М.Морозов, 1996).

Как мы уже заметили, специфика ведения психологических войн накладывает отпечаток на действие вражеских сил как со стороны внешней угрозы, так и угрозы внутри страны. Во время существования Советского Союза, на всем протяжении его существования, велась подрывная работа Запада в отношении граждан СССР. Для этого использовались различные методы, в частности, методы экономические, заставлявшие усиливать гонку вооружений, чтобы меньшие средства были направлены на улучшение жизни граждан внутри страны, что должно было спровоцировать негатив и рост протеста внутри жителей СССР; такой протест раздувался действиями представителей пятой колоны, активно финансированной Западом, в том числе и через издание литературы, запрещенной в СССР), и политические методы (хотя в вопросе ведения психологической войны любые методы фактически взаимосвязаны).

В Постановлении одного из последних предперестроечных[56] Пленумов ЦК КПСС подчеркивалось, что "против Советского Союза, стран социализма ведется беспрецедентная по своим масштабам и оголтелости психологическая война. Не гнушаясь ложью и клеветой, буржуазная пропаганда стремится очернить социалистический строй, подорвать социально-политическое и идейное единство нашего общества"[57]. Для ведения такой войны против СССР -- США ежегодно расходовала более 7 млрд. долларов.

Д. А. Волкогонов (1983), уточняя механизмы ведения информационно-психологических войн в мирное и в военное время, отмечает, что психологическая война ведется как в мирное, так и в военное время. В мирное время ее диапазон более широк. Она охватывает политические, нравственные, правовые, эстетические формы сознания, а также сферу культуры. Психологическая война направлена на различные общности и коллективы: производственные, научные, художественные, творческие, военные. В мирное время психологическая война выступает одним из конкретных средств воздействия на морально-политический потенциал противостоящей социальной системы. В современных условиях в результате быстрого прогресса в области средств массовой информации возможности обоюдного духовного воздействия существенно увеличились. Возросшее количество непосредственных человеческих контактов, увеличение технического, научного, культурного обмена между государствами двух систем объективно создают больше условий для прямого столкновения мировоззрений, социально-политических взглядов. Соответствующие идеологические органы стремятся максимально использовать это обстоятельство для усиления своих идеологических и психологических диверсий.

Исходя из того что Запад выиграл психологическую войну против СССР, мы должны анализировать те средства ведения войны, которые использовал победитель.

Сейчас у нас есть возможность сравнить методы, используемые Западом, с тем что, как мы знаем, происходило на самом деле. Д.А.Волкогонов (1983) замечает, что в ходе психологической войны в мирное время идеологические органы империализма преследуют вполне определенные цели. Во-первых, внесением в общественное и индивидуальное сознание социалистического общества враждебных идей, взглядов, представлений они пытаются расшатать морально-политическое единство советского народа, ослабить интернациональное единство братских стран социализма. В одном из инструктивных документов Управления по международным связям США принятом в 1981 г., говорится, что свободная информация, которую США должны направлять в страны коммунистического блока, призвана максимально ослаблять влияние марксистской идеологии. Содержание радиопередач и печатной продукции, направляемой на социалистические страны, были подчинены главному -- идеологически ослабить социализм. Во-вторых, с помощью акций психологической войны происходит дезориентация людей. Для этого создан огромный комплекс политической дезинформации, нацеленный на внесение в социалистическое общественное сознание ложных идей, чуждых взглядов, иллюзий, мифов, искаженных представлений. В ведущих капстранах для внесения дезинформации в умы советских граждан работали десятки крупных радиостанций общим объемом вещания многие сотни часов в сутки. Установки были следующие: осведомленного человека превратить в неосведомленного, информированного -- в дезинформированного, убежденного -- в сомневающегося. В-третьих, операции психологической войны должны были ослабить роль коммунистических идеалов, убеждений, образа жизни, морали, и заменить их западными "ценностями": индивидуализмом, эгоизмом, национализмом, частнособственническими интересами. Для этого широко использовались мифы о "свободе личности", "правах человека", "демократии". При этом западные диверсанты старательно умалчивали о том, что на Западе развиты: расизм и национализм, преступность, безработица.

Победив в психологической войне 1917-1991 годов, Запад не оставил попыток навязать свои установки нашей стране. Происходит подобное путем непрекращающихся атак в идеологической сфере. Победу в подобной войне противник видит в духовной экспансии, навязывании западного образа жизни. Мы не будем сейчас приводить примеры, которым пользуется враг в настоящее время, это тема отдельного исследования, и продолжим рассматривать теоретическую базу ведения подобного рода войн. Войн, названных информационно-психологическими, потому как в результате использованных в результате ведения подобных войн методов и способов достижения результата, происходит целенаправленное и методичное воздействие на психическое сознание масс путем различной информации. И основной удар приходится на подсознание. Потому как еще со времен Фрейда было известно, что задействование сублиминальных, подкорковых слоев сознания, оказывает в итоге свою исключительно результирующую роль в характере последующих поступков как индивида так и поведения масс. А с помощью средств массовой коммуникации удается охватить огромнейшую территорию.

Воздействие на массовое психическое сознание является самым результативным фактором управления массами. Как мы заметили, подобное воздействие происходит на бессознательное психики индивида и масс. Рассматривая вопрос существования бессознательного в психике индивида, Фрейд отмечал[58], что существуют латентные мысли, которые не проникают в сознание. Такие мысли он называл бессознательными, как мысли, находящиеся вдали от сознания, мысли, не проникающие в сознание. "...каждый психический акт, -- писал Фрейд[59], -- начинается как бессознательный и может таким и остаться или же, развиваясь дальше, проникнув в сознание, в зависимости от того, наталкивается он на сопротивление или нет".

Фрейд рассматривал структуру психики как сочетание сознания (Я), бессознательного (Оно), и цензуры психики (Сверх-Я). Именно бессознательному Фрейд уделял основную роль как в психике, так и проекции психики на окружающий мир. Одним из доводов в пользу существования бессознательного в психике, Фрейд называл возможность управления сознанием посредством воздействия на бессознательное, на подсознание[60]. При этом важно говорить о том, что подобное воздействие может быть применено как в лечебных целях (и тогда психоанализ Фрейда мы рассматриваем как психотерапевтическую методику), так и в целях воздействия на подсознание для управления массами (в этом случае ведем речь о прикладном психоанализе). Заметим, что в конце жизни Фрейд рассматривал психоанализ именно как метод воздействия на массы. Правда бывшие ученики не пошли за учителем, замкнувшись на лечебном (психотерапевтическом) психоанализе[61].

"Сегодня мы должны откровенно признаться -- частично мы предали нашего Бога и отреклись от его Завета, -- пишет проф. В. А. Медведев[62], метафорически обыгрывая имя Фрейда, как Бога для психоаналитиков. -- Психоанализ, задуманный им как глобальный исследовательский проект по созданию некоей "метапсихологии", объединяющей в себе в виде системного динамического единства знание о сознательном и бессознательном аспектах человеческой психики и призванной вывести людей на новые рубежи самопознания... мы ограничили системой платной психотерапевтической практики. И напрасно Творец взывал к избранному им психоаналитическому народу: Опомнитесь, психоанализ лишь был открыт на больных, он представляет собой знание о глубинной сущности человека и превращение его в медицинскую специальность является роковым для самого его будущего... Но было уже поздно. Он говорил в пустоту, ведь знаменитые "Новые лекции по введению в психоанализ", из текста которых и взята воспроизведенная выше его горестная фраза, составлялись им уже как обращение в воображаемой аудитории единомышленников".

Заметим, что подобное "упущение" не оказало существенного влияния на тех кто понимал, что с помощью прикладного психоанализа можно управлять массами. Программирование психики масс подобным образом осуществлялось на всем протяжении истории 20 века. Вспомним Германию времен Третьего Рейха. 80 миллионов немцев стали беспрекословно подчиняться фюреру. Отметим также рейхсминистра (с 1933 года )народного просвещения и пропаганды П.Й.Геббельса. Методы пропаганды, разработанные Геббельсом, не только позволили внушить народу Германии абсолютную любовь к фюреру[63], но и способствовали тому, что за четыре года войны с Советским Союзов -- в плен к фашистам добровольно сдалось очень большое количество русских солдат. Причем сдавались и в начале войны (целыми ротами и полками), но и в конце войны, когда Советская Армия уже победоносно шествовала по миру, освобождая Европу. Вот данные, которые приводит историк А. Гогун[64]: "...в 1942 году, после битвы под Москвой -- шесть дивизий перебежчиков (79 779 человек), в 1943 году -- после Сталинграда, больше двух пехотных дивизий полного состава (26 108 человек). В 1944 году, когда многие в мире предполагали, что война закончится именно в этом году... численность осознанных "предателей" равна численному составу дивизии (9 207 человек)". Это было результатом схем манипулирования массами, которые разработал Геббельс. Поэтому за найденную немецкую листовку или власовскую газету красноармейца расстреливали. На всем протяжении войны таким образом было расстреляно 167000 человек (две общевойсковые армий тех лет). Кроме того, в Вермахте, СС и полицейских частях Германии служили свыше одного миллиона бывших советских граждан. А на оккупированной территории СССР насчитывалось не менее трехсот тысяч полицаев. Как замечает Гогун (2004), русский народ активно сотрудничал с фашистами даже несмотря на то, что нацисты не считали славян за людей и установили для них режим грабежа и террора.

Лидеры социал-демократической партии Германии, ставшие во главе страны после избрания в 1933 году А.Гитлера канцлером Германии, уделяли наиглавнейшее значение средствам массовой коммуникации, как способу манипулирования массовым сознанием. А. Гоген (2004) отмечает, что на основании трудов Гитлера, Геббельса и других практиков идеологического воздействия на массы, были сформулированы принципы нацистской пропаганды. Принципов было два -- оба со ссылкой на "Майн Кампф" Гитлера. Они гласили: 1) гуманность и красота не могут находить применения в качестве масштаба пропаганды; 2) пропаганда должна адресоваться только массе.

Таким образом, основные законы публицистики следующие:

I основной закон -- закон умственного упрощения.

II основной закон -- закон ограничения материала.

III основной закон -- закон вдалбливающего повторения.

IV основной закон -- закон субъективности.

V основной закон -- закон эмоционального нагнетания.

При этом объективное выяснение истины квалифицировалось -- со ссылкой на Гитлера -- как "доктринерское простодушие". Иными словами, вопрос об истинности пропаганды сознательно оставлялся за скобками.

Кратко рассмотрим основы публицистики, заложенные Гитлером, и до сих пор активно используемые как в нашей стране, так и за рубежом.

Закон умственного упрощения означал, что любая сложная мысль, объясняющая то или иное явление, сводилась до простой схемы, понятной любому человеку. Слова должны были быть понятны каждому, за исключением разве что умственно неполноценных людей (для которых гитлеровцы разработали программу "эвтаназии").

Закон ограничения материала был тесно связан с первым законом. Если о каком-либо предмете рассказывать подробно, давать о нем много информации, то, во-первых, объект воздействия просто "утонет", запутается в ней. Это снизит общий эффект влияния на массы. Во-вторых, если человек обладает большим объемом информации о том или ином явлении, то индивида сложно убедить, что только одна точка зрения на это явление -- верная.

Субъективность присутствует во всех пропагандистских материалах, причем в двух аспектах. Во-первых, при составлении листовки или текста радиовыступления учитывается субъективный настрой людей, для которых пропаганда предназначена. Геббельс в 1928 году говорил: "Выступая в провинции, я говорю совсем не так, как в Берлине, а для людей в Байрейте (города Рихарда Вагнера) я нахожу совсем другие слова, чем для берлинцев...". Во-вторых, автор преднамеренно субъективен, то есть ему не важно, что представляет собой на самом деле предмет, о котором он повествует. Геббельс откровенно заявлял: "Пусть сколько угодно говорят о том, что наша пропаганда -- крикливая, грязная, скотская, что она нарушает все приличия -- плевать! В данном случае все это уже не так уж важно. Важно, что она вела к успеху -- вот и все!".

Эмоциональное нагнетание необходимо, как для того, чтобы поддерживать у человека постоянный интерес к тому, о чем рассказывает пропаганда, так и для того, чтобы информация легче входила в голову. Когда говорят эмоции и чувства, разум молчит. Возбужденный человек гораздо легче совершает необдуманные поступки: а именно к таковым его подталкивали руководители Третьего Рейха. К тому же эмоциональная возбужденность очень сильно изменяет поведение человека, даже повседневное. Как правило, происходит мобилизация организма, всплеск сил. И эти силы умелый политик всегда может направить в нужное ему русло.

Силой пропаганды также является ее массовость и всеохватность.

Рассматривая пропаганду Геббельса, Т.Б.Паулсен (2002), в автореферате диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук, обращает внимание, что: принципы руководства массами, изложенные И.Геббельсом, сводятся к следующему:

-- принципы размаха и концентрации, согласно которым заранее отработанные лозунги должны внедряться в сознание масс методично;

-- принцип простоты: массовое сознание открыто примитивным постулатам.

Геббельса, будучи министром пропаганды Третьего рейха, лично редактировал наиболее важные документы и художественные тексты, предназначенные для опубликования.

Рассматривая роль сочетания харизмы лидера (вождя Третьего Рейха) и пропаганды, Т.Б.Паулсен (2002) делает выводы:

-- для каждой личности можно изобрести харизматический прием, что позволит создать иллюзию обладания харизмой у данного индивида, но пропаганда действительно харизматической личности -- это ее позиция, подход и решение.

-- пропаганда может существовать без харизматической личности, но харизматическая личность не может существовать без пропаганды.

Пропаганда для харизматической личности специфична -- это сплав приемов, которые воздействуют в большей степени на подсознание, нежели на разум. Экстеоризация идей харизматической личности -- не произвол, это особая жестко структурированная реальность, чья деятельность протекает в особом аналитически-синтетическом режиме, оперирующем с реальными, но не осознанными данными. Сознание харизматической личности оперирует с рециклированием множества реальных данных, обрабатываемых по модели более совершенной, нежели устройство рассудка обычного человека. Тем не менее, харизматическая пропаганда опирается на ряд отработанных приемов, которые использовались в прошлом и продолжают использоваться для завоевания масс, а именно:

-- создание мифов;

-- использование достижений великих умов нации;

-- ставка на избранность, аристократизм, новизну;

-- подбор музыки;

-- фабрикование псевдонаучных космогоний;

-- использование кинематографа;

-- организация спортивных соревнований, делающих акцент на культе силы;

-- характерные язык, жесты, символика, одежда, свет;

-- использование огня, конкретного времени суток, цветовой гаммы;

-- другие способы воздействия на подсознание.

Уделяя внимание языку харизматической пропаганды, стоит сделать следующие выводы:

-- в текстах харизматической пропаганды используются художественные приемы, применяемые в литературных произведениях, которые служат для усиления художественного впечатления: гипербола, гротеск, аллегория, антитеза, метафора, афористичность мысли, использование законов времени и пространства в художественном произведении, ритуально-мифический характер произведений, при помощи которого автор обращается к сознанию читателя, возвращая его в состояние первобытного человека, когда мир в его сознании разделен прежде всего на две части -- обычную и священную. Язык харизматической пропаганды вводит читателя в мир иррациональный, как бы говоря, что чудеса могут происходить, стоит лишь поверить в сам необычный мир;

-- харизматическая пропаганда использует в своих текстах взаимоуничтожающие сочетания слов, которые должны оставаться для масс бессмыслицей, следование древнему изречению "Верую, ибо это абсурдно";

-- языку харизматической пропаганды присущи серьезность, невозмутимость излагаемых мыслей, пусть даже самых абсурдных и циничных, практикуется использование черного юмора.

Рассматривая влияние пропаганды со стороны гитлеровской Германии во время Второй Мировой войны, И.Н.Панарин отмечает[65], что основными формами информационного противоборства в ходе войны явились печатная и радиопропаганда. В меньших масштабах были представлены устная пропаганда и наглядная агитация. Руководители фашистской Германии с большим вниманием относились к военной пропаганде. Зал съезда национал-социалистов в Нюрнберге в 1936 году украшал лозунг: "Пропаганда помогла нам прийти к власти. Пропаганда поможет нам удержать власть. Пропаганда поможет нам завоевать весь мир". Сразу же после прихода к власти в Германии Национал-социалистской партии гитлеровское руководство образовало Министерство народного просвещения и пропаганды во главе с Йозефом Геббельсом.

С первых шагов своей политической деятельности Гитлер уделяя огромное внимание информационному воздействию на психику людей. Именно Гитлер, после прихода к власти в Германии, впервые предпринял попытку глобального информационного воздействия на население других стран. Информационное влияние осуществлялось следующими способами:

1. Распространением информации через информационные агентства, радио, путем доставки за границу немецких газет и журналов, листовок через агентурную сеть.

2. Через немецких корреспондентов за границей, а также через иностранные газеты, находящиеся под немецким влиянием.

3. Путем проведения выставок и ярмарок в Германии, участия в ярмарках и выставках за рубежом.

4. Осуществлением культурного обмена с дружественными странами во всевозможных областях (наука, искусство, спорт, воспитание молодежи и т.д.).

Способы подготовки ведения пропаганды со стороны фашисткой Германии против СССР характеризуют следующие особенности. С конца 1940 года немецкие ведомства начали активную работу по сбору информации в интересах проведения информационно-психологического обеспечения нападения на СССР: обрабатывались материалы красноармейских газет приграничных военных округов и другая периодическая печать, вплоть до многотиражек крупных заводов и ведомственных журналов, выходящих небольшими тиражами. К работе привлекались так называемые "специалисты по России", в том числе и из состава эмигрантских организаций, изъявивших желание сотрудничать с немцами. Они готовили аналитические материалы, определяли слабые стороны советских военнослужащих, вскрывали проблемы советского общества, разрабатывали рекомендации по информационно-психологическому воздействию на личный состав Красной Армии и население с учетом национально-психологических особенностей, традиций и культуры. (И.Н.Панарин).

Причем стоит отметить, что методы пропаганды фашисткой Германией всегда корректировались. Например, перед реализацией плана "Барбаросса", 6 июня 1941 года в войска Вермахта была разослана директива, согласно которой "Основными целями информационно-психологического воздействия являлись: устрашение противника; усиление пораженческих настроений; создание позитивного представления о плене; подрыв авторитета государственного и военно-политического руководства СССР; побуждение к добровольной сдаче в плен и к дезертирству; подрыв авторитета командиров и начальников, неповиновение им; усиление недовольства гражданского населения положением в стране; побуждение населения к лояльному отношению к военнослужащим вермахта; усиление тревоги за судьбу родных"[66]. О том, как тщательно доктор Геббельс подбирал методы пропаганды, может служить тот факт, что "Министерство пропаганды отпечатало к 22 июня 1941 года свыше 30 млн. листовок, красочных пропагандистских брошюр карманного формата на 30 языках народов СССР и подготовило несколько радиопередач. На Восточном фронте было сосредоточено 17 рот пропаганды. Когда 22 июня 1941 года в З.15 немецкая артиллерия наносила огневой удар по объектам на территории Советского Союза, при помощи агитснарядов было распространено значительное количество листовок с обращением к красноармейцам, командирам Красной Армии. В течение первых двух месяцев войны ими было распространено около 200 млн. листовок. Основной формой пропаганды проводимой вермахтом, являлась печатная пропаганда (листовки, газеты, журналы, использовалось и устное вещание). Наибольших успехов пропагандистская машина вермахта добилась в 1942 году. После этого командование Вермахта предпринимает дополнительные меры по усилению воздействия на психику военнослужащих Красной Армии, населения Советского Союза (происходит усиление подразделений пропаганды, они становятся самостоятельным родом войск). На начало 1943 года войска пропаганды Вермахта включали: 21 роту пропаганды сухопутных войск, 7 взводов военных корреспондентов сухопутных войск, взвод военных корреспондентов Великая Германия, 8 батальонов пропаганды на оккупированной территории, состоящих из добрововольцев-пропагандистов. Вспомним, что роль немецко-фашисткой пропаганды отмечали и в войсках Советской армии. За чтение подобных листовок грозил расстрел или штрафбат.

А.Гогун (2004) приводит факты создания на территории СССР, захваченной немцами, редакций газет фашисткой Германии, которые активно выпускали прессу на русском языке, и на языке народов СССР. Именно доктор Геббельс придумал выражение "железный занавес". Геббельс предрекал, что если Вермахт сложит оружие, то Советский Союз оккупирует Восточную Европу, над которой тут же опустится "железный занавес". О том, что так и случилось, мы знаем из истории. Но при этом нам хотелось бы отметить важную роль И.В.Сталина, сумевшего воспользоваться победой над фашисткой Германией для установления советского строя в странах восточной Европы. Тем самым Сталин на долгие годы обезопасил СССР от нападения со стороны Запада. Но после Перестройки и последующего разграбления страны, страны НАТО разрушили "железный занавес", прочно защищавший рубежи нашей Родины, и стали размещать ракеты все ближе к границам России. "...мир -- становится сегодня не проще, а сложнее и жестче, -- предостерегает нас В.В.Путин[67]. -- Мы наблюдаем, как, прикрываясь высокими лозунгами свободы, открытого общества -- подчас уничтожаются суверенитет стран и целых регионов. Как под громкую риторику о свободе торговли и инвестиций в самих развитых странах усиливается политика протекционизма. Разворачивается и ожесточенная борьба за ресурсы... В этом контексте понятен растущий интерес внешнего мира к России... Бог не обидел нас природными богатствами. Как результат -- нам все чаще приходится сталкиваться с рецидивами политики "сдерживания". Но за всем этим, по большому счету, зачастую стоит стремление навязать нам нечестную конкуренцию и обеспечить себе доступ к нашим ресурсам".

Адольф Гитлер в свое время начинал как пропагандист, специалист по пропаганде в социал-демократической партии. В 1921 году он возглавил пропаганду нацисткой партии. "Эту работу я в тот момент считал самой важной, -- вспоминает А.Гитлер в мемуарах "Моя борьба"[68]. -- ... вся задача в той обстановке заключалась в том, чтобы прежде всего познакомить с нашими идеями возможно больший круг людей... Только на путях пропаганды можно было создать первое небольшое ядро, проникшееся идеям нашего нового учения, и затем можно было подобрать тот человеческий материал, из которого должны были позднее создаться первые элементы организации". В своих мемуарах Гитлер подробно рассматривает вопрос создания организации, которая в последующем подчинила себе почти всю Европу, и в первую очередь 80 миллионный немецкий народ, массовое психическое сознание которого было обработано Гитлером и Геббельсом. Как бы мы не относились к Гитлеру как к врагу, мы должны, во-первых, знать методы ведения боя противником, а во-вторых, методы фашизма, на наш взгляд, необходимо обязательно рассматривать в наше время, подходя к этому с научной точки зрения, ведь фашистская Германия существовала 12 лет, а это срок. К тому же из истории мы помним победоносное шествие германских войск по Европе[69], когда ведущие в наше время европейские страны в то время подчинились Германии. Поэтому очень важно знать историю, и те механизмы, которые задействовал Гитлер в создании организации, которой, если бы не Советский Союз, подчинялся бы весь мир.

"В роли руководителя пропагандистского отдела партии, -- писал Гитлер[70], -- я заботился не только о том, чтобы создать движению достаточно большой контингент сторонников, я ставил себе еще одну задачу. Придавая пропаганде самый радикальный характер, я стремился добиться того, чтобы организация со временем получила только самый доброкачественный человеческий материал. Чем более радикальной и вызывающей была моя пропаганда, тем более отталкивала она всех слабых и колеблющихся и тем более мешала она таким людям проникать в ряды нашей организации и ее основного ядра".

Кстати, первыми офисами партии были трактиры да кафе. "Когда осенью 1919 г. я примкнул к партии, состоявшей тогда из шести человек, у нее не было еще ни малейшего аппарата, ни одного служащего, ни одного печатного документа и даже не было бланков и печати. Комитет партии имел свое пристанище сначала в маленьком трактирчике..., затем в другом небольшом кафе, -- вспоминал Гитлер[71]. --...Спустя некоторое время я отправился в обход по мюнхенским ресторанам и трактирам с расчетом найти какую-нибудь отдельную комнату, которую можно было бы снять под постоянное помещение для партии. В пивной Штернэкке я нашел небольшое подвальное помещение... Подвал был... совершенно темный и... имел только одно небольшое окно, выходившее на узенькую улицу, и таким образом даже в самые солнечные дни в нашем помещении все же царила полутьма. Вот там-то мы и обосновались".

Возвращаясь к вопросу ведения информационно-психологических войн, еще раз обратим внимание, что подобного рода воздействия происходит благодаря вмешательству в подсознание с целью формирования установок в массовом психическом сознании. При этом следует заметить, что зачастую такие установки имеют скрытый для сознания характер, т.е. собственно в то что в его психику заложены установки, человек не поймет, или поймет не сразу, а лишь после длительного анализа.

В факторе влияния на массовое сознание идеология принимает особую роль. Основная задача идеологов (обычно успешно решаемая задача) -- формирование общественного мнения. Д.А.Волкогонов (1983) разделял структуру общественного сознания на два уровня. Первый уровень, это т.н. обыденное сознание (включает в себя эмпирические знания и общественную психологию). Второй уровень -- состоит из двух элементов: естественно-технических знаний и идеологии. Между первым и вторым уровнями существует тесная связь, взаимодействие и взаимовлияние, которые осуществляются в процессе отражения общественного бытия. Рассматривая пример использования средств массовой информации в психологической войне, Д.А.Волкогонов (1983) обращает внимание, что впервые печатные СМИ были апробированы на противнике в годы Первой Мировой войны 1914-1918 годов. При штабах воюющих армий создавались соответствующие отделы и подразделения, призванные организовать "войну слов" -- агитацию противника. Особенно активно вела психологическую войну с помощью печатной продукции Англия. Были выпущены миллионы листовок, которые разбрасывались авиацией и с помощью воздушных шаров над позициями противника. Кроме того, английское правительство создало специальные органы, снабжавшие печатные издания других стран британскими версиями о ходе войны. Было налажено издание журнала "Война в иллюстрациях", информационных бюллетеней, выпускались военные фильмы о положении на фронтах. По распоряжению французского командования распространялись листовки среди населения и войск противника. За время действия службы пропаганды французской армии в первой мировой войне было сброшено на германские города и позиции войск около 30 млн. экземпляров листовок, газет и брошюр. В конце войны Антанта сделала первые шаги по координации своих пропагандистских усилий: возник специальный штаб по разложению вражеских войск".

Германия вела пропагандистскую войну против франко-англо-русской коалиции используя методы запугивания, обмана, дезинформации. Например, в некоторых листовках 1915 года утверждалось, что англо-французские войска на западе разгромлены и такая же участь уготована русским войскам, поэтому, чтобы избежать "ненужного кровопролития", русским солдатам предлагалось организованно сдаваться в плен. Немцы, как и их противники из Антанты, распространяли "пораженческие" листовки, в которых сообщалось о бедствиях в тылу, голоде, массовых болезнях населения стран противоборствующей коалиции. Первая мировая война была первой войной, в ходе которой широко использовались подрывные средства для деморализации войск и населения противника. Впервые были использованы специальные подразделения пропаганды, стала создаваться техника распространения печатной агитации.

Напомним, что до сих пор продолжается психологическая война против нашей страны. Сейчас такая война ведется с помощью информационных технологий. Первый заместитель начальника Генштаба вооруженных сил РФ генерал-лейтенант Алексей Бурутин на форуме "Информационные решения для безопасности России" проходившем 31 января 2008 года заявил, что "Достижение победы в возможных будущих войнах и вооруженных конфликтах будет достигаться путем уничтожения управления государством и вооруженными силами за счет информационных технологий"[72]. Форум проводился в здании Правительства Москвы, и был масштабным по составу участников, представителей 60 федеральных министерств и 7 федеральных округов. А.Бурутин заметил, что развитые государства Запада не только активно участвуют в информационной войне, но и разрабатывают все новые механизмы подобного рода войны, в том числе и против России. Одними из таких средств ведения войны является информационное оружие, которое может использоваться в мирное и военное время. Эти средства сочетают невысокий уровень затрат и высокую эффективность их применения. Для информационного оружия не требуется создание сложных структур и нет необходимости пересекать границы. А.Бурутин заявил, что Россия тоже приступила к разработке способов ведения информационных войн, т.к. "...в обозримом будущем достижение конечных целей войн и вооруженных конфликтов будет решаться не только уничтожением войск и сил противника, сколько за счет подавления его государственного и военного управления, навигации и связи, воздействия на другие информационные объекты, от которых зависит стабильность управления государством"[73].

По мнению генерал-лейтенанта А.Бурутина (2008), с помощью информации можно воздействовать на людей и их мировоззрение. Такое воздействие, по словам генерала, уже "ведется по линии разрушения духовных ценностей, путем воздействия на индивидуальное, групповое и массовое сознание" населения России. Батурин считает, что с помощью информационного оружия ряд неправительственных организаций, получающих финансирование из-за рубежа, формируют негативный образ России. Как суверенное государство, Россия принимает действенные меры для отражения атак с применением информационного вооружения. Российская концепция информационной войны, разработанная в середине 90-х годов, включает в себя 4 компонента: разрушение систем связи противника; перехват сообщений; взлом компьютерных сетей; воздействие на общественное мнение путем распространения дезинформации. В отличие от США, где существуют две самостоятельные концепции -- информационной и психологической войны, в России они рассматриваются как одно целое. Пять лет назад Совет безопасности РФ утвердил концепцию внешней информационной политики. В этой концепции в качестве угрозы информационной безопасности страны названо: "Вытеснение российских СМИ с внутреннего рынка и усиление духовной, политической и экономической сфер общественной жизни России от зарубежных информационных структур". В качестве меры противодействия этой угрозе, среди всего прочего, предлагалось "усиление регулирующей роли государства в СМИ". По оценкам специалистов сегодня в России достигнуты определенные успехи в этом направлении. Привычки и желания российских потребителей информации в настоящее являются объектами пристального изучения, затем через подконтрольные государству СМИ населению внедряются необходимые "знания" -- психологические установки, социальные стереотипы, политические симпатии/антипатии. Немаловажную роль в этом играет и "организационное оружие", среди методов которого -- создание образа врага, принцип "разделяй и властвуй", контрпропаганда"[74].

Информационное оружие является мощным средством идеологического воздействия и пропаганды, ориентированном на подавление массового психического сознания, внедрения в подсознание масс соответствующих установок (и паттернов поведения), которые в любое время могут быть "активированы" манипуляторами. Исходя из того, что сознание любого индивида, находящегося в социуме, неразрывно связано как с законами управления масс, так и с правилами поведения в обществе, следует говорить о том, что манипулятивному воздействию подвержены все жители страны. Важное место в таком воздействии играют средства массовой коммуникации (СМК), без которых невозможно существование современного социума, современной жизни. Индивиды, заключенные в массы (в рамках социума), видят в средствах массовой коммуникации, прежде всего, возможность получения информации об изменениях, происходящих в мире. В современных условиях существования невозможно быть социально активным членом общества, добиться успехов в жизни, и смотреть на мир с маргинальных позиций. Это невозможно еще и потому, что все индивиды в процессе собственного существования уже, так или иначе, получают информацию из внешнего мира, в том числе и путем вступления в межличностные контакты. Не общаться с другими людьми невозможно; подобное общение происходит на работе, в учебе, в кругу семьи. А значит даже те индивиды, которые сознательно не читают прессу, не смотрят телевизор, не ходят в кино, в театры, и т.п. -- все равно, волей-неволей, получают различного рода информацию от других индивидов. Это как распространение слухов. Вы можете не желать ничего знать, но информация все равно дойдет до вас. Другой вопрос как вы этой информацией воспользуетесь. Но важно помнить, что невозможно быть социально активным членом общества и при этом быть этаким маргиналом, ставящим себя вне общества. Вне общества -- значит и вне законов общества. И если случается подобное, то такие индивиды рано или поздно оказываются изолированными от общества, будучи помещенными, например, в закрытые учреждения пеницитарной системы. Тогда как все другие "вынуждены" не только получать информацию из внешнего мира, но и выстраивать модели построения собственной жизни в социуме в соответствии с теми нормами поведения (а значит и установками), которые навязывают нам средства массовой коммуникации, информации и пропаганды. Причем в этом случае отдельные индивиды (как представители массы) будут являться некими передаточными звеньями коммуникативных связей в рамках существования того или иного общественного строя.

Говоря об информационно-психологическом воздействии на массы, мы должны понимать, что подобного рода воздействия направлены на психику индивида и масс с целью некритического анализа поступаемой со стороны средств массовой коммуникации, информации и пропаганды информации, а также с целью навязывания определенных стереотипов в сознании (в подсознании), потому что стереотипы зависят от установок, а от установки -- это поведение человека в любых жизненных ситуациях.

СМИ выступают в роли основных манипуляторов сознания. Информация со стороны СМИ подается во фрагментарном виде. Представленная почти в любом выпуске прессы или ТВ информация популярного характера оказывает первоочередное влияние на чувства (задействуя эмоции), а это затрудняет анализ информации социально-политического характера, обычно находящейся в этом же выпуске. Кроме того СМИ использует законы суггестивного влияния на массы, например, чтобы информация беспрепятственно проникала в подсознание (а оттуда воздействовала на сознание), хотя бы часть такой информации должна иметь правдивый характер и отражать интересы и бессознательные желания целевой аудитории. Также важно помнить, что при наличии информации по какому-либо вопросу, первая же информация, которая освещает данный вопрос -- будет весьма позитивно воспринята массами. Поэтому так в подаче того или иного материала важен принцип первоочередности. Кроме того повторяемость одной и той же информации (можно с новыми подробностями) приводит к бессознательному запоминанию такой информации, что также важно в вопросах информационно-психологического воздействия с целью моделирования. Причем не обязательно охватывать все массы. Достаточно воздействия на какую-либо часть, чтобы другие, зараженные действиями (массовыми поступками) этой части массы, подхватили позыв, используя то, что в массах сильна заразительность и подражание. Также как и отсутствие какой-либо критичности. Причем, заражение (индуцирование масс) может вылиться в массовые психозы. Посредством психоза индивиды еще более объединяются в массы, и уже представляют собой толпу, которой значительно легче управлять, чем разрозненными индивидами.

Поэтому те или иные политические круги стараются активно использовать СМИ с целью формирования установок в психике масс. Такие установки могут закладываться в т.ч. и посредством популяризации "массовой культуры", потому как, если одно какое-либо дело сплачивает множество индивидов, такие индивиды уже превращаются в массу. А передачи ТВ развлекательной направленности (популярные юмористические передачи, сериалы, и т.п.) -- превращают такую массу в толпу.

Информационно-психологическое воздействие также направлено на формирование в массах идеологических установок. О значении идеологии говорил А.А.Зиновьев (2002), отмечая, что функция идеологии -- формирование сознания людей. Причем идеология не просто формирует сознание, она создает и навязывает людям определенные стереотипы (алгоритмы) сознания, проявляющиеся в стереотипах поведения. Задача идеологии -- приучить людей думать сходным образом о каких-то явлениях реальности и совершать под воздействием такого понимания одинаковые поступки.

Задачи идеологии фактически простираются в плоскости скрытого воздействия на сознание масс. При этом массы не должны разгадывать иллюзорность навязываемой им идеологии. Они вообще не должны подозревать, что в отношении них происходит скрытое и тайное воздействие. И выполнять цели и задачи, навязываемые манипуляторами, как будто такие желания возникли у них самих, без принуждения. Предварительно такое желание обязательно должно быть "введено" в подсознание масс. Идеология -- это, прежде всего, вера. Вера в навязываемый образ, вера в незыблемость идей, вера во все, что будет навязано идеологами, использующими манипулятивные установки.

Сильная идеология была при существовании Советского Союза. И хоть сами Маркс с Энгельсом отказывались от употребления термина идеология, фактически советское общество строилась согласно учению Маркса-Энгельса и Ленина. Причем, по мнению академика А.А.Зиновьева (2002), советская идеология была на несколько порядков выше западной идеологии. При этом на Западе существовал огромнейший штат советологов, а правительство капиталистических стран направлено все силы на уничтожении Советского Союза.

Советская идеология стремилась опираться на науку, использовать достижения науки и пропагандировать их широким слоям населения. Она была самой систематизированной идеологией из всех, какие существовали в истории. Важное значение советская идеология имела для деятельности руководящих органов страны, т.к. содержала целый ряд инструкций для их поведения. В сталинские годы идеология имела нормативный характер. В послесталинские годы эта роль идеологии внешне вроде бы ослабла, но по сути лишь изменила форму и ушла вглубь. Идеология ставила перед руководителями страны общую цель и давала общую ориентацию жизни коммунистического общества. До известного момента советская идеология служила одним из факторов успехов Советского Союза. В результате антикоммунистического переворота в горбачевско-ельцинские годы были разгромлены все основные опоры советского социального строя. Советская государственная идеология была отброшена. Постсоветская идеологическая сфера стала формироваться как гибрид западнистской, дореволюционной и советской идеологий. В Россию хлынул поток западной идеологии. Он овладел большей частью средств массовой информации. Массам стала навязываться Западная массовая культура. Нынешняя война Запада против России приобрела скрытую форму, выражающуюся, например, в т.н. глобализации (против т.н. Холодной войны в советский период развития общества). Процесс глобализации начался сразу после Второй мировой войны. На этом этапе глобализации главной жертвой стала Россия. Был разрушен Советский социалистический блок и Советский Союз. Судьба нашей страны была спланирована много лет назад, и планы эти осуществляются. Предполагается не просто довести нас до жалкого уровня, в каком мы уже находимся, а вообще вычеркнуть из истории. Как будто бы нас в истории и не было. Этот план последовательно приводится в исполнение. (А.А.Зиновьев, 2002).

Прослеживая влияние идеологии на массовое психическое сознание, следует еще раз обратить внимание, что любая идеология строится на манипулировании массовым сознанием. От эффективности такого манипулирования зависит управление страной.

В России предпринимаются отдельные разрозненные попытки выработать идеологию, адекватную современным условиям и требованиям. Идеологию, опирающуюся на научные исследования современной реальности. Но они имеют мало шансов пробиться к известности и признанию, потому что современные идеологи сделают все от них зависящее, чтобы помешать этому. Нужны усилия многих людей и длительное время, чтобы преодолеть это препятствие. А чтобы это учение приобрело статус массовой признанной идеологии, нужны силы, способные придать ему социальный авторитет (например -- высшая власть). Но и этого мало. Идеи сами собой в головы людей не заползают, какими бы они хорошими ни были. Для этого нужно множество людей, которые должны профессионально заниматься этим делом. Они должны быть организованы в целое, должен сложиться идеологический механизм. Такой механизм имеет церковь. Такой механизм существовал в советские годы в распоряжении "Кремля". Если даже и это препятствие будет преодолено, предстоит длительная борьба за "души" россиян. При этом придется иметь дело с силами, противодействующими распространению этого учения и принятию его массами; в их числе -- с невосприимчивостью самих масс, с религиозными организациями, со СМИ, навязывающими россиянам западную идеологию. (А.А.Зиновьев, 2002).

По сути, идеологическая обработка населения базируется на подмене ложными, искаженными, образами настоящей действительности. При этом должна быть развита патологическая ложь. Когда ученые или другие авторитетные люди намерено искажают факты. Причем, как говорил Геббельс, чем явнее ложь -- тем легче в нее поверить. При этом надо не только убеждать, но и самому верить в это, чтобы у людей не осталось сомнений, что где-то скрыт обман. А любой обман -- выдавать за правду. И чем искреннее это будут делать манипуляторы -- тем им быстрее поверят.

И верят. Большинство жителей России верит любой информации из официальных источников. И это при том, что на самом деле давно можно провести параллель между официальной информацией и правдой: большинство из того, что преподносится нам официально, -- это ложь, замаскированная определенным процентом настоящей правды. И вся подобная ложь необходима для достижения одной цели: для управления собственным народом. И как мы уже заметили, важным фактором на пути управления сознанием масс является идеология, идеологическая обработка сознания, с целью закладывания в коллективное бессознательное тех установок, последующее воздействие на которые приведет к результатам, необходимым правящей элите.

В вопросе информационно-психологического воздействия необходимо обратить внимание на использование психотерапевтических средств воздействия на массовое психическое сознание. Как отмечает В.Г.Крысько (1999), в СССР профессор И.В.Смирнов по заданию Министерства обороны разработал технологию компьютерного психоанализа и компьютерной психокоррекции, позволяющую:

-- осуществлять математический и статистический анализ реакций организма на внешние воздействия, возникающих при очень быстром визуальном просмотре или звуковом прочтении различных "стимулов" -- слов, образов, фраз;

-- абсолютно точно определять наличие в подсознании человека конкретной информации и измерять ее значимость для каждого человека, выявлять скрытую мотивацию, истинные стремления и наклонности людей;

-- на основе выявленной и проанализированной информации, получать полную картину невротических, беспокоящих человека (или целые группы людей) состояний психики;

-- при необходимости проводить целенаправленную (по желанию -- действующую немедленно, либо с отсрочкой) коррекцию психических состояний, основным действующим фактором которой выступают слова-команды, картинки-образы и даже запахи-мотиваторы определенного поведения.

В процессе звукового управления психикой людей и их поведением словесные внушения (команды) в закодированной форме выводятся на любой носитель звуковой информации (аудиокассеты, радио или телепередачи, шумовые эффекты). Человек слушает музыку или шум прибоя в комнате отдыха, следит за диалогами персонажей фильма, и не подозревает, что в них содержатся невоспринимаемые сознанием, но всегда фиксируемые подсознанием команды, заставляющие его впоследствии делать то, что предписано.

С.Г.Кара-Мурза (2007) обращает внимание на зависимость людей от телевидения. Возникает заколдованный круг: приковывает внимание человека именно то ТВ, которое хочется смотреть и смотреть. "Скучное" ТВ (каким оно было в советское время) тем и хорошо, что человек потребляет его не больше, чем ему действительно надо для получения информации, знаний или развлечения.

Обратим внимание, что зависимость от телевидения формируется посредством провокации симптоматики невроза у индивида. При этом телесигнал служит как некая обязательная ежедневная доза, позволяющая снять подобную форму зависимости на какое-то время. Снять, в том числе и путем подключения к коллективному разуму. Известно, если значительное количество индивидов (составляющих массу) делает одно дело, то мысли таких индивидов находятся в спектре одного излучения. А значит -- такие люди пребывают в одной массе, независимо от того, находятся они рядом, или каждый в своем доме. Посредством просмотра одной телепередачи такие индивиды объединяются в некую фигуральную массу, объединяемую в один коллективный разум. А значит, над такими индивидами распространяются законы толпы или массы, то есть это сила внушения, а также легкая управляемость такого рода массой посредством программирования подобных индивидов на возникновение у них одинаковых мыслеобразов (человек мыслит образами). Причем, защититься от такого воздействия сложно, потому что современный человек живет в социуме, цивилизации. Социальная среда представляет собой некий срез общественной жизни человека, заключающейся во взаимодействии индивида с различными социальными институтами, и оказывает главенствующее положение на формирование бессознательного психики, а значит и на манипуляции психикой. Под социальными институтами следует понимать возможности формирования личности индивида путем непосредственного взаимодействия личности с социумом. Социум, в данном случае, есть совокупность факторов, окружающих индивида при его контактах с внешней средой (т. е. соотношение внутреннего мира индивида -- с миром внешним.) В социальной среде как бы "доформировывается" все то, что человек получил от рождения. Лебон (1996) отмечал, что кроме открыто признаваемых причин, руководящих нашими действиями, существуют тайные причины, потому что сознательные поступки человека вытекают из бессознательного. Большинство ежедневных действий человека вызывается такими скрытыми причинами, ускользающими от осознавания.

Таким образом, социальная среда оказывает влияние на характер поведения индивида, формируя те установки и паттерны поведения, которые в последствии будут оказывать влияние на жизнь индивида, и его взаимосвязь с микросоциумомом. (Под микросоциумом следует понимать взаимоотношения индивида с теми людьми и предметами, которые его окружают в процессе жизнедеятельности.) Марксизм определял общественно-экономическую формацию -- как исторически определенную ступень в развитии общества, характеризующуюся свойственным только ей способом производства, и характеризующейся связанными с этим способом общественными отношениями. Социальная среда, являющаяся частью того общества, в котором пребывает все время индивид, оказывает на него мощнейшее манипулятивное воздействие, вынуждая в большинстве случаев совершать поступки, на которые сам по себе он никогда бы не решился. Но в данном случае такой индивид становится бессилен. Над ним довлеет как бессознательное его психики, сформированное в результате проживания в социуме, так и манипуляторы, воздействующие на архетипы его бессознательного в своих корыстных целях.

В ближайшее время, по словам Д.А.Медведева, "произойдет полное совмещение компьютеров, интернета и телевидения..."[75]. Бил Гейтс также выделил некоторые тенденции, которые, по его мнению, будут превалировать в будущем. По словам Била Гейтса, телеэкраны уступят место мощным проекторам, которые позволят транслировать изображение на любую стену, а команды в компьютере и телевизоре будут подаваться голосом[76]. Также мы должны заметить, что интернет является одним из способов снятия невротической зависимости, т.к. способен купировать симптоматику невроза за счет того, что индивид входит в сеть и становится частью массы. Схожий эффект наблюдается у ТВ. Вот интересные данные из газеты "Вашингтон Пост", от 20 февраля 2008 года. "Интеллекту американцев угрожает большая опасность, --замечает автор статьи[77]. -- Мы рискуем утратить свой ... культурный капитал...". Причиной автор называет чрезмерный просмотр видеоновостей. "Терпимый порог тупости, -- пишет газета "Вашингтон Пост", -- ...уже несколько десятилетий неуклонно повышается благодаря совокупному воздействию сил, которым пока невозможно противостоять. Среди этих факторов -- триумф видеокультуры над культурой печатного слова...".

Помимо ТВ, сознанию масс угрожает также и кино. Известно, что в создании кинофильмов в западных странах, помимо сценаристов, режиссеров и проч. деятелей искусства, важное место занимают специалисты по манипулированию сознанием, имеющиеся на каждой картине с большим бюджетом. Именно в введении специалистов по манипулированию находится задача воздействия на подсознание масс с целью провоцирования базовых инстинктов (страх, секс, проч.) и задействованию архетипов коллективного бессознательного психики (жажда мщения, торжество справедливости, противостояние добра и зла, проч.). "Человек, посмотревший (такой) фильм, никогда не сможет пересказать "вшитые" в него мысли, --замечают авторы "Проекта Россия"[78]. -- Спросите его, о чем фильм, и он начнет пересказывать сюжетную линию, игру актеров, запомнившиеся эпизоды, спецэффекты и прочее. Самой мысли он никогда не увидит, это дело специалистов. Главная мысль в такой продукции ориентирована не на сознание, а на подсознание. Мысль как бы разбросана по всему фильму в никак не связанных друг с другом деталях. И вот эти детали, попав в подсознание, объединяются в целое. Это образует точку отсчета, которую человек никогда не осмыслит, но всегда отталкивается от нее, принимая решение".

"...Сегодня оболванивание народа происходит за счет... народа, -- продолжают авторы "Проекта Россия"[79]. --...Технология достаточно проста. Посредством сюжета, спецэффектов, игры актеров и прочего основную мысль упаковывают в привлекательный "фантик". Упаковка призвана соблазнить человека. Основная мысль вшита между строк, вплетена в поведение героя, в сюжет, а общую атмосферу произведения. Зрители никогда не догадаются, что их не развлекают, им дают модель поведения, преподносят образцы для подражания, формируют взгляд на мир. ... народ сам оплачивает свою дебилизацию... Люди, придя в кино за удовольствием, как бы отключаются от действительности. Они сидят в состоянии отрешенности и получают удовольствие. А в это время им в сознание закачивают установки. ...Самое глубокое внушение -- когда человек вообще не думает. Вот почему так важно ввести человека в состояние эмоций. Пока он сидит с широко открытыми глазами, он ничего не соображает. Он весь там, в виртуальной действительности. Логическая проверка информации в таком состоянии невозможна... Человек в этот момент абсолютно беззащитен. Ему можно записать на подкорку любую мысль, любую установку... Наличие установок человек никогда не осознает. Но именно они лежат в основе всех его поступков".

В.Г.Крысько (1999) приводит данные результатов направленности воздействия на психику масс различными средствами массовой коммуникации. По его мнению, психологическое воздействие оказывается на конкретные сферы психики отдельного человека, групп людей и общественного сознания в целом:

-- потребностно-мотивационную (знания, убеждения, ценностные ориентации, влечения, желания);

-- интеллектуально-познавательную (ощущения, восприятия, представления, воображение, память и мышление);

-- эмоционально-волевую сферу (эмоции, чувства, настроения, волевые процессы);

-- коммуникативно-поведенческую (характер и особенности общения, взаимодействия, взаимоотношений, межличностного восприятия).

Это означает, что психологическое воздействие только тогда дает наибольший реальный эффект, когда учитываются присущие этим конкретным сферам особенности функционирования индивидуального, группового и общественного сознания.

Психологическое воздействие имеет свои закономерности:

-- если оно направлено в первую очередь на потребностно-мотивационную сферу людей, то его результаты сказываются в первую очередь на направленности и силе побуждений (влечений и желаний) людей;

-- когда под прицелом оказывается эмоциональная сфера психики, то это отражается на внутренних переживаниях, а также на межличностных отношениях;

-- сочетание воздействий на обе названные сферы позволяет влиять на волевую активность людей и таким образом управлять их поведением;

-- влияние на коммуникативно-поведенческую сферу (специфику взаимоотношений и общения) позволяет создавать социально-психологический комфорт и дискомфорт, заставлять людей сотрудничать либо конфликтовать с окружающими;

-- в результате психологического воздействия на интеллектуально-познавательную человека сферу изменяются в нужную сторону его представления, характер восприятия вновь поступающей информации и, в итоге, его "картина мира".

Следует также обращать внимание, что основной направленностью действий идеологической пропаганды Запада является изменение привычек масс, с целью навязывания им мещанского вкуса, и как следствие -- роста потребления, а значит и обогащения как современных отечественных капиталистов ("новых русских"), так и капиталистов Запада. На это активно работает массовая культура, получившая в нашей стране наибольшее распространение после разрушения Советского Союза. Средствами массовой культуры являются телевидение, кино, глянцевые журналы и т.п., с помощью чего достигается навязывание психике масс враждебных установок с помощью манипулирования массовым сознанием. То есть проводится определенная диверсионная работа против населения нашей страны. Причем, ведущие государства Запада, придерживаются в этом плане определенных тактических установок, выработанных апологетиками превосходства капиталистического образа жизни.

Д.А.Волкогонов приводит основные характеристики подобной тактики, отмечая, что наиболее характерными особенностями ее являются "высокая степень избирательности воздействий, быстрая перестройка аргументации в зависимости от меняющейся обстановки, комплексное применение различных методов и приемов психологической войны, концентрация усилий на том или ином объекте, конкретной дате, регионе, социальной группе и т. д."[80]. Приводя механизмы манипуляций массовым сознанием в психологической войне, Д.А.Волкогонов (1983) выделяет три уровня подобного рода воздействия на психику: Первый уровень -- усиление существующих в сознании людей нужных установок, идеалов, ценностей, норм. Закрепление этих элементов сознания в мировоззрении и жизненных установках. Второй уровень связан с частными, малыми изменениями взглядов на то или иное событие, процесс, факт, что также оказывает воздействие на политическую позицию и эмоциональное отношение к конкретному явлению. Третий уровень -- коренное, кардинальное изменение жизненных установок на основе сообщения драматических, необычных новых данных, сведений. Реализации первых двух установок достигается с помощью манипулирования в быстрый период времени, а третий уровень, характеризующий собой кардинальное изменение установок в моделях поведения масс, становится возможным в результате длительного воздействия на психику.

Мы должны обратить внимание, что важным факторов реализации любого рода манипуляций является воздействие на чувства, а не на разум. Именно эмоции, провоцирование эмоций, позволяют воздействовать сразу на подсознание, минуя сознание (цензуру психики), в результате чего, в подсознании, как индивида, так и масс, закладываются необходимые установки и паттерны поведения, при воздействии на которые в последующем можно прогнозировать любые ожидаемые реакции.

Любая психологическая операция, по мнению А.В.Литвиненко (2000), имеет примерно однотипную схему.

1. Предварительный этап. На этом этапе происходит планирование операции, в частности определение целесообразности ее проведения, целей, задач, сил и средств, целевой аудитории влияния, приемов и методов влияния и т.п.

2. Информационный повод. На этом этапе специальной информационной операции необходимо выбрать и/или создать так называемый информационный повод. Под информационным поводом понимают событие (или "псевдособытие"), которое можно использовать как повод для пропагандистской кампании или информационной операции.

3. "Раскрутка" информационного повода. Этот этап является основной частью любой информационной операции и состоит в использовании информационного повода ради достижения целей операции, т.е. для усиления, формирования или разрушения определенных психических стереотипов и установок.

4. Выход из специальной информационной операции или этап закрепления. Важнейшая задача этого этапа -- обеспечение плавного завершения пропагандистской кампании или информационной операции после достижения поставленных целей или через форс-мажорные обстоятельства.

Этапы планирования специальной информационной операции следующие:

1. Определение цели.

2. Определение объекта.

З. Анализ сил и средств, ресурсов, определение исполнителей.

4. Определение методов и приемов.

5. Разработка приблизительного сценария.

6. Определение критериев оценки успеха.

Рассматривая вопрос ведения информационно-психологических войн, мы должны обратить внимание на важную особенность: психика современного индивида привыкла получать различные потоки информации. Известно, что в результате выполнения однотипных действий в результате длительного времени формируется привычка. Такая привычка сформирована и в психике современного человека. Он уже не может без информации. Без информации в его психике начинает развиваться симптоматики невроза, и такой индивид вынужден "подключиться" к какому-либо источнику информации, для того чтобы снять психологическое напряжение, девальвировать развивающуюся в его психике пограничную симптоматику. Поэтому в реализации данного фактора воздействия следует еще раз выделить важную роль СМИ, оказывающую с помощью различных технологий манипулятивное воздействие на психику масс.

"В данном случае мы используем в качестве основного... понятия -- коммуникацию, -- пишут Г. Грачев, И. Мельник[81]. -- Это понятие позволяет охватить все многообразие ситуаций, в которых на человека воздействует окружающая его информационная среда современного общества. Под коммуникацией в социальной психологии понимается передача информации, сообщений, разнообразных сведений. Но в отличие от общения она может иметь как двухсторонний, так и односторонний характер. ...Зачастую она связана с опосредованным общением, то есть с передачей информации при помощи технических устройств, в том числе средств массовой коммуникации -- телевидения, радио, прессы и т.п.".

Ведение информационно-психологических войн становится возможно с помощью любых средства передачи информации и обработке информацией психического сознания масс. Помимо упоминаемых ТВ, кино, и прессы, следует обратить внимание, что к подобным средствам массового воздействия относится также литература, искусство, образование, и т.п., -- то есть играют роль все способы, с помощью которых происходит (или может произойти) изменение в массовом сознании посредством внедрения в подобное сознание (через подсознание) каких-либо установок. При этом еще раз обратим внимание на такие особенности коммуникативного воздействия на массовое психическое сознание -- как провоцирование в психике индивида и масс невроза, чтобы последующим снятием подобной негативной для психики симптоматики -- подчинить такого человека. Т.е. в психику индивида насаждают определенные установки и формируют паттерны поведения. И когда такой индивида начинает ощущать тревогу, то бессознательно он стремится снять беспокойство. Это можно сделать посредством приема алкоголесодержащих средств, а можно с помощью нахождения в массе, или -- с помощью телевидения. Причем, в последнем случае, человек уже приобщается к массе, как бы подключается к единому сигналу; причем сигналу, положительно действующему на сформированный раннее в психике тот или иной паттерн поведения или архетип коллективного бессознательного, воздействие на которые и приводит к запрограммированному результату. При этом следует понимать, что основными манипуляторами сознания масс во все времена является небольшая прослойка общества, именуемая властью. Власть может быть политическая и финансовая. Характерный пример приводит Г.Г. Почепцов, замечая что "Япония затрачивала миллионные суммы, чтобы изменить образ японца именно в рамках художественного мира Америки, скупая пакеты акций американских киностудий"[82].

"...ведение информационной войны никогда не бывает случайным или обособленным, -- пишет М.Ю.Павлютенкова[83], -- а подразумевает согласованную деятельность по использованию информации как оружия для ведения боевых действий -- будь то на реальном поле брани, либо в экономической, политической, социальной сферах". Поле действия информационных войн М.Ю.Павлютенкова (2001) определяет как:

1) инфраструктуру систем жизнеобеспечения государства -- телекоммуникации, транспортные сети, электростанции, банковские системы и т. д.;

2) промышленный шпионаж -- хищение патентованной информации, искажение или уничтожение особо важных данных, услуг; сбор информации разведывательного характера о конкурентах и т. п.;

3) взлом и использование личных паролей VIР-персон, идентификационных номеров, банковских счетов, данных конфиденциального плана, производство дезинформации;

4) электронное вмешательство в процессы командования и управления военными объектами и системами, "штабная война", вывод из строя сетей военных коммуникаций;

5) всемирная компьютерная сеть Интернет, в которой, по некоторым оценкам, действуют 150.000 военных компьютеров, и 95% военных линий связи проходят по открытым телефонным линиям.

Информационная война, в конечном счете, нацелена на мировую экономику. А потому в ряде американских университетов национальной обороны в Вашингтоне создана специальная группа студентов с целью подготовки специалистов по ведению компьютерной войны. Их основное оружие -- клавиатура, с помощью которой они на расстоянии смогут вывести из строя неприятельские коммуникации, манипулировать средствами информации и связи, разрушать финансовые системы. Следовательно, цели информационной войны совершенно иные, нежели войны в общепринятом понимании: не физическое уничтожение противника и ликвидация его вооруженных сил, не уничтожение важных стратегических и экономических объектов, а широкомасштабное нарушение работы финансовых, транспортных, коммуникационных сетей и систем, частичное разрушение экономической инфраструктуры и подчинение населения атакуемой страны воле страны-победителя. В эпоху информационных войн планы боевых операций разрабатываются военными вместе с гражданскими специалистами. (М.Ю.Павлютенкова, 2001)

К.Х.Каландаров (1998) приводит пример своего рода кодирования информации со стороны СМК, определяя кодирование как важную составляющую получения информации индивидом. Кодификация информации -- это ее структурирование, изменение ее статуса, создание информационных схем. Все это дает возможность вкладывать в сознание людей то, что нужно иметь в сознании. Кодификация информации, таким образом, "ставит человека в строй", формализуя его сознание и ориентируя его на строго определенные цели. Кодификация связана с созданием упрощенной картины мира, с формированием "воображаемых миров", поведение в которых должно быть предсказуемо и программируемо.

В законах информационного воздействия выделяются следующие пункты:

-- ложь должна быть определенным образом дозирована и сохранять видимость правдоподобия;

-- необходимость четкого представления об ожиданиях аудитории, что позволяет создавать иллюзии, применимые именно для данной аудитории;

-- использование "логики коллективного действия", взаимной ответственности;

-- изъятие и сокрытие информации, которая идет вразрез с официальным курсом;

-- обращение к "священным принципам" нации;

-- использование символики и символизации посредством имиджевых технологий.

Выделяя роль имиджа, К.Х.Каландаров (1998) определяет его роль в формировании воздействия на массовую аудиторию, для понимания образа мира, по принципу "хорошо-плохо". Имидж складывается из предлагаемых клише-шаблонов, которые лежат в основе общесоциальных и политико-идеологических ориентиров субъектов. Имидж формируется как целенаправленно, так и спонтанно при помощи манипулирования императивными установками:

-- дихотомическое деление мира, формирование и использование "образа врага". "Враг" может быть не реальным, а символическим. При манипулировании "образ врага" внедряется в общественное сознание в первую очередь. "Образ врага" помогает преодолеть комплекс (собственный или национальный) неполноценности, активизировать процессы самоориентации, обосновать любую "исключительность";

-- "политика самоочевидного", когда за "очевидное" выдаются хорошо подтасованные факты. При этом субъектам предоставляется "якобы свобода" для интерпретации подтасованных фактов. Этому предшествует ненавязчивая подача нужных сведений при скрытом воздействии на их возможную оценку. "Самоочевидные" решения выдаются обществу в форме нарочито нейтральных. Они выглядят как продиктованные "логикой развития ситуации", что совершенно не соответствует действительности. "Самоочевидные" решения всегда выдаются как единственно возможные и лучшие, как безусловно неизбежные и оптимальные. Тем самым они способствуют утверждению и стабилизации существующего порядка;

-- данные социологических опросов. При опросах большее влияние на общественное мнение оказывают не ответы, а формулировка вопросов. Вопрос может активно влиять на модели поведения и ценностные ориентации. Опросы приводят к целенаправленному смешению событий и псевдособытий, фактов и мнений, обещаний и действий, действительного положения дел и их интерпретации. Вопросы, составленные в строго определенной форме, заставляют реципиента включить в поле возможного выбора также цели и намерения, к которым он не стремился и которые не имел в виду. Такие вопросы "раскачивают" установки субъекта, его ориентации и убеждения и делают его уязвимым и открытым для манипуляций. Содержание вопроса оказывает скрытое влияние на ответ, ограничивая поле выбора и возможности субъективных интерпретаций. Выбор ответа не только распределяет общественное мнение, но и моделирует поведение реципиентов. При помощи опросов происходит подмена подлинного осознания индивидуальных мнений моделированием "мнения общественного". Опросы создают искусственный персонаж общественной жизни (усредненный образ индивидов), к которому надо стремиться и которому надо соответствовать. Опросы связаны с превентивным воздействием, нацеленным на укрепление власти путем апеллирования к воле масс;

-- организация "псевдособытий", основанная на подготовке фактов и запугивании аудитории. Следует подчеркнуть, что особую роль в этом случае играют выбор "терминов" и комментарии.

Давая характеристики имиджей, К.Х.Каландаров (1998) определяет их формы, уточняя, что имиджи бывают:

-- зеркальными (образ для "другого", "чужого", который осознается именно в этой роли его создателями);

-- текущими (построенными на недопонимании или нехватке информации);

-- желаемыми (образы, которые хотелось бы создать);

-- корпоративными (образы целого без детализации составляющих элементов);

-- множественными (образы составляющих элементов без претензии на их целостность).

Через имиджи люди подключаются к воображаемым мирам, образуя определенные общности. К наиболее эффективным средствам строительства воображаемых миров следует отнести метафору, миф, ритуал и т.д. Метафора задает условия воображаемого мира, нарушает привычные связи, задерживает внимание, перекомбинирует реальность. Метафора дает возможность ирреальное превращать в реальное, соединять несоединимое, повысить вероятность общения людей с разными кодами. Существует закономерность: метафора требуется не только для построения "новых миров", но и для общения принципиально разных собеседников. Чем больше расхождения между собеседниками, тем метафоричнее становится их коммуникация. Метафоры "останавливают", определенным образом фиксируют ускользающие смыслы, способствуя некоторому сужению интерпретаций. Они предопределяют пути мышления, задавая схемы, в рамках которых моделируется мир. Вторым компонентом воображаемых миров является "герой". "Герой" -- это маска, которую общество навязывает как образец для социального поведения. Эти маски общество постоянно контролирует и корректирует, при их трактовке и интерпретации любая амбивалентность исключается. "Герой" формирует ожидания, связанные с позицией каждого индивида. Он, фактически, определяет ролевые предназначения в обществе. "Герой" связан со знаковыми, символическими действиями, которые образуют так называемый "знаковый алфавит", характерный для каждого общества, лежащий в основе его символизации и определяющий модели поведения. В силу того, что любой знак всегда метафоричен, можно выстроить цепочку "метафора -- герой -- знак", которая играет огромную роль в коммуникативном процессе. Знаковость коммуникации позволяет конструировать так называемое символическое поведение, непосредственно связанное со строительством воображаемых миров, в которых символическое намного значительнее реального. Символическое поведение замещает реальность. Оно как бы адаптирует мир в соответствии с желаниями человека. Мир утрачивает сопротивляемость и "лепится" человеком по своим правилам. Основанием этого служит миф, понятый в коммуникативном смысле. Миф должен быть принципиально непроверяемым; в нем необходимо наличие чудесного (отклонение от норм обыденности) Закрытому обществу свой миф строить гораздо легче, так как происходит концентрация потоков воздействия, основанная на замкнутых информационных циклах. Открытое общество работает с противоречивой информацией и построить "достоверные" мифы ему труднее. Миф всегда оперирует уровнем человеческих представлений. Он не выходит на уровень отвлеченных абстракций и не объясняет действительность при помощи набора новых символов. Миф это способ обработки информации на коллективном уровне. Он помогает структурировать мир и осмысливать его соответствующим образом. Он помогает найти стабилизирующие факторы, направленные на приостановку разнообразного усложнения действительности. Миф отбрасывает случайное - в целях упорядочивания мира. Он направляет психические реакции человека от случайного к постоянному, стабилизируя его мышление, самооценку и самоопределение в мире. Миф нацеливает человека на повторение уже достигнутого, апробированного, усвоенного. Он дает возможность вписать все, что случается, в единую историческую схему, структуру, кодифицируя его и переводя в постоянно репродуцируемые образцы, эталоны. (К.Х.Каландаров, 1998).

Говоря об экономико-политической подоплеке ведения информационно-психологического воздействия на массовое сознание, следует обращать внимание и на такую особенность ведения подобного рода войн, как навязывание с помощью СМИ установок в подсознании масс одной страны -- в отношении других стран.

Простой пример. В 70-80 годах прошлого века в нашей стране Японией навязывался культ такого восточного единоборства как каратэ-до. При этом подобное "навязывание" происходило с целью внедрения в подсознание масс мысли о преимуществе каратэ перед другими единоборствами. Подобная работа с населением происходила неявно, но методично. В итоге, путем целенаправленного планомерного "вдалбливания" в психику мыслей о каратэ как самом грозном оружии, удалось в какой-то мере ввести подобную установку в коллективное бессознательное масс (в нашей стране). Образовался некий миф, который поддерживали даже те, кто каратэ никогда не занимался. Но в том-то и дело, что если мы говорим о подсознании, об установках, внедряемых в подсознание, то должны обращать внимание на то, что сначала подсознание накапливает информацию, а после начинает оказывать свое воздействие на сознание. Причем таким образом, что мысли, рождаемые в психике индивида, такой индивид понимает как мысли уже свои. В этом еще одна эффективность манипулирования, когда полученные от кого-то установки через время вдруг выдаются за свои собственные.

А что касается каратэ, то в 90-е годы, когда запрет на преподавание этого "боевого" искусства в нашей стране был снят (сам запрет каратэ дополнительно сыграл на руку в деле популяризации каратэ), массы в активном порядке хлынули в залы. И в одном клубе могли заниматься сотни, а то и тысячи. Но прошло какое-то время, народ подсознательно и сознательно стал сравнивать каратэ с другими единоборствами, и миф об эффективности каратэ постепенно отпал сам собой. А на первый план вновь вышли те единоборства, которые существовали в нашей стране при Советском Союзе -- бокс и борьба, исключительная эффективность которых проверяется ежедневно на рингах и борцовских коврах мира.

Как мы уже заметили, в вопросе ведения информационно-психологических войн важную роль играют средства массовой коммуникации, информации и пропаганды. Именно с помощью применяемых ими технологий СМИ оказывает идеологическое, политическое и моральное вмешательство в психику масс, то есть уже следует говорить о духовной экспансии в сознание масс. Подобные средства, используемые системой массовой коммуникации, являются разрушительной силой для сознания, формируя стереотипы поведения масс в тех или иных жизненных ситуациях.

В вопросе информационно-психологического воздействия на массовое психическое сознание следует заметить, что, несмотря на то, что методы подобного рода воздействия отличаются в мирное и в военное время, в целом их объединяет одно: целенаправленное воздействие на массы с целью дезориентации общества и уничтожения существующих раннее в таком обществе моделей поведения (стереотипов), а также навязывание установок уже своих. Причем основой атаке в таких случаях подвергается подсознание (или бессознательное) индивида и масс, потому как процессы, происходящие в сознании, вскоре начинают оказывать влияние на подсознание. Поэтому добившись закрепления в подсознании устойчивых механизмов отреагирования на тот или иной сигнал (паттернов поведения), можно с легкостью программировать таким образом поведение как индивида так и масс. Поэтому можно говорить о том, что в большинстве случаев то, что войдет в подсознание индивида сейчас, будет моделировать его поступки как в ближайшее время, так и через многие годы и даже десятки лет. В этом сила и роль подсознания. Поэтому знания о механизмах функционирования подсознания, знания о методах адаптации подсознанием получаемой информации и последующей трансформации такой информации в сознание, а значит и в поступки индивида, дают возможность управлять массами, а значит управлять и обществом. Любым типом общества, любой общественно-политической формации.


Психологическое воздействие. Слухи в информационно-психологическом воздействии.


Психологическое воздействие.

-- роль слова в общении;

-- особенности общения;

-- слухи в информационно-психологическом воздействии.


Психологическое воздействие.

Следует помнить, что любое общение это информационно-психологическое воздействие. Общение преследует конкретную цель. В достижении такой цели используются различные манипулятивные приемы, т.е. способы воздействия на психику другого человека (собеседника) с целью навязывания такому человеку других установок, а иной раз и жизненных ценностей.

Ключевым словом в любом информационно-психологическом воздействии является "слово", посредством которого передается та или иная информация; с помощью слова и информации осуществляется воздействие на психику.

Информационно-психологическое воздействие как на говорившего (коммуникатора), так и на объект получения информации (коммуниканта) по силе воздействия зачастую сопоставимо, и приводит к определенному программированию, т.е. закладыванию установок в подсознание. В общении иногда используются специальные технологии. Например, если необходимо, чтобы человек что-то обязательно запомнил, необходимо употреблять короткие, простые и понятные фразы, использовать жестикуляцию, выделять ключевые словам, грамотно и образно объяснять и повторять.

Известно, что средний человек способен выразить словами только 80-85% задуманного. Из которого другой человек способен понять только 60-70% получаемой информации, а запомнить всего 10-20%. Поэтому для повышения запоминаемости необходимо вовлекать в процесс получения информации другим индивидом его репрезентативные системы и сенсорные каналы (зрение, слух, чувства, эмоции, обоняние и тактильные ощущения).

Кроме того необходимо учитывать такую особенность, как активное восприятие информации в течении первых 15-20 секунд, после чего наблюдается смена приоритетов внимания индивида: он начинает искать чтобы добавить к услышанному, а значит переключается на замедленность восприятия получаемой информации (потому что начинает слышать зачастую только себя).

Исследуя роль человеческого слова, И.П.Павлов (1950) обращал внимание, что слово является для человека условным раздражителем. Слово связано со всеми внешними и внутренними раздражениями, приходящими в большие полушария, и поэтому может вызвать реакции организма, которые обусловливают те раздражения.

В.М.Бехтерев (1994) отмечал, что внушать -- значит прививать к психической сфере другого лица идеи, чувства, эмоции и другие физиологические состояния, т.е. воздействовать так, чтобы по возможности не было места критике и суждению. Физиологически механизма внушения основан на быстром переходе клеток коры головного мозга в тормозное состояние. Слово действует как раздражитель на кору мозга, этот раздражитель концентрирует раздражительный процесс в соответственном пункте и сейчас же сопровождается отрицательной индукцией, которая, благодаря малому сопротивлению, распространяется на всю кору. Внушение происходит в результате воздействия информации. В этом случае информация принимается человеком без критической оценки. Как показал А.М.Свядощ (1982) в мозге человека протекают процессы вероятностного прогнозирования, сопровождающиеся процессами верификации всей поступающей информации, т. е. происходит неосознаваемое определение ее достоверности и значимости. Благодаря этому организм, не загружая сознание, ограждается от неадекватного реагирования на сигналы, которые к нему не имеют отношения или несут ложную или незначащую информацию.

Поэтому особенность внушения в том, что помимо основной информации, определяющей содержание внушения, вводится еще и добавочная -- верификационная информация, придающая достоверность основной информации. Например, гипнотизер говорит, что 30-минутные прогулки на свежем воздухе будут очень полезны для здоровья. Но человек может на эти слова никак не среагировать. А если гипнотизер скажет командным, не допускающим сомнений и возражений, голосом: "Вам обязательно, начиная с сегодняшнего вечера, необходимо ежедневно совершать 30-минутные прогулки на свежем воздухе!", то во втором случае добавочную информацию несет голос, интонация, мимика, обстановка и авторитет гипнотизера. Чем увереннее говорит гипнотизер, тем большим верифицирующим действием обладает его речь.

И.П.Павлов (1950) выделял три типа высшей нервной деятельности человека:

1. Первый -- художественный тип. Имеет преобладание первой сигнальной системы. Первая сигнальная система означает доминирование в психике активности правого полушария мозга. Правое полушарие мозга характеризуется чувственно-образной системой мышления, развитой интуицией, подчиненностью инстинктам: сохранения жизни, половому инстинкту и др., а также бессознательным стремлением к чувственным удовольствиям. К такому типу принадлежат эмоциональные люди, мыслящие живыми, яркими, конкретными образами. Они склонны к фантазии, подвержены воображению, мечтательны, мнительны, сентиментальны.

2. Второй -- мыслительный тип. Имеет преобладание второй сигнальной системы, т. е. доминирование активности левого полушария мозга с его рациональным словесно-логическим мышлением и склонностью к абстрактному, отвлеченному мышлению. Это неэмоциональные люди, склонные к расчету и чрезмерному мышлению.

3. Третий -- средний тип. У таких людей одинаково развиты обе сигнальные системы. В психофизиологии нет ярко выраженного доминирования одного из полушарий мозга.

Для того чтобы правильно выстраивать сценарии психологического воздействия, необходимо уметь прогнозировать стандартные варианты поведенческих стереотипов.

Сознательная и бессознательная жизнь человека проявляются: днем -- в деятельности, а ночью -- в ночном сне. Ночной сон полностью определяется бессознательной частью психофизиологии человека, а дневная активная часть жизни определяется двумя составляющими: и сознанием и подсознанием. В течение суток сознание человека может находиться в следующих режимах работы: режиме ночного сна (с его быстрой и медленной фазами, т. е. со сновидениями и без), режиме обычного состояния сознания (ОСС), режиме измененного состояния сознания (ИСС). В свою очередь измененные состояния сознания делятся на: 1) просоночные (перед засыпанием и при пробуждении); 2) трансовые левомозговые (с резким доминированием активности левого словесно-логического полушария мозга); 3) трансовые правомозговые (с резким доминированием активности правого чувственно-образного полушария мозга и торможением, до выключения, активности левого мозга); 4) трансовые с расширенным сознанием (резкой активизацией обоих полушарий и глубинных структур мозга с волевым контролем ранее произвольно неуправляемых функций); 5) трансовые патологические естественные и искусственные состояния (измененные состояния, вызванные болезнью, отравлением, алкоголем, наркотиком, психотропным препаратом и т. д.)

Реакции и поведение человека следует прогнозировать по состоянию психофизиологии, в котором он находится. В обычном состоянии сознания любому человеку присуща способность осмысленного рассудочного поведения. При таком поведении поступки, составляющие характер поведения, определяются осознанным интеллектуальным "высвечиванием" существующих между объектами реальности связей и отношений. Поэтому в обычном состоянии сознания на реакции и поведение человека оказывают влияние как интеллект и психологические установки левого мозга, так и чувства и животные инстинкты правого мозга (инстинкт сохранения жизни, половой инстинкт, инстинкт голода, жажды, жилища, территории и др.). В ОСС большинство поступков человека определяются его привычками. Привычки -- это устойчивые мозговые связи, отличающиеся повышенной готовностью к функционированию. Система этих устойчивых нервных связей служит основой более сложных форм поведенческих актов. В комплекс структур, обеспечивающих привычный образ действий, включаются и механизмы эмоционального реагирования. Они вызывают эмоционально положительные состояния в период реализации привычки и, напротив, рождают отрицательные реакции и переживания в обстоятельствах, мешающих ее осуществлению. (Л.П.Гримак, 1987). Таким образом, поведением большинства людей в ОСС управляют их привычки. Поэтому для эффективного внушения необходимо предварительно понаблюдать за объектом воздействия. Манипуляторы, располагая информацией о привычках объекта, могут прогнозировать будущее поведения жертвы в той ситуации, которую они выстраивают, окружая жертву разного рода искусственно созданными обстоятельствами. Жертва действует в этих обстоятельствах привычным для себя образом, что и предопределено преступным сценарием. Практика правонарушений, например, квартирных краж, показывает, что, как правило, за жертвой предварительно наблюдают, узнают ее привычный образ жизни, род занятий, местопребывание и т. д. и только потом совершают кражу. В некоторых преступлениях криминальные гипнотизеры специально формируют у своих будущих жертв специальные привычки, чтобы после, при совершении преступления, строить на этом сценарий преступления. Наиболее распространенным преступлением такого рода являются преступления с наркотиками или на сексуальной почве, когда будущую жертву вначале приучают к привычке, а затем делают с ней что хотят или добиваются от нее того, что нужно преступникам. Поэтому каждому следует знать, что человек сам предопределяет свою судьбу, так как реализует свое повседневное поведение через хорошие или дурные привычки, вызывающие и соответствующие последствия, и соответствующую судьбу, и соответствующий жизненный финал.

Многое в поведении человека определяется теми жизненными целями и проблемами, которые он в данный момент решает. Учитывая эту закономерность в поведении и реакции людей, криминальные гипнотизеры стараются навязать своим будущим жертвам искусственные ложные жизненные цели и задачи, чтобы затем использовать это в своих преступных замыслах. В ОСС большинством "простых" людей руководят их обычные правомозговые физиологические полуживотные потребности -- чувство безопасности (инстинкт сохранения жизни), чувство полового влечения (половой инстинкт), чувство голода, жажды и т. д., поэтому и поведенческими целями таких людей является поиск средств и способов удовлетворения вышеперечисленных потребностей. Так возникает общество, в котором главной целью провозглашается удовлетворение потребностей, т. е. возникает общество "потребителей", где реальность представляется рынком услуг, направленных на удовлетворение физиологических потребностей -- секс, вкусная еда и питье, безопасность и права "человека" и т. д. (В.М.Кандыба, 1999).

В зависимости от активности левого или правого полушария головного мозга, человек подсознательно или бессознательно мыслит и осознает происходящее по одной из трех основных репрезентативных систем:

1. Воспринимает реальность через слова (левомозговое словесно-логическое мышление).

2. Мыслит образами (правомозговое чувственно-образное мышление).

3. Воспринимает реальность чувствами (кинестетические ощущения).

Каждый человек имеет одну из трех основных репрезентативных систем в качестве ведущей и именно ее он чаще всего, подсознательно или бессознательно, использует при своем взаимодействии с реальностью. Манипуляторы, в случае когда еще не сформировался раппорт, устанавливают контакт с объектом своих манипуляций на языке его основной репрезентативной системы. Один из способов установления основной репрезентативной системы -- наблюдение за речью объекта, когда он произносит слова, обозначающие внутренние процессы (глаголы, наречия и прилагательные), например:

1. Визуальный канал: видеть, смотреть, глядеть, чертить, рисовать, светлый, яркий, ясный, смутный, мрачный, вспышка, озарение, свет, тусклый, бледный, прозрачный и др.

2. Аудиальный канал: слышать, звучать, тихий, громкий, шумный, мелодичный, звонкий, оглушительный, визжащий, неслышный и др.

3. Кинестетический канал: чувствовать, ощущать, трогать, держать, брать, схватить, терять, нащупать, притронуться, прикоснуться, теплый, холодный, сухой, влажный, мягкий, жесткий, гладкий, колючий, удобный, неудобный, тяжелый, легкий, пустота, зажатость, давление, распирание и т.п.

4. Канал запаха, вкуса: нюхать, вдыхать, ароматный, кислый, сладкий, горький, пресный, безвкусный, вкусный и др.

Таким образом, используя ведущий сенсорный канал, привычки и стереотипы поведения, а также систему жизненных ценностей своей будущей жертвы, манипулятор устанавливает контакт с объектом, а затем переводит этот контакт в раппорт, добиваясь как можно более глубокого транса, а следовательно, и более эффективного управления над попавшим в гипнотическую ловушку объектом манипуляций.


Слухи в информационно-психологическом воздействии.

Слухи являются сильнейшим фактором манипуляции. Слухи передаются через межличностные контакты (посредством общения). Слухи активно используется в т.н. информационно-психологических войнах, когда необходимо в короткое время добиться внедрения в сознание масс каких-либо установок, необходимых манипуляторами. В роли манипуляторов в таких случаях могут выступать заказчики подобных компаний в лице, например, политической партии, или представителей бизнеса, которым необходимо сформировать в сознании масс положительную характеристику о своем товаре, или же отрицательную характеристику -- о товаре конкурента. В случае манипулятивного воздействия на психику масс мы должны заметить, что слухи бывают спонтанные и намеренные. В первом случае слухи начинаются сами, без намеренного распускания их со стороны имеющих какой-либо интерес манипуляторов. Во втором, слухи инициируются намеренно, и служат достижению каких-либо целей со стороны заинтересованных лиц.

Слухи можно отнести к стихийным процессам передачи информации. Когда люди сталкиваются с чем-то, чему они не могут найти объяснения со стороны официальных источников -- они бессознательно домысливают услышанное, зачастую искажая факты. В этом случае сначала выдается желаемое за действительное, тот есть о наличии произошедшего или намечаемого судится, исходя из субъективных оценок самого индивида, из его прогноза развития ситуации, а после искажается (т.е. каждый из получателей слухов при дальнейших коммуникациях что-то убирает, чем-то дополняет -- в зависимости от собственного восприятия действительности). Кроме того, в способности распространения слухов играет роль вариант доступности (влияющий на быстроту). При этом на быстроту распространения слухов влияет и попадание в фактор ожидания других индивидов подобного (как в слухах) развития сценария отношений. Например, когда одна из газет ("желтая пресса") пустила слух о разводе президента Путина с супругой и предстоящей его женитьбе на известной спортсменке, народ тотчас же подхватил подобный слух, да так, что он дошел до западных журналистов, был напечатан в ряде изданий западных СМИ уже как ожидаемый и достоверный факт, а один из лидеров западных стран даже поинтересовался у Путина (перед телекамерами журналистов, мол, правда ли это?).

С чем был связан такой слух? Он объясняется рядом факторов, среди которых и любовь к президенту В.В.Путину[84], и закрытая (для СМИ, а значит и общественного обсуждения) жизнь самого В.В.Путина, и влияние на подсознание масс архетипа о той фискально-политической структуре, в которой начинал работу Владимир Владимирович, и, конечно же, определенная доля желания части жителей -- подобного развития сюжета[85].

Следует заметить, что путем анализа тех или иных слухов можно проследить некоторые "надежды и чаяния" народа, потому что в слухах любая ситуация выражается так, как ее хотело бы видеть большинство, ну или как минимум -- определенная часть населения. Поэтому, если произойдет какое-либо событие, не интересное никому кроме самих участников, слух не получит своего распространения, и оборвется на отдельных коммуникантах (представителях народа, массы, толпы). Тогда как если содержательная наполняемость слуха попадет в зону интересов большинства -- такой слух будет жизнеспособен в течение какого-то времени. Слухи не бывают вечными. Через какое-то время слухи или исчезают совсем, или вытесняются другими слухами.

Необходимо обратить внимание, что психологическая природа слухов простирается в плоскости вопроса об известности того либо иного человека. Если не брать во внимание такой способ обретения известности, как постоянное "мелькание" по федеральным каналам телевидения, то следует заметить, что вопрос, когда какой-то человек становится вдруг известен, популярен, по-своему интересен, зависит от целого ряда обстоятельств, главной из которых выступает случайность. Нечто подобное происходит и со слухами. Предсказать, какая именно информация получит распространение в виде слухов, практически невозможно (если мы не говорим о намеренном распространении слухов; хотя и там до конца все предсказать невозможно). Тогда как по специфике слуха, по его смысловой нагрузке, по эмоциональной наполняемости и еще целому ряду факторов, можно судить о настроениях, превалирующих в обществе. Ну и конечно, важным фактором выступает то обстоятельство, что слухи символизируют собой не только настроения народа, но и его желания и чаяния отреагировать на то или иное обстоятельство в русле такого развития сюжета, какое хотелось бы видеть (зачастую в ущерб происходящему в реальности). Причем важно заметить, что слухи могут быть как правдивые, так и ложные. Отделить одно от другого способно только время. Или политические лидеры, которым верит народ. И если Б.Н.Ельцин в свое время уверял, что если произойдет обвал рубля, он "ляжет на рельсы" (видимо предполагалось что перед идущим поездом), то ему поверили не все, потому как рейтинг в народе Бориса Николаевича после его деятельности на посту руководителя государства оказался крайне низок. Тем более что через время дефолт все-таки случился, а Борис Николаевич на рельсы не лег. Тогда как если сравнить подобное с произошедшим уже в 2008 году, когда сначала появились, а после стали активно муссироваться слухи о возможной деноминации, хватило выступления В.В.Путина, который вскользь сказал, что подобного не будет, и ему сразу поверили. Потому что рейтинг Владимира Владимировича в народе наоборот -- необычайно высок, больше 70 процентов.

Закономерность распространения слухов внутри социальных групп позволяет классифицировать слухи по уровню, на котором они циркулируют. Следует выделить слухи "локальные", отмеченные внутри относительно небольшой социальной группы, которой может быть население деревни или городка, коллектив предприятия или учебного заведения, зрители кинотеатра или стадиона, пассажиры поезда или теплохода. Следующий уровень можно назвать "региональным": это ситуация, при которой слухи могут циркулировать в связи с ценностями и целями населения области или группы областей, республики, географического региона. Отмечен факт ограничения распространения слухов региональными рамками по принципу религиозности, этнического расселения, занятия определенными промыслами, подверженности общей опасности в стихийном бедствии. Следует выделить уровень "национальный" и "межнациональный". Временные рамки, в пределах которых может циркулировать слух, обычно ограничиваются контрпропагандистскими мерами и их эффективностью. Однако могут быть ситуации, в которых "локальный" слух, прекращенный своевременным информационным противодействием, возрождается в другом месте или превращается в "региональный". Возможны также ситуации, характеризуемые долговременным циркулированием одного и того же сюжета. По экспрессивной характеристике, составляющей тип эмоциональных состояний, отражаемых сюжетом слуха и типом доминирующей эмоциональной реакции, различают три типа слухов, характер которых достаточно ясно представлен в их обозначениях: "слух-желание", "слух-пугало" и "агрессивный слух". "Слух-желание" чаще всего представляет собой попытку выдать желаемое за действительное, причем в условиях, когда реальность приходит в противоречие с тем, что людям необходимо. Примером такого слуха стало долго обсуждавшееся в середине XIX в. в среде русских крепостных крестьян освобождение. Молва утверждала, что освободят всех участников Крымской войны (отчего многие добровольно шли в армию), упоминались и другие условия. Эти слухи отражали страстное стремление крестьян к свободе и в то же время веру в доброго "царя-батюшку". Однако задержавшееся на несколько лет после окончания Крымской войны освобождение и несбывшиеся надежды порождали массовый протест, восстания и побеги. Циркуляция стихийно возникавших слухов, таким образом, ускорила складывание ситуации, в результате которой царское правительство действительно вынуждено было отменить крепостное право. Слухи, отражавшие желания и надежды, в XX в. стали средством активной деморализации политического противника. В истории пропаганды зарегистрированы прецеденты преднамеренного распространения таких слухов с задачей деморализации людей в военных условиях. Гитлеровская агентура многократно распускала в США слухи типа: "Война к рождеству кончится"; "Германии не хватит нефти и на полгода"; "Через два-три месяца в Германии будет государственный переворот". Каждый раз, когда подходил срок, а желаемое не происходило, наступала депрессия общественных настроений. "Слух-желание", который мог иметь далеко идущие политические последствия, возник в дни переворота в Чили в сентябре 1973 г. В условиях крайней неопределенности по всей стране разнеслась "новость" о том, что сохранившая верность правительству Альенде бригада под командованием прогрессивно настроенного генерала Пратса движется к столице, "обрастая, как снежный ком, добровольцами". В такой форме этот сюжет был зафиксирован зарубежными агентствами, подхвачен прогрессивными радиостанциями и органами печати. К несчастью, слух оказался недостоверным. Карлос Пратс (находившийся в Сантьяго по домашним арестом) был доставлен на телевидение, "проинтервьюирован" перед широкой аудиторией, и это оказало временно деморализующее влияние на силы, готовые было сопротивляться перевороту. "Слух-пугало" обычно выражает боязливое предвидение каких-либо неприятных событий и становится возможным благодаря довольно распространенной привычке суеверных людей пессимистически ожидать худшего. Мотивом для воспроизведения "слуха-пугала" чаще всего служит удовлетворение от разделенного с кем-либо страха и тайная надежда на возможность опровержения пугающего сюжета. Но даже если опровержение не происходит из-за отсутствия у слушателя соответствующей информации, то разделенный страх переносится легче. "Слухи-пугала" часто возникают в периоды социального напряжения или острого конфликта (стихийное бедствие, война, революционная ситуация, государственный переворот и т. д.). Преднамеренное распространение слухов такого типа давно стало излюбленным элементом идеологических, политических и экономических диверсий. "Агрессивный слух" обычно основывается на предрассудке и выражает собой резко негативное отношение некоторой группы людей к объекту, фигурирующему в сюжете слуха. Элемент агрессивности часто присутствует в пугающих слухах. "Агрессивные слухи", так же как и "слух-пугало", чаще возникают в период социальных напряжений. (Ю.А.Шерковин, А.П. Назаретян, 1984).

Ю.А.Шерковин и А.П.Назаретян (1984) отмечают, что тенденции в трансформации слуха (т.е. когда каждый из новых коммуникаторов привносит в слух что-то свое, опуская другие детали) выражаются тремя типами процессов: сглаживанием, заострением и адаптацией. Сглаживание в этом случае характеризуется тем, что в процессе передачи слуха исчезают те детали, которые основной части распространителей слухов могут быть неинтересны (например, марка и цвет машины при аварии, и т.п.) При заострении -- как бы наоборот: высвечиваются детали, которые кажутся существенными (количество жертв при аварии, и т.п.) При этом бессознательная оценка конкретных деталей определяется не столько их объективным соотношением, сколько свойственной аудитории моделью мира -- доминирующими ценностными ориентациями, ожиданиями, нормативными установками. В зависимости от них та или иная деталь может оказаться "сглаженной" либо, наоборот, "заостренной". Скажем, если одежда, цвет волос, глаз, имена участвовавших в драке людей отражают их национальную, религиозную, классовую принадлежность, а в регионе сложились напряженные отношения, слух может быстро приобрести агрессивную окраску, а соответствующие детали станут доминирующими (хотя в действительном событии могли играть второстепенную роль); цвета попавших в аварию автомашин становятся существенными деталями в культуре, где царят предрассудки цветовой символики; марки и номера автомашин -- в аудиториях, связывающих с этими признаками социальную принадлежность водителей или пассажиров, и т. д. Еще одной тенденция по трансформации слухов является адаптация слуха к доминирующей аудитории (например, при вопросе о сравнении агрессивности белого американца или черного, симпатии со стороны белого населения будут в большинстве случаев на стороне белого, тогда черного при случае, обвинят в первую очередь). Причем все три перечисленные характеристики трансформации слухов (сглаживание, заострение и адаптация) могут дополнять друг друга, и по мере распространения слуха могут существенно отличаться от реальности.

По мнению А.Г.Караяни (2003), слухи занимают особое место в современном информационном пространстве нашей страны. Более 70% россиян отмечают, что сталкиваются со слухами, из них около 45% чаще, чем 1-2 раза в неделю. Слухи рассматриваются не только как стихийное коммуникативное явление, но и как технология влияния на общественное сознание. Слухи выражают общественное мнение, настроение, социальные стереотипы и установки аудитории. Кроме того, как мы уже заметили, слухи являются методами психологической войны. С помощью слухов можно изменять общественное мнение, формируя его в нужном манипуляторам ключе. Любая форма воздействия на массы эффективна, потому что происходит воздействие не на одного индивида, а сразу на массы. Причем каждый из индивидов является в таком случае потенциальным "разносчиком" слухов. А значит информация, передаваемая посредством слухов, способна увеличиваться в геометрической прогрессии, что становится весьма существенным фактором эффективности слухов.

Слухи являются способом удовлетворения различных потребностей. Мы знаем, что психика устроена таким образом, что человек смотрит на реальный мир в некой маске, или вымышленном образе, которые надевает на себя, и проецирует в последующем посредством этого образа некое собственное искаженное видение окружающего мира, в какой-то мере подменяя реальный мир -- мир вымышленным. Отличие психически здорового человека от психотика заключается в том, что первый всегда может возвратиться назад, а психотик не может, так как живет в мире иллюзорной действительности, и не считает, что такой мир вымышленный.

А.Н.Караяни (2003) приводит четыре основные потребности человека, которые удовлетворяются посредством слухов. Это утилитарные потребности, потребности в престиже, в познании и эмотивные потребности. Утилитарные потребности связаны с достижением людьми или социальными группами определенных целей. Под такие цели могут подпадать, например, формирование у людей определенных мнений, настроений, побуждение их к конкретному выбору, поведению и т. д. Механизмом реализации подобной потребности может служить как агрессия (когда человек сознательно распускает слухи с целью причинить боль другому), так и забота о другом индивиде (например, предупредить их о надвигающейся опасности, и т.п.) Потребность в престиже удовлетворяется в том случае, когда владение эксклюзивной, полученной раньше других информацией повышает престиж человека. Сообщая другому сведения, составляющие содержание слуха, человек поднимает себя в своих глазах. У окружающих формируется мнение о нем как о человеке осведомленном.

Также следует заметить, что результативность слухов становится возможна еще и в соответствии с такими феноменами психики, как повышенная внушаемость. В.М.Бехтерев (1994) отмечал, что в толпе развито взаимное внушение, которое возбуждает у отдельных членов толпы одни и те же чувства, поддерживает одно и то же настроение, укрепляет общую мысль. Благодаря взаимовнушению отдельные члены толпы как бы наэлектризовываются, и те чувства, которые они испытывают, нарастают до необычайной степени напряжения, делая толпу существом могучим, сила которого растет вместе с возвышением чувств отдельных ее членов. Сила внушения берет перевес над логикой. Достаточно, чтобы кто-нибудь возбудил в толпе низменные инстинкты, и толпа становится зверем.

Рассматривая вопрос возникновения и развития слухов, следует обратить внимание на то обстоятельство, что в большинстве случаев распространители слухов ссылаются на то, что якобы информация, полученная ими, исходит из исключительно надежного источника. Тем самым помимо факта повышения значимости в собственных глазах и глазах возможных слушателей, слуху придается та достоверность, которая позволяет эмоционально зарядить слушателей, и бессознательно заставит их сначала прочувствовать преподносимую им информацию, а после посредством чувств передать подобную информацию другим слушателям, дополнив при необходимости услышанную информацию дополнительными подробностями. "В своем собственном сознании такой индивид ассоциирует себя с иерархическими ценностями, и растет в собственных глазах. Удивление, испуг, восхищение, которые рассказчик может прочесть в глазах слушателя, служат ему дополнительной наградой, и он обязательно рассказывает тот же сюжет нескольким лицам. При воспроизведении слуха в ходе групповых разговоров иногда возникает своеобразное соперничество, побуждающее каждого участника такой беседы стремиться к первенству, которое достигается преподнесением более захватывающего сюжета, чем рассказанный только что, или добавлением важных деталей, опущенных предыдущим рассказчиком. Это стремление к временному руководству вниманием присутствующих объясняет тенденцию к украшению сюжета колоритными деталями и к пренебрежению фактической стороной дела. Цель того, кто воспроизводит слух, не столько распространение информации, сколько форсирование эмоциональной установки по отношению к тому, что является предметом информации, а также к самому себе"[86].

Что касается профилактики распространения слухов, то наиболее результативным является повышение роли идеологии со стороны государства посредством средств массовой коммуникации. Необходимо повысить значимость информации, передаваемой СМИ, работать над доверием к СМИ со стороны населения. Кроме того, необходимо чтобы средства массовой коммуникации, информации и пропаганды отвечали на все или большинство вопросов, интересующих народ (массы). Т.е. необходимо проводить мониторинг слухов, прослеживая таким образом появление наболевших у народа вопросов, и своевременно отвечать на подобные вопросы, обращая внимание на то, что всегда официальным СМИ верят больше, чем каким-либо слухам, особенно при спорности информации, поступаемой со слухами и официальным путем.


ГЛАВА 4. Манипулирование психикой.


"...каждая мать манипулирует своим младенцем, если она хочет, чтобы он жил... А учитель в школе манипулирует вами, заставляя учиться читать и писать. Фактически, жизнь представляет собой одну большую манипуляцию, -- она состоит из нее целиком".


Милтон Эриксон


Основные положения теории манипулирования.

-- Предрасположенность психики к манипулированию.

-- Подверженность манипулированию.

-- Последствия манипулятивного воздействия на психику.


Предрасположенность психики к манипулированию.

Психика человека по своей природе предрасположена к некой восприимчивости, которую используют для скрытого воздействия (манипулирования). Манипулирование -- это психологическое воздействие одного человека на другого. Цель такого воздействия -- выполнение воли манипулятора.

Следует заметить, что манипулирование встречается везде и всегда. Невозможны отношения в обществе без манипулирования. Манипулирование в данном случае будет завуалировано стремлением одного индивида -- подчинить (оказать воздействие на психику с целью подчинения) другого. Вследствие предрасположенности людей к различного рода невротическим зависимостям, всегда найдутся те, кто пожелает воспользоваться слабостью для навязывания своей воли. Таких людей называют манипуляторами. Манипуляторы для управления другим человеком провоцируют в нем невроз (т.е. вызывают невротическую симптоматику), выдвигая определенные условия, выполнение которых приведет к избавлению от невроза, т.к. подчинение -- всегда является избавлением от невроза. Точнее, в этом подсознательно уверен человек, подвергшийся манипуляциям. Подсознательно -- потому что манипулятор всегда действует скрытно. Скрытность -- это отличительная особенность манипуляций. Например, если вы открыто кому-то отдадите команду -- это будет приказ. Человек воспринял вашу команду сознательно, и подчиняется или не подчиняется в зависимости от обстоятельств. Тогда как скрытое, манипулятивное, управление -- состоит в том, что манипулятором отдается, как бы, не явная команда к действию, а закамуфлированная, тайная команда, направленная не на сознание, а в обход сознания -- на подсознание. И в этом случае сопротивляться зачастую невозможно. Скрытая команда в этом случае поступает сначала в подсознание, а уже оттуда переходит в сознание, оказывает влияние на сознание вследствие того, что сознанием руководит бессознательное психики. При этом в случае скрытого манипулятивного воздействия в психике человека, подвергшегося манипуляциям, словно все время мигает "лампочка", вызывая невротическую симптоматику; такая симптоматика исчезает, когда человек выполняет волю манипулятора, провоцировавшего в нем невротическую зависимость.

Рассмотрим данный вопрос подробней.

Известно, что психика человека устроена таким образом, что вынуждена все время балансировать на грани между неврозом и обычным, нормальным состоянием (т.н. условной нормой). Мы не рассматриваем в данном случае невротиков, которых на самом деле намного больше, чем показывает статистика обращений к врачам. Психика почти всех без исключения людей подвержена специфическому воздействию, вызывающему соответствующую симптоматику, именуемую неврозом. Причем как раз для снятия подобной (невротической) зависимости такой индивид вынужден подчиниться воле другого. И тогда симптом исчезнет. Наступит временное улучшение состояния. И в какой-то мере вся проблема для человека будет заключаться лишь в том, что он будет вынужден пойти на уступки манипулятору (выполнив его волю). Подобную особенность психики человека используют манипуляторы. Они намеренно создают дисбаланс в психике (нагнетают обстановку), а после предлагают своего рода "лекарство" (способ избавления от вызванной ими раннее симптоматики).

Каким образом становится возможным такое воздействие?

Прежде всего, еще раз обратим внимание, что очень важное значение в структуре психики занимает бессознательное. Именно в бессознательном берут начало мысли и рождаются желания, которые после переходят в поступки и действия; при этом создается впечатление, что поступки происходят под контролем сознания. На самом деле сознание в данном случае имеет подчиненную функцию, потому что причина происходящего сейчас заключается в том, что было заложено в подсознание раньше.

Как формируется бессознательное? Все, что было когда-то индивидом услышано или увидено, все, что когда-то проходило мимо него (его зрения, слуха, органов осязания...) оседает в бессознательном психики. При этом так получается, что становится совсем не важен срок давности. А то и наоборот, для того, чтобы информация попавшая в подсознание обработалась -- необходимо время. Другими словами, это информация, заложенная в подсознание, может "выстрелить" и на другой день, а может только через годы, а то и десятилетия[87]. Важность такой особенности взаимодействия сознания и подсознания (бессознательного) весьма существенна, ибо на этой особенности отчасти построено манипулятивное воздействие на психику. А потому для манипуляторов самое важное правило -- воздействовать на подсознание другого индивида таким образом, чтобы он выполнял вашу команду (ваше завуалированное желание), но при этом считал, что делает это сам, по доброй воле и собственному усмотрению.

Как возможно сделать подобное? Среди многочисленных способов выделяется один, который за малым исключением не оставляет шансов индивиду, на которого направлено манипулятивное воздействие, не поддаваться манипуляциям. И становится возможным подобное оттого, что первоначально в манипулируемом провоцируется воздействие на какой-либо из базовых инстинктов (страх, например). А после -- манипулятор демонстрирует способ избавления от того, что вызвало подобный негатив в психике (и начало развития психо- или невро-симптоматики). Подобный прием обычно действует безотказно. Например, вас сначала могут заключить в камеру, угрожать избить и проч., дождутся, когда ваше эмоциональное состояние будет на грани срыва -- а после придет кто-то, кто вас спасет. Пригрозив обидчикам. Помимо вашей воли вы будете благодарны такому человеку. Это в масштабах, так сказать, отдельного человека. А вот пример в масштабах страны. Сначала власти посредством СМИ и других возможностей будут нагнетать обстановку, всячески высвечивая угрозу, например, терроризма. А после (когда "общественное мнение" будет соответствующим образом подготовлено) -- объявят о мерах чрезвычайного воздействия, направленных на предотвращения терактов. И уже под эту кальку можно будет делать любое ужесточение, от прослушивания телефонных переговоров (которые и так прослушиваются; правда пока делается это выборочно, и робот-автомат реагирует на ключевые слова, после упоминания которых запись разговора включается автоматически), до массовых арестов и депортирования неугодных лиц из страны.

Следует заметить, что к угрозе подобного воздействия люди становятся подвержены в период относительной стабильности. Когда психика человека в течение определенного времени не испытывает потрясений, как бы привыкает к состоянию покоя, расслабляется. И если в это время последует удар -- подобное будет иметь гораздо более существенные последствия, нежели чем произвести манипулятивную атаку в период, когда организм индивида (прежде всего его психика, его эмоциональное состояние) находится как бы "на взводе". Помните -- пролетариату нечего терять, кроме своих цепей? И в тоже время, имеющий какой-то материальный достаток человек всегда подсознательно опасается лишиться этого. Это заложено в природе. Причем, говоря о природе, мы должны отдавать отчет в том, что психика практически всех без исключения людей имеет общую структуру, а поведение отдельного человека складывается из механизмов психики, реагирующих на какие-либо обстоятельства. Именно общий характер проявления подобной реакции имеет как бы схожу направленность, и почти не зависит от характера личности самого индивида. Да и сам характер формируется в результате нахождения индивида в той или иной социальной среде. Потому-то и в своей основной массе психика всех индивидов схожа, и имеет некоторое отличие большей частью объясняемое воспитанием, социальным окружением, и т.п.

Обратим внимание, что характер манипулирования иной раз не просто определить. Причем именно т.н. невидимый характер манипулирования зачастую и является причиной факта возможности и результативности манипулятирования. Да и большинство людей по природе склонно к доверию в значительно большей степени, чем это можно поначалу предположить. Причем на данное обстоятельство как бы оказывает положительное влияние целый ряд факторов, берущих начало в структуре психики индивида. И при определенных обстоятельствах, через какой-то (заранее не планируемый) промежуток времени ситуация складывается таким образом, что психика индивида становится наиболее предрасположена к влиянию извне. А последующее воздействие иной раз несопоставимо как по масштабам, так и по силе оказываемого на психику воздействия -- с чем-то, существовавшим доселе. Ведь вполне разумно предположить, что если мы рассматриваем психику взрослого человека, то имеем дело с уже сформированными в данной психике определенными установками (а все наши поступки -- суть влияние установок, имеющихся в бессознательном).

Рассматривая вопрос манипулирования, заметим еще раз, что манипуляции не только осуществляются всегда и везде, но и носят преимущественно бессознательный характер. Можно предположить, что связано это с общей теорией выживаемости видов (человек такой же вид, как и другие животные), и простирается в плоскости подавления одними -- других, установления собственной власти, показного величия, и прочих моментов, символизирующих в привычном нам понимании демонстрацию власти и могущество. Принимая во внимание, что власть и могущество -- суть способ выживания. Не вы -- так вас. Если не покажете силу -- другие будут стремиться поглотить вас. Страх -- лучше как страх (боязнь) вас, а не страх у вас (в отношении к кому-то). Потому как, если вас боятся -- значит, вы имеете возможность предохранить себя от невольного или вольного покушения, и тем самым имеете возможность продолжать заниматься своим делом, не опасаясь вмешательства извне. Сохранение своей идентичности и самостоятельности мышления и поведения было важно во все времена, и по-особенному важно сейчас, в 21 веке, когда всеобщая глобализация значительно упростила выживание человека в пределах природы, а значит порой значительно сократила необходимость расходования мускульной силы для жизни, выживания. Не поэтому ли (а недостаток расходования физической энергии приводит к стрессовой подверженности) в психике современного человека значительно больше прослеживается фактор агрессивности, возникающий из-за недостатка реализации того психической энергии, которая в былые времена расходовалась на борьбу со стихиями природы или врагами. Кстати, тема врагов может показаться весьма интересной, потому как на всем протяжении существования человека (начиная с библейских времен) всегда существовали враги по отношению одних индивидов к другим. А что такое враг? Враг -- это угроза. Угроза существованию, угроза выживанию, угроза вообще жизни. И уже получается, что масштабы общества и в представлении Томаса Мора, и в учении Карла Маркса (коммунизм как высшая форма социализма, и утопия -- как оптимальная, хотя и не совсем возможная модель общества) были в чем-то схожи. И прежде всего, ни в том, ни в другом не должно было существовать врагов. Явно предусматривая, что враги к тому времени или будут уничтожены, или же -- наподобие коммуны Макаренко -- преобразованы в тружеников. Во что, в общем-то, верилось не особо, и потому словно для надежности и в зависимости от тяжести вины и общего вреда -- врагов или уничтожали, или перевоспитывали в исправительно-трудовых учреждениях (колониях общего, усиленного, строгого и особого режимов).

В нынешние же времена, когда массовые аресты могут привести к дестабилизации общества (или хаоса, который мы наблюдаем на примере оранжевых и бархатных революций в бывших союзных республиках), власть (власть -- как основной и главный манипулятор массами; массы = народ) использует такой известный метод управления, как предварительное формирование образа врага. Если враг не сдается -- его уничтожают. Если врага нет -- его выдумывают. А уже после, как бы "под шумок" проделывают свои "грязные делишки". Общий результат которых один: ужесточение, и связанное с таким ужесточением выгадывание всяческих благ себе. Ибо настоящей справедливости никогда не было, да быть может и не должно быть, так как все люди не могут быть одинаковыми, есть бездельники и лентяи, а есть труженики, есть умные, а есть от природы глупые, есть те, кто все время стремится к постижению знаний, а есть те, кому ничего не нужно больше того, чем у них уже есть. И в таких диалектических категориях проходит жизнь. И это в принципе нормально.

Еще немного остановившись на врагах, заметим, что обычно не имеет значения, кто будет играть роль врага. Это могут быть империалисты (как во времена СССР), террористы (во времена демократии), да и вообще, если не будет на кого свалить необходимость репрессивных мер -- врага выдумают. (Вспомним В.В.Маяковского: если звезды зажигают -- значит это кому-нибудь нужно.) При этом, существование врагов, как ни странно, вполне оправданно, если рассматривать их наличие как фактор общей мобилизации общества и рост, через это, научных технологий. Ведь известно, что именно войны (как реальные, так и только угроза нападения) во все времена являлись локомотивом прогресса. И во всем мире это было так. Только опасность, угроза, страх порабощения со стороны врага -- стимулировали (подгоняли) индивидов к разработке тех технологий, которые не были у вероятного противника, а значит, могли привести к победе над ним. Например, в советское время для СССР таким противником были Соединенные Штаты, а для США -- СССР. После распада Советского Союза, ориентиры угрозы Запада сместились в сторону исламских стран, с более чем выдуманным Усамой Бен Ладаном (Усама уже вошел в подсознание американцев как в бессознательном русских обитает Баба Яга и Кощей Бессмертный). В постсоветской России тоже обозначались свои ориентиры в поиске врагов народа. Причем, глобальный масштаб возможной агрессии Запада переключился с Соединенных Штатов на страны третьего мира. Но при этом внешнее ведомство России явно обозначает т.н. официальных врагов (террористы исламского толка), но и при этом характером действий (самолеты вдоль границы, демонстрация ракет с ядерными боеголовками и проч.) явно показывает, что реальной угрозы все еще ожидает и от тех же США, или бывших стран Антанты (Англия традиционно идет флагманом в тайном противостоянии СССР-России, начиная от лидерства в блоке Антанты в начале прошлого века, и заканчивая предоставления политического убежища для современных политических диссидентов).

Рассматривая вопрос манипулирования, мы также должны выделить такую непреложную часть возможности манипулирования, как стремление индивидов к подчинению. Что такое подчинение? В общем плане -- это выполнение воли другого. Отдельный вопрос: злая или добрая может быть воля, и сознательное ли выполнение воли (приказа) другого индивида, или подчинение бессознательное. Так же как и добровольное выполнение приказа, или вынужденное.

Отбросим сразу какое-либо нагнетание обстановки, возможное с позиции подчинения к выполнению приказа. Манипуляторы так не действуют. Манипуляция вообще становится заметна (зачастую заметна лишь после анализа проблемы) только тогда, когда основное событие уже свершилось. Причем тот, кто в результате маневров манипулятора совершил какие-либо действия против себя, в момент совершения таких действий чаще всего не подозревал о нанесении тем самым вреда себе. В этом и искусство манипулятивного воздействия, когда манипулятор тайно вынуждает кого-то выполнять его команду, но при этом тот, кто выполняет ее -- искренне считает, что инициатива исходит от него. Это особенность и определенное преимущество манипулятивных методик перед просто технологиями силы и подчинения, например, страх наказания (в результате манипуляций страх тоже может быть, но в данном случае страх страху рознь: при явной угрозе страх от сиюминутного осуществления угроз, а в случае манипуляций -- страх как угроза от некоего фантома, когда последствия только предполагаются).

Обычно манипулятор ни за что не признается в своих манипуляциях иной раз даже самому себе. То есть он понимает, что другие индивиды выполняют его какие-то требования, но сводит это не на требования, а на просьбы. Да и вообще, манипуляторы как маньяки: имеют приятную наружность, вкрадчивый голос, всем своим видом как бы располагают к себе... Но бойтесь их. Это волки в овечьей шкуре. Ибо стоит им только добиться необходимого от вас, и уже способны напрочь исчезнуть их манеры. А если вы по "доброте душевной" рассчитываете на продолжение "понимания" -- ошибаетесь. В большинстве случаев манипуляторы рвут контакты сразу, и вы их больше не интересуете (если, конечно, у вас больше нет того, что нужно манипуляторам). Вообще же, говоря о манипуляциях, мы как бы волей-неволей должны поднимать вопрос доверия. Он как никакой другой проявляется в данном случае в наибольшей степени. Притом что сам факт манипуляций, как мы заметили, зачастую сразу не обнаруживается. А по-настоящему доверчивые лица и после свершившегося ни за что не могут предположить, что их попросту использовали. Поэтому будьте всегда настороже, сохраняйте трезвый ум, крепкие нервы, меньше чувств и больше холодного расчета. К сожалению, только так можно противостоять врагам, которые часто скрываются под личинами добрых приятелей, знакомых, и особенно много их среди друзей. Вернее среди тех, кто стремится всяческим образов навязаться к вам в друзья, заискивая, угождая, и проч. Не поддавайтесь на провокации. Манипулятор это как лакей -- сначала кланяется, а при случае с удовольствием обманет. А наиболее искусные манипуляторы могут походить и на дрессированных тигров. Будут прыгать через горящий обруч, давать себя гладить, показывая свою покорность и пресмыкаясь перед вами, а когда полностью усыпят вашу бдительность -- загрызут без зазрения совести. Враг он и есть враг. Но враг еще опасней, если до поры до времени скрывается под личиной друга или всячески норовит показать свою слабость и беспомощность. И еще хорошо, если обман вскрылся сразу, и вы не успели привыкнуть к такому человеку. Но иной раз враг таится, выдавая себя за вашего сторонника. А если это хитрый враг-манипулятор, то и действует он осторожно, потихоньку "отщипывая куски от пирога". И может пройти много времени, прежде чем становится понятно, что нас обманывали. Обман и ложь -- это достаточно характерно для манипуляторов. Если что-то отняли у вас силой -- это не манипуляция. А если вы сами что-то отдали, да еще чуть ли не упрашивали, чтобы у вас взяли -- вот это уже похоже на манипуляцию. По крайней мере, манипуляторы действуют именно так. Они ни за что не заявят, что то, что имеется у вас, им необходимо. Но своим видом, словами, действиями, повадками и проч. будут показывать, незримо намекая, пока, наконец, вы сами не сообразите из-за внутренней порядочности, что другой человек нуждается в том, что есть у вас, и отдалите ему это, да еще уговорив, чтобы взял. Он возьмет, еще бы. Но при этом разыграет целый спектакль, и у вас еще возникнет чувство вины за то что вы не отдали это ему раньше. Ну а после, когда обман обнаружится... Если разобраться, кто сможет сейчас вспомнить всех, с кем мы общались 5-10-20 лет назад. С кем как будто дружили. Вряд ли вспомним всех. Потому что прошло время. Со временем все проходит, говорил библейский царь Соломон. Поэтому и ваши нынешние страсти, через 20-30 лет потеряют свой накал, а скорее всего и совершенно забудутся. Так стоит ли тогда и сейчас переживать? Может, если уж произошло, забыть. А еще лучше, по возможности быть бдительным, обезопасивая себя от вмешательств в подсознание с целью навязывания вам чужой воли. Воли манипулятора. По сути врага. И что уж точно -- не друга.

А кому-то из манипуляторов и вовсе нужен лишь миг. Они все сделают, чтобы хотя бы на миг вы почувствовали к ним особое очарование, и стали уверены что все, что есть у вас, вам не принадлежит, вам не нужно, вам даже мешает. Через миг вы просветлеете, сознание вновь придет в норму. Но этого мига, пока вы пребываете в измененных, или ссуженных состояниях сознания, достаточно чтобы манипулятор присвоил ваше добро. Манипуляторам, этим врагам в человечьей шкуре, действительно этого будет достаточно. Потому что схватят они то что хотели, и бежать. И не настигните вы их, трудно будет настигнуть, потому что опасны эти люди на самом деле, и может в иных случаях даже лучше отдать им все что просят, и больше не связываться с ними. Потому что осуществление обмана против вас будет в таких случаях хоть какой-то гарантией, что на какое-то время (если повезет -- навсегда) эти манипуляторы будут вас избегать. Да и то что произойдет, для вас, быть может, тоже в какой-то мере окажется полезным. Ибо, во-первых, вы избавитесь от замаскировавшегося под друга врага, а во-вторых, в другой раз будете осторожными. А манипуляторам придется с каждым разом повышать свое криминальное мастерство. Но и без этого манипуляторам приходится работать над собой вдвойне, потому что для удачного осуществления, их схемы обмана должны быть выверены до мелочей, а сами манипуляторы должны быть как минимум на порядок выше "жертвы" по интеллектуальному уровню. Иначе ничего не получится. Их обман быстро раскусят. А при случае еще и побьют.

Но верно одно: эти люди в большинстве своем уже не исправятся. Они будут приспосабливаться, всячески мимикрировать в поисках новых удачных схем обмана. Но не исправятся. Потому что это их жизнь. А исправить их может только смерть. Но манипуляторы обычно всегда как-то по-особенному живучие...

Подверженность манипулированию

Рассматривая вопрос возможности манипуляций, мы должны говорить и о том, что существует определенная категория людей, которые как бы излишне изначально подвержены манипулятивному воздействию.

Кто эти люди? Это определенная категория индивидов, исключительно честных по своей природе, которые привыкли видеть в окружающем мире только хорошее, которые привыкли доверять людям, и которые сами по себе очень мирные и добросердечные, чтобы видеть в первом встречном врага (притом что манипуляторы чаще всего как раз и выступают в роли этих самых "первых встречных", быстро входят в доверие, становятся чуть ли не близкими друзьями или родственниками, а после того как притупили бдительность -- обманывают и исчезают).

Стоит заметить, что большинство подверженных манипуляциям людей населяло бывший Советский Союз, какая-то часть их еще до сих пор остается в провинции, заметно меньше их (почти не осталось) в крупных городах-мегаполисах, и особенно почти нет в двух столицах России.[88] В свое время (после Перестройки и особенно после 1991 года) таких людей всячески высмеивали, ставя в укор устарелость их взглядов, тогда как весь вопрос заключался в том, что молодость и взрослая жизнь таких людей прошла при одном режиме власти, а после внезапно пришли новые экономические отношения с демократическим уклоном, и надо было срочно "перестраиваться" (от слова Перестройка).. А "перестроиться" тогда почти в большинстве случаев означало стать спекулянтом и расхитителем социалистической собственности. Что по вполне понятным причинам такие люди сделать не могли, ибо их не так воспитывали[89]. Зато могли другие, бывшие комсомольцы, фарцовщики и спекулянты, которые всегда с особой долей условности воспринимали эпоху развитого социализма (или, по мнению ряда исследователей -- коммунизма[90]), а потому вовремя среагировали на ситуацию, и "перестроились", оставив позади более честных собратьев, в большинстве случаев обобрав этих самых собратьев до нитки.

Мы еще раз обратим внимание: в большинстве своем люди, подверженные к манипуляциям, очень честные люди. А манипуляция против них становится возможной в случае, если враг-манипулятор использует неосведомленность таких людей в каких-то вопросах. Во все времена было известно: вооружен -- значит защищен. Вооружен знаниями, а значит и защищен против манипуляторов, из которых состоит практически каждый второй, а еще вернее -- каждый гражданин любой страны, ибо манипуляция начинается в раннем возрасте, когда ребенок замечает, что свои хныканьем сподвигает родителей или воспитателей на выполнение каких-то действий, необходимых (выгодных) ему. Вот вам и простейший пример манипуляции. Когда ребенок вырастает -- становится взрослым, он просто выбирает другие средства для того, чтобы заставить других выполнить свои условия, и зачастую ведь выполняют. А если выполняют, значит манипуляция осуществилась, мозг манипулятора получил соответствующий сигнал, который передается в сознание (а заодно и в подсознание) уже в виде установки, ну и дальше нечто подобное уже может осуществляться как бы бессознательно. Образуется что-то вроде условного рефлекса. Манипулятор, после удачно проведенной манипуляции, закрепляет свой успех. И уже становится неисправимым негодяем по жизни.

Однако, не все так просто. Если рассматривать вопрос индивидов, подверженных к манипулированию, то мы должны говорить, что в иных случаях они сами провоцируют нечто подобное, своим поведением, например (по типу как провоцировала бы инстинкты местного контингента зашедшая в притон подвыпившая девица в мини-юбке). Люди подверженные манипулятивному воздействию, это в большинстве своем достаточно доверчивые люди. В большинстве это интеллигенция. А отличительной чертой интеллигентности со времен Достоевского и Толстого было "непротивление злу насилием". И вот тут то и оказывается, что те, кто проповедует подобный взгляд на жизнеустройство -- в первую очередь и оказываются под прицелом манипуляторов как раз вследствие своей исключительной беззащитности.[91] А значит и доверчивости. Ведь добродушного человека намного легче "облапошить". Наличие доверчивости у таких людей словно располагает к совершению против них манипуляций. Как, например, следует говорить о неких индивидах, которые то ли внешностью, то ли складом характера, а скорее всего и помимо перечисленного еще чем-то, уже как бы бессознательно располагают преступников к совершению против них преступлений. Как это ни печально. И люди становятся черствыми, потому как в современной России это почти единственная форма выживания и адаптации в новом демократическом обществе. При этом мы не такие уж противники демократии. Но демократия демократии рознь. Например форма демократии в США -- это действительная свобода (когда министра могут снять с должности увидев его с проституткой). А в нашей стране -- еще и вас посадят за то что вы увидели что вам не полагается.

Таким образом мы вполне можем говорить о существовании определенной категории индивидов, которые всей своей внутренней сущностью словно располагают против себя, бессознательно вынуждая к совершению против них преступного умысла. Причем здесь, по-видимому, мы действительно должны говорить о некой бессознательности совершения подобного. Под юрисдикцию оправдания в судебной практики, конечно, подобная форма задействования подсознания не подпадает (это не состояние аффекта); но если подходить к вопросу с позиции наличия в психике индивида сознания и подсознания, то в этом случае следует обратить внимание, что обвиняемую сторону в этом случае вполне можно признать как бы и не виновной. Ну разве что виновной в том, что сознание на этот момент у такого индивида отключилось настолько, что он не смог сдержать внутреннего позыва посягнуть на другого индивида, уже получается вынудившего его своим внешним видом к манипуляциям, то есть к обману. При этом следует заметить, что здесь достаточно тонкая грань, и по всей видимости в реальности доказать что-либо подобное будет весьма затруднительно (а может и невозможно). Но уже то, что подобный факт существует в природе, как бы говорит за себя. Хотя и, опять же, если провести параллель между бессознательными желаниями, возникающими в подсознании, и их реальным воплощением, то следует заметить, что как минимум больше половины подобных желаний уголовно наказуемо. Потому и существует в психике такая инстанция как цензура, функция которой как раз -- не пропускать в сознание негатив, прорывавшийся из подсознания. В случае же, если цензура психики по каким-то причинам не справляется с отведенной ей ролью (подобное возможно в результате нахождения индивида в измененных состояниях сознания), тогда обычно и становятся возможны преступления против личности, различного рода убийства да изнасилования.

Если остановиться на цензуре психики, то следует обратить внимание, что, по мнению Фрейда (1992), как раз наличие в психике цензуры служит причиной различного рода неврозов, потому как симптоматику последние провоцирует в т.ч. и культура, т. е цивилизованность. В своей программной работе "Недовольство культурой" Фрейд отмечал что: "Удовлетворение влечений дает нам не только счастье, оно представляет собой и первопричину тягчайших страданий, когда внешний мир отказывает нам в удовлетворении потребностей и обрекает на лишения. Поэтому можно надеяться на освобождение от части страданий путем воздействия на эти влечения. Такого рода защита от страданий направлена уже не на аппарат ощущений, она желает подчинить внутренние источники потребностей"[92]. Понятно, что в таком случае индивид как бы обязан держать в узде проявление своих чувств (животных инстинктов). А любого рода запрет вызывает различного рода невротические зависимости. Вопрос, что кому-то удается с этим бороться, а кому-то нет. Те, кто борется, чаще всего сублимируют свои бессознательные желания во что-то положительное, помогающее хотя бы просто отвлечься от предмета страсти. Тогда как тем, кому не удается -- совершают преступления против личности другого. Однако с развитием цивилизации -- как раз большинству удается. Например, в то же творчество. "Другая техника защиты от страданий, -- писал Фрейд[93], -- пользуется смещениями либидо, доступными нашему душевному аппарату. Благодаря этому его функционирование становится более гибким. Задача состоит в такого рода смещении целей влечений, чтобы они не сталкивались с отказом со стороны внешнего мира, чему способствует сублимация влечений. Человек достигает больше всего, повысив уровень наслаждения от психической и интеллектуальной работы. Тогда судьба мало чем может ему повредить. Такое удовлетворение, как, например, радость творчества художника при воплощении образов своей фантазии или радость ученого при решении проблем и познании истины...".

Фрейд (2003) также обращал внимание, что подобная форма защиты доступна немногим, а лишь избранным индивидам. Тогда как у тех, кто не хочет удовлетворять свои бессознательно-первобытные инстинкты, и при этом не может сублимировать их, возможно развитие психического заболевания, заключающегося посредством воссоздания для себя вымышленного мира. "Отшельник отворачивается от мира, -- писал Фрейд[94], -- он не хочет иметь с ним дела. Но можно подвигнуться на большее, можно возжелать переделать мир, создать вместо него другой, в котором были бы уничтожены самые невыносимые его черты -- они заменяются на другие, соответствующие нашим желаниям. Тот, кто в отчаянном бунте становится на этот путь, как правило, ничего не достигает -- действительность слишком сильна для него. Он становится безумцем и чаще всего не находит себе помощников в попытках реализации своих иллюзий. Впрочем, можно предположить, что у каждого из нас есть свой "пунктик", и мы ведем себя подобно параноику, желая своими мечтаниями исправить ту или иную невыносимую сторону мира, привнося свои иллюзии в реальность". Обратим внимание, что как раз в религии Фрейд видит некую массовую иллюзию, которая защищает индивидов в их представлении от тягот окружающего мира.

Прослеживая вопрос важности культуры, Фрейд (1989) отмечает что "элемент культуры присутствует уже в первой попытке урегулировать социальные отношения. Не будь такой попытки, эти отношения подчинялись бы произволу, т. е. устанавливались бы в зависимости от интересов и влечений физически сильного индивида. Ничто не изменилось бы от того, что этот сильный индивид в свою очередь столкнется с еще более сильным. Совместная жизнь впервые стала возможной лишь с формированием большинства -- более сильного, чем любой индивид, и объединившегося против каждого индивида в отдельности. Власть такого общества противостоит теперь как "право" власти индивида, осуждаемой отныне как "грубая сила". Замена власти индивида на власть общества явилась решающим по своему значению шагом культуры. Сущность его в том, что члены общества ограничивают себя в своих возможностях удовлетворения влечений, тогда как индивид не признает каких бы то ни было ограничений"[95]. Другими словами, Фрейд (1995) как бы предполагает сдерживание первобытных инстинктов индивидов посредством роста культуры, причем культура в данном случае пропорциональна росту цивилизации.

В другой своей работе, "Будущее одной иллюзии", Фрейд замечает, что "...создается впечатление, что культура есть нечто навязанное противящемуся большинству меньшинством, которое ухитрилось завладеть средствами власти и насилия"[96]. И далее "... всякая культура вынуждена строиться на принуждении и запрете влечений... Надо... считаться с тем фактом, что у всех людей имеют место деструктивные, то есть антиобщественные и антикультурные, тенденции и что у большого числа лиц они достаточно сильны, чтобы определить собою их поведение в человеческом обществе"[97].

Предполагая, что важным для существования культуры является возможность убедить людей жертвовать слепым удовлетворением страстей ради культуры, Фрейд находит истоки зарождения и прослеживает возможности существования культуры, полагая, что: "Как нельзя обойтись без принуждения к культурной работе, так же нельзя обойтись и без господства меньшинства над массами, потому что массы косны и недальновидны, они не любят отказываться от влечений, не слушают аргументов в пользу неизбежности такого отказа, и индивидуальные представители массы поощряют друг в друге вседозволенность и распущенность. Лишь благодаря влиянию образцовых индивидов, признаваемых ими в качестве своих вождей, они дают склонить себя к напряженному труду и самоотречению, от чего зависит существование культуры"[98].

По мнению Фрейда (1989), когда культура начала отход от первобытного состояния, тогда и стали появляться нормы, запреты, ограничения. Причем, оказывается, замечает Фрейд, что до конца эти первобытные желания не были изжиты из психики. И особенно чувствительны к ним невротики, "которые уже и на эти отказы реагируют асоциальностью. Речь идет об импульсивных желаниях инцеста, каннибализма и кровожадности". Причем, как полагает Фрейд, "отношение культуры к этим древнейшим импульсивным желаниям никоим образом не одинаково; лишь каннибализм представляется всеми отвергнутым и, для неаналитичного рассмотрения, вполне преодоленным; силу инцестных желаний мы ещё можем почувствовать за соответствующим запретом; а убийство нашей культурой при определенных условиях до сих пор практикуется, даже предписывается"[99]. Фрейд считал, что так происходило потому, что психика индивида не развивалась с древних времен в такой мере, как это наблюдалось на примере прогресса науки и техники, и "сегодня все ещё такая же, как в начале истории"[100].

"Мы можем здесь привести один пример этого психического прогресса, -- пишет Фрейд[101]. -- Наше развитие идет в том направлении, что внешнее принуждение постепенно уходит внутрь, и особая психическая инстанция, человеческое сверх-Я, включает его в число своих заповедей. Каждый ребенок демонстрирует нам процесс подобного превращения, благодаря ему приобщаясь к нравственности и социальности. Это усиление сверх-Я есть в высшей степени ценное психологическое приобретение культуры. Личности, в которых оно произошло, делаются из противников культуры её носителями. Чем больше их число в том или ином культурном регионе, тем обеспеченнее данная культура, тем скорее она сможет обойтись без средств внешнего принуждения. Мера интериоризации, однако, очень различна для отдельных запретов. В отношении вышеупомянутых древнейших требований культуры интериоризация, если оставить в стороне досадные случаи неврозов, похоже, в значительной мере достигнута. Ситуация меняется, когда мы обращаемся к другим импульсивным желаниям. С изумлением и тревогой мы обнаруживаем тут, что громадное число людей повинуется соответствующим культурным запретам лишь под давлением внешнего принуждения, то есть только там, где нарушение запрета грозит наказанием, и только до тех пор, пока угроза реальна. Это касается и тех так называемых требований культуры, которые в равной мере обращены ко всем. В основном с фактами нравственной ненадежности людей мы сталкиваемся в этой сфере. Бесконечно многие культурные люди, которые отшатнулись бы в ужасе от убийства или инцеста, не отказывают себе в удовлетворении своей алчности, своей агрессивности, своих сексуальных страстей, не упускают случая навредить другим ложью, обманом, клеветой, если могут при этом остаться безнаказанными, и это продолжается без изменения на протяжении многих культурных эпох".

Фрейд (1992) доказывает, что необходимость соблюдения культурных запретов -- вынужденная необходимость. Что на самом деле, дай волю, большинству индивидов проще положиться на те первобытные желания, которые исходят у них изнутри, прорываются из подсознания, и что как раз удовлетворение подобных желаний есть как избавление от страданий, так, собственно, и недопущение зарождения симптоматики невроза. Однако уже тут перед нами предстает достаточно тонкая грань, скорей всего подпадающая под юрисдикцию совести, да и вообще ответственности индивида перед обществом, потому как известно, что само нахождение внутри социума предполагает соблюдения определенных норм и запретов, т.е. системы ценностей, которые формируются практически у любого индивида, живущего в рамках цивилизации. Тогда как известно, что маргинально настроенные сограждане (причем таковые всегда будут в рамках любого цивилизованного общества) не стесняют себя рамками обязательств, данных обществу. И быть может как раз в душевном плане пребывают в несколько выигрышном положении.

Мы подошли к достаточно серьезной проблеме современного капиталистического общества. Известно, что богатство как таковое -- предполагает и рост (чуть ли не одновременный с ростом доходов) неврозов. Причем оказалось так, что одно как бы уже не может существовать без первого, кроме как не находясь по отношению к нему в невротической зависимости. И вызвано развитие невроза, прежде всего, тем обстоятельством, что индивид, которому стало что терять, как раз опасается потерять это. В нем рождается страх. Страх приводит к ожиданию свершения того, что боимся. А ожидание как раз и вызывает невротическую зависимость, потому как дабы избежать ее, необходимо не бояться потерять доходы, что может получиться лишь у незначительного процента людей, потому как известно, что психика индивида стремиться во что бы то ни стало удержать завоеванное. К тому же не вызывает сомнения тот факт, что при повышении жизненного статуса у индивида происходят изменения сознания. Его психика уже с иных позиций оценивает происходящее вокруг. И на какие-то старые обстоятельства она уже не реагирует так, как то могло бы быть ранее. При этом мы можем говорить о том, что в данном случае оказывается как раз весьма важно то, что скрывалось доселе в подсознании такого индивида. Ведь, как известно, любая информация, которая нами была когда-то услышана или увидена, откладывается в подсознании (бессознательном). При этом почти совсем не важно, что лишь незначительная часть проходит через сознание. Следует заметить, что когда это будет необходимо, та часть информации, которая раньше оказалась скрыта (в бессознательном) окажется в сознании. А значит, индивид сможет использовать эту информацию в том ключе, который тоже появится перед ним, и скорей всего бессознательно.

Действительно, информация, хранившаяся в подсознании индивида, впечатляет по своим размерам. Тут можно, конечно, заметить, что речь идет об индивидах, которые всячески стремятся пополнить копилку бессознательного психики. Что для этого необходимо? Читать, слушать, смотреть. Телевидение, книги, кино, -- все это является средствами подобного рода "пополнением". Суда же следует включить наблюдение в жизни. Т.е. окружающая среда также является фактором, работающим в обозначенном нами ключе пополнения информации. И не важно, что часть информации, как кажется индивиду, не усвоилась. Фактор усвоения рассматривается только через призму сознания. Тогда как хорошо известно, что необязательно (да и не бывает так), чтобы вся информация, полученная индивидом, пребывала в сознании. Но то, что она откладывается в памяти -- несомненно. А значит, когда это будет необходимо, окажется извлеченным из памяти, и окажется в сознании.

Говоря о связи богатства и невроза, развитие посредством обретения первого -- второго, мы должны отметить, что фактически само богатство тут можно понимать несколько шире. Например, если разобраться в вопросе что такое богатство в психологическом плане, то мы можем заметить, что богатство есть то, что подавляющее большинство индивидов боится потерять. Отсюда -- страх утраты. А страх утраты это уже ничто иное, как следствие развития какой-либо из форм невротической зависимости. Вспомним, что писал Фрейд о симптоматике невроза. "...исследование истериков и других невротиков приводит нас к убеждению, -- отмечал проф. Фрейд[102], -- что им не удалось вытеснение идеи, с которой связано несовместимое желание. Они, правда, устранили ее из сознания и из памяти и тем, казалось бы, избавили себя от большого количества неудовольствия, но в бессознательном вытесненное желание продолжает существовать и ждет только первой возможности сделаться активным и послать от себя в сознание искаженного, ставшего неузнаваемым заместителя. К этому-то замещающему представлению вскоре присоединяются те неприятные чувствования, от которых можно было считать себя избавленным благодаря вытеснению. Это замещающее вытесненную мысль представление -- симптом -- избавлено от дальнейших нападений со стороны обороняющегося Я, и вместо кратковременного конфликта наступает бесконечное страдание. В симптоме наряду с признаками искажения есть остаток какого-либо сходства с первоначальной, вытесненной идеей, остаток, позволяющий совершиться такому замещению".

Следует заметить что люди, склонные к неврозу, интересуют манипуляторов всегда в первую очередь, потому как любая невротическая зависимость это как бы уже нарушение между сознанием и бессознательным. Невротик не отдает полный отчет реальности в том плане, что он, в отличие от психотика, если и находится в этой самой реальности, то в силу развития своего заболевания (даже если только находится в пограничной стадии) вынужден заботится в первую очередь о том, чтобы его не слишком тревожил внешний (окружающий) мир, стремясь больше находиться в мире собственном, внутри себя, внутри своей души, другими словами. В то время как манипулятор, являясь представителем внешнего мира, вызывает в случае общения с невротиком дисбаланс в душе последнего, потому тот как бы и стремится поскорее выполнить волю манипулятора, и все только для того, чтобы его оставили в покое. Следует обратить внимание на данное обстоятельство: невротик всеми силами стремиться остаться наедине с собой. Помимо невротика, подобного обычно желает индивид, находящийся по каким-либо причинам в состоянии ИСС (измененные состояния сознания). Известно, что помимо внешних факторов вхождения в подобное состояние (алкогольное и наркотическое опьянение), существует целый ряд сопутствующих обстоятельств, из-за которых в душе индивида может наступить временный душевный кризис, или попросту дисбаланс психики. Что, заметим, почти всегда и нужно манипуляторам, потому как уже не вызывает сомнений, что в таком состоянии любой индивид весьма восприимчив к разного рода информации (потому как нарушается цензура психики, и наступает временная потеря или снижение контроля сознанием). Другими словами, получается так, что манипуляторам весьма необходимы те, у кого по каким-то причинам наблюдается дисбаланс психики (не путать с помешательством рассудка, речь о патологии в данном случае не идет). И вот как раз в таком состоянии, характеризующейся значительной восприимчивостью психики, манипулятор может достаточно легко протолкнуть какие-либо свои идеи, направленные, в конечном итоге, на совершение акта манипулятивного воздействия против лица, находящегося в состоянии измененного состояния сознания, или, другими словами, проведения манипуляции[103].

В подобное состояние помимо прочего индивида можно ввергнуть путем нарушения спокойствия его внутренней жизни. То есть мы можем заметить, что психика практически любого индивида находится в некой гармонии между миром внешним (окружающей средой) и миром внутренним. Тогда как прерогатива в подобных отношениях, как бы то, что ближе индивиду, является внутренний мир. Это уже позже он находит различные способы защиты для противостояния (защиты) своей психики -- контакту с внешним миром. Одним из способов такой защиты является, например, т.н. маска.

Известно, что практически у каждого индивида существуют определенные модели поведения в различных ситуациях. Это уберегает его психику от чрезмерных потрясений. Кроме того, почти каждый индивид носит определенную маску при контактах с внешним миром. Маска -- это своего рода некий вымышленный образ, который, по бессознательному мнению индивида, обезопасивает его психику при контактах с внешним миром. У иных индивидов можем быть несколько масок. Но в целом не вызывает сомнений, что внутри каждого из нас есть свой определенный сформированный образ того, каким мы на самом деле должны быть, и пусть это в какой-то мере обман, но именно этот обман позволяет индивиду в большинстве случаев безболезненно общаться с внешним миром. Можно даже сказать -- противостоять этому миру. И уже совсем не важно (это как бы отходит на второй план) каков этот окружающий мир на самом деле. Пусть даже он будет каким угодно, психика индивида как раз и вырабатывает механизмы защиты (типа вышеупомянутой маски), предохраняющей психику от различного рода негативного воздействия. При этом сам индивид может подстраиваться таким образом под внешнюю среду. Или в зависимости от того, каким его "хотят видеть" (что более сложно), или же просто учитывая внешние обстоятельства, выдавать ту модель поведения, при которой на его взгляд для его психики (да и вообще жизни) будет введен механизм "наибольшего благоприятствования".

Разобрав вопрос индивидов, склонных к манипулированию, мы должны коснуться и вопроса манипуляторов. Ведь по всему это не совсем обычные люди. Что же характеризует манипуляторов? Какие есть у них особые черты, которые позволяют им воздействовать на психику других, получая свою выгоду?

Мы заметили, что манипулятор получает ту или иную выгоду от претворения в жизнь своих намерений. Вероятней всего следует говорить о том, что в большинстве случаев манипулятор действительно руководствуется в выстраиваемых им отношениях с другими какой-либо выгодой, необходимой, прежде всего, ему, и совсем не обращая внимание на то душевное состояние, которое будет являть после этого психика объекта, на которого была направлена манипуляция. Также верно то, что сам по себе манипулятор может являть или пример лидера, и явно пользовать этим качеством собственной игры (маски), или же наоборот, демонстрирует пример внутренней забитости, и опять же через сострадание к нему добивается своего. На самом деле любая немощность здесь все та же игра. Разыгрывая подобного рода слабость, манипулятор добивается жалости со стороны выбранного им объекта манипуляции, а также явно пользуется своей мнимой слабостью для управления психикой другого, потому как известно, что в межличностных отношениях на передний план выступает барьер критичности, помогающий одному индивиду оценивать другого, пропуская получаемую информацию из внешней среды через призму сознания. Тогда как в случае, если перед нами некий "немощный" объект, то в этом случае происходит как бы недооценка противника, что обычно приводит к поражению. Ну а манипулятор, таким образом, за счет разыгрывания слабости, явно добивается своего и управляет другими посредством манипуляций. Кроме того, манипулятор, это человек, который, вероятно, в большей, чем кто-либо, степени прислушивается к своему бессознательному. Потому как известно, что главенствующую роль в психике индивида занимает именно бессознательное (подсознание). Как по объему находящейся там информации (миллиарды гигабайтов), так и по характеру выдаваемых решений. А значит при возникновении какой-либо критической ситуации, индивид, который полагается на собственное подсознание, выйдет победителем в гораздо больших случаях, нежели чем его оппонент, полагающийся исключительно на сознание. Сознание в таком случае обычно не очень надежно; уж слишком много факторов способно воздействовать на него. Ну и как мы уже заметили, каким-то образом опытные манипуляторы почти безошибочно всегда находят свои жертвы. Да и последние оказываются настолько восприимчивы к воздействию на их психику, что им словно бы ничего иного и не остается, как подчиняться. Хотя и, вероятно, следует отделять от т.н. профессиональных манипуляторов (тех, кто в силу специфики устройства собственной психики вынужден применять искусство манипуляций чуть ли не ежедневно) -- любителей, или полу любителей (тех, кто лишь периодически пробует оказать манипулятивное воздействие на психику другого индивида; и естественно, выбор их возможной "жертвы" зачастую происходит хаотично, что предполагает ошибки, когда "жертва" может, как в случае нападения Шуры Балаганова и Паниковского на подпольного миллионера Корейко, окажет сопротивление, а то и побьет).

Вероятное отличие профи-манипуляторов от манипуляторов-любителей следующее. Профессиональные манипуляторы становятся таковыми в первую очередь вследствие устройства собственной психики, не позволяющей им жить иной жизнью. Тогда как манипуляторы, принадлежащие к классу "любителей", это те, кто пользуется манипуляциями время от времени, а значит особо не рассчитывая на результат; хотя и можно заметить, что при повторяемости положительных результатов (т.е. проведения удачных манипуляций) есть вероятность, что манипуляторы-любители перейдут в следующую категорию, пополнив ряды манипуляторов профессиональных. Причем, следует понимать, что профессионализм зачастую только номинально может быть связан с работой. Скорей всего своими способностями управления волей других такие люди пользуются как бы в личных целях, например для повышения собственного социального статуса, или же в целях действительно личных, например, для того, чтобы влюбить кого-то в себя с различными, заметим, целями. Но при этом роднит любую категорию манипуляторов -- непременное желание воздействовать на психику других с целью получения каких-либо выгод. Причем выгоды могут носить как материальный характер, так и просто являть собой стремление к повышению собственной самооценки, что, как известно, всегда весьма благосклонно отзывается в душе такого индивида, ибо посредством обретения подобного рода побед формируются в подсознании правильные установки и паттерны поведения, которые позволяют безошибочно выходить победителем в последующих сражениях. Ведь жизнь -- это непременное общение индивидов друг с другом. А общение -- почти всегда борьба, стремление одержать победу в споре; поэтому жизнь -- это еще и извечное противостояние одних индивидов другим с целью решения каких-либо собственных проблем да вопросов. При этом некоторые вопросы могут исключительно базироваться в бессознательном (являя пример, например, комплексов), и только оттуда управлять сознанием такого индивида, который, заметим, уже будет использовать манипулятивные методики для отыгрывания собственных невротических состояний, а равно для удовлетворения желаний собственной души.

Возвращаясь к вопросу индивидов, склонных к осуществлению против них манипуляций, стоит говорить о том, что существует те, кто ни при каких условиях не допустит против себя наличия манипулятивного воздействия. Причем, помимо профессиональных манипуляторов и психологов, такими индивидами могут быть просто опытные люди, "прошедшие жизнь", или в силу специфики собственной жизни общавшиеся с большим количествам различных людей. Заметим, что весьма эффективными навыками обладают некоторые профессиональные преступники, особенно те, кто имел длительные срока нахождения в тюрьмах и лагерях. Сама по себе уголовная среда уже предполагает выживание как сильнейших (они становятся "авторитетами"), так и тех, кто, играя на слабостях других -- тоже находит свое место в жизни за решеткой. Хорошо известно, что как раз в том мире, где в замкнутом пространстве находится значительное количества мужчин или женщин, выжить уже само по себе не просто. Тут явно вычерчиваются все пороки, которыми наделена душа человека, поэтому любой обман становится сразу заметен, и весьма наказуем. Те же, кто сумел выжить в таких условиях -- наделяются бесценным опытом общения с индивидами посредством обретенных психологических навыков. И т.н. "вор в законе", отсидевший десятки лет в закрытых учреждениях пенитенциарной системы, по своему знанию человеческой психике -- иной раз намного превышает знания профессора психологии, не имевшего такого опыта выживания, где за каждую ошибку ставят не двойку -- а бьют заточкой под ребра или опускают[104].

Последствия воздействия на психику

Среди последствий в результате как атаки манипуляторов, так и направленности самой атаки, пожалуй, следует выделить три, наиболее характерных[105]: невроз (невротическая зависимость, симптоматика невроза), чувство вины, и страх. Далее следуют все остальные.

Рассмотрим невроз и чувству вины -- как факторы предрасположенности к началу манипуляций.

Невроз.

При манипулировании происходит воздействие на психику с целью провокации невротической зависимости. Следует обратить внимание, что невроз, пожалуй, одно из самых печальных аспектов возможности манипуляции. В той или иной мере неврозу подвержена психика практически всех без исключения индивидов. Вопрос в том, что у кого-то невротическая зависимость проявляется в меньшей степени, и он может с ней бороться, а у кого-то невроз вызывает пограничные состояния. Ну и третья категория поистине несчастных людей вынуждена существовать с неврозом, мучиться, страдать, и фактически подстраивать жизнь под эту сильнейшую форму психической зависимости.

Сами по себе неврозы оказывают весьма удручающее воздействие на психику индивида, подавляя его волю, и заставляя идти на поводу собственного невротического конфликта, разраставшегося в психики данного индивида. Фрейд (2003) полагал, что подобный конфликт возникает вследствие противостояния "Я" и "Оно". Рассматривая природу возникновения невроза, а также различая неврозы между собой, Фрейд писал: "...неврозы перенесения возникают благодаря тому, что Я не хочет воспринять мощного побуждения влечений, существующих в Оно, и не хочет оказать содействия моторному отреагированию этого побуждения, или же это побуждение неприемлемо для объекта, который оно имеет в виду. Я защищается от него с помощью механизма вытеснения; вытесненное восстает против своей участи и, пользуясь путями, над которыми Я не имеет никакой власти, создает себе заместительное образование, которое навязывается Я путем компромиссов, т. е. симптом. Я находит, что этот непрошеный гость угрожает и нарушает его единство, продолжает борьбу против симптома подобно тому, как оно защищалось от первоначального побуждения влечений, и все это дает в результате картину невроза".

По мнению Фрейда (2003), невроз является бегством от реальности, а при неврозах перенесения Я находится во взаимодействии со Сверх-Я и реальностью, и попадает в конфликт с Оно. Таким образом, получается, что невроз для психики индивида служит своего рода спасением от угрожающей окружающей действительности. Поэтому в случае манипуляций происходит провокация некой невротической агрессии, в результате которой в психике индивида происходит конфликт между сознанием и реальностью, и как следствие такого конфликта -- различного рода отрицательные процессы (депрессия, беспокойства, психосоматика, и т.п.).

Мы уже говорили, что неврозу подвержены не только явные невротики (т.е. больные люди), или индивиды, находящиеся в пограничных состояниях психики, но и практически каждый человек в той или иной степени предрасположен к невротическим зависимостям. Вопрос только в том, что кому-то удается отыгрывать подобные состояния посредством, например, сублимации,[106] или какого иного рода трансфера психической энергии с психики на посторонний объект, или же, например, замещать развивающийся в душе (в психике) негатив чем-либо, после чего симптоматика уже не проявляется так остро. Хотя и подобного рода способы освобождения от невроза возможны в редких, и может даже исключительных случаях. Большинству индивидов все же приходится страдать.

Невроз негативно отражается на деятельности индивида, так как походит на дополнительный груз, который невротик вынужден все время волочить за собой. В какой-то мере невротические зависимости могут исчезать в домашней обстановке, когда индивид оказывается наедине с собой. Однако так в большинстве случаев происходит, если следствием наличия невроза является страх, выражающийся, например, в боязни контактов с другими людьми. В то время как следует заметить, что одним из способов защиты в таком случае может являться нахождение индивида в толпе, так как в толпе происходит слияние индивидов в единую массу, а значит один как бы чувствует невольную поддержку другого (вот почему в толпе даже слабые духом индивиды способны на мнимые подвиги или провокации; они знают что, во-первых, уверены в собственной безнаказанности и защищенности).[107]

Если затронуть вопрос поведения индивида в толпе в применении избавления от невроза, то еще раз заметим, что такие индивиды чувствуют всю силу и мощь толпы, которая сможет при случае за них заступиться, а потому при нахождении в массе, даже у индивидов-невротиков могут наблюдаться черты, раннее им как бы не свойственны. Например, таких индивидов может переполнять уверенность и даже излишняя самоуверенность. Тогда как, оставаясь один на один (с собой или с другими индивидами), невротики явно в большей мере демонстрируют свою забитость и ущербность. При этом мы должны говорить о ложном характере таких индивидов (невротиков) в сравнении с тем, когда они находятся в толпе и наедине с собой. Одной из форм избавления от невроза (любое подобное избавление, впрочем, носит временный характер) является почти обязательное периодическое посещение такими людьми мест массового скопления людей; причем желательно, чтобы все эти люди представляли не хаотичную толпу, а были связаны опосредованными связями, имели общую цель, или хотя бы таковую в перспективе (например, футбольный матч -- на стадионе). К тому же следует говорить о толпе не только подчиненной общей идеей, но и толпе, представляющей из себя большое количество индивидов, которые в обычной жизни ничем друг с другом не связаны, и многие из них в другой раз уже не встретятся. Кроме того, рассматривая вопрос снятия невротической зависимости, следует заметить, что в современных условиях невротическая зависимость может исчезать и в результате контактов, например, в интернет сети, а не только посредством общения в виде традиционной формы разговора (т.е. общения индивидов посредством речи). Причем в последнее время увеличивается возможность общения через контакты в сети (помимо собственно переписки через е-майл, это может быть общение в блогах, на форумах, и т.п.). О значимости подобного общения (и уравниваемости с традиционной формой общения) говорит тот факт, что с недавнего времени за некорректное общение в интернете (блоге, форуме, проч.) распространена уголовная ответственность. Что, опять же, свидетельствует также и о массовом распространении данного вида общения.

Что значит "массовость" в подобном контексте? Это значит, что все больше индивидов снимают подобным образом свою невротическую зависимость. Что значит "значимость" в данном случае? А это значит, что среди каких-либо иных форм коммуникаций (общения) все большая часть индивидов выбирает общение посредством интернета. И даже не то чтобы общение. Пожалуй, уместней вести речь о том, что это еще и провождение времени. Не за глупыми и разрушающими психику и интеллект компьютерными играми, а за поиском новой информации, за общением с другими индивидами (естественно, если это конструктивный диалог, а не "трепотня ни о чем"). В таком случае именно позитивное общение -- есть обогащение собственного интеллекта новыми знаниями. А просто общение в сети... На наш взгляд, хотя это и несет в себе некоторое (большей частью условное) обогащение жизненным опытом, но все-таки предпочтительнее общаться с теми, кто располагает определенным запасом знаний; это во всех отношениях лучше, нежели чем вести разговор с малограмотными субъектами с ссуженным кругозором. Да, интернет становится массовым явлением. И можно предположить, что через какое-то время мы будем пожинать негативные плоды от подобной массовой вседоступности общения. И самое главное, общаясь с кем-либо помнить: любая информация откладывается в подсознании, откуда через какое-то время начинает переходить в сознание, управляя фактически жизнью индивида. Поэтому "друзей" для общения следует выбирать более тщательнее.

Вспомним еще раз, что писал Фрейд о неврозе. Как известно, Фрейд (2003) видел образование симптома невроза в том, что "какой-то душевный процесс не прошел до конца нормальным образом, так что он не мог стать сознательным. Симптом представляет собой заместитель того, что не осуществилось"[108]. Другими словами, в основе нервных заболеваний, лежат некие психические процессы, не доходящие до сознания. А значит, "смысл симптомов всегда бессознателен"[109]. И уже как следствие -- эти психические процессы были когда-либо пережиты человеком, и после чего -- благополучно забыты. Или, если быть точнее, -- намеренно забыты им. Впоследствии того, что, как писал Волошинов[110]: "...его сознание, по каким-либо причинам, или боится, или стыдиться самого воспоминания о них. Не проникая в сознание, эти забытые переживания не могут быть нормально изжиты и отреагированы (разряжены); они-то и вызывают болезненные симптомы...".

Как отмечал Иоахим Холь в работе "Невротический конфликт"[111]: "Невротический симптом является попыткой разрешения ключевого конфликта...Согласно Фрейду ключевой конфликт в жизни индивида происходит в детском возрасте... Фрейд назвал этот конфликт "Эдиповым комплексом" и считал его... "конфликтом, лежащим в основе невроза...". "Этот конфликт оборачивается неврозом[112], -- отмечает далее Холь, -- в том случае, если под давлением возросших потребностей... отказывают некогда эффективные приемы психологической переработки переживаний... выражением этого состояния являются те или иные симптомы, а на уровне переживаний -- душевные муки и страдания".

"Давайте... будем считать, -- писал Фрейд в Лекциях по введению в психоанализ[113], -- что проникновение в суть симптомов означает понимание болезни". Далее Фрейд несколько расшифровывает смысловое значение симптомов, предлагая принимать за них психические симптомы и психические заболевания. "Их главный вред, -- пишет он[114], -- заключается в душевных затратах, необходимых для их преодоления. При интенсивном образовании симптомов оба вида затрат могут привести к чрезвычайному обеднению личности в отношении находящейся в ее распоряжении душевной энергии и тем самым к ее беспомощности при решении всех важных жизненных задач...".

Фрейд (2003) находит взаимосвязь между невротическими симптомами и конфликтом, результатом которого они и являются. А причина образования конфликта заключается в том, что неудовлетворенное и отвергнутое реальностью либидо -- вынуждено искать какой-либо иной путь для своего удовлетворения. Кроме того, Фрейд допускает наличие причины, по которой симптом еще может не развиться в невроз. Это возможно в том случае, если регрессии либидо не вызывает возражений со стороны "Я". Тогда "либидо добивается какого-нибудь реального... удовлетворения. Однако, если Я не согласно с этими регрессиями, то "создается конфликт. Либидо как бы отрезано и должно попытаться отступить куда-то, где найдет отток для своей энергии по требованию принципа удовольствия". В таком случае оно должно выйти из-под влияния Я. И подобное "отступление" ему предоставляют фиксации на его пути развития, проходимом теперь регрессивно, против которых Я защищалось в свое время вытеснением. Занимая в обратном движении эти вытесненные позиции, либидо выходит из-под власти Я..."[115].

Фиксации, необходимые для подобного прорыва вытесненного, Фрейд (2003) предлагает искать в "проявлениях и переживаниях инфантильной сексуальности, в оставленных частных стремлениях и в объектах периода детства, от которых оно отказалось". В эти-то "периода детства" либидо вновь и возвращается. Т. е. Фрейд находит явную "связь либидо невротиков с их инфантильными сексуальными переживаниями". Кроме того, Фрейд (2003) предлагал выделять три формы неврозов: неврастению, невроз страха и ипохондрию. А в статьях "Об основании для отделения от неврастении определенного симптомокомплекса в качестве "невроза страха" и "Критика "неврозы страха" Фрейд соотносил то, что назвал "невроз страха" и "невроз тревоги" с накоплением сексуального напряжения не имеющего доступа в психику и остающегося в области тела. В совместной же с И. Брейером работе "Исследование истерии" Фрейд уже говорит о смешанном характере большинства встречающихся неврозов.

Также Фрейд различал детские неврозы и неврозы взрослых, полагая, что изучение первых явно способствует лучшему пониманию вторых. В работе "Анализ фобии пятилетнего мальчика" он писал[116]: "... когда приступаешь к психоанализу взрослого невротика, у которого болезнь, предположим, обнаружилась только в годы зрелости, то каждый раз узнаешь, что его невроз связан с... детским страхом и представляет... продолжение его и что непрерывная и в то же время ничем не стесненная психическая работа, начинаясь с детских конфликтов, продолжается и дальше в жизни независимо от того, отличался ли первый симптом постоянством или под давлением обстоятельств исчезал".


Чувство вины.

Известно, что в результате существования в индивиде чувства вины лежит невроз, или некая невротическая зависимость, которая и приводит к подобного рода девиациям психики. Если коснуться вопроса возникновения в природе психики индивида чувства вины, то следует обратить внимание на то, что, по мнению Фрейда (1998), высказанного им в работе "Тотем и табу", убийство первобытного отца сыновьями привело к дальнейшему раскаянию, что уже, так или иначе, вызвало чувство вины. Вины за свершенный поступок. Это и есть первоистоки происхождения чувства вины. Тогда как происхождение чувства вины у современного человека, как считал Фрейд, действует и как покаяние в уже совершенных преступлениях, так и как мера предосторожности против новых подобных (преступных) деяний. В работе "Некоторые типы характеров", Фрейд (2002) показывает, что "чувство вины возникает до поступка и не оно является его причиной, а напротив, проступок совершается вследствие чувства вины". Кроме того, Фрейд вносит еще большее понимание в чувство вины, прослеживая причину его появления у невротика. И он находит, что "... это смутное чувство вины возникло из Эдипова комплекса и является реакцией на два великих преступных намерения: убить отца и вступить в сексуальные отношения с матерью"[117]. И уже тогда, основываясь на клинической практике и анализе художественных произведений (известно, что основатель психоанализа много времени уделял анализу художественным произведений), профессор Фрейд предлагает считать людей, совершивших, например, преступление: "преступниками вследствие сознания вины"[118]. Т. е. чувство вины явно возникает в ответ на два преступления: замысел убить отца и соединиться в кровосмесительном контакте с матерью[119].

В работе более позднего периода -- "Недовольство культурой", Фрейд развивает свое представление о чувстве вины, предлагая понимать под сознанием вины то напряжение, которое возникает в психике вследствие противостояния Я и Сверх-Я[120]. Проф. Лейбин пишет[121]: "В качестве двух источников чувства вины им (Фрейдом) рассматриваются страх перед авторитетом и позднейший страх перед Сверх-Я (требованием совести). Страх перед авторитетом заставляет человека отказываться от удовлетворения своих влечений, в результате чего у него не остается чувства вины. Отказ от влечений, обусловленных страхом перед Сверх-Я, не устраняет чувство вины, т. к. от совести невозможно скрыть запретные желания. С психоаналитической точки зрения, человек оказывается как бы обреченным на "напряженное сознание виновности"... Склонность к агрессии против отца повторяется в последующих поколениях. Чувство вины усиливается при подавлении агрессии и перенесения ее в Сверх-Я. Не имеет значения, произошло ли убийство на самом деле или от него воздержались... это чувство является выражением амбивалентного (двойственного) конфликта в человеке, обусловленного "вечной борьбой между Эросом и инстинктом разрушительности или смерти".

Фрейд (1991) приходит к заключению, что изучение неврозов способствует пониманию прослеживаемой взаимосвязи между чувством вины и сознанием вины, признавая, что чувство вины вполне может ощущаться в качестве некой тревоги. Т. е. являться, своего рода, разновидностью страха. В работе "Достоевский и отцеубийство" Фрейд не только еще раз упоминает, что именно в отцеубийстве следует искать главный источник чувства вины[122], но и находит удивительную взаимосвязь между чувством вины у Достоевского и творчеством. "Писательство, -- отмечал Фрейд[123], -- никогда не продвигалось вперед лучше, чем после потери всего и закладывания последнего имущества... Когда его (Достоевского) чувство вины было удовлетворено наказанием, к которому он сам себя приговаривал, тогда исчезала затрудненность в работе, тогда он позволял себе сделать несколько шагов на пути к успеху".

Чувство вины, развивающееся в индивиде, является общим следствием его невротического состояния. Самое печальное то, что по своей всеохватываемости чувство вины присуще не только невротикам, но и индивидам, находящимся в т.н. пограничных состояниях психики. А таких достаточно много.

К тому же заметим, что чувство вины большей частью склонны испытывать люди, принадлежащие к такой прослойке общества как интеллигенция, люди ранимые и совестливые. Тогда как черствые душой скорей всего вообще не знают что такое ни чувство вины, ни невроз, ни какие-либо иные душевные страдания. И не потому, что у них "нет души", а просто психика более крепче и нейтральнее к различного рода проекции интеллекта на окружающую жизнь и обратно. У "простых людей" все намного проще, и что наверняка -- спокойнее для их психики и жизни (потому как психика -- есть проекция информации, получаемой с внешнего мира -- в мир внутренний).

Тем не менее, по своей всеохватываемости чувство вины иной раз поражает почти все без исключения слои общества. В этом случае по всей видимости можно говорить о различии в устойчивости тревоги в душе того или иного индивида. Кому-то удается найти то, что позволяет за достаточно непродолжительное время (измеряемое, иной раз, секундами-минутами, а иной раз затягивающемся на сутки и долгие месяцы) избавиться от чувства вины.

Тогда как в случае продолжительного воздействия подобного рода следствия невротического воздействия, индивид не просто испытывает чувство вины, но и подчиняет ему собственную жизнь. Жизнь такого индивида становится несчастной. На все жизненные ситуации подобный человек реагирует с позиции разрывающего его душу невроза, который подчиняет его мысли и поступки на совершении того, что, по мнению бессознательного психики, способно или унять "боль души", или же хоть как-то снизить удручающее воздействие, оказываемое на его психику посредством нахождения в его бессознательном особого рода невротической зависимости, вызывающей чувство вины. Притом что чувство вины проецируется почти на все мысли и поступки индивида. Такой индивид уже как бы не может совершить шага, чтобы не соотносить необходимость этого шага с существующем в нем чувстве вины. То есть жить и действовать исключительно с оглядкой на разраставшееся в нем безумие, которое до поры до времени ему удается усмирять выполнением требований, вызванных невротической зависимостью.

"В картине проявлений неврозов чувство вины... играет первостепенную роль[124], -- писала Карен Хорни, --...человек, страдающий неврозом, часто склонен объяснять свои страдания как заслуженные...У такого человека обычно имеется тенденция по малейшему поводу чувствовать себя виновным. Если кто-то хочет увидеться с ним, его первая реакция -- ожидание услышать упрек за что-либо им сделанное ранее. Если друзья не заходят или не пишут какое-то время, он задается вопросом, не обидел ли он их чем-то? Он берет на себя вину, даже если не виноват... Имеется лишь неустойчивое различие между этим латентным чувством вины, готовым проявиться по любому поводу, и тем, что истолковывалось как бессознательное чувство вины, явное в состояниях депрессии. Последнее принимает форму самообвинений, которые часто являются фантастическими или, по крайней мере, сильно преувеличенными. Кроме того, вечные старания невротика выглядеть оправданным в собственных глазах и в глазах других, в особенности когда ясно не осознается громадная стратегическая важность таких усилий, предполагают наличие свободно перемещающегося чувства вины, которое приходится держать в латентном состоянии".

Хорни (2004) отмечала, что невротик, мучившийся чувством вины, все совершенные им поступки волен трактовать как ошибочные, легко признавая правоту того, кто способен что-то сказать ему против. Кроме того, навязчивое стремление к совершенству индивида есть ничто иное как стремление возвыситься над другими, и избежать таким образом каких-либо обвинений в свой адрес.

"Таким образом, -- писала Хорни[125], -- имеется очень много свидетельств, говорящих не только о существовании особо острого чувства вины у человека, страдающего неврозом, но также и о том властном влиянии, которое оно оказывает на его личность".

При этом Хорни (2004) обращает внимание, что сам невротик как бы противиться избавлению от чувства вины. "Чувство вины, подобно чувству собственной неполноценности, вовсе не является крайне нежелательным; невротичный человек далек от желания избавиться от него. В действительности он настаивает на своей вине и яростно сопротивляется любой попытке снять с него это бремя"[126]. Характеризуя подобных невротиков, Хорни замечала, что подобные больные предъявляют огромные "претензии на внимание и восхищение и обнаружит весьма явное нежелание соглашаться с малейшей критикой"[127].

"Таким образом, --делает вывод Хорни[128], -- если тщательно исследовать чувство вины и испытать его на подлинность, становится очевидным, что многое из того, что кажется чувством вины, является выражением либо тревожности, либо защиты от нее. Частично это также справедливо и для нормального человека... Многие мужчины, которые говорят о сохранении верности на основе велений совести, в действительности просто боятся своих жен. Вследствие высочайшей тревожности при неврозах невротик чаще, чем здоровый человек, склонен прикрывать свою тревожность чувством вины. В отличие от здорового человека он не только страшится тех последствий, которые вполне Могут иметь место, но заранее предвидит последствия, абсолютно Несоразмерные с действительностью. Природа этих предчувствий зависит от ситуации. У него может быть преувеличенное представление о грозящем ему наказании, возмездии, покинутости всеми...".

В итоге мы можем заключить, провокация невроза, и как следствия наличия его -- чувства вины, является непременным фактором возможности манипуляций психикой как индивида, так и психикой масс.


Прикладные психоаналитические технологии манипулирования.


"...каждая мать манипулирует своим младенцем, если она хочет, чтобы он жил... А учитель в школе манипулирует вами, заставляя учиться читать и писать. Фактически, жизнь представляет собой одну большую манипуляцию, -- она состоит из нее целиком".


Милтон Эриксон


Прикладные психоаналитические технологии манипулирования.

-- Невроз -- как основа манипулирования.

-- Механизмы манипулирования.

-- Теория сублиминального воздействия.

-- Эротические аспекты манипуляций.


Невроз -- как основа манипулирования.

По направленности своего воздействия манипуляция становится возможной при атаке на психику индивида или масс и провокации вследствие этого невротической зависимости. Не вдаваясь в характер возникновения и действия различных неврозов (невроз навязчивых состояний и др.) мы будет говорить о том, что сама форма существования любой невротической зависимости (невроз, истерия, прочие состояния) вызывает в психике индивида определенный дискомфорт, выражающийся в необходимости подстраивать собственную жизнь под симптоматику существующего в психике заболевания, а значит, характеризуется невозможностью человека жить той жизнью, которой он хочет. В этом случае он вынужден строить свои жизненные отношения с оглядкой на существующую в его психике симптоматику. При этом мы обратили внимание, что у каждого индивида в той или иной мере можно вызвать невроз. В зависимости от состояния нервной системы и профессиональный навыков такого индивида просто будет различаться продолжительность действия невроза, в который окажется погружена его психика; но то, что спровоцировать можно любого (будь-то профессор психологии, или простой гражданин страны) -- факт, которому способен найти подтверждение каждый, стоит только внимательно понаблюдать за окружающими, вступающими друг с другом в межличностные контакты.

Невроз есть действительно у всех. И одной из форм манипулирования является провокация невротической зависимости. Остановимся здесь и рассмотрим подробнее. Все индивиды разделяются на тех, у кого невроз представлен в значительной степени (в этом случае он обычно заметен для окружающих), на тех, кто живет с симптоматикой невроза, но при этом невроз не мешает подобному человеку выполнять свои профессиональные обязанности, и может лишь иногда -- затрудняет их выполнение. Многое при этом объясняется скрытностью таких людей-невротиков. Невроз ведь это не психопатия, которую скрыть трудно а то и невозможно. То, что человек является невротиком, заметно лишь если пообщаться с этим человеком подольше, или поставить его в какое-то затруднительное положение (когда психика на грани -- человек становится таким, каким он есть; играть перед смертью или в стрессе может только человек, полностью контролирующий себя).

Как отмечает Л.П.Гримак (2004), первичной функцией слова было внушение как команда другой особи. И только позже слово стало походить на сообщение. Эта филогенетически первичная суггестивная функция речи не утратила своей коммуникативной специфики и нередко является манипулятивным информационным воздействием.

Мы уже замечали, что психика индивида представлена тремя составляющими некоего структурного единства (сознание, бессознательное, и цензура, Сверх-Я). В обычном состоянии, состоянии ровном, т.е. не удрученном какими-либо невзгодами, трудностями, волнениями, опьянением, чрезмерной усталостью и проч., человек находится в сознании. В таком состоянии (состоянии сознания, или обычном состоянии сознания, далее ОСС) важную роль играет цензура психики, которая стоит на пути между информацией, поступаемой как из внешнего мира в мозг (в психику) индивида, так и (что менее заметно) на пути информации из мира внутреннего (бессознательного, или подсознания) в ту же самую психику (т.е. оказывает влияние на психику).

Цензура психики представляет собой своеобразный барьер критичности, и основная роль цензуры -- перераспределять информацию, поступаемую из внешнего мира между сознанием и подсознанием (бессознательным). Известно также, что при определенном влиянии разных факторов цензура психики индивида может ослабевать, и в такое время информация, которая раннее могла быть отвергнута цензурой (и отправлена в бессознательное) оказывается в сознании, а значит может сразу влиять на поведение индивида. Тогда как ранее ей приходилось сначала откладываться в подсознании, будучи отвергнутой цензурой психики[129], и только при создании определенных ситуаций, в благотворном ключе воздействующих на сформированные раннее полу-установки и полу-паттерны поведения, начинать оказывать свое влияние на сознание, т.е. на мысли и поступки.

В случае ослабления цензуры психики мы можем говорить о нахождении индивида в измененных состояниях сознания (далее ИСС). При этом следует понимать, что сами ИСС в ряде случаев являются результатом каких-либо предварительных воздействий на психику, в результате которых психика на время теряет привычное ей свойство выставлять барьер на пути любой информации, получаемой из внешнего мира, информации как посредством межличностной коммуникации, так и информации, получаемой при помощи средств массовой коммуникации (далее -- СМК). Кроме того, следует обратить внимание, что в ИСС психика индивида может погружаться как самостоятельно (в результате, например, алкогольного или наркотического опьянения, депрессии, немотивированной агрессии и проч.), так и намеренно, со стороны манипулятора. В этом случае манипулятор какими-либо своими действиями (словами, поступками, проч.) провоцирует психику объекта манипуляций (жертвы), чем вызывает в психике последнего явный временный дисбаланс (психологический дискомфорт, результатом которого как раз является ослабление цензуры психики), проявляющийся в погружение на какое-то время такого человека в ИСС, в результате, например, ярости, вспышки агрессии, печали, и проч. симптоматики проявления явно деструктивного поведения, когда у человека временно исчезает способность контролировать себя (посредством сознания), и какое-то время он пребывает в т.н. "состоянии аффекта".

При этом, повторимся, опытные манипуляторы (специалисты, прошедшие специальную школу подготовки в спецслужбах, врачи-психиатры, некоторые психотерапевты и психологи, иные лица, в т.ч. имеющие врожденные или интуитивно приобретенные в течении жизни способности) могут намеренно погружать нужного им человека в ИСС, провоцируя, например, у него невроз, и таким образом добиваясь "своего", потому что исходя из того, что в ИСС ослабевает барьер критичности, становится возможным запрограммировать такого индивида или на появлении у него определенных мыслей, которые приведут в последствии к определенным поступкам, необходимым манипуляторам, или сразу вызвать совершение поступков, через, например, повышение порога суггестии (внушения) в моменты ИСС.

Другими словами, человека можно сначала "вывести из себя", а после запрограммировать на выполнение "нужных" действий. И если необходимо чтобы кто-то выполнил то, что хотите вы, но это невозможно достигнуть пока этот человек пребывает полностью в сознании (в ОСС), психику такого человека нужно сначала перевести в ИСС (посредством, например, провокации невроза), а после уже внушить ему выполнение действий, которые от него необходимы. При этом, заметим, в зависимости от порога внушаемости и прочих обстоятельств (жизненный опыт, уровень образования[130]), можно добиться быстрого или замедленного результата. А значит, будут различаться и способы воздействия на психику. Например, если мы рассматриваем психику неуравновешенного человека, то если какими-либо словами, жестами, или поступками произвести воздействие на этого человека, то можно перевести его нервную систему в состояние возбуждения, а значит тем самым спровоцировать такого человека на принятия каких-либо скороспелых действий (являющихся следствием состоянием аффекта, т.е. кратковременным превалированием порывов, идущих из под сознания -- над сознанием). Позже, когда режим торможения сменит гиперактивность, такой индивид будет сожалеть и раскаиваться над совершенным им; но это уже будет после. А значит, акт манипулирования психическим сознанием состоялся. Тогда как для тех индивидов, у которых, наоборот, в коре головного мозга преобладают периоды торможения, необходимо будет использовать другую методику.

К каждому человеку можно подобрать свой ключик. Не существует тех, кто не подвержен к воздействию. Вопрос только заключается в том, чтобы для разных индивидов подбирать свои "ключи", открывая дверцы в их психику, а значит и получая возможность воздействовать на таких индивидов, в иных случаях фактически моделируя их поведение.

Остановимся на подобных формах моделирования. В данном случае мы должны говорить не только о воздействии на подсознание такого индивида, но и о воздействии на архетипическую часть подсознания. Известно, что в бессознательном психики (в подсознании) хранится внушительный объем информации. Это как информация, попадающая в бессознательное в процессе жизненного опыта индивида (в результате задействования репрезентативных и сигнальных систем), так и информация, полученная генетическим (через ДНК родителей) и филогенетическим (опыт предшествующих поколений) путем. Причем важность каждой части подобного пополнения бессознательного психики поистине огромна, и имеет бесконечные характеристики.

При этом, фактически невозможно предсказать, каким образом, в тот или иной момент, произойдет активность соответствующих нейронов головного мозга, вызвавших в последствие ту или иную реакцию человека. Подобное зависит от разных факторов, и трудно поддается какой-либо разгадке в масштабах того или иного индивида.

Как известно, все, что психика человека воспринимает через т.н. репрезентативные (визуальные, аудиальные, кинестетические) и сигнальные системы (чувства, речь) откладывается в подсознании (независимо от того, было ли это воспринято сознанием, или оказалось сразу вытесненным последним). Далее подобная информация помещается в глубинах памяти и при необходимости может быть извлечена наружу (то есть перейти в сознание, реализуясь в поступках человека). Кроме того, информация, перемещаемая в подсознание, может находить отклик с информацией, уже находящейся в бессознательном ранее. В этом случае можно говорить о сформировании в бессознательном психики паттернов поведения, т.е. неких устойчивых механизмов, которые формируются посредством того, что в бессознательном оказывается информация, которая имеет сигнал, полярный с раннее поступившей в подсознание, и сформировавшей там полу-паттерны. При таких условиях прежняя информация усиливает вновь поступившую, и служит образования полноценного паттерна.

Можно говорить, что бессознательно психика ставит некие "якоря", или "ловушки", попадая в которые новая информация почти тут же находит благотворный отклик, такую информацию принимают "как свою", оказывают ей повышенное внимание, потому как она укрепляет информацию, находящуюся раннее, усиливает ее, и служит дальнейшей консолидации совместных усилий, когда появляется возможность перейти в сознание, а значит и претворится в действительность. При этом следует обратить внимание, что необходимость в данном случае -- лишь как следствие возможности, потому как не каждая информация из бессознательного психики переходит в сознание. Причем процесс перехода может иметь различную протяженность по времени. В ряде случаях можно несколько увеличить скорость реакции (т.е. скорость прохождения информации), и почти сразу обратить информацию, получаемую из внешнего мира -- в какие-либо поступки и прочие реальные действия индивида. Известно, что не вся информация поступаемая из внешнего мира находит положительный отклик в цензуре психики, а значит попадает в сознание. Большая часть информации оказывается вытесненной (в результате барьера критичности психики). Об этом мы уже говорили. Однако какая-то часть информации, поступаемая из внешнего мира, действительно оказывается способной сразу поступить в сознание. Т.е. цензура психики по каким-то причинам подобную информацию пропускает. Такие факты встречаются.

Известно, что психика индивида с повышенным вниманием относится к информации, которая имеет схожую кодировку с той информацией, которая поступила в мозг ранее; в этом случае новая информация как бы не противоречит поступившей ранее информации, которая закрепилась в подсознании, образовав или полноценные установки и паттерны (тогда новая информация усиливает уже сформировавшиеся установки и паттерны), или только наметив образование таких установок и паттернов (вследствие чего образовались полу-установки и полу-паттерны, а теперь новая информация схожей кодировки усиливает их, формируя полноценные установки и паттерны).

Процесс формирования полу-установок и полу-паттернов используют манипуляторы, которые сначала преподносят объекту манипуляций информацию, которую этот человек хочет услышать, тем самым усыпляя его бдительность (т.е. нейтрализуя цензуру психики) и вызывая предрасположенность к себе, а значит и становятся практически полноценными управленцами души подчинившегося им человека. Подчинившегося не по воле своей, а в результате предварительно проведенной работы манипулятивного характера. Диверсии против психики. Вражеской вылазке с последующим порабощением психики. Подчинении и управлении волей. Влияния на совершаемые поступки, и даже на появление тех или иных мыслей. Т.е. злодей-манипулятор в ряде случаев может полностью подчинить себе того или иного человека, получив контроль над его психикой.

Весьма эффективным методом манипулятивного воздействия на индивида является выведение его из психоэмоционального равновесия. Простирается этот метод в спектре воздействия на сознание и закладывание установок в подсознание и устойчивых механизмов (паттернов в бессознательное психики) в то время, когда психика индивида находится в ИСС; что в свою очередь достигается путем сознательного погружения индивида в трансовые состояния, провокацию, например, невротической зависимости, страха, и проч., в результате чего цензура психики на какое-то время ослабевает, и как раз в этом время становится возможным навязать такому индивиду установки, которые в последствие он будет неукоснительно выполнять.

Кроме того, мы должны обратить внимание, что большинство индивидов на самом деле бессознательно желают подчиняться. Путем подчинения (выполнения воли другого) такие индивиды на время снимают с себя психологический груз ответственности (любой индивид испытывает воздействие культуры, т.е. сознательного контролирования первичных инстинктов, а значит в той или иной степени находится в состоянии невроза). Подчиняясь другому, большинство индивидов бессознательно освобождаются не только от "щемящего их душу" чувства ответственности, но и, подчиняясь, бессознательно успокаивают себя тем, что идя на поводу у другого -- на самом деле оказывают ему своеобразную услугу, помогают ему.

То есть в данном случае, как и практически при всех видах манипуляций, перед нами искренняя заинтересованность объекта манипуляций (без этого любая манипуляция была бы затруднительна) в выполнении каких-либо действий, которые, заметим, угадал манипулятор. Угадал сознательно или бессознательно -- другой вопрос. Сам факт манипулирования налицо, потому как манипулирование -- это выполнение воли другого с искренним желанием эту волю выполнить. То есть пред нами навязывание подобного исполнительского желания со стороны манипулятора -- объекту манипуляций. И у самого объекта в первую очередь появляется желание даже не выполнить волю (это вторично), а он считает, что инициатива исходит от него, и что уж точно, никто его ни к чему не вынуждает. Наивное заблуждение. Объект не подозревает, что все его поведение было чуть ранее смоделировано злодеем-манипулятором. И, к сожалению, излишнее самомнение объекта манипуляций иной раз слишком дорого ему обходится

Но людям хочется выполнять чужую волю. В результате выполнения воли другого, индивид подспудно (т.е. бессознательно) понимает, что и ответственность за совершенные им действия как бы уже несет не он, а другое лицо (навязавшее ему свою волю). А значит, с такого индивида-ведомого словно автоматически снимается ответственность. И как следствие, исчезает тревога, потому как еще со времен развития цивилизации, культура накладывает свой отпечаток на личность индивида, погружая его психику в состояния необходимости постоянно сдерживать первичные инстинкты, что, в свою очередь, бессознательно вызывает рост обеспокоенности индивида, и как следствие -- развитие тревожности и прочих форм симптоматики невроза.

"...цель жизни... задана принципом удовольствия", --отмечал Фрейд в работе "Недовольство культурой"[131], обращая внимание, что именно культура встала на пути индивида, воздействуя на его психику в русле развития симптоматики невроза, вызванного необходимостью сдерживать свои архаичные желания. "...каждая культура создается принуждением и подавлением первичных позывов", -- писал Фрейд в работе "Будущее одной иллюзии"[132].

З.Фрейд обращал внимание, что в психике любого человека присутствуют деструктивные (разрушительные) тенденции, а у некоторых людей они настолько сильны, что определяют его социальное поведение. Кроме того Фрейд проводил параллели между социальным устройством общества и спецификой масс. "Масса ленива и несознательна, -- писал он[133], -- она не любит отказа от инстинктов, а доказательствами ее нельзя убедить в неизбежности этого отказа, и ее индивиды поддерживают друг друга в поощрении собственной разнузданности. Только влиянием образцовых индивидов, признанных ее вождями, можно добиться от нее работы и самоотверженности...".

Фрейд (2003) отмечал, что в психике каждого индивида живут первичные инстинкты, происхождение которых он прослеживал в раннем детстве (эмоциональных переживаниях, связанных с ранним детством, периодом Эдипового комплекса). Культура оказывает постоянное психологическое воздействие на индивида с целью держать в узде его чувства, не давать выход первобытным инстинктам. Т.е. в данном случае перед нами проходит такой специфический характер культуры как принуждение. Частично в этом Фред видел причину неврозов современного цивилизованного человека в том, что большинство людей вынужденно сдерживать свои бессознательные порывы. Невроз действительно в какой-то мере результат развития цивилизации. Люди с примитивным развитием (интеллекта, психики) менее подвержены симптоматике различных форм невроза (депрессии, беспокойства, страх, и т.п.).

"Сложное строение нашего душевного аппарата допускает, однако, целый ряд иных воздействий, -- писал Фрейд[134]. -- Удовлетворение влечений дает нам не только счастье, оно представляет собой и первопричину тягчайших страданий, когда внешний мир отказывает нам в удовлетворении потребностей и обрекает на лишения. Поэтому можно надеяться на освобождение от части страданий путем воздействия на эти влечения. Такого рода защита от страданий направлена уже не на аппарат ощущений, она желает подчинить внутренние источники потребностей. Крайним случаем такой защиты является умерщвление влечений -- как тому учит восточная мудрость и как это осуществляет на практике йога. Если это удается, то тем самым достигается и отречение от любой другой деятельности (в жертву приносится жизнь), и мы иным путем достигаем опять-таки, лишь счастья покоя. На этом пути можно ставить умеренные цели, скажем, когда стремятся только к контролю над жизнью наших влечений. Господствующими становятся в таком случае высшие психические инстанции, подчиненные принципу реальности. Здесь вовсе нет отречения от цели удовлетворения влечений; определенного рода защита против страданий достигается благодаря менее болезненному ощущению неудовлетворенности контролируемых влечений в сравнении с необузданными первичными влечениями. Но следствием этого является и несомненное снижение возможностей наслаждения. Чувство счастья при удовлетворении диких, не укрощенных "Я" влечений несравнимо интенсивнее, чем насыщение контролируемых влечений. Непреодолимость извращенных импульсов, а может быть и притягательность запретного плода вообще, находят здесь свое экономическое объяснение".

Фрейд, как мы помним, описывал другой способ избавления от страданий, вызванных невозможностью удовлетворения первичных желаний, когда индивид сублимирует подобные желания в творческую и интеллектуальную деятельность. При этом Фрейд (1991) делает предположение, что подобный метод подходит не для всех, а лишь для людей наделенных какими-либо творческими способностями. В той или иной мере каждый человек наделен определенными творческими способностями. Особенно если понимать творчество в расширенном аспекте, и не ограничиваться только таким специфическим видом деятельности как литература, музыка, живопись и проч. подобной направленности. Например, колоть дрова -- тоже своеобразное творчество; или мыть посуду; или убирать квартиру. Немного условно, но, по сути, допустимо. Поэтому сублимировать на наш взгляд возможно не только нереализованную сексуальную энергию, а вообще любую психическую энергию, которая, как известно, наполняет любого индивида без исключения. И сублимировать (находя выход подобной энергии) можно во что угодно: в пение, в физические упражнения, в занятия спортом и т.п.

"Энергичнее и основательнее другой метод, который видит единственного врага в реальности, являющейся источником всех страданий, -- с нею невозможно сосуществовать, с нею нужно порвать всякие отношения, чтобы хоть в каком-то смысле быть счастливым, -- писал З.Фрейд, прослеживая возникновение психических заболеваний у индивидов, бессознательно ищущих избавления от воздействия культуры[135]. -- Отшельник отворачивается от мира, он не хочет иметь с ним дела. Но можно подвигнуться на большее, можно возжелать переделать мир, создать вместо него другой, в котором были бы уничтожены самые невыносимые его черты -- они заменяются на другие, соответствующие нашим желаниям. Тот, кто в отчаянном бунте становится на этот путь, как правило, ничего не достигает -- действительность слишком сильна для него. Он становится безумцем и чаще всего не находит себе помощников в попытках реализации своих иллюзий. Впрочем, можно предположить, что у каждого из нас есть свой "пунктик", и мы ведем себя подобно параноику, желая своими мечтаниями исправить ту или иную невыносимую сторону мира, привнося свои иллюзии в реальность".

Рассматривая вопрос неврозов, Фрейд проводил разграничение между актуальными неврозами (считая их происхождение связанным с действиями внешней среды в контексте "здесь и сейчас") и психоневрозами (прослеживая причину их возникновения в переживаниях, полученных в раннем детстве). Выделяя в единую группу такие актуальные неврозы как неврастения, невроз страха и ипохондрия, Фрейд полагал, что они не поддаются психоаналитическому лечению (в отличие от психоневрозов)[136]. Среди психоневрозов Фрейд выделял невроз навязчивых состояний (при развитии которого больные заняты мыслями, которые им неинтересны, и вынуждены повторять однотипные действия, благодаря которым наступает временное избавление от невроза; т.е. перед нами обсессивно-компульсивное расстройство[137], говоря современным языком), невроз переноса (под этим названием Фрейд объединял истерию, невроз страха и невроз навязчивых состояний) и нарциссический невроз (парафрения, паранойя; Фрейд считал, что больные нарциссическим неврозом недоступны психоаналитическому лечению). К травматическим неврозам проф. Фрейд относил неврозы, развившиеся вследствие перенесенных катастроф и проч. аварий (фиксация у подобных больных происходила на моменте травмы). Как обращает внимание В.М. Лейбин, Фрейд рассматривал все неврозы с травматической точки зрения[138].

По мнению К.Хорни[139], тревога может объясняться сложившейся конфликтной ситуацией. Однако, если при неврозе характера мы сталкиваемся с порождающей тревогу ситуацией, нам всегда приходится учитывать имевшие место ранее состояния тревоги, чтобы объяснить, почему в данном конкретном случае возникла и была вытеснена враждебность. Мы обнаружим, что эта тревожность являлась результатом существовавшей ранее враждебности. Для более полного понимания вопроса нам необходимо возвращаться к детству. При исследовании историй детства людей, страдающих неврозом, общим знаменателем для всех них является окружающая среда. Главным злом является отсутствие подлинной теплоты и привязанности. Ребенок может вынести очень многое из того, что часто относится к травматическим факторам, но лишь до тех пор, пока в душе чувствует, что является желанным и любимым. При этом ребенок очень тонко чувствует, является ли любовь подлинной, и его нельзя обмануть никакими показными демонстрациями. Главная причина того, почему ребенок не получает достаточной теплоты и любви, заключается в неспособности родителей давать любовь вследствие их собственных неврозов. В этом случае родители маскируют реальное отсутствие теплоты заявлениям, что делают все ради ребенка, и якобы учитывают интересы только его. Кроме того, замечает Хорни (1997), мы обнаруживаем различные действия или формы отношения родителей к детям, такие, как предпочтение других детей, несправедливые упреки, непредсказуемые колебания между чрезмерной снисходительностью и презрительным отвержением, от временной невнимательности до постоянного вмешательства и ущемления самых насущных и законных желаний. Например, попытки расстроить его дружбу с кем-либо, высмеять проявление независимого мышления, игнорирование его интересов -- будь то художественные, спортивные или технические увлечения. В целом такое отношение родителей если и не умышленно, то все равно означает ломку воли ребенка.

Дети могут выносить лишения если чувствуют что они необходимы. Ребенок не против приучения к чистоте, если родители не перегибают в этом деле палку и не принуждают к ней ребенка с утонченной или явной жестокостью. Ребенок также не против того, чтобы его иногда наказывали, но при условии, что в целом он чувствует к себе любовь, а также считает данное наказание справедливым, а не преследующим цель причинить ему боль или унизить его. Ревность также может играть отрицательную роль, и быть источником ненависти как у детей, так и у взрослых. Ревность может проявляться при соперничестве детей в семье. Фрейд, рассматривая ревность относительно Эдипового комплекса, обнаруживал разрушительную роль глубинных реакций ревности в отношении одного из родителей. Ревность провоцировала страх и оказывала длительное травмирующее влияние на формирование характера и личных отношений. Фрейд предполагал, что Эдипов комплекс -- это глубинная основа неврозов. Также Фрейд установил, что некоторые реакции ненависти легко возникают в европейской культуре как в отношениях между родителями и детьми, так и людей, ведущих тесную совместную жизнь. При этом, обращала внимание Хорни (1997), ревность присуща людям, и искусственно стимулируется той атмосферой, в которой растет ребенок.

Среди факторов провоцирующих ревность Хорни называла отсутствие теплоты и дух соперничества. Кроме того, невротичные родители обычно недовольны своей жизнью, не имеют удовлетворительных эмоциональных или половых отношений и поэтому склонны делать детей объектами своей любви. Они изливают свою потребность в любви на детей. Их выражение любви всегда крайне эмоционально насыщенно. При этом именно невротичные родители своим запугиванием и нежностью зачастую вынуждают ребенка к страстным привязанностям, со всеми их скрытыми смыслами ревности.

Хорни обращала внимание на те психические реакции, которые ребенок испытывает при невротичных родителях. В таком случае имеют место различные опасности, возникающие вследствие вытеснения критики, протеста или обвинений, и одна из них заключается в том, что ребенок вполне может взять всю вину на себя и ощутить себя недостойным любви. Опасность, которая заключается в этом, означает, что вытесненная враждебность может породить тревожность. Имеется несколько причин, действующих в различной степени и сочетаниях, почему ребенок, растущий в такой атмосфере, будет вытеснять враждебность: беспомощность, страх, любовь или чувство вины. Ребенок в течение многих лет проявляет свою беспомощность, находясь в зависимости от окружающих его людей в удовлетворении всех своих потребностей. После первых двух или трех лет жизни происходит переход от биологической зависимости к той форме зависимости, которая затрагивает психическую, интеллектуальную и душевную жизнь ребенка. Это продолжается до тех пор, пока ребенок не созреет для начала взрослой жизни и не станет способен взять жизнь в свои руки. Однако имеются весьма значительные индивидуальные различия в той степени, в которой ребенок остается зависимым от своих родителей. Все это связано с тем, чего хотят достичь родители в воспитании своего ребенка: или это стремление сделать ребенка сильным, храбрым, независимым, способным справляться со всевозможными ситуациями, или их главным стремлением является дать ребенку уют, сделать послушным, продлить его инфантильное неведение окружающего мира, т.е. -- искусственно продлить инфантильность психики повзрослевшего ребенка до двадцатилетнего возраста и более, обращает внимание Хорни. При этом у детей, растущих в неблагоприятных условиях, беспомощность обычно искусственно закреплена вследствие запуганности, сюсюканья или вследствие того, что ребенка воспитывают и держат в состоянии эмоциональной зависимости. Чем более беспомощным делается ребенок, тем в меньшей степени он может осмелиться на сопротивление в своих чувствах или действиях. Страх может вызываться угрозами, запретами и наказаниями, и путем наблюдаемых ребенком эмоциональных взрывов несдержанности и сцен насилия; он может возбуждаться также таким косвенным запугиванием, как внушение ему мысли об огромных жизненных опасностях, связанных с микробами, уличным движением, незнакомыми людьми, невоспитанными детьми, лазанием по деревьям и др. Чем сильнее ребенок переполняется страхами, тем меньше будет он осмеливаться показывать или даже ощущать враждебность.

Любовь может быть еще одной причиной для вытеснения враждебности. Когда отсутствует искренняя привязанность, часто имеют место обильные словесные заверения в том, сколь сильно родители любят ребенка и как они готовы всем пожертвовать для него. Ребенок, в особенности если он запуган, может цепляться за этот суррогат любви и бояться нашалить, дабы не потерять эту награду за свое послушание. Другими словами, ребенок вытесняет свою враждебность по отношению к родителям, потому что опасается, что любое ее проявление ухудшит его отношения с родителями. Им движет страх, что они бросят его или будут настроены против него. Кроме того ребенку обычно внушают вину за любые чувства или проявления враждебности или сопротивления; то есть ему внушают, что он является недостойным или презренным в собственных глазах, если он либо выражает, либо чувствует негодование и обиду на своих родителей или если он нарушает установленные ими правила. Эти две причины, заставляющие испытывать чувство вины, тесно взаимосвязаны. Чем сильнее ребенка заставляют ощущать свою вину, тем меньше он будет осмеливаться ощущать недоброжелательность или выступать с обвинениями в адрес родителей. Кроме того, чувство вины может развиваться вследствие запретов против сексуального любопытства ребенка. В итоге все перечисленные факторы вытеснения враждебности порождают тревожность. Однако инфантильная тревожность все же является недостаточным условием для развития невроза. Если условия жизни не способствуют уменьшению тревожности, тогда тревожность не только приобретает устойчивый характер, но и усиливается, приводя к неврозу. Имеется огромная разница, будет ли реакция враждебности и тревожности ограничена теми обстоятельствами, которые вызвали у ребенка такую реакцию, или она разовьется во враждебную установку и тревожность по отношению к людям вообще. Если ребенку повезет иметь любящую бабушку, понимающего учителя, нескольких хороших друзей, его опыт общения с ними может предохранить его от убеждения, что от других людей можно ожидать только плохого. Но чем более травмирующими являются его переживания в семье, тем более вероятно, что у ребенка разовьется не только реакция ненависти по отношению к родителям и другим детям, но также недоверчивость или злобное отношение ко всем людям. Чем больше ребенка изолируют, препятствуя приобретению им собственного опыта, тем с большей вероятностью развитие будет идти в этом направлении. Чем больше ребенок скрывает недовольство своей семьей, например, путем подчинения установкам родителей, тем в большей степени он проецирует свою тревожность на внешний мир и, таким образом, приобретает убеждение, что мир в целом опасен и страшен. В таком случае, ребенок выросший в подобной, негативной для его психики обстановке, будет воспринимать даже безобидное поддразнивание как жестокое отвержение. Он станет более ранимым и обидчивым, чем другие, и менее способным к самозащите. И это может привести его к одиночеству во взрослой жизни, потому что отдельные острые реакции на частные провоцирующие ситуации кристаллизуются в склад характера. А значит, у такого индивида уже может развиться невроз, или глубинная тревожность, связанная в свою очередь с глубинной враждебностью. (К.Хорни, 1997).

Глубинная тревожность лежит в основе отношения к людям. В то время как отдельные или частные состояния тревоги могут быть вызваны действующей в данный момент причиной, глубинная тревожность продолжает существовать, даже если в наличной ситуации нет никакого специального ее возбудителя. Если сравнить невротическую картину в целом с состоянием невротической нестабильности в обществе, то глубинная тревожность и глубинная враждебность будут соответствовать лежащим в основании такой нестабильности недовольству и протестам против режима. Поверхностные проявления могут или полностью отсутствовать в обоих случаях или же проявляться в разнообразных формах. В масштабах государства они могут проявиться в виде восстаний, забастовок, собраний, демонстраций; в психологической сфере формы тревожности могут проявляться во всевозможных симптомах. При этом все проявления тревожности проистекают из общей основы. В простых ситуативных неврозах глубинная тревожность отсутствует. Она образуются вследствие невротических реакций на отдельные конфликтные ситуации, в которых участвуют люди.

Ничто не может лучше прояснить значение глубинной тревожности, чем сравнение отдельных реакций в случаях невроза характера со случаями, которые относятся к группе простых ситуативных неврозов. Последние встречаются у здоровых лиц, которые оказываются неспособными сознательно разрешить конфликтную ситуацию, неспособны ясно осознавать природу конфликта, а значит и неспособны принять ясное решение. Одним из наиболее выступающих различий между этими двумя типами неврозов является поразительная легкость достижения терапевтических результатов в случае ситуативного невроза. В неврозах характера терапевтическому лечению приходится преодолевать огромные препятствия, и поэтому оно продолжается в течение длительного периода времени, иногда слишком долго для того, чтобы пациент мог дождаться выздоровления; но ситуативный невроз разрешается сравнительно легко. Внимательное обсуждение ситуации часто оказывается не только симптоматической, но также каузальной терапией. В других ситуациях каузальной терапией является устранение затруднения путем смены окружающей обстановки. Глубинная тревожность проявляется как чувство собственной незначительности, беспомощности, покинутости, подверженности опасности, нахождения в мире, который открыт обидам, обману, нападкам, оскорблениям, предательству, зависти.

В психозах часто встречается довольно высокая степень осознания наличия такой тревожности. У параноиков такая тревожность ограничивается отношениями с одним или несколькими определенными людьми; у страдающих шизофренией имеет место острое ощущение потенциальной враждебности со стороны окружающего мира, столь интенсивное, что они склонны воспринимать даже проявляемую по отношению к ним доброту как скрытую враждебность. Однако в неврозах редко встречается осознание наличия глубинной тревожности или глубинной враждебности. Подспудное недоверие к каждому человеку может скрываться за поверхностным убеждением в том, что люди в целом являются вполне симпатичными; существующее глубинное презрение к каждому может быть замаскировано готовностью восхищаться. При этом глубинная тревожность может быть полностью лишена личностного характера и трансформирована в ощущение опасности, исходящей от грозы, политических событий, несчастных случаев, пищи, или в чувство того, что таких индивидов-невротиков преследует судьба. Но сам невротик обычно не осознает, что его тревожность в действительности относится к людям.

Глубинная тревожность влияет на отношение человека к себе и другим. Она означает эмоциональную изоляцию, и сочетается с чувством внутренней слабости "Я". Т.е. глубинная тревожность закладывает конфликт между желанием полагаться на других и невозможностью сделать это вследствие идущего из глубины недоверия и враждебного чувства к ним. Она означает, что из-за внутренней слабости человек ощущает желание переложить всю ответственность на других, получить от них защиту и заботу. В то же самое время вследствие глубинной враждебности он испытывает слишком глубокое недоверие, чтобы осуществить это желание. И неизбежным следствием этого является то, что ему приходится затрачивать много энергии на укрепление уверенности в себе. Поэтому, чем невыносимей является тревожность, тем более основательными должны быть меры защиты.

Хорни (1997) определяет четыре основных способа защиты от базальной тревожности: любовь, подчинение, власть и реакция ухода (отстранения).

Первое средство, любовь, происходит по формуле: если вы меня любите, то не причините мне зла.

Второе средство, подчинение, условно разделяется на ряд показателей, связанных с тем, относится или нет оно к определенным лицам или институтам. Например, это может быть подчинение общепринятым традиционным взглядам, религиозным ритуалам или требованиям некоторого могущественного лица. Следование этим правилам или повиновение этим требованиям будет служить определяющим мотивом для всего поведения. Такое отношение может принимать форму необходимости быть "хорошим", хотя дополнительная смысловая нагрузка понятия "хороший" видоизменяется вместе с теми требованиями или правилами, которым подчиняются. Когда же отношение подчинения не связано с каким-либо социальным институтом или лицом, оно принимает более обобщенную форму подчинения потенциальным желаниям всех людей и избегания всего, что может вызвать возмущение или обиду. В таких случаях человек вытесняет любые собственные требования, критику в адрес других лиц, позволяет плохое обращение с собой и готов оказывать услуги всем. Далеко не всегда люди осознают тот факт, что в основе их действий лежит тревожность, и твердо верят, что действуют таким образом, руководствуясь идеалами бескорыстия или самопожертвования, вплоть до отказа от собственных желаний. Для обоих случаев формулой является: если я уступлю, мне не причинят зла.

Отношение подчинения может также служить цели обретения успокоения через любовь, привязанность, расположение. Если любовь настолько важна для человека, что его чувство безопасности зависит от этого, тогда он готов заплатить за него любую цену, и в основном это означает подчинение желаниям других. А если человек оказывается неспособен верить ни в какую любовь и привязанность, тогда его отношение подчинения направлено не на завоевание любви, а на поиски защиты. Есть люди, которые могут чувствовать свою безопасность лишь при полном повиновении. У них столь велики тревожность и неверие в любовь, что полюбить и поверить в ответное чувство для них почти невозможно.

Третье средство защиты от глубинной тревожности связано с использованием власти -- это стремление достичь безопасности путем обретения реальной власти, успеха или обладания. Формула такого способа защиты: если я обладаю властью, никто не сможет меня обидеть.

Четвертым средством защиты является уход. Если предыдущие три средства рассматривали борьбу, противостояние, желание справляться с трудностями любым путем, то этот способ направлен на спасение путем бегства от мира. Подобное может достигаться различными способами, например накоплением определенного количества богатства для достижения независимости от других в удовлетворении своих потребностей, или же -- сведением таких потребностей до минимума.

Любой из четырех способов может быть эффективным в обретении желаемого успокоения. При этом отмечается удивительная параллель: вследствие того, что зачастую невозможно следовать только одному способу из-за чрезмерных требований, предъявляемых к себе, то случается так, что невротик может одновременно испытывать настоятельную потребность повелевать другими и хотеть, чтобы его любили, и в то же время стремиться к подчинению, при этом навязывая другим свою волю, а также избегать людей, не отказываясь от желания быть ими любимым. Именно такие абсолютно неразрешимые конфликты обычно являются динамическим центром неврозов. Наиболее часто сталкиваются стремление к любви и стремление к власти.

Заметим, что структура неврозов Хорни не противоречит теории Фрейда (у Фрейда неврозы являются результатом конфликта между инстинктивными влечениями и социальными требованиями или тем, как они представлены в Супер-Эго). При этом К.Хорни (1997) считает, что столкновение между желаниями человека и социальными требованиями не обязательно приводит к неврозам, но может также вести к фактическим ограничениям в жизни, то есть к простому подавлению или вытеснению желаний или к страданию. Невроз возникает лишь в том случае, если этот конфликт порождает тревожность и если попытки уменьшить тревожность приводят к защитным тенденциям, которые несовместимы друг с другом. Для избавления от глубинной (базальной) тревожности люди различаются по способам на тех, для кого главным стремлением является желание любви или одобрения, ради которых они способны идти на все, на тех, чье поведение характеризуется тенденцией к подчинению, к покорности и отсутствием каких-либо попыток самоутверждения, на тех, для кого доминирующим стремлением является успех или власть или обладание, и на тех, кто склонен к уединению и обретению таким образом независимости. При этом желание любви, тенденция к подчинению, стремление к влиянию или успеху и побуждение к уходу в различных сочетаниях имеются у всех индивидов, т.е. не только у невротиков. Поэтому все эти тенденции могут послужить успокоению от тревожности.

Рассматривая жажду любви и власти, Хорни (1997) отмечает, что жажда любви и привязанности очень часто встречается в неврозах. При этом невротик зачастую оказывается неспособен здраво судить о том, какое впечатление он производит на других, поэтому и не в состоянии понять, почему его попытки установить дружеские, брачные, любовные, профессиональные отношения часто приносят неудовлетворенность. Такой индивид-невротик склонен заключать, что виноваты другие, что они невнимательны, вероломны, способны на оскорбление, не замечая причину в себе. При этом невротик оказывается перед дилеммой: он не способен любить, но тем не менее ему остро необходима любовь со стороны других.

Говоря о любви, Карен Хорни обращает внимание, что намного легче определить, что не является любовью, чем то, что такое любовь. "Можно очень глубоко любить человека и в то же время иногда на него сердиться, в чем-то ему отказывать или испытывать желание побыть одному, -- пишет Хорни[140]. -- Но есть разница между такими, имеющими различные пределы реакциями гнева или ухода и отношением невротика, который всегда настороже против других людей, считая, что любой интерес, который они проявляют к третьим лицам, означает пренебрежение к нему. Невротик интерпретирует любое требование как предательство, а любую критику -- как унижение. Это не любовь. Поэтому не следует думать, что любовь несовместима с деловой критикой тех или иных качеств или отношений, которая подразумевает помощь в их исправлении. Но к любви нельзя относить, как это часто делает невротик, невыносимое требование совершенства... Мы также считаем несовместимым с... понятием любви, когда видим использование другого человека только в качестве средства достижения некоторой цели, то есть в качестве средства удовлетворения определенных потребностей. Такая ситуация явно имеет место, когда другой человек нужен лишь для сексуального удовлетворения или для престижа в браке. Данный вопрос очень легко запутать, в особенности, если затрагиваемые потребности имеют психологический характер. Человек может обманывать себя, считая, что любит кого-то, а это всего лишь благодарность за восхищение им. Тогда второй человек вполне может оказаться жертвой самообмана первого, например, быть отвергнутым им, как только начнет проявлять критичность, не выполняя, таким образом, свою функцию восхищения, за которую его любили. Однако при обсуждении глубоких различий между истинной и псевдолюбовью мы должны быть внимательными, чтобы не впасть в другую крайность. Хотя любовь несовместима с использованием любимого человека для некоторого удовлетворения, это, не означает, что она должна быть целиком и полностью альтруистической и жертвенной. Это также не означает, что чувство, которое не требует ничего для себя, заслуживает названия "любовь". Люди, которые высказывают подобные мысли, скорее выдают собственное нежелание проявлять любовь, нежели свое глубокое убеждение. Конечно, есть вещи, которые мы ждем от любимого человека. Например, мы хотим удовлетворения, дружелюбия, помощи; мы можем даже хотеть жертвенности, если это необходимо... Различие между любовью и невротической потребностью в любви заключается в том, что главным в любви является само чувство привязанности, в то время как у невротика первичное чувство -- потребность в обретении уверенности и спокойствия, а иллюзия любви -- лишь вторичное". Иногда индивид-невротик стремится к любого рода привязанности в целях успокоения, т.е. он нуждается в любви и привязанности другого ради избавления от собственной тревожности. При этом такое стремление в его случае зачастую оказывается неосознанным. Невротик лишь чувствует, что перед ним тот человек, который ему нравится, или которому он доверяет, или к которому испытывает страсть. Но это может быть и не любовью, а лишь реакцией благодарности за некоторую проявленную по отношению к нему доброту, ответным чувством надежды или расположения, вызванным некоторым человеком или ситуацией. Тот человек, который явно или подспудно возбуждает в нем ожидания такого типа, станет автоматически наделяться важным значением, и его чувство будет проявлять себя в иллюзии любви. Часто такие отношения осуществляются под маской любви, то есть при субъективном убеждении человека в своей преданности, между тем как в действительности данная любовь является лишь "цеплянием за других людей для удовлетворения своих собственных потребностей. То, что это не искреннее чувство подлинной любви, обнаруживается в готовности его резкого изменения, которое возникает, когда не оправдываются какие-то ожидания. Один из факторов, важных для понимания любви, -- надежность и верность чувства -- отсутствует в этих случаях. Т.е., если индивид игнорирует личность другого, его особенностей, недостатков, потребностей, желаний, развития, то это скорее всего не любовь, а результат тревожности. Невротик, средством защиты которого является стремление к любви, оказывается не способен осознать свою неспособность любить. Большинство таких людей принимают собственную потребность в других людях за предрасположенность к любви. Кроме того, невротик фактически оказывается не способен принять любовь, к которой вроде как стремился. Притом что даже если привязанность или любовь может дать невротику внешнее спокойствие или даже ощущение счастья, то на самом деле это будет не так, ибо в глубине души невротик подобное воспринимает с недоверием, а то и подозрительностью или даже страхом. Он не верит в само чувство любви, потому что уверен, что никто его полюбить не сможет. Причем оказывается, уверен даже в том случае, если подобное противоречит его собственному жизненному опыту. У человека, который искренне любит других, не может быть никаких сомнений в том, что другие люди могут любить его. Но невротик может начинать искать в любви скрытые смыслы (которых там зачастую нет). Подозрительность -- весьма характерная черта индивидов с внутренней, глубиной, тревожностью. Поэтому, если привлекательная девушка открыто начнет проявлять любовь к невротику, он может воспринимать это как насмешку или даже как умышленную провокацию, так как не верит в то, что такая девушка может его полюбить. Такая любовь вызывает в невротике тревогу и страх зависимости. Поэтому он всяческим образом старается избежать ее. Причем эмоциональная зависимость (а любая зависимость это манипуляции) действительно играет свою негативную роль. Обычный человек позволяет такой зависимости поглотить себя, а невротик всячески сопротивляется в ответ на любовь со сторону другого испытать позитивный отклик в собственной душе. Как вариант избегания подобного рода манипулятивного влияния на собственную психику -- сознательное игнорирование любви, внушение себе, что человек проявивший любовь -- на самом деле преследует свои, одному ему известные цели, причем исключительно негативного порядка. Ситуация, порожденная таким образом, обращает внимание Карен Хорни (1997), сходна с ситуацией человека, который голодает, но не осмеливается принимать пищу из-за страха быть отравленным.

Рассматривая природу невротической любви, К.Хорни пишет: "Первой отличительной чертой, которая поражает нас в невротической потребности в любви, является ее навязчивый характер. Всегда, когда человеком движет сильная тревожность, неизбежный результат этого -- потеря непосредственности и гибкости. Проще говоря, это означает, что для невротика получение любви -- не роскошь, не источник в первую очередь добавочной силы или удовольствия, а жизненная необходимость. Здесь заключена такая же разница, как в различии между "я хочу быть любимым и наслаждаюсь любовью" и "необходимо, чтобы меня полюбили, чего бы это ни стоило". Образно говоря, различие между тем, кто имеет возможность быть разборчивым в еде и испытывает удовольствие благодаря хорошему аппетиту, и голодающим человеком, который должен без разбору принимать любую пищу, так как не имеет возможности потворствовать своим прихотям"[141]. При этом основная ошибка невротика проявляется в том, что он стремится, чтобы его любили все люди, тогда как вполне достаточно (если так уж хочется) добиться любви только ряда конкретных лиц. Например, встречаются женщины, которые чувствуют себя несчастными и полны тревоги, если рядом с ними нет мужчины; они будут заводить любовную связь, вскоре разрывать ее, опять чувствовать себя несчастными и полными тревоги, начинать другую любовную связь, и так далее. То, что это не является подлинным стремлением к связи с мужчинами, видно по тому, что данные связи являются конфликтными и не приносят удовлетворения. Обычно эти женщины останавливаются на первом попавшемся мужчине, для них важно само его присутствие, а не любовная связь. Как правило, они даже не получают физического удовлетворения[142].

Существует схожее поведение и у мужчин-невротиков, которые всяческими путями стремятся добиться расположения многих женщин (чем больше тем лучше), ни на ком конкретно не останавливаясь и чувствуя неловкость и беспокойство в компании мужчин. При этом мы должны говорить о том, что невротик будет платить любую цену за любовь, большей частью не осознавая этого. Наиболее частой платой за любовь является позиция покорности и эмоциональной зависимости. Покорность может выражаться в том, что невротик не будет осмеливаться высказывать несогласие со взглядами и действиями другого человека или критиковать его, демонстрируя только полнейшую преданность, восхищение и послушание. Когда люди такого типа все же позволяют себе высказать критические или пренебрежительные замечания, они ощущают тревогу, даже если их замечания безвредны. Подчинение может доходить до того, что невротик будет вытеснять не только агрессивные побуждения, но также все тенденции к самоутверждению, будет позволять издеваться над собой и приносить любую жертву, какой бы пагубной она ни была. Карен Хорни находит подобное родственным позиции подчинения. И в том и в другом случае явно проявляется эмоционально-невротическая зависимость, "которая возникает в результате невротической потребности человека уцепиться за кого-то, дающего надежду на защиту. Такая зависимость не только может причинять бесконечные страдания, но даже быть исключительно пагубной. Например, встречаются отношения, в которых человек становится беспомощно зависимым от другого, несмотря на то, что он полностью осознает, что данное отношение является несостоятельным. У него такое чувство, словно весь мир разлетится на куски, если он не получит доброго слова или улыбки. Его может охватить тревога во время ожидания телефонного звонка или чувство покинутости, если человек, в котором он так нуждается, не может увидеться с ним. Но он не в состоянии порвать эту зависимость"[143].

Обычно структура эмоциональной зависимости сложнее. В отношениях, в которых один человек становится зависимым от другого, присутствует сильное чувство обиды. Человек, попавший в зависимость от другого, бессознательно негодует по поводу этого факта, но продолжает делать все что от него хотят из страха потерять любовь. При этом такой человек может придти к выводу, что подчинение было ему навязано другим человеком, упуская мысль о том, что он сам спровоцировал подобное поведение своей излишней тревожностью. В любом случае он должен приложить серьезное усилие, чтобы избавиться от такого рода зависимости. Потому что любая попытка приводит к росту чувства вины и беспокойству. К тому же у ряда невротиков эмоциональная зависимость вызывает страх, что их жизнь рушится. Поэтому одной из форм противостояния такие невротики выбирают способ не обращать внимание на любовь даже понравившегося ему человека, опасаясь, что в итоге это приведет к зависимости их от этого человека. Также возможно, что в процессе ряда любовных неудач, подобные лица могут вырабатывать противоядие. Например, девушка, прошедшая через несколько любовных историй, каждая из которых заканчивалась ее зависимостью от очередного партнера, может выработать независимое отношение ко всем мужчинам, стремясь лишь к удержанию своей власти над ними, и не испытывая никаких чувств. В этом случае она действительно оказывается способна управлять мужчинами, но в душе (бессознательно) ощущает собственную неуверенность, умело скрывая ее, поэтому если правильно подобрать ключик к душе такой девушки, то становится возможным спровоцировать в ней невротическую зависимость, а значит и заставлять ее делать все что необходимо вам, в ответ, например, на бессознательное ощущение избавления от внутренних страданий и душевного равновесия когда вы находитесь рядом. В этом случае действительно становится возможным управлять другим человеком, потому что он будет бояться потерять вас. При этом подобное можно использовать не только в любовных отношениях, но и просто в жизни, подчиняя к себе людей путем сначала провоцирования в их психике невритической зависимости, а позже умелым снятием волнения и беспокойства.

Особенностью невротической потребности в любви является ее ненасытность. Невротическая ненасытность может проявляться в жадности как общей черте характера, обнаруживаясь в еде, покупках, нетерпении. Большую часть времени жадность может вытесняться, прорываясь внезапно, например, когда человек в состоянии бессознательной тревоги (своего рода трансовом состояние) покупает много не нужных (модных) вещей. Также невротическая ненасытность может проявляться в стремлении жить за чужой счет.

Жадность может проявляться в сексуальной ненасытности, или, например, в приобретении одежды, в осуществлении честолюбивых или престижных целей. При этом любая форма жадности связана с тревожностью, и помимо сексуального удовлетворения с партнером может проявляться в чрезмерной мастурбации или чрезмерной еде. Связь между сексуальным удовлетворением и едой, как обращает внимание Хорни[144], показана тем фактом, что жадность может уменьшаться или исчезнуть, как только человек находит некую уверенность и покой: почувствовав любовь к себе, завоевав успех, выполнив творческую работу. Например, чувство, что тебя любят, может внезапно ослабить силу навязчивого желания делать покупки. С другой стороны, жадность может возникать или усиливаться, как только возрастает враждебность или тревожность; человек может чувствовать непреодолимую потребность делать те или иные покупки перед событиями, в связи с которым он очень волнуется. Но также следует говорить и о том, что существует много людей, которые испытывают тревожность, но у которых не развилась жадность. А невротики, которые ненасытны в своей потребности в любви, обычно проявляют жадность в отношении материальных благ, получении подарков, информации или сексуального удовлетворения, ради которых часто жертвуют своим временем или деньгами.

К.Хорни, рассматривая вопрос о роли любви и привязанности, выделяет три типа невротиков. К первой группе она относит лиц, которые стремятся к любви, в какой бы форме она ни проявлялась и какие бы методы ни применялись ради ее достижения. Ко второй группе относятся невротики, которые тоже стремятся к любви, но, если терпят неудачу в каких-либо взаимоотношениях -- отстраняются от людей и не идут на сближение с другим человеком. Вместо попыток установить привязанность к какому-либо человеку они испытывают навязчивую потребность в вещах, еде, покупках, чтении или, вообще говоря, в получении чего-либо. К третьей группе относятся невротики, психика которых была травмирована в раннем возрасте, и у них развилась позиция глубокого неверия в какую-либо любовь и привязанность. Их тревожность столь глубока, что они довольствуются малым -- лишь бы им не причиняли какого-либо вреда. У таких людей развивается циничное отношение к любви; а потребность в любви такие невротики будут заменять потребностью в материальной помощи, совете, сексе[145].

У невротиков весьма развита и невротическая ревность, которая в отличие от ревности здорового человека, которая может быть адекватной реакцией на опасность потери чьей-то любви, заключается в силе ревности, непропорциональной опасности. Такая болезненная ревность диктуется постоянным страхом утратить обладание данным человеком или его любовь; вследствие этого любой интерес, который может быть у объекта любви невротика, представляет для невротика опасность. Такой тип ревности может проявляться во всех видах человеческих отношений: со стороны родителей к своим детям, которые стремятся вступить в брак, между супругами, в любых любовных отношениях.

Невротическое желание абсолютной любви является намного более требовательным, чем нормальное желание, и в своей крайней форме невозможно для осуществления. Это требование любви, не допускающей никаких условий или оговорок. Оно предполагает, во-первых, желание, чтобы тебя любили, несмотря на любое самое вызывающее поведение. Любая критика воспринимается как отказ от любви. Во-вторых, невротическое требование абсолютной любви включает в себя желание быть любимым, не давая ничего взамен. В-третьих, невротик (часто это женщина) хочет чтобы ее любили, не получая от этого никакой выгоды. Сама же она охотно будет пользоваться вашим богатством и влиянием, крайне неохотно соглашаясь на секс, и периодически закатывая скандалы. Это особенно распространено в семьях т.н. новых русских и служит одной из форм того, что мужья заводят себе любовниц (или жены -- любовников). Поэтому следует помнить, что невротики крайне подвержены внушению, поэтому с ними необходимо разговаривать директивным порядком, не оставляя им шансов к сопротивлению, и получать от них все, что вам необходимо (в т.ч. и в плане секса; причем в последнем случае можно вообще вызвать в женщине-невротике чувство вины, которое бессознательно начнется у ней, если она вдруг откажет вам в удовлетворении вашего желания; в психику человека, в т.ч. и женщины, можно ввести установки, или поставить "якорь", запрограммировав на определенный сигнал, при котором такой человек или женщина будет впадать в полутрансовое или трансовое состояние, во время которого можно делать с таким человеком все что вам необходимо; но позже необходимо грамотно вывести такого человека из транса, сформировав у него ощущение радости, например, или еще какого-то позитивного начала; в каждом случае тут индивидуально). При этом можно обратить внимание и на любопытную особенность. Чем строже вы будете обходиться с человеком-невротиком, тем большее уважение вызовете в его глазах. Люди бессознательно хотят подчиняться другому. А у невротиков подобное желание обычно развито в гиперболической степени.

Помимо любовных провокаций невроза и собственно любви как способа снятия невроза, манипуляторами используется и такая форма снятия тревожности как обретение власти. "Завоевать любовь и расположение, -- пишет К.Хорни[146], -- значит получить успокоение путем усиления контакта с другими, в то время как стремление к власти... означает получение успокоения через ослабление контакта с другими и через укрепление собственного положения".

Невротические стремления к власти, престижу и обладанию служат не только защитой от тревожности, но также и каналом, по которому может выходить вытесненная враждебность. Стремление к власти служит защитой от беспомощности, которая является одним из основных элементов тревожности. Невротик начинает испытывать тревожность там, где обычный человек воспринял бы ситуацию как должное (например, чей-нибудь совет, помощь, руководство, и т.п.). Невротическое стремление к власти является также защитой от опасности выглядеть ничтожным. Невротик вырабатывает жесткий и иррациональный идеал силы, который заставляет его верить, что он способен справиться с любой ситуацией, какой бы сложной она ни была, и может справиться с ней немедленно. Поэтому невротик, ориентированный на власть, будет стремиться управлять другими и держать все под своим контролем. Он хочет, чтобы не происходило ничего, что не одобрялось бы им, или не возникало бы по его инициативе. При этом невротик может давать себе обратную установку, т.е. сознательно предоставлять другим возможность иметь полную свободу, за малым исключением: он должен знать все, что делает человек, получивший от него свободу на деятельность. Причем, тенденции все контролировать могут вытесняться до такой степени, что не только сам невротик, но и окружающие могут быть уверены в его великодушии. Тогда как известно, что если человек столь полно вытесняет свое желание контролировать, то он за это начинает платить различного рода психосоматической симптоматикой (например, головной болью, расстройством желудка, и т.п.) Кроме того такие невротики всегда считают себя правыми, и сильно раздражаются, если кто-то попытается доказывают им их неправоту. Источником раздражения также может являться любого рода отсрочка или вынужденное ожидание. Часто невротик не осознает существования управляющей им установки.

Такое отсутствие осознания имеет важные последствия для любовных отношений, замечает Карен Хорни. Если любовник или муж не оправдывает ожиданий невротичной женщины, если он опаздывает, не звонит, уезжает из города, она чувствует, что он не любит ее. Вместо того чтобы признать, что ее чувства -- обычная реакция гнева на неподчинение ее желаниям, которые часто не высказываются вслух, она интерпретирует эту ситуацию как свидетельство своей ненужности[147]. Это заблуждение приводит к неврозу. Начало подобного обычно закладывается в детстве, когда деспотичная мать, чувствуя возмущение по поводу непослушания ребенка, начинает высказывать вслух, что ребенок ее не любит. Во взрослой жизни, если ребенок оказывается девушкой, это несет свои негативные последствия, потому как такая девушка-невротик не сможет полюбить "слабого" (в ее искаженном представлении) мужчину из-за презрения к любой слабости, но и не сможет сладить с "сильным" мужчиной, потому что имеет внутреннее (бессознательное) желание диктовать свою волю, а сильный мужчина ей этого не позволит. Он сам будет ей управлять, а значит у таких девушек случится дисбаланс в психике, и последует продолжение развития таких форм невроза как истерия и проч. Эти особы хотят невозможного: мужчина должен быть сверхсильным героем, чтобы понравиться им, и в то же время стать "подкаблучником", чтобы с готовностью выполнять любые их патологические желания. Сам же невротик, будь-то мужчина или женщина, обычно стремится производить впечатление на других, являться объектом восхищения и уважения. Он будет демонстративно тратить деньги, пытаться щеголять знанием книг, знакомством со знаменитостями. Такой невротик с легкость окажется готов сделать своим другом, мужем, женой, сотрудником и проч. того, кто и восхищается, и не восхищается им. В первом случае ему это необходимо для дальнейшего оказания власти на такого человека, во втором -- сделав партнером индифферентного к нему человека, невротик тем самым бессознательно приблизится к порабощению его, и будет держать подле себя пока не почувствует что последний окажется в его власти. После с таким человеком невротику будет уже не интересно.

Дополнительной особенностью, возникающей в результате навязчивого желания доминировать, является неспособность человека устанавливать равные отношения. Если он не становится лидером, то чувствует себя полностью потерянным, зависимым и беспомощным. Он настолько властен, что все, выходящее за пределы его власти, воспринимается им как собственное подчинение. Вытеснение гнева может привести к чувству подавленности, уныния, усталости. Однако то, что ощущается как беспомощность, может быть лишь попыткой обходным путем достичь доминирования или выразить враждебность из-за своей неспособности лидировать. Например, супруги решили отправиться в поездку по незнакомым местам. Жена заранее изучила карту и взяла на себя лидерство. Но в пути они отклонились от заданного маршрута, свернув не на ту дорогу. В таком случае женщина-невротик вдруг начинает чувствовать себя неуверенно, и уступает руководство поездкой мужу. До этого она была веселой и активной, но внезапно стала испытывать усталость. "Большинство из нас знает об отношениях между супругами.., -- пишет Карен Хорни[148], -- в которых страдающий неврозом партнер действует как надсмотрщик над рабами, используя свою беспомощность в качестве кнута для того, чтобы принудить других выполнять его волю... Для этих ситуаций характерно, что невротик никогда не удовлетворяется затраченными ради него усилиями, а реагирует лишь все новыми и новыми жалобами и требованиями или... обвинениями, что им пренебрегают и жестоко с ним обращаются".

У людей, для которых стремление к престижу стоит на первом месте, враждебность обычно принимает форму желания унижать других. Это желание выходит на первый план особенно у тех людей, чувству собственного достоинства которых был нанесен унизительный удар, в результате чего они стали мстительными. Обычно в детстве они прошли через ряд связанных с унижением переживаний, которые могли иметь отношение либо к социальной ситуации, в которой они росли, например такой, как принадлежность к национальному меньшинству, бедность, или к их собственной личной ситуации, например, они испытывали к себе предвзятое отношение, терпели презрительное отвержение, постоянно являлись объектом нравоучений и недовольства родителей. Часто переживания такого рода забываются из-за их болезненного характера, но они вновь возникают в сознании, если проблемы, связанные с унижением, обостряются. Однако у взрослых невротиков можно наблюдать не прямые, а лишь косвенные результаты этих детских ситуаций, результаты, которые были усилены вследствие прохождения через "порочный круг": чувство унижения; желание унижать других; усиление чувствительности к унижению из-за страха возмездия; возрастание желания унижать других[149].

Тенденция унижать других обычно глубоко вытесняется потому, что невротик, зная по собственной обостренной чувствительности, сколь оскорбленным и мстительным он становится, когда подвергается унижению, инстинктивно боится сходных реакций других. Тем не менее, некоторые из этих тенденций могут проявляться без их осознания: в беспечном пренебрежении к другим людям, например, заставляя их ждать, ненамеренно ставя других в неловкие ситуации, заставляя других ощущать свою зависимость. Даже если невротик абсолютно не осознает своего желания унижать других или того, что сделал это, его отношения с этими людьми будут пропитаны смутной тревожностью, которая обнаруживается в постоянном ожидании упрека или оскорбления в свой адрес. Внутренние запреты, возникающие в результате обостренной чувствительности к унижению, часто проявляются в форме потребности избегать всего, что может казаться оскорбительным для других; так, например, невротик может быть неспособен высказаться критически, отклонить предложение, уволить сотрудника, в результате он часто выглядит в высшей степени тактичным или чрезмерно вежливым. Также тенденция к унижению других может скрываться за тенденцией к восхищению. Так как унижение и проявление восхищения диаметрально противоположны, последнее дает возможность скрыть тенденцию к унижению. Поэтому обе эти крайности часто встречаются у одного и того же человека. Имеются различные варианты распределения этих двух видов отношений, причем мотивы для такого распределения индивидуальны. Они могут проявляться отдельно друг от друга в различные периоды жизни, когда за периодом презрения ко всем людям следует период чрезмерных восторгов и поклонения героям и знаменитостям; может иметь место восхищение мужчинами и презрение к женщинам, и наоборот; или слепое восхищение кем-то одним и такое же слепое презрение ко всем остальным людям.

Очевидно, отмечает Хорни (1997), тенденция ущемлять или эксплуатировать окружающих не только возникает вследствие нарушенных личных взаимоотношений, но и сама в результате ведет к дальнейшему их ухудшению. Особенно если эта тенденция бессознательная, -- она делает человека застенчивым и даже робким в отношениях с другими людьми. Он может вести и чувствовать себя свободно и естественно в отношениях с людьми, от которых он ничего не ждет, но будет испытывать смущение, как только появится какая-либо возможность получить от кого-либо любую выгоду. Такая выгода может касаться таких осязаемых вещей, как информация или рекомендация, или она может иметь отношение к намного менее осязаемым вещам, таким, как возможность получения благ в будущем. Это справедливо для любовных отношений точно так же, как и для любых других. Женщина-невротик этого типа может быть откровенной и естественной с мужчинами, которые ей безразличны, но чувствует себя смущенной и скованной по отношению к мужчине, которому хотела бы нравиться, потому что для нее достижение любви отождествляется с получением от него чего-либо. Причем часть таких невротиков может хорошо зарабатывать, а часть может оставаться бедными вследствие стеснения спросить об оплате, или выполнить большой объем работы за низкое вознаграждения. При этом такой невротик может испытывать недовольство своим низким заработком, а может и опуститься к ведению паразитического образа жизни, и такому же бессознательному мнению о том, что другие должны заботиться о нем. Отчасти в этом случае такой невротик находит человека, кто начинает заботиться о нем, в обмен, например, если это невротик-женщина -- на секс (секс в данном случае в представлении такой девушки будет являться ее платой за пользование благами, которые дает ей мужчина, т.е. платой мужчины за паразитизм и неприспособленность к жизни своей партнерши).

Одной из существенных форм манипуляции сознанием (путем воздействия на подсознание) является провоцирование в объекте манипуляций чувства вины. Чувство вины это особая форма невротической зависимости, которая может весьма пагубно сказаться на жизни индивида, ставшего объектом недобросовестных манипуляций со стороны как профессиональных манипуляторов, так и близких (жен, мужей, псевдо-друзей, знакомых, коллег и проч.) В картине проявлений неврозов чувство вины играет первостепенную роль. Специфика психики такова, что человек, страдающий неврозом, часто склонен объяснять свои страдания как заслуженные. При этом такой человек часто чувствует себя виновным чуть ли не во всем. "Если кто-то хочет увидеться с ним, -- пишет Хорни[150], -- его первая реакция -- ожидание услышать упрек за что-либо им сделанное ранее. Если друзья не заходят или не пишут какое-то время, он задается вопросом, не обидел ли он их чем-то? Он берет на себя вину, даже если не виноват. Виновников своих обид он оправдывает, обвиняя во всем случившемся только себя. Он всегда признает авторитет и мнение других, не позволяя себе иметь собственное мнение или по крайней мере высказывать его".

Чувство вины оказывает серьезное влияние на изменение личности невротика. При этом сам невротик бессознательно не стремиться избавиться от наличия у себя чувства вины. В этом проявляется его латентная форма т.н. морального мазохизма. Он как бы наслаждается собственными страданиями. Многое из того, что кажется чувством вины, является выражением либо тревожности, либо защиты от нее. "Многие мужчины, которые говорят о сохранении верности на основе велений совести, в действительности просто боятся своих жен, --замечает Карен Хорни (1997). -- вследствие высочайшей тревожности при неврозах невротик чаще, чем здоровый человек, склонен прикрывать свою тревожность чувством вины. В отличие от здорового человека он не только страшится тех последствий, которые вполне могут иметь место, но заранее предвидит последствия, абсолютно несоразмерные с действительностью. Природа этих предчувствий зависит от ситуации. У него может быть преувеличенное представление о грозящем ему наказании, возмездии, покинутости всеми, или же его страхи могут быть совершенно неопределенными. Но какой бы ни была их природа, все его страхи зарождаются в одной и той же точке, которую можно... определить как страх неодобрения... Страх неодобрения очень часто встречается при неврозах. Почти каждый невротик, даже если на первый взгляд он кажется абсолютно уверенным в себе и безразличным к мнению других, испытывает чрезвычайный страх или сверхчувствителен к неодобрению, критике, обвинениям, разоблачению". Страх неодобрения очень важен для понимания чувства вины. Неадекватный страх неодобрения может распространяться на всех людей или только на друзей, хотя невротику обычно трудно различать друзей и врагов. Такой страх может проявляться в опасении вызвать у людей раздражение. Например, невротик может бояться отказаться от приглашения, опасаться высказать несогласие с чьим-либо мнением, выразить свои желания, которые могут, по его мнению, противоречить желаниям других, и т.п. Такой страх может препятствовать общению невротика с другими людьми из-за опасения, что они что-то о нем узнают (при этом другие люди могут проявлять к этому человеку исключительно добрые намерения и симпатии) (К.Хорни, 1997). При этом следует говорить о том, что любая форма невротической зависимости вводит человека-невротика в измененные, трансовые состояния. Находясь в таких состояниях психика человека максимально предрасположена к различного рода внушению. Поэтому если сначала ввергнуть объект в состояние транса (например, спровоцировав у него тревожность, беспокойство, чувство вины -- т.е. сделать провокацию невроза), а после внушить объекту установку (посредством формирования доминанты, очагового возбуждения в коре головного мозга), можно быть уверенным что такая установка, (т.е. информация, поданная в директивной форме) отложиться в подсознание, а значит, через какое-то время начнет оказывать свое влияние на сознание индивида. Тем самым будет осуществлено программирование психики объекта на выполнение заданных манипулятором действий.


Механизмы манипулирования.

Стоит заметить, что манипуляции различаются по характеру воздействия: манипуляции направленные против отдельной личности, и манипуляции против масс. Манипуляция -- это скрытое воздействие, воздействие на подсознание.

Согласно психоаналитической теории, манипулирование -- это стремление навязать свою волю другому. Причем, не посредством силы (иначе это будет не манипулирование, а силовое воздействие), а через вызывание в психике индивида, на которого могут быть направленно манипулятивное воздействие -- или невроза, или, например, через провокацию базового инстинкта. Что почти тут же вызывает определенный дискомфорт в психике. И заставляет такого индивида скорее принять условия манипулятора. А значит, манипуляция прошла успешно, и манипуляторы достигли успеха.

Одной из защит от манипуляций является разграничение воздействия манипулятора. Ведь чаще всего манипуляции становятся возможными в случае как бы поверхностного, или рассеянного, воздействия. В случае же если несколько вопросов (или один, но весьма расплывчатый) вы разделяете на несколько составляющих -- то в это в случае манипулятору приходится находиться в жестких рамках, в которые вы его ставите разграничением (разделением) вопроса на несколько составляющих. И ему волей-неволей приходится или отвечать, или искать другой объект манипуляций. И в том и в другом случае эффект противодействия манипулированию достигнут.

Рассмотрим несколько подробней.

Как мы уже заметили, эффект противодействия часто достигается тем, что мы своими уточнениями (не бойтесь уточнять, тем самым любого можно сбить с волны психической атаки) как бы вносим некий дискомфорт в психику манипулятора, решившего путем оказания на нас психологического воздействия добиться выполнения каких-либо нужных ему целей и задач. Когда наиболее возможны манипуляции? Когда нас застают врасплох. В этом случае легче побыстрее согласиться со всем, о чем говорят, чтобы вновь оказаться наедине с собой. Ведь известно, что из всех состояний для любого индивида наиболее предпочтительнее одиночество (или нахождение в кругу "поверенных" близких)[151]. Поэтому вполне объяснимо, что если кто-то внезапно вмешивается в характер наших размышлений, мы стремимся поскорее дать ответ на его вопрос, дабы вновь оказаться наедине с собой. А значит, правильно выбранный манипулятором момент вполне может привести к успеху его манипуляций. Ведь ему надо добиться своего. Задача может быть легко выполнена при удачно выбранном моменте (таким моментом может быть также: усталость, недомогание, чрезмерная радость, горе, легкое алкогольное опьянение, и т.п.). То есть в данном случае перед нами пример так называемых измененных состояний сознания, во время которых ослаблена цензура психики, а значит, сама психика становится весьма подвержена манипулятивному воздействию. Тогда как, если сознание индивида все время включено, то вероятность оказания воздействия на него весьма снижена.

Известно, что манипуляторы используют различные методики воздействия на психику индивида с целью порабощения его сознания, и посредством подчинения воли -- выполнения чуждых индивиду требований, санкционированных желанием манипулятора навязать свою власть. Причем, как мы уже заметили, угроза подобного рода воздействий всегда скрыта мнимым добродушным поведением манипулятора. Если вас открыто принуждают что-то сделать -- это уже будут не манипуляции, а насилие. Манипулятор действует искусно. Ему главное вторгнуться в ваше сознание и (или) в ваше подсознание. Для этого он должен использовать те слова или действия (жесты, поступки, проч.), которые смогут или сразу деморализовать вашу психику, и тем самым сдаться на милость победителя, или же усыпить бдительность, обмануть цензуру психики, чтобы потом -- внезапно -- нанести свой решающий удар, результатом которого станет победа.

Какие же способы при этом может использовать манипулятор?

Как мы уже заметили, манипулятор дает себе установку вторгнуться в вашу психику (с целью подчинения ее хотя бы на непродолжительное время), и при этом, понимает, что для осуществления подобного он должен усыпить бдительность такой инстанции психики -- как цензура.

Вспомним что такое цензура психики. Фрейд разделял психику индивида на три составляющих: "Я", "Оно", и "Сверх-Я". "Я" он с долей условности относил к сознанию, "Оно" к бессознательному (подсознание), тогда как "Сверх-Я" -- или т.н. цензура психики, то, что находится на пути между сознанием и подсознанием (бессознательным). "С долей условности", -- потому что, по мнению Фрейда, "Быть сознательным" есть чисто описательный термин, ссылающийся на наиболее непосредственные и наиболее надежные восприятия. Но дальше опыт показывает нам, что психический элемент, например, представление, обычно не осознается длительно. Напротив, характерно то, что состояние осознательности быстро проходит; осознанное сейчас представление в следующий момент делается неосознанным, но при известных легко осуществимых условиях может снова вернуться в сознание. И мы не знаем, чем оно было в промежутках; мы можем сказать, что оно было латентно, и подразумеваем под этим, что оно в любой момент было способно быть осознанным. Но и в этом случае, если мы скажем, что оно было бессознательным, мы даем правильное описание. Это бессознательное совпадает тогда с латентной способностью к осознанию"[152]. Фрейд также разделял бессознательное психики на два составляющих, "латентное, но способное к осознанию, и вытесненное -- само по себе и без дальнейшего неспособное для осознания"[153]. При этом Фрейд допускал, что и "Я" в иных случаях может быть бессознательным. Возникновение же "Сверх-Я" Фрейд видел в существовании Эдипова комплекса, в тех запретах, которые существовали в период детства индивида. "Если мы еще раз рассмотрим... возникновение "Сверх-Я", -- писал Фрейд в работе "Я и Оно", -- то мы признаем его результатом двух в высшей степени значительных биологических факторов, а именно: длительной детской беспомощности и зависимости человека, и факта наличия его, Эдипова комплекса, который мы ведь объяснили перерывом в развитии либидо, вызванным латентным временем, т. е. двумя -- с перерывом между ними -- началами его сексуальной жизни... Таким образом... "Сверх-Я"... отображает самые значительные черты развития индивида и развития вида, и, кроме того, создает устойчивое выражение влияния родителей, т. е. увековечивает те моменты, которым оно само обязано своим происхождением"[154].

"Идеал Я" или "Сверх-Я", --отмечал Фрейд, -- репрезентация нашего отношения к родителям... "Идеал Я" является наследием Эдипова комплекса и, следовательно, выражением наиболее мощных движений и наиболее важных судеб либидо в "Оно". Вследствие установления "Идеала Я", "Я" овладело Эдиповым комплексом и одновременно само себя подчинило "Оно". В то время, как "Я", в основном, является представителем внешнего мира, реальности, -- "Сверх-Я" противостоит ему как поверенный внутреннего мира, мира "Оно"... конфликты между "Я" и идеалам будут, в конечном итоге, отражать противоположность реального и психического, внешнего мира и мира внутреннего"[155].

Следует обратить внимание на то, что манипуляторы люди большей частью искусные и даже в чем-то талантливые. Не совсем верно рассматривать манипуляции исключительно как зло. Да, с помощью манипуляций -- манипулятор добивается для себя каких-то лучших жизненных условий, на которые он, по его мнению, претендует. Но и при этом (особенно если касается т. н. манипуляций над личностью, в противовес манипулирования массами) и повод и причина и последствия могут быть столь ничтожными, что от того не несет каких-то значительных убытков тот, на кого обращена манипуляция, а сам манипулятор получает весьма кратковременный эффект; причем и манипулятор и манипулируемый как бы знают, что в том, что произойдет -- словно бы ничего страшного не будет. Да, один, в результате манипуляций, должен пойти на уступки другому. Но ведь и не более того; тем более если сами эти уступки не несут какой-либо масштабной трагедии. И это весьма важный факт, помогающий понять возможность манипуляции; ибо в большинстве случаев тот, кто идет в результате подобного на поводу у другого, как бы действительно понимает, что ничего страшного не произойдет. Не замечая, впрочем, общего зла, потому как известен такой принцип запоминания как повторение. Поэтому существует опасность, что в результате того, что индивид идет на уступки другому индивиду не раз и не два, подобная установка прочно откладывается в его памяти, в его сознании, закрепляясь и в подсознании. А значит, велика вероятность того, что в последующем, при возникновении схожей ситуации, такой индивид будет реагировать уже привычным ему образом, т.е. подчиняясь. При том что манипулятор в данном случае тоже уже в следующий раз будет действовать еще более увереннее, а значит и успешнее.

Говоря о распространенности манипуляций, следует признать, что в наибольшей мере манипуляции распространены в личной жизни (в семье, на работе, и т.п.), где всегда находится кто-то один, который стремится подчинить других; причем зачастую выстраивает такие схемы, где действуют словно бы и беспроигрышные варианты манипуляций и вероятной победы. Поэтому необходимо уметь противостоять подобного рода атаке на вашу психику, уметь воздействовать на манипулятора таким образом, чтобы он понял, что по отношению к вам подобные "штучки" не проходят.

Теория сублиминального воздействия

Как известно, Зигмунд Фрейд, создавая психоанализ, не считал, что тот должен выполнять только терапевтическую функцию. Более того, к концу жизни Фрейд стал рассматривать психоанализ все больше как возможность, понимая механизмы психики индивида, воздействовать на массы. Фрейд создал ряд фундаментальных работ именно в области прикладного психоанализа, или сублиминального менеджмента. "...давайте... договоримся о словах и окончательно решим, что это такое для нас с вами -- "прикладной психоанализ", -- пишет проф. В.А.Медведев[156]. -- Если предварительно договориться о том, что под термином "прикладной психоанализ" мы по сложившейся традиции понимаем любые неклинические формы практического применения концепции бессознательных психических процессов, то получается, что появиться на свет он пытался неоднократно и в совершенно различных обличиях. Каждая из этих попыток порождала нечто особенное, нечто оригинальное и вполне жизнеспособное".

Далее В.А.Медведев (2004) прослеживает пути становления прикладного направления психоанализа, объясняя что "в 1896-1899 годах прикладной психоанализ возник как культурологическое обоснование сновидческого самоанализа Зигмунда Фрейда, как некая точка опоры, как своего рода страховка в опасном деле погружения в глубинные слои собственной неосознаваемой памяти. Символика мифа и детской сказки, ассоциативные ряды актуального культурного поля (т.н. "дневного остатка") стали первыми ориентирами для "охотников за бессознательным", позволили создать основы практической (прикладной) психоаналитической процедуры как концептуально нагруженного самоанализа. В данном своем качестве прикладной анализ был предъявлен миру в своем самом универсальном виде, применимом к буквально к каждому из нас... Властвовать собою, т.е. быть субъектом воли, а не игрушкой в руках случайных обстоятельств и внешних сил, оказалось возможным лишь на основе психоаналитически организованного самоотношения, на основе продуктивного диалога с вытесненными содержаниями собственной памяти. А культуральные агенты, типа андерсеновской сказки о новом платье короля, сыграли при этом роль первичных детерминантов появления и фиксации определенных глубинно-психологических феноменов (в данном случае -- одного из видов типических сновидений)".

В.А.Медведев (2004) обращает внимание[157], что в тот период впервые было изучено проявление бессознательного, неосознаваемого, набора мотивационных стимулов в жизни в виде языковых ошибок (оговорок и проч.), остроумии, нарушениях памяти, сексуальных предпочтениях и проч. В результате чего на рубеже двадцатого века прикладной психоанализ позволил заглянуть в глубины бессознательного. Сталкиваясь с разного рода фобийными проявлениями для психики, большая часть людей тот час же неосознанно вытесняет подобную информацию в бессознательное, как бы отстраняясь от нее. Тогда как другая часть индивидов принимает знание о бессознательном, и формирует на основе него личностное мировоззрение. В 1907-1915 годах психоанализ стал развиваться как гуманитарная наука, универсальная модель интерпретации культурного достояния человечества. В этот период под знаменами психоанализа собираются различные ученые, специалисты в различных областях знаний (историки, этнологи, лингвисты, культурологи, психиатры, невропатологи, психологи, писатели и т.п.) Сам Фрейд в этот период, помимо прочего, занимался исследованием художественной литературы (пьесы Вильяма Шекспира, картины Леонардо да Винчи, скульптуры Микеланджело, и др.) Интерпретация творчества, как и авторов подобного творчества проводилась на материале индивидуальной психопатологии, понимаемой как ключ к истолкованию скрытой специфики социальных феноменов, т.е. в качестве базового методического приема Фрейдом был предложен принцип аналогового переноса понимания природы индивидуальной невротической проблематики в область социальных и культурных феноменов. Именно в этот период в прикладном психоанализе возникла индивидуальная невротическая организация, являющаяся результатом патогенного влияния культурной среды и которая легла в основу любых культурологических изысканий.

В этот же период были проведены исследования ученика З.Фрейда -- К.Г.Юнга (позже вступившего в полемику со своим учителем, и отдалившегося от него), работы Ш.Ференци по психоанализу воспитания и обучения детей, исследования О.Ранком мифологии и художественной культуры, работы Т.Райка, О.Пфистера, Г.Закса, Г.Рохайма и пр. представителей первой волны прикладных исследователей. С 1919 года психоанализ начал активно развиваться в Будапеште в прикладном варианте. При этом в фашисткой Германии, как отмечает В.А.Медведев (2004), "мистика бессознательного в области восстановления глубинно-психологических основ государственности (третьего рейха) была вытеснена мистикой арийского мифа, а в Советской России психоаналитические претензии на идеологический контроль были деятельно пресечены вновь сконструированной идеологией т.н. "ленинизма" (т.е. силового государственного контроля, опирающегося на машину аппаратной силовой диктатуры, а не на психотехнологии недирективного властвования)". Тем не менее, именно в период 1919-1925 годов прикладной психоанализ получил активное распространение как теория и практика манипулирования массовыми психическими процессами, и стал рассматриваться как синтез психоаналитической теории бессознательных процессов и конкретной управленческой задачи. Таким образом, психоаналитические подходы показали свою эффективность не только в области власти над собой и власти над небольшой группой (сектой), сплоченной единым мистическим переживанием, но и как основа властвования над умами, интеллектуального доминирования, позволили выстраивать работу с массовыми процессами при решении как частных управленческих задач, так и проблемы поддержания самой динамики массообразования, ее "социальности" (цивилизованности). С помощью прикладного психоанализа стало возможным регулировать поведение людей (малой группы, элиты, общества), моделируя их поступки (восприятие действительности). При этом, алгоритм такого управления весьма эффективен, отмечает В.А.Медведев (2004), но столь же и разрушителен. Психоанализ не помогает преодолеть изначальный конфликт; он убивает проблему вместе с ее носителем (невротическим типом личности). В старые меха психоанализ вливает новое вино, формируя новую веру, новые иллюзии и новые смыслы. Формируя и суггестивно закрепляя их, подключая к эмоциональной и деятельностной сферам жизни людей.

Как мы уже заметили, наиболее эффективным прикладной психоанализ оказывается в управлении психикой другого человека и (или) психикой, сознанием, масс. Со времен З.Фрейда продолжались разработки именно такого воздействия, известные как психотехнологии сублиминального воздействия. Причем в последнее время с подобного частично был снят гриф секретности, и кое о чем действительно становится возможным рассказать[158].

Термин "сублиминальный" был введен в психологию Уильямом Джемсом. "Наше нормальное, или, как мы его называем, разумное сознание, -- писал У.Джемс, -- представляет лишь одну из форм сознания, причем другие, совершенно от него отличные, сублиминальные формы существуют рядом с ним, отделенные от него тонкой перегородкой. Наше представление о мире не может быть полным, если мы не примем во внимание и эти формы сознания"[159]. В России, в отличие от Запада, термин "сублиминальный" переводился как "подсознательный", "подпороговый". Начиная с конца 70-х годов в СССР и на Западе были созданы специализированные лаборатории, занимающиеся разработками психотехник сублиминального воздействия. Информация о проведении подобных исследований стала известна после с феноменом "25-го кадра" и попыток скрытого манипулирования сознанием при помощи аудио и видеоматериалов (60-е годы). Термин "сублиминальный" интересен тем, что, не противопоставляя сознание бессознательному, позволяет анализировать психику как единство осознаваемых и неосознаваемых феноменов, позволяет раскрыть механизмы контроля над сознанием и психикой. Сублиминальное воздействие -- это форма не фиксируемого сознанием воздействия на психику индивида и массы. Наиболее отчетливо подобное воздействие проявляется в регулировании массового поведения.

"Нам с вами выпало сомнительное счастье жить в "эпоху перемен", когда масса, утерявшая традиционные алгоритмы сдерживания своей подспудной дикости и архаичной аутоагрессивности, вошла в новый виток "влечения к смерти", -- пишет В.А.Медведев[160]. -- Достаточно вспомнить разработки Ллойда ДеМоза, открывшего неосознаваемые ("плацентарные") истоки цикличности периодов аутоагрессивности массы, приходящей в состояние временного успокоения лишь после принесения в жертву тысяч (а порою -- и миллионов) своих сыновей и дочерей. Да что там ДеМоз: весь опыт XX века (века толп) преподал нам горький урок -- масса, предоставленная сама себе, т.е. фашиствующая масса, неизбежно стремится к самоуничтожению. Подобного рода эпохи тотального отречения от "родительского опыта", разрыва живительной связи с традицией, убийства символов и ритуалов, которыми жили поколения людей, неизбежно порождают массовую и индивидуальную психопатологию".

В области профилактики и лечения массовой психопатологии XX век породил то, что получило название "школы Вудро Вильсона"[161]. Для эффективного управления массами оказались востребованы методики концептуально нагруженного манипулятивного контроля как залога стабильности и демократии. Одним из их создателей стал Эдвард Бернайс, племянник З.Фрейда, которому принадлежит приоритет в области теории и практики PR и теории и практики современной манипулятивной пропаганды. Легальное применение в США пропагандистских методик манипулятивного властвования, сложившийся в Штатах продуктивный союз ответственных политиков и терапевтически ориентированных специалистов в области управления динамикой коллективного бессознательного и породили ту существенную разницу, которую мы наблюдаем, изучая американский и европейский опыт решения управленческих задач общенационального уровня. Если европейские режимы либо боролись с архаической стихией массовой деструкции, насильно удерживая ее в границах традиционных механизмов властвования, либо -- шли у нее на поводу, используя пропагандистские приемы лишь для формирования каналов катарсического выброса этой деструктивной массовой энергетики, то правящие круги Соединенных Штатов использовали пропагандистские технологии для формирования позитивного подключения граждан страны к социально значимым ценностям и практическим задачам. Более того, пропаганда "американского образа жизни" стала предметом национального экспорта. В итоге, пройдя через череду социально-психологических кризисов Америка сохранила потенциал единой общенациональной воли. Ее население гордится интенсивностью своих трудовых будней, с удовольствием поглощает еду из "Макдональдса", с готовностью отправляет своих граждан на смерть в очередную "зону американских интересов". И постепенно весь мир становится этой зоной, поскольку ни идеологические формы социального контроля (СССР, Китай эпохи Мао), ни опора на традиционные социокультурные ценности (Европа, современный Китай) не могут обеспечить социуму такой стабильности, и такой динамичности при решении социально значимых проблем, как работа с технологиями манипулятивной пропаганды.

С помощью методик сублиминального контроля становится возможным воздействовать на сферу осознаваемых желаний, программируя индивида и массы на ту или иную деятельность. При этом методики прикладного психоанализа позволяют погружать психику человека (объекта) в измененные состояния сознания (ИСС), в состояние внегипнотического транса, так называемого "трансфера", в состоянии которого объект предельно открыт для вербальной (осознаваемой) и сублиминальной (подпороговой) суггестии. Транслируемое на психику, введенную в ИСС, сублиминальное внушение становится устойчивым и самовоспроизводимым, а эффект его -- необратимым. Другими словами, с помощью прикладного психоанализа (сублиминального воздействия) становится возможным удерживать объект в ИСС, и тем самым решать по отношению к этому объекту любые манипулятивные задачи. Причем удержание это настолько эффективно, что сохраняется даже при наличии явных сопротивлений и может длиться неопределенное время. Можно даже сказать, замечает В.А.Медведев (2004), что весь психоанализ возник как результат исследования особого рода состояния т.н. "психоделической ясности" (в глубинной психологии чаще обозначаемого как "нуминозный опыт"), пережитого Фрейдом в ходе погружения в мир собственных сновидений и дневных грез. Сновидение же (с ударением на втором слоге) является базовой психофизиологической матрицей для любого рода сублиминальных механизмов контроля, работающих в среде измененных состояний сознания. Воспроизводимый в нашей психике постоянно, в фоновом режиме, а отнюдь не только в состоянии сна, процесс сновидения косвенно управляет психикой, в сублиминальном режиме запуская в ней неосознаваемые реакции и механизмы Эго-активности. Именно психологический анализ сновидения, проведенный классиками глубинной психологии (и прежде всего -- З.Фрейдом, К.Абрахамом, К.Г.Юнгом и Б.Левиным), позволил создать тот алгоритм сублиминального воздействия (своего рода сновидения наяву), который и лег в основание психоаналитической терапевтической процедуры. И именно этот подход, распространенный на работу современного телевидения как искусственно сконструированного сновидения, позволяет применить психоаналитические разработки к анализу и трансформации массовых психических процессов.

В.А.Медведев (2004) обращает внимание, что психоанализ занимался людьми, попавшими под контроль глубинных психических механизмов, возбужденных неосознаваемым, т.е. сублиминальным, воздействием (в психоаналитической традиции оно обозначалось как символическое) социокультурного окружения. Эти люди реально страдали от проявлений симптоматических подкреплений реактивного интрапсихического контроля. В результате подобного рода исследований классический психоанализ Фрейда и производные от него школы глубинной психологии сумели выявить и прояснить природу целого ряда механизмов такого контроля: архетипических наследуемых схем, пренатальных матриц, факторов импринтингового травматизма рождения на свет, телесных травм детства и связанных с ними психосексуальных фиксаций, механизмов Эго-защиты и характерологических сценариев поведения (установочных скриптов), систем личных комплексов и форм их компенсаторной разрядки, и пр. В совокупности они как раз и составляют т.н. "бессознательного психическое". К середине 20-х годов знания о подобного рода интрапсихических факторах неосознаваемого контроля накопилось столько, что Фрейд призвал к прекращению клинических экспериментов и началу практики "социальной терапии", но не был поддержан тогдашним психоаналитическим сообществом. Тогда как именно Фрейд к концу жизни выдвинул программу т.н. "социальной терапии" ("Проблема дилетантского психоанализа" [1926], "Будущее одной иллюзии" [1927], "Неудовлетворенность культурой" [1930]), обозначив возможность применения психоанализа в сфере социального контроля. Именно тогда и родился прикладной психоанализ -- как глобальный проект такого социального контроля.

Рассматривая вопрос бессознательного психики, следует говорить, что это зона сопротивления сознательным намерениям, фактор негативного контроля над сознанием. Бессознательное -- это констатация факта иллюзорности свободы сознательной воли индивида. Под "бессознательным" сегодня следует понимать поле совокупного сублиминального воздействия на психику индивида факторов искусственно организованной культурной среды. Впервые подобного рода понимание бессознательного было предложено Фрейдом в конце его жизни. В 1938 году Фрейд завил, что бессознательное всегда коллективно, ибо принадлежит всему человечеству. Более 60% воспринимаемой в социокультурной среде информации не фиксируется сознанием, а представляет собою набор факторов сублиминального воздействия. Подобное получило название "информационное поле", работа с закономерностями организации которого и механизмами его воздействия на психику индивида и масс и породила все современные технологии сублиминального контроля. Фрейд говорил, что инфантильные переживания вкупе с вытесненными цензурой мыслями и побуждениями определяют собою содержание той контролирующей наше сознание инстанции, которую он и назвал "бессознательным". В 1918 году Фрейд предложил понимать бессознательное как совокупность наследуемых схем и инстинктивных позывов, а к началу 30-х годов для Фрейда стало очевидным, что символы инфантильного и архетипического контроля доживают свой век потому, что причиняют индивидам все более невыносимые мучения, не принося больше реальной пользы социуму. Заменой им, по его мнению, должны были стать оперативные формы работы с "социальным бессознательным", "светская церковь" как основа новой, идеологически выстроенной цивилизации. Именно поэтому психоаналитическая теория становится теорией управления, основанной на суггестивно прорабатываемых гипотезах о природе трансцендентного (запредельного сознанию) основания нашего опыта. Бессознательное психики в этом случае есть суммарный результат сублиминальных воздействий, произведенных в состоянии ИСС.

Поднимая вопрос первичных и вторичных психических процессов, следует говорить, что первичным психическим материалом, определяющим собою всю форму и содержание индивидуальной человеческой психики, является запечатленный в культурной среде совокупный опыт предков, опыт проживания ими различного рода травматичных жизненных обстоятельств. Вторичным же в этом случае становится все индивидуальное, "замутненное помехами подавляемых телесных влечений и поправками на персональную уникальность личностной судьбы"[162]. Подобного рода понимание природы соотношения первичных и вторичных процессов психической жизни, по мнению В.А.Медведева (2004), позволяет исследователю реконструировать всю цепочку детерминации любого психического феномена -- от организованного сублиминального запроса культурного окружения (или же отдельного его компонента) до акта его деятельного отреагирования и/или осознавания (осмысления). При этом прикладной психоанализ возник как альтернатива теории первичных и вторичных процессов, как экспериментальная база для формирования иной методологии, ориентированной на привязку психики к ее действительно первичным детерминантам, т.е. к сублиминально воздействующим на нее факторам культурной среды. Психика индивида не субстанциональна; она не порождает себя сама, реализуя логику заложенных в ней наследуемых схем и фаз развития. Психика реактивна, она формируется и существует в процессе коммуникации, организованной факторами культурной среды, в свою очередь обусловленными некими универсальными основаниями последней. При этом воздействие устойчивых (константных) доминант культурной среды формирует в индивиде определенные психические реакции и поддерживает в относительно стабильном типе организацию всей психической активности. Константные доминанты культуры, таким образом, осуществляют глубинно-психологическое кодирование, навязывают психике стереотипы эмоциональных реакций и сценарии реактивного поведения, делают нас людьми именно данной культурной эпохи, делают нас личностями, т.е. сосредоточением навязанных культурной средой сценарных ролей и поведенческих установок.

В своей совокупности первичные культуральные доминанты константного ряда образуют основу того, что было обозначено Эрихом Фроммом как "социальное бессознательное", т.е. системы неосознаваемого сублиминального контроля над сферой индивидуальных желаний, напрямую или опосредованно привязанной к влечениям тела. К важнейшим компонентам константного основания "социального бессознательного" относятся следующие факторы сублиминального культурального управления:

-- совокупность форм непосредственного воздействия на тело;

-- совокупность культуральных запретов и предписаний, касающихся сексуальной жизни индивидов, а также -- возможности прямого или же сублимационного отыгрывания агрессивности

-- социальные стандарты организации микросреды первичной коммуникации, т.е. семейной среды и стереотипов общения родителей с ребенком на ранних стадиях его развития;

-- сублиминальные ресурсы родного языка как смысловой и символической основы организации психики, как способа ее подключения к интерсубъективным смыслам и каналам социальной коммуникации;

-- установочные коды, заложенные в детской сказке, и формы их закрепления в детской игре;

-- сублиминальная нагруженность знания и ритуальной организации процесса обучения; таким образом в процессе обучения посредством организованного сублиминального воздействия на ребенка специально отобранных элементов культурного наследия и самой образовательной среды становится возможным формировать потенциал т.н. "социальных архетипов", т.е. устойчивых интерсубъективных реакций на стандартные социальные запросы;

-- стереотипы историко-культурной традиции;

-- социальная мифология, организующая процессы массообразования, запускающая и поддерживающая механизмы политической психической активности;

-- символика относительно константных элементов бытовой культуры -- от внешнего вида денежных знаков и атрибутов власти до стереотипов обыденной коммуникации и внешнего вида людей;

-- остаточное установочное воздействие культовых произведений художественной культуры, в основном -- кинофильмов и телесериалов;

-- символические доминанты среды обитания -- природного ландшафта, городской архитектуры, стандартных элементов квартирной обстановки, и пр.

Кроме константных доминант культурной среды, определяющих собою совокупность устойчивых психических свойств и повторяющихся (навязчиво воспроизводимых) психических реакций, следует учитывать и наличие в сфере "первичных процессов" неких базовых переменных факторов, при помощи которых осуществляется корректировка содержания и аффективного заряда модулей, производных от константных доминант.

Перечислим наиболее значимые из них:

-- телевизионная реклама, кодирующая психику индивида и масс универсальными образами, кодовыми словами и словосочетаниями, искусственными символами, коллективными целями и ценностями, и т.п.;

-- стержневые компоненты телевизионной культуры (телесериалы, новостные и аналитические программы, популярные шоу и пр.), формирующие некую постоянно возобновляемую квазиреальность, подключенность к которой формирует у отдельных индивидов содержания их психики;

-- содержательные компоненты компьютерной культуры, т.е. те инвариантные виртуальные модули, которые фиксируют в относительно устойчивом фантазийном виде нереализованные желания людей;

-- ведущие тенденции моды и дизайна, создающие непосредственное культуральное окружение индивида, своего рода "сублиминальный кокон", постоянно пребывая внутри которого индивид неявно испытывает и отыгрывает сиюминутные запросы культурной среды;

-- "раскрученные" формы масс-культа (песенные шлягеры, культовые кинофильмы, книжные бестселлеры, и пр.), при помощи которых осуществляется виртуальное воспроизведение первичной культуральной матрицы.

"Парадокс сегодняшней российской действительности состоит в том, -- пишет В.А.Медведев[163], -- что подобного рода факторы, сублиминально определяющие собою практически всю конкретику психической и социальной жизни людей, функционируют в нашей стране абсолютно спонтанно, находясь вне поля действия механизмов социального контроля. Это, конечно, прискорбно и весьма опасно. Но что же тут поделаешь? Остается в очередной раз вспомнить мудрый совет великого Спинозы: "Не плакать, не смеяться, а понимать!" и в очередной раз понять смысл фрейдовского призыва к осуществлению перманентной ревизии культурной среды". Современный индивид перманентно находится в измененном состоянии сознания, в состоянии телевидения как своего рода сновидения наяву. А значит в какой-то мере упрощается и возможность манипулятивного воздействия на его психику, потому как психика в ИСС податлива внушению извне. Лебон, впервые сделавший массу объектом научного анализа, впервые обозначил проблему, связанную с управлением массовыми процессами. Эта проблема коренилась в явной иррациональности массы, в ее склонности чувствовать, а не мыслить, агрессивно действовать, а не понимать. Кумиром ее и ее вождем становится не мыслитель, способный рационально оценить ситуацию и указать массе правильные пути, а демагог, манипулятивно играющий на ее страхах и страстях. Фрейд в своих исследованиях массовой психики повторно обосновал выводы Лебона, подведя под них глубинно-психологический фундамент. Фрейдом была разработана психоаналитическая теория массы и массообразования как особо рода измененного состояния индивидуальной психики, вызванного непосредственным или опосредованным подключением индивида к эмоциям и интересам большой группы (массы, толпы). Масса, по Фрейду, особая среда, вводящая индивида в измененное состояние сознания (массообразование), сравнимое с гипнозом, влюбленностью и психоаналитическим трансфером. Состояние это является естественным, поскольку оно генетически заложено в каждом индивиде и воспроизводится спонтанно при наличии т.н. "пусковой ситуации". Кроме того Фрейд генетически привязывал массовую психику к архаике роевой психической организации первоначальных человеческих сообществ, что позволило развить и конкретизировать мысль Лебона о структурировании массовой психики мифами, иллюзиями и архаическими фантазиями. Также Фрейд проводил анализ идентификационного основания "тела массы", выводя роль лидера (вождя), исполняющего функцию проективного идеала. Причем история XX века подтвердила верность наблюдений Лебона и выводов Фрейда. Архаическая природа массы проявилась в структуре тех политических режимов, которые, опираясь на массовые влечения, обрамляли их энергетику жесткими границами тоталитарного контроля.

Рассматривая природу массообразования, следует говорить, что именно страх заставляет индивидов объединяться в массу, в толпу. Причем такие страхи носят искусственный характер и являются результатом целенаправленного воздействия информационного поля: сначала нагнетается базальная тревожность, а затем она снимается в обмен на некое действие коллективного характера (чаще всего -- в обмен на подчинение индивидом своей воли желанию манипулятора), и такой индивид получает возможность подключения к коллективной иллюзии, искусственно привязанной к объекту совершаемого им выбора. "Поначалу подобного рода процедура носила разовый характер, -- пишет В.А.Медведев[164], -- и применялась лишь в ситуации сверхзначимых пропагандистских кампаний, когда покупка или же мобилизация всех информационных ресурсов обеспечивали нужный результат (в качестве примера таких кампаний можно привести президентские выборы 1996 и 2000 годов). Затем, благодаря формированию "культуры" коммерческой рекламы и стандартизации применяемых ею приемов, разовая процедура превратилась в периодическую и весьма регулярную "промывку мозгов". На сегодняшний же день стимулы для формирования и поддержания "информационного массообразования" носят фоновый характер, представляя собой результат совокупного воздействия на телезрителя всех четырех столпов телевизионной культуры: блоков новостей, популярных ток-шоу, телесериалов и рекламных блоков потребительского или социального характера". При этом понимание законов глубинно-психологического манипулирования дает возможность управления психикой масс, и работы с индивидуальной, групповой и массовой мотивацией.

Рассматривая термин "информация" в аспекте сублиминального воздействия в массовой психологии, профессор В.А.Медведев (2004) поясняет, что информация -- это не знание как таковое. Знание предполагает некую объективность, т.е. является формой отображения объекта, формой перевода первичных (объективных) факторов во вторичную субъективную форму их понимания и рациональной обработки. Знание раздваивает мир на реальность и разновидности ее психического освоения. Информация же сама по себе является особого рода реальностью и не нуждается в объекте как критерии ее истинности. Понятие "истинности" не применимо к информации. Информация может быть только "достоверной", то есть достаточно правдоподобной, чтобы в нее поверили. "Проверяется" же любая информация лишь путем соотнесения ее с иными информационными модулями, полученными из других источников, т.е. все равно прямо или же косвенно решающими те или иные манипулятивные задачи.

Кроме того, знание -- это нечто фиксируемое, накапливаемое и противостоящее отдельному индивиду как данность, как основа для одной из форм его социализации (процесса обучения). Информация же живет только здесь и сейчас. Будучи воспринятой, она как таковая сразу же умирает, передавая энергетику своего заряда вызываемой ею реакции. При этом вербальные, и чаще всего образные, информационные модули стали для современного индивида необходимыми, так как их поступление обеспечивает устойчивую персональную, групповую и социальную идентичность. Вращаясь в информационном поле, индивид постоянно подзаряжается психической энергией, которая поддерживает потенциал его идентичности. Состояние "информационного массообразования" напоминает ситуацию сновидения. Окунаясь в фобийное информационное поле, любого рода индивидуальные желания лишаются большей части своей энергетики, которая уходит на формирование и поддержание состояния массообразования. В итоге, в памяти индивидов остаются остаточные следы информационного воздействия, ассоциативный и символический анализ которых способен реконструировать природу этого воздействия и блокировать его эффективность в случае психопатологической реакции на него. Если же заблокировать поступления в мозг сигнала от телетрансляции, у индивидов возможны развитие различно рода психопатологической симптоматики.

"Внезапная блокировка этой трансляции разрушает их псевдосоциальность, обрушивают их внутрь собственного нарциссического панциря, топит в пучине страха и безумия", -- пишет В.А.Медведев[165]. Таким образом, психика индивида постоянно находится в режиме сублиминального (т.е. неосознаваемого) контроля. "Сублиминальное воздействие культурной среды, полученное в период бодрствования индивидом, подключенным к состоянию "информационного массообразования", формирует у него основы "социального чувства", фиксирует и воспроизводит базовые иллюзии и идеалы, страхи и реактивные образования. Но виртуальная среда коллективных иллюзий, в принудительном режиме отыгранная на телеэкране, предоставляет индивиду весьма скудный набор реактивных возможностей, ограниченный рамками цивилизационных ритуалов. Все остальные реакции на культуральные раздражители вынужденно подавляются, проявляясь исключительно в разного рода формах социопатии. Подавленные страхом и вытесненные под давлением коллективного Супер-Эго реакции (аффекты, инстинктивные влечения, агрессивные и сексуальные желания, и пр.) составляют, говоря языком аналитической психологии, теневой компонент нашей психики, который значительно вырос и усложнился со времен Фрейда и Юнга. Современная культура, правда, предоставляет нам возможность отыграть часть этих реакций на пространстве теле-- и киноэкрана (т.е. в режиме сублимации). Но большая их часть все же по обыкновению уходит в сферу сновидческой активности. В процессе т.н. "работы сновидения" подавляющее большинство теневых желаний растворяется в младенческом состоянии первичного симбиотизма... Сновидение как "сновидческая новелла", как остаточное воспоминание о пережитом катарсическом опыте сновидения, представляет собой, таким образом, знаковый сигнал о потенциальной опасности, о том, что ряд элементов культурной среды являются неврозогенными, т.е. вводимыми в контекст психической жизни индивида лишь в экстремальном режиме защиты от них через их соотнесение с былым (чаще всего -- инфантильным) травматическим опытом"[166].

Довоенный психоанализ (до первой мировой войны) полагал культуральные доминанты константными и уделял внимание тем инфантильным компонентам психики, которые делали задачу социальной адаптации слишком мучительной для индивида, предпочитавшего капитулировать перед культурным давлением и уйти в защитную ситуацию болезни. Тем более что культуральный травматизм носил тогда исключительный характер и был связан с уникальной ситуацией добровольной смены культурного окружения. Все изменилось в послевоенные годы, когда симптоматику культурального травматизма воспроизвело уже целое поколение пришедших с войны людей, причем и победителей, и побежденных. Оказалось, что сновидческая саморегуляция не всесильна, что по ту сторону первичного симбиотизма, по ту сторону хранимого им принципа удовольствия, существует зона первичных позывов психики, производных от телесных инстинктов и неподвластных индивидуальным механизмам Эго-контроля и сновидческого катарсиса. Управлять первичными позывами можно только извне, из адекватной их природе коллективной среды. Ситуация войны, разрушения иллюзий персональной безопасности, слома привычного жизненного уклада и пр. выводит из глубин на поверхность психики "титанов коллективной (роевой) психической организации. И победить их, т.е. вновь заковать в цепи тотального контроля, может только божественная воля культуры, мобилизующей сублиминальные ресурсы своего властного доминирования над людьми". Причем прикладной психоанализ как раз и рассматривает в сновидческом материале те его компоненты, которые свидетельствуют о наиболее значимых, запускающих в действие энергетику первичных позывов психики, формах культурального воздействия. Это и есть подлинный "дневной остаток", т.е. сублиминально воспринятые в состоянии бодрствования элементы культурной среды, воздействие которых не смогло быть реализовано ни в дневной сублимированной и трансформированной форме, ни в ночном мире сновидения. В совокупности все эти элементы представляют собой остаточный ресурс для современного медиа-манипулирования. Толкование сновидений, таким образом, выступает в прикладном психоанализе ориентиром оправданности применяемых методик и формируемых стратегий. (В.А.Медведев, 2004).


Эротические аспекты манипуляций.

Мы должны обратить внимание еще на один практически беспроигрышный прием, которым охотно пользуются манипуляторы. Воздействие на психику путем провоцирования в индивиде либидо (сексуального желания) известно с давних времен. В современное время подобная провокация выкристаллизовалась в результате времени, которое позволило манипуляторам весьма отточить собственное искусство владения методом подобного рода манипуляций. Причем, в данном случае индивиду оказывается достаточно трудно протестовать, потому как атака манипуляторов направлена на часть его природной составляющей, которую хоть и можно усмирять, но не всегда возможно. На это и рассчитывают манипуляторы. Причем взаимоотношения полов действительно серьезный фактор. Индивид всю жизнь играет в определенные игры, неся с собой по жизни соответствующую роль, которую обязан играть, соблюдая как нормы морали установленные обществом, так и правила поведения в этом обществе. Можно только предположить, что произошло бы, если бы не существовало распространенной в цивилизованном обществе системы сдержек и противовесов (норм и запретов), определенных табу, регламентирующих поведение мужчины и женщины в обществе. (Вероятно, при отсутствии этого, подавляющее большинство мужчин и женщин стали бы вести себя с соответствием со сценариями фильмов эротического и порнографического содержания.) Поэтому провокация сексуального желания (либидо) оказывается весьма действенной, когда необходимо оказать манипулятивное воздействие на подавляющее большинство мужчин. Для этих целей используются женщины легкого поведения и соответствующей внешности, как гарантирующей успех предпринятого мероприятия (успешные переговоры в бизнесе, девочки, сауна и хороший стол для проверяющего начальства, например армейского, и т.п.). Не каждый мужчина откажется от бесплатных интимных услуг в отношении него молодой девушки; причем в иных случаях сексуально-психологическое "потрясения" от подобной доступности столь велико, что даже мужчины с частичной импотенцией (т.е. когда невозможность вступать в сексуальные отношения с женщинами вызваны психическими причинами) оказываются способны на разного рода "подвиги".

Рассматривая вопрос манипуляций посредством провокации сексуальной зависимости, мы должны говорить, что это один из единственных вопросов, для решения которого совсем не надо быть манипулятором чтобы знать о том, каких результатов возможно достичь путем воздействия на природу индивида, выбранного в качестве объекта для манипуляций. Тут как бы все ясно и понятно изначально, да к тому же и действует безотказно, уверенно подчиняя того или иного человека. Однако остановимся на т.н. "трудных случаях". Заметим, что в ряде случаев психика индивида вызывает некий ступор в его сексуальной жизни. Как говорилось в одном популярном фильме, есть желание -- но нет возможности, есть возможность -- но нет желания. В идеале, по мнению авторов фильма, словами актера Владимира Абрамовича Этуша его герой товарищ Саахов желает, чтобы наши желания совпадали с нашими возможностями. Примерно этого же бессознательно желает индивид, который в силу ряда причин оказывается не в состоянии на сексуальный контакт с женщиной. При этом заметим, что большинство сексуальных проблем у мужчин находятся в введении психологии, а не медицины[167].

"Хотя люди склонны объяснять свои сексуальные нарушения главным образом органическими причинами, нарушения эти часто имеют психологическую природу", --отмечал И.С. Кон[168]. Кроме того обратим внимание, что в жизни большинства индивидов, вследствие существующих норм и запретов принятых в обществе (а партнерши индивидов -- жены или любовницы воспитывались в этом же обществе, и несут в себе такое же отсутствие сексуальной культуры) им не удается удовлетворить свои природные -- бессознательные -- сексуальные желания. Поэтому, когда предоставляется возможность подобного рода удовлетворения "на стороне" -- в таком индивиде тот час же оживает желание (поэтому в крупных городах России с каждым годом увеличивается число салонов интим услуг). К тому же сексуальное невежество большинства индивидов тоже как бы играет на руку манипуляторам. Потому как, если бы такой индивид получал все что он хочет, удовлетворяя все свои бессознательные сексуальные фантазии, с супругой или постоянной партнершей, то необходимость в многомиллионной армии проституток и женщин легкого поведения попросту отпала бы. Совсем бы проститутки и женщины легкого поведения, конечно, не исчезли (в психике индивида заложено стремление к разнообразию), но что таких бы объемов разврата не стало бы -- наверняка.

"Очень многие сексуальные расстройства порождаются невежеством и недоразумениями в области анатомии и физиологии, -- пишет Кон[169]. -- Например, с возрастом сексуальная функция ослабевает, и, чтобы добиться удовлетворительной эрекции, мужчине требуются более длительные и интенсивные предварительные ласки. Мужчина, который этого не знает, думает, что он заболел, впадает в панику, и его сексуальное исполнение действительно ухудшается. Очень часто всему виной недостаточная стимуляция и плохая техника. Некоторые люди не учитывают специфику эротических реакций и предпочтений своих партнеров или элементарно не умеют вести себя в постели, а все последствия этого приписывают болезни. Нередко в игру вступают неблагоприятные психологические факторы, связанные с прошлым жизненным и сексуальным опытом личности. Например, страх перед сексуальным наслаждением, обусловленный слишком жесткими запретами сексуального экспериментирования в детстве. Или боязнь испытать разочарование. Или исполнительская тревожность, опасение показать себя неумелым, неловким, неопытным. Или гипертрофированное чувство стыда, затрудняющее телесное и эмоциональное самораскрытие. Или боязнь не удовлетворить, утомить или как-то иначе разочаровать партнера. Или неспособность к самозабвению, представление себя как бы зрителем, наблюдателем собственного сексуального поведения... К индивидуальным психологическим трудностям добавляются партнерские -- разного рода конфликты, например, борьба за власть, стремление мужчины утвердить свое господство над женщиной или нежелание жены пойти навстречу стремлениям супруга. Или коммуникативные проблемы: неспособность к самовыражению и сопереживанию, неумение расшифровывать мимику, жесты, мускульные реакции, взгляды партнера, уловить его тайные мечты и желания, в которых он не смеет признаться. Эти проблемы в той или иной мере существуют у каждого человека и у каждой пары. Если они не находят более или менее удовлетворительного решения, проблемы нарастают, усугубляют друг друга и нередко в конечном итоге приводят к сексуальным расстройствам, причем сами люди большей частью не отдают себе отчета в реальных причинно-следственных связях... самое важное -- избавиться от чувства тревоги и страха, которые только усугубляют проблему: чем больше мужчина старается, тем чаще его постигают неудачи и тем больше становится его озабоченность...".

Исходя из того, что большинство проблем сексуального характера у индивидов пересекаются с психологическими проблемами, воздействие, оказываемое на таких людей со стороны манипуляторов зачастую становятся результативными при подборе соответствующих способов, при которых у объектов манипуляций возникает либидо. А значит такие люди внутренне (т.е. бессознательно) оказываются благодарны тем, кто таким образом помог снять существующий барьер, мешающий им адекватно общаться с женщиной. При этом мы должны обратить внимание, что по своему психологическому восприятию сексуальные отношения между мужчиной и женщиной воспринимаются как своего рода победа мужчины над женщиной. Корни сего факта простираются в глубокую древность, и базируются в спектре первобытнообщинных взаимоотношений между мужчиной (самцом) и женщиной (самкой), когда мужчина-самец во чтобы то ни стало стремился удовлетворить свои животные инстинкты, не взирая на какой-либо протест со стороны женщины. (Т. е. где поймал -- там и...).

Рассматривая манипуляции посредством провоцирования в психике индивида сексуального желания, мы должны говорить о том, что психика устроена таким образом, что индивид в большинстве случаев как бы оказывается готов на подобного рода контакт. Большинство индивидов вообще падки на эротическую составляющую жизни. И, собственно, манипуляторам в иных случаях совсем не требуется каких-то усилий, чтобы добиться своего. Ну а то, что такого индивида "подставили", зачастую сразу он и не поймет, потому как вожделение на миг затуманит у такого индивида оценку критичности происходящего с ним, а значит он сначала "поддастся на искушение", а после будет анализировать -- что же с ним на самом деле произошло. Это знают манипуляторы, поэтому и стараются подобными схемами манипулятивного воздействия добиться своего. [129] Процесс, известный как "вытеснение" (вытеснение -- защитная реакция психики, проявляющаяся в том, что по каким-либо причинам нежелательная для психики информация, минуя сознание, проходит сразу в подсознание). [130] Чем ниже образование, тем хуже люди поддаются внушению (бывает и наоборот). При этом, при правильном подходе можно подобрать ключ к любому человеку. У каждого есть свои слабости, на которых можно сыграть, потому как если давать человеку то, что он хочет ("давать" словами, жестами, действиями, и т.п.), то у него начнет снижаться критичность в отношении информации, исходящей от вас, а значит при повторении подобного, но уже вкрапливания с вашей стороны в подаваемую такому человеку информацию того, что необходимо вам (при этом порции и дозы следует рассчитывать всегда исключительно индивидуально), вы сможете заложить в подсознание такого человека необходимые вам установки, воздействуя на которые сможете управлять этим человеком. Причем, мы должны также помнить, что разные люди реагируют по разному. Если у человека больше развито левое полушарие, значит на него более сильное воздействие оказывают слова, если правое -- образы. Также следует помнить о репрезентативных и сигнальных системах. И уже установив, к какому типу принадлежит человек (т.е. каким образом он воспринимает мир: через аудиальные, визуальные, или кинестетические контакты), становится возможным оказывать влияние на этого человека.


Невротические защиты психики.


-- Защитные механизмы психики. Характеристики основных защит (вытеснение, проекция, сублимация и т.п.)

-- Сопротивление -- как фактор личностного роста.


Кратко рассмотрим защитные механизмы, распространенные в психике человека. Это следующие защиты: вытеснение, проекция, идентификация, интроекция, реактивное образование, самоограничение, рационализация, аннулирование, расщепление, отрицание, смещение, изоляция, сублимация, регрессия и сопротивление.

Вытеснение.

Вытеснение является процессом исключения из сферы сознания мыслей, чувств, желаний и влечений, причиняющих боль, стыд или чувство вины. Действием этого механизма можно объяснить многие случаи забывания человеком выполнения каких-то обязанностей, которые, как оказывается при более близком рассмотрении, для него неприятны. Часто подавляются воспоминания о неприятных происшествиях. Если какой-либо отрезок жизненного пути человека заполнен особенно тяжелыми переживаниями, амнезия может охватить такие отрезки прошлой жизни человека.

Проекция.

При проекции -- человек свои собственные нежелательные черты приписывает другим, и таким путем защищает себя от осознания этих черт в себе. Механизм проекции позволяет оправдывать собственные поступки. Например, несправедливая критика и жестокость по отношению к другим. В этом случае такой человек бессознательно приписывает окружающим жестокость и нечестность, а раз окружающие такие, то в его представлении становится оправданным и его подобное отношение к ним. По типу -- они этого заслуживают.

Идентификация.

Идентификация определяется как отождествление себя с кем-нибудь другим. В процессе идентификации один человек бессознательно уподобляется другому (объекту идентификации). В качестве объектов идентификации могут выступать как люди, так и группы. Идентификация приводит к подражанию действиям и переживаниям другого человека.

Интроекция.

Интроецироваться могут черты и мотивы лиц, к которым определенный человек формирует различные установки. Нередко интроецируется тот объект, который утрачен: эта утрата заменяется интроекцией объекта в свое Я. З.Фрейд (2003) приводил пример, когда ребенок, чувствовавший себя несчастным вследствие потери котенка, объяснил что он теперь сам котенок.

Реактивное образование.

В случае данной защитной реакции человек бессознательно переводит трансформацию одного психического состояния в другую (например, ненависть -- в любовь, и наоборот) На наш взгляд подобный факт имеет весьма важное значение в оценке личности того или иного человека, ибо свидетельствует о том, что неважны реальные действия человека, потому как они могут являться лишь следствием завуалированного искажения его истинных желаний. Например, чрезмерный гнев в иных случаях есть лишь бессознательная попытка завуалировать интерес и добродушие, а показная ненависть -- является следствием любви, которая испугала человека, бессознательно решившего скрыть ее за попыткой открытого выплескивания негатива.

Самоограничение как механизм адаптации.

Суть механизма самоограничения в следующем: когда человек понимает, что его достижения менее значительны по сравнению с достижениями других людей, работающих в той же области, тогда его самоуважение падает. В такой ситуации многие просто прекращают деятельность. Это своеобразный уход, отступление перед трудностями. Анна Фрейд назвала данный механизм "ограничением Я". Она обратила внимание, что такой процесс свойственен психической жизни на всем протяжении развития личности.

Рационализация.

Рационализация как защитный процесс заключается в том, что человек бессознательно изобретает логичные суждения и умозаключения для объяснения своих неудач. Подобное необходимо для сохранения собственного положительного представления о себе.

Аннулирование.

Аннулирование -- психический механизм, который предназначен для уничтожения неприемлемых для человека мыслей или действий. Когда человек просит прощения и принимает наказание, то тем самым неприемлемое деяние для него аннулируется, и он может дальше жить спокойно.

Расщепление.

В случае расщепления человек разделяет свою жизнь на императивы "хорошо" и "плохо", бессознательно убирая все неопределенное, что может в последствие затруднить анализ им проблемы (критической ситуации, вызывающей дискомфорт психики в результате развития, например, тревоги). Расщепление является неким искажением реальности, как, собственно, и другие механизмы защиты, посредством действия которых человек стремится уйти от реальности, подменяя истинный мир -- ложным.

Отрицание.

В случае действия данной защитной реакции психики, при возникновении в зоне восприятия человека какой-либо негативной для него информации, он бессознательно отрицает существование ее. Наличие факта отрицания каких-либо событий и т.п., позволяет узнать о истинных намерениях и причинах беспокойства данного человека, так как зачастую он бессознательно отрицает не то чего нет в действительности, а нечто важное для него, но что по ряду одному ему известных причин такому человеку неприемлемо. Т.е. человек отрицает то, что старается в первую очередь скрыть.

Смещение.

Подобная защитная функция выражается в бессознательном стремлении человека переключить внимание с объекта действительного интереса на другой, посторонний, объект.

Изоляция.

В данном случае происходит бессознательное абстрагирование от какой-либо проблемы, излишнее погружение в которую способно привести к развитию симптоматики невроза (например увеличить тревожность, беспокойство, чувство вины и проч.) Также, если при выполнении какой-либо работы (деятельности) излишне погружаться в характер такой деятельности, то подобное может привести к сбою в осуществлении этой деятельности. (Если боксер будет все время думать о том, что удары противника способны вызвать болевые ощущения и различного рода травмы, а то и привести к смерти в результате сильного удара -- то подобный боксер изначально проиграет вследствие невозможности вести поединок из-за страха и проч.)

Сублимация.

Сублимация это бессознательное переключение отрицательной психической энергии на занятия социально-полезным трудом. Сублимация выражается в том, что человек, испытывающий какой-либо невротический конфликт, находит замещение внутренней тревожности переключением на другое занятие (творчество, рубка дров, уборка квартиры и проч.)

Регрессия.

Такая защитная реакция психики как регрессия проявляется в том, что человек, во избежание невротического конфликта, бессознательно как бы возвращается в тот период прошлого, когда у него все было хорошо.

Сопротивление.

Такой механизм защиты психики как сопротивление является очень важным как для понимания специфики защитных реакций в целом, так и служит возможностью перехода на новый этап развития индивида как личности, что при благоприятных раскладах помогает ему подняться и на следующую ступень в иерархической лестнице социальных отношений.

Прежде всего вспомним, что психика человека делится на такие составляющие как сознание (левое полушарие мозга; примерно 10% объема), подсознание (бессознательное, примерно 90% объема, правое полушарие), и цензура психики (Сверх-Я, Альтер-эго). Цензура психики находится между сознанием и бессознательным; цензура психики -- это барьер критичности на пути информации из внешнего мира и психики (мозг) человека, т.е. цензуре психики отведена роль критического анализа в оценке информации, поступаемой из внешнего мира. Часть такой информации цензура пропускает в сознание (а значит человек способен осознавать эту информацию), а часть -- наталкиваясь на преграды в психике, Сверх-Я (Альтер-Эго, цензура психики), переходит в подсознание. Чтобы оттуда в последствие оказывать влияния на сознание посредством возникающих мыслей и осуществлением поступков (поступки -- как следствие мыслей или неосознанных, рефлекторных, желаний, инстинктов). Сопротивление, являясь одной из защитных функций (цензуры) психики препятствует поступлению нежелательной для сознания информации в сознание, вытесняясь в бессознательное. Подобное становится возможным в случаях, когда характер новой информации, ее смысловая часть, не находит отклика в душе индивида, то есть на первоначальном уровне восприятия становится невозможным коррелят данной информации -- с информацией, уже существующей в бессознательном конкретного человека, информации, которая, находясь в памяти индивида -- начинает явно противиться поступлению новой информации. На вопрос: каким образом в психике закрепляется информация, поступаемая из внешнего мира, следует ответить что вероятней всего наблюдается своего рода совпадение кодировок (вновь поступаемой и раннее существовавшей) информации, т.е. новая информация вступает в коррелят с более ранней информацией схожего содержания и направленности, которая к моменту поступления новой информации уже находилась в бессознательном психики (сформировавшись в паттернах поведения после предварительного доминантного закрепления в установках).

При воздействии информации на мозг следует говорить, что любого рода такое воздействие становится возможным благодаря внушаемости психики. Внушение в этом случае это сознательное изменение существующих у человека психологических установок посредством активации архетипов бессознательного психики. Архетипы в свою очередь задействуют раннее сформированные паттерны поведения. Если рассматривать подобное с позиции нейрофизиологии, то в мозге человека активируется соответствующая доминанта (очаговое возбуждение коры головного мозга), а значит замедляет свою работу та часть мозга, которая отвечает за сознание. В этом случае цензура психики (как структурная единица психики) временно оказывается заблокированной или полу заблокированной, а значит информация из внешнего мира беспрепятственно поступает в предсознание, а то и сразу в сознание. Иной раз минуя сознание оно проходит в подсознание. Личное бессознательное психики (подсознание) также формируется в процессе вытеснения информации цензурой психики. При этом не вся информация, поступающая с внешнего мира, вытесняется бессознательно в подсознание. Часть переходит в подсознание намеренно. Например, для подпитки уже имеющейся в бессознательном информации и доформировывания архетипов, или же специально с целью формирования новых архетипов, паттернов будущего поведения индивида. И это на наш взгляд необходимо правильно понимать и различать. Если же говорить о том, каким образом та или иная информация вытесняется цензурой психики, отправляясь в подсознание, то следует говорить что такая информация не прошла верификацию, т.е. не получила должный "отклик" в душе человека, психика которого оценивает такую информацию.

Как обращал внимание З.Фрейд (2003), вытесняются какие-либо болезненные для психики индивида ситуации, обстоятельства жизни, т.е. все то, что он бессознательно не желает пропускать в сознание. В этом случае нежелательные моменты жизни забываются, то есть намеренно вытесняются. Причем напомним, что и сопротивление и вытеснение является возможностью психики избавиться от невроза. При этом новая информация, находя "отклик в душе" усилит и раннее существовавшую в мозге (бессознательное психики, правое полушарие головного мозга) информацию схожего содержания. В результате вполне возможно что на какое-то время возникнет своеобразный информационный вакуум, во время которого мозг будет усваивать любую поступаемую из внешнего мира информацию.

Подобное возникает и в случае если специальными методиками удается сломить волю человека к восприятию информации посредством преодоления сопротивления. Тогда любая поступаемая информация прямиком откладывается в подсознание, и в последствие оказывает влияние на сознание. На этом принципе построены психотехнологии гипнотического воздействия в бодрственном состоянии сознания человека (объекта воздействия). Иными словами, если нам удастся сломить сопротивление другого человека на пути получения им новой информации, то эта новая информация не только отложится в его подсознании, но и человек получит возможность воспринимать ее когнитивным (сознательным) образом. Причем, по силе собственного воздействия, подобная информация может иметь несравненно большее воздействие в сравнении с модальностью существовавшей раннее информации в психике. Если модальность совпадает, то в этом случае легче наступает состояние раппорта, т.е. устанавливается надежная связь, посредством чего человек становится восприимчив к принятию информации от другого человека.

Следует обратить внимание на тот факт, что психика почти всегда выказывает протест всему новому, неизведанному. И происходит так потому, что как бы изначально (при поступлении новой информации), как мы уже заметили, отдельные компоненты такой информации ищут "некие родственные связи" с информацией, существовавшей в подсознании раньше ("совпадение кодировки", как мы это определяем). Т. е. когда новая информация начинает оцениваться мозгом, мозг ищет в этой информации что-то знакомое, посредством чего или закрепит такую информацию в сознании, или вытеснит в подсознание. В случае если когда коды новой и раннее существовавшей информации совпадают, возникает ассоциативная связь между новой и существующей информации, а значит налаживается определенный контакт, в результате чего новая информация как бы ложится на благодатную почву, и имея под собой какую-то основу -- служит возможности адаптации информации новой, обогащения ее при этом знаковыми, эмоциональными и прочими составляющими уже существующей информацией, а далее путем трансформации (без этого никак, память человека не может не обновляться) рождается некая новая информация, которая уже и проходит в сознание, а значит посредством возникших в бессознательном психики мыслей -- проецируется на поступки, которые хоть и являются в большинстве случаев (в случае отсутствия измененных состояний сознания) следствием деятельности сознания, беря свою основу в бессознательном психики, формируясь там. При этом мы должны говорить, что сопротивление позволяет выявлять бессознательные импульсы человека, его бессознательные желания, установки, которые были раннее заложены (обществом, средой или другим человеком) в психике данного индивида, и уже тем или иным образом стали оказывать влияние на его настоящую или будущую деятельность. В этом случае следует говорить, что подчинение психики другого человека происходит путем программирования его психики посредством внедрения в его подсознание различных установок, которые позже могут быть востребованы манипулятором (и тогда он их активирует с помощью кодовых сигналов аудиально-визуально-кинестического характера); причем роль такого манипулятора могут играть как конкретные индивиды, так и общество, социальная среда, какие-либо природные факторы, и т.п. Таким образом мы должны говорить о том, что любого рода информация, которая задействуется любой репрезентативной или сигнальной системой человека -- или сразу откладывается в бессознательном психики или находит подтверждение у существующей раннее информации, тем самым обогащаясь за счет этого, и усиливаясь -- оказывается способной влиять на сознание, т.е. на процесс жизнедеятельности человека.

Заметим, что преодолевая сопротивление, человек открывает психику для восприятия новой информации. Причем высока вероятность получения вообще кардинально новой информации. Ведь если ранее, как мы говорили, какая-то информация уже присутствовал в памяти, то при получении новой информации цензура психики бессознательно ищет подтверждение вновь поступаемой информации в запасниках памяти. Вероятно, психика в этом случае должна определенным образом отреагировать, и она реагирует. Визуально это заметно по внешним изменениям, происходящими с человеком в параллели "здесь и сейчас" (покраснением или побледнением кожи лица, расширенными зрачками, вариантами каталепсии (одеревенения тела), и т.п.).

При этом такие изменения могут происходить и не обязательно столь заметно, но все равно улавливаться взглядом опытного наблюдателя. Подобные изменения свидетельствуют о наступлении, о возможности, раппорта (информационного контакта) с объектом манипулирования. А вероятность того, что в таком состоянии объект будет принимать подаваемую ему информацию без купюр -- доходит до ста процентов. Другой вопрос, что возможны индивиды, которых невозможно ввести в состояние раппорта в транскрипции "здесь и сейчас", но подобное, например, возможно сделать позже. Все равно у каждого бывают состояния, когда он максимально подвержен к информационно-психологическому воздействию, к манипулированию над его психикой, вторжением в его психику и управлением психикой данного лица. Причем до конца проследить выбор подходящего момента также возможно, но для этого необходимо обладать опытом, знаниями, и предрасположенностью к подобного рода реализации возможностей. Т.е. хоть относительными, но способностями, а еще лучше -- талантом. В этом случае вероятность достижения результата программирования значительно повышается.

В результате того что сломлен барьер критичности, психика начинает с небывалой силой воспринимать новую информацию. Такая информация откладывается в подсознание, и находит свое отражении в предсознании и сознании. То есть в данном случае мы можем говорить о том, что атака ведется как бы сразу на нескольких "фронтах". В результате чего наблюдается необычайно сильное программирование психики, появление мощных по силе устойчивых механизмов (паттернов поведения) в бессознательном.

Кроме того, после создания подобного наблюдается инициирование появления все новых и новых механизмов схожей направленности в бессознательном психики. Однако теперь они находят постоянное подкрепление и в сознании и в предсознании. А значит, возможен не только процесс закрепления полученной когда-то информации в подсознании (не всякой информации, а именно той, которая вызвала подобный процесс, информации, которая, в результате поступления которой начали сформировываться паттерны в бессознательном), но и уже такая информация начинает активизироваться, подчиняя в скором времени мысли и желания индивида в ключе, обозначенном смысловой нагрузкой подобного рода информации.

При этом весьма важным фактором в обработке подобной информации являются особенности психики отдельного человека. Известно, что одна и та же информация на одного индивида может не возыметь никакого воздействия, а другого заставить чуть ли не кардинальным образом изменить жизнь.

Правое полушарие головного мозга, как мы уже заметили, простирается в спектре деятельности бессознательного психики. Тогда как левое -- формирует сознательную личность. Правое полушарие мыслит образами, чувствами, схватывая картинку, левое -- анализирует информацию, полученную с внешнего мира, прерогатива логического мышления -- левое полушарие. Правое полушарие реализует эмоции, левое -- мысли и знаки (речь, письмо, проч.) Встречаются индивиды, у которых в совершенно новой обстановке создается впечатление "уже увиденного". Это характерный пример деятельности правого полушария.

В итоге мы можем говорить, что деятельность мозга обеспечивается двумя полушариями, правым (чувственным) и левым (знаковым, т.е. интегрирует объекты внешнего мира с помощью знаков: слов, речи, и т.п.). Взаимодополняемость деятельности двух полушарий проявляется часто одновременным присутствием в психике индивида рационального и интуитивного, разумного и чувственного. Отсюда и высокая эффективность директивных указаний мозгу в виде таких механизмов суггестивного воздействия как приказ, самовнушение, проч. Связано это со спецификой деятельности психики, когда, произнося или слыша речь -- у человека включается также и воображение, что в данном случае заметно усиливает подобного рода воздействие.

При этом следует еще раз обратить внимание на необходимость слома сопротивления. Известно, что сопротивление включается тогда, когда в мозг (в психику) поступает новая информация, информация, которая изначально не находит отклика в душе человека, не находит чего-то схожего, с уже имеющейся в памяти информации. Такая информация не проходит барьер критичности и вытесняется в подсознание. Однако если усилием воли (т.е. задействуя сознание; воля -- прерогатива деятельности сознания) сможем воспрепятствовать вытеснению, и заставим мозг анализировать поступающую информацию (необходимую нам часть такой информации), то тем самым нам удастся преодолеть сопротивление, а значит еще через какое-то время станет возможным испытать то состояние, которое мы именовали раннее сатори, или озарение.

Причем эффект от подобного окажется несравненно выше, нежели чем информация методичным и длительным путем проникала в подсознание, позже оказывая влияние на сознание. В нашем случае, в случае слома барьера критичности, а значит и сопротивления, мы добьемся несравненно большего, ибо в этом случае какое-то время будет наблюдаться состояние т.н. "зеленого коридора", когда поступаемая информация практически целиком и полностью проходит, минуя барьер критичности. Причем, также быстро в этом случае происходит и переход в сознание как их предсознания, так и из бессознательного. А значит, нам уже не надо будет ждать долго, как в случае естественного перехода информации из подсознания в сознание, когда такая информация начинает свой переход только когда находит "отклик в душе", т.е. только тогда, когда цепляясь за схожую информацию, имеющуюся в данный момент в сознании (информацию временную, потому что любая информация в сознании держится недолго, и через время, из оперативной памяти поступает в память долговременную) поступает туда.

В случае преодоления сопротивления такая информация поступает сразу, изменяя при этом мировоззрение человека, потому что в данном случае активно задействуется сознание, а если что-то осознается человеком, то принимается как руководство к действию.

Также необходимо говорить о том, что любого рода информация, проходящая мимо сознания и подсознания индивида, т.е. подпадающая под спектр действия его репрезентативной системы (аудиальная, визуальная, и кинестетическая) и двух сигнальных систем (чувства и речь) неизменно откладывается в подсознании. Сопротивление может быть сознательным, предсознательным, подсознательным, может выражаться в виде эмоций, мыслей, идей, установок, фантазий и проч. Одной из форм сопротивления является молчание. К сопротивлению также относится избегание болезненных для психики человека тем; рассказ общими фразами о том, что в действительности вызвало в свое время бурю эмоций; длительный рассказ о чем-то второстепенном, бессознательно избегая того, что может являться для человека действительно важным.

Сопротивлением является любое бессознательное нежелание менять какой-либо устоявшийся порядок в проведении бесед, встреч, форм общения и проч.

К проявлению сопротивления относятся опоздания, пропуски, забывание, скука, отыгрывание (проявляется в том, что о важных для него фактах человек рассказывает разным людям), нарочитая веселость или грусть, огромный энтузиазм или длительное приподнятое настроение. При этом сопротивление может проявляться по-разному, т.е. быть явным или не явным. Например, при получении какой-либо информации человек может внешне не выказывать каких-либо эмоций, но как раз это является свидетельством сопротивление, потому как, по словам профессора Р.Гринсона (психоаналитика Мэрилин Монро), отсутствие аффекта наблюдается как раз когда рассматриваются действия, которые "должны быть чрезвычайно нагруженными эмоциями". Но при этом замечания человека "сухи, скучны, монотонны и невыразительны". (Р.Гринсон, 2003). Тем самым перед нами ошибочное представление, что самому человеку не интересно, и получаемая информация его не трогает. Как раз нет, он активно переживает, но стремится не показывать своего истинного отношения к той или иной ситуации как раз путем бессознательного включения сопротивления.

Итак, мы рассмотрели далеко не полный список существующих механизмов защиты, но перечисление основных защит на наш взгляд способны приблизить нас к пониманию возможных особенностей межличностных взаимодействий. При этом сам факт существования защитных механизмов в психике приближает нас к пониманию механизмов воздействия одного человека на другого. Рассматривая вопросы включения невротических защит (а любая защита психика есть защита против развивающегося невроза) мы должны обратить внимание на то, что, по мнению О.Фенихеля (1945, 2005), тревога и гнев являются следствием не получения выхода психической энергии в результате травмирующих психику обстоятельств, и представляют собой разрядку психического возбуждения. При этом следует обращать внимание, что защитные механизмы психики сдерживают переизбыток психической энергии, но при этом в случае преобладания или повторения травмирующей психику человека ситуации возможен выброс энергии, следствием чего является развитие невро-психической симптоматики. При этом, тот, кто предрасположен к неврозу вследствие конституции и инфантильной фиксации -- отреагирует развитием невроза даже в ответ на минимальную активацию инфантильных конфликтов. А у кого-то подобное станет возможным лишь в результате тяжелых жизненных обстоятельств. По большому счету мы имеем дело с психоневрозами, т.е. с реакцией психики на какой-либо конфликт с участием сознания, подсознания и окружающего мира.

Основу психоневрозов представляет невротический конфликт. Невротический конфликт является следствием конфликта между тенденцией к разрядке и тенденцией к предотвращению оной. (О.Фенихель, 2005). Выраженность стремления к разрядке зависит как от природы стимулов, так и большей частью от физико-химических реакций организма. Прослеживая по психоаналитической структуре психики, следует заметить, что невротический конфликт есть конфликт между Я (Ид) и Оно (Эго). При этом уже становится понятно, что мотивом защиты психики является тревога. Именно с помощью защитных механизмов психика индивида бессознательно спасается от опасности внешнего воздействия, т.е. от воздействия информация из внешнего мира на внутренний мир индивида.

Причем, у ряда лиц в этом случае действительно наблюдается конфликт, ибо поступающая информация оказывает негативное воздействие, подменяя личность индивида, и заставляя его совершать не свойственные ему раннее поступки. Спасается от подобного воздействия человек как раз включением механизмов психической защиты, кратко рассмотренными нами выше. В ряде случаев тревога замещается чувством вины. Чувство вины в данном случае выступает в роли одной из защит психики. Само по себе чувство вины служит верным признаком невроза, характеризуется длительным состоянием устойчивого беспокойства, и фактически подменяет истинное "Я" -- ложным образом, с которым личность данного человека вынуждена считаться. Такому невротику попросту ничего не остается, как фактически подстраивать свою жизнь под существующее в его психике чувство вины. И ситуация в большинстве случаев имеет достаточно серьезные последствия, т.к. вынуждает индивида-невротика совершать действия если и контролируемые сознанием, то в лучшем случае частично; потому что вверх берут бессознательные желания, способствующие "заглушению" чувства вины, вызывающие сильнейшие провокации невроза в психике человека, который вынужденно совершает действия, направленные на выполнение чужой воли и исчезновению тем самым тревожности.

Чувство вины - это совесть человека. И в данном случае наблюдается весьма существенный конфликт, уходящий корнями в понимание вопроса, ибо постоянное удовлетворение позывов совести у невротика в конечном итоге приводит к негативным последствиям, следствием которых является затруднительная адаптация в социуме, т.е. у такого индивида-невротика нарушены контакты с внешним миром, ибо его внутренний мир вынужден все время вступать в противоречие между тем, что необходимо делать, чтобы выживать в этом мире, и велениям внутреннего состояния души.

При этом негативные аспекты существования чувства вины для личности невротика могут проявляться во внутренних деструктивных побуждениях садистко-мазохисткого характера, заключающегося в намеренном (бессознательном, большей частью) причинению неявного вреда своему здоровью (курению, употреблению алкоголя, опасной езде на автомобиле, прыжкам с парашюта и прочим занятиям экстремальным спортом).

Испытывая внутренние страдания от чувства вины, невротики иной раз применяют некоторые специфические варианты защиты от чувства вины, проявляющиеся в следующем: чувство вины может вытесняться, проецироваться (когда в совершении нежелательного поступка обвиняется кто-то другой), или, например, имеет место быть порицание, укор другим за то, что могли бы совершить сами; достаточно характерен пример с излишней навязчивостью, общительностью, внезапной словоохотливостью. В этом случае следует говорить о некой невротической реакции, проявлявшейся в стремлении невротика заглушить собственное чувство вины посредством получения одобрения за то, что внутренне переживается как запретное. Изоляция чувства вины встречается, когда, например, невротик совершает какой-либо проступок с достаточно заметным эмоциональным равнодушием, тогда как за совсем безобидный поступок -- вполне искренне раскаивается.

Следует помнить, что защитные механизмы психики для самой психики являются способом избежать невроз. Для установления контакта и дальнейшего воздействия на человека становится возможным первоначально выявлять защитные механизмы его психики (т.е. правильно интерпретировать те или иные реакции организма), чтобы в последующем становилось возможным установить с подобным индивидом раппорт, а значит и после введения его в трансовое или полутрансовое состояние (в зависимости от индивидуальных особенностей той или иной психики) управлять таким человеком. Также необходимо помнить, что редко кто способен честно и искреннее выражать собственные чувства, мысли, эмоции, фантазии, желания и проч. Современный человек, являющейся дитем социума, научился скрывать чувства в процессе воспитания, необходимого для адаптации в окружающем мире. Поэтому задача воздействия на человека, на его психику, выявлять подобные механизмы сокрытия, и к людям относиться как к пациентам. И это действительно так, стоит только обратить внимание и понаблюдать за спецификой поведения людей. Природа человека уже сама по себе заставляет его быть скрытным. Причем подобное происходит на бессознательном уровне и от самого человека не зависит. Правда, те из индивидов, у которых в силу географии проживания (сильно удаленные от мест цивилизации деревни и проч.) и собственных нравственных предпочтений ограничен контакт со средствами массовой информации, еще могут быть по возможности честными, хотя и на них оказывает свое давление цивилизация и культура, и со временем для выживания они должны сделать выбор: или быть как все, т.е. лгать, обманывать, изворачиваться, и в этом случае выжить, стать полноправным членом общества, или оставаться до конца честным и открытым, а значит стать изгоем общества, и последователем маргинальных позиций, и как следствие подобного -- быть лишенных благ цивилизации. Выбор поистине тяжелый, притом что большинством попросту неосознается, так как с самого рождения их психику программируют средства массовой коммуникации и информации, а значит такие люди сразу же начинают "играть по правилам", т.е. жить в соответствие с законами общества.


Сопротивление -- как фактор личностного роста.

Преодолев такой защитный механизм психики как сопротивление, индивид способен перейти на новый уровень собственного восприятия жизни, а значит подняться на следующую ступень в социальной лестнице. Становится возможным подобное следующим образом. Известно, что психика индивида делится на три важных составляющих: сознание, подсознание (бессознательное), и т.н. цензура психики. Последней отведена роль критического анализа в оценке информации, поступаемой из внешнего мира. Часть такой информации цензура пропускает в сознание (а значит, у человека появляется способность осознавать эту информацию), а часть -- наталкиваясь на преграды в психике в виде Сверх-Я (цензуры психики), переходит в подсознание. Чтобы все равно в последствии оказывать влияния на сознательные поступки через предварительное возникновение мыслей бессознательной и сознательной направленности.

Сопротивление, как мы заметили, является одной из защит психики. Не вдаваясь в слишком детальный разбор сопротивления, рассмотрим сопротивление -- в концепции жизненного роста индивида, повышения его социального статуса, его интеллектуальных способностей, жизненной адаптации, и проч. И уже тогда, нам необходимо выделить роль сопротивления -- как особенности психики, влияющей на запоминание новой информации. При этом мы большей частью будем рассматривать не любую новую информацию, а лишь ту, которая вызывает определенный "протест" в психике после того как наталкивается на заслон критичности, а в ряде случаев, и инициируя его. Подобное становится возможным, если характер новой информации, ее смысловая часть, не находит отклика в душе индивида; то есть на первоначальном уровне ее восприятия становится невозможным коррелят данной информации -- с информацией, уже существующей раннее в бессознательном индивида, информации, которая, находясь в памяти индивида -- начинает явно противиться поступлению новой информации. Причем, особенно сильно проявляется подобного рода сопротивление в случае, если или совпадает общая информационно-целевая направленность новой и прежней информации, или же если новая информация представляет собой вообще нечто новое, быть может даже в какой-то мере впервые представленное в психике подобного индивида; а значит в оценке такой информации индивид -- бессознательно -- не будет ссылаться только на то общее представление о той или иной проблеме (вопросе), которое, как известно, имеется в душе почти каждого человека, и характеризует собой жизненный опыт, объем знаний и т.п..

При этом необходимо обратить внимание, что информация, получаемая из внешнего мира (посредством любых видов контактов: межличностных, с помощью масс-медиа, проч.) не вся и не полностью находит отклик в душе индивида. В первую очередь оказывает влияние та информация, которая словно бы попала на особую волну, на которую настроена в момент получения подобной информации психика индивида. При этом мы должны говорить и о том, что в следующий момент та же самая информация уже может и не восприниматься. Даже и вообще на ее пути могут встать невидимые барьеры критичности, являющиеся результатом деятельности цензуры психики. Но если мы говорим что информация, воздействующая на психику индивида, оказалась задействованной в режиме "здесь и сейчас", если эта информация не оказалась как другая вытеснена в подсознание, а почти беспрепятственно, или не теряя своей основной сути, после которой в последующем возможно восстановить компоненты ее, собрав единое целое, так вот, если мы говорим что такая информация сейчас проникла в сознание, то нам следует признать, что подобное вполне возможно. И происходит это в результате того, что часть подобной информации (ее авангард) не только вступила своими кодами (любая информация, как известно, может быть преподнесена в системе кодов) в коррелят с уже имеющейся в психике индивида информацией, но и в результате подобного цензура психики на время ослабла и приоткрылась (метафорически выражаясь -- психика открыла шлагбаум на пути поступления новой информации). А значит и другая информация, подаваемая с информацией, которая проникла посредством совпадения кодов, может точно также проникнуть в сознание. Разве что в этом случае такая информация (информация, проникшая в сознание обманным путем) не задерживается надолго, и вскоре оказывается вытесненной в подсознание. Но если в результате деятельности цензуры информация переходит в подсознание из внешнего мира, то в данном случае -- подобного рода информация вытесняется из сознания. Хотя и в том и в другом случае оказывается в подсознании.

Если вернуться к вопросу поступления информации, которая посредством бессознательного подбора кодов оказалась востребованной в сознании, то в данном случае необходимо отметить, что подобный механизм психики, который способен пропустить, почти минуя цензуру, какую-то информацию, хорошо известен специалистам по манипулированию психикой. Причем несколько получившее негативный аспект слово "манипуляции", как мы уже замечали раннее, можно заменить более нейтральным словом "управление". Управление, или, например, программирование психики. Перестановки слов -- смысловое воздействие не меняет. Да и, вероятно, слово "управление" не вызывает слишком явного провоцирования психики, взрыва эмоций и проч. барьеров психики, которые в зависимости от обстоятельств могут нести в себе как позитивный так и негативный аспекты в результате озвучивания слово "манипуляции", и которые задействуют тот или иной пласт бессознательного психики, в недрах которого таятся такие залежи порой бесценного материла, что тот, кто умеет извлекать из подсознания хотя бы ничтожно малую часть скрытой там информации, способен значительно опередить других индивидов в информационном могуществе. Ведь вполне понятно, что любую информацию важно не только получить из внешнего мира, но и запомнить. Причем процесс запоминания тестируется достаточно просто, и как один из вариантов -- заключает в себе такую составляющую психики индивида как память. Процесс вспоминания -- схож с процессом извлечения информации из подсознания, и попадания такой информации в сознание. Несмотря на довольно ограниченный объем сознания (в сравнении с подсознанием), без сознания жить невозможно. Потому как если бы человек все время пребывал бы в бессознательном состоянии, то это означало бы, что первенство взяли бы первичные инстинкты, желания дикаря -- убить, съесть, изнасиловать. И они бы повсеместно осуществлялись. Что привело бы к фактическому уничтожению цивилизации.

Каким образом поступаемая в психику из внешнего мира информация "находит отклик в душе" индивида? Как мы уже заметили, в этом случае нам следует говорить о том, что перед нами своего рода совпадения кодировки новой информации с информацией, которая раннее уже находилась в бессознательном психики такого индивида. В этом случае задействуются установки и паттерны поведения, в результате чего новая информация, практически минуя цензуру психики (которая отступает, признавая "своих" после получения определенных "пароля-отзыва") попадает сразу в сознание, а значит и оказывает прямое воздействие на мысли и поступки человека. При этом, даже если по каким-то причинам такая информация (или часть ее) окажется вытесненной в подсознание, вероятней всего она или не проникнет далее чем предсознание (есть еще и такая структура психики, означающее по метафорическому выражению Фрейда "прихожую", то есть нечто, расположенное между входной дверью (цензурой психики) и гостиной (сознанием), или же -- окажется в бессознательном, но с некой положительной пометкой. В результате информация, уже находящаяся в подсознание раннее, обогатится еще одним зарядом схожей направленности (кодировки), усилится, а значит можно говорить (сразу или через какое-то время) о формировании полноценных установок и паттернов поведения.

Отвечая на вопрос, каким образом та или иная информация вытесняется цензурой психики, отправляясь в подсознание[170], мы предполагаем, что подобная информация не получила должный "отклик" в душе индивида, оценивающего такую информацию. Ведь известно, что почти любая информация из внешнего мира подвергается оценке психикой "принимающей стороны"[171]. И уже от этого зависит, информацию какой направленности психика индивида пропустит в сознание и сразу начнет с подобной информацией работать, а какую-то информацию вытеснит. Как обращал внимание проф. Фрейд (2003), вытесняются какие-либо болезненные для психики индивида ситуации, обстоятельства жизни, т.е. все то, что он бессознательно не желает пропускать в сознание. В этом случае уместно также говорить, что в результате подобного включается сопротивление психики, в результате чего нежелательные моменты жизни забываются, то есть намеренно вытесняются. Или, например, на пути информации, стремящейся проникнуть в сознание, стоит цензура психики, которая владеет различными способами защиты, одной из которых является сопротивление, и как следствие работы сопротивления -- вытеснение. Причем все это (и сопротивление и вытеснение) есть также ничто иное, как возможность психики избавиться от невроза, потому как любые нежелательные для психики потоки информации способны по прошествии какого-то времени привести к появлению симптоматики невроза, и как следствию -- заболеванию психики, расстройствам психики.

"...предпосылкой для существования симптома, -- писал З.Фрейд[172], -- является то, что какой-то душевный процесс не произошел до конца нормальным образом, так что он не мог стать сознательным. Симптом представляет собой заместитель того, что не осуществилось... Сильное сопротивление должно было направиться против того, чтобы... душевный процесс проник в сознание; поэтому он остался бессознательным. Как бессознательный, он обладает способностью образовать симптом. ...Патогенный процесс, проявляющийся в виде сопротивление, заслуживает названия вытеснения".

Таким образом, мы прослеживаем возникновение вытеснения посредством сопротивления цензуры психики, противящейся чтобы нежелательная, болезненная для психики информация перешла в сознание, а значит, подчинила себе мысли, желания, и поступки индивида. В то время как то обстоятельство, что по прошествии порой совсем незначительного времени эти же болезнетворные микробы, поселившиеся в бессознательном психики, начнут бродить в поиске "сторонников" (кодов информации), и, найдя последних, все равно смогут пробить оборону и оказаться в сознании, об этом психика, инициировавшая через барьер критичности препоны на пути потоков информации из внешнего мира, словно бы не думает. Как не думают и все те, кто ошибочным образом полагает, что ничего не существует кроме сознания, отрицая под надуманными предлогами подсознание, и тем самым подпадая своими действиями под систематику механизмов защиты, описанных в свое время семьей Фрейдов (папой и дочкой-Анной, профессором психологии), и продолженных в разработках современных ученых.

Прежде чем еще более детально рассматривать роль сопротивления в жизни индивида, заметим что проф. Р.Гринсон отличал психоанализ от всех других психотерапевтических методик как раз по факту рассмотрения в нем вопроса о сопротивлении[173]. По мнению Р.Гринсона (2003), сопротивление может быть сознательным, предсознательным, подсознательным, может выражаться в виде эмоций, мыслей, идей, установок, фантазий и проч.

Кроме того, одной их форм сопротивления является молчание. "Молчание -- наиболее прозрачная и частая форма сопротивления, встречающаяся в психоаналитической практике, -- пишет проф. Р.Гринсон[174]. -- Это означает, что пациент сознательно или бессознательно не расположен сообщать свои мысли или чувства аналитику ...наша задача -- проанализировать причины молчания. ...Иногда, несмотря на молчание, пациент может невольно раскрыть мотив или содержание молчания своей позой, движениями или выражением лица".

Делая небольшое отступление, нам хотелось бы обратить внимание на методику прикладного психоанализа, являющегося на наш взгляд одной их эффективнейших систем управления психикой человека и масс; при этом наше использование подобной методики подкреплено (обогащено) и некоторыми другими подходами в воздействии на психику, которые на наш взгляд также эффективны. Мы также должны говорить и о ряде отличий между классическим психоанализом в т.н. лечебном аспекте, и прикладным психоанализом, где теории воздействия на сознание-подсознание разрабатываются не для психотерапевтического эффекта (в плане лечения конкретного индивида или группы больных), а с целью управления человеком, моделирования его мыслей, желаний, поступков, и проч., и по своей эффективности применимы как к отдельному индивиду в частности, так и к обществу в целом. В этом случае мы уже можем говорить об искусстве управления массами. О предварительном моделировании поведения масс посредством программирования их психики на выполнения необходимых установок. Те, кто дает такие установки -- называются манипуляторы. Но они же, как мы уже обращали внимание, могут называться и управленцами, менеджерами, кем угодно, если подходить к подобному вопросу в контексте управления, власти одних людей над другими. И в этом, на наш взгляд, важная особенность вообще подхода к возможности управления психикой. Да это и оправданно, особенно учитывая еще и то обстоятельство, что враг не дремлет, разрабатывая все новые и новые способы манипуляций психическим сознанием и открывая новые методики воздействия на подсознание с целью манипулирования личностью. Поэтому победит тот, кто не только сможет выявить вражеские поползновения, но и сможет победить врага его же методами, в лучшем случае заставив идти на поводу себя, а как минимум -- избежав его психологических атак.

Возвращаясь к вопросу сопротивления, следует обратить внимание на тот факт, что психика почти всегда выказывает протест всему новому, неизведанному. И происходит так потому, что как бы изначально (при поступлении новой информации) отдельные компоненты такой информации ищут некие родственные связи (схожую кодировку в процессе афферентных связей между нейронами головного мозга), то есть нечто такое, схожее, за что можно было бы "уцепиться". Т. е, когда новая информация начинает оцениваться мозгом, он ищет в этой информации что-то знакомое, посредством чего можно было бы закрепиться. Когда коды новой информации и информации, уже существующей в бессознательном психики совпадают, в этом случае становится возможна некая ассоциативная связь между новой и существующей информации, а значит налаживается определенный контакт, в результате чего новая информация как бы ложится на благодатную почву, и имея под собой какую-то основу -- служит возможности адаптации информации новой, обогащения ее существующей информацией, и путем некой трансформации рождается новая информация, которая уже и проходит в сознание, а значит посредством возникших в бессознательном психики мыслей -- проецируется на поступки, которые хоть и являются в большинстве случаев следствием деятельности сознания, тем не менее берут свою основу в бессознательном психики, именно там рождаясь (формируясь). При этом мы должны говорить, что сопротивление позволяет нам выявлять бессознательные импульсы индивида, его бессознательные желания, установки, которые были раннее заложены в психике подобного индивида, и уже так или иначе влияют на его нынешнюю или будущую жизнь.

Можно даже сказать, что как раз программирование индивида происходит отчасти и путем внедрения в его подсознание различных установок, которые позже могут быть востребованы манипулятором (и тогда он активирует их посредством кодовых сигналов аудиально-визуально-кинестического характера); причем роль такого манипулятора могут играть как конкретные индивиды, так и общество, социальная среда, какие-либо природные факторы, и т.п. Таким образом мы должны говорить о том, что любого рода информация, которая задействуется любой репрезентативной или сигнальной системой человека -- или сразу откладывается в бессознательном психики, или находит подтверждение у существующей раннее информации, тем самым обогащаясь за счет этого, и усиливаясь -- оказывается способной влиять на жизнедеятельность рассматриваемого нами индивида (т.е., или сразу формируя полноценные доминанты в коре головного мозга, или установки в подсознании, или же предварительно формируя полу-доминанты и полу-установки, а после, при получении новой информации схожей кодировки -- формируя полноценные установки и паттерны поведения).

Р.Гринсон (2003), рассматривая роль сопротивления, обращал внимание, что сопротивление может быть явное или не явное, но оно почти всегда существует и проявляется по-разному. Например, при получении какой-либо информации человек может внешне не выказывать каких-либо эмоций, но уже как раз в этом можно и увидеть сопротивление, потому как отсутствие аффекта наблюдается как раз, когда рассматриваются действия, которые "должны быть чрезвычайно нагруженными эмоциями". Но при этом замечания человека "сухи, скучны, монотонны и невыразительны". Тем самым перед нами ошибочное представление, что самому человеку не интересно, и получаемая информация его не трогает. Как раз нет, он активно переживает, например, но стремится не показывать своего отношения к той или иной ситуации как раз путем бессознательного включения сопротивления. "В целом несоответствие аффекта -- это самый яркий признак сопротивления, --замечает Р.Гринсон[175]. -- высказывания пациента кажутся странными, когда содержание высказывания и эмоция не соответствуют друг другу". Кроме того, Р.Гринсон обращает внимание на позы, которые могут служить верным невербальным признаком сопротивления. "Когда пациент ригиден, неподвижен, свернулся в клубок, как бы оберегая себя, это может указывать на защиту. Кроме того, любые позы, которые принимаются пациентом и не меняются порой в течение сессии[176] и от сессии к сессии, всегда являются признаком сопротивления. Если пациент относительно свободен от сопротивления, его поза как-то изменяется во время сессии. Чрезмерная подвижность также показывает, что нечто разряжается в движении, а не в словах. Противоречие между позой и вербальным содержанием -- также признак сопротивления. Пациент, который рассказывает спокойно о каком-то событии, а сам корчится и извивается, рассказывает лишь часть истории. Его движения пересказывают другую ее часть. Сжатые кулаки, руки, туго скрещенные на груди, лодыжки, прижатые друг к другу, свидетельствуют об утаивании... Зевание во время сессии -- признак сопротивления. То, как пациент входит в кабинет, избегая глаз аналитика или заводя небольшой разговор, который не продолжается на кушетке[177], или то, как он уходит, не взглянув на аналитика, -- все это показатели сопротивления"[178]. Также Р.Гринсон указывал на сопротивление, если человек все время рассказывает что-то последовательно о настоящем, без погружений в прошлое, или о прошлом, без перескакиваний в настоящее. "Привязанность к определенному временному периоду является избеганием, аналогичным ригидности, фиксированности эмоционального тона, позы, и т.д."[179].

На сопротивление указывает и тот факт, что человек, рассказывая что-то, говорит о поверхностных и маловажных событиях в течении длительного времени, словно бессознательно избегая того, что может являться для него действительно важным. "Когда при этом есть повторение содержания без его развития или аффекта, или без углубления понимания, мы вынуждены предположить, что действует какое-то сопротивление. Если же рассказ о мелочах не кажется самому пациенту лишним, мы имеем дело с "убеганием". Отсутствие интроспекции и полноты мысли -- показатель сопротивления. В целом вербализация, которая может быть изобильной, но при этом не приводит к новым воспоминаниям или новым инсайтам, или к большему эмоциональному осознанию -- показатель защитного поведения"[180].

К сопротивлению следует относить и избегание каких-либо -- болезненных для психики этого человека -- тем. Или рассказ общими фразами о том, что в действительности вызвало в свое время бурю эмоций в душе данного индивида. Помимо этого, в сопротивлении следует угадывать любое бессознательное нежелание менять какой-либо устоявшийся порядок в проведении бесед, встреч, форм общения и проч. При этом мы можем говорить и о том, что выполнение однотипных и устоявшихся действий -- является в т.ч.и одной их форм защиты от невротической зависимости. В свое время О.Фенихель (2004) обращал внимание, что во всех психоневрозах контроль со стороны Эго ослаблен, но при обссесиях и компульсиях Эго продолжает управлять двигательной сферой, но не властвует в ней полностью, и лишь в соответствии с обстоятельствами. При этом может наблюдаться явный переход какой-либо фобии в обсессию. "Сначала определенная ситуация избегается, затем, чтобы обеспечить необходимое избежание, постоянно напрягается внимание. Позднее это внимание приобретает навязчивый характер или развивается другая "позитивная" обсессивная установка, настолько несовместимая с изначально пугающей ситуацией, что ее избежание гарантировано. Табу прикосновения замещаются ритуалами прикосновения, страхи загрязнения -- компульсиями мытья; социальные страхи -- социальными ритуалами, страхи засыпания -- церемониями подготовки ко сну, торможения ходьбы -- манерной ходьбой, фобии животных -- компульсиями при обхождении с животными"[181]. Показателем сопротивления по Р.Гринсону служит и "использование клише, технических терминов или стерильного языка", что указывает на то, что такой человек, с целью избежать личного самораскрытия, избегает образности своей речи. Например, он говорит "я испытывал неприязнь", тогда как на самом деле он был взбешен, тем самым "избегает образа и ощущения взбешенности, предпочитая ему стерильность "неприязни"[182]. "Из моего клинического опыта работы с пациентами в таких ситуациях я заключил, -- пишет Р.Гринсон[183], -- что "на самом деле" и "честно говоря" обычно означают, что пациент чувствует свою амбивалентность, осознает противоречивость своих чувств. Он хочет, чтобы то, что он сказал, было всей правдой. "Я действительно думаю так" означает, что он действительно хочет думать так. "Я искренне сожалею" означает, что он хотел бы искренне сожалеть, но он также осознает наличие противоположных чувств. "Я думаю, я сердился" означает: я уверен, что я сердился, но неохотно это признаю. "Я не знаю, с чего начать" означает: я знаю, с чего начать, но колеблюсь, начинать ли так. Пациент, который говорит аналитику несколько раз: "Я уверен, что вы действительно помните мою сестру...", -- обычно означает: я совсем не уверен, болван, действительно ли ты ее помнишь, поэтому я напоминаю тебе об этом. Все это весьма трудноуловимо, но обычно повторения показывают наличие сопротивлений и должны усматриваться как таковые. Наиболее часто повторяющиеся клише являются проявлениями сопротивлений характера и с ними трудно справиться, прежде чем анализ не пойдет полным ходом. Изолированные клише могут быть легко доступны и в ранней стадии анализа".

К различного рода проявления сопротивления также следует относить опоздания, пропуски, забывание, скуку, отыгрывание (может проявляться в том, что об одних и тех же фактах человек рассказывает разным людям; в этом случае, кстати, проявляется и бессознательное свидетельство-подтверждение важности подобной информации для человека), нарочитая веселость или грусть. "...огромный энтузиазм или длительное приподнятое настроение показывают, что существует нечто, что отвращается -- обычно что-то противоположной природы, некоторая форма депрессии"[185].

Говоря о сопротивлении, мы должны говорить и о том, что если нам удается сломить подобную защитную реакцию психики на пути получения новой информации, то в этом случае, за счет ослабления цензуры психики, нам удастся добиться эффекта несравненно большего, нежели чем, если бы новая информация, посредством ассоциативных связей и появления эмпатической привязанности, прошла через барьер психики и осталась бы в сознании. И больший эффект достигается как раз за счет того, что психика, словно бы желая "оправдаться" за прежнюю неприступность, почти максимально раскрывается на пути новой информации. Причем такая информация может заполнять глубины психики и проецироваться (позже) на сознание как минимум двумя направлениями. В первом, она может -- даже оказываясь первоначально в бессознательном -- создавать там те устойчивые формирования, на которые в последующем может опираться если желает взять власть в свои руки на время интроецирования информации, хранящейся в бессознательном, в сознание. Подобный период может быть в зависимости от времени или кратковременным и насыщенным; или заметно распределяться по времени, и как бы готовиться к выступлению, т.е. к переходу информации из бессознательного в сознание. Тогда как во втором варианте, мы можем говорить, что на какое-то время такая информация (вновь полученная информация) окажется не только не активной, но и возникнет предположение, что она залегла исключительно в те глубины психики, из которых ее не так-то легко будет и извлечь, когда придет соответствующе время. Притом что такое время (может возникнуть такое подозрение) может и не придти.

На самом деле это не так. И именно во втором случае, чаще чем в первом, мы являемся свидетелями того, что такая информация, информация, раннее попавшая в подсознание, активируется столь сильным образом, что буквально потянет за собой и иную информацию, хранящуюся в бессознательном, если только найдет в подобной информации какое-либо сходство. Причем вновь образующийся поток подобной информации, информации в какой-то мере не имеющей личного исторического бессознательного опыта связанного с психикой конкретного индивида, не только заполнит образовавшуюся пустоту, но и явным образом приведет к тому, что потянет за собой весь этот поток, и в итоге на протяжении длительного времени сможет подчинить своему восприятию почти любую другую информацию, которая после будет поступать в психику, и таким образом действительно окажется, что по своей эффективности значительно выше. Причем подобное на наш взгляд тесно соприкасается со спецификой воспитания и обучения. Ибо если нам таким образом удается сломить сопротивление другого индивида на пути получения им новой информации, то вполне вероятно, что подобная информация не только отложится в подсознание, но и индивид получит возможность воспринимать ее когнитивным (сознательным) образом. Причем еще раз повторим, что по силе собственного воздействия на психику индивида, подобная информация может иметь несравненно большее воздействие в сравнении с модальностью существовавшей раннее информации в психике. Да, если модальность совпадает, то в данном случае легче наступает состояние раппорта, т.е. устанавливается надежная связь, посредством чего один индивид (или группа) становится восприимчив к принятию информации от другого индивида (группы). Состояние раппорта также оказывается весьма эффективным при манипулятивном воздействии, т.е. при управлении одним человеком -- психики другого. При этом необходимо для подобного воздействия, для эффективности его, найти в подаваемой информации нечто, что найдет подтверждение с информацией, уже существующей в психике. А.М.Свядощ (1982) отмечал, что в мозге протекают процессы вероятностного прогнозирования, сопровождающиеся процессами верификации всей поступаемой информации, т.е. происходит неосознаваемое определение ее достоверности и значительности. В связи с чем, если потребуется что-то внушить другому лицу, то необходимо обеспечить введение информации, принимаемой человеком без критической оценки и оказывающей влияние на нейропсихические процессы. При этом, далеко не всякая информация оказывает неотразимое внушающее воздействие. В зависимости от форм подачи, источника поступления и индивидуальных особенностей личности одна и та же информация может оказывать или не оказывать на личность суггестивное воздействие. Состояние раппорта вообще считается неоценимо важным в использовании всех возможностей трансового воздействия. Нам не надо для этого погружать объект в состояние сна. Точнее, он впадает в сон, но это будет т.н. сон наяву. И как раз подобное состояние, на наш взгляд, оказывается наиболее результативным и необычайно эффективным в реализации возможностей информационно-психологического воздействия на индивида, на объект, с целью внушения последнему выполнения определенных действий, необходимых нам.

Возвращаясь к теме сопротивления, выделим еще раз важную функцию подобной защитной реакции психики. И тогда заметим, что преодолевая сопротивление мы самым удивительным образом открываем свою психику для восприятия новой информации. Причем высока вероятность получения вообще кардинально новой информации. Ведь если ранее, как мы говорили, какая-то информация уже присутствовал в памяти, то при получении новой информации цензура психики бессознательно ищет подтверждение вновь поступаемой информации в запасниках памяти. Вероятно психика в этом случае должна определенным образом отреагировать, и она реагирует. Визуально это заметно по внешним изменениям, происходящими с человеком в параллели "здесь и сейчас" (покраснением или побледнением кожи лица, расширенными зрачками, вариантами каталепсии (одеревенения тела), и т.п.). При этом такие изменения могут происходить и не обязательно столь заметно, но все равно улавливаться взглядом опытного наблюдателя. Подобные изменения свидетельствуют о наступлении, о возможности, раппорта (информационного контакта) с объектом манипулирования. А вероятность того, что в таком состоянии объект будет принимать подаваемую ему информацию без купюр -- доходит до ста процентов. Другой вопрос, что возможны индивиды, которых невозможно ввести в состояние раппорта в транскрипции "здесь и сейчас", но подобное, например, возможно сделать позже. Все равно у каждого бывают состояния, когда он максимально подвержен к информационно-психологическому воздействию, к манипулированию над его психикой, вторжением в его психику и управлением психикой данного лица. Причем до конца проследить выбор подходящего момента также возможно, но для этого необходимо обладать опытом, знаниями, и предрасположенностью к подобного рода реализации возможностей. Т.е. хоть относительными, но способностями, а еще лучше -- талантом. В этом случае вероятность достижения результата программирования значительно повышается.

Вернемся к сопротивлению. Итак, в результате того что сломлен барьер критичности, психика начинает с небывалой силой воспринимать новую информацию. Такая информация откладывается в подсознание, и находит свое отражении в предсознании и сознании. То есть в данном случае мы можем говорить о том, что атака ведется как бы сразу на нескольких фронтах. В результате чего наблюдается необычайно сильное программирование психики, появление мощных по силе устойчивых механизмов (паттернов поведения) в бессознательном. Кроме того, после создания подобного наблюдается инициирование появления все новых и новых механизмов схожей направленности в бессознательном психики. Однако теперь они находят постоянное подкрепление и в сознании и в предсознании. А значит, возможен не только процесс закрепления полученной когда-то информации в подсознании (не всякой информации, а именно той, которая вызвала подобный процесс, информации, которая, в результате поступления которой начали сформировываться паттерны в бессознательном), но и уже такая информация начинает активизироваться, подчиняя в скором времени мысли и желания индивида в ключе, обозначенном смысловой нагрузкой подобного рода информации. При этом весьма важным фактором в обработке подобной информации являются особенности психики отдельного человека. Известно, что одна и та же информация на одного индивида может не возыметь никакого воздействия, а другого заставить чуть ли не кардинальным образом изменить жизнь.

Рассматривая воздействие информации на психику, обратим внимание на роль сопротивления в оценке информации, поступаемой извне, со стороны как непосредственно окружающего мира (здания, памятники архитектуры, пейзаж, инфраструктура, проч.), так и со стороны других индивидов (в результате межличностных контактов), а также транспортирования информации на значительные расстояния с помощью средств массовой коммуникации и информации (СМК и СМИ). Как мы уже заметили, одна и та же информация способна как оказывать так и не оказывать влияния на индивида. В первом случае следует говорить об установлении раппорта (контакта), в результате которого ослабевает барьер критичности психики (цензура психики по Фрейду), а значит и подобная информация оказывается способной проникнуть в сознание, или же из под сознания (где откладывается вся информация) оказывать воздействие на сознание, т.е. в процессе первоначальной кодировки психики достигается управление ею, потому что уже давно доказано различными учеными (З.Фрейд, К.Юнг, В.М.Бехтерев, И.П.Павлов, В. Райх, Г. Лебон, Московичи, К. Хорни, В.А.Медведев, С.Г.Кара-Мурза, И.С.Кон, Л.М.Щеглов, А.Щеголев, Н. Благовещенский, С.Зелинский и мн. др.), что мыслями и поступками индивида управляет именно подсознание, бессознательное. Но мы должны обратить внимание, что если предпринять попытки сломать барьер критичности, то становится возможным достигнуть в результате этого шага (заметим, весьма опасного, и необходимого к осуществлению под руководством специалистов соответствующего профиля) что-то на вроде "просветления", сатори. Как раз подобные состояния являлись целью занятий боевыми искусствами и медитативной практикой в восточных единоборствах и восточной философии (религии), или состояния просветленного сознания в русских языческих практиках, или схожих состояний в других системах мира. Причем, следует обратить внимание, что состояние сатори -- состояние временное, проходящее со временем (длится от нескольких секунд до нескольких минут, у кого-то чуть больше или меньше); кроме того, это не вечное состояние, т.е. не состояния в парадигме "раз и навсегда", поэтому по прошествии какого-то времени необходимо вновь погружаться в глубины сознания или преодолевать сопротивление -- для достижения подобного эффекта. Разве что в этом случае можем заметить, что вероятней всего для большинства после первого достижения подобного состояния последующее вызывание состояния "просветления" будет легче. Хотя и в этом случае необходимо учитывать и большую прогнозированность достижения подобного для "художников" (в контексте разделения психики предложенной в свое время академиком И.П.Павловым, который разделял психику индивидов на "мыслителей" и "художников"). К первым Павлов относил тех, кто хорошо запоминает логическую информацию, а ко вторым ("художникам") зрительную. Согласно академику И.П. Павлову (1958), в введении левого полушария находятся речь, чтение, письмо, счет, решение задач требующих логики (рациональное, аналитическое, вербальное мышление). В введении правого -- интуиция и пространственно-образное мышление (т.е. зрительная и слуховая образная память). Добавим, что к введению левого полушария относится сознание (10% мозга), а к правому -- подсознание, или бессознательное (90% мозга). Причем механизмы работы мозга являются результатом функционирования психики индивида, а значит и способов последующего воздействия на психику объекта манипуляций, поэтому остановимся чуть подробнее на деятельности полушарий мозга.

Развитое левое полушарие головного мозга предрасполагает человека к речи, логическому мышлению, абстрактным умозаключениям, обладает внешней и внутренней словесной речью, а также свойством воспринимать, верифицировать, запоминать и воспроизводить информацию и индивидуальный жизненный опыт конкретного индивида. Кроме того, наблюдается взаимосвязь работы левого и правого полушарий мозга, так как левое полушарие воспринимает реальность через соответствующие механизмы (образы, инстинкты, чувства, эмоции) правого полушария мозга. Как, впрочем, и через свои аналитико-верификационные психофизиологические механизмы (жизненный опыт, знания, цели, установки). Правое полушарие головного мозга, как мы уже заметили, простирается в спектре деятельности бессознательного психики. Тогда как левое -- формирует сознательную личность. Правое полушарие мыслит образами, чувствами, схватывая картинку, левое -- анализирует информацию, полученную с внешнего мира, прерогатива логического мышления -- левое полушарие. Правое полушарие реализует эмоции, левое -- мысли и знаки (речь, письмо, проч.) Встречаются индивиды, у которых в совершенно новой обстановке создается впечатление "уже увиденного". Это характерный пример деятельности правого полушария. В итоге мы можем говорить, что деятельность мозга обеспечивается двумя полушариями, правым (чувственным) и левым (знаковым, т.е. интегрирует объекты внешнего мира с помощью знаков: слов, речи, и т.п.). Взаимодополняемость деятельности двух полушарий проявляется часто одновременным присутствием в психике индивида рационального и интуитивного, разумного и чувственного. Отсюда и высокая эффективность директивных указаний мозгу в виде таких механизмов суггестивного воздействия как приказ, самовнушение, проч. Связано это со спецификой деятельности психики, когда, произнося или слыша речь -- у человека включается также и воображение, что в данном случае заметно усиливает подобного рода воздействие. Более подробно специфику мозговой деятельности при обработке информации, поступающей с внешнего мира, мы рассматриваем отдельно, поэтому не останавливаясь на механизмах работы мозга, вернемся еще раз к состоянию просветления, сатори, инсайта, озарения и т.п. многочисленные названия, обозначающие суть одного и того же -- установлением с этих пор (с начала активации подобного механизма) устойчивой связи между манипулятором и объектом, на которого направлено манипулятивное воздействие.

Любого рода манипуляции, это внушение, т.е. сознательное изменение существующих у объекта установок с помощью задействования (активации) архетипов бессознательного психики; архетипы в свою очередь задействуют раннее сформированные паттерны поведения. Если рассматривать подобное с позиции нейрофизиологии, то в мозге объекта активируется соответствующая доминанта (очаговое возбуждение коры головного мозга), а значит замедляет свою работу та часть мозга, которая отвечает за сознание. В этом случае цензура психики (как структурная единица психики) временно оказывается заблокированной или полу заблокированной, а значит информация из внешнего мира беспрепятственно поступает в предсознание, а то и сразу в сознание. Иной раз минуя сознание оно проходит в подсознание. Личное бессознательное психики (подсознание) также формируется в процессе вытеснения информации цензурой психики. Но не вся информация, поступающая с внешнего мира вытесняется бессознательно в бессознательное. Часть все-таки как бы переходит в подсознание намеренно (например, для подпитки уже имеющейся в бессознательном информации и доформировывания архетипов, или же специально и исключительно с целью формирования новых архетипов, паттернов будущего поведения индивида). И это на наш взгляд необходимо правильно понимать и различать. При этом следует еще раз обратить внимание на необходимость преодоления сопротивления. Известно, что сопротивление включается тогда, когда в мозг (в психику) поступает новая информация, информация, которая изначально не находит отклика в душе человека, не находит чего-то схожего, с уже имеющейся в памяти информации. Такая информация не проходит барьер критичности и вытесняется в подсознание. Однако если усилием воли (т.е. задействуя сознание; воля -- прерогатива деятельности сознания) сможем воспрепятствовать вытеснению, и заставим мозг анализировать поступающую информацию (необходимую нам часть такой информации), то тем самым нам удастся преодолеть сопротивление, а значит еще через какое-то время станет возможным испытать то состояние, которое мы именовали раннее сатори, или озарение. Причем эффект от подобного окажется несравненно выше, нежели чем информация методичным и длительным путем проникала в подсознание, позже оказывая влияние на сознание. В нашем случае, в случае слома барьера критичности, а значит и сопротивления, мы добьемся несравненно большего, ибо в этом случае какое-то время будет наблюдаться состояние т.н. "зеленого коридора", когда поступаемая информация практически целиком и полностью проходит, минуя барьер критичности.

Причем также быстро в этом случае происходит и переход в сознание как их предсознания, так и из бессознательного. А значит, нам уже не надо будет ждать долго, как в случае естественного перехода информации из подсознания в сознание, когда такая информация начинает свой переход только когда находит "отклик в душе", т.е. только тогда, когда цепляясь за схожую информацию имеющуюся в данный момент в сознании (информацию временную, потому что любая информация в сознании держится недолго, и через время, из оперативной памяти поступает в память долговременную) поступает туда. В случае преодоления сопротивления такая информация поступает сразу, изменяя при этом мировоззрение человека, потому что в данном случае активно задействуется сознание, а если что-то осознается человеком, то принимается как руководство к действию.

Также необходимо говорить о том, что любого рода информация, проходящая мимо сознания и подсознания индивида, т.е. подпадающая под спектр действия его репрезентативной системы (аудиальная, визуальная, и кинестетическая) и двух сигнальных систем (чувства и речь) неизменно откладывается в подсознании. А значит, в конечном итоге начинает оказывать влияние на сознание индивида, потому что все, что находится в подсознании -- влияет на сознание, на возникновение у индивида соответствующих мыслей, желаний, поступков.

То есть в данном случае мы можем говорить о моделировании поступков человека посредством первоначального формирования бессознательного его психики. И это поистине серьезный вопрос, внимание которому позволило бы избежать многих проблем в т.ч. и в воспитании детей и взрослых. Причем в ситуации с ребенком становится возможным просчитать его взрослое поведение, а в случае со взрослым следует говорить, что подобное воздействие может начать оказывать свое влияние в т.ч. и за достаточно короткий срок. Особенно усиливает первоначально заложенные в подсознание схемы пребывание объекта среди других людей, т.е. когда мы ведем речь о массовом поведении. В случае последнего включаются механизмы массы, толпы (мы в данном случае не отделяем эти понятия), а значит эффект оказывается намного результативнее, чем в случае предварительного воздействия на одного индивида.

При этом, в результате оказываемого нами воздействия на объект следует добиваться состояния эмпатии, когда внутренний мир объекта воспринимается нами как наш собственный. Профессор Карл Роджерс так писал об эмпатии: "Быть в состоянии эмпатии означает воспринимать внутренний мир другого точно, с сохранением эмоциональных и смысловых оттенков. Как будто становишься этим другим, но без потери ощущения "как будто". Так, ощущаешь радость или боль другого, как он их ощущает, и воспринимаешь их причины, как он их воспринимает. Но обязательно должен оставаться оттенок "как будто": как будто это я радуюсь или огорчаюсь. Если этот оттенок исчезает, то возникает состояние идентификации... Эмпатический способ общения с другой личностью имеет несколько граней. Он подразумевает вхождение в личный мир другого и пребывание в нем, "как дома". Он включает постоянную чувствительность к меняющимся переживаниям другого -- к страху, или гневу, или растроганности, или стеснению, одним словом, ко всему, что испытывает он или она. Это означает временную жизнь другой жизнью, деликатное пребывание в ней без оценивания и осуждения. Это означает улавливание того, что другой сам едва осознает. Но при этом отсутствуют попытки вскрыть совершенно неосознаваемые чувства, поскольку они могут оказаться травмирующими. Это включает сообщение ваших впечатлений о внутреннем мире другого, когда вы смотрите свежим и спокойным взглядом на те его элементы, которые волнуют или пугают вашего собеседника. Это подразумевает частое обращение к другому для проверки своих впечатлений и внимательное прислушивание к получаемым ответам. Вы доверенное лицо для другого. Указывая на возможные смыслы переживаний другого, вы помогаете ему переживать более полно и конструктивно. Быть с другим таким способом означает на некоторое время оставить в стороне свои точки зрения и ценности, чтобы войти в мир другого без предвзятости. В некотором смысле это означает, что вы оставляете свое "Я". Это могут осуществить только люди, чувствующие себя достаточно безопасно в определенном смысле: они знают, что не потеряют себя в порой странном или причудливом мире другого и что смогут успешно вернуться в свой мир, когда захотят"[186].

Психоанализ понимает под сопротивлением все, что мешает проникновению в сознание тайных (глубинных, бессознательных) мыслей индивида. Э.Гловер выделял явные и неявные формы сопротивления. Под первыми в психоаналитической работе он понимал опоздания, пропуски сессий, излишнюю болтливость или полное молчание, автоматическое отрицание или неправильное понимание всех высказываний психотерапевта, игру в наивность, постоянную рассеянность, прерывание терапии. Ко вторым (неявным формам) он относил все остальное, например, когда пациент формально выполняет все условия работы, но при этом явно заметно его безразличие[187]. Классификация видов сопротивления (по Фрейду) включает в себя: сопротивление вытеснения, трансферентное сопротивление, сопротивления Оно и Супер-Эго и сопротивление, основанное на вторичной выгоде от болезни. Сопротивление возникает тогда, когда психика индивида противится проникновению в сознание какой-либо болезненной для нее информации из подсознания. При этом, согласно Дж.Сандлеру, Дэру и др.[188], такой вид сопротивления можно считать отражением т.н. "первичной выгоды" от заболевания неврозом. В результате действия метода свободных ассоциаций раннее скрытая в бессознательном информация может выйти наружу (перейти в сознание), поэтому психика и сопротивляется подобному -- задействованием (активацией) механизмов сопротивления. Причем, чем ближе раннее вытесненный из сознания (и перешедший в подсознание) материал приближается к сознанию, тем больше возрастает сопротивление. Трансферентное сопротивление характеризует собой инфантильные импульсы и борьбу с ними. Под инфантильными импульсами понимают импульсы, вызываемые личностью аналитика и возникающие в прямой или модифицированной форме: аналитическая ситуация в форме искажения реальности в определенный момент способствует вспоминанию раннее вытесненного материала (материала, который, оказываясь в бессознательном, вызывал невротический симптом). Трансферентное сопротивление различается в зависимости от того, какие трансферентные отношения (позитивные или негативные) лежат в его основе. Пациенты с эротическим трансфером (например, с истерическим типом организации личности) могут стремиться к сексуальным отношениям с терапевтом или же демонстрировать сопротивление для того, чтобы избежать в таком трансфере осознаний сильного сексуального влечения. Пациенты с негативным трансфером (например, с нарциссическим типом организации личности) преисполнены агрессивных чувств по отношению к терапевту и могут стремиться через сопротивление унизить его, заставить его страдать или точно так же избежать в переносе осознания этих чувств. Сопротивление "Оно" характерно для случаев, когда негативные и эротизированная формы переноса становятся неразрешимым препятствием для продолжения терапии. При этом Фрейд считал наиболее сильным сопротивление Супер-Эго ("Сверх-Я"), поскольку его трудно выявить и преодолеть. Оно происходит из бессознательного чувства вины и скрывает импульсы, которые пациенту кажутся неприемлемыми (например, сексуальные или агрессивные). Одним из проявлений сопротивлений Супер-Эго является негативная терапевтическая реакция. Т.е. пациент, несмотря на явно удавшийся результат лечения, относится весьма негативно как к терапевту, так и к проделываемым над ним манипуляциям. При этом уже от осознания подобного бреда их психическое здоровье ухудшается, потому что известно, что для нашей психики фактически безразлично, случается ли какое событие на самом деле, в реальности, или оно прокручивается лишь в мыслях человека. Импульсы от подобного воздействия мозг получат одинаковые и практически равноценные по вовлеченности и активации нейронов. В результате психотерапии может наблюдаться сопротивление, базирующееся на т.н. "вторичной" выгоде, т.е. когда пациенту выгодно его "заболевание". В данном случае перед нами наблюдается явное прослеживание мазохистских акцентов психики индивида-невротика, потому как пациенту нравится, когда его жалеют, и он не желает избавляться от поддержки, оказываемой ему "как больному".

Условная схема работы с сопротивлением состоит в следующемa[189]:

1) распознавание (необходимо чтобы сопротивление заметил не только терапевт, но и пациент);

2) демонстрация (вербально демонстрируется какой-либо вид сопротивления, замеченный у пациента с тем чтобы обратить на это внимание самого пациента);

3) прояснение сопротивления (что предполагает конфронтацию с тем, чего пациент избегает, почему он это делает и как).

После прояснения причины сопротивления анализируется его форма. Результатом данного этапа становится обнаружение инстинктивного побуждения, попытка удовлетворения которого привела к конфликту. После этого методом интерпретации выясняется история переживания. На этом этапе выясняется, каким образом возник конфликт, как он проявлялся и проявляется в течение жизни пациента, какие паттерны поведения и эмоционального реагирования он породил и т. п. История переживания позволяет включить выявленный конфликт в более широкий контекст препятствий на данном этапе психодинамической терапии. При этом терапевт должен помнить, что критика или несогласие с чем-то пациента еще не всегда означает проявление сопротивления. В заключении терапии работы с сопротивлением осуществляется проработка сопротивления, которая является прослеживанием влияния уже осознанного конфликта на различные жизненные события с целью повторения, углубления, расширения проведенного анализа сопротивления. Проработка позволяет усилить понимание клиента за счет увеличения количества привлекаемого материала. Здесь же происходит и интерпретация возникающих новых сопротивлений, что еще больше проясняет базовую проблематику и ведет к более устойчивым результатам. Этот этап не ограничивается во времени, его продолжительность зависит от индивидуальных особенностей пациента, формы и содержания сопротивления, этапа психотерапии, состояния рабочего альянса и многих других факторов[190].

Ну и наконец, хотелось бы еще раз обратить внимание на то, что деятельность сопротивления -- это бессознательный акт, и тем самым вполне оказывается логичным, что если мы хотим разгадать природу человека, природу его психики, разгадать механизмы управления психикой, мы непременно и в первую очередь должны обращать внимание на его бессознательные реакции, путем анализа и сопоставления различных фактов выявлять то, что скрывает человек, а значит и в последствие подобные методы могут еще ближе приблизить нас на пути понимания человеческой психики, помогут раскрыть механизмы устройства психики, как проследить те или иные реакции человека, так и выявить механизмы возникновения импульсов, следствием которых и являются эти реакции. То есть мы говорим о том, что непременно важен анализ, проведение аналитической работы, обращение внимание на каждые мелочи, потому как именно они в итоге позволят собрать наиболее полную картину о психике того или иного индивида, а значит в последствие -- и узнать (разработать, выявить, проч.) механизмы воздействия как на подобного индивида, так и на общество в целом, ибо общество как раз и состоит из различных индивидов, которые, объединяясь в массы, коллективы, собрания, съезды, процессы, симпозиумы, толпы и т.п. формы объединения людей являются частью среды. Ибо среда как раз представлена в т.ч. и постоянным объединением-разъединением людей, процесс этот текучий как ртуть, масса изменчива и непостоянна не только в своих желаниях и интересах, но и по составу участников и т.п. Таким образом разгадка психики каждого конкретного человека способна приблизить нас к тайнам и разгадкам общества, а значит к выработке методологии управления человеком, моделирования его мыслей и проецирования подобных мыслей в поступки.


[170] Сначала такая информация почти всегда попадает в предсознание, а уже позже или в бессознательное, в большинстве случаев, или обратно в сознание, что тоже встречается; причем возможен и иной путь, когда попав сначала в бессознательное, информация вновь по прошествии какого-то времени (фактор времени практически нельзя просчитать если внимательно не сопоставлять и анализировать многие факты) оказывается в сознании.


ГЛАВА 5. Методы, приемы и способы манипуляций.


Блоки манипуляций

Манипуляции сознанием (С.А.Зелинский, 2003).

Способы манипулирования психическим сознанием человека (С.А.Зелинский, 2008).

Психологические приемы манипулятивной подачи информации. (С.А.Зелинский, 2009).

Манипулятивные воздействия в зависимости от типа поведения и эмоций человека. (В.М.Кандыба, 2004).

Речевые психотехники (В.М.Кандыба, 2002).

Манипулятивные приемы, используемые в ходе обсуждений и дискуссий. (Г.Грачев, И.Мельник, 2003)

Манипулирование личностью (Г.Грачев, И.Мельник, 1999).

Манипуляции посредством телевидения. (С.К.Кара-Мурза, 2007).

Способы воздействия на масс-медиа-аудиторию с помощью манипуляций.

Манипуляции сознанием (С.А.Зелинский, 2003).

1. Провокация подозрения.

Манипулятор изначально ставит испытуемого в критические условия, когда убежденно выдвигает заявление типа: "Вы думаете, я буду вас уговаривать?..", что предполагает т. н. обратный эффект, когда тот, над кем проводят манипуляции, начинает убеждать манипулятора в обратном, и, тем самым, проговаривая несколько раз установку, бессознательно склоняется к мнению о честности в чем-то убеждавшего его человека.

Тогда как по всем условиям - честность эта ложная. Но если при определенных условиях он бы это понимал, что в данной ситуации грань между ложью и восприимчивостью правды стирается. А значит, манипулятор добивается своей цели.

Защита -- не обращать внимание и верить в себя.

2. Ложная выгода противника.

Манипулятор своими определенными словами как бы изначально ставит под сомнение собственные доводы, ссылаясь на якобы более выгодные условия, в которых находится его оппонент. Что, в свою очередь, заставляет этого оппонента оправдываться в желании убедить партнера и снять с себя подозрение. Тем самым, тот над кем состоялась манипуляция, бессознательно снимает с себя какую-либо установку на цензуру психики, на оборону, дозволяя проникнуть в свою ставшую беззащитной психику атаки со стороны манипулятора. Слова манипулятора, возможные в подобной ситуации: "Вы так говорите, потому что сейчас от этого требует ваше положение..."

Защита -- такие слова как: "да, я так говорю, потому что у меня такое положение, я прав, а вы должны меня слушаться и подчиняться".

3. Агрессивная манера ведения разговора.

При использовании данного приема манипулятор берет изначально высокий и агрессивный темп речи, чем бессознательно ломает волю оппонента. К тому же оппонент в таком случае не может должным образом обработать всю получаемую информацию. Что вынуждает его соглашаться с информацией от манипулятора, бессознательно к тому же желая, чтобы все это поскорее прекратилось.

Защита -- сделать искусственную паузу, прервать быстрый темп, снизить агрессивный накал беседы, перевести диалог в спокойное русло. В случае необходимости на какое-то время можно удалиться, т.е. прервать беседу, а после -- когда манипулятор успокоится -- беседу продолжить.

4. Мнимое непонимание.

В данном случае определенная хитрость достигается следующим образом. Манипулятор, ссылаясь на выяснение для себя правильности только что услышанного, повторяете сказанные вами слова, но внося в них свой смысл. Произносимые слова могут быть наподобие: "Извините, правильно ли я вас понял, вы говорите что...", -- и дальше он повторяет 60-70% того, что услышал от вас, но конечный смысл искажает путем ввода другой информации, информации -- необходимой ему.

Защита -- четкое уточнение, возращение назад и повторно объяснить манипулятору что вы имели в виду, когда говорили то-то и то-то.

5. Ложное соглашательство.

В этом случае манипулятор как будто соглашается с информацией, полученной от вас, но тут же вносит свои коррективы. По принципу: "Да, да, все правильно, но...".

Защита -- верить в себя и не обращать внимание на манипулятивные приемы в беседе с вами.

6. Провокация на скандал.

Вовремя сказанными обидными словами манипулятор пытается вызвать своими насмешками в вас гнев, ярость, непонимание, обиду и проч., чтобы вывести вас из себя, и добиться намеченного результата.

Защита -- твердый характер, сильная воля, холодный разум.

7. Специфическая терминология.

Данным способом манипулятор добивается у вас бессознательного принижения вашего статуса, а также развития чувства неудобства, в результате чего вы (из ложной скромности или неуверенности в себе) стесняетесь переспросить значение того или иного термина, что дает возможность манипулятору возможность повернуть ситуацию в нужное ему русло, сославшись при необходимости на якобы ваше одобрение раннее сказанных им слов. Ну а принижение статуса собеседника в разговоре позволяет оказаться в изначально выигрышном положении и добиться в итоге необходимого.

Защита -- переспрашивать, уточнять, делать паузу и возвращаться при необходимости назад, ссылаясь на желание лучше понять, что от вас требуется.

8. Использование эффекта ложного подозрения в ваших словах.

Применяя подобную позицию психо-воздействия манипулятор как бы изначально ставит собеседника в положение защищающегося. Пример используемого монолога: "Вы думаете, я буду вас в чем-то уговаривать, убеждать...", -- что уже как бы вызывает у объекта желание убедить манипулятора, что это не так, что вы к нему (к манипулятору) изначально хорошо расположены и т. п. Тем самым объект как бы сам раскрывает себя для бессознательного согласия с теми словами манипулятора, которые последуют вслед за этим.

Защита -- такие слова, как: "Да. Я думаю, что вы должны меня попытаться в этом убедить, иначе я вам не поверю и дальнейшее продолжение беседы не получится".

9. Ссылка на "великих".

Манипулятор оперирует цитатами из речей известных и значительных людей, спецификой устоев и принципов, принятых в обществе и проч. Тем самым манипулятор бессознательно принижает ваш статус, мол, посмотрите, все уважаемые и известные люди говорят так, а вы считаете совсем иначе, а кто вы, а кто они и т. п., -- примерно подобная ассоциативная цепочка бессознательно должна появиться у объекта манипуляций, после чего объект, собственно, таким объектом и становится.

Защита -- вера в свою исключительность и "избранность".

10. Формирование ложной глупости и неудачливости.

Высказывание типа -- это банально, это полная безвкусица и проч., -- должны сформировать у объекта манипуляций изначальное бессознательное принижение его роли, и сформировать искусственную зависимость его от мнения других, что подготавливает зависимость данного человека от манипулятора. А значит, манипулятор может практически безбоязненно продвигать через объект манипуляций свои идеи, сподвигая объект на решение проблем, необходимых манипулятору. То есть, другими словами, -- почва для манипуляций уже подготовлена самими манипуляциями.

Защита -- не поддаваться на провокации и верить в собственный разум, знания, опыт, образование, проч.

11. Навязывание мыслей.

В данном случае посредством постоянно или периодически повторяемых фраз, манипулятор приучает объект к какой-либо информации, которую собирается до него донести.

На подобной манипуляции строится принцип рекламы. Когда сначала перед вами многократно появляется какая-либо информации (причем независимо от вашего сознательного одобрения или отрицание ее), а потом, когда человек сталкивается с необходимостью выбора какого-либо товара, бессознательно из нескольких видов товара неизвестных марок он выбирает ту, о которой уже где-то слышал. Причем, исходя из того, что посредством рекламы доносится исключительно положительное мнение о товаре, то значительно большая вероятность, что в бессознательном человека сформировано исключительно положительное мнение о данном товаре.

Защита -- изначальный критический анализ любой поступаемой информации.

12. Недоказанность, с намеками на некие особые обстоятельства.

Это способ манипулирования посредством особого рода недоговоренностей, формирующих в объекте манипуляций ложную уверенность в сказанном, посредством бессознательного домысливания им тех или иных ситуаций. Причем, когда в итоге оказывается что он "не так понял", у подобного человека практически отсутствует какая-либо составляющая протеста, т. к. бессознательно он остается уверен, что сам виноват, потому что не так понял. Тем самым объект манипуляций вынужденно (бессознательно -- осознано) принимает навязываемые ему правила игры.

В контексте подобного обстоятельства вероятнее всего имеет смысл разделять на манипулирование с учетом как неожиданного для объекта, так и вынужденного, когда объект в итоге понимает, что стал жертвой манипуляций, но вынужденно принимает их из-за невозможности конфликта с собственной совестью и какими-то заложенными в его психику установками в виде норм поведения, базирующихся на определенных устоях общества, которые не дают такому человеку (объекту) сделать обратный ход. Причем, соглашение с его стороны может быть продиктовано как ложно вызываемом в нем чувством вины, так и, своего рода, моральным мазохизмом, вынуждающим бессознательно наказывать себя.

13. Мнимая невнимательность.

В данной ситуации, объект манипуляции попадает в ловушку манипулятора, играющего на собственной якобы невнимательности, чтобы после, добившись своего, сослаться на то, что он якобы не заметил (прослушал) протест со стороны оппонента. При этом он уже фактически ставит объект перед фактом совершенного.

Защита -- уточнять и переспрашивать недопонятое вами.

14. Принижение иронии.

В результате изреченных в нужный момент мыслей о ничтожности собственного статуса манипулятор как бы вынуждает объект утверждать обратное и всячески возвышать манипулятора. Тем самым последующие манипулятивные действия манипулятора становятся не заметны для объекта манипуляций.

Защита -- если манипулятор считает что он "ничтожен" -- необходимо и дальше подавать его волю, усилив в нем подобное ощущение, так чтобы у него и мысли больше не возникло манипулировать вами, а при виде вас у манипулятора возникало желание подчиняться вам или обходить вас стороной.

15. Ориентированность на плюсы.

В этом случае манипулятор концентрирует разговор только на плюсах, тем самым продвигая свою идею и в конечном итоге добиваясь манипуляций над психикой другого человека.

Защита -- высказать ряд противоречивых утверждений, уметь говорить "нет", и т.п.


Способы манипулирования психическим сознанием человека (С.А.Зелинский, 2008).

1. Ложное переспрашивание, или обманчивые уточнения.

В данном случае манипулятивный эффект достигается за счет того, что манипулятор делает вид, что желает получше что-то уяснить для себя, переспрашивает вас, однако повторяет ваши слова только вначале и далее только частично, внося в смысл вами ранее сказанного другой смысл, тем самым изменяя общее значение сказанного в угоду себе.

В таком случае следует быть предельно внимательным, всегда вслушиваться в то, о чем вам говорят, и, заметив подвох -- уточнять раннее вами сказанное; причем уточнять даже в том случае, если манипулятор, делая вид, что не замечает ваше стремление к уточнению, старается перейти на другую тему.

2. Нарочитая поспешность, или перескакивание тем.

Манипулятор в данном случае стремится после озвучивания какой-либо информации -- спешно перейти на другую тему, понимая, что ваше внимание тут же переориентируется на новую информацию, а значит, повышается вероятность того, что прежняя информация, которая не была "опротестована", дойдет до подсознания слушателя; если информация доходит до подсознания, то известно что после того как любая информация оказывается в бессознательном (подсознании), через время она осознается человеком, т.е. переходит в сознание. Причем если манипулятор дополнительно усилил свою информацию эмоциональной нагрузкой, а то и ввел ее в подсознание методом кодирования, то такая информация появится в нужный манипулятору момент, который он сам и спровоцирует (например, используя принцип "якорения" из НЛП, или, другими словами, активировав код).

Кроме того, в результате поспешности и перескакивания тем, становится возможным за сравнительно небольшой период времени "озвучить" большое количество тем; а значит, цензура психики не успеет пропустить все через себя и повышается вероятность того, что определенная часть информации проникнет в подсознание и уже оттуда будет воздействовать на сознание объекта манипуляций в выгодном манипулятору ключе.

3. Стремление показать свое безразличие, или псевдо-невнимательность.

В данном случае манипулятор старается как можно безразличней воспринимать и собеседника и получаемую информацию, тем самым бессознательно заставляя человека стараться во что бы то ни стало убедить манипулятора в своей значимости для него. Тем самым манипулятору остается только управлять исходящей от объекта своих манипуляций информацией, получая те факты, которые ранее объект не собирался выкладывать. Подобное обстоятельство со стороны человека, на которого направлена манипуляция, заложено в законах психики, вынуждая любого человека стремиться во что бы то ни стало доказать свою правоту, убедив манипулятора (не подозревая, что это манипулятор), и используя для этого имеющийся арсенал логической управляемости мыслей, -- то есть преподнесение новых обстоятельств дела, фактов, которые, по его мнению, могут ему в этом помочь. Что оказывается на руку манипулятору, который выведывает необходимую ему информацию.

В качестве противодействия в данном случае рекомендуется усилить собственный волевой контроль и не поддаваться на провокации.

4. Ложная ущербность, или мнимая слабость.

Данный принцип манипуляции направлен на стремление со стороны манипулятора показать объекту манипуляций свою слабость, и тем самым добиться желаемого, потому что если кто-то слабее, включается эффект снисходительности, а значит цензура психики человека начинает функционировать в расслабленном режиме, как бы не воспринимая поступаемую от манипулятора информацию всерьез. Таким образом, информация, исходящая от манипулятора, проходит сразу в подсознание, откладывается там в виде установок и паттернов поведения, а значит манипулятор достигает своего, потому как объект манипуляций сам того не подозревая через время начнет выполнять заложенные в подсознание установки, или, другими словами, выполнять тайную волю манипулятора.

Главным способом противостояние является полный контроль информации, исходящей от любого человека, т.е. любой человек это противник, и его надо воспринимать всерьез.

5. Ложная влюбленность, или усыпление бдительности.

За счет того, что один индивид (манипулятор) разыгрывает перед другим (объект манипуляций) влюбленность, чрезмерное уважение, почитание и т.п. (т.е. выражает свои чувства в подобном ключе), он добивается несравненно большего, нежели чем, если бы открыто о чем-то просил.

Чтобы не поддаться таким провокациям -- следует иметь, как говорил когда-то Ф.Э.Дзержинский, "холодный разум".

6. Яростный напор, или непомерный гнев.

Манипуляция в этом случае становится возможной в результате немотивированной ярости со стороны манипулятора. У человека, на которого направлены такого рода манипуляции, возникнет желание успокоить того, кто гневается на него. Для чего он подсознательно готов идти на уступки манипулятору.

Способы противодействия могут быть различными, в зависимости от навыков объекта манипуляций. Например, можно в результате "подстройки" (т.н. калибровка в НЛП) сначала инсценировать в себе схожее в манипулятором состояние духа, а после, успокоившись, успокоить и манипулятора. Или, например, можно показать свое спокойствие и абсолютное безразличие к гневу манипулятора, тем самым сбив его с толку, а значит лишить его манипулятивного преимущества.

Можно самому резко взвинтить темп собственной агрессивности речевыми приемами одновременно с легким касанием манипулятора (его кисти, плеча, руки...), и дополнительным визуальным воздействием, т.е. в данном случае мы перехватываем инициативу, а с помощью одновременного воздействия на манипулятора с помощью визуального, аудиального и кинестетического раздражителя -- вводим его в состояние транса, а значит и зависимости от вас, потому что в этом состоянии манипулятор сам становится объектом нашего воздействия и мы можем ввести в его подсознание определенные установки, т.к. известно, что в состояние гнева любой человек подвержен кодированию (психопрограммированию).

Можно использовать и другие приемы противодействия. Следует помнить, что в состоянии гнева человека легче рассмешить. О такой особенности психики следует знать и вовремя использовать.

7. Быстрый темп, или неоправданная спешка.

В данном случае мы должны говорить о стремлении манипулятора за счет навязанного излишне быстрого темпа речи протолкнуть какие-то свои идеи, добившись утверждения их объектом манипуляций. Подобное становится возможным и тогда, когда манипулятор, прикрываясь якобы отсутствием времени, добивается от объекта манипуляций несравненно большего, чем, если бы подобное происходило в течение длительного периода времени, за которое объект манипуляций успел бы обдумать свой ответ, а значит и не стать жертвой обмана (манипуляций).

В данном случае следует взять тайм-аут (например, сослаться на срочный звонок по телефону и т.п.), чтобы сбить манипулятора с заданного им темпа. Для этого можно разыграть непонимание какого-то вопроса и "тупого" переспрашивания, и т.п.

8. Излишняя подозрительность, или вызывание вынужденных оправданий.

Подобный вид манипуляции происходит в случае, когда манипулятор разыгрывает подозрительность в каком-либо вопросе. Как ответная реакция на подозрительность у объекта манипуляций следует желание оправдаться. Тем самым защитный барьер его психики ослабевает, а значит, манипулятор добивается своего, "проталкивая" в его подсознание нужные психологические установки.

Вариантом защиты является осознания себя как личности и волевое противостояние попытке любого манипулятивного воздействия на вашу психику (т.е. вы должны продемонстрировать собственную уверенность в себе и показать, что если манипулятор вдруг обидится -- то пусть обижается, а если захочет уйти -- вы не побежите за ним вслед; подобное следует взять на вооружение "влюбленным": не давайте собой манипулировать).

9. Мнимая усталость, или игра в утешение.

Манипулятор всем своим видом показывает усталость и невозможность что-то доказывать и выслушивать какие-либо возражения. Тем самым объект манипуляций старается побыстрее согласиться со словами, приводимыми манипулятором, чтобы не утомлять его своими возражениями. Ну а, соглашаясь, он тем самым идет на поводу у манипулятора, которому только это и нужно.

Способом противодействия является одно: не поддаваться на провокации.

10. Авторитетность манипулятора, или обман власти.

Этот вид манипуляций исходит из такой специфики психики индивида, как поклонение авторитетам в какой-либо области. Чаще всего оказывается так, что сама область, в которой подобный "авторитет" достиг результата, лежит совсем в иной сфере, чем его мнимая "просьба" сейчас, но, тем не менее, объект манипуляций не может ничего с собой поделать, так как в душе большинство людей считает, что всегда есть кто-то, кто достиг большего, чем они.

Вариантом противостояния -- вера в собственную исключительность, сверх-личность; развитие в себе убеждение в собственной избранности, в том, что вы -- сверх-человек.

11. Оказанная любезность, или плата за помощь.

Манипулятор о чем-либо "заговорщески" сообщает объекту манипуляций, словно бы советуя по-дружески принять то или иное решение. При этом, явно прикрываясь мнимой дружбой (на самом деле они могут быть впервые знакомы), в качестве совета склоняет объект манипуляций к тому варианту решения, который необходим в первую очередь манипулятору.

Необходимо верить в себя и помнить, что за все надо платить. И лучше платить сразу, т.е. перед тем, как с вас потребуют плату в виде благодарности за оказанную услугу.

12. Сопротивление, или разыгрываемый протест.

Манипулятор какими-либо словами будоражит в душе объекта манипуляций чувства, направленные на преодоление возникшего барьера (цензуры психики), в стремлении добиться своего. Известно, что психика устроена таким образом, что человек в большей мере хочет того, что ему или запрещают или же для достижения чего необходимо приложить усилия.

Тогда как то, что может быть и лучше и важнее, но лежит на поверхности, на самом деле часто не замечают.

Способом противодействия является уверенность в себе и воля, т.е. всегда следует надеяться только на себя, и не подаваться слабостям.

13. Фактор частности, или от деталей к ошибке.

Манипулятор заставляет объект манипуляций обратить внимание только на одну конкретную деталь, не дав заметить главного, и на основании этого сделать соответствующие выводы, принимаемые сознанием того за безальтернативную основу смысла сказанного. Следует заметить, что подобное весьма распространено в жизни, когда большинство людей позволяет себе делать о каком-либо предмете свое мнение, фактически не располагая ни фактами, ни более подробной информацией, а зачастую, и не имея собственного мнения о том, о чем они судят, пользуясь мнением других. Поэтому такое мнение оказывается возможным им навязать, а значит, манипулятору добиться своего.

Для противодействия следует постоянно работать над собой, над повышением собственных знаний и уровня образования.

14. Ирония, или манипуляции с усмешкой.

Манипуляции достигаются за счет того, что манипулятор выбирает изначально ироничный тон, словно бессознательно ставя под сомнение любые слова объекта манипуляций. В этом случае объект манипуляций значительно быстрее "выходит из себя"; а так как при гневе затруднена критичность мышления, человек входит в ИСС (измененные состояния сознания), в которых сознание легко пропускает через себя раннее запретную информацию.

Для эффективной защиты следует показать свое полное безразличие манипулятору. Ощущение себя сверх-человеком, "избранным", поможет снисходительно относиться к попытке манипулирования вами -- как к детским забавам. Подобное состояние интуитивно тут же почувствует манипулятор, потому что у манипуляторов обычно хорошо развиты органы чувств, что, заметим, и позволяет им почувствовать момент для проведения своих манипулятивных приемов.

15. Перебивание, или уход мысли.

Манипулятор добивается своего постоянным перебиванием мысли объекта манипуляций, направляя тему беседы в нужное манипулятору русло.

В качестве противодействия можно не обращать внимание на перебивания манипулятора, или специальными речевыми психотехниками добиться высмеивания его среди слушателей, потому что если над человеком смеются -- все его последующие слова уже не воспринимаются всерьез.

16. Провоцирование мнимости, или надуманность обвинений.

Подобного рода манипуляции становятся возможными в результате сообщения объекту манипуляций тех сведений, которые способны вызвать у него гнев, а значит и снижение критичности в оценке предполагаемой информации. После чего такой человек оказывается сломлен на какой-то промежуток времени, за который и достигается манипулятором навязывание ему своей воли.

Защита -- верить в себя и не обращать внимание на других.

17. Заманивание в ловушку, или мнимое признание выгоды оппонента.

В этом случае манипулятор, осуществляя акт манипуляции, намекает на более выгодные условия, в которых якобы находится оппонент (объект манипуляций), тем самым заставляя последнего всячески оправдываться, и становиться открытым для манипуляций, которые обычно следуют вслед за этим со стороны манипулятора.

Защита -- осознание себя сверхличностью, а значит вполне разумном "возвышении" над манипулятором, тем более, если он еще и сам себя считает "ничтожеством". Т.е. в этом случае надо не оправдываться, что мол, нет, я не нахожусь сейчас выше вас по статусу, а признать, усмехаясь, что да, я выше вас, вы в моей зависимости, и должны принимать это или...

Таким образом вера в себя, вера в собственную исключительность помогут преодолеть любые ловушки на пути вашему сознанию со стороны манипуляторов.

18. Обман на ладони, или имитация предвзятости.

Манипулятор намерено ставит объект манипуляций в некие заданные условия, когда человек, выбранный в качестве объекта манипуляций, стремясь отвести от себя подозрение в излишней предвзятости по отношению к манипулятору, дает осуществиться над собой манипуляциям за счет бессознательного убеждения в добрых намерениях манипулятора. То есть, он словно бы сам дает себе установку не реагировать критично на слова манипулятора, тем самым бессознательно предоставляет возможность словам манипулятора пройти в свое сознание.

19. Намеренное заблуждение, или специфическая терминология.

В данном случае манипулирование осуществляется за счет использования манипулятором специфических терминов, не понятных объекту манипуляций, а у последнего, из-за опасности показаться неграмотным, не хватает смелости уточнить, что эти термины обозначают.

Способ противодействия -- переспрашивать и уточнять непонятное для вас.

20. Навязывание ложной глупости, или через унижение к победе.

Манипулятор стремится всяческим образом низвести роль объекта манипуляций, намекая на его глупость и безграмотность, чтобы таким образом дестабилизировать положительный настрой психики объекта манипуляций, ввергнуть его психику в состояние хаоса и временного замешательства, и таким образом добиться выполнением над ним своей воли посредством словесных манипуляций и (или) кодирования психики.

Защита -- не обращать внимание. Рекомендуется вообще меньше обращать внимание на смысл слов манипулятора, а больше на детали вокруг, жесты и мимику, или вообще делать вид что слушаете, а сами думайте "о своем", особенно если перед вами опытный мошенник или криминальный гипнотизер.

21. Повторяемость фраз, или навязывание мыслей.

При этом виде манипуляции, за счет многократно повторенных фраз, манипулятор приучает объект манипуляций к какой-либо информации, которую собирается до него донести.

Защитная установка -- не фиксировать внимание на словах манипулятора, слушать его "в пол уха", или специальными речевыми приемами перевести разговор на другую тему, или перехватить инициативу и самому ввести нужные вам установки в подсознание собеседника-манипулятора, или многие другие варианты.

22. Ошибочное домысливание, или недоговоренность поневоле.

В этом случае манипуляции достигают своего эффекта за счет:

1) умышленной недоговоренности манипулятором;

2) ошибочном домысливании объектом манипуляций.

При этом даже в случае обнаружения обмана, у объекта манипуляций складывается впечатление о собственной виновности вследствие того, что он не так понял, или что-то не расслышал.

Защита -- исключительная уверенность в себе, воспитание сверх-воли, формирование "избранности" и сверх-личности.

23. Мнимая невнимательность.

В данной ситуации объект манипуляции попадает в ловушку манипулятора, играющего на собственной якобы невнимательности, чтобы потом, добившись своего, сослаться на то, что он якобы не заметил (прослушал) протест со стороны оппонента. Причем в результате подобного манипулятор фактически ставит объект манипуляций перед фактом совершенного.

Защита -- четко выяснять смысл "достигнутых договоренностей".

24. Скажи "да", или путь к согласию.

Манипуляции подобного рода осуществляются за счет того, что манипулятор стремится так построить диалог с объектом манипуляций, чтобы тот все время соглашался с его словами. Тем самым манипулятор умело подводит объект манипуляций к проталкиванию своей идеи, а значит и осуществлению над ним манипуляции.

Защита -- сбить направленность беседы.

25. Неожиданное цитирование, или слова оппонента в качестве доказательства.

В данном случае манипулятивное воздействие достигается за счет неожиданного цитирования манипулятором ранее сказанных слов оппонента. Подобный прием действует обескураживающе на выбранный объект манипуляций, помогая манипулятору добиться результата. При этом в большинстве случаев сами слова могут быть частично выдуманными, т.е. иметь иной смысл, чем по данному вопросу раннее говорил объект манипуляций. Если говорил. Потому как слова объекта манипуляций могут быть попросту выдуманными от и до, или иметь лишь незначительную схожесть.

Защита -- тоже применить прием ложного цитирования, выбрав в данном случае якобы сказанные словам манипулятора.

26. Эффект наблюдения, или поиск общих черт.

В результате предварительного наблюдения за объектом манипуляций (в т. ч. в процессе диалога), манипулятор находит или выдумывает любую схожесть между собой и объектом, ненавязчиво обращает внимание объекта на эту схожесть, и тем самым частично ослабляет защитные функции психики объекта манипуляций, после чего проталкивает свою идею.

Защита -- резко выделить словами свою непохожесть на собеседника-манипулятора.

27. Навязывание выбора, или изначально верное решение.

В этом случае манипулятор задает вопрос таким образом, что не оставляет объекту манипуляций возможности принятия иного выбора, нежели чем тот, который озвучен манипулятором. (Например, вы желаете делать это или это? В данном случае ключевое слово "делать", тогда как изначально объект манипуляций, быть может, ничего делать и не собирался. Но ему не оставили права выбора, кроме как выбора между первым и вторым.)

Защита -- не обращать внимание, плюс волевой контроль любой ситуации.

28. Неожиданное откровение, или внезапная честность.

Данный вид манипуляции заключается в том, что после непродолжительной беседы манипулятор вдруг доверительно сообщает выбранному им в качестве манипуляций объекту, что он намерен сообщить что-то секретное и важное, что предназначается только ему, потому как этот человек ему очень понравился, и он чувствует, что может доверить ему правду. При этом у объекта манипуляций бессознательно возникает доверие к такого рода откровению, а значит уже можно говорить об ослаблении защитных механизмов психики, которая посредством ослабления цензуры (барьера критичности) пропускает в сознание-подсознание ложь со стороны манипулятора.

Защита -- не поддаваться на провокации, и помнить, что всегда можно надеяться только на себя. Другой человек может всегда подвести (сознательно, бессознательно, по принуждению, под воздействием гипноза и проч.)

29. Внезапный контраргумент, или коварная ложь.

Манипулятор неожиданно для объекта манипуляций ссылается на слова, якобы сказанные тем раннее, в соответствии с которыми манипулятор как бы попросту дальше развивает тему, отталкиваясь от них. У объекта манипуляций после подобных "откровений" появляется чувство вины, в его психике должны окончательно сломаться барьеры, выдвигаемые на пути тех слов манипулятора, которые до этого он воспринимал с определенной долей критичности. Подобное возможно еще и от того, что большинство из тех, на которые направлена манипуляция, внутренне неустойчивы, обладают повышенной критичностью по отношению к себе, а потому, подобная ложь со стороны манипулятора превращается в их сознании в ту или иную долю правды, которая в результате и помогает манипулятору добиться своего.

Защита -- воспитание силы воли и исключительной уверенности и уважения к себе.

30. Обвинение в теории, или мнимое отсутствие практики.

Манипулятор в качестве неожиданного контраргумента выдвигает требование, согласно которому слова выбранного им объекта манипуляции как бы хороши только в теории, тогда как на практике ситуация якобы будет иной. Тем самым бессознательно давая понять объекту манипуляций, что все слова, только что услышанные манипулятором, ничего из себя не представляют и хороши только на бумаге, а в реальной ситуации все будет складываться по-другому, а значит, собственно, опираться на такие слова нельзя.

Защита -- не обращать внимание на домыслы и предположения других людей и верить только в силу своего разума.


Блок манипуляций.

Психологические приемы манипулятивной подачи информации. (С.А.Зелинский, 2009).

1. Подача информации на фоне незаинтересованности.

Если человек будет думать что мы его не хотим в чем-то убедить, то подсознательно он тем самым будет больше нам верить, а значит сработает один из механизмов внушения наяву, т.к. таким образом удастся ввести в его мозг нужную информацию.

2. Подача информации на фоне транса.

Транс, если коротко, это усталость внимания. В состоянии транса психика человека чрезвычайно восприимчива к запоминанию любой информации (вследствие дезадаптации внимания по причине нарушения у объекта процесса верификации по причине ослабления работы цензуры психики).

3. Подача информации на фоне эмоционального возбуждения объекта.

Информация, преподносимая на фоне сильного эмоционального возбуждения объекта манипуляций (страх, ненависть, любовь, восторженность, и т.п.) практически целиком откладывается в подсознании, т.к. барьер критичности между психикой (мозгом) и внешней средой ослаблен. Беспрепятственно проникая в мозг, такая информация последовательно формирует очаговое возбуждение в коре головного мозга (доминанту), установку в подсознании, и паттерн поведения в бессознательном, т.е. смысловая сущность подаваемой в состоянии аффекта объекта информации прочно закрепляется в его подсознании, и далее оказывает влияние на формирование у такого человека мыслей и поступков.

4. Подача информации на фоне благодетели.

Перед тем как ввести в мозг объекта нужную информацию, манипуляторы выступают в роли благодетеля, например, предоставляя объекту нечто, о чем он до этого мечтал, чего желал, к чему стремился, и проч. Таким образом удается преодолеть барьер критичности, заглушив цензуру психики, а значит информация, поступающая от манипуляторов будет восприниматься объектом в качестве чего-то нужного и полезного, т.к. личина манипулятора бессознательно будет подменена маской "благодетеля".

5. Подача информации на фоне доверия.

Манипуляторы добиваются предварительного доверия к ним со стороны объекта, после чего спокойно обманывают ничего не подозревавшую жертву.

6. Подача информации на фоне предварительного совместного участия в каком-либо деле, мероприятии, испытании, и проч.

Как известно, общее дело всегда сближает, выделяя подобного рода "коллег" из числа остальных. В психике человека заложено бессознательное стремление к отличию от других. На данной особенности играют манипуляторы, предварительно войдя, таким образом, в доверие, и далее уже практически беспрепятственно навязывая ничего не подозревающему объекту свои правила игры.

7. Подача информации на фоне предварительного поручительства влиятельного лица.

В этом случае для эффективности осуществления манипулятивного воздействия прикрываются поручительством кого-то, и, заручившись его поддержкой, действуют якобы с его слов, т.е. согласно полномочий, которыми он наделил манипуляторов. При этом само поручительство может быть истинным, ложным, или не до конца истинным (например, получив "добро" на выполнении отдельной миссии, подобное "добро", уже не ставя в известность влиятельное лицо, проецируют на другие, необходимые манипуляторам, дела.

8. Подача ложной информации на фоне правдивой.

В случае осуществления данного вида манипуляций исходят из свойства психики воспринимать всю информацию как правдивую, если подавляющее большинство фактов подтверждается, или не вызывает сопротивления у объекта. Поэтому, например, на фоне 95-99% правдивой информации, т.е. той, что объект может проверить, 1-5% ложной информации воспримется психикой объекта как информация правдивая.

9. Подача информации на фоне предварительной "подстройки" к настроению объекта.

Например, если он кого-то критикует, следует подать информацию на фоне критики, если хвалит -- на фоне похвалы, и т.д.

10. Подача информации на фоне 100% невозможности проверить факты из преподносимой информации.

В ряде случаев бывает, когда невозможно проверить преподносимые факты. В этом случае, если речь манипулятора убедительная ("искренняя") такому человеку верят.

11. Подача информации на фоне предварительно сформированного доверия со стороны объекта.

Предварительно добившись доверия, манипуляторы снимают барьер критичности на пути ввода в мозг (психику) объекта информации, характер которой может носить манипулятивный оттенок.

12. Подача информации на фоне исключительной веры в собственные слова.

В этом случае объект внутренне, бессознательно, проникается такой же верой в правдивость ваших слов, а значит подаваемая вами информация вводится в его мозг и закрепляется там в виде доминант, установок и паттернов поведения.

13. Подача манипулятивной информации на фоне общей информации, с необходимым выделением "нужной" для запоминания информации голосом, паузой и проч.

Выделяя нужные слова на фоне подаваемого "общего", т.е. ни к чему не обязывающего текста, манипуляторы играют на способности мозга запоминать выделенную таким образом информация. Если какое-то слово выделяется из ряда других, ничего не значащих для данного человека слов, то в этом случае именно такие "выделенные" слова являются причиной образования доминант в коре головного мозга, а значит и установок в подсознании.

14. Подача информации на фоне предугадывания момента к подаче нужной вам информации.

Момент угадывается интуитивно, например, внимательно следя за жестами, мимикой, положением тела объекта, его речью, словами, и проч., т.е. когда объект максимально предрасположен к вводу в его мозг новой информации, а значит и прочного запоминания подобной информации; в последующем срабатывает особенность функционирования психики: то что попало в мозг -- переходит в подсознание -- и служит руководством к действию, т.е. у объекта и мысли и поступки будут возникать в соответствии с информацией, которую вы раннее ввели в его мозг.

15. Подача информации на фоне оказания (после оказания) помощи объекту.

При этом необходимость оказания помощи можно создать искусственно, "подстроив беду".

16. Подача информации на фоне предварительного вызывания у объекта восхищения, симпатии.

В данном случае, в результате повышенного доверия, манипуляторам становится возможно вводить в мозг объекта нужную информацию, не вызывая у объекта манипуляций какого-либо сопротивления.

17. Подача информации на фоне предварительной поддержки объекта в каких-то вопросах (т.е. сочувствия ему, понимания, и т.д.)

Коварный прием, базирующийся как и предыдущий, на фоне вызывания в объекта предварительного доверия к манипулятору.

18. Подача информации на фоне раннего успешного сотрудничества в каком-либо деле.

Свойство психики -- переносить единожды совершенный поступок одного человека на всю его дальнейшую жизнь. Данный факт умело используют манипуляторы, чаще всего из бывших знакомых и проч.

19. Подача информации на фоне установления схожести взглядов на те или иные вопросы (жизни, профессии, вопросах истории, политики, спорта, проч.).

Схожесть в каких-либо взглядах вызывает в душе человека дополнительное уважение, а значит и может являться причиной последующих манипуляций вследствие повышенного доверия к данному лицу.

20. Подача информации на фоне выявления слабости (а значит и уязвимости) объекта.

При этом в большинстве случаев подобное может быть намеренно спровоцировано, а выявление "слабых мест" объекта осуществляется в результате наблюдения (слежения) за объектом.

21. Подача информации на фоне предварительной инициированности "преступления" (шантаж компроматом).

Намеренно создается ложная иллюзия совершения объектом какого-либо преступления или иного деяния (от преступления закона, до адюльтера и т.п.) и предлагается "договориться" в ответ "на молчание".

22. Подача информации на фоне предварительного формирования у объекта чувства спокойствия и расслабленности.

В данном состоянии (покой, умиротворенность, проч.) ослабевает цензура психики, а значит, подаваемая на данном фоне информация будет "благосклонно" воспринята психикой объекта.

23. Подача информации на фоне провоцирование у объекта интереса к вам.

Наиболее эффективный метод осуществления манипулятивного воздействия, т.к. в данном случае не требуется проводить "калибровку" объекта, а он как бы "сам идет на контакт".

24. Подача новой информации на фоне схожести с уже имеющейся информации у объекта.

В этом случаем значительно повышается вероятность того, что новая информация не вызовет у объекта протеста, а значит беспрепятственно будет "навязана" ему.

25. Подача информации на привычном для объекта языке (сленге).

Данный факт явно способствует быстрому установлению доверия между манипулятором и объектом, а значит быстрый и успешный обман последнего.

26. Подача информации на фоне якобы заботы об объекте.

Коварный прием психологических манипуляций, зачастую имеющий серьезные последствия в т.ч. и невозможности быстрого обнаружения манипулятивного воздействия.


Манипулятивные воздействия в зависимости от типа поведения и эмоций человека. (В.М.Кандыба, 2004).

1. Первый тип. Основное время человек проводит между обычным состоянием сознания и состоянием обычного ночного сна.

Таким типом управляют имеющееся у него воспитание, характер, привычки, а также чувство удовольствия, стремление к безопасности и покою, т.е. все то, что сформировано словесной и эмоционально-образной памятью. У большинства мужчин первого типа превалирует абстрактный ум, слова и логика, а у большинства женщин первого типа -- здравый смысл, чувств и фантазий. Манипулятивное воздействие должно быть направлено на потребности таких людей.

2. Второй тип. Доминирование трансовых состояний.

Это сверхвнушаемые и сверхгипнабельные люди, поведением и реакциями которых управляет психофизиология правого полушария мозга: воображение, иллюзии, сны, мечтательные желания, чувства и ощущения, вера в необычное, вера в чей-то авторитет, стереотипы, корыстные или бескорыстные интересы (осознаваемые или неосознаваемые), сценарии происходящих с ними событий, фактов и обстоятельств. В случае манипулятивного воздействия рекомендуется воздействовать на чувства и воображение таких людей.

3. Третий тип. Доминирование левого полушария мозга.

Такими людьми управляют словесная информация, а также принципы, убеждения и установки, выработанные за время сознательного анализа реальности. Внешние реакции людей третьего типа определяются их образованием и воспитанием, а также критическим и логическим анализом любой информации, поступаемой из внешнего мира. Чтобы эффективно воздействовать на них -- необходимо снизить у них анализ преподносимой им информации их левым, критическим, полушарием мозга. Для этого рекомендуется преподносить информацию на фоне доверия к вам, а информацию необходимо подавать строго и взвешенно, используя строго логические умозаключения, подкреплять факты исключительно авторитетными источниками, аппелировать не к чувствам и наслаждениям (инстинктам), а к разуму, совести, долгу, морали, справедливости и т.п.

4. Четвертый тип. Примитивные люди с преобладанием правомозговых инстинктивно-животных состояний.

В своей основной части это невоспитанные и необразованные люди с неразвитым левым мозгом, часто выросшие с задержкой психического развития в социально неблагополучных семьях (алкоголиков, проституток, наркоманов и др.). Реакциями и поведением таких людей управляют животные инстинкты и потребности: половой инстинкт, желание хорошо поесть, поспать, выпить, испытать побольше приятных удовольствий. При манипулятивном воздействии на таких людей необходимо влиять на психофизиологию правого мозга: на испытанные ими ранее переживания и чувства, наследственные черты характера, стереотипы поведения, на преобладающие в данный момент чувства, настроение, фантазии и инстинкты. Необходимо учитывать, что эта категория людей мыслит в основном примитивно: если вы удовлетворяете их инстинкты и чувства -- они реагируют положительно, если не удовлетворяете -- отрицательно.

5. Пятый тип. Люди с "расширенным состоянием сознания".

Это те, кто сумели развить в себе высокодуховного человека. В Японии таких людей называют "просветленными", в Индии -- "Махатмами", в Китае -- "совершенномудрые дао-люди", в России -- "святые пророки и чудотворцы". Арабы таких людей называют "святыми суфиями". На таких людей, как отмечает В.М.Кандыба, манипуляторы воздействовать не могут, так как "уступают им в профессиональном знании человека и природы".

6. Шестой тип. Люди с преобладанием в их психофизиологии патологических состояний.

Главным образом -- психически больные люди. Их поведение и реакции непредсказуемы, так как ненормальны. Эти люди могут совершать какие-то действия в результате болезненного мотива или находясь в плену какой-нибудь галлюцинации. Многие из людей этого типа становятся жертвами тоталитарных сект. Манипуляции против таких людей необходимо осуществлять быстро и жестко, вызывать в них страх, ощущение невыносимой боли, изоляции и при необходимости -- полной обездвижимости и специальном уколе, лишающим сознания и активности.

7. Седьмой тип. Люди, в чьих реакциях и поведении доминирует сильная эмоция, одна или несколько из основных базовых эмоций, например, страх, удовольствие, гнев и др.

Страх является одним из самых сильных гипногенных (порождающих гипноз) эмоций, которая всегда возникает у каждого человека при угрозе его физическому, социальному или иному благополучию. Испытывая страх, человек сразу же попадает в суженное, измененное состояние сознания. Тормозится левый мозг с его способностью к разумному, критико-аналитическому, словесно-логическому восприятию происходящего, и активизируется правый мозг с его эмоциями, воображением и инстинктами.


Речевые психотехники (В.М.Кандыба, 2002).

В случае подобного воздействия запрещается применять методы прямого информационного воздействия, сказанные в приказном порядке, подменяя последние просьбой или предложением, и одновременно применяя следующие словесные трюки:

1) Трюизмы.

В этом случае манипулятор произносит то, что есть в действительности, но на самом деле в его словах скрыта обманная стратегия. Например, манипулятор желает продать в безлюдном месте товар в красивой упаковке. Он не говорит: "купите"! А говорит: "Ну и холод! Отличные, очень дешевые свитера! Все покупают, нигде таких дешевых свитеров не найдете!" и вертит в руках пакеты со свитерами. Такое ненавязчивое предложение покупки, больше обращено на подсознание, срабатывает лучше, так как соответствует истине и проходит критический барьер сознания. Действительно "холодно" (это уже одно бессознательное "да"), действительно пакет и узор свитера красивы (второе "да"), и действительно очень дешево (третье "да"). Поэтому без всяких слов "Купите!" у объекта манипуляций рождается, как ему кажется, самостоятельное, им самим принятое решение купить по дешевке и по случаю отличную вещь, часто даже не разворачивая пакета, а только спросив размер.

2) Иллюзия выбора.

В этом случае как вроде бы в обычную фразу манипулятора о наличие какого-либо товара или явления вкрапливается какое-то скрытое утверждение, которое безотказно действует на подсознание, вынуждая выполнять волю манипулятора. Например, вас не спрашивают, будете вы покупать или нет, а говорят: "Какая вы симпатичная! И это вам подходит, и эта вещь отлично смотрится! Какую будете брать, ту или эту?", и манипулятор с симпатией смотрит на вас, как будто вопрос, что вы эту вещь покупаете, уже решен. Ведь в последней фразе манипулятора содержится ловушка для сознания, имитирующая ваше право на выбор. Но на самом деле вас обманывают, так как выбор "купить -- не купить" заменен на выбор "купить это или купить то".

3)Команды, скрытые в вопросах.

В подобном случае манипулятор свою команду-установку скрывает под видом просьбы. Например, вам надо прикрыть дверь. Вы можете кому-то сказать: "Идите и закройте дверь!", но это будет хуже, чем если ваш приказ оформить просьбой в вопросе: "Я вас очень прошу, вы не могли бы прикрыть дверь?" Второй вариант срабатывает лучше, и человек не чувствует себя обманутым.

4) Моральный тупик.

Данный случай представляет собой обман сознания; манипулятор, спрашивая мнение о каком-либо товаре, после получения ответа задает следующий вопрос, в котором заключена установка на выполнение действия, необходимого манипулятору. Например, продавец-манипулятор уговаривает не купить, а "только попробовать" свой товар. В этом случае мы имеем ловушку для сознания, так как ему ничего опасного или плохого вроде не предлагается и вроде полная свобода любого решения сохраняется, но на самом деле достаточно попробовать, как продавец задает сразу другой хитрый вопрос: "Ну как, понравилось? Понравилось?", и хотя речь вроде идет об ощущениях вкуса, но на самом деле вопрос звучит: "Будете покупать или нет?" А так как вещь объективно вкусная, то вы же не можете на вопрос продавца сказать, что она вам не понравилась, и отвечаете, что "понравилась", тем самым как бы давая невольное согласие на покупку. Тем более что как только вы отвечаете продавцу, что понравилась, как тот, не дожидаясь других ваших слов, уже взвешивает товар и вам как бы уже неудобно отказаться от покупки, тем более что продавец отбирает и накладывает лучшее, что у него есть (из того, что видно). Вывод -- надо сто раз подумать, прежде чем принять вроде как и безобидное предложение.

5) Речевой прием: "чем...-- тем...".

Суть данной речевой психотехники заключается в том, что манипулятор связывает то, что происходит, с тем что ему нужно. Например продавец шапок, видя что покупатель долго вертит в руках шапку, раздумывая купить или не купить, говорит что клиенту повезло, так как он нашел именно ту шапку, которая ему идет лучше всех. Мол, чем больше я на вас смотрю -- тем больше убеждаюсь что это так.

6) Кодирование.

После того как манипуляция сработала, манипуляторы кодируют свою жертву на амнезию (забывание) всего происходящего. Например, если цыганка (как специалист экстра-класса по гипнозу наяву, уличному манипулированию) забрала у жертвы кольцо или цепочку, то она обязательно произнесет перед расставанием фразу: "Ты меня не знаешь, и никогда не видела! Эти вещи -- кольцо и цепочка -- чужие! Ты их никогда не видела!". В этом случае, если гипноз был неглубокий, очарование ("очарование" -- как обязательная составляющая часть внушения наяву) проходит через несколько минут. При глубоком гипнозе -- кодирование может сохраняться годы.

7) Метод Штирлица.

Так как человек в любом разговоре лучше запоминает начало и конец, необходимо не только правильно войти в разговор, но и нужные слова, которые объект манипуляций должен запомнить -- поставить в конец разговора.

8) Речевой трюк "три истории".

В случае подобного приема осуществляется следующий прием программирования психики человека. Вам рассказывают какие-то три истории. Но необычным образом. Сначала вам начинают рассказывают историю N 1. В середине ее прерывают и начинают рассказывать историю N 2. На середине и ее прерывают, и начинают рассказывать историю N 3, которую рассказывают полностью. Затем манипулятор досказывает историю N 2, а после -- завершает историю N 1. В результате подобного метода программирования психики, история N 1 и N 2 -- осознаются и запоминаются. А история N 3 быстро забывается и неосознается, а значит, оказавшись вытесненной из сознания, помещается в подсознании. Но суть в том, что как раз в историю N 3 манипуляторы заложили инструкции и команды для подсознания объекта манипуляций, а значит можно быть уверенным, что через время этот человек (объект) начнет выполнять введенные в его подсознание психологические установки, и при этом будет считать что они исходят от него. Введение информации в подсознание -- надежный способ программирования человека на выполнение установок, необходимых манипуляторам.

9) Иносказание.

В результате подобного воздействия обработки сознания, нужная манипулятору информация скрыта среди истории, которую манипулятор излагает иносказательно и метафорично. Суть в том, что как раз скрытый смысл и есть мысль, которую решил заложить манипулятор в ваше сознание. Причем, чем ярче и живописнее рассказана история, тем легче подобной информации обогнуть барьер критичности и внедрить информацию в подсознание. Позже такая информация "начнет работать" зачастую как раз в момент, наступление которого или было заложено изначально; или же был заложен код, активируя который манипулятор каждый раз добиваться необходимо эффекта.

10) Метод "как только... то...".

Очень любопытный метод. Вот как описывает его В.М.Кандыба: "Прием "как только... то..." Этот речевой прием-трюк заключается в том, что гадающая, например цыганка, предвидя какое-либо наверняка предстоящее действие клиента, говорит, например: "Как только вы увидите свою линию жизни, то сразу поймете меня!" Здесь подсознательной логикой взгляда клиента на свою ладонь (на "линию жизни") цыганка логически присоединяет наращивание доверия к себе и всему тому, что она делает. При этом цыганка ловко вставляет ловушку для сознания концом фразы "сразу поймете меня", интонация которой обозначает другой, скрытый от сознания настоящий смысл -- "сразу согласитесь со всем, что я делаю".

11) Рассеивание.

Метод достаточно интересный и эффективный. Заключается он в том, что манипулятор, рассказывая вам какую-то историю, выделяет свои установки каким-либо способом, нарушающим монотонность речь, ставя, в том числе, и так называемые "якоря" (техника "якорения" относится к приемам нейролингвистического программирования). Выделить речь возможно интонацией, громкостью, прикосновением, жестами и т.п. Таким образом, подобные установки словно бы рассеиваются среди других слов, из которых состоит информационный поток данной истории. А в последствии -- подсознание объекта манипуляций будет реагировать только на эти слова, интонации, жесты и проч. Кроме того, скрытые команды, рассеивающиеся среди всего разговора, оказываются очень эффективными, и срабатывают намного лучше, чем высказанные иным образом. Для этого надо уметь говорить с выражением, и подчеркивать -- когда требуется -- нужные слова, умело выделять паузы, и проч.

Выделяют следующие способы манипулятивных воздействий на подсознание с целью программирования поведения человека (объекта манипуляций):

-- Кинестетические способы (самые эффективные): прикосновение к руке, прикосновение к голове, любое поглаживание, похлопывание по плечу, пожатие руки, прикосновение к пальцам рук, наложение кистей на кисти клиента сверху, взятие кисти клиента в свои обе кисти и др.

-- Эмоциональные способы: повышение эмоции в нужный момент, понижение эмоции, эмоциональные восклицания или жесты.

-- Речевые способы: изменение громкости речи (громче, тише); изменение темпа речи (быстрее, медленнее, паузы); изменение интонации (повышение-понижение); сопутствующие звуки (постукивания, пощелкивания пальцами); изменение локализации источника звука (справа, слева, сверху, снизу, спереди, сзади); изменение тембра голоса (императивный, командный, жесткий, мягкий, вкрадчивый, протяжный).

-- визуальные способы: мимикой, расширением глаз, жестикуляцией рук, движениями пальцев рук, изменением положения тела (наклоны, повороты), изменением положения головы (повороты, наклоны, подъемы), характерной последовательностью жестов (пантомимикой), потиранием собственного подбородка.

-- письменные способы. В любой письменный текст можно с помощью техники рассеивания вставить скрытую информацию, при этом нужные слова выделяют: размером шрифта, другим шрифтом, другим цветом, абзацным отступом, новой строчкой и др.

12) Метод "старой реакции".

Согласно данному методу необходимо помнить, что если в какой-то ситуации человек сильно реагирует на какой-либо раздражитель, то спустя некоторое время можно вновь подвергнуть этого человека действию такого раздражителя, и у него автоматически сработает старая реакция, хотя условия и ситуация могут значительно отличаться от той, в которой реакция проявилась впервые. Классический пример "старой реакции" -- это когда на гуляющего в парке ребенка неожиданно напала собака. Ребенок сильно испугался и в последующем в любой, даже самой безопасной и безобидной, ситуации при виде собаки у него автоматически, т.е. бессознательно, возникает "старая реакция": страх.

Подобные реакции бывают болевые, температурные, кинестетические (прикосновения), вкусовые, слуховые, обонятельные и т. п., поэтому по механизму "старой реакции" необходимо выполнить ряд основных условий:

а) Рефлектативную реакцию следует по возможности несколько раз закрепить.

б) Применяемый раздражитель должен по своим характеристикам максимально совпадать с раздражителем, примененным в первый раз.

в) Лучшим и более надежным является комплексный раздражитель, использующий реакцию нескольких органов чувств одновременно.

При необходимости установления зависимости от вас другого человека (объекта манипуляций), необходимо:

1) вызвать в процессе расспросов у объекта реакцию радости;

2) закрепить подобную реакцию любым из сигнальных способов (т.н. "якоря" в НЛП);

3) при необходимости кодирования психики объекта -- "активировать" "якорь" в необходимый момент. В этом случае в ответ на вашу информацию, которая по вашему мнению должна отложиться в памяти объекта, у человека выбранного на роль объекта возникнет положительный ассоциативный ряд, а значит барьер критичности психики окажется сломлен, и такой человек (объект) будет "запрограммирован" на осуществление задуманного вами после введенной вами кодировки. При этом рекомендуется предварительно несколько раз проверить себя перед закреплением "якоря", чтобы по мимике, жестам, изменившейся интонации и проч. запомнить рефлекторную реакцию объекта на положительные для его психики слова (например, приятные воспоминания объекта), и подобрать надежный ключ (наклоном головы, голосом, прикосновением, проч.)


Манипулятивные приемы, используемые в ходе обсуждений и дискуссий. (Г.Грачев, И.Мельник, 2003)

1. Дозирование исходной информационной базы.

Материалы, необходимые для обсуждения, не предоставляются участникам вовремя, или даются выборочно. Некоторым участникам обсуждений, "как бы случайно", раздают неполный комплект материалов, а по ходу выясняется, что кто-то, к сожалению, оказался не в курсе всей имеющейся информации. "Теряются" рабочие документы, письма, обращения, записки и все остальное, что может повлиять на процесс и результаты обсуждения в невыгодную сторону. Таким образом, осуществляется неполное информирование некоторых участников, что затрудняет для них обсуждение, а для других создает дополнительные возможности использования психологических манипуляций.

2. "Избыточное информирование".

Обратный вариант. Заключается в том, что готовится излишне много проектов, предложений, решений и т.п., сопоставление которых в процессе обсуждения оказывается невозможным. Особенно когда для обсуждения предлагается большой объем материалов в сжатые сроки, в связи с чем их качественный анализ затруднен.

3. Формирование мнений путем целенаправленного подбора выступающих.

Слово предоставляется сначала тем, чье мнение известно и устраивает организатора манипулятивного воздействия. Таким способом осуществляется формирование желаемой установки у участников обсуждения, потому что изменение первичной установки требует больших усилий, чем ее формирование. Для осуществления формирования нужных манипуляторам установок обсуждение также может заканчиваться или прерываться после выступления человека, позиция которого соответствует взглядам манипуляторов.

4. Двойной стандарт в нормах оценивания поведения участников дискуссий.

Одних выступающих жестко ограничивают в соблюдении регламента и правил взаимоотношений во время обсуждения, другим, позволяют отходить от них и нарушать установленные правила. То же самое происходит в отношении характера допускаемых высказываний: у одних не замечают резкие высказывания в адрес оппонентов, другим делают замечания и т.п. Возможен вариант, когда регламент специально не устанавливается, чтобы можно было по ходу выбирать более удобную линию поведения. При этом осуществляться либо сглаживание позиций оппонентов и "подтягивание" их к желаемой точке зрения, либо, наоборот, производится усиление различий в их позициях вплоть до несовместимых и взаимоисключающих точек зрения, а также доведение обсуждения до абсурда.

5. "Маневрирование" повесткой обсуждения.

Для того, чтобы легче прошел "нужный" вопрос сначала "выпускается пар" (инициируют всплеск эмоций собравшихся) на малозначительных и несущественных вопросах, а затем, когда все устали или находятся под впечатлением предыдущей перепалки, выносится вопрос, который хотят обсудить без усиленной критики.

6. Управление процессом обсуждения.

В публичных дискуссиях слово поочередно предоставляется наиболее агрессивно настроенным представителям оппозиционных группировок, допускающих взаимные оскорбления, которые либо совсем не пресекаются, либо пресекаются только для видимости. В результате подобного манипулятивного хода атмосфера обсуждения накаляется до критической. Таким образом может быть прекращено обсуждение актуальной темы. Еще одним способом является неожиданное прерывание нежелательного выступавшего, или намеренно переходят к рассмотрению другой темы. Этот прием часто используется в ходе коммерческих переговоров, когда по заранее обговоренному сигналу руководителя секретарь вносит кофе, организуется "важный" звонок и т.д.

7. Ограничения в процедуре проведения обсуждения.

При использовании этого приема игнорируются предложения, касающиеся процедуры обсуждения; обходятся нежелательные факты, вопросы, доводы; не предоставляется слово участникам, которые могут своими высказываниями привести к нежелательным изменениям хода обсуждения. Принятые решения фиксируются жестко, не допускается возвращение к ним даже при поступлении новых данных, важных для выработки окончательных решений.

8. Реферирование.

Краткое переформулирование вопросов, предложений, доводов, в процессе которого происходит смещение акцентов в желаемую сторону. Одновременно с этим может осуществляться произвольное резюмирование, при котором в процессе подведения итогов происходит изменение акцентов в выводах, изложении позиций оппонентов, их взглядов, результатов обсуждения в желаемую сторону. Кроме того при межличностном общении можно повысить свой статус с помощью определенной расстановки мебели и прибегая к ряду приемов. Например, располагать посетителя на более низком кресле, иметь в кабинете на стенках множество дипломов хозяина, в ходе обсуждений и переговоров демонстративно пользоваться атрибутами власти и авторитета.

9. Психологические уловки.

В эту группу включаются приемы, основанные на раздражении оппонента, использовании чувства стыда, невнимательности, унижении  личных  качеств,  лести,  игре  на самолюбии и других индивидуально-психологических особенностях человека.

10. Раздражение оппонента.

Выведение из равновесия насмешками, несправедливыми обвинениями и другими способами, пока он не "вскипит". При этом важно чтобы оппонент не только пришел в состояние раздражения, но и сделал при этом ошибочное или невыгодное для его позиции в дискуссии заявление. Данный прием активно используется в явной форме как принижение оппонента или в более завуалированной, в сочетании с иронией, косвенными намеками, неявным, но распознаваемым подтекстом.  Действуя подобным образом, манипулятор может подчеркивать, например, такие отрицательные черты личности объекта манипулятивного воздействия, как необразованность, неосведомленность в определенной области и т.п.

11. Самовосхваление.

Данная уловка является косвенным приемом принижения оппонента. Только не говорится прямо "кто есть ты", но по тому "кто есть я" и "с кем ты споришь" следует соответствующий вывод. Могут использоваться такие выражения, как: "...Я руководитель крупного предприятия, региона, отрасли, учреждения и т.п.", "...мне приходилось решать крупные задачи...", "...прежде чем претендовать на это... необходимо побыть руководителем хотя бы...", "...прежде чем обсуждать и критиковать... необходимо приобрести опыт решения задач хотя бы в масштабе..." и т.п.

12. Использование незнакомых для оппонента слов, теорий и терминов.

Уловка удается в случае, если оппонент постесняется переспрашивать и сделает вид, что он воспринял эти доводы, понял значение неясных для него терминов. За подобными словами или фразами стоит стремление дискредитировать личные качества объекта манипуляций. Особенная эффективность от применения незнакомых большинству сленгов происходит в ситуациях, когда у объекта нет возможности возразить или уточнить, что же имелось в виду, а также может усугубляться использованием быстрого темпа речи и множеством мыслей, которые меняют одна другую в процессе обсуждения. Причем важно отметить, что манипуляциями употребление научных терминов считается только в случаях, если подобное высказывание делается сознательно для психологического воздействия на объект манипуляции.

13. "Подмазывание" аргументов.

В этом случае манипуляторы играют на лести, тщеславии, высокомерии, повышенном самомнении объекта манипуляций. Например, его подкупают словами что он "...как человек проницательный и эрудированный, интеллектуально развитый и компетентный видит внутреннюю логику развития данного явления..." Таким образом, честолюбивый человек ставится перед дилеммой -- либо принять данную точку зрения, либо отвергнуть лестную публичную оценку и вступить в спор, исход которого недостаточно прогнозируем.

14. Срыв или уход от обсуждения.

Подобное манипулятивное действие осуществляется с демонстративным использованием обиды. Например, "... с Вами невозможно конструктивно обсуждать серьезные вопросы..." или "...ваше поведение делает невозможным продолжение нашей встречи...", или "я готов продолжить это обсуждение, но только после того как Вы приведете в порядок свои нервы..." и т.п. Срыв обсуждения с использованием провоцирования конфликта осуществляется с помощью использования разнообразных приемов выведения оппонента из себя, когда обсуждение переходит в обыкновенную перебранку совершенно не связанную с первоначальной темой. Кроме того могут использоваться такие уловки, как: прерывание, перебивание, повышение голоса, демонстративные акты поведения, показывающие нежелание слушать и неуважение к оппоненту. После их применения делаются высказывания по типу: "...с Вами невозможно разговаривать, ведь Вы не даете ни одного вразумительного ответа ни на один вопрос"; "...с Вами невозможно разговаривать, ведь Вы не даете возможности высказать не совпадающую с Вашей точку зрения..." и т.д.

15. Прием "палочные доводы".

Используется в двух основных разновидностях, отличающихся по цели. Если преследуется цель прервать обсуждение, психологически подавив оппонента , происходит отсылка к т.н. высшим интересам без расшифровки этих высших интересов и без аргументации причин по которым к ним аппелируют. В этом случае используют высказывания типа: "Вы понимаете, на что Вы покушаетесь?!..." и т.п. В случае если необходимо вынудить объект манипуляций хотя бы внешне согласиться с предлагаемой точкой зрения, то используется такие доводы, которые объект может принять из боязни чего-нибудь неприятного, опасного, или на которые он не может ответить в соответствии со своими взглядами по тем же причинам. Подобные доводы могут включать такие суждения, как: "...это отрицание конституционно закрепленного института президентства, системы высших органов законодательной власти, подрыв конституционных основ жизни общества...". Может одновременно сочетаться с косвенной формой навешивания ярлыков, например, "...именно такие высказывания способствуют провоцированию социальных конфликтов...", или "...такие доводы употребляли в своем лексиконе нацистские главари...", или "... Вы сознательно используете факты, способствующие разжиганию национализма, антисемитизма..." и т.п.

16. "Чтение в сердцах".

Применяется в двух основных вариантах (т.н. положительная и отрицательная формы). Суть использования данного приема состоит в том, что внимание аудитории перемещается от содержания доводов оппонента на якобы имеющиеся у него причины и скрываемые мотивы, почему он говорит и отстаивает определенную точку зрения, а не соглашается с доводами противоположной стороны. Может усиливаться одновременным использованием "палочных доводов" и "навешиванием ярлыков". Например: "...Вы говорите так, защищая корпоративные интересы...", или "...причина вашей агрессивной критики и непримиримой позиции очевидна -- это стремление дискредитировать прогрессивные силы, конструктивную оппозицию, сорвать процесс демократизации... но народ не допустит, чтобы подобные псевдозащитники закона препятствовали удовлетворению его законных интересов..." и т.д. Иногда "чтение в сердцах" принимает форму, когда отыскивается мотив, не позволяющий говорить в пользу противоположной стороны. Этот прием может сочетаться не только с "палочными доводами", но и "подмазыванием аргумента". Например: "...ваша порядочность, излишняя скромность и ложный стыд не позволяют Вам признать этот очевидный факт и тем самым поддержать это прогрессивное начинание, от которого зависит решение вопроса, с нетерпением и надеждой ожидаемое нашими избирателями..." и т.п.

17. Логико-психологические уловки.

Их название связано с тем, что с одной стороны они могут быть построены на нарушении законов логики, а с другой, наоборот, использовать формальную логику в целях манипуляции объектом. Еще в древности был известен софизм, требующий ответа "да" или "нет" на вопрос "перестал ли ты бить своего отца?" Любой ответ затруднителен, так как если ответ "да" -- то значит раньше бил, а если ответ "нет" -- то значит, объект бьет своего отца. Вариантов подобного софизма много: "...Вы все пишете доносы?..", "...Вы уже перестали пить?.." и т.д. Особенно эффективны публичные обвинения, при этом главное получить короткий ответ и не дать человеку возможности объясниться. К наиболее распространенным логико-психологическим уловкам относится сознательная неопределенность выдвигаемого тезиса, или ответа на поставленный вопрос, когда мысль формулируется нечетко, неопределенно, что позволяет ее интерпретировать по-разному. В политике этот прием позволяет выпутаться из сложных ситуаций.

18. Несоблюдение закона достаточного основания.

Соблюдение формально логического закона достаточного основания в дискуссиях и обсуждениях весьма субъективно ввиду того, что вывод о достаточном основании отстаиваемого тезиса делают участники обсуждения. Согласно этому закону, верные и имеющие отношение к тезису доводы могут быть недостаточными, если носят частный характер и не дают оснований для заключительных выводов. Кроме формальной логики в практике информационного обмена существует т.н. "психо-логика" (теория аргументации), суть которой в том, что аргументация существует не сама по себе, ее выдвигают определенные люди в определенных условиях и воспринимают ее тоже конкретные люди, обладающие (или не обладающие) некими знаниями, социальным статусом, личностными качествами и т.д. Поэтому частный случай, возведенный в ранг закономерности, нередко проходит, если манипулятору с помощью побочных эффектов удается оказать влияние на объект воздействия.

19. Изменение акцентов в высказываниях.

В этих случаях то, что оппонент сказал относительно частного случая, опровергается как общая закономерность. Обратная уловка заключается в том, что рассуждениям общего характера противопоставляются один-два факта, которые на деле могут быть исключениями или нетипичными примерами. Нередко в ходе дискуссии выводы об обсуждаемой проблеме делаются на основании того, что "лежит на поверхности", например, побочных следствиях развития какого-либо явления.

20. Неполное опровержение.

В данном случае сочетание логического нарушения с психологическим фактором применяется в тех случаях, когда из выдвинутых оппонентом в свою защиту положений и доводов выбирают наиболее уязвимый, разбивают его в резкой форме и делают вид, что остальные доводы даже внимания не заслуживают. Уловка проходит в случае, если оппонент не возвращается к теме.

21. Требование однозначного ответа.

С помощью фраз типа: "не увиливайте..", "скажите четко, при всех...", "скажите прямо..." и т.п. -- объекту манипуляций предлагают дать однозначный ответ "да" или "нет" на вопрос, требующий развернутого ответа или когда однозначность ответа может привести к неправильному пониманию сути проблемы. В аудитории с низким образовательным уровнем такая уловка может восприниматься как проявление принципиальности, решительности и прямоты.

22. Искусственное смещение спора.

В этом случае, приступив к обсуждению какого-либо положения, манипулятор старается не приводить доводы, из которых следует это положение, а предлагает сразу перейти к опровержению этого. Таким образом, ограничивается возможность для критики собственной позиции, а сам спор смещается на аргументацию противоположной стороны. В том случае, если оппонент поддался этому и начинает критиковать выдвинутое положение, приводя различные аргументы, стараются вести спор вокруг этих аргументов, выискивая в них недостатки, но, не представляя для обсуждения свою систему доказательств.

23. "Многовопросье".

В случае данного манипулятивного приема объекту по одной теме задают сразу несколько разных вопросов. В дальнейшем действуют в зависимости от его ответа: или обвиняют в непонимании сути проблемы, или в том, что он не ответил на вопрос полностью, или в стремлении ввести в заблуждение.


Манипулирование личностью (Г.Грачев, И.Мельник, 1999).

1."Навешивание ярлыков".

Данный прием заключается в выборе оскорбительных эпитетов, метафор, названий и т.п. ("ярлыков") для обозначения человека, организации, идеи, любого социального явления. Такие "ярлыки" вызывают эмоционально негативное отношение окружающих, ассоциируются у них с низкими (бесчестными и социально неодобряемыми) поступками (поведением) и, таким образом, используются для того, чтобы опорочить личность, высказываемые идеи и предложения, организацию, социальную группу или предмет обсуждения в глазах аудитории.

2. "Сияющие обобщения".

Этот прием заключается в замене названия или обозначения определенного социального явления, идеи, организации, социальной группы или конкретного человека более общим именем, которое имеет положительную эмоциональную окраску и вызывает доброжелательное отношение окружающих. Такой прием основан на эксплуатации положительных чувств и эмоций людей к определенным понятиям и словам, например, таким как "свобода", "патриотизм", "мир", "счастье", "любовь", "успех", "победа" и т.п.. Такого рода слова, несущие позитивное психоэмоциональное воздействие, применяются для протаскивания решений, выгодных для конкретного лица, группы или организации.

3. "Перенос" или "трансфер".

Суть данного приема состоит в искусном, ненавязчивом и незаметным для большинства людей распространении авторитета и престижа того, что ими ценится и уважается на то, что им преподносит источник коммуникации. Использованием "трансфера" формируются ассоциативные связи преподносимого объекта с кем-либо или чем-либо, имеющим ценность и значимость у окружающих. Кроме того используется также негативный "трансфер" для возникновения ассоциаций с негативом и социально неодобряемыми событиями, действиями, фактами, людьми и т.д., что необходимо для дискредитации конкретных лиц, идей, ситуаций, социальных групп или организаций.

4. "Ссылка на авторитеты".

Содержание этого приема заключается в приведении высказываний личностей, обладающих высоким авторитетом или же наоборот, таких, которые вызывают отрицательную реакцию у категории людей, на которых направляется манипулятивное воздействие. Используемые высказывания обычно содержат оценочные суждения в отношении людей, идей, событий и проч., и выражают их осуждение или одобрение. Таким образом, у человека, как объекта манипулятивного воздействия, инициируется формирование соответствующего отношения -- позитивного или негативного.

5. "Игра в простонародность".

Цель данного приема состоит в попытках установления доверительных отношений с аудиторией, как с близкими по духу людьми на основании того, что как сам манипулятор, так и идеи правильны, так как ориентированы на простого человека. Активно используется такой прием при рекламно-информационном продвижении и различного рода пропаганде по формированию выбранного имиджа -- "человека из народа" -- для формирование к нему со стороны народа доверия.

6. "Перетасовка" или "подтасовка карт".

Содержание данного приема заключается в отборе и намеренном преподнесении только положительных или только отрицательных фактов и доводов при одновременном замалчивании противоположных. Его основная цель -- используя односторонний подбор и подачу фактов -- показать привлекательность или наоборот неприемлемость какой-либо точки зрения, программы, идеи и т.п.

7. "Общий вагон".

При использовании данного приема осуществляется подбор суждений, высказываний, фраз, требующих единообразия в поведении, создающих впечатление, будто так делают все. Сообщение, например, может начинаться словами: "Все нормальные люди понимают, что..." или "ни один здравомыслящий человек не станет возражать, что..." и т.п. Посредством "общей платформы" у человека вызывается чувство уверенности в том, что большинство членов определенной социальной общности, с которой он себя идентифицирует или мнение которой значимо для него, принимают подобные ценности, идеи, программы и т.п.

8. Дробление подачи информации, избыточность, высокий темп.

Особенно часто такие приемы используются на телевидении. В результате подобного массированного обстрела сознания людей (например, жестокостью на ТВ) они перестают критически воспринимать происходящее, и воспринимать как ничего не значащие происшествия. Кроме того зритель, следя за быстрой речью диктора или ведущего, упускает ссылки на источник информации и сам в своем воображении уже все связывает и согласует несогласованные части воспринимаемых программ.

9. "Осмеяние".

При использовании этой техники, осмеянию могут подвергаться как конкретные лица, так и взгляды, идеи, программы, организации и их деятельность, различные объединения людей, против которых ведется борьба. Выбор объекта осмеяния осуществляется в зависимости от целей и конкретной информационно-коммуникативной ситуации. Эффект действия данного приема основан на том, что при осмеянии отдельных высказываний и элементов поведения человека к нему инициируется шутливое и несерьезное отношение, что автоматически распространяется и на другие его высказывания и взгляды. При умелом использовании такого приема возможно формирование за конкретным человеком имиджа "несерьезного" человека, чьи высказывания не заслуживают доверия.

10. "Метод отрицательных групп отнесения".

В данном случае утверждается, что какая-либо совокупность взглядов является единственно правильной. Все кто разделяют эти взгляды -- лучше тех, кто не разделяет (а разделяет другие, зачастую противоположные). Например, пионеры или комсомольцы лучше чем неформальная молодежь. Пионеры и комсомольцы честны, отзывчивы, если комсомольцев призывают на службу в армию -- они отличники боевой и политической подготовки. А неформальная молодежь -- панки, хиппи, и проч. -- не хорошая молодежь. Таким образом противопоставляется одна группа другой. Соответственно высвечиваются и разные акценты восприятия.

11. "Повторение лозунгов" или "повторение шаблонных фраз".

Главным условием эффективности использования этой техники является правильный лозунг. Лозунг это краткое высказывание, сформулированное таким образом, чтобы привлекать внимание и воздействовать на воображение и чувства читателя или слушателя. Лозунг должен быть приспособлен к особенностям психики целевой аудитории (т.е. группы людей, на которых необходимо воздействовать). Пользование приемом "повторения лозунгов" предполагает, что слушатель или читатель не будет задумываться ни над значением отдельных слов, используемых в лозунге, ни над правильностью всей формулировки в целом. К определению Г.Грачева и И.Мельника от себя можем добавить, что краткость лозунга позволяет информации беспрепятственно проникать в подсознание, программируя таким образом психику, и рождая психологические установки и паттерны поведения, которые в последующем служат алгоритмом действий для человека (массы, толпы) получившей такие установки.

12. "Эмоциональная подстройка".

Эту технику можно определить как способ создания настроения с одновременной передачей определенной информации. Настроение вызывается среди группы людей с помощью различных средств (внешнее окружение, определенное время суток, освещение, легкие возбуждающие средства, музыка, песни, и т.д.). На этом фоне передается соответствующая информация, но стремятся к тому, чтобы ее не было слишком много. Наиболее часто эта техника используется в театрализованных представлениях, игровых и шоу-программах, религиозных (культовых) мероприятиях и т.п.

13. "Продвижение через медиаторов".

Данная техника основывается на том, что процесс восприятия значимой информации, определенных ценностей, взглядов, идей, оценок имеет двухступенчатый характер. Это означает, что эффективное информационное воздействие на человека часто осуществляется не через СМИ, а через авторитетных для него людей. Данное явление нашло отражение в модели двухступенчатого потока коммуникации, разработанной в середине 50-х годов в США Полем Лазарсфельдом. В предложенной им модели выделенная двухступенчатость масс-коммуникационного процесса учитывается, во-первых, как взаимодействие между коммуникатором и "лидерами мнения", и, во-вторых, как взаимодействие лидеров мнений с членами микросоциальных групп. В качестве "лидеров мнений" могут выступать неформальные лидеры, политические деятели, представители религиозных конфессий, деятели культуры, науки, искусства, спортсмены, военные и т.д. В практике информационно-психологического воздействия СМИ это привело к тому, что информационно-пропагандистские и рекламные сообщения стали более ориентированными на лица, мнения которых значимо для других. (т.е. оценки и рекламное продвижение товара осуществляют "кинозвезды" и другие популярные лица.) Манипулятивный эффект усиливается за счет вкрапления в развлекательные программы, интервью и т.п. прямых или косвенных оценок таких лидеров каких-либо происходящих событий, что способствует оказанию желаемого влияния на подсознательном уровне психики человека.

14. "Мнимый выбор".

Суть данной техники заключается в том, что слушателям или читателям сообщается несколько разных точек зрения по определенному вопросу, но так, чтобы незаметно представить в наиболее выгодном свете ту, которую хотят, чтобы она была принята аудиторией. Для этого обычно используется несколько дополнительных приемов: а) включают в пропагандистские материалы так называемые "двусторонние сообщения", которые содержат аргументы за и против определенной позиции. Такое "двустороннее сообщение" упреждают аргументы оппонента; б) дозируются положительные и отрицательные элементы. Т.е. чтобы положительная оценка выглядела более правдоподобной, к характеристике описываемой точки зрения нужно добавить немного критики, а эффективность осуждающей позиции увеличивается в случае присутствия элементов похвалы; в) осуществляется подбор фактов усиления или ослабления высказываний. Выводы не входят в текст приведенных сообщений. Их должны сделать те, для кого предназначена информация; г) происходит оперирование сравнительными материалами для усиления важности, демонстрации тенденций и масштабности событий, явлений. Все используемые фактические данные при этом подбираются таким образом, чтобы необходимое заключение было достаточно очевидным.

15. "Инициирование информационной волны".

Эффективной техникой информационного воздействия на большие группы людей является инициирование вторичной информационной волны. Т.е. предлагается такое событие, которое явно подхватит и начнет тиражировать СМИ. При этом первоначальное освещение в одном СМИ могут подхватить другие СМИ, что усилит мощность информационно-психологического воздействия. Тем самым создается т.н. "первичная" информационная волна. Основная цель использования этого приема заключается в создании вторичной информационной волны на уровне межличностного общения посредством инициирования соответствующих обсуждений, оценок, слухов. Все это позволяет усилить эффект информационно-психологического воздействия на целевые аудитории.


Манипуляции посредством телевидения. (С.К.Кара-Мурза, 2007).

1) Фабрикация фактов.

В данном случае эффект манипулирования происходит в результате мелких отклонений, используемых при подачи материала, но действующих всегда в одном направлении. Манипуляторы говорят правду, только когда правда может быть легко проверена. В остальных случаях -- стараются преподнести материал в нужном им ключе. Причем ложь становится наиболее эффективной, когда опирается на заложенный в подсознание стереотип.

2) Отбор для материала событий реальности.

В данном случае эффективным условием программирования мышления является контроль СМИ с целью подачи единой информации, но различными словами. При этом допускается деятельность оппозиционных СМИ. Но деятельность их должна быть подконтрольна и не выходить за рамки разрешаемого им вещания. Кроме этого СМИ используют т. н. принцип демократии шума, когда ненужное манипулятором сообщение просто должно погибнуть под мощным выбросом разносторонней информации.

3) Серая и черная информация.

Во второй половине ХХ века СМИ стали использовать технологии психологической войны. Американский военный словарь 1948 г. дает психологической войне такое определение: "Это планомерные пропагандистские мероприятия, оказывающие влияние на взгляды, эмоции, позиции и поведение вражеских, нейтральных или дружественных иностранных групп с целью поддержки национальной политики". В руководстве (1964) говорится, что цель такой войны -- "подрыв политической и социальной структуры страны... до такой степени деградации национального сознания, что государство становится не способным к сопротивлению".

4) Большие психозы.

Тайными задачами СМИ является превращение граждан нашей страны в единую массу (толпу), с целью общего регулирования распространения потока информации, которой обрабатывается сознание и подсознание людей. В итоге, -- такой толпой легче управлять, а средний обыватель беспрекословно верит самым нелепым утверждениям.

5) Утверждение и повторение.

В данном случае информация подается в виде готовых шаблонов, которые активно задействуют имеющиеся в подсознании стереотипы. Утверждение в любой речи означает отказ от обсуждения, поскольку власть идеи, которая может подвергаться обсуждению, теряет всякое правдоподобие. В мышлении человека, отмечает Кара-Мурза, сложился т.н. мозаичный тип культуры. СМИ являются фактором укрепления такого типа мышления, приучая человека мыслить стереотипами, и не включать интеллект при анализе материалов СМИ. Г.Лебон отмечал, что с помощью повторения информация внедряется в глубины подсознания, туда, где зарождаются мотивы последующих действий человека. Чрезмерное повторение притупляет сознание, заставляя любой информации практически без изменений откладываться в подсознании. А из подсознания, через определенный промежуток времени, такая информация переходит в сознание.

6) Дробление и срочность.

В данной методике манипулирования используемой СМИ, целостная информация разделяется на фрагменты, чтобы человек не смог соединить их в единое целое и осмыслить проблему. (Например статьи в газете разбиваются на части и помещаются на разных страницах; текст или телепередача разбиваются рекламой.) Профессор Г.Шиллер так объясняет эффективность этого приема: "Когда целостный характер социальной проблемы намеренно обходится стороной, а отрывочные сведения о ней предлагаются в качестве достоверной "информации", то результаты такого подхода всегда одинаковы: непонимание... апатия и, как правило, безразличие". Разрывая на кусочки информацию о важном событии, удается резко снизить воздействие сообщения или вообще лишить его смысла.

7) Упрощение, стереотипизация.

Данный вид манипуляции основан на том факте, что человек -- продукт мозаичной культуры. Его сознание создано СМИ. СМИ, в отличие от высокой культуры, предназначены именно для массы. Поэтому в них были установлены жесткие ограничения на сложность и оригинальность сообщений. Оправданием для этого служит то правило, что представитель массы способен адекватно усваивать только простую информацию, поэтому любая новая информация подгоняется под стереотип, чтобы человек воспринимал информацию без усилий и внутреннего анализа.

8). Сенсационность.

В данном случае сохраняется принцип такого преподнесения информацию, когда из отдельных частей невозможно или очень затруднительно составить единое целое. При этом выделяется какая-либо псевдо-сенсация. А уже под прикрытием ее -- замалчивается по-настоящему важная новость (если эта новость по каким-то причинам является опасной для кругов, контролирующих СМИ).

Непрерывная бомбардировка сознания, особенно "плохими новостями", выполняет важную функцию поддержания в обществе необходимого уровня "нервозности", обращает внимание проф. С.Г.Кара-Мурза. Такая нервозность, ощущение непрерывного кризиса, резко повышает внушаемость людей и снижает способность к критическому восприятию.

9) Изменение смысла слов и понятий.

Манипуляторы от СМИ в этом случае вольно интерпретируют слова любого человека. При этом меняется контекст, часто принимая форму прямо противоположную или как минимум искаженную. Яркий пример приводит проф. С.Г.Кара-Мурза, рассказывая, что когда римского папу во время визита в одну из стран спросили, как он относится к домам терпимости, тот удивился, что, мол, разве они есть. После этого в газетах появилось экстренное сообщение: "Первое, что спросил папа, ступив на нашу землю, есть ли у нас дома терпимости?"


Способы воздействия на масс-медиа-аудиторию с помощью манипуляций.

1. Принцип первоочередности.

Суть данного метода основана на специфике психики, которая устроена таким образом, что принимает на веру информацию, первой поступившую в обработку сознанием. Тот факт, что позже мы можем получить более достоверную информацию, зачастую уже не играет роли.

В данном случае срабатывает эффект восприятия первичной информации как истиной, тем более что сразу понять ее противоречивый характер невозможно. А после -- уже достаточно трудно изменить сформировавшееся мнение.

Подобный принцип достаточно успешно используется в политических технологиях, когда в адрес конкурента (посредством СМИ) засылается некий обличительный материал (компромат), тем самым:

а) формируя у избирателей негативное мнение о нем;

б) заставляя оправдываться.

(В данном случае идет воздействие на массы путем распространенных стереотипов о том, что если кто оправдывается -- значит виноват).

2. "Очевидцы" событий.

Находятся якобы очевидцы событий, которые с необходимой искренностью сообщают информацию, заблаговременно переданную им манипуляторами, выдавая ее за свою собственную. Имя подобных "очевидцев" зачастую скрывается якобы в целях конспирации, или же называется ложное имя, что наряду с фальсифицированной информацией, тем не менее, достигает эффекта у аудитории, т. к. воздействует на бессознательное психики человека, вызывая в нем накал чувств и эмоций, в результате которых цензура психики ослаблена и способна пропустить информацию от манипулятора, не определив ее ложную сущность.

3. Образ врага.

Путем искусственного создания угрозы и вследствие этого накала страстей, массы погружаются в состояния, схожие с ИСС (измененными состояниями сознания). В результате такими массами легче управлять.

4. Смещение акцентов.

В данном случае происходит сознательное смещение акцентов в подаваемом материале, и что-то не совсем желательное для манипуляторов преподносится на втором плане, а высвечивается наоборот -- необходимое им.

5. Использование "лидеров мнений".

В данном случае манипуляции массовым сознанием происходят исходя из того, что при совершении каких-либо действий индивиды ориентируются на лидеров мнений. В качестве лидеров мнений могут выступать различные фигуры, ставшие авторитетными для определенной категории населения.

6. Переориентация внимания.

В этом случае становится возможным преподносить практически любой материал, не опасаясь его нежелательной (негативной) составляющей. Становится возможным это исходя из правила переориентации внимания, когда необходимая для сокрытия информация как бы отходит в тень словно бы случайно высвечиваемых событий, служащих отвлечению внимания.

7. Эмоциональное заряжение.

Данная технология манипулирования основана на таком свойстве психики человека, как эмоциональная заражаемость. Известно, что в процессе жизни человек выстраивает определенные защитные барьеры на пути получения нежелательной для него информации. Чтобы обойти подобный барьер (цензуру психики), необходимо чтобы манипулятивное воздействие было направленно на чувства. Таким образом, "зарядив" нужную информацию необходимыми эмоциями, становится возможным преодолеть барьер разума и вызвать в человеке взрыв страстей, заставив его переживать по какому-то моменту услышанной информации. Далее вступает в действие эффект эмоционального заряжения, который получает наибольшее распространение в толпе, где, как известно, порог критичности ниже.

(Пример. Подобный эффект манипуляции применяется во время ряда реалити-шоу, когда участники говорят на повышенных тонах и демонстрируют порой значительное эмоциональное возбуждение, что заставляет смотреть за перипетиями демонстрируемых ими событий, сопереживая вслед главным героям. Или, например, при выступлении на телевидении ряда особенно амбициозных политиков, импульсивно выкрикивающих свои способы выхода из кризисных ситуаций, благодаря чему информация воздействуют на чувства индивидов, и происходит эмоциональная заражаемость аудитории, а значит, возможность подобных манипуляторов заставить обратить внимание на подаваемый материал.)

8. Показная проблематика.

В зависимости от подачи одних и тех же материалов можно добиваться различных, порой противоположных мнений у аудитории. То есть какое-то событие можно искусственно "не заметить", а чему-то наоборот, уделить повышенное внимание, да еще на разных каналах телевидения. При этом сама истина как бы отходит на второй план. И зависит от желания (или не желания) манипуляторов высвечивать ее. (Например, известно, что ежедневно в стране происходит множество событий. Естественно, освещение всех их невозможно уже чисто физически. Однако зачастую происходит так, что какие-либо события демонстрируются достаточно часто, много раз, и на различных каналах; тогда как что-то другое, что наверняка тоже заслуживает внимание -- как бы сознательно не замечается.)

Стоит заметить, что подача информации посредством подобной манипулятивной техники приводит к искусственному раздуванию несуществующих проблем, за которыми не замечаются нечто важное, что может вызвать гнев народа.

9. Недоступность информации.

Данный принцип манипулятивных технологий называют информационной блокадой. Становится возможным подобное, когда определенная часть информации, нежелательная для манипуляторов -- сознательно не допускается в эфир.

10. Удар на опережение.

Вид манипуляции, основный на заблаговременном выбросе негативной для основной категории людей информации. При этом данная информация вызывает максимальный резонанс. А ко времени последующего поступления информации и необходимости принятия непопулярного решения, аудитория уже устанет от протеста, и не будет реагировать слишком отрицательно. Используя подобный метод в политтехнологиях -- сначала жертвуют незначительным компроматом, после чего, когда на продвигаемого ими политического деятеля появляется новый компромат -- массы уже так не реагируют. (Устают реагировать.)

11. Ложный накал страстей.

Способ манипулирования масс-медиа-аудиторией, когда используется ложный накал страстей за счет преподнесения якобы сенсационного материала, в результате чего психика человека не успевает должным образом среагировать, создается ненужный ажиотаж, и преподносимая позже информация -- уже не оказывает такого воздействия, потому как снижается критичность, выдвигаемая цензурой психики. (Другими словами, создается ложный лимит времени, за который получаемая информация должна быть оценена, что зачастую приводит к тому, что она практически без купюр со стороны сознания попадает в бессознательное индивида; после чего оказывает влияние на сознание, искажая сам смысл полученной информации, а также занимая место для получения и соответствующей оценки информации более правдивой. Причем, в большинстве случаев мы говорим о воздействии в толпе, в которой принцип критичности затруднителен уже сам по себе).

12. Эффект правдоподобия.

В данном случае основа для возможной манипуляции состоит из такой составляющей психики, когда человек склонен верить информации, не противоречащей ранее имеющейся у него информации или представлений по рассматриваемому вопросу.

(Другими словами, если посредством СМИ мы сталкиваемся с информацией, с которой внутренне не согласны, то мы сознательно перекрываем подобный канал получения информации. А если наталкиваемся на информацию, не противоречащую нашему пониманию подобного вопроса, -- мы продолжаем впитывать подобную информацию, которая усиливает раннее сформированные паттерны поведения и установки в подсознании. А значит становится возможет и разгон для манипуляций, т. к. манипуляторы сознательно будут вклинивать в правдоподобную для нас информацию часть ложной, которую словно бы автоматически мы воспринимаем за настоящую. Также, в соответствии с подобным принципом манипулирования, возможна изначальная подача заведомо неблагоприятной для манипулятора информации (якобы критика самого себя), за счет чего повышается вера у аудитории, что данный масс-медиа-источник достаточно честный и правдивый. Ну а уже позже в подаваемую информацию вкрапливается информация, необходимая для манипуляторов.)

13. Эффект "информационного штурма".

В данном случае следует говорить о том, что на человека обрушивается шквал бесполезной информации, в котором теряется истина.

(Люди, подвергавшиеся подобной форме манипулирования, просто устают от потока информации, а значит, анализ подобной информации становится затруднителен и у манипуляторов появляется возможность скрыть информацию, необходимую им, но нежелательную для демонстрации широким массам.)

14. Обратный эффект.

В случае подобного факта манипуляции происходит выброс такого количества негативной информации в адрес какого-то человека, что эта информация достигает прямо противоположного эффекта, и вместо ожидаемого осуждения подобный человек начинает вызывать жалость. (Пример Перестроечных лет с Б.Н.Ельциным, упавшим в реку с моста.)

15. Будничный рассказ, или зло с человеческим лицом.

Информация, которая может вызвать нежелательный эффект, произносится обычным тоном, словно бы ничего страшного не происходит. В результате подобной формы преподнесения информации, некая критическая информация при проникновении в сознание слушателей теряет свою актуальность. Таким образом, исчезает критичность восприятия психикой человека негативной информации и происходит привыкание к ней.

16. Односторонность освещения событий.

Данный способ манипуляции направлен на односторонность освещения событий, когда предоставляется возможность высказаться лишь одной стороне процесса, в результате чего достигается ложный смысловой эффект получаемой информации.

17. Принцип контраста.

Этот вид манипуляции становится возможен, когда необходимая информация подается на фоне другой, изначально негативной, и отрицательно воспринимаемой большинством аудитории. (Другими словами, на фоне черного всегда будет заметно белое. А на фоне плохих людей -- всегда можно показать хорошего человека, рассказав о его добрых делах. Подобный принцип распространен в политтехнологиях, когда сначала детально разбирается возможный кризис в лагере конкурентов, а после -- демонстрируется правильный характер действий нужного манипуляторам кандидата, у которого такого кризиса нет и быть не может.)

18. Одобрение мнимого большинства.

Применение данной методики манипулирования массами основано на таком специфическом компоненте человеческой психики -- как допустимость совершения каких-либо действий, после изначального одобрения их другими людьми. В результате подобного способа манипуляций в психике человека стирается барьер критичности, после того как такая информация вызвала одобрение у других людей. Вспомним Лебона, Фрейда, Бехтерева и др. классиков психологии масс -- в массе активно действует принципы подражания и заражаемости. Поэтому то что делает один -- подхватывают и остальные.

19. Экспрессивный удар.

При реализации данный принцип должен произвести эффект психологического шока, когда должного эффекта манипуляторы добиваются намеренным транслированием ужасов современной жизни, что вызывает первую реакцию протеста (за счет резкого повышения эмоциональной составляющей психики), и желание во что бы то ни стало наказать виновных. При этом не замечаются, что акценты при подаче материала могут быть сознательно смещены в сторону ненужных манипуляторам конкурентов или против информации, кажущейся им нежелательной.

20. Ложные аналогии, или диверсии против логики.

Данная манипуляция устраняет истинную причину в каком-либо вопросе, заменяя ее ложной аналогией. (Например, происходит неправильное сопоставление различных и взаимоисключающих следствий, которые в данном случае выдаются за одно. Пример -- в Госдуму последнего созыва было выбрано много молодых спортсменов. В данном случае заслуги в спорте в сознании масс подменили мнение о том, действительно ли 20-летние спортсмены могут управлять страной. При этом следует помнить, что каждый депутат Госдумы -- имеет ранг федерального министра).

21. Искусственное "просчитывание" ситуации.

Намеренно выбрасывается на рынок множество различной информации, тем самым отслеживается интерес общественности к этой информации, и информация, не получившая актуальность, в последующем исключается.

22. Манипулятивное комментирование.

Посредством необходимого манипуляторам акцента освещается то или иное событие. При этом любое нежелательное для манипуляторов событие при использовании подобной технологии может принять противоположный окрас. Все зависит от того, как манипуляторы преподнесут тот или иной материал, с какими комментариями.

23. Эффект присутствия.

Ссылка на присутствие на каком-либо событии позволяет направить манипулятивную методику на максимальное достижение необходимого результата. По типу -- очевидец всегда прав.

24. Допуск (приближение) к власти.

Подобный вид манипуляции основан на таком свойстве психики большинства индивидов, как кардинальное изменение своих взглядов в случае наделения подобного человека необходимыми властными полномочиями. (Достаточно яркий пример -- Д.О.Рогозин, который был в оппозиции к власти -- вспомним заявление Рогозина в связи с запретом ЦИК на регистрацию В.Геращенко кандидатом в президенты, вспомним голодовку в Госдуме с требованиями отставки министров социально-экономического блока правительства, вспомним другие высказывания Рогозина, в т.ч. о партии власти и о президенте страны -- и вспомним выступления Рогозина после его назначения постоянным представителем России при Организации Североатлантического договора (НАТО) в Брюсселе, т.е. крупным чиновником, представляющим Россию во вражеской организации.)

25. Повторение.

Подобный способ манипулирования достаточно прост. Необходимо всего лишь многократное повторение какой-либо информации, чтобы подобная информация отложилась в памяти масс-медиа-аудитории и в дальнейшем была использована. При этом манипуляторам следует максимально упростить текст и добиться его восприимчивости в расчете на низкоинтеллектуальную публику. Как ни странно, практически только в таком случае можно быть уверенным, что необходимая информация не только будет донесена до массового зрителя, читателя или слушателя, но и будет правильно ими воспринята. И такого эффекта можно добиться многократным повторением простых фраз. В этом случае информация сначала прочно закрепляется в подсознании слушателей, а потом будет влиять на их сознание, а значит на совершение поступков, смысловой оттенок которых тайно заложен в информацию для масс-медиа-аудитории.

26. Правда -- наполовину.

Этот метод манипуляции заключается в том, что публике преподносится только часть достоверной информации, в то время как другая часть, объясняющая возможность существования первой части, манипуляторами утаивается. (Пример времен Перестройки, когда сначала распространяли слухи о том что Союзные республики якобы содержат РСФСР. При этом как бы забыли о субсидиях России. В результате обмана населения дружественных нам республик эти республики сначала вышли из состава СССР, а после часть их населения стали приезжать на заработки в Россию.)


Примечание к 1 тому.


[1] Хевеши М.А. Толпа, массы, политика: Ист.-филос. очерк. М. 2001

[2] В изложении взглядов античных философов на массу мы будем отталкиваться от книги доктора философских наук Марии Акошевны Хевеши (1928-2005 гг.)

[3] Там же.

[4] Там же.

[5] Там же.

[6] Там же.

[7] Д.В.Ольшанский. М. 2002.

[8] Ольшанский Д.В.. Психология масс. М. 2001

[9] Там же.

[10] Юнг К. Г. Аналитическая психология. М. 1995.

[11] Зиновьев А. А. Собрание сочинений в 10 Т. М. 2000.

[12] Лебон Г. Психология народов и масс. СПб. 1996.

[13] А. П. Назаретян. Агрессивная толпа, массовая паника, слухи. Лекции по социальной и политической психологии. СПб. 2003.

[14] Лебон Г. Психология народов и масс. СПб. 1996.

[15] Лебон Г. Психология народов и масс. СПб. 1996

[16] Фрейд З. Психология масс и анализ человеческого Я // Фрейд З. Психоаналитические этюды. Мн. 2003.

[17] Там же.

[18] Там же.

[19] Бехтерев В.М. Избранные работы по социальной психологии. М. 1994.

[20] Лебон Г. Психология народов и масс. СПб. 1996.

[21] Фрейд. Психоаналитические этюды. Мн. 2003.

[22] Юнг К. Г. Сознание и бессознательное. СПб. 1997.

[23] Московичи. Век толп. Исторический трактат по психологии масс. М.1996.

[24] Социальная психология / Отв. ред. А.Л.Журавлев. М. 2002.

[25] А. П. Назаретян. Агрессивная толпа, массовая паника, слухи. Лекции по социальной и политической психологии. СПб. 2003.

[26] Канетти Э. Масса и власть. М. 1997.

[27] А.П.Назаретян. Агрессивная толпа, массовая паника, слухи. Лекции по социальной и политической психологии. СПб. 2003.

[28] Г.Лебон. Психология народов и масс. СПб. 1996.

[29] Райх В. Психология масс и фашизм. М. 2004

[30] Там же.

[31] Там же.

[32] Московичи. Век толп. Исторический трактат по психологии масс. М.1996.

[33] Там же.

[34] Там же.

[35] Канетти Э. Масса и власть. М. 1997.

[36] Ортега-и-Гассет Х. Избранные труды. М. 2000

[37] Там же.

[38] С 15 января 1936 г. берлинский телецентр стал показывать передачи со стандартом 180 строк ежедневно с 20.00 до 22.00. Сотрудники телецентра стали готовиться к освещению Олимпийских игр. Присутствие на играх телекамер связывалось с престижем немецкой науки и техники и приобретало политический характер. Во время игр, проходивших в Берлине в августе 1936 г., объем прямых трансляций возрос до 8 часов в сутки. В 25 пунктах Берлина работали просмотровые залы. Сообщалось, что за Олимпиадой по телевизору следило в общей сложности 150 тыс. человек. Игры можно было видеть и в Гамбурге, куда был проложен кабель. Позднее коаксиальная связь была налажена также с Лейпцигом, Нюрнбергом, Мюнхеном и Кельном. (А.Н. Фортунатов. Проблемы истории телевидения: философский и культурологический подход. Курс лекций. Нижний Новгород. 2007.)

[39] А.Н. Фортунатов. Проблемы истории телевидения: философский и культурологический подход. Курс лекций. Нижний Новгород. 2007.

[40] Харрис Р. Психология массовых коммуникаций. СПб. М. 2002.

[41] А.Н. Фортунатов. Проблемы истории телевидения.... Нижний Новгород. 2007.

[42] Система средств массовой информации России. Учебное пособие для вузов. Под ред. Я.Н.Засурского. М. 2001

[43] Тарасов К.А. Насилие в фильмах: катарсис или мимесис? Российская наука: "Природой здесь нам суждено..."

Под ред. акад. В.П.Скулачева. М. 2003.

[44] Лопатин В.Н. Информационная безопасность России: Человек. Общество. Государство. СПб. 2000.

[45] Евгеньева Т.В.. Технологии социальных манипуляций и методы противодействия им. СПб. 2007.

[46] Грамши А. Тюремные тетради. Избранные произведения в трех томах. М. 1957.

[47] Информационные технологии и их воздействие. Аналитическая справка для Общественной палаты РФ. Эксперт Совета Федерации и Комитета по безопасности Госдумы, старший научный сотрудник ИСЭПН РАН, Н.Е.Маркова.

[48] Ленин В. И. Полн. собр. соч. т. 41. с. 27.

[49] Темная сторона Америки. Развал СССР. www.usinfo.ru/sssrindex.htm

[50] Ален Даллес. Директива 20/1 СНБ США от 18 августа 1948 г. www.usinfo.ru/sssr6.htm

[51] Темная сторона Америки. Развал СССР. www.usinfo.ru

[52] Основы психологической войны. Пси-фактор.

[53] Лайнбарджер П. Психологическая война. М. 1962.

[54] Там же.

[55] Там же.

[56] Сама т.н. Перестройка, которая началась в стране после прихода к власти М.С. Горбачева -- есть результат победы Запада в введении психологической войны против Советского Союза. С Перестройкой произошел распад того государства, против которого Запад начал борьбу после победы большевиков в революции 1917 года, после установления советской власти.

[57] Волкогонов Д.А. Психологическая война: Подрывные действия империализма в области общественного сознания. М. Воениздат. 1983. 288 с.

[58] Фрейд З. Несколько замечаний по поводу понятия "бессознательное". Основные психологические теории в психоанализе. Мн. 2004. С. 70

[59] Там же.

[60] Блюм Г. Психоаналитические теории личности. М. 1996

[61] Медведев В. А. "Русскость" на кушетке. Опыт прикладной супервизии случая Человека-Волка. СПб. 2004. Т.1. С. 9-11.

[62] Там же.

[63] Незначительное число антифашистов не в счет; они не имели реального веса.

[64] Гогун А. Черный PR Адольфа Гитлера: Документы и материалы. М. 2004.

[65] И.Н.Панарин. Официальный сайт. http://www.panarin.com/

[66] И.Н.Панарин. Официальный сайт. http://www.panarin.com/

[67] Выступление Президента РФ Владимира Путина на расширенном заседании Государственного совета "О стратегии развития России до 2020 года" 8 февраля 2008 года. Москва, Кремль. Официальный сайт партии "Единая Россия". http://www.edinros.ru/news.html?id=127560

[68] Гитлер А. Моя борьба. М. 1992

[69] Франция вообще встречала немцев с шампанским, и в СССР, в некоторых русских деревнях, с хлебом-солью.

[70] Там же.

[71] Там же.

[72] Эффективность "информационного оружия". Газета "Ведомости". 31.01.2008.

[73] Там же.

[74] Там же.

[75] Медведев Д.А. Официальный сайт президента РФ. www.kremlin.ru

[76] Билл Гейтс уходит из Microsoft. Электронная газета "Взгляд". http://vz.ru/society/2008/1/7/136303.html

[77] Америка тупеет. Газета "Вашингтон пост". 20 февраля 2008 года. http://www.inopressa.ru/wp/2008/02/19/15:28:29/dumbing

[78] Проект Россия. Книга первая. М. 2006.

[79] Там же.

[80] Волкогонов Д.А. Психологическая война... М. 1983.

[81] Грачев Г.В., Мельник И.К. Манипулирование личностью... М. 2002.

[82] Г.Г.Почепцов. Как "переключают" народы. Психологические/ информационные операции как технологии воздействия на массовое сознание в ХХ веке. Киев. 1998

[83] Павлютенкова Марианна Юрьевна. Информационная война: реальная угроза или современный миф? "Власть", 19.12.2001, Москва, n12, стр.19-23

[84] Это был конец второго срока Владимира Владимировича, когда уже было известно имя нового президента страны.

[85] Для издания, инициировавшего подобный слух, все закончилось плачевно. Их наказали.

[86] Социальная психология. М. Политиздат. 1975. С. 191

[108] Фрейд З. Введение в психоанализ. Лекции. СПб. 2003. С. 293.

[109] Там же. С. 279.

[110] Волошинов В. Н. Фрейдизм. М. 2004. С. 27.

[111] Холь И. Невротические конфликты // Ключевые понятия психоанализа. / СПб. 2001. С. 139.

[112] Там же.

[113] Фрейд З. Введение в психоанализ: Лекции. СПб. 2003. С. 360.

[114] Там же. С. 360.

[115] Фрейд З. Введение в психоанализ: Лекции. СПб. 2003. С. 361-362.

[116] Лейбин В. Н. Словарь-справочник по психоанализу. СПб. 2001. С. 110.

[117] Там же.

[118] Фрейд З. Некоторые типы характеров из психоаналитической практики // Классический психоанализ и художественная литература. СПб. 2002. С. 69.

[119] Лейбин В. Н. Словарь-справочник по психоанализу. СПб. 2001.С. 82.

[120] Там же.

[121] Там же.

[122] Фрейд З. Достоевский и отцеубийство // Классический психоанализ и художественная литература. СПб, 2002. С. 77.

[123] Там же. С. 85.

[124] Хорни К. Невротическая личность нашего времени. Самоанализ. М. 2004. С. 186.

[125] Там же.

[126] Хорни К. Невротическая личность нашего времени. Самоанализ. М. 2004. С. 188.

[127] Там же.

[128] Там же. С. 189.

[138] Лейбин В.М. Словарь-справочник по психоанализу. СПб. Питер. 2001. С. 312

[139] Хорни К. Невротическая личность нашего времени. М. 2004; Хорни К. Самоанализ. М. 2002; Хорни. Невроз и личностный рост. СПб. 1997; Хорни К. Собрание сочинений: В 3 т. М. 1997. и др.

[140] Хорни К. Невротическая личность нашего времени. М. 1993.

[141] Там же.

[142] Там же.

[143] Там же.

[144] Там же.

[145] Там же.

[146] Там же.

[147] Там же.

[148] Там же.

[149] Там же.

[150] Там же.

[151] Этим объясняется желание каждого иметь отдельное жилье (или хотя бы комнату в коммуналке), навешивание и врезание в двери замков и проч. То есть все то, что может свидетельствовать о нежелании для каждого первого встречного открывать свою душу (любой разговор есть коммуникативный контакт, своего рода -- общение душ индивидов).

[152] Фрейд З. "Я" и "Оно": Труды разных лет: В 2 т. Тбилиси. 1991.

[153] Там же.

[154] Там же.

[155] Там же.

[156] Медведев В.А. Библиотека психологии. www.proekt-psi.narod.ru

[157] В свое время автор был учеником проф. В.А.Медведева.

[158] См. другие книги автора по теме манипулятивного воздействия на личность и массу.

[159] Медведев В.А. Библиотека психологии. www.proekt-psi.narod.ru

[160] Там же.

[161] "Комитет Вудро Вильсона по публичной информации", своего рода американское "Министерство правды".

[162] Там же.

[163] Там же.

[164] Там же.

[165] Там же.

[166] Там же.

[167] Эти слова подтверждает И.С.Кон и Л.М.Щеглов (автор в свое время был учеником д.м.н., проф. Л.М.Щеглова).

[168] Кон И.С. Вкус запретного плода: сексология для всех. Персональный сайт И.С. Кона. http://sexology.narod.ru/chapt402.htm

[169] Там же.

[170] Сначала такая информация почти всегда попадает в предсознание, а уже позже или в бессознательное, в большинстве случаев, или обратно в сознание, что тоже встречается; причем возможен и иной путь, когда попав сначала в бессознательное, информация вновь по прошествии какого-то времени (фактор времени практически нельзя просчитать если внимательно не сопоставлять и анализировать многие факты) оказывается в сознании.

[171] Т.н. цензура психики, или некий критический барьер, инстанция стоящая на пути и новой информации.

[172] Фрейд З. Введение в психоанализ: Лекции. СПб. Азбука. 2003. С. 293-294.

[173] Гринсон Р. Техника и тактика психоанализа. М. Когито-Центр, 2003. С. 79

[174] Там же. С. 81.

[175] Гринсон Р. Техника и тактика психоанализа. М. Когито-Центр, 2003. С. 81-82.

[176] Имеется в виду психоаналитическая сессия, т.е. время посещения пациентом аналитика, прием у врача.

[177] В психоанализе предполагается (особенно во времена Фрейда и Р.Гринсона) что пациент лежит на кушетке, чтобы не видеть аналитика, и чтобы образ аналитика не мешал пациенту рассказывать обо всем, "что лежит у него на душе".

[178] Гринсон Р. Техника и тактика психоанализа. М., 2003. С. 83

[179] Там же.

[180] Там же. С. 84

[181] Фенихель О. Психоаналитическая теория неврозов. М. Академический проект. 2004. С. 350.

[182] Гринсон Р. Техника и тактика психоанализа. М., 2003. С. 86

[183] Там же.

[184] Скука по Р.Гринсону -- защита от фантазий.

[185] Гринсон Р. Техника и тактика психоанализа. М., 2003. С. 89-90.

[186] Rogers C. R. A theory of therapy, personality and interpersonal relationships as developed in the clientcentered framework//Koch S. (ed.). Psychology: A study of a science. V. 3. N. Y., 1959.

[187] Бурлачук Л.Ф., Кочарян А.С., Жидко М.Е. Психотерапия. СПб. 2003.

[188] Там же.

[189] Там же.

[190] Там же.


Источники.

1.Ананьев Б.Г. Избранные психологические труды. Т. 2. 1980.

2.Анохин П. К. Биология и нейрофизиология условного рефлекса. М. 1968.

3.Алексеев А.В. Психомышечная тренировка // Руководство по психотерапии / Под ред. В.Е.Рожнова. Т. 1985. С.119-125.

4.Ассаджоли Р. Психосинтез. М. 1997.

5.Ахмедов Т. И., Жидко М. Е. Психотерапия в особых состояниях сознания. М. 2001.

6.Березин В.М. Массовая коммуникация: сущность, каналы, действия. М. 2003.

7.Бернштейн Н.А. Физиология движений и активность. М.1990

8.Бехтерев В.М. Избранные работы по социальной психологии. М. 1994.

9.Бехтерев В. М. Гипноз, внушение, телепатия. М. 1994.

10.Беккио Ж., Росси Э. Гипноз 21 века. М. 2003.

11.Бэндлер Р., Гриндер Д. Наведение транса (использование методик гипноза в НЛП). М. 1995.

12.Бэндлер Р., Гриндер Д. Шаблоны гипнотических техник Милтона Эриксона с точки зрения НЛП. М. 1995.

13.Блюм Г. Психоаналитические теории личности. М. 1996

14.Блуммер Г. Коллективное поведение//Психология масс. Самара. 1998.

15.Брэг Р. Гипноз. Самоучитель. Таганрог. 1992.

16.Буль П.И. Основы психотерапии. Л.1974.

17.Буль П. И. Гипноз и внушение. Л. 1975.

18.Бурно М.Е. Аутогенная тренировка: Учеб. Пособие. М.1971.

19.Введенский Н.Е. Избранные произведения в 2 Т. М. 1950.

20.Ворошилов В.В. Журналистика и рынок: проблемы маркетинга и менеджмента средств массовой информации. СПб. 1997.

21.Волкогонов Д.А. Психологическая война... М. 1983.

22.Вундт В. Проблемы психологии народов. СПб. 2001.

23.Выготский Л. С. Собрание сочинений: В 6 т. М. 1982.

24.Гиппенрейтер Ю.Б. Введение общую психологию. М. 1988.

25.Гримак Л.П.. Тайны гипноза. СПб. 2004.

26.Грамши А. Тюремные тетради. Избранные произведения в трех томах. М. 1957.

27.Грачев Г.В., Мельник И.К. Манипулирование личностью: организация, способы и технологии информационно-психологического воздействия. М. 2002.

28.Грушевицкая Т.Г., Попков В.Д., Садохин А.П. Основы межкультурной коммуникации: Учебник для вузов. М. 2002.

29.Гогун А. Черный PR Адольфа Гитлера: Документы и материалы. М. 2004.

30.Горин С. А. А вы пробовали гипноз? М. 1994.

31.Групповая психотерапия / Под ред. Б. Д. Карвасарского, С. Ледера. М. 1990.

32.Даллес Ален. Директива 20/1 СНБ США от 18 августа 1948 г. www.usinfo.ru/sssr6.htm

33.Дубровский Д. И. Психические явления и мозг. М. 1973.

34.Доценко Е. Л. Психология манипуляции: феномены, механизмы и защита. М. 1997.

35.Евгеньева Т.В. Технологии социальных манипуляций и методы противодействия им. СПб. 2007.

36.Зеленский В. В. Аналитическая психология. Словарь с английскими и немецкими эквивалентами. СПб. 1996.

37.Зиновьев А. А. Собрание сочинений в 10 Т. М. 2000.

38.Зелинский С. А. Анализ массовых манипуляций в России. СПб. 2008.

39.Зелинский С. А. Манипулирование личностью и массами. СПб. 2008.

40.Зелинский С.А. Манипуляции массами и психоанализ. СПб. 2008.

41.Зелинский С. А. Информационно-психологическое воздействие на массовое сознание. СПб. 2008.

42.Зелинский С. А. Управление психикой посредством манипулятивного воздействия. СПб. 2009.

43.Каннабих Ю.В. История психиатрии. Л. 1928

44.Канетти Э. Масса и власть. М. 1997.

45.Калина Н. Ф. Основы психотерапии. К. 1998.

46.Кара-Мурза С. Г. Манипуляция сознанием. М. 2007.

47.Караяни А.И. Слухи как средство информационно-психологического противодействия. Психологический журнал, Том 24, N 6, 2003.

48.Карвасарский В. Д. Медицинская психология. Л. 1982

49.Карвасарский Б. Д. Психотерапия. М. 1985.

50.Карвасарский Б. Д. Психотерапевтическая энциклопедия. СПб.1998

51.Кашкин В.Б. Введение в теорию коммуникации: Учеб. пособие. Воронеж. 2000.

52.Каландаров К.Х. Управление общественным сознанием. М. 1998.

53.Карнеги Д. Как завоевывать друзей и оказывать влияние на людей. М. 1989.

54.Кандыба В.М. Криминальный гипноз. В 2 Т. СПб. 2001.

55.Кандыба В.М. Основы гипнологии. В 3 Т. СПб. 1999.

56.Кандыба В. М. Психическая саморегуляция. СПб. 2001.

57.Кон И.С. Социологическая психология. М.1999.

58.Корконосенко С.Г. Теория и практика средств массовой коммуникации. СПб. 1999

59.Крысько В. Г. Секреты психологической войны. Мн. 1999.

60.Крысько В.Г. Социальная психология: Курс лекций. СПб. 2007.

61.Кроль В.М. Психология и педагогика. М. 2004.

62.Куттер П.. Современный психоанализ. СПб. 1997.

63.Куликов В. Психология внушения. Иваново. 1978.

64.Лайнбарджер П. Психологическая война. М. Воениздат. 1962.

65.Лебон Г.. Психология народов и масс. СПб. 1996.

66.Ленин В.И. Полн. собр. соч. в 55 Т. М.1958.

67.Лейбин В.М. Фрейд, психоанализ и современная западная философия. М.1990.

68.Лейбин В. М. Словарь-справочник по психоанализу. СПб. 2001.

69.Лейбин В.М. Психоанализ и философия неофрейдизма. М.1977.

70.Леонтьев А.Н. Лекции по общей психологии. М. 2000

71.Литвиненко А.В. Специальные информационные операции и пропагандистские кампании. Киев. 2000

72.Лобзин В. С, Решетников М. М. Аутогенная тренировка: Справочное пособие для врачей. Л. 1986.

73.Лурия А.Р. Лекции по общей психологии / А. Р. Лурия. СПб. 2006.

74.Лурия А.Р. Основы нейропсихологии. М.1973.

75.Макаренко А. С. Педагогическая поэма. 2003.

76.Маслоу А. Мотивация и личность. СПб. 1999.

77.Маркс К. и Энгельс Ф. Полное собрание сочинений. М. 1960.

78.Медведев В. А. Сны о России. Психоанализ российской действительности и русской судьбы. В 2 Т. СПб. 2004.

79.Мессинг В. О самом себе. М. 1965.

80.Московичи С. Век толп: Исторический трактат по психологии масс. М 1996.

81.Мышляев С.Ю. Гипноз. Нижний Новгород. 1993.

82.Московичи. Век толп. Исторический трактат по психологии масс. М.1996.

83.Назаретян А.П.. Агрессивная толпа, массовая паника, слухи. Лекции по социальной и политической психологии. СПб. 2003.

84.Немов Р. С., Алтунина И. Р. Социальная психология: Учебное пособие СПб. 2008.

85.Ортега-и-Гассет Х. Избранные труды. М. 2000

86.Ольшанский Д.В. Психология масс. М. 2001

87.Ольшанский Д.В. Лидеры массы. Политическая психология. М. 2002.

88.Павлов И. П. Избранные работы по физиологии высшей нервной деятельности. М. 1950.

89.Панарин И.Н. Официальный сайт. http://www.panarin.com/

90.Паулсен Т.Б. Харизматическая пропаганда как инструмент манипулирования обществом. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук. Москва. 2002.

91.Пезешкиан Н. Психосоматика и позитивная психотерапия. М.1992

92.Проект Россия. В 2 Т. М. 2006, 2007.

93.Почепцов Г. Г. Как "переключают" народы. Психологические/ информационные операции как технологии воздействия на массовое сознание в ХХ веке. Киев. 1998

94.Психотерапия / Под. Ред. Б.Д.Карвасарского. СПБ. 2000.

95.Платонов К.И. Гипноз и внушение. 1925.

96.Поршнев В. Ф. О начале человеческой истории. Проблемы палеопсихологии. М. 1974.

97.Психология и педагогика. Военная психология / Под ред. А.Г. Маклакова. СПб. 2005.

98.Райх В. Психология масс и фашизм. М. 2004

99.Райков В.Л. Гипнотическое состояние как форма психического отражения. 1982.

100.Райков В.Л. Психические резервы личности в гипнозе. 1970.

101.Ронин Р. Своя разведка. Мн.1998

102.Рожнов В. Е., Рожнова М. А. Гипноз от древности до наших дней. М. 1987.

103.Рощин С.К. Психология толпы: анализ прошлых исследований и проблемы сегодняшнего дня. Психологический журнал. Т. 11. N 5. 1990.

104.Рубинштейн С. Л. Основы общей психологии. В 2 т. М. 1989.

105.Салливан Г.С. Интерперсональная теория в психиатрии.1999.

106.Сеченов И. М. Рефлексы головного мозга. М. 2007.

107.Система средств массовой информации России. Учебное пособие для вузов. Под ред. Я.Н.Засурского. М. 2001.

108.Свядощ А.М. Неврозы. М. 1982.

109.Социальная психология / Отв. ред. А.Л.Журавлев. М. 2002.

110.Социальная психология. Краткий очерк. Под общ. ред. Предвечного Г. П. и Шерковина Ю. А. М., Политиздат. 1975.

111.Тард Г. Мнение и толпа // Психология толп. М. 1999.

112.Такман Б.У. Психология детства и педагогика. 2002.

113.Тарасов К.А. Насилие в фильмах: катарсис или мимесис? Российская наука: "Природой здесь нам суждено..." Под ред. акад. В. П. Скулачева; М. 2003.

114.Томэ Х" Кэхеле X. Современный психоанализ: В 2 т. М. 1996.

115.Шерковин Ю.А., Назаретян А.П. Слухи как социальное явление и как орудие психологической войны. Психологический журнал, том 5, N 5, 1984.

116.Шерток Л. Гипноз. М. 1992.

117.Федоров А. В. Критический анализ медиатекста, содержащего сцены насилия, на медиаобразовательных занятиях в студенческой аудитории (на примере фильма "Груз 200"). Журнал "Медиаобразование". Москва. 2007. N 4.

118.Федоров А.В. Права ребенка и проблема насилия на российском экране. Таганрог. 2004.

119.Фрейд З. Введение в психоанализ. СПб. 2003.

120.Фрейд З. Психоаналитические этюды. Мн. 2003.

121.Фрейд З. Лекции по введению в психоанализ. СПб. 2003.

122.Фрейд З. Психология масс и анализ человеческого Я // Фрейд З. Психоаналитические этюды. Мн. 2003.

123.Фрейд З. Психопатология обыденной жизни. СПб. 1997.

124.Фрейд З. Несколько замечаний по поводу понятия "бессознательное". Основные психологические теории в психоанализе. Мн. 2004.

125.Фрейд З. "Я" и "Оно": Труды разных лет: В 2 т. Тбилиси. 1991.

126.Фрейд З. Художник и фантазирование. М. 1995.

127.Фрейд З. Толкование сновидений. М. 2007.

128.Фрейд З. Я и Оно. М. 1990.

129.Фрейд А. Теория и практика детского психоанализа. М. 1999.

130.Фенихель О. Психоаналитическая теория неврозов. М. 2004.

131.Фортунатов А.Н. Проблемы истории телевидения: философский и культурологический подход. Курс лекций. Нижний Новгород. 2007.

132.Харрис Р. Психология массовых коммуникаций. СПб. 2001.

133.Хорни К. Собрание сочинений: В 3 т. М. 1997.

134.Хевеши М.А. Толпа, массы, политика: Ист.-филос. очерк. М. 2001.

135.Узнадзе Д. Н. Психологические исследования. М. 1966.

136.Ухтомский А. А. Избранные труды. Л. 1978.

137.Эриксон М. Гипноз: В 3 т. Харьков. 1994.

138.Эриксон Э. Г. Детство и общество. СПб. 2000.

139.Юнг К. Г. Сознание и бессознательное. СПб. 1997.

140.Юнг К. Г. Аналитическая психология. М. 1995.

141.Юнг К. Г. Архетип и символ. М. 1991.

142.Юнг К. Г. Воспоминания, сновидения, размышления. Мн. 2003.

143.Юнг К. Г. Тевистокские лекции. Аналитическая психология: ее теория и практика. М.; Киев. 1998.

144.Ясперс К. Общая психопатология. М. 1997.

145.Ясперс К., Бодрийяр Ж. Призрак толпы. М. 2007


С.А. Зелинский, июнь 2009.


No C.А.Зелинский. Современные психотехнологии манипулирования в 2Т. Том 1.


3