# Время небытия (new, 2024)

Сергей Алексеевич Зелинский

СЕРГЕЙ ЗЕЛИНСКИЙ


ВРЕМЯ НЕБЫТИЯ


2024


(C) C.А.Зелинский. Время небытия. Роман.


Текст печатается в авторской редакции.

Все права защищены. Любая часть данной книги может быть воспроизведена в любой форме только с указанием автора, Сергея Зелинского (владелец авторских прав - Сергей Алексеевич Зелинский).


Сергей Зелинский

Время небытия


"...они своими глазами смотрят, и не видят; своими ушами слышат, и не разумеют, да не обратятся, и прощены будут им грехи".

(Мк.4:12).


Аннотация

Иногда мне хотелось петь от счастья.

А порой я не понимал, что происходило.

Наверное, это судьба? Или...

Или время небытия...

Потому как поистине ты не понимаешь, что происходит, но живёшь.

Живёшь, зная, что жизнь - самое главное.


О книге

Это книга отчасти обо мне и о времени. Равно как ни о ком из нас, - ни обо мне, ни о времени.

Как всегда, книга-ребус, книга-загадка, книга, являющаяся продолжением нового жанра, открытого автором - философской прозы. (Философско-психологической, как было вначале. Но "а" упало, "б" пропало...)

Хотя отчасти всё новое - хорошо забытое старое...


Предисловие-1

Жизнь почти то останавливаясь, то не останавливаясь, бежала по слепой плоскости бытия.

И она была нисколько не подчинена никакому ритму.

Казалось, когда нужно замедлить ход, а то и вовсе остановиться - она пускалась словно наутёк.

А когда надо было пуститься чуть ли не в пляс быстрого бега - замедляла движения.

И видимо в этом во всём просчитывался какой-то свой мудреный ход. Потому как первое время я и не знал, как мне на всё реагировать.

Ну а потом научился.

Надеюсь, что научитесь и вы.

Я научу вас.

Каждого из вас.

И это правда.


Предисловие-2

Вероятней всего, это моя одна из последних книг.

Книг философской прозы, как я назвал эту серию уже и не помню во сколько - то ли в пятьдесят, то ли в семьдесят книг.

А то может их число дойдёт и до ста и свыше.

Но это правильно. Как правильно то, что я об этом говорю, так и правильно то, что я вообще думаю да размышляю о подобном.

Потому как творцу есть ведь одна дорога - творить. А остальное всё - от лукавого.

И это поистине есть правда.

Согласитесь


Предисловие-3

Писал фактически на силе духа. Ведь иногда жизненные обстоятельства выкидывают перед нами всё новые коленца. И когда ты действительно хочешь что-то понять - перед тобой почти одновременно и встаёт, и расступается разум земли. А всё то, к чему ты всё это время лишь только безропотно шёл - уходит, исчезая, в небытиё.

И это правда.


Пролог

Фактически я начинал жизнь, и при этом жизнь продолжал.

Мне надо было что-то описывать, но на что может походить описание собственных мыслей.

Ведь читая это - каждый может размышлять о себе, видеть себя, - видеть точно также и другого, и размышлять о чём угодно.

Главное - сам процесс.

А человек всё равно в большинстве своём думает о себе...


Часть 1

## Глава 1


Мне почти неумолимо в чём-то хотелось признаться самому себе.

Но вот только в чём и о чём именно - я не знал.

Да и даже понимая это - всё равно продолжал думать о чём-то своём.

Впрочем, как, вероятно, и вы...


## Глава 2


Иногда я погружался в какую-то плоскость то ли бесконечной радости бытия, то порой столь же необъяснимого страдания.

При этом желательно так бы выходило, чтобы само "страдание" не ведало что оно таковое. Тогда как нечто, что напоминало бы картину бытия - сливалось бы во всём своём многообразии какого-то иной раз до боли удивительности праздника. И чтобы какой это был праздник - точно также никто бы не знал. Ну не понимал и всё. Так ведь тоже возможно?


## Глава 3


- Ты словно сам не свой сидишь, выуживая из себя строчки, и полагаешь так и должно быть?

- Полагаю да.

- А, так ты ещё и уверен в себе.

- Более чем.

- Хорошо.

- Что?

- Хорошо, говорю.

- То есть тебе это нравится.

- Очень.

- А зачем же тогда спрашиваешь.

- Ну, не спрашиваю, а наезжаю.

- ?

- Нравится всё, что ты делаешь.

- А?!


## Глава 4


И фактически получается, что имеете вы условную модель существования мира (мира вашего внутреннего - в проекции к миру внешнему), и всё, что ещё должно быть - в лучшем случае простирается вдаль границ вашего бытия, а в другом случае - бытия внешнего.

То есть фактически это всё суть едино, суть одно и то же. И при этом, что может быть, по сути, лучше всего того, что попросту выплеснуть то, что доселе скрывается внутри вас - на бумагу.

Сначала на бумагу, а после в ад, - вы скажете, - а на деле ничего подобного ведь и нет.


## Глава 5


Иногда я допускал, что совсем ничего менять не надо.

Исходил я от того, что ничего менять не надо попросту и по факту.

И это так, и это правда.


## Глава 6


Обязательное понимание (сродни непониманию) придёт всегда и везде, и вместе с тобой поистине заиграет своими красками время. Да так, что и кажется будто бы что-то ещё, а на деле - нет, на деле случится и вовсе удивительное, и загадочное. Так, что станет петь душа. А сам по себе праздник радости будет такой загадочный и прекрасный, что словно бы и не надо уже никак иначе, как только так, только так, только... Так...


## Глава 7


Иной раз было меня не остановить. Я писал со скоростью ветра.

И это была не моя заслуга, конечно, а свыше, Господа Бога, - потому что диктовал он - а я записывал.

Я всего лишь записывал - и это было действительно так.

И это было, должно быть, самое чудесное, что только быть могло.


Да и было, по сути, да и было...


## Глава 8


Поистине, не всегда становилось к пониманию всё или многое.

Но вот когда перед вами возникает действительно титанический труд (в том числе и труд собственной мысли), тогда вы отчасти начинаете понимать, а в большинстве случаев уже и знаете, что всё это есть великой воды таинство.

Да ещё быть может такое, которое и останется с вами, собственно говоря, на века.

На века...


## Глава 9


Память имеет удивительнейшее свойство забывать саму себя.

И это как минимум печально.

А как максимум можно и не обращать на это внимание, а наоборот, ещё больше стремиться получать информацию.

А для чего?

Дабы в итоге стать очень счастливым.


## Глава 10


Живёт в человеке страх. Но отчего вы полагаете, что он действительно должен жить. Да, можно сказать, что страх относится к состоянию психики человека, и будто бы так и действительно надо, потому как исторически, мол, и Фрейд и Зелинский много писали на эту тему, но тут вот всё-таки я бы сказал что, и тот же Зелинский в своей Матрице Повреждения не раз отмечал, что страх-то страхом, и матрица повреждения существует, но важен какой человек сам себе запустит код активации, как сработает эта его сознательно бессознательная саморегуляция, какую не только маску (вымышленный образ) он на себя наденет, но и он ведь способен спрограммировать и за - и против, и плюс - и минус, и про - и контра - и здесь как раз самому человеку решать. Самому - решать-то.


## Глава 11


Иногда мне становилось до необъяснимости любопытно наблюдать в том числе и труды своего труда. Скажем...

Скажем происходят такие моменты, когда и вовсе что-то происходит не так как, скажем, то предполагалось как будто бы раньше.

Но скажите тогда, что такое это раньше - в сравнении с тем, кто будет потом, или тем, что происходит сейчас.

Понятно ведь, что всё это есть совершеннейшее ничто, потому как просто программа знаний зачастую построена таким образом, что мы ими овладеваем или не овладеваем, и всё. А значит то, к чему (в том числе и сейчас) стремится наша душа - есть фактически совсем ничто - относительно времени. (Время, как мы понимаем, включает любого рода как парадигмы правды, так и инсинуации разума.)


## Глава 12


Опасаясь погубить самое главное, мы отчасти тем не менее стремимся погубить сами себя.

И пусть это не правда, и пусть это ошибка, и пусть это покажется каким-то затуманенным бредом - тем не менее мы ведь всё равно - рано или поздно (дефис можно не ставить так часто как скобки - и всё это вместе отрегулировать, хотя...), потому что мне это по-своему ведь действительно нравится. Нравится, вернее, не только нравится, но и предоставляет, по сути, свои права на постижение правды, - тире, - истины.


## Глава 12


Вполне возможно, что само по себе сознание, конечно, нет-нет, да и сыграет какую-то (свою) ключевую роль во всём.

Но вот при этом периодически запутывает меня мысль о том, что ведь не всё есть правда, а то, что как будто кажется правдой - далеко ещё не истина. И подобное, согласитесь, по-своему и очаровательно и прекрасно, тем более что на самом деле ни о чём подобном Блок (при чём тут Блок) не писал, и тем более ни Достоевский, ни Фет, ни Рахманинов (последний вообще больше играл, хотя и, конечно, после потом записывал партитуры - чтобы могли играть другие).


## Глава 13


Что говорить, иногда мне казалось, что писать действительно странно.

Ну, то есть, не то что я допускал существование какой-нибудь ошибки, отнюдь нет; но почти всегда искренне верил, что счастье не за горами. (Хотя вот всегда было интересно, если люди живут в горах - они, получается, книг не читают.)


## Глава 14


Жизнь - это ночь, а ночь - это день, и в такой парадигме истины мы живём.

Ну или существуем.

Существуем порой до того момента, пока не находится кто-то, кто напрочь опровергает все ходы - выходы.

Быть может этот "кто-то" - Вы?!


## Глава 15


Хорошо и спокойно, когда поистине случается некое чудо.

Чудо - это то, что может касаться всего, за исключением, быть может, самого главного.

Но вот что это самое главное - никто не знает.

Даже не догадывается.

Быть может не задумывается даже.

Ну хотя бы потому, что случается, что происходит великая пустота. Та самая, которой всем нам так недоставало, и существование которой даёт всем нам поистине вечность мыслей и всего, всего, всего...


## Глава 16


Фактически я понимал, что в той или иной модели повествования перед нами явно напрашивается нечто на удивление и привлекательное, и интересное.

И это как раз было то, чего всем нам так или иначе недоставало.

Ведь как ни крути, как раз именно это всё, вероятней всего, и была та самая истина, которой всем нам так недоставало.


## Глава 17


Истина, а может быть и истинная правда.


## Глава 18


Конечно, можно было говорить о чём угодно, и сама судьба, казалось, благоволила, но он (он - это я) предпочитал всё-таки оставаться наедине с собой, наедине со своими мыслями.

И когда нечто подобное становилось возможно к какому-то проявлению - почти тотчас же вспыхивало нечто до боли удивительности прекрасное, когда почти всё разом становилось на круги своя и вообще - было понятно, ясно, чётко, возможно. И даже...

И даже, вероятней всего, так всё ведь это и было.

А иначе к чему тогда было бы всё - если оно, словно априори, непонятно и даже - и даже необъяснимо.

Ведь именно так начинает казаться уже всё.

И это так.


## Глава 19


Тем не менее, несмотря на кажущимися такими явными откровения, всё равно нет-нет, да и возникают вопросы какого-то особого характера. Вопросы, которые вроде как и не объяснить, и не понять - так чтобы сразу.

И при этом часто как раз именно в этих вопросах скрывается само человеческое правило бытия.

Само правило - этого бытия.

Само, быть может, даже понимание.

И когда подобное происходит, почти тотчас же всё становится и действительно - и понятно, и объяснимо, и действительно ясно.

Ну а иначе, по сути, ведь и быть никак невозможно.

Согласитесь, это так.


## Глава 20


Стеснённые обстоятельства земного бытия словно сами вынуждали говорить или делать то-то и то-то.

При этом когда я было заикнулся о чём-то, передо мной явно вспыхнула стена какого-то то ли глупого равнодушия, то ли тупого непонимания.

И то и другое явно свидетельствовало о сверхограниченных способностях абонента и пришлось его сменить на другой.

Другой оказался такой же, - и так повторялось много раз, пока понял я, что меня не стоит учить столь глупо. А модно просто - используя служебное положение (гипноз, коим я владел в совершенстве) внушить просто иную информацию.

Это удалось и с тех поря всё стало идеально хорошо и даже отлично.

Аминь.

Да будет так.

Amen.


## Глава 21


Когда я смотрел на окружающий мир, мне очень важно было не сойти с ума.

Отчасти ведь так и было.

Я стремился ещё как будто что-то успеть, а уже понимал, что фактически подобное ушло куда-то вдаль вечную.

И так, что уже словно бы и не поймаешь это.

Ну так, разве что, если только уловить частичкой разума что-то такое, после чего отчасти и вовсе становится непонятно и необъяснимо ничто.

Ну так уж выходило...


## Глава 22


Не знаю. Иногда создавалось впечатление, что я ошибался.

Но так было раньше.

Я уже давно убедил себя, что всё делаю правильно и верно.

А вопрос: так ли всё правильно и верно - скорей всего относится к чему-то отчасти необъяснимому, отчасти важному и значимому.

Но на деле кто на самом деле знает, что в действительности да как...


## Глава 23


Понятно, что я продолжал верить в своё предназначение.

Если бы каждый верил в своё предназначение - думаю, он брал бы ответственность за совершаемые поступки на себя (не возлагая их на кого-то, в том числе и на Бога - якобы провидение Божие).

А если есть ответственность - то значит есть и результат того, что свершается, поистине, настоящее счастье.

Счастье, в том числе, и понимания, и осмысления бытия.

Счастья совершения той радости, которая называется не иначе как радость жизни.

Да и как может быть иначе.

Да и разве может быть, как -то иначе.


## Глава 24


Сама по себе жизнь, конечно же, скорее походила на праздник.

На тот удивительный праздник души, свет от которого поистине струится и радует всё вокруг.

Но, тогда уже, стоит заметить, что и это ещё далеко не всё, просто потому что в действительности всё что нужно - всегда, большей частью, фрагментарно и нелепо больше, нежели чем это вообще допустимо и возможно. А потому, вероятней всего, предстоит ещё достаточно многое, что только возможно, чтобы было. Чтобы было то, что так или иначе происходило бы и казалось важным, нужным, и необходимым. Да-да, именно необходимым. И вот насколько подобное и действительно является таковым в действительности или же только кажется - вот здесь скорей всего вопрос как всегда открытый. По крайней мере точно, что мы не знаем, как и что делать - а знает как всегда только господь Бог. Но и Он будет столь явно противоречив, потому как действительность порой обманывает кого угодно, даже властителей и создателей мира. И это по-своему удивительно, конечно, и правильно.

И что наверняка - непредсказуемо чудесно.


## Глава 25


Когда я задумывался над тем, что происходило, казалось, меня защищал сам бог. Бог, который внимал сверху, понимая что-то про себя, и позволяя допускать ещё больше, но он всё время защищал, заставляя меня (и уберегая тем самым) следовать какому-то своему собственному плану судьбы.

Не скажу, чтобы я сразу это понял - но понял. И понял даже не с годами, а тогда, когда действительно пришло время.

После чего мне стало как-то относительно легко и спокойно действовать и жить.

И даже, когда ситуация иной раз менялась - и порой самым удивительнейшим образом - я всё равно продолжал следовать единожды заданным курсом. Курсом справедливости и счастья. Курсом того, что ещё только становится когда-либо возможно, и при этом практически не выходит за рамки всего того представления, которое только есть. Существует. Будет существовать. Станет возможным. Да и вообще - всего того, что, быть может, и называется - и судьбой, и жизнью.

Да ещё, вероятно, долей той истины, которая и существует вместе с нами, и является главенствующей (также вместе с нами).

Ну а с другой стороны - почему бы и нет?


## Глава 26


Я понимал, что фактическое желание остановиться - означало ни что иное, как возможность, как минимум, замедлить происходящий процесс того самого бытия, которого так, подчас, нам всем недостаёт.

И при этом, совсем ведь не важно то, что это всё происходит в действительности и на самом деле, потому как если и становятся допустимыми и загадочными мысли судьбы, то они невольно случаются и происходят уже как бы сами собой.

Ну хотя бы потому, что всё это не иначе как есть судьба.

Та самая, подчас ведь и действительно та самая, без которой невозможно было существовать раньше, и почти наверняка будет затруднительно существовать после. Просто потому, что это так.


## Глава 27


Фактическое счастье зиждилось практически и вовсе на необъяснимых, на первый взгляд, границах бытия.

Ну разве что создавалось впечатление что всё это очень и очень нравилось, и было действительно правильным.

Ну а с другой стороны, почему бы и нет.


## Глава 28


Сама по себе истина - по сути, ещё не есть правда.

Вот только мне порой, очень хотелось добиться какой-то своей - и часто непонятной другим - справедливости.

И пусть я пока не знал, какой она должна быть, но то, что я пребывал на правильном пути - догадывался.

Да и всячески стремился, по сути, к этому.


## Глава 29


Находиться и пребывать мне хотелось только среди правды. Но если эта правда на каком-то этапе бытия замешкалась бы, не ведая, что творится да происходит, я бы, вероятней всего, просто продолжил бы путь дальше. Ведь, по большому счёту, какая особая разница, что да как происходит. Иногда ведь это и не играет никакого особенного значения. Ну, разве что, становится вдруг удивительно-прекрасен окружающий мир. А всё то, что наполняло вас частичками счастья - рассеивается и ложится крупицами бытия уже, получается, на самого тебя.

Да и не только на тебя, но и на твоих близких.

На тех, кто тебя окружает.


## Глава 30


Понимание истины - ещё не есть правда. И чем дольше я когда-то стремился постичь это, тем больше, вероятней всего, ожидало бы меня разочарование. Если бы только не предположил я о том, что в действительности происходит вокруг. Понимаете?


## Глава 31


Если хоть иногда не выходить за границы бытия - то перед тобой нет-нет, да и возникнет та, иной раз, удивительная истина, которая зовётся правдой.

Ну не той правдой, которая действительно есть и существует в реальности, а скорее некоторым аналогом её. Тогда как то, без чего порой и вовсе невозможно существование - затеряется где-то вдали.

Но покинет тебя не навсегда, а лишь для того, чтобы после появиться вновь. Появиться и... И, вероятно, уйти, конечно.

Но вот уход этот совсем не будет походить на уход в никуда. И, равно как и приходила правда неспроста, станет это всё определённого рода знаковой истиной. И полагаю, что никак иначе.


## Глава 32


Чем больше я погружался вглубь и расширялся вдаль, тем больше я понимал, что фактически можно (и надо - или да надо ли - надо, надо) значительно сузить общий охват - за счёт того, что будет всё компактно изложено (этак на сто томов по тысяче страниц тоже ведь компактно, ну или томов сто пятьдесят даже или двести), но важно, что всё в едином месте и структурировано.


## Глава 33


А я ведь, по большому счёту, этак и не особенно стремился....

Впрочем, прерву сам себя, ибо я на самом деле стремился. Стремился, и не считаю это чем-то плохим или неправильным. Скучно отчасти, но и эта скука лишь повод для моей перезагрузки и не иначе как. Потому что в действительности всё ведь очень и очень удивительно и прекрасно. Да и даже отчасти неправильно, что тут говорить, о чём тут говорить...


## Глава 34


Иногда становится тебе как будто и понятно, и объяснимо-приятно всё происходящее.

Но почти наверняка, что всё это лишь ненужное, отчасти, мгновение разума.

И когда оно поистине затухает, то случается перед тобой то удивительное нечто, чего, должно быть, никогда и не существовало даже. По крайней мере точно, что ты сам не имел доселе о том никакого представления. Разве что, - за малым почти что исключением, - того, что ты и сам считал, полагая, что это так, счастьем.

(Но вот может покажется удивительным, что ни радости, ни истины как таковой в единственном роде не существует. У каждого они свои. Вот в чём вопрос-то.)

Да и ответ, пожалуй, да и ответ...


## Глава 35


Иногда кажется туманным и прошлым всё это небытиё.

И отчасти даже создаётся невольное впечатление, что всего "чтобы такого" можно было избежать хотя бы потому, что истина как таковая порой действительно зиждется на чём-то важном, честном и правильном. И ведь отчасти это и была истина. Пусть несуразная, странная поди даже, но это всё была как раз именно твоя истина, и ей необходимо было дорожить.


## Глава 36


Иногда казалось, что истина словно однозначно вспыхивает да переливается всеми кругами - то ли радуги, то ли ада - и после оказывается отчасти удивительно, конечно, это всё, а отчасти и непонятно и, быть может, даже занимательно.

И при этом очень часто выходило так, что ничто человеческое, как говорится, не чуждо (изъезженная фраза, зарёкся не употреблять, но раз до сих пор ещё не исчезла из обихода - возможно можно). В любом случае всё то, без чего ещё недавно словно и непонятно и необъяснимо было всё - поистине откладывает свой отпечаток на всё и вся. На всё и вся.

Аминь.

Ну или по традиционному - во всех наших предыдущих книгах мы говорили - amen.


## Глава 37


Я не думаю, что следует успевать поистине всё. Тем более очень часто я даже не знаю, что мне надо успеть. Жизнь в последнее время стала расставлять какие-то свои удивительные ловушки на пути постижения бытия. И когда становится прекрасно - это всё ещё далеко ведь не совсем так. Ну хотя бы от того, что то, что прекрасно - ещё далеко не ясно... В общем, прервусь, не ясно всё или многое. И должно быть необходимо просто следовать какому-то особого рода ритму жизни. Чтобы становилось понятно, что происходит. (Чтобы становилось как минимум понятно - что происходит.)


## Глава 38


Фактическое понимание истины простирается, конечно, заметно дольше всего и вся. Но если только предположить, что всё, что могло быть - ещё не было, а то, чего не было - появилось, вероятней всего и тогда случаются какие-то удивительные события, фактически быть может и не имеющие отношения к правде - но эту правду представляющие.


## Глава 39


Почему-то сейчас, именно сейчас, даст бог воскреснуть вся прямота подсознания - и явиться поистине чудо разума.

Да ещё такое, с чем нам всем придется жить.


## Глава 40


Порой я писал не о том, что нужно.

Иной раз и вовсе ни о чём не писал.

И, по сути, совсем не знал я происходящего. Вероятней всего, это был какой-то заплутавший разум.


## Глава 41


А иногда (очень часто) подучается так, что в жизни мы словно бы одни (скромные и отчасти показушно ленивые), а на деле (бессознательно, - и что проявляется только при письме - письме самим себе или письме другу - письма на общественность ведь не пишутся), мы являем именно свой образ, который есть у нас - и тогда вот - часто уже после нашей смерти - узнаётся всё и вся...

Впрочем, что там будет - мы ведь, как Пушкин, Лермонтов, Гоголь, Набоков, Бунин, Толстой, Чехов, и etc - мы ведь не знаем....

(О чём пишу - понятно ведь? Надеюсь!)


## Глава 42


Мне иногда казалось, что отчасти не совсем правда, если так мягко сказать, говорили попы про всё небытие. (Да ведь, к сожалению, не только попы, отчего последние словно несут кару небесную - ироды-и извращенцев мальчиков-любы, зачем), зачем ты господи открыл мне такую правду, ведь как миллионы других собратьев моих (тупых иродов), мог бы не знать и не верить и не согрешать (а, веря, мы ведь отчасти и согрешаем - вопрос философский, но ведь ничто не мешает нам и философски обосновать - или в спор вступить с каким невеждой - но только там уж до конца, или жизнь или смерть - хочет жить - пусть отпишет на кого-нибудь всё движимое и недвижимое имущество, почти как у Дон Кихота, аминь.


## Глава 43


Отчего-то - единожды - по ошибке я нажал высший разум - и с тех пор словно надо мной он стелется...

Прошу включить это в протокол.


## Глава 44


Иногда нападало на меня какое-то болезненное состояние собственной правоты (я вообще всегда был за правду, а тут нечто усиливалось почти до хаоса), и становилось тогда всё почти одновременно и понятно, и поправимо, и даже значимо, вероятно, что даже значимо.

Но вот не всегда получалось так, что приходилось действительно играть в игры разума. Тем более что иногда в них можно было ведь и проиграть. Да и сама игра как таковая, как говорится, не есть хорошо. Просто может выдаться так, что начнётся какое-либо непонимание и пиши-пропало. Ну даже если и не пиши... И даже если не пропало... А, впрочем, пиши не пиши - итог ведь практически един.

И тогда вот вы (вы, я, он, она, мы) начинаем задумываться: а почему это так? И нельзя ли что-либо изменить? И почему оказывается, что... (А вот потому что и всё. Аминь.)


## Глава 45


Каким-то образом я стремился успеть. Не сказать, что успеть всё, хотя безусловно я стремился к подобного рода комбинациям разума - напоминающими скорее инсинуации разума, вот в чём вопрос. Ну а когда случалось что-то иное - перед нами поистине вспыхивало такое же нечто - из того, чего в жизни быть может и не бывает вовсе - или от слова "совсем". (Хотя "совсем" видимо, как раз всё-таки бывает. Ну или как минимум случается. И ведь согласитесь - это всё так и есть. Даже справедливее сказать, что так - и никак иначе. Ведь так можно? Можно. Можно - и почти одновременно с этим нельзя. Тоже любопытно, не правда ли...


## Глава 46


Я понимал, что жизнь продолжалась в каком-то своём особом ключе. Ключе той истины, за которой скрывалась правда. Истины, без которой может нам и вовсе не нужно было бы жить. Истины, которая в иных случаях очень походила и на ложь. По крайней мере напоминала что-то такое, что одновременно не было ни правдой, ни ложью, а как сказал бы Гоголь, было и вовсе неизвестно чем - так себе, ни то ни сё, ни в городе Богдан, ни в селе Селифан, как у бессмертного классика.


## Глава 47


Иногда надо быть не на порядок, а на несколько порядков (как минимум) выше других. Вот в чём вопрос. А переигрывать научиться не силой - и умом. Да ещё не просто умом - а юмором. Когда невольный оппонент (сам, впрочем, пожелавший стать таковым) разом становится клоуном в глазах, в том числе, и своих соратников. Вот это ведь поистине высшее искусство.


## Глава 48


Это всегда или почти всегда было правдой. Той самой правдой, за которой скрывалась сама по себе истина или быть может даже понимание её - но это факт, а любой факт нам нельзя умалчивать.

И это так.


## Глава 49


Само по себе понимание истины часто походит на правду, но почти наверняка, - совсем уж таковой не является.

И при этом почти точно также это всё является чем-то до боли удивительности приятным. Тем, без чего, должно быть, нам невозможно жить.

И тем, что само по себе является истиной.


## Глава 50


Иногда живёшь ты для истории, а порой принадлежишь себе.


## Глава 51


Отчасти я понимал, что вся жизнь есть незримое преодоление самого себя, преодоление трудностей и всего того тяжёлого, что сопровождает жизнь человека. И это, к сожалению, правда. Жизнь страдание. И поистине самое счастливое время, когда мы уходим. Но вот сам уходить никто не хочет. Хочет жить - в тайной надежде что сможет всё исправить и найдёт истину хотя в рамках собственной судьбы.


## Глава 52


Хотелось, конечно, как можно больше понимать, знать, верить, - верить и знать, понимать и верить, слова не так важны, как музыка, исходящая от них, музыка слов, музыка, снимающая какие-то моменты бытия - и при этом поразительно как становилось лёгшее после изливания всего этого на бумагу. Вы словно исцеляетесь от кошмара, которым проникнуто человечество, и вы точно также исцеляете свою душу, очищая подсознание от накопившегося всего и вся.


## Глава 53


Гармония души, и, вероятно, гармония тела, есть, по сути, то немногое, что ещё может так вполне одолевать меня, обуревая и страстями, и мыслями.


## Глава 54


Почти непременно верно и правильно стремился я всё делать, и во всём этом, вероятней всего, заключалась какая-то особого рода идея фикс (ну или что-то около того).

По крайней мере это было всё правда и даже великая правда да истина. Аминь.


## Глава 55


А ещё я стремился оставить после себя много интересных сочинений, чем, собственно, и занимался. И написание их перемешивалось с чтением книг (с помощью бумажного, электронного, и аудионосителей) и занятием спортом (как лично себя, так и других, ведь мою работу тренером на протяжении уже более тридцати трёх лет никто не отменял.)


## Глава 56


Я, конечно же, практически с точностью до наоборот стремился описать происходящее. И оно меня иногда очень-очень даже обманывало. Да ещё так, что уже словно бы и не было чего-то такого, чего быть может и не было никогда. Ну или было, но было это не важно, не нужно, не правильно. А то и по-своему даже радовало и не понимало, не объясняло, не угадывало даже. А то и было каким-то затуманенным и быть может даже удивительным.


## Глава 57


Часто думать мы начинаем не о том, а после, - и зачастую как раз именно это оказывается для нас удивительно-полезным и даже отчасти чем-то правильным (быть может даже очень правильным). По крайней мере почти наверняка, что всё, что происходит с нами - есть как минимум плод нашей фантазии, а то и особого рода беспокойства. И почти наверняка, что ничего подобного ранее с нами не было, а потому на всё (и это касается в любые наши годы) можно смотреть с позиции действительно интереса, и интереса отчасти даже необычайного. А почти всё, о чём мы говорим сейчас - забудется уже через несколько дней, и тем более лет, десяток лет, точнее через десяток лет быть может и такого разговора вообще не было, скажет основное большинство, и это так, таково свойство памяти, но у кого-то безусловно останется, потому как именно эти события вызвали так называемое очаговое возбуждение в коре головного мозга, доминанта Ухтомского, после чего запомнилось что-то навсегда (ну или почти навсегда, учитывая, что после может более сильное эмоциональное событие вытеснить предыдущее).


## Глава 58


Я очень всех люблю, а потому не пишу поимённо, но просто опишу общую ситуацию и как можно кратко (по-моему, Ницше говорил, что нужно писать так, чтобы Вас понял одновременно и ребёнок, и доктор философии, а Шопенгауэр чуть раньше писал, что всё ваше сочинение должно заключаться в одном предложении - по крайней мере так он писал в своём программном произведении: "Мир как воля и представление", а Шопенгауэр и Ницше это всё-таки мои исторические учителя, помимо Фрейда, Кафки, Пушкина, Достоевского, Монтеня, Льва Толстого, Воннегута, Набокова, Гоголя, Есенина, Бродского, Маяковского, Высоцкого, Чехова и etc.)

Так вот, ушла мысль о чём писал вначале - ибо я рад тому, что в конце.


## Глава 59


Как будто ещё когда начал ты это понимание и дошёл было до определённого момента в поиске истины да попыток узнать правду бытия, а после даже не то что сбился с пути, нисколько, просто сама судьба, видя такое твоё рвение - раскрывала для тебя новые стези этой самой истины, давая несколько направлений и порой значительно расширяя горизонт всего и вся в сравнении с тобой же, но тобой прошлым. После чего становилось легко и свободно на душе, и очень понятно и столь де душевно комфортно в психике. Ну а сам мир вдруг преображался великими открытиями некогда тайн бытия. Отчего тебе становилось и действительно очень легко и свободно.


## Глава 60


Сама по себе истина как всегда зиждется на правде.

Но вот всегда отчаянно хочется постигнуть всё то, что переходило сверх сознания. И там, в тишине, поистине наслаждаться временем. Вы понимаете о чём я?


## Глава 61


- Всегда так хотелось вскричать, что я Вас понимаю.

- Меня?

- Тебя.

- Спасибо.


## Глава 62


Диалоги о пройденном не всегда что-то важное и правильное, но почти наверняка это тот конгломерат разума, без которого и жизнь, по сути, не жизнь, а то ли отчуждение какое-то, то ли непонятная да необъяснимая мечта о самой жизни.


## Глава 63


Я долго писал в стол.

Фактически я всё равно продолжаю писать в стол, несмотря на издание более двух сотен книг, ведь написано почти в два раза больше.


## Глава 64


Когда мне было десять-одиннадцать лет, на такси, в котором мы ехали (мне одиннадцать, брату восемь, маме тридцать семь), напала банда пьяных молодчиков, таксист дал газу, несколько метров протащил их по асфальту (они уцепились за ручку с разных сторон тогдашней "Волги"), с тех пор у меня в который раз сошлись звёзды что нужно тренироваться, быть может потому в итоге и стал чемпионом и вице-чемпионом мира и воспитал трёх чемпионов мира и больше семидесяти чемпионов и призёров России и несколько сотен тысяч тех, кто тренировался для себя и после разлетелся по всему миру.


## Глава 65


- В сознании всё словно бытиё

- Отчасти и волна придёт как память

- А вы всё также, впрочем, всё равно

- Лишь только бы отчизну не изгадить.


- О чём, теряется вся нить

- Невольного всё наше разговора?

- Ну да и правду, правда, не открыть

-- В пылу невольного и спора


- Ну хорошо, сложить готов я шпаги в узел

И никогда их не - употреблять.

А, впрочем, Пушкин ведь убит, хорунжий!

Велика, братец, коней ты распрягать...


## Глава 66


Сейчас, крадучись словно какой разбойник, заходил я в сети собственного бессознательного, понимая, что это ведь, по сути, и есть самая что ни на есть настоящая истина. По крайней мере именно та самая, которой всё это время нам не хватало.

Да и более скажу, это вероятней всего как раз именно то, чего никак невозможно чтобы было иначе, по-другому; а почти непременно и обязательно надо было, чтобы всё было именно так. Вот ведь в чём вопрос-то.

И чем больше размышлял, да ведь даже и не размышлял, всё интуитивно приходило, мысль лилась как поток, и мне оставалось только соглашаться или не соглашаться с оным, а чаще всего я ведь соглашался, принимая во внимание что то, что идёт - идёт от бога, ибо идёт сразу в подсознание, минуя сознание и цензуру психики и откладываясь там, откуда дальше уже сам бог невольно решает - перейти когда этому в сознание твоё - а значит информация осознается человеком, или так пока до поры до времени будет пребывать в подсознании, чтобы далее случился код активации - и...


Часть 2

## Глава 1


Писать односложно - пожалуй слишком просто.

Но ведь почти наверняка я должен был (кому непонятно, но должен) был делать то, к чему у меня лежала душа, вернее, не только лежала душа, но и к чему я был предрасположен.

И я это делал.


## Глава 2


Откуда берётся страх? Вероятно, от всей той глупости искажённого бытия, когда лидирующие права берёт совесть, которая выдёргивает из подсознания поистине ужас небытия - всё то, чего не существует и существовать никогда не может быть, но что почти непременно присутствует здесь и сейчас.

Я словно часто размышлял над этим, и склонялся к мысли, что всё ведь это и действительно носило вымышленный характер. Ведь толку было вашей психике от того, что было реально в действительности - она придумывала для себя, зачастую, такие удивительные комбинации психической бинарности, что стоило только по-своему предполагать, что это было.

При том что, вероятней всего, ничего ведь и не было, кроме нашего с вами представления об этом. Бессмертный Шопенгауэр ещё правильно это заметил и обратил наше внимание пару сотен лет назад, а вот время дай бог дошло и до нас...


## Глава 3


И всё-таки мне, конечно, хотелось, пожалуй, даже очень хотелось, чтобы восторжествовала правда.

Но вот эта самая правда, замечу, была ведь всё-таки у каждого своя. А потому...

А потому и необходимо было придумать поистине уникальное и невероятное, быть может даже невероятное. И тогда...

И тогда наверняка, вдруг запляшут облака, помните?


От улыбки хмурый день светлей,

От улыбки в небе радуга проснется...

Поделись улыбкою своей,

И она к тебе не раз еще вернется.


Припев:

И тогда наверняка, вдруг запляшут облака,

И кузнечик запиликает на скрипке...

С голубого ручейка начинается река,

Ну, а дружба начинается с улыбки.

С голубого ручейка начинается река,

Ну, а дружба начинается с улыбки.


От улыбки солнечной одной

Перестанет плакать самый грустный дождик.

Сонный лес простится с тишиной

И захлопает в зеленые ладоши.


Припев:

И тогда наверняка, вдруг запляшут облака,

И кузнечик запиликает на скрипке...

С голубого ручейка начинается река,

Ну, а дружба начинается с улыбки.

С голубого ручейка начинается река,

Ну, а дружба начинается с улыбки.


От улыбки станет всем теплей -

И слону и даже маленькой улитке...

Так пускай повсюду на земле,

Будто лампочки, включаются улыбки!


Припев:

И тогда наверняка, вдруг запляшут облака,

И кузнечик запиликает на скрипке...

С голубого ручейка начинается река,

Ну, а дружба начинается с улыбки.

С голубого ручейка начинается река,

Ну, а дружба начинается с улыбки.


Песня детства, "Улыбка", слова Пляцковского на музыку Шаинского...


Ну как-то так.


## Глава 4


Интересно, понимал или не понимал я всё про себя. Отчего-то казалось, что понимал. Но тогда, понимая, допускал ли я что, что...

По одному ответу допускал. По другому - не допускал. А правда как всегда где-то посередине, - или периодически зашкаливает то в одну, то в другую сторону. И сегодня вы можете увидеть одно, а завтра уже совсем даже другое...


## Глава 5


Иногда и довольно часто просятся какие-то - отчасти быть может даже невообразимые - страдания душевные и почти наверняка - нечто отрицательное и даже может загадочное.

Но это всё поистине есть нечто необъяснимое и странное, потому как в действительности, никто из живущих не ведает как на самом деле, ибо как ни крути, всё равно все умирают, и, тогда уже, можно невольно отталкиваться конечно отчего-то, например, от того же возраста тех, кто прожил дольше, но они зачастую вели столь различную жизнь, что в качестве примера их брать также бесполезно. А потому самое разумное отбросить все эти инсинуации разума и верить только себе, зная, что как раз именно ваша жизнь уникальная и правильная, тем более существует одно незыблемое правило - как бы вы не жили - всё равно умрёте.


## Глава 6


Периодически сознание словно бы играло с нами в круги бытия.

И чем ближе как будто бы казалась правда. Тем дольше она сама пор себе отдалялась от меня. И, тогда уже, создавалось невольное беспокойство даже относительно всего и вся. Всего да вся. Всего и вся.

А когда это случалось, то почти необратимо начинало свидетельствовать о чём-то и поистине уникальном.

И это так.


## Глава 7


Отчасти вы почти одновременно и понимаете и не понимаете что происходит, и при этом чётко и верно, - практически наверняка, - знаете, что это что-то происходящее - ваше поистине всё. Ну или что-то около того, а почему нет?!


## Глава 8


Вероятностный фактор личнгостного роста как всегда уникален, беспринципен и столь же относителен. Но когда случается он, тогда и какое-то особого рода моральное спокойствие поистине разливается по твоей душе и становится тогда спокойно и хорошо.

Вопрос вот только в том, вероятно, будет ли тебе при этом душевно комфортно. Мне отчасти и было и не было, пока я почти и вовсе не забыл этого чувства, и жил просто в режиме как надо, как правильно, поняв только со временем, что это всегда означало быть на вторых ролях (в том числе и в научных открытиях), ведь как надо - означало надо кому-то - а значит этот кто-то уже и есть лидер, он, а не ты, а я так не хотел, потому... Потому я всегда изменялся. У меня ведь тридцать пять высших образований было уже к пятидесяти годам, а означало это попросту, что я всегда учился. Учился в том числе и на своих ошибках, и на ошибках других, учился - это значило, что мой мозг всё время был готов к чему-то новому и никогда не закрепощался, и не останавливался на достигнутом.


## Глава 9


Мне иногда казалось, что всё происходящее со мной, - даже в так называемом режиме "для себя", - являлось чем-то поистине отчасти уникальным, а главным образом, затуманенным какими-то нелепыми быть может представлениями мысли.


## Глава 10


Я не думаю, конечно, что всё происходящее всегда есть правда (иногда ошибается даже ложь), но порой всё (всё и вся) проходит и уходит (уходит... уходит...) неизвестно куда, а, возвращаясь (невольно и отчасти не по правилам), он (или она, они, все мы) видим поистине то невидимое правило, имя которому: "жизнь".


## Глава 11


Иногда приходило какое-то удивительное понимание всего и вся, но это всё-таки скорее всего, как мне кажется, больше видимое, чем настоящее. Помните, как у великого Шопенгауэра "вещь в себе" (раннее озвученное Кантом) и представление о вещи, мы каждый можем что-то представлять, но вопрос в том, что другой человек может представлять совсем иное чем мы, и это всё об одном и том же предмете, а потому получается, что всё не совсем точно и однозначно что происходит. Вот в чём вопрос-то.

Но мне обычно казалось одно и то же, разве что видел я обычно не то что другие, а всегда что-то своё.


## Глава 12


Каким-то образом не всегда, к сожалению, понятно всё и вся. Иной раз требуются порой парадоксальные обновления программы разума, для того (хотя бы(, чтобы этот разум существовал, и второй пункт - чтобы существовал продуктивно. Это как бы две обязательные ступени. И это всё как минимум интересно.

Я всю жизнь проводил эксперименты над собственным сознанием - тире - подсознанием, и можно сказать что считал себя по типу тех настоящих учёных, которые проводили эксперименты на себе. Когда-то маленьким мне об этом рассказала моя ныне покойная мама и вот с тех пор подобное как говорится "зашло" (явно не только попав сразу в подсознание, но и сформировав там особого рода и архетип и доминанту, а если на каком-то этапе и полу-доминанту или полу-архетип, то явно за время, минувшее с детства вошла и новая информация в подсознание, а значит случился код активации и - вспышка, инсайт, полудоминанта стала полноценной, а значит всё сошлось...)


## Глава 13


Выпивая, ты словно попадаешь в незримый, невидимый даль бытия. Чтобы после возвратиться назад, разве что, когда возвращаешься, тебе становится тяжело и больно.

И при этом всеми усилиями ты всё-таки преодолеваешь это пространство, и перед тобой явно вспыхивает истина. Фактически это та самая истины, которой всё это время тебе не хватало. Но присмотревшись, понимаешь, что она другая. Не такая как эти. Не такая как все. Собственно говоря, быть может и вовсе она иная. Но вот какая - этот поистине нелепый вопрос повисает в воздухе, чтобы после предстать какими-то порой и вовсе невероятными красками бытия. И что точно - очень сложными и забавными. И это правда.


## Глава 14


Вероятно, и понимание и не понимание и любого рода знание - всё есть суть продолжения какого-то нелепого поиска истины, к которому так или иначе стремятся все, но находят единицы, а, вероятно, помнят о том что нашли - быть может и никто, разве что ты будешь первым.

Но и это ещё не всё, потому как любого рода понимание всё равно есть ложь, ибо так может казаться одному человеку, самому себе, но это нисколько не говорит о том, что столь же понимаем оказывается и кто-то другой. Тот же самый близкий - из любых ваших близких - это фактически ещё ничто в сравнении с тем, что является на самом деле, тем, что они думают о вас, но думать это ведь, по сути, быть может и ерунда, но точно, что непонятно то, что они все хотят о вас, вот ведь в чём вопрос... Вопрос, в котором почти одновременно заключён и ответ.


## Глава 15


Вероятней всего, отодвигалось само время. Ибо порой только то, что должно быть - приходило в движение, зачастую, в такой прогрессии ко всему сущему, что быть может и поистине всё остальное способно казаться действительно устаревшим.


## Глава 16


Всё равно есть какая-то огромная и зависимость и предрешённость от всего происходящего.

Даже, своего рода, предсказуемость.

И на удивление - оно почти одновременно и понятно, - и нет.


## Глава 17


Чем старше я становился, тем больше и чётче была зависимость от судьбы.

Удивительно, конечно, но факт оставался фактом.

И даже более того, подобный факт всё явнее и явнее проявлялся.

И там было уже ничего не поделать.

Пожалуй, что так.


## Глава 18


Скрывать что-то невозможно. И любого рода скрывание - в итоге натыкается на то самое недопонимание, после которого поистине уже и невозможно становится что-то понять.

И это правда.


## Глава 19


Я давно ощущал, что вокруг меня происходила удивительная энергетика. Люди фактически или умирали, или болели, или расцветали и выздоравливали. И всё происходило с моей стороны исключительно бессознательно. Ибо всё ведь поистине свыше.

Свыше происходит всё то, чему вы никак и никогда не способны оказаться участником. Всё случается невольно и это есть то, что называется "по судьбе". Просто таковая жизнь. Просто такова сама по себе жизнь. И она - и законы её. И другого не дано. Аминь.


## Глава 20


Высший ранг посвящения - это как в старину, совмещение того, что после стали называть религией, с тем, что всегда называли магией. Равно как и с тем, что ещё позже стали называть наукой, раньше это всё было единым целым и называлось метафизика. Да таковым, собственно, и сейчас остаётся.


## Глава 21


Всё поистине когда-нибудь сходится и предстаёт в каком-то особого рода ключе подсознания. И не нужно писать тысячи книг - распыляясь на второстепенное, ибо лучше собрать всё в единой - как в этой - серии знаний. Аминь.

Философская проза, где будут объединены все сорок - уже шестьдесят - и будет если сто и свыше - книг - в единую серию.

Amen.


## Глава 22


Мине всё казалось каким-то поистине отчасти удивительным, одно время, а время другое - каким-то отчасти замысловатым и нелепым (то ли одно, то ли другое, то ли всё вместе).


## Глава 23


На каком-то этапе жизненного небытия мне отчего-то пришла достаточно мудрая, как сразу я понял, мысль о том, что не надо повторять собственных ошибок.

А ведь я их повторял.

Долгое время повторял.

Не сказать ведь, что раньше подобные мысли не приходили...

Но то ли не верил, то ли хотел рискнуть, и вот, по прошествии времени, пришла истина. Ну и даже не то что пришла - а уже будто бы она самоутвердилась, что ли. (Пример. Не принимаешь коньяк - а из алкоголя пил тогда я, когда пил - сейчас вовсе не пью - только коньяк или, в крайнем случае, виски, и проходит не только день, два. Но и уже неделя - пил я тогда каждый день и при этом учился, учил, тренировался, тренировал, любил и меня любили, в общем жил обычной жизнью в режиме как все или почти все - избранные, как я считал, - и вот ты живёшь так день, два. Неделю, месяц, год, несколько лет - а потом этак раз, и находится нечто (и это "нечто", конечно же, из разряда "Ничто"), что попросту разрушает твою жизнь. Да и вашу.

И ты срываешься.

Мои срывы последние годы (перед тем как бросил пить навсегда) были такими. А потом ты действительно говоришь себе стоп - и аут навсегда.

А, впрочем, никто не загадывай.


## Глава 24


Когда-то понимание какой-никакой истины - косвенно могло свидетельствовать о той самой правде, которой все эти годы нам всем фактически недоставало.

И при этом я разумеется допускал, что достаточно многое может появляться неким туманным образом - и почти столь же загадочно исчезать.

И ведь не сказать, что это правильно.

Почти совсем нет.

Но вопрос в том, что за каждой тайной скрывается это самое "почти". И это уже как минимум любопытно.

А быть может и интересно даже.


## Глава 25


Не то истина - что истинно, и не то счастье - что блестит.


## Глава 26


На первый взгляд кажущееся бесспорным понимание бытия, по сути, не есть ещё в действительности всё то, что существует (равно как и то что ещё только должно быть). Но вполне на мой взгляд ясно и понятно становится то, что, если, - зачастую трудом неимоверных усилий, что, замечу, мне не свойственно, ибо всё в действительности давалось легко и свободно, - всё-таки нет-нет, да и отвоевать истину. Ну хотя бы в рамках той парадигмы правды, - тире, - истины, - в коей всё существовало.


## Глава 27


Я давно уже перестал корректировать да всячески лингвистически упражняться, ибо перечитывая предыдущие главы понимаешь, потому как понимаю, что всё пустое, и мысль идёт как идёт.

Ну или, во-первых, (если хочется конкретики), мысль идёт как идёт, а во-вторых (должно же существовать и второе, раз было первое), всё равно, как вы (вы, я, он, она, вместе дружная...) что-то не изменяли - всё забудется тотчас же и сразу.

А по прошествии некоторого времени уже и каждого из нас (за некоторым исключением) не вспомнят.


## Глава 28


Когда когда-то, - невольно и, поистине, необъяснимо-непонятно, - приходит какое-никакое (и ты сам понимаешь, что оно никакое, потому как не объясняет всего и вся), понимание истины, если ещё даст бог приходит, то не тогда ли мы все начинаем задаваться и какими-то отчасти непонятными и необъяснимыми парадоксами бытия; и при этом знаешь почти наверняка, что пройдёт ещё какое-то время, и вовсе всё окажется совсем даже не таким, как всё это быть может и должно было бы быть. Ну или, если точнее, каким оно бы должно стать.

И это правда.


## Глава 29


Мне иногда казалось, что что-то подобное и вовсе вскоре заморозится, завершившись навеки. И при этом совсем ничто не оказывалось какой-то по-настоящему правдой. Ну хотя бы просто потому, что всё в действительности не есть так, как оно есть. А то что есть - зачастую затуманивается предрассудками бытия. И ты словно бы ещё понимаешь что-то от "А" до "Я", а в действительности уже и забыл половину словаря. (Ну или что ещё вернее, практически - как я - в совершенстве владея несколькими языками - выбираешь тот, что для тебя попроще. Который лучше знаешь. И это не всегда твой первый язык.)

(Уточнение. Каждый должен понимать в контексте удобного для себя. Кто-то понимает, как иностранные языки, кто-то понимает, как язык тела, жестов, слов, проч. Выбирайте пожалуйста.)


## Глава 30


В действительности, конечно, мало кто понимал, сколько душевных страданий приходилось мне испытывать в жизни - даже пребывая в своей, казалось бы, собственной квартире. Квартире, которая за время моего существования переходила в собственность разных лиц, и квартира, которая в итоге стала моей, потому что я заплатил поистине в три, а по некоторым позициям и в пять и даже десять раз больше, чем она того стоила.

Это моя история. И квартира на Приморском проспекте в Санкт-Петербурге - моя.


## Глава 31


Мне отчасти и горестно и неразумно было говорить о всём и вся. Разве что ежедневник карманный Питер (если нет такого - то будет, и, пожалуйста, господа, назовите его именем меня), и, тогда уже, разве что карманный ежедневник Зелинского невольно показывал мне всё и вся.

Впрочем, как и сам был когда-то Зелинский... (то бишь я - вспомнив о себе, приятно вспомнить, когда книги мои будут читать лет этак через сто-двести-триста, а может и пятьсот... Тогда, - когда настигнет (читающих) возраст понимания.)


## Глава 32


В действительности, я всё пытался, конечно же, нащупать всю ту долгожданную истину, которой, быть может, нам и не дано испытывать никогда, а может быть просто на каком-то этапе творческого бытия (и то, чтобы это бытиё не превратилось в небытие), каждый из нас - вероятно по-своему - стремился достигнуть понимания, - своего понимания истины. Понимания истины - ведущей к правде. (Если, конечно, априори предположить, что пока что истина ещё не есть правда и нужно в этом удостовериться эмпирическим путём или принять на веру; что, замечу, и в одном и в другом случае как бы более запутанно, нежели чем правдиво и правильно. Но вероятно и тогда ведь - её нужно как минимум начать искать... Даже не найти - это уже совсем будет удача. А вот найти... Это ведь всё равно что по обломкам упавшего самолёта установить причину катастрофы... Ну или по крупицам счастья - найти судьбу. Отыскать... Отыскать...)


## Глава 33


Почему-то сохранялась внутри вся та кубаноидская глупость, которая в той да иной степени вела почти всегда исключительно к какой-то нравственной и физической деградации. (Для меня всегда оставалось, - и до сих в мои уже более полувека лет остаётся загадкой, - как мои родители, и бабушки, и дедушки - а равно генералы-прадеды - оба по обеим сторонам - один от царя, второй от ВЧК-ОГПУ-НКВД- закончив в КГБ СССР, сохраняли ту огромнейшую долю интеллигентности и святого разумения происходящего, что, поистине, причисляло их исключительно к элите, а не к ничтожеству...)


## Глава 34


На каком-то, отчасти быть может ложном, восприятии бытия, вам вдруг начинает казаться, что всё и вся словно предназначены для вас, и то, что ещё как будто бы продолжает двигаться в параллели к разуму - является (почти непременно является) чем-то непонятным и необъяснимым как минимум. А на деле ведь и вовсе сухим, чёрствым и нелепым (интеллектуально... интеллектуально...); а значит (невольно значит) и всё то что происходит - является как минимум какой-то загадочной истиной. Ну а почему бы и нет?!


## Глава 35


Я держал сознание сколько мог.

И поистине оно, сознание, тогда верховодило мной.

Да и что я мог бы поделать, если, отчасти - понимал, отчасти, - допускал, отчасти, - верил - и столь же отчасти признавал, что какая-то сверхъявственная сила управляет нами - и вами, и мной, а потому...

А потому нам всем надо бы давно успокоиться, признать истину, и спокойно жить.

Впрочем, основному числу человечества (более девяносто девяти, к сожалению, процентов) ещё ведь предстоит её - истину - открыть. Тогда как семьдесят восемь процентов никто - суммарное количество со всех континентов - её никогда не откроет.

А значит так и останутся дураками.)


## Глава 36


Фактически я понимал, что так или иначе, загонял себя всеми эти кошмарами разума и ненужными страхами да волнениями. Да и, если честно сказать, всё что было вокруг - казалось скорее мне каким-то затуманено-прекрасным, нежели чем в действительности существующем.

При том что наверняка оказывалось так, что и то, что реально существовало, казалось таковым лишь отчасти, лишь в каком-либо собственном воображении.

Воображении, зачастую, нечётком, неправильном, неуместном. Да и, если разобраться, всё ведь и на самом деле, больше выглядит каким-то затуманено-прекрасным и фактически уже и действительно несуществующем.


## Глава 37


Иногда мне хотелось усмотреть, или даже увидеть, в происходящем ростки того, чем будет питаться будущее. И это ведь всегда так у всех, из того, что происходит сейчас - складывается ваше завтра. Единственно что, мало кто отдаёт отчёт в том. А потому живут как живут - а после удивляются, почему-то или иное так, или этак.


## Глава 38


Мне иногда казалось, что всё происходящее улавливалось и отображалось в каком-то своём - особого рода - ключе понимания бытия (окружающей реальности).

И чем больше создавалось впечатление что это так - тем больше возникала, в том числе, и определённого рода затуманенность событий касаемо самой жизни. Потому как жизнь...

Любая жизнь, друзья, она всегда идёт по какому-то своему определённому сценарию действительности.

Иной раз эту самую действительность и не замечая.


## Глава 39


Отчасти это можно было бы сказать, что это сама судьба - верховодит и празднует.

Но вот насколько способны оказываемся мы сами порой признаться в том и самим себе?

И не есть ли это некая - особого рода быть может даже - концептуальная ошибка, фактически разрушающая невольно всё да вся?


## Глава 40


Это ведь и поистине чудо! Чудо мысли, чудо сознания, чудо какого-то, порой, удивительного восприятия бытия - перед которым, видимо, ничто не остановится, и только, быть может, покажется, что происходит что-то и действительно: не понимаемое, и необъяснимое.

А то и вовсе затуманенное каким-то своим - собственным - взглядом на окружающий мир.


## Глава 41


На каком-то этапе (постижения) бытия - фактически заканчивается кайф. А значит и всё происходящее улавливается уже, порой, в совсем ином свете истины.

Да порой так, что сами мы как будто и не представляли что к чему да почему. И всё потому...

А вот тут поистине необъяснимые причины вмешиваются. И ещё недавно ты как будто представлял (знал... знал...), что контролируешь ситуацию, а после ап - и уже всё иное перед тобой.

И словно в чёрно-белом кино замечаешь уже всё да вся.

И ведь так поистине бывает да случается. Ну а почему бы и нет?!

Если только да, да, да.


## Глава 42


Иногда отчего-то уверенно кажется, что всё, что было иначе - происходило совсем не так как это должно было быть.

- Но тогда позвольте, - так хочется воскликнуть, - не есть ли всё происходящее лишь миф?

- Миф?

- О да, случайный миф, который столь чудесным образом...

(перебивая) - Закрался в подсознание.

(поправляя) - Скорей в сознание, (недоумённо), - а откуда Вы знаете?

- Почувствовал.

- Вы почувствовали, что я хотел сказать?

- Да (честно и открыто).

- Да?! (недоумённо)

- Вот так да-а-а... (восторженно протягивая).

- Ну а в чём Вы сомневались?

- Да, собственно, фактически ни в чём.

- Ну вот и я о том же.

- Да-а-а-а (всё также восторженно протягивает). - А вот скажите... (уточняюще) Можно задать вопрос?

- Да.

- А вот скажите пожалуйста... (выдерживает было паузу, но замечая, что невольный собеседник молчит, решает продолжить).

- Да?! (словно почувствовав это, раздаётся вопрос).

- А вот скажите, вы всегда были таким?

- Каким - "таким" - недоумённо спрашивает в духе героя Тарковского Сталкера.

- Ну вот таким?

(дальше диалог поистине уходит в бездну бессознательного и по интонациям в чём-то напоминает бессмертный кинофильм Тарковского)...


## Глава 43


Иногда события реальности как будто заполняли пространство бытия.

И в такие моменты становилось по-своему почти одинаково и удивительно относительно всего происходящего.

А то даже и нет-нет, да и оказывалось загадочно всё это.

Но вот почему так?

Невольно (и достаточно часто) задумывался я над этим, и понимал, что должно быть не всё будет ясно и понятно, но точно, что так просто истина не откроется. Хотя бы потому, что она всё-таки думает, что женщина важная и значимая, да и один раз ведь такое у неё, после того как истина откроется - уже каждый сможет "открывать" её и будет это для неё не в первый раз.

Так что в первый ей хотелось отдаться подороже.


## Глава 44


Я это понимал.

Она это понимала.

Диалектика, однако.


## Глава 45


Практически не закрывая самыми великими расцветами бытия, я приближался к пониманию лета.

Лето в моём представлении было, по сути, тем самым радостным событием традиционного отдыха, - отдыха, большей частью, психологического, - после которого поистине и всё то, что пребывало ещё в каких-то полузачаточных состояниях истины - на истины в итоге оказывались и совсем не похоже. (Ну разве что, если, когда направить дуло пистолета или нож под бок.)


## Глава 46


Иногда словно распадалось время на какие-то кубики счастья.

И в такие мгновения становилось по-своему почти одновременно и хорошо, и прекрасно.

А ещё, наверное, очень и очень как-то по-особенному целесообразно.

И вот когда образовывалось нечто такое, казалось, что словно бы и сама жизнь уже поворачивается другим боком в том числе и к нам. А то может, и мы к ней, тут как смотреть. Но почти наверняка, что это всё есть самая что ни на есть настоящая истина. Истина, не требующая подтверждений. Истина, в которой не сомневаются. Истина, которая словно бы априори всегда одна и едина. Истина, одним словом. Истина.

И вот когда появляется ощущение, что вы её нашли - проходит какое-то время и словно бы не замечаете даже как она ускользает от вас. Словно вы ещё недавно с ней говорили - и вот её уже нет. Словно она была - и её нет. Понимаете, как надо ценить мгновение, чтобы заметить все эти мельчайшие странички бытия. Всего того, что ещё быть может только кажется. Только кажется...


## Глава 47


Словно бы нет-нет, да всё время пребывало всё то нечто, что уже так или иначе двигало всех нас вперёд.

Это было и "вперёд" навстречу свершениям.

Это было и "вперёд" навстречу всему тому разуму, который каким-то чудодейственным образом почти одновременно словно препятствовал появлению жизни - и способствовал этому.

А как такое возможно, словно бы спросите вы, а на деле так ведь и всё возможно.

Да и поистине чуть ли не всё.


## Глава 48


Как удивительно менялась жизнь. Ещё всё то, на что я некогда делал ставку - ушло вдаль давнюю. А сама жизнь изменилась порой невообразимым образом. Да ещё и так, что оказалось, что это важно и нужно для меня (всё и вся), а то, что быть может и не казалось таковым - ушло уже вдаль небытия.

И ведь это правильно, согласитесь, ведь это исключительно правильно если всё происходит именно так.

Другой вопрос - если случается иначе. Но тут уже включается почти неуловимая суть (суть - помноженная отчасти на сущность, а отчасти на кантовскую так называемую "вещь в себе"), после чего уже порой и вовсе непонятно да необъяснимо, что на выходе. И ведь, согласитесь, по-своему подобное напрягает.


Главам 49

К сожалению, чем старше я становился, тем более отдалялся от людей.

И не то что, к слову, это было связано с возрастом, скорей всего просто с годами я стал понимать, что могу себе это позволить.

На всякий случай у меня было по миллиарду в нескольких валютах и в соответствующих банках мира. Доллары, евро, юани и на всякий случай рубли - на сегодняшний день поистине определяли так называемое "законодательство мод". А потому почти наверняка, что это всё было оправданно.

(Но даже если нет - у меня было ещё несколько десятков миллиардов припасено в самой надёжной валюте мира за всю последнюю как минимум трёхсотлетнюю историю). И это была да подушка безопасности, которая поможет безбедно жить не только моим детям, внукам и правнука - но и всему роду Зелинских.

Аминь.


## Глава 50


Фактическое понимание право бытия - зиждилось на том составляющем разума, который почти одновременно и был и не был в нашем сознании.

А от того- извините, но налог всегда в сто миллионов в пользу бедных. (Порой и тысячи евро достаточно.)


## Глава 51


Жизнь, казалось, шла по краю.

И чем больше было пройдено пути, тем и больше казалось, что приближается нечто поистине такое, что и сам не ведаешь.

Ну так оно и понятно, конечно, жизнь всегда новая и неизведанная, сколько бы мы не прожили. Никто ведь не проживает её дважды, а всегда только один раз.

Но вот тут в моём случае было нечто всё же видимо иное, другое, не то что сразу как будто и напрашивалось.

Да и вообще, часто создавалось такое впечатление, что сама по себе жизнь уже может даже и завершена. Но при этом в действительности конечно это было не так. Было иначе. Было быть может даже то, чего никогда раньше и предусмотреть было нельзя. Да и разве возможно что-либо взять и предусмотреть? Нет, никак невозможно. А раз так, то словно не о чём было и вовсе говорить.

Хотя говорить, конечно, было надо. Ну хотя бы потому что это было тем самым что ни на есть разумным, что оставалось. А, впрочем...

А, впрочем, разве возможно было в действительности предугадать: что оставалось? Или что было необходимо? Да и даже просто - не есть ли это своего рода тыканье пальцев небо. Гадание на кофейной гуще. Не является ли вообще такой подход слишком ложным, дабы брать его во внимание?

Не думаю...

- Не думаете?

- Да, не думаю.

- А что Вы тогда полагаете?

- Я полагаю, что тут дело совсем в ином.

- В чём же, позвольте поинтересоваться, если не секрет.

- Я думаю, что речь идёт о нечто ином.

- О чём же? Не томите пожалуйста, профессор.

- Я думаю, что просто надо нам всем иначе смотреть на все вещи вокруг. Не с позиции самого себя (принцип интроекции Вунда конечно никто не отменял, но вот если излишне раскачен мозг - то волей-неволей будем наблюдать мир мы с позиции только себя; тогда как другие будут попросту размышлять иначе, потому что...)

(радостно перебивая) - Потому что не будут догонять?

- Вот именно. Они попросту "не догоняют", как говорила моя покойная мама.

- Я так и понял. Вернее - понял теперь (поправился он; хотя "он" - это и "я", - ибо мы все звенья одной цепи - единой психики. А разговоры с самим собой, равно как и размышления - давно уже вошли в практику по крайней мере мою. Да я думаю и вашу.)

- Верно, верно.

- Так и есть?

- Так и есть.

- Ну и хорошо.


## Глава 52


Мне казалось по настоящему прекрасным всё это происходящее.

И даже тогда, когда передо мной поистине вставал этакий новый уровень постижения жизни - я всё равно нет-нет да соотносил его с тем, что уже было когда-то. И кто его знает в чью пользу ещё было всё это. Ведь наверняка что не всегда мне удавалось и выигрывать. Да и если рассудить, - этак положа руку на сердце, - меня ведь всё по-философски устраивало, потому что относился я ко всему действительно с позиций философского одобрения, - а значит и понимания жизни. Даже, можно сказать, что одобрения - тире - понимания жизни. И принятия жизни такой, какой как раз она была. А она ведь, по моему внутреннему разумению (внутреннее может отличаться от внешнего, то есть то о чём мы думаем не всегда является тем, о чём говорим, фактор опасности и отсюда эзопов язык никто не отменял, тем более не мы его изобрели), так вот жизнь как раз вполне могла отличаться от нашего представления о ней и являться как раз таковой, какой она, собственно, и была.


## Глава 53


Писать от руки, я писал от руки, и набирать текст на пишущей машинке или клавиатуре компьютера, это почти одно и то же и всё-таки отличалось. И отличия скорей всего тут гендерные, тот, кто начинал писать от руки - видит в этом суть и соль, кто телефон увидел раньше пера - мыслит по-другому. А значит и то и другое правильно.


## Глава 54


Любого рода понимание истины по сути ещё не есть правда. Но вот лишь только правда - правда, как таковая - оказывается настолько важной, нужной, необходимой - и желательной, обязательно и непременно желательной, что даже если тебе и кажется, что ты ошибся - это совсем ещё не так, просто потому что всё ещё может измениться. И измениться порой настолько, что как таковая истина (собственно, поиск её) почти тут же отойдёт на другой план, ибо перед тобой начнут открываться такие границы бытия, что. Как говорится, мама не горюй.

И это правда.

Аминь.


Часть 3

## Глава 1


Наметив основные канвы - можно переходить к вечности.


## Глава 2


И это самая разумная правда.

Аминь.


## Глава 3


Возможно иногда казалось, что нечто такое, что лишь только проплывает в неведении бытия, не тотчас же падает (хотя может и вовсе не падает) на землю, а какое-то время кружит в воздухе, обрамляя нас поистине всевышней благодатью.

И ведь подобное, согласитесь, вполне возможно. По крайней мере точно, что такое бывает. Вот разве что не каждый из нас это замечает. Но то, что каждый ждёт счастья - наверняка. Хотя и бывают, конечно же, нелепые исключения. Но они в нашем произведении не рассматриваются, словно их нет. (А ведь так часто бывает - вы можете представить, что чего-то нет и подобное напрочь забудется во всём и во вся. Ведь правда, согласитесь, такое возможно.)


## Глава 4


Порой набирать на клавишах не столь труднее, как писать от руки. Я за то, чтобы совмещать, но считаю, что, когда вы не способны писать - можно набирать (равно и наоборот). Главное, что делается единое дело.


## Глава 5


Конечно, я ставил перед собой цели и все эти цели достигал. И тогда уже вопрос больше стоял именно в постановке целей, равно как и у любого человека, который зачастую живёт своей жизнью и не знает да не ведает, что ему собственно и надо. Тогда как в душе... А особенно под градусом или в состоянии трансовой расслабленности - он точно знает, что ему надо.

Но вот уходит градус и проходит трансовая расслабленность, а потому словно всё возвращается на круги своя. Тем более что, зачастую, такой индивид и не вспомнит, что он там мысленно накуролесил. Ведь одно дело сознание - а другое подсознание. В одном помню, в другом, быть может, и не помню вовсе. Но мы с вами знаем, как учёные - что как раз именно другое - руководит первым. Именно так.


## Глава 6


Задумался сейчас о том, что необходимо просто писать. Писать, не обращая внимание на обмозговывание каких-то (достаточно сложных) парадигм поиска истины, понимая, что оно сейчас излишне.


## Глава 7


Возможно и жизнь, и судьба поистине накладывают свой незримый отпечаток на всё и вся. И, тогда уже, сама по себе жизнь уже и не представляется чем-то до боли неизведанным (и точно, что неизвестным). А когда случается то или иное (душевное) разочарование, так это ведь поистине всё-таки больше мнимо, нежели чем в действительности правдиво.

Ну да и почему бы и нет?!

Тем более если только да.


## Глава 8


Порой мне хотелось скрыть всё ото всех.

Но в действительности я наоборот всё выставлял наружу.

Я ведь честный человек. В честности вся правда жизни.


## Глава 9


Иногда мои книги напоминают мемуары. Но мемуары кого? Себя? Ну так если бы себя, я бы, пожалуй, так и назвал бы их - мемуары. А всё то, что я пишу, скорей исповедь. (Заметьте, всё что пишу, но я не написал о всё то, о чём пишу.)

Влияние Витгенштейна заметил (и сохранил в уме.) Ну да хоть будет какое-то разнообразие, а то всё Шопенгауэр и Шопенгауэр...


## Глава 10


Фактор истинности, конечно же, вразумлялся какими-то порой до боли удивительными моментами то ли бытия, то ли правды истины.

А значит и всё то, о чём ещё только могла идти речь - приходило в какое-то очень необъяснимое (и точно, что непонятное) обоснование всего и вся.

И это порой лишь только одна сторона медали... Тогда как другая...


## Глава 11


По сути, мне, конечно же, хотелось быть всегда понятным и услышанным. Но с другой стороны, подобное зависит от нас самих. А потому как раз именно в умении объяснять я находил, вероятней всего, всё да вся. (Хотя и понятно, что было ещё очень и очень многое, включая, конечно же, высший разум так называемого общественного коллективного бессознательного, когда разом мы имеем доступ ко всему человечеству. Своего рода коллективное бессознательное, но если оно отождествляет собой просто всё и вся - то в общественное (коллективное) бессознательное я вкладываю коллективную сущность, после которой поистине всё становится на круги своя - ибо понимание приходит колоссальное (вследствие той информации, которая открытыми потоками поступаем в моё подсознание и оттуда, соответственно, в сознание.)


## Глава 12


Фактически вся жизнь проходит как вспышка видимости рая. То ли помнишь, то ли нет, но сам уже в могиле и додумывают за тебя.


## Глава 13


Мне, конечно же, очень хотелось, чтобы всё шло в несколько ином ключе. Да и, думаю, что не только мне. Но обстоятельства жизни сами невольно расставляют всё так - что происходит именно так. (А всё, что напоминает "иначе" - кажется уже столь поверхностным и отстранённым, что словно и сбываться никогда не должно.)

И это правда.


## Глава 14


И для меня ведь действительно необъяснимо и непонятно было всё, что происходит. И даже когда я, казалось, прилагал неимоверные усилия, оставалось всё на своих местах. А если и сдвигалось - после возвращалось на круги своя.


## Глава 15


Быть может его и действительно всегда осознание бытия уходит поистине вдаль бесконечную.

Но если предполагать, что когда-нибудь всё это вернётся - то тогда, пожалуй, что и ничего, по сути, не происходит. Так, лишь какой-то случайный корабль вдруг забредёт совсем не туда...


## Глава 16


Почти уводимая из сознания истина порой и действительно там не задерживалась; и лишь только когда перед ней вспыхивало какое-то - по сути - неотвратимое счастье, тогда и становилась она важной и значимой. Но, замечу, что и подобное было лишь (почти всегда) исключительно кратковременно) и явно, что не столь даже важно (для сознания). Потому как если обратить внимание как бы вообще на то, что происходит - то там отчасти и вовсе боже мой. (Разве что не очень понимаю, насколько всё это правильно.)


## Глава 17


Становится случайным и почти необъяснимым к пониманию вся та составляющая разума, которой преисполнено поистине всё и вся.

Но и даже когда нечто подобное случается, почти и тогда оказывается бессильным понять это. Хотя вот с другой стороны если посмотреть, там ведь часто и малая часть из даже желаемого когда-либо будет необъяснима и непонятна. И что тогда говорить о том, что когда-то нам будет всё объяснено. Я полагаю, что нет. Да и ведь точно, что нет. Ну а почему бы и нет?


## Глава 18


Удивительные и отчасти последовательные редуты того самого бытия, которое поистине украшало знамя истории - наверняка всеми силами помогало и способствовало, в том числе, и пониманию истины. Ну или вернее той её части, которой не было пустого места, и которая фактически праздновала равенство души. Так, по крайней мере, ведь было спокойнее, как полагала душа. Ну а значит и вернее, как думал я.

В итоге на удивление пересекались две (казалось бы, непересекающиеся) прямые. И подобное нарушало все законы геометрии, но на удивление оказывались предрасположены к алгебре и тем более к физике с её: что в одном месте убывает - в другом пребывает (закон сохранения энергии, если что-то помню из школьного курса, на который не ходил, а как и все экзамены - сдавал всегда исключительно заранее и исключительно экстерном. Так для меня проще. От того и восемь докторских было на момент написания этой главы этой книги - мне пятьдесят два сейчас, и потому тридцать пять высших образований - тоже на этот же самый момент. Да и несколько сотен книг и больше тысячи стихотворений почти из той же серии. Как и какие-то ещё личные и спортивные моменты из биографии...


## Глава 19


Вероятней всего, - да и точно, что это так, - всё то, что только кажется не есть суть истина, и точно также возможно наоборот.

А это значит, что совсем ничего и вовсе, с одной стороны, непонятно и необъяснимо, а с другой...

А с другой стороны, как раз всё ясно. Вот только ясность эта своя. Можно сказать, специфическая и понятная лишь только узкому кругу лиц. Ну так если разобраться - разве когда-то было так, что всё было понятно большинству? Тоже ведь нет. А если нет - то на нет и суда, как мы помним, тоже нет. (Ну или точно, что не должно быть. А уж как на деле...)


## Глава 20


Вообще, ситуация, происходящая со страной, всегда находилась в полном эквиваленте того, что случалось и со мной (скорей всего даже наоборот). И, тогда уже, по сути непонятно и необъяснимо многое, но при другом подходе уже то, что ещё недавно казалось непонятно-необъяснимым - предстаёт как раз в той мере и степени, в какой она вероятно и должна быть. Да и почему бы нет - если всё это только да, да, да.


## Глава 21


Жизнь действительно выворачивала в своём ключе - и было иногда столь странно на всё это смотреть, что я, пожалуй, никогда раньше и не замечал так чтобы чётко было всё и вся. Ну разве что оказывалось что-то и необратимо печально (а что-то и нелепо даже). Но точно, что всё это не представляло порой никакой как особенности, так и сговорчивости мыслить. Да и возможности, конечно же, да и возможности...


## Глава 22


Я словно стремился всё время что-либо нагнать - и столь же много, вероятней всего, успеть.

И хотя уже было понятно, что любая спешка - это больше миф, нежели необходимость, тем не менее я продолжал жить в заданной парадигме мысли, парадигме сознания, парадигме истины. И, отчасти, это всё было, вероятно, самое то - что быть и должно, что быть и нужно. Ну, то бишь - что было необходимо.


## Глава 23


Вероятней всего, простираясь по низинам поистине собственного разума, мы, конечно же, в той да иной мере способны привести отчасти и сами себя ко всему тому, что ещё, быть может, делает нас сильнее. Но вот вслед философу Витгенштейну - если убрать ненужные лингвистические слова, а то, быть может, и вовсе повернуть всё наоборот, то даже в предложении: "Вероятней всего, простираясь по низинам поистине собственного разума, мы, конечно же, в той да иной мере способны привести отчасти и сами себя ко всему тому, что ещё быть может делает нас сильнее", останется только "... простираясь по низинам ... ... разума, мы ... способны привести ... себя ко всему ..., что ... делает нас сильнее", да и то, при последующем убирании "ненужного", получится и вовсе: "Простираясь по низинам разума мы способны привести себя к тому, что делает нас сильнее", то в итоге и что всё это получится лишь набор ключевых фраз (отчего теряется и вся суть.). Ну или как сказал нобелевский лауреат Бертран Рассел (хотя и написал вступительную характеристику по просьбе Витгенштейна - к книгам своего бывшего ученика Людвига Витгенштейна) - всё равно ничего непонятно.


## Глава 24


Часто я словно бы сам словно бы отзывался на себя же.

А после пришло понимание, что всё происходящее с нами сейчас - есть лишь суть установок прошлого. Просто оно так отзывается. А значит порой и если понятно да необъяснимо становится что-то, означает всё это лишь ненужную суматоху бытия. Ну и точно то, чего, должно быть, никогда и не будет.


## Глава 25


Я понял, что в иные часы (минуты и даже отчасти мгновения) не способен с возрастом делать всех тех функций, которые ранее выполнялись словно автоматически. А потому я сделал вывод, что это включается матрица повреждения Зелинского (названная так по открывшею её учёного - автора, к слову, и этого, читаемого вами, текста), после чего у него словно бы начало разрушаться некогда крепкое (и даже крепчайшее) здоровье, пока он не сказал слово: "стоп" и всё разом прекратилась.


## Глава 26


Вероятнее всего, если даже нам кажется нечто из разряда "нечто", то подобное скорее будет похоже на "ничто", нежели на "нечто". И хотя и в одном и в другом случае это поистине ничто - я полагаю, касаемо тех двух (странным и нелепых) обстоятельств что это так.

Не дай вам бог сойти с ума, уж лучше посох и сума... писал бессмертный Пушкин и он был прав. Поистине прав. Поистине.


"Не дай мне бог сойти с ума.

Нет, легче посох и сума;

Нет, легче труд и глад.


Не то, чтоб разумом моим

Я дорожил; не то, чтоб с ним

Расстаться был не рад:


Когда б оставили меня

На воле, как бы резво я

Пустился в темный лес!


Я пел бы в пламенном бреду,

Я забывался бы в чаду

Нестройных, чудных грез.


И я б заслушивался волн,

И я глядел бы, счастья полн,

В пустые небеса;


И силен, волен был бы я,

Как вихорь, роющий поля,

Ломающий леса.


Да вот беда: сойди с ума,

И страшен будешь как чума,

Как раз тебя запрут,


Посадят на цепь дурака

И сквозь решетку как зверка

Дразнить тебя придут.


А ночью слышать буду я

Не голос яркий соловья,

Не шум глухой дубров -


А крик товарищей моих,

Да брань смотрителей ночных,

Да визг, да звон оков".


Александр Пушкин

Не дай мне бог сойти с ума...

1833 г.


## Глава 27


Возможно, что всё то, что ещё только приходило ко мне на ум, было ещё не столь совершенным, что фактически даже не угадывалось отчасти сознанием, но при этом столь же великолепно играло в подсознании нотками души и какой-то поистине особенной прелести. И это было настолько правда, что часто было неизвестно многое или то, к чему это всё должно (и могло... и могло...) привести. Тем более ведь, зачастую, и непонятно да неизведанно казалось всё и вся. (А с другой стороны, всё то что неизвестно - становилось каким-то явным и ощутимым, стоило лишь только представить себе: что происходило.)


## Глава 28


Иногда я писал плохо, отвратительно плохо, так казалось мне, но не писать я не мог, потому что мне просто обязательно необходимо было извлечь из подсознания весь этот негатив души.

И, тогда уже, это не я писал плохо, а мысли выползали нехорошие, которые могли затуманивать и разум (в том числе и ваш, а не только мой), то бишь разум всех, кто читает сейчас этот текст. (Но если разум не омрачён злом, то тогда наоборот, там уже всё очень и очень даже иначе и по-другому.)

А это значит, что и лучше и спокойнее (да и увереннее в себе) вам становилось. Да и наверняка ведь - каждому из нас.

Аминь.


## Глава 29


Ну а вообще-то, конечно, всё это ведь лишь только казалось таковым. На деле...

На деле оно ни таким, ни таковым не было. Мир наш вообще всё больше представляет из себя какую-то иллюзию неправды, нежели чем правды и, тем более, истины. Последнюю вообще очень трудно найти. Да и искать приходится зачастую не там, где может она скрываться. А всё потому, что судьба порой слишком непреодолимо долго испытывает нас. И кажется, что уже всё давно должно измениться и исправиться, а на деле совсем и нет ничего подобного. А всё потому, что какой-то хаос в голове и сумбур в мыслях. И это правда, это ведь ещё к тому же всё есть суть истинная правда. Вот в чём тут дело.


## Глава 30


Мне было тяжело, но я не сдавался. И даже тогда, когда всё это ещё только могло быть - постоянно что-то вмешивалось, непонятное и отчасти быть может даже невежественное, после чего уже и вовсе действительно ничего было непонятно.


## Глава 31


Должно быть нечто многое и не так казалось мне что становится главным, важным и значимым. И при этом всё происходящее почти уже в самое ближайшее время покрывалось туманом небытия. Да и даже, что скрывать, таким оно и было всегда (но просто мы предпочитали, как будто не замечать этого).

Впрочем, вся сама по себе жизнь вероятно - почти одновременно - и кажется и не кажется, что движется вперёд. А после...

А после всё ведь и порой самым удивительным образом изменялось да преобразовывалось...

И так было всегда.

Ну или почти всегда.

Но точно, что было.


## Глава 32


Я словно стремился успеть достучаться до самой лучше истины на свете. Но и тогда, когда она фактически (и почти одновременно) и признавалась и нет - всё равно передо мной вспыхивали какие-то горизонты удачи. (Хотя вполне возможно, что это были и лишь призраки чего-то поистине хорошего, честного, нужного и важного. Но, тогда уже, и сама по себе честность - это ведь не иначе как лишь ноктюрн небытия. И всё больше подобное всё-таки кажется, нежели чем происходит в реальности.)


## Глава 33


Иногда приходило ощущение (и понимание): а зачем это всё? Тем более что написано (да и издано) явно много больше, нежели чем кто-то и способен был бы ещё себе представить.

Но после словно стушёвывался, понимая, что всё равно ведь могут обойти, да и если от Бога получен дар - так надо работать и реализовывать его.

Да я и работал...


## Глава 34


Трудно, конечно, писать - когда знаешь, что фактически всё в стол. А если и издаётся - так или за твои деньги, для чего когда-то пришлось продать квартиру, или же для тебя бесплатно. Фактически бесплатно, ибо... (Даже не хотелось разъяснять.)

)(Хотя после вспоминаешь что за свои деньги издавали книги и Шопенгауэр, Ницше, Витгенштейн и многие другие, и это отчасти всё-таки успокаивает. Хотя может и не отчасти. Имена-то какие!)


## Глава 35


И ведь поистине, что жизнь всё равно не только продолжается, но и живёшь ты в ней ожиданием какого-то чуда. Чуть ли не того самого, кое способно будет и полностью изменить самого и тебя.

И тогда наступит полное счастье. И ты этого ждёшь. И это всё так. И это - всё - так.


## Глава 36


Ты, конечно же, можешь насмехаться над правдой.

И, по всей видимости, даже отчасти обязан делать нечто подобное.

Но вот только сама по себе истина от этого нисколько не станет правдива и значима. А значит...

А значит и судьба не покажется таковой. Да и надо ли тебе это?


## Глава 37


Мы словно говорим об уходящей реальности, а она уходила вдаль, и даже заходя за горизонт не только размышляла видимо о чём-то своём, девичьем, но и поистине никак не отзывалась на всё да вся наше, что мы с тем да иным усердием пытались донести до неё.

- До неё? Простите, Вы сказали "до неё"?

- Да, - несколько смутившись, ответил я, - до неё, до судьбы.

- И Вы верите в судьбу?

- Что значит верю, - было вспылил я, да тут же успокоившись (не стушевавшись, прошу заметить, как психолог психологу, а успокоившись - то бишь - взяв себя в руки), как можно вежливее пояснил что имел в виду.

- Ну так уж?! - к моему удивлению почти несказанно удивился он.

- Да, это так, - скромно потупив взор, произнёс я.

- Ну тогда я спокоен, - радостно проворковал он.

- Это точно? - с сомнением (мне, признаться, не свойственным, кто меня знает тот знаете, я всегда уверен в себе, но тут...)

- Точно, точно, - перебил он мои мысли. - Даже не сомневайтесь.

- Это то поистине гениально, - подумал я, и захлопал в ладоши в своём воображении.

А ведь это и правда было так, - подумал я дальше, растворяясь в облаке грёз бытия...


## Глава 38


Иногда мне кажется, что всё (поистине) напрасно.

Да и даже более того, что нечто подобное затуманивает быть может разум бытия. А значит - а это значит - что кажется вам что-то такое, чего быть может и не существует на самом деле, а вот оно есть. Понимаете? (А то даже и не то что есть, а в полной мере представлено перед вами.) И куда от всего этого деваться, ты и не знаешь да не ведаешь даже. Но вот только где-то в самых порой отдалённых - если не сказать, что отвлечённых - границах бытия, вспыхивает поистине и на самом деле всё то, что когда-то вы столь мило скрывали...


## Глава 39


- Поистине вы и сами можете всё это, - произнёс он, посмотрев на неё.

- Нет, не могу, - спокойно ответила она.

- Почему? - выскочило невольное удивление.

- Не могу и всё, - несколько сжав губы (или ему только показалось, он мельком взглянул на неё, он вообще опасался пристально смотреть на кого-то - дабы не обвинили его в гипнотическом воздействии, хотя они, люди, и не понимали что так, попадая в зону его влияния, уже находятся в зоне его гипнотического влияния), но в общем, он старался как можно мягче всё-таки быть перед ними... Мало ли что себе на вообразят?

- Мало ли что себе на вообразят, - рассуждал он, и фактически как всегда был рядом с истиной.

- Рядом, - простите, - попытался вмешаться в разговор кто-то третий.

- Не перебивайте, - одернул он. - Не перебивайте, чёрт, - добавил слово и рассмеялся от этого. - Вы чёрт, - повторил он и рассмеялся.

- Я бы попросил Вас, - начал было третий, да ему заткнул рот и первый.

- Вы ведь не отрицаете, что он, - поглядев на "него" через пенсне, - сказал первый.

- Товарищ первый мне сказал, что вы уймитесь. - Внезапно начал первый цитировать песню Высоцкого, - что не буяньте, мол, и расходитесь

- В песне написано всё верно, - отрепетировал он. - Но я бы всё-таки попросил Вас уйти.

- А вы говорите...

- Повторными фразами?

- Ну что-то типа того...

- Ах какой дурак, - послушались голоса.

- Дурак и невежа, - второй женский голос.

Зал по всей видимости заполнялся.

- Дураки, - ох, какие дураки, - кто-то вдохнул не по-женски томно, страстно, несколько грубовато даже, - и при этом чуть ли не откровенно намекая на сексуальную близость.

- Ну вот всё у вас так, - послушался женский голос и дальше всхлипы да придыхания.

- Аминь, - перекрестил всех он.

- А вы имеете право, - начал было говорить кто-то,

Но он и его перекрестил и закрыл занавес.

Аминь.

Поистине, аминь


Ну или традиционно

Amen.


## Глава 40


Вполне возможно, что никогда в полной мере да степени наше общественное сознание не способно будет принять всё да вся, но, по сути, на то ведь и существует (поистине невидимый) разум всех таинств судьбы, к которым - по-настоящему к которому - мы все (тем да иным образом) поистине лишь только приближаемся.

Но это всё, конечно же, ещё не будет всё то, - всё то и так, - а о чём мы говорим, - но вот то, к чему мы можем приближаться...

Ну вот это ведь и на самом деле да.

Ну а почему бы и нет?!


## Глава 41


Поистине (что) всякое, непонятное, необъяснимое - и отчасти быть может быть и вообще выдуманное, - но (отчасти) как раз именно эта парадигма плоскости бытия - может на вас (в том числе и вас) замкнуться.

В том числе и на Вас - читающих сейчас сей текст.

Аминь.

Amen.


## Глава 42


Конечно, иногда многое казалось не таким, как оно быть может должно быть (каким как минимум казалось). Но вот то, что всё это рано или поздно будет так - я это всегда знал и столько же всегда верил.

Быть может потому я и шёл к своим результатам - достижениям в жизни - потихоньку. (Да ведь и к чему спешить - когда знаешь, что они будут. А любого рода спешка нет-нет, да и вынуждает иной раз невольно начинать сначала. В спешке ведь можно и промахнуться. А добиться результата нужно. Нужно, несмотря ни на что. Результат должен быть. И результат один - победа и только победа.)


## Глава 43


И вероятней всего, и знает, и понимает, и верит, и вынашивает какие-то планы - и это всё вполне можно сказать о любом человеке, разве что сама по себе истина всё равно зачастую оказывается совсем иной. Человек лишь может приближаться к ней, к разгадке её или постижению, но она часто открывается только перед самой смертью, когда ты постигаешь её - но передать никому уже не можешь. Да и даже если прошепчешь что-то - не факт, что тебя поймут. И ещё вернее - что никак не поймут. Ну хотя бы потому, что каждому нужно пройти свой путь. Вот ведь в чём вопрос-то.


## Глава 44


Далеко не всегда то, что было истиной - в действительности ей же и являлось. Вполне допустимо, что происходили различного рода изменения, а значит и достаточно многое из того, что ещё только отображалось в сети - тире - пространстве бытия, отчасти даже и не казалось таковым.


## Глава 45


В открытой мной Письмо-Терапии из головы не только избавляются ненужные мысли, но и она фактически чистится - очищаясь для принятия новой, свежей информации (вместо той, что будет извлечена их подсознания при помощи вышеуказанного метода; извлечена - а значит и перестанет влиять на сознание - то есть на все ваши действия, поступки, мысли, алгоритмы и паттерны поведения и фактически формируя нового человека).


Главам 46

При этом мы ведь должны точно понимать и помнить, что всё, что прошло мимо нас - не будучи замечено сознанием (а уж если замечено, так тем более) - незримо откладывается в подсознании; вернее, сначала откладывается там, формируя свои какие-то доминанты или полудоминанты - полу - это когда не хватает эмоциональной силы для формирования доминанты полной, - паттерны или полупаттерны - тоже самое как и в предыдущем пункте по доминантам, установки и полуустановки - тоже самое как раньше, - чтобы потом, - то бишь в итоге, влиять на всё и вся - как бы управляя сознанием человека (а значит и им самим в реальном времени) - из времени прошлого (из подсознания).

И девяносто восемь процентов людей живут - и даже не догадывается об этом.

Полтора процента из оставшись что-то подозревают (но до конца не понимают).

И только пол процента действительно знают.

Хотя и не все именно так, к сожалению, как о том знаю я. (Но это всё же лучше, чем ничего.) Тем более, как заметил я, истина открывается далеко не всем и не всегда. Это тоже как минимум весьма любопытно. Что-то напоминает отчасти ницшевского сверхчеловека. Вероятно, он тоже к чему-то подобному пришёл. (Ну или я, прочитав его.) А если ещё вероятней, материал изучения прошлого так или иначе откладывается в подсознании, но мы ведь и сами о чём-то думаем, - ну и в итоге рождается что-то по типу того что пишу я (что - а ни о чём если заметили, или не только я, но и практически все авторы. Историю мира - философию... философию... первым вероятно мог писать только Господь Бог. Ибо даже у Адама могли быть мысли. Сказанные ему и Богом, и Евой... Да и Змием, уже получается...)


## Глава 47


И вот всё-таки понимал ведь я, что даже среди учёных очень много обмана. И обмана главным образом не по злобе какой, а от собственной глупости. Даже учёной глупости, если мы говорим про учёных, и что толку говорить о простых смертных.

И упаси вас бог априори говорить о глупости политиков и журналистов. Они настолько всегда врут, что даже ночью внезапно разбуди - и не ответят правду. Особенно если надеть им на голову шапочку и закрыть уши, чтобы они не понимали где пребывают - а значит и не сообразят, что нужно говорить (какую правду выдать, ибо истина как всегда одна - но интерпретаций её множество - в зависимости от текущего момента.)


## Глава 48


Им ведь всё это поистине правда.

К сожалению.


## Глава 49


Конечно, где-то и сама правда путается в показаниях истины (равно как и наоборот).

Да и вообще, если разобраться, ничто ведь до конца никогда и не будет объяснено. Разве что притянуто за уши.

Но вот что поистине тогда. Что будет в тот момент, когда быть может ничто и не способно станет принимать всё на веру, а сама по себе вера попросту исчезнет в общем восприятии и понимании бытия. Общем - это ещё нисколько не значит, что настоящем, полном, целом, то что называется истинном. Ну хотя бы что может походить на это.

Вопрос. Как всегда, конечно, вопрос, - а ещё больше и загадка.


## Глава 50


Вероятней всего, мы так и будем барахтаться в поисках правды - неправды, да самокопания в собственных ошибках. Но вот если рассудить - поистине ведь и не сразу приходит ожидаемый ответ. Ожидаемый - это тот, с которым мы живём, существуем, поистине, что знаем всегда - но что никак невозможно что способно прийти ко всем нам для понимания (и осмысления) нашего же собственного блага. (Тем более если данного рода "благо" как-то неожиданно - причём достаточно неожиданно, могу заметить - уходят в ту плоскость бытия, откуда и не возвращаются. А порой и вовсе никогда не вернутся.


## Глава 51


Вполне вероятней, что мне не так будет легко вообще возвратиться на круги своя. На те самые круги, в которых я вырос. На те самые круги, из которых видимо я когда-то впитал всю ту правду истины, которой все эти годы мне так не хватало.

И конечно же... И конечно же, - и подобное наверняка ведь было самой, что ни на есть, правдой да истиной - мне всегда бескорыстно хотелось помогать людям. А тупые (безжалостные... безжалостные...) внешние обстоятельства всячески гасили любое проявление свободы. Вынуждая фактически приспосабливаться, - а так как подобное я делать не умею - то я и разворачивался порой на девяносто, а то и на сто восемьдесят градусов - просто чтобы идти в другом направлении и меня чтобы не беспокоили предыдущие.

Правда, - эти "чтобы" весьма напрягали. А потому и не было у меня ничего более как понимания того, что да как всё поистине говорится да происходит.

Аминь.


## Глава 52


Любого рода понимание на всём жизненном пути почти неминуемо есть нечто такое, после чего поистине замедляется выполнение в том числе и любого жизненного желания. И это при том, что само желание вы, конечно же, можете не озвучивать, но точно, что оно пребывает внутри каждого из нас. И даже если не произносится не только вслух. Но и мысленно, то скрывается в подсознании, а в сознание его не пускает та или иная защита психика, а оно там сидит и вредничает, от этого человек психически или физически, а чаще и то и другое болеет, а вот при извлечении его - наступает исцеление. На этом, если кратко, построен психоанализ Фрейда. И одним из способов извлечения является Письмо-Терапия Зелинского (метод психотерапии, открытый профессором и академиком Сергеем Алексеевичем Зелинским.)


## Глава 53


Вероятней всего, мне всегда чего-то казалось.

И я даже понимал "чего". Просто выражалось подобное в различном. Но вполне наверняка я даже допускал, что всё это очень важно и даже необходимо мне. Моей психике, конечно же. Моему мозгу, - ибо он, мозг, руководил всем и вся, подвергая всё критическому мышлению - и при этом часто отключаясь там, где явно как раз нужно было бы включиться. (Впрочем, вопрос ещё был, конечно, кому нужно. И не принимал ли мозг как раз единственно правильное решение. Предохраняя - (спасая... спасая...) тем самым меня от какого-то разрушения. Меня - это значит и себя, конечно же. Тогда уже если правильно - спасая себя, физическое тело, и меня - от разрушения. И, к слову, если спасал мозг себя - то он также спасал и ментальное тело. И это факт.)


## Глава 54


Часто, слишком часто (иной раз) мне казалось, что всё идёт по слишком предначертанному кругу.

И ведь зачастую так это всё и было.

Но просчитать судьбу не удаётся никому. Вспомните великого Карла Маркса, который был патологически нищим, потому что всё проигрывал на бирже (стремясь постичь её секреты).

Впрочем, Пушкин всё проигрывал в карты (Пушкин единственный автор, с романа в стихах которого я уже многие годы начинаю свой день после пробуждения), а Достоевский всё проигрывал в казино (кстати, Пушкин и Достоевский были единственными писателями в России, которым платили за строчки в кредит - то есть давали деньги под залог ещё не написанного...).


## Глава 55


Вероятнее всего, от очень многого не всегда всё зависело. По крайней мере всякий раз, когда я стремился тем или иным образом обыграть судьбу - я походил на всё время проигрывавших в рулетку Пушкина, Достоевского и Маркса. А среди них уж Пушкин точно был бессмертный гений судьбы, и если у него было так - и более поздних Достоевского и Маркса, то почему должны было получиться у меня - ведь законы судьбы едины - и их не исправить. От невольного словосочетания "совсем-совсем". И это означало...

Вот то, что это "означало" и был, вероятней всего, самый этакий пронзительный вопрос. Потому как почти наверняка, что ничего в полной мере от этого всего и не зависело. И было нечто похожее на фигуру речи. Ну а почему бы и нет?! Тем более что, вероятней всего, как раз да-да и да. Равно как два плюс два и тоже да. "Да", как спросил бы великий философ Витгенштейн, да - это как уже утвердительное да? И почему вы (вы, он, я, они, - мы) посчитали, что "да" несёт в себе знак подтверждающего равенства и является суммой, а не именно просто согласием с чем-либо. И не является ли, продолжил бы он, что всё это есть суть больше нелепица - нежели чем смысл. И тогда, когда смысл явно всё же заложен - не будет ли тогда ошибкой считать всё вышеперечисленное неверным. Но если так, как тогда быть с тем что два и два это не да, - да как то, что нам известно, что четыре, и если четыре ещё не произносилось - не есть ли это, по сути, та кардинальная ошибка и большей частью нелепица, в глазах многих, равно, при этом, и как самое великое доказательства?


Главам 56

Мне иногда хотелось поменять всё и вся. Этак разом.

И я понимал, что, если не остановлю свою горячность - так это и произойдёт. Но я помнил слова моей подруги - ведьмы, как её называли в Якутии, и она всё удивлялась, мол, помогаю людям - а меня или шаманкой, или ведьмой называют (а она и от рака излечивала, и людей в тайге находила, что МЧС оказывался бессилен) - так вот я помню её слова о великом моём предназначении. Равно как и о том, что что бы мы не делали - на всё есть свыше воля Высших сил, и они сами всё управят. Да они и ведут тебя, часто мне говорила она.

Кстати, в Высшие силы верила и моя покойная - и очень набожная (всю одежду раздавала нищим и убогим, оставляя себе лишь мизер на выход - и это человек, который руководил когда-то всей экономикой Кубани и снимала мэров городов с их должностей - если они не были похожи на Павку Корчагина, героя романа другого Островского "Как закалялась сталь") мама.

Убили её уже больше двадцати лет назад... Вместе с папой.

В их квартире в четыре утра.

Множественные ножевые ранения. А мама только оправляться после одновременных инсульта и инфаркта начала...

Поистине - как они хотели - умерли в один день.

Аминь.

Amen.


Часть 4

## Глава 1


И это всё, наверное, ещё не было тем, чего действительно не хватало.

Но это точно, что было то, без чего нельзя.


## Глава 2


И это всё ещё ведь не та правда, какая может быть.

Просто истинную правду не все способны и вынести...


## Глава 3


Я исследовал природу времени. И мне это поистине нравилось.


## Глава 4


Всё равно это всё многое - то что, казалось бы, является многим ещё будет, конечно же, пересмотрено, как говорили революционеры начала семнадцатого - и после оказались не правы, ибо власть захватили большевики, а тех, первых, расстреляли; как, впрочем, после Сталин сделал с ленинской гвардией. Но нам сейчас важно сказать лишь цитату. Всё остальное вторично.


## Глава 5


Иногда жизнь мне сама подкидывала такие свистопляски бытия, что казалось, что и невозможно ничто исполнить, чтобы было (стало... стало...) иначе.

Но при этом совсем ничто словно улавливалось во всём и вся, - в том, что происходило словно рядом. Проходило - а мы и не улавливали. Да потому что интеллигентному человеку и нельзя смотреть на ошибки другого и, тем более, более сильного. Он-то оправится, а замеченную слабость в глазах других - может искоренить нашей смертью. Поэтому я бы не рисковал. (При том что как раз я всегда старался ничего не замечать, и о любом предательстве тотчас же забывать. Так моей психике было спокойно, а душе благоугодно.)


## Глава 6


Вполне возможно, что из мистерий жадности, ошибок и почти поистине тупого да недалёкого непонимания - спустится на землю благодать божия.

И ведь всё это порой и действительно может быть так.

Ну или, как минимум, способно.


## Глава 7


Мне хотелось, конечно, многого. Почти главного. Почти важного. Почти чего-то такого, что явно всё это время недоставало.

Но вот приближаясь, а я ведь всё время незримо приближался ко всему, мне становилось понятно, что ещё немного - и действительно будет возможна самая что ни на есть настоящая удача.

Удача и справедливость, как я полагал. Ибо где была удача - там ведь почти непременно должна быть и справедливость. (А если её ещё не было - то в скором времени появиться.)


## Глава 8


А для чего дан такой ум? Для чего, как не для достижений, а?!


## Глава 9


Мне иногда становилось не по себе. Я, вероятней всего, конечно, понимал, и даже допускал любые изменения, но, когда они случались, всегда чувствовал, что происходят что-то не совсем так, как я хотел. А потому уже будто бы и сама жизнь не казалась мне такой уж и... и... важной что ли.

И при этом я вполне чётко и ясно допускал ошибочность происходящего. Да так, что словно бы и ничего на самом деле (как бы в действительности) не происходило, но оно вполне явно было.

Да и быть может даже больше казалось таковым, нежели чем действительно существовало.

Ну а вообще, я традиционно всегда - и перед всеми - открыт. Мне так даже спокойнее, что ли. Ну а почему бы и нет, с другой стороны. Ведь факт точно, что остаётся фактом...


## Глава 10


Но, как бы сказал Витгенштейн, факт ведь ещё не то что факт - и почему вы полагаете, что факт должен быть таковым только по названию себя фактом. Да и не есть ли факт - просто некая договорённость наша называть этим именем то, что мы называем. А в действительности придумывая мы что-то другое, и будет это называться также. А тот же самый факт - не сам факт, а то, что мы называли оным - будет называться, например, козёл. Или дурак. Или чемодан. А вместо козла, дурака и чемодана - мы им придумаем другие названии. Всё суть плода фантазий человека. А потому это зачастую и меняет смысли, стоит только внимательно изучить мировую историю и найти там подобного рода катаклизмы (когда одни слова подменялись другими - потому что попросту значения оных менялось).


## Глава 11


По сути, мне становилось тяжело и необъяснимо непонятно подстраиваться вообще под всех людей.

И я понял, что этого делать не стоит.

В идеале, конечно, чтобы они сами подстраивались под меня.

Но для этого должна быть как минимум финансовая независимость.

Поживём-увидим. (Вероятней всего просто тех нескольких сотен миллионов баксов, которые у меня остались после всего этого передела и на которые я уповал, всё-таки далеко недостаточно для того чтобы считать себя самодостаточным. Что поделать, мир сам трактует новые правила достижения вершин. Равно, впрочем, как и сам себе ставит новые ловушки, в коих рано или поздно запутается сам.)


## Глава 12


Сознание словно реально проносилось, унося куда-то поистине вдаль дальнюю. Так, что иногда и не было никакого понимания относительно всего да вся - но... Замечу, понимания этого не было исключительно у меня, тогда как во всём ином случае, перед всеми явно вспыхивали какие-то иные круги бытия.

Ну или же круги несколько затуманенного сознания.

Потому как в действительности традиционно понять происходящее было всё-таки явно сложнее, нежели чем оно даже было на самом деле.


## Глава 13


Любого рода понимание истины есть, по сути, всё то безусловно важное и необходимое, что только случалось с нами когда-то.

Но при этом никакого значения нет до того, что уже произошло. Тем более это всё почти не является таким уж безответственным делом (ведь если что-то случилось - это как бы уже есть; а значит повода что-либо менять попросту не существует).

Но вот что мне кажется не таким уж важным, нужным, необходимым - так это особого рода понимание судьбы. Ведь как ни крути, но судьба всё равно подчиняется только сама себе. Сколько было великих людей - (великие - это те, кто вошёл в историю и сумел обрести миллионы последователей), которые совершенно впустую пытались разгадать тайны судьбы, играя в карты, рулетку или на бирже (Пушкин, Достоевский, Карл Маркс... - одних этих имён достаточно, чтобы понять бесперспективность подобного рода занятий в поиске обмануть судьбу.) Да и ведь действительно обмануть, иного слова и подбирать не следует, потому как именно оно чётко отображает собой суть, - тире, - стремление заставить играть судьбу по твоим правилам. А судьба - играет по правилам только своим.


## Глава 14


Всё всегда, вероятно, правильно и грамотно, насколько права и сама истина. А когда случается нечто, что словно бы выходит из рамок бытия - почти тотчас же образуется что-то этакое недостающее, чего быть может и быть, по сути, не должно. Но что наверняка есть. Существует. Да ведь и не может не существовать.

Но, тогда уже, почти как раз именно это - выглядит как что-то такое удивительное, чего быть может и быть, собственно говоря, не должно. Ну или почти, ну или почти...


## Глава 15


Когда-то перед всеми нами, поистине, вспыхивает звезда удачи. И с этой звездой ты вроде как и двигаешься вперёд, на пути к небосводу. Отчасти, при этом, почти одновременно и понимая, и не понимая где, собственно, он. Но со временем что-то указывает тебе на недостающие знания, и ты, словно прозревая, начинаешь видеть собственный путь. (Ну или в данном контексте - да ключе к будущим знаниям - он тебе лишь только пока ещё кажется таковым; тогда как в действительности... А, впрочем, мы ведь и не знаем, как реально в действительности. Ведь каждый из нас смотрит на мир с позиции собственного разума (привет Шопенгауэр). Ну и значит...)

На самом деле после Артура Шопенгауэра (моего любимого философа, которого я изучаю больше тридцати лет к своим двум годам после полувека, а начал ещё в подростковые годы и достаточно плотно - плотно, это когда читаешь или думаешь или каждый день или хотя бы раз в неделю, две, три, месяц - лет с двадцати) уже поистине можно ничего и не говорить. Разве что "Опыты" Монтеня я прочитал в двенадцать лет - а после всё равно пришёл к Шопенгауэру... (Пусть и строчки покажутся кому-то несколько запутанными, но они искренни и верны. Верны по своей сути. Верны, по направленности верны. Наконец, вероятно, верны, по содержанию.)

Ну и наконец - всё это действительно так.


## Глава 16


Возможно, что жизнь очень быстро бежит и по-своему радуется.

Но вот что делать тогда, когда ты уже вроде как не успеваешь перейти в иную плоскость измерения при наблюдении всего да вся?

Неужели тогда перед нами готова вспыхнет, - и у кого-то вспыхивает, - желание продолжения падения?

"Неужели такое возможно", - говорю я, и понимаю, что сам ведь совсем недавно открыл матрицу повреждения (Матрица Повреждения Зелинского), которая вполне чётко и явственно показывает, что в психике каждого присутствует тот разрушительный момент, который поистине включается - и особенно когда всё хорошо - и после наносит своё разрушительное воздействие.

И это ведь так, и это ведь правда.


## Глава 17


Продолжу немного про моё открытие - матрицу повреждения. Вот лишь только некоторые мысли, а чуть расширенный вариант - в рамках статьи - опубликую в конце нашей книги - в виде приложения, ну и самый большой вариант - издан в виде отдельной книги).

В каждом человеке живёт подсознательное желание на самоуничтожение.

Желание подсознательное - потому оно не проявляется.

А то, что невозможно выявить - от этого трудно и избавиться.

Вот только то немногое, где проявляется Матрица Повреждения: курение, наркотики, алкоголь, быстрая езда на мотоциклах, экстремальные виды спорта, криминал, войны, болезни, самоубийства, неврастения, аскетизм, мученичество, психозы, членовредительство, преднамеренные несчастные случаи, психосоматические расстройства, соматические заболевания (травмы, ожоги, ранения, заболевания сердца, почек, сосудов, печени, заболевание дыхательной системы, онкология и проч.), садизм, мазохизм, невротическая любовь, аттракционы, компьютерные игры, игровые автоматы, казино, игра в карты на деньги, и т.д. и т.п. - всё это позволяет человеку балансировать на грани жизни и смерти - фактически, видя эту самую смерть, а во время риска по своему выделяется адреналин и вроде как впереди только жизнь - а на самом деле человек бессознательно стремиться к смерти, потому и запускается матрица самоуничтожения, или как мягко мы её назвали - матрица повреждения (повреждения в т.ч. и своей божественной природы, повреждение психики.

Это то, что в каждом из нас.

И когда люди узнают об этом, они смогут задуматься и спасти себя.

Заметим, что весьма ярко матрица повреждения включается у человека, когда он заболевает, - и даже ещё когда здоров - особенно если очень здоров. Именно тогда, наблюдая со стороны общество, в котором все болеют или умирают, он бессознательно начинает задаваться вопросом: отчего же он так здоров и когда у него включится программа на уничтожение - и подсознательно радуется, когда код активации запускается и программа включается.

Более того, в человеке именно от Бога заложена программа на смерть - вспомним, что первые люди жили очень много, а потом Бог значительно сократил их жизнь.

Заметим, что, по нашему мнению, Матрица Повреждения до поры до времени может не включаться.

Да, она существует у каждого, но важен код активации, запускающий программу на самоуничтожения. (При том что за раз конечно же, ничего не получится, человек на удивление сильное и выносливое создание, потому необходимо многолетнее разрушение в виде собственных установок на болезни или уничтожение, то же самое ругание себя, например, или употребление алкоголя и табакокурение, не говоря уже о наркотиках.)

Кстати, про установки. Мысль человека материальна. Проговаривая вслух или про себя что-то - человек таким образом закладывает в подсознание те установки, которые после непременно сработают. Всему просто нужно время. и когда-то, в результате долгого повторения, результат будет налицо.

Матрица Повреждения может случаться и при приёме на работу (фактор который вообще мало кто, а может и никто, не учитывает). Человека берут на работу, - успешно проходит собеседование, - или, скажем, он работает уже долгие годы, а потом раз - и начинает совершать фактически явное вредительство.

И никто не понимает почему и отчего он делает такое.

А это просто у него произошёл код активации и включались Матрица Повреждения.

Возможно очень многое, если не всё в жизни продиктовано Матрицей Повреждения, свойственной каждому из нас.

По сути, ведь на самом деле так и есть, стоит захотеть начать делать добрые дела - почти обязательно случается какая-то гадость, которая мешает этому. Но и даже если вы вдруг делаете - после словно бесы начинают играть на сковородах души, отчего случается нечто, что как будто бы надолго отвращает Вас от благих поступков.

Ну а если Вы изначально благи и добры, то обязательно или заболеваете какой-то болезнью (смертельной или около того), или же происходит у Вас или Ваших близких горе (после которого вам надо время оправиться, и, соответственно, всё остальное отодвигается на второй план).

Вот это всё и есть Матрица Повреждения. Матрица того, что происходит в жизни, и, собственно, пожалуй, из чего жизнь и состоит. (По крайней мере точно, что в выше озвученном ключе проходит всё и вся как раз именно так.)

А иногда случается и плата за талант.

Вспомните сколько гениальнейших поэтов, писателей, артистов ушли из жизни молодыми.

Но вот, работая над Матрицей (и открытым Мечниковым и Фрейдом и другими инстинктом смерти), подумал я, что не просто так ведь всё происходит, этак чтобы раз и всё.

Обязательно должен существовать какой-то код активации.

Ведь да, всё относится к тому, что человек сам себя разрушает, но не есть ли это лишь то, что относится к матрице повреждения, то есть к тому, что способно разрушить вас, но лишь при вашем желании, ибо только в таком случае запускается код активации, т.е. сознательно, и потому мы говорим в т.ч. и о сознательно-бессознательной саморегуляции.

А это значит, если вы знаете, что что-то является злом, скажем внушили вам с детства или юности, то вот вам и активация кода на самоуничтожение, активация кода матрицы повреждения, но срабатывает по-настоящему это когда вы только сами того хотите - то есть управляете в том числе и сознательно, а значит способны и остановиться процесс разрушения!

И вот что наверняка покажется удивительным и занимательным, это, фактически, наша программируемость самих себя.

То есть опять же, включается Матрица Повреждения, запускаемая по коду активации.

И это всё при том, что какую программу (внушением) мы в себя заложим - такое и получим в итоге.

То есть Матрица Повреждения не только существует, но и в любой момент может запуститься код активации.

Но вот просто надо помнить (и знать... и знать...), что этот код в виде любого триггера может иметь и положительную, и отрицательную сторону; и это всё зависит исключительно от того, какие вы сами себе дадите установки. Хотя и, надо заметить, исходя из того, что подавляющее большинство людей отчего-то дают себе негативные установки (жизнь - страдание, как полагали и Будда и Шопенгауэр, и не сказать, что сильно ошибались), то и случаются в их жизни какие-то отрицательные моменты (потому как в ином случае, можно внушить себе, что и яд - не яд, и, выпив (как тот же исторический пример с Распутиным - великим старцем времён последнего царя, когда его травили - а отравить не получилось, яд не брал, пришлось, к слову, убить другим способом, более практичным чем слово - пуля, но это уже из другой оперы).

Таким образом, мы можем заключить, что Матрица Повреждения конечно же существует и, к сожалению, существует она в каждом из нас. Вот только код активации способен запускать уже сам человек (сознательно или бессознательно, - в зависимости от уровня природного интеллекта и образования).

То есть кто-то ведь может и не запускать, или же даже при явной пагубности чего-либо - внушить себе обратную сторону бытия, и всё будет в порядке (ослепительно хорошо, как говорила булгаковская Маргарита).

А можно наоборот - (эффект плацебо) и молоко выпить, а брякнет кто-то что яд - и умрёт человек или какие органы откажут.

И вот что наверняка покажется удивительным и занимательным, это фактически наша программируемость самих себя. То есть опять же, включается Матрица Повреждения (Зелинского), запускаемая по коду активации. И при том, что какую программу (внушением) мы в себя заложим - такое и получим в итоге.

То есть Матрица Повреждения не только существует, но и в любой момент может запуститься код активации; но этот код в виде любого триггера может иметь (почти одновременно) и положительную, и отрицательную сторону (в том числе и восприятия бытия), - и это всё зависит исключительно от того, какие Вы сами (каждый из Вас, нас, всех) себе дадите установки. Хотя и надо заметить, что исходя из того, что подавляющее большинство людей отчего-то дают себе негативные установки (жизнь - страдание, как полагали и Будда, и Шопенгауэр, и не сказать, конечно, что сильно ошибались), то и случаются в их жизни какие-то отрицательные моменты (потому как в ином случае можно внушить себе, что и яд - не яд и выпив (как тот же исторический пример с Распутиным - великим старцем супруги последнего царя, когда его травили - а отравить не получилось, яд не брал, пришлось, к слову, убить другим способом, более практичным чем слово - пуля, но это уже из другой оперы).

Таким образом мы можем заключить, что Матрица Повреждения конечно же существует и, к сожалению, существует она в каждом - вот только код активации способен запускать уже сам человек (сознательно или бессознательно в зависимости от уровня природного интеллекта и образования). То есть кто-то ведь может и не запускать, или же даже при явной пагубности чего-либо - внушить себе обратную сторону бытия, и всё будет в порядке (ослепительно хорошо, как говорила Булгаковская Маргарита). А можно наоборот - (эффект плацебо) и молоко выпить, а брякнет кто-то что яд - и умрёт человек или какие органы откажут.

Таким образом мы можем сделать вывод, что до поры до времени Матрица Повреждения может и не включаться.

Да, - она, вероятно, будет занимать некую выжидательную позицию, - чтобы после - когда будет задействован (через триггер) код активации - вспыхнуть, то есть буквально - чуть ли не взорваться.

И вот что наверняка покажется удивительным и занимательным, это фактически наша программируемость самих себя. То есть опять же, включается Матрица Повреждения, запускаемая по коду активации. И при том, что какую программу (внушением) мы в себя заложим - такое и получим в итоге.

Но и вот тут не всё просто. Как мы уже говорили, в человеке существует сознательно-бессознательная саморегуляция. Это и вымышленный образ, который он тем или иным образом бессознательно придумывает и сознательно вводит в жизнь (скорее даже в иных случаях и наоборот), и те действия, которые он выполняет почти одновременно - и сознательно, и бессознательно.

И тогда получается - что каждый человек сам в себе может решить: запустить ему матрицу на самоуничтожение.

Или всячески наоборот - дать иную психологическую установку.

А значит с помощью нашего метода сознательно-бессознательной саморегуляции - мы впервые в истории способны остановить Матрицу Повреждения, - а значит - и инстинкт смерти затушить, перепрограммируя себя на долгую жизнь без болезней. \И всё в руках каждого человека.


## Глава 18


Вероятней всего, - и многое мы достаточно и не говорим (почти не упоминая даже).

Но при этом достаточно чётко откладывается в подсознании любая информация, и вот извлекать (выдёргивать... выдёргивать...) её оттуда - есть весьма трудная задача.

Впрочем, вероятней всего, не труднее чем жить.

Жизнь ведь страдание, сказал Бодхихарма (Будда). И никто на старости лет, когда ему пришло время умирать - не захочет обратно повторить свой мучительный жизненный путь, заметил великий Шопенгауэр.


## Глава 19


Иногда казалось так, что судьба сама давала всё в руки. Тогда жизнь казалась весьма лёгкой и обманчиво предполагалось что всё в мире если не крутится вокруг вас, то наверняка что так да иначе способствует какому-то особого рода "кружению". (По крайней мере большинство из нас попадает в зону ошибочного влияния некой "избранности", - главным образом выдуманной, конечно же, и не существующей в реальности, ибо ещё римский философ Боэций правильно заметил, что почему Фортуна, - то есть судьба, - должна одному давать много, а другому нет; и когда даёт одному, через время у него же и забирает, - что это всего лишь характеризует изменчивый характер судьбы, но нисколько не плохое или хорошее отношение к какому-то конкретному человеку, коих он, заметим, вовсе не замечает. Это уже сам человек волен наделять, - равно как и не наделять, - себя и других какой-то значимостью. А на деле он всего лишь пустое место - ибо проживёт свои в самом лучшем случае сто - сто двадцать, не больше ста тридцати и тем более сорока лет, и не будет его, а ещё через лет триста - пятьсот после смерти уже и могилу его не найдут.)


## Глава 20


Иногда я стремился к какому-то поистине ожидаемому отчаянию. Причём то, что вдруг разом становился к нему предрасположен - было каким-то удивительным и действительно чуть ли не туманным (и почти наверняка запутанным).

Но и при этом достаточно чётко где-то на втором-третьем-пятом-десятом плане бытия, - допускал существование определённого рода ошибки. Ошибки, часто стоявшей кому-то и жизни. Но это ведь в любом другом случае, кто-то умирал, а я вот продолжал движение вперёд.

И даже когда становилось почти ничто не понятно - нисколько не сдавался.

Да и к чему сдаваться, если ни жизнь, ни судьбу никто не способен предсказать, а любого рода маги да чародеи (экстрасенсы и прочие) держатся лишь на простом гипнозе и внушении, которые, к слову, автор данной книги тоже знает - и преподавал, и книги выпускал на тему гипноза, внушения, магии и прочее, - так что...

Да, и во всём всегда писал честно и искренне, что любой гипноз (равно как магия, внушение, манипуляция и прочее) действует лишь тогда, когда другой человек сам этого хочет.

То есть хочет бессознательно подчиняться.

Этакий моральный мазохизм, как сказал бы, великий Фрейд.)


## Глава 21


Вероятнее всего, понимание истины зиждется лишь на какого-то особого рода правде. Да и той, большей частью, к которой мы все были не предрасположены. А тогда, когда созреваем - она уже переходит на следующий уровень развития, а значит нам предстоит догонять. И это ещё как минимум догонять, потому как в действительности всё очень и очень нелогично и, зачастую, не правильно.

По крайней мере точно, что создаётся такое впечатление.

Ну а где правда да истина - это уже каждый волен решать по-своему. (Тем более что ещё чаще он и запутывается уже сам - в этом своём "разрешении" ...)


## Глава 22


А вам не кажется, что всё в мире приходит с опозданием?

И тогда, когда мы о чём-то только подумали - и к моменту, когда даже озвучили это (не то что воплотилось в реальность) проходит такой срок, что поистине - устаревает.


## Глава 23


Я безусловно (и почти одновременно), то улетал к счастью, то отправлялся к каким-то невидимым границам бытия.

Да ещё и так, что становилось поистине и спокойно, и душевно комфортно всё да вся.

А сама жизнь, тогда уже почти и не представляла какой-то загадочности, кроме как, несомненно, такой загадочностью она сама как раз и была.

То есть некое Кантовское вещь в себе, на что, верно, обратил внимание Шопенгауэр.


## Глава 24


Вообще, если говорить начистоту, мне очень хотелось добиться чего-либо невероятно важного и значимого, но я столь же хорошо знал, что на самом деле всё, что я делал - было ли предтеча действительно важных событий, так сказать, разминка, подготовка к главному бою в жизни. Все эти книги (а я написал к этому времени уже несколько сотен книг), научные открытия (примерно с дюжину плюс-минус), и прочее - по сути, это лишь так называемая проба пера в преддверии написания и создания действительно чего-то такого, что за мной останется навсегда в последующих поколениях.


## Глава 25


Сама судьба словно гнала вперёд в преддверии всего того, без чего фактически никак и не собиралась останавливаться, пожалуй, что и сама жизнь.

Впрочем, жизнь иногда взирала на всё довольно загадочно и нелепо. И даже когда ситуация поистине грозила стать критической, на деле нет-нет, да и возвращало всё на круги бытия. Да ещё и так, что после уже ничего становилось не страшно, а то, что предполагалось, уходило поистине вдаль дальнюю. И это было правда.


## Глава 26


Иногда поистине ликовала душа.

А когда-то и сам праздник судьбы - затеянный в преддверии рая - становился иной раз настолько удивительно-прекрасно-таинственным, что уже быть может и вовсе ничего не беспокоило, кроме как то, что давало уверенное спокойствие во всём. Во всём, в том числе и в судьбе. Во всём, в том числе и в том, чего столько времени нам недоставало. Во всём, чего казалось или мало, или и так хватало. Но что бесспорно было совсем не тем ожидаемым чудом, которого не было. (Но которое, конечно же, было, именно было, существовало и ранее, вот в чем вопрос. Это не новодел, в том числе, и в мыслях, а нечто хорошее, правильное и стабильное. Европа, что говорить. Цивилизация, как говорили во времена СССР. (Да порой ещё и так говорили, особенно после речи тов. Жданова (одного из идеологов коммунизма и до Великой Отечественной войны руководителя Ленинграда; его сын, к слову, был одно время женат на дочери товарища Сталина, причём что немаловажно, ещё при жизни Сталина), так вот до того договорились, что в пятидесятых годах двадцатого века даже объявили борьбу в Советском Союзе с преклонением перед Западом; в результате чего уже как бы под раздачу попали Пастернак, Ахматова и Зощенко.)


## Глава 27


Возможно, что не все из нас увидят будущее - кто живёт сейчас с нами. Тем более не все (в том числе и я, все мы смертны) доживут до времён, минувших столетие - и не одно - момента того времени, когда я пишу эти строки (да так, что и могил будет не найти, где могилы тех, кто жил триста, пяттьсот, тысячу, а пять и десять тысяч лет назад, мир наш существует ведь не сто или двести - триста лет, учёные называют цифры и в двести тысяч лет - а где могилы их?


## Глава 28


Жизнь почти то останавливаясь, то не останавливаясь бежала по слепой плоскости бытия.

И она была нисколько не подчинена никакому ритму. Казалось, когда нужно замедлить ход, а то и вовсе остановиться - она пускалась словно наутёк. А когда надо было пуститься чуть ли не в пляс быстрого бега - замедляла движения.

И видимо в этом во всём просчитывался какой-то свой мудреный ход. Потому как первое время я и не знал, как мне на всё реагировать.

Ну а потом научился. Надеюсь, что научитесь и вы. Я научу вас.

Каждого из вас.

И это правда.


## Глава 29


Вероятней всего, это моя из последних книг. Книг философской прозы, как я назвал эту серию уже и не помню во сколько - то ли в пятьдесят, то ли в семьдесят книг. А то может их число дойдёт и до ста и свыше.

Но это правильно. Как правильно то, что я об этом говорю, так и правильно то, что я вообще думаю да размышляю о подобном. Потому как творцу есть ведь одна дорога - творить. А остальное всё - от лукавого.

И это поистине есть правда. Согласитесь.


## Глава 30


И самое почти одновременно и печальное, и любопытное - что

Это всё-всё-всё - было правда.

Ну или почти что правда. (Правда - такая какая она есть.)


## Глава 31


Насколько, конечно, когда-нибудь будет возможно понять (и простить) разум земли за все те непонятно-необъяснимые поступки, творимые им.

Я даже иногда не очень понимаю и вообще всё что происходит. И тем более допускаю всю ошибочность любых суждений, когда необходимо делать оценку всего.

Не знаю. Вероятней всего, что-то действительно переходит границы бытия - почти заодно с этим и наше восприятие переводя куда-то в необъятные просторы вселенной.

Впрочем, возможно ведь, что и это всё есть лишь наше обычное состояние. И, тогда уже, я поистине не знаю что будет, и что должно быть. Но точно понимаю, что это всё действительно есть.


## Глава 32


Писал фактически на силе духа. Ведь иногда жизненные обстоятельства выкидывают перед нами всё новые коленца. И когда ты действительно хочешь что-то понять - перед тобой почти одновременно и встаёт, и расступается разум земли. А всё то, к чему ты всё это время лишь только безропотно шёл - уходит, исчезая, в небытиё.

И это правда.


## Глава 33


А я всё равно буду вам писать. Даже на силе духа и воли. И это всё незыблемо что будет так.

Аминь.


## Глава 34


Я думаю, что проживу сто пятнадцать лет. Раньше думал девяносто. Ну девяносто семь. Хорошо, сто один. Потом понял, что проживу сто пятнадцать и подумаю, как дальше. И это притом, что я хоронил себя в двадцать шесть (как ушёл Лермонтов), в тридцать семь (как ушёл Пушкин и Маяковский, а ещё Байрон и Артур Рембо), в сорок два (как ушёл Высоцкий), в сорок пять (как ушёл Шукшин), потом постепенно стал сдвигать и вдруг понял, что, а зачем мне умирать? Тем более я столько раз искренне искушал судьбу. Был и на войне, и в тюрьме, ездил с крейсерской скоростью по встречке, испытал не менее тринадцати (чёртова дюжина) покушений - и остался жив и даже сравнительно цел (руки-ноги на месте, а что титан в теле - да это может и к лучшему, лишний раз кости скрепит), да и вообще, понимал я что всячески все эти годы (предыдущие... предыдущие...) искушал судьбу, а потому как раз именно сейчас - всё должно происходить ровно и гладко.

Ну а ещё, конечно же, очень и очень правильно.


## Глава 35


Фактически мне всегда хотелось очень и очень радоваться всему тому, что случается да происходит (происходит да случается) рядом.

И даже когда - иногда... длишь иногда... - перед нами вспыхивает поистине звезда надежды - мы тотчас же принимаемся за выполнение облагораживания её. И это так, и это правда. Точно такая же правда, как и сама истина.

И это ведь тоже, согласитесь, правда. Только правда уже несколько иная. Можно даже сказать - правда философская. Ну или особого философского рода. Ну а почему бы наконец-то и нет, - если точно, что только да, да, и да.

И только да.


## Глава 36


Вполне вероятно, что я почти одновременно и знал, и не знал, что происходит. И при этом чётко понимал, что всё будет обязательно ещё впереди. Или не будет?

С годами я практически единодушно убрал от себя любого рода сомнения. Выработал простое правило: ответ должен был чёток и понятен. Если, конечно, хочешь ответить. (В случае, если ответить не хочешь - можно или не отвечать, или если отвечать надо - можно запутать тогда всё.)


## Глава 37


Должно быть (наверное... наверное...) в предчувствие удачи так спешит гончая, настигая убегающего.

Возможно (вероятно... вероятно...) так бежал когда-то и я - своим бегом по жизни - думая о внезапном завершении пути и стремясь успеть как можно больше.

И то и другое - это ошибка и лишь проявление эмоциональности. С действительностью подобное не имеет ничего общего, потому как явно можно скрывать эмоции, не выдавая их наружу. Одна из причин смертности, к слову. Как профессор психологии я бы всё-таки посоветовал давать выход тому, что внутри. (Кстати, можно это делать и не прилюдно, а, например, кричать во время движения скоростных поездов, стоя в глуши у рельсов, или у водопада, или вдоль оживлённой трассы и etc.)


## Глава 38


А бывало бежал по жизни, да ещё и подбадривал себя, что так можно хорошо бежать.

А ведь и правда можно.

Только вот зачем?


## Глава 39


Мне всегда, наверное, внутренне думалось, а каким будет оно - завершение романа.

Так ведь завершение одного романа - это всего лишь продолжение нового.


## Глава 40


- Путь к бесконечности?

- Да.

- И никак не может быть иначе?

- А зачем иначе?

- Ну, наверное, чтобы были в запасе какие-то другие пути.

- А зачем?

- Как зачем?

- И всё же?

- Ну, наверное, чтобы...

- И?

- А я и не знаю.

- Вот в том-то и оно. Мы во многом живём какими-то устоявшимися конструкциями. Заметьте, иностранные языки так тоже уверяют, что лучше учить, запоминая целыми предложениями.

- В итоге люди говорят штампами...

- И стереотипами, верно. Вот Вы сейчас и сами всё поняли.

- Верно...


## Глава 41


Сама по себе жизнь фактически ничто в сравнении с тем, что мы называем судьбой.

И когда перед вами оказывается нечто порой и вовсе невозможное, и необъяснимое, вы ведь не сразу понимаете, что это так. Просто потому, что все мы какое-то время всегда продолжаем жить в собственных кошмарах души (стереотипах). Да и слова любые воспринимает каждый человек всё-таки по-разному. У всех различный уровень владения в том числе и родным языком. Разное образование (в том числе и само - образование). Разный интеллект. Различный уровень развития мозга, наконец, по бессмертной теории профессора Савельева (открывшего что мозг людей может между собой отличаться в сорок раз).

Так что...


## Глава 42


Конечно же, я понимал, что сама по себе любого рода ситуация способна, конечно же, разрастаться в твоём (моём и в вашем) подсознании, но вот истина, главным образом понимание её, ведь нисколько не придёт к вам так, чтобы сразу, разом и бесповоротно.

И при этом... И при этом... Да и ничего не может быть при этом, если вы сами не способны понимать да контролировать судьбу. (Конечно же, в первую очередь речь идёт о вашем отношении ко всему происходящему. Сама судьба может почти одновременно как оставаться неподвластной, так и оказывать влияние. Но это всё не имеет никакого значения, потому как всегда на первом месте остаются восприятие самого человека; его анализ; его отношение; то, как воспринял он и только он. Потому как другой - за редким исключением - поймёт иначе.)


## Глава 43


Иногда создаётся впечатление о досужих вымыслах судьбы.

Но почти наверняка (и точно... точно...), что не имеет подобное совсем никакого значения в транскрипции к пониманию времени. Прежде всего потому что и само время часто уходят в небытиё, растворяясь там и превращаясь порой и вовсе в непонятно что. Тогда как то, что ещё (возможно... возможно...) и должно быть чем-то - попросту растворяется в пространстве бытия. (Да ещё зачастую и так, что доступа к нему уже не получаешь. Как говорится - совсем, совсем...)


## Глава 44


И всё-таки я, конечно, спешил успеть. Успеть то, что на самом деле ещё и не начинал. Успеть то, чему почти одновременно и был обязан и к чему был восприимчив.

И всё-таки это совсем оказывалось ничто. Ну хотя бы потому, что так реагировало время.


## Глава 45


Не знаю... Порой мне кажется, что я действительно чего-то не знаю, и при этом я понимаю, что не только знаю всё что нужно, но и ответ на любого рода "незнание" находится рядом со мной. И всё что необходимо - войти в транс и посмотреть своё подсознание. Бессознательное психики. Там ведь поистине скрывается не только моё, но и ваше. (В первом случае личное бессознательное, во втором бессознательное коллективное.)

И от величия такой силы...


## Глава 46


И от величия такой силы становилось порой даже больно (представив только если что можно было подумать).

А если честно - всё быть может и не так на самом деле. Ну хотя бы потому, что мы сами ничего о себе не знаем. Да и не ведаем наверное...


## Глава 47


Я спешил во что бы то ни стало успеть запечатлеть на кинохронику времени свою судьбу.

Судьбу и свою и, замечу, судьбу вашу.

Потому как с каждым из нас проходит время.

Потому как с каждым из нас уходит жизнь.

Потому как каждый из нас пишет судьбу.

Судьбу свою или судьбу другого, это уже не столь важно, потому как в действительности всё пересекается. А значит...


## Глава 48


А значит и становится ближе вечность.


## Глава 49


Да и сама уже судьба, получается.


## Глава 50


А это значит...


## Глава 51


А это значит, что круг замкнулся.


## Глава 52


Аминь.


## Глава 53


Да будет так.


## Глава 54


И это правда.


Эпилог

Ну вот фактически и всё.

Хотя любое окончание - это ведь лишь только начало.

Начало нового романа.

Романа - длинной в жизнь.

Романа, имя которому - сама жизнь...


Приложение. Матрица повреждения Зелинского. (С любезного разрешения автора публикуется текст его научного открытия в рамках статьи. Книга вышла отдельно.)


1. О Матрице Повреждения.

Матрица Повреждения. (Зелинский С.А.2024.)

Матрица Повреждения. В каждом человеке живёт подсознательное делание на самоуничтожение. Желание подсознательное - потому оно не проявляется. А то, что невозможно выявить - от этого трудно и избавиться.

Вот только то немногое, где проявляется Матрица Повреждения: курение, наркотики, алкоголь, быстрая езда на мотоциклах, экстремальные виды спорта, криминал, войны, болезни, самоубийства, неврастения, аскетизм, мученичество, психозы, членовредительство, преднамеренные несчастные случаи, психосоматические расстройства, соматические заболевания (травмы, ожоги, ранения, заболевания сердца, почек, сосудов, печени, заболевание дыхательной системы, онкология и проч.), садизм, мазохизм, невротическая любовь, аттракционы, компьютерные игры, игровые автоматы, казино, игра в карты на деньги, и т.д. и т.п. - всё это позволяет человеку балансировать на грани жизни и смерти - фактически видя эту самую смерть, а во время риска по своему выделяется адреналин и вроде как впереди только жизнь - а на самом деле человек бессознательно стремиться к смерти, потому и запускается матрица самоуничтожения, или как мягко мы её назвали - матрица повреждения (повреждения в т.ч. и своей божественной природы, повреждение психики. Это то, что в каждом из нас. И когда люди узнают об этом, они смогут задуматься и спасти себя.

Фрейд открыл более ста лет назад, после первой мировой войны, что в людях живёт стремление к смерти и уничтожению себя, он назвал танатос, влечение к смерти, или мортидо (любопытно, что первоначально Фрейд оспорил этот инстинкт к смерти, который на самом деле открыла ученица Карла Густава Юнга из России Сабина Шпильрейн, которая впервые об этом термине заявила в 1912 году в своей докторской диссертации, но после первой мировой войны проанализировал ситуацию, когда люди хладнокровно убивали друга и с радостью шли на смерть, Зигмунд Фрейд ввел это понятие в обиход, назвав инстинктом к смерти. Именно заслугой Фрейда явилось в том числе и то, что ему удалось объединить разрозненные мысли Шпильрейн об этом).

Фрейд отмечал, что влечение к смерти отмечается как понятие, которое находится на границе между душевным и физическим, является физическим представителем раздражений, которое берёт начало внутри тела и проникает в душу, становится своеобразным определителем работы, которую необходимо проделать психике благодаря её связи с физическим.

Таким образом заметим, что целью влечения к смерти является удовлетворение, которое достигается путём максимально возможного уменьшения напряжения в психике. Объект влечения - с помощью чего влечение достигает своей цели. Источник влечения - это процесс возбуждения (в органе или части тела), который на психическом уровне проявляется влечением.

В работе "По ту сторону принципа удовольствия" Фрейд противопоставлял влечение к смерти (агрессивность) - влечению к жизни (сексуальные инстинкты и инстинкты самосохранения). Он отмечал, что если принять во внимание что всё живое рано или поздно умирает, возвращаясь к неорганическому, то целью жизни является смерть.

Позже теорию Фрейда подхватили его ученики и руководители собственных направлений в психоанализе. Так Мелани Кляйн, исследуя детскую психику, не только обнаружила влечение к смерти у детей в разнообразных детских конфликтах, но и выяснила, что чувство тревоги у детей обусловлено возникновением опасности, которой подвергает организм влечение к смерти.

Антонио Менегетти считал, что существует т.н. монитор отклонения, цель которого - нарушить целостность сознания человека и воспрепятствовать ему осознать самого себя, в результате чего люди, с низким уровнем развития интеллекта - становятся рабами тех, кто ими управляет. Менегетти отмечал что человеческий организм - это компьютер, который управляет сильными - пастухами, а слабые - овцы, ведомые этими пастухами, они живут и генерируют энергию, но, когда наступит время - эту энергию у них забирают.

Курт Воннегут писал в одной из книг, что он курит, чтобы умереть медленной смертью, также как это делают другие, кто хочет умереть, но умереть не сразу, а как бы постепенно.

Игнатий Брянчанинов приводил пример с лягушкой, которую варят в холодной воде и медленно температура повышается, а она не замечает этого, тогда как если бы сразу бросить в кипяток - она бы выпрыгнула. Этот пример как никакой другой свидетельствует и о том, что точно также человек медленно разрушает себя в течение жизни, будучи заряжен на саморазрушение и включая матрицу повреждения.

Шопенгауэр, в своём программном произведении "Мир как воля и представление" отмечал тягу человека к смерти и считал, что никто не захочет заново проходить жизнь, ибо устал от неё, жизнь приносит только страдание, замечал он.

Современный философ Борис Кригер невероятно верно отмечает, что ошибочно считается, что человек живёт на благо себе и близким, потому его саморазрушительные наклонности не учитываются ни в политике, ни в экономике, ни в личной жизни и проч., тогда как в действительности оказывается наоборот и игнорирование присутствия саморазрушительной мотивации у человека неизбежно ведет к ошибочному представлению о нём и не позволяет предвидеть его поступки.

Заметим, что весьма ярко матрица повреждения включается у человека, когда он заболевает и даже ещё когда здоров - особенно если очень здоров. Именно тогда, наблюдая со стороны общество, в котором все болеют или умирают, он бессознательно начинает задаваться вопросом: отчего же он так здоров и когда у него включится программа на уничтожение - и подсознательно радуется, когда код активации запускается и программа включается.

Более того, в человеке именно от бога заложена программа на смерть - вспомним что первые люди жили очень много, а потом бог значительно сократил их жизнь.

К слову сказать, ещё в 1903 году Мечников ввёл термин "инстинкт смерти", хотя и полагал, что подобного рода инстинкт возникает у людей после 70-80 лет и характеризуется потребностью небытия и удовлетворением уже отжитой жизни. В монографиях "Этюды о природе человека" и "Этюды оптимизма" Мечников отмечал, что инстинкт смерти не обнаруживается только у больных людей, тогда как у здоровых он всячески отмечается и является идеалом здорового и сбалансированного проживания жизни, который, по его мнению, достигается далеко не каждым. Инстинкт смерти, писал Мечников, гнездится в природе человеческой.

Философ Жан Бодрийяр в работе "Символический обмен и жизнь" не только очень много говорит о влечении к смерти, но и отмечает культуру смерти в обществе. Он также обращает внимание на заслугу Фрейда, который ввёл понятие Эрос и Танатос (два инстинкта - инстинкту к жизни и инстинкт к смерти), в которых, по его мнению, Фрейд воскресает древнее манихейское видение мира как бесконечного противоборства двух влечений, Эроса и Танатоса.

Также Бодрийяр отмечает что Эрос находится на службе у смерти, а вся культура на самом деле одержима смертью как своей целью. Пусть это, по словам Бодрийяра, и выражается в длинном окольном пути к смерти в результате процесса культурной сублимации, питающее собой репрессивное насилие и управляющее всей культурой как безжалостное Сверх-Я, силой жизни, вписанной в навязчивое повторение, что верно для культуры, которая, по мнению философа, в попытке отменить смерть нагромождает мёртвое на мёртвое и которая одержима смертью как своей целью.

По мнению Бодрийяра, влечение к смерти делает потенциально бесполезными все ранее наработанные психоаналитические подходы в экономике, в энергетике, в психике, потому как влечение к смерти находится по другую сторону бессознательного, и это влечение, как полагает философ, следует отнять у психоанализа и обратить против него.

Шмидт-Хеллерау в работе "Влечение к жизни и влечение к смерти. Либидо и Лета" одновременно и опирается, и пересматривает Фрейдовскую теорию о смерти, полагая что влечение смерти существует, но является желанием жизни. По мнению Шмидт-Хеллерау, влечение к смерти - это некая векторная величина, которая определяет направление влечения лишь в одну сторону и от этого направления способно отклоняться, но никогда не будет устремлено обратно, что исключает фрейдовское понимание влечения к смерти как стремления к восстановлению прежнего состояния.

Шмидт-Хеллерау полагает, что влечение к смерти не тождественно деструктивному влечению, которое представляет собой комплекс, включающий влечения и вытеснения, элементы влечения, восприятия и двигательной разрядки, и приходит к выводу об интровертивном характере влечения к смерти, подразумевающем бездействие. По её мнению, влечение к смерти бессознательно способствует вытеснению активного влечения к жизни и тем самым вносит свою лепту в процесс поддержания баланса организма.

Заметим, что, по нашему мнению, матрица повреждения до поры до времени может не включаться. Да, она существует у каждого, но важен код активации, запускающий программу на самоуничтожения. (Притом что за раз конечно же ничего не получится, человек на удивление сильное и выносливое создание, потому необходимо многолетнее разрушение в виде собственных установок на болезни или уничтожение, то же самое ругание себя например, или употребление алкоголя и табакокурение, не говоря уже о наркотиках.)

Кстати, про установки. Мысль человека материальна. Проговаривая вслух или про себя что-то - человек таким образом закладывает в подсознание те установки, которые после непременно сработают. Всему просто нужно время. и когда-то, в результате долгого повторения, результат будет налицо.

Следует также обратить внимание, что своими мыслями мы фактически программируем себя и происходит это следующим техническим образом. Мысль даёт информацию. Информация, поступающая в мозг человека, вызывает, вследствие, скажем, эмоциональной насыщенности, очаговое возбуждение в коре головного мозга, рождая доминанту, а значит и закрепляясь таким образом в памяти в т.ч. и вследствие формирования психологической установки в подсознании и паттерна поведения в бессознательном. Весь процесс будет выглядеть в таком случае следующим образом: внешний мир воздействует информацией на кору головного мозга конкретного человека, вследствие этого в коре головного мозга формируется активный очаг повышенной возбудимости (образуется доминанта), формирующая в последующем психологическую установку и образуя паттерн поведения; таким образом, информация, полученная из внешнего мира, закрепившись в подсознании в виде установки и паттерна поведения, начинает оказывать влияние на возникновение у человека тех или иных мыслей, и как следствия - управлять поведением человека. При этом образование установок и паттернов поведения может происходить не только благодаря предварительному возбуждению в коре головного мозга (активная доминанта), но и благодаря предварительному торможению в коре головного мозга (пассивная доминанта), в результате чего блокируются все другие участки мозга, кроме задействованных в процессе связи между гипнотизером и гипнотиком, который слышит только голос гипнотизера (установление т.н. раппорта). Кроме того, доминанты, установки и паттерны могут формироваться также вследствие усиления раннее уже имеющихся полу-доминант, полу-установок и полу-паттернов. Становится возможным подобное вследствие того, что в подсознании, ко времени попадания туда новой информации, могут уже иметься определенные, как мы когда-то открыли (Зелинский С.А.), ранее сформированные полу-доминанты, полу-установки, полу-паттерны. Кроме того, как когда-то мы также установили, в психике человека, помимо того, что постоянно формируются новые и усиливаются раннее существующие доминанты, установки и паттерны, происходит постоянное формирование новых архетипов (в личном бессознательном). По нашему мнению, архетипы присутствуют не только в коллективном бессознательном, но и в личном. Как образуются архетипы личного бессознательного? В свое время, попавшая в мозг информация, не послужила образованию полноценных доминант, установок и паттернов поведения, но как бы наметила их формирование. В результате произошло образование полу-доминант, полу-установок, полу-паттернов поведения, которые остались как бы на поверхности личного бессознательного, на границе между сознанием и бессознательным, т.е. не были окончательно вытеснены в глубины памяти, но создали определенный код. В последующем, при поступлении информации схожего содержания (т.е. информации со схожей кодировкой, или иными словами, схожими импульсами от афферентных связей, т.е. связей между нейронами мозга), раннее полусформированные полу-доминанты, полу-установки и полу-паттерны доформировываются, в результате чего в мозге появляется полноценная доминанта, а в подсознании - полноценные установки, переходящие в паттерны поведения; в этом случае доминанта в коре головного мозга, вызванная очаговым возбуждением, служит причиной надежного закрепления психологических установок в подсознании, а значит и появление соответствующих мыслей у индивида, которые в последующем переходят в поступки вследствие предварительного перехода установок в подсознании в паттерны поведения в бессознательном.

Таким образом, новая информация, поступающая в мозг и в психику в результате отражения (важной функции сознания), может как сразу переходить в паттерны поведения, формируя их и усиливая раннее существующие, так и может предварительно обогащаться остатками информации, хранящейся в личном бессознательном подкрепленном схожей информацией (со схожей кодировкой) из коллективного бессознательного. Раннее у подобной информации не хватило силы для формирования отдельного архетипа (поэтому был сформирован полу-архетип). Теперь же, вследствие повторения сигнала, старый сигнал усиливается (в результате дополнения новой информацией старой), а значит и образуется (формируется) новый архетип бессознательного (архетип личного бессознательного).

Возвращаясь к матрице, скажем что Матрица Повреждения, это ещё матрица психологического повреждения помимо того, что матрица повреждения природы психики, духовной природы, ибо бог дал жизнь и против самоубийства.

Матрица повреждения может случаться и при приёме на работу (фактор который вообще мало кто, а может и никто не учитывает), человека берут, или скажет он работает уже долгие годы, а потом раз - и начинает совершать фактически явное вредительство. И никто не понимает почему и отчего он делает такое. А это просто у него произошёл код активации и включались матрица повреждения.

Возможно очень многое, если не всё, продиктовано матрицей повреждения, свойственной каждому из нас. По сути, ведь на самом деле так и есть, стоит захотеть начать делать добрые дела - почти обязательно случается какая-то гадость, которая мешает этому. Но и даже если вы вдруг делаете - после словно бесы начинают играть на сковородах души, отчего случается нечто, что как будто бы надолго отвращает вас от благих поступков.

Ну а если вы изначально благи и добры, то обязательно или заболеваете какой-то болезнью (смертельной или около того), или же происходит у вас или ваших близких горе (после которого вам надо время оправиться, и соответственно всё остальное отодвигается на второй план).

Вот это всё и есть матрица повреждения. Матрица того, что происходит в жизни, и, собственно, пожалуй, жизнь и состоит. (По крайней мере точно, что в выше озвученном ключе проходит всё и вся.)

А иногда случается и плата за талант. Вспомните сколько гениальнейших поэтов, писателей, артистов ушли из жизни молодыми. Но вот, работая над матрицей (и открытым Мечниковым и Фрейдом и другими инстинктом смерти), подумал я что не просто так ведь всё происходит, этак чтобы раз и всё. Обязательно должен существовать какой-то код активации. Ведь да, всё относится к тому что человек сам себя разрушает, но не есть ли это лишь то, что относится к матрице повреждения, то есть к тому, что способно разрушить вас, но лишь при вашем желании, ибо только в таком случае запускается код активации, т.е. сознательно, и потому мы говорим в т.ч. и о сознательно-бессознательной саморегуляции. А это значит, если вы знаете, что что-то является злом, скажем внушили вам с детства или юности, то вот вам и активация кода на самоуничтожение, активация кода матрицы повреждения, но срабатывает по-настоящему это когда вы только сами того хотите - то есть управляете в том числе и сознательно, а значит способны и остановиться процесс разрушения!

Испытываемый в той или иной мере страх у любого человека относится к базальной тревожности, то есть к тому, что свойственно каждому и корнями уходит в природу первобытной психики, откуда, собственно, вся и психика современного человека. Страх этот играет очень важную роль, потому что он зачастую и играет роль некоего фактора надёжности, того, что прошло верификацию временем, того, что подтверждает, что существует смерть и значит матрица повреждения, включаясь, может к этой смерти в итоге и привести. (О страхе отдельно и ниже мы напишем подробней, а сейчас продолжим матрицу, чтобы не терялась общая нить повествования.)

И вот что наверняка покажется удивительным и занимательным, это фактически наша программируемость самих себя. То есть опять включается матрица повреждения, запускаемая по коду активации. И при том, что какую программу (внушением) мы в себя заложим - такое и получим в итоге.

То есть матрица повреждения существует и в любой момент может запуститься код активации, но этот код в виде любого триггера может иметь и положительную и отрицательную сторону и это всё зависит исключительно от того, какие вы сами себе дадите установки. Хотя и, надо заметить, исходя из того, что подавляющее большинство людей отчего-то дают себе негативные установки (жизнь - страдание, как полагали и Будда и Шопенгауэр, и не сказать что сильно ошибались), то и случаются в их жизни какие-то отрицательные моменты (потому как в ином случае можно внушить себе, что и яд - не яд, и, выпив (как тот же исторический пример с Распутиным - великим старцем супруги последнего царя, когда его травили - а отравить не получилось, яд не брал, пришлось, к слову, убить другим способом, более практичным чем слово - пуля, но это уже из другой оперы).

Таким образом мы можем заключить, что матрица повреждения конечно же существует, и, к сожалению, существует она в каждом - вот только код активации способен запускать уже сам человек (сознательно или бессознательно в зависимости от уровня природного интеллекта и образования). То есть кто-то ведь может и не запускать, или же даже при явной пагубности чего-либо - внушить себе обратную сторону бытия, и всё будет в порядке (ослепительно хорошо, как говорила булгаковская Маргарита). А можно наоборот - (эффект плацебо) и молоко выпить, а брякнет кто-то что яд - и умрёт человек или какие органы откажут.

"Но вот какой вопрос меня беспокоит: ежели бога нет, то, спрашивается, кто же управляет жизнью человеческой и всем вообще распорядком на земле?

- Сам человек и управляет, - поспешил сердито ответить Бездомный на этот, признаться, не очень ясный вопрос.

- Виноват, - мягко отозвался неизвестный, - для того, чтобы управлять, нужно, как-никак, иметь точный план на некоторый, хоть сколько-нибудь приличный срок. Позвольте же вас спросить, как же может управлять человек, если он не только лишен возможности составить какой-нибудь план хотя бы на смехотворно короткий срок, ну, лет, скажем, в тысячу, но не может ручаться даже за свой собственный завтрашний день? И, в самом деле, - тут неизвестный повернулся к Берлиозу, - вообразите, что вы, например, начнете управлять, распоряжаться и другими и собою, вообще, так сказать, входить во вкус, и вдруг у вас... кхе... кхе... саркома легкого... - тут иностранец сладко усмехнулся, как будто мысль о саркоме легкого доставила ему удовольствие, - да, саркома, - жмурясь, как кот, повторил он звучное слово, - и вот ваше управление закончилось! Ничья судьба, кроме своей собственной, вас более не интересует. Родные вам начинают лгать, вы, чуя неладное, бросаетесь к ученым врачам, затем к шарлатанам, а бывает, и к гадалкам. Как первое и второе, так и третье - совершенно бессмысленно, вы сами понимаете. И все это кончается трагически: тот, кто еще недавно полагал, что он чем-то управляет, оказывается вдруг лежащим неподвижно в деревянном ящике, и окружающие, понимая, что толку от лежащего нет более никакого, сжигают его в печи. А бывает и еще хуже: только что человек соберется съездить в Кисловодск, - тут иностранец прищурился на Берлиоза, - пустяковое, казалось бы, дело, но и этого совершить не может, потому что неизвестно почему вдруг возьмет - поскользнется и попадет под трамвай! Неужели вы скажете, что это он сам собою управил так? Не правильнее ли думать, что управился с ним кто-то совсем другой? - и здесь незнакомец рассмеялся странным смешком".

Булгаков. Мастер и Маргарита.


Как известно, культура несёт в себе тревожность и невроз для индивида, так как вынуждено загоняет его в рамки цивилизации.

Прослеживая вопрос влияния культуры на человека, Фрейд отмечал, что цель жизни задана удовольствием. При этом следует заметить, что психика современного человека мало чем отличается от психики человека первобытного, и наиболее яркое различие как раз заключается в том, что все то, что у первобытного индивида было как бы наяву, т.е. было представлено в сознании, - современный человек, человек цивилизованный и культурный, вынужден скрывать в бессознательном (подсознании), за мощной маской т.н. цензуры психики. Всё же ужасы и низменные желания, которыми активно жил первобытный человек, современный индивид способен проявлять лишь в ИСС (измененных состояниях сознания). И это наиболее становится заметно, например, в войнах (с их кровавыми драмами в разыгрываемых жестокостях по отношению к мирному населению захваченных стран: убийства, пытки, изнасилования), в рядах футбольных фанатов или иных скоплениях масс (в подобных толпах некоторые представители молодежи даже занимаются сексом, стоя, и не взирая на то, что плечом к плечу стоят другие люди; в толпе все едины, все как одно целое, толпа завораживает, и каждый участник бессознательно одобряет поведение другого, и готов пойти за ним в огонь и в воду), и проч. формах массообразования, или, например, в результате погружении я в ИСС после употребления алкоголе- и нарко-содержащих препаратов (опиум, гашиш, ЛСД, водка, иногда марихуана, и др.)

То, что называется счастьем, проистекает из внезапного удовлетворения, разрядки достигшей высокого уровня напряжения потребности. По самой своей природе это возможно только как эпизодическое явление. Любое постоянство, длительность ситуации, страстно желательной с точки зрения принципа удовольствия, вызывает у нас лишь чувство равнодушного довольства.

Мы устроены таким образом, что способны наслаждаться лишь при наличии контраста и в малой степени самим состоянием. Так что возможности нашего счастья ограничиваются уже нашей конституцией. Куда меньше трудностей с испытанием несчастья. С трех сторон нам угрожают страдания: со стороны нашего собственного тела, приговоренного к упадку и разложению, предупредительными сигналами которых являются боль и страх - без них нам тоже не обойтись. Со стороны внешнего мира, который может яростно обрушить на нас свои огромные, неумолимые и разрушительные силы. И, наконец, со стороны наших отношений с другими людьми. Страдания, проистекающие из последнего источника... воспринимаются нами болезненнее всех остальных; мы склонны считать их каким-то излишеством, хотя они ничуть не менее неизбежны и неотвратимы, чем страдания иного происхождения.

Поэтому мы должны говорить о том, что принцип удовольствия под влиянием жизненных обстоятельств (над всеми нами довлеет культура, цивилизация) преобразуется в принцип реальности.

Задача избавления от страдания, задача недопущения страдания, вытесняет принцип удовольствия, т.е. - удовлетворение низменных желаний. При этом можно или сознательно контролировать проявление подобных желаний, или же также сознательно уходить от мира, например, в монастырь. И в том и в другом случае это сознательный уход от реальности проявления тайных желаний, которые современный человек вытесняет в бессознательное, и держит там с помощью барьера психики, барьера, воздвигаемого самой природой (структурой психики) между сознанием и бессознательным (подсознанием).

Существует еще и бессознательный уход от проблем окружающего мира (психические заболевания). А среди полусознательных можно назвать наркотики и алкоголь. Это тоже своего рода бегство от реальности с целью "общения" с собственным бессознательным, с целью реализации того, что никак невозможно совершить, будучи в сознании. Но это опасный путь, фактически путь в никуда. Поэтому если невозможна на таком пути умеренность (Черчилль до конца жизни выпивал по бутылке "виски" каждый день, а Фрейд 20 лет употреблял кокаин и до конца жизни выкуривал каждый день больше 20 сигар; притом что и тот и другой не только прожили далеко за 80, а Фрейд ушел из жизни сам, покончив с собой в результате укола яда, но и были исключительно уважаемыми людьми в обществе, имеющими мировое признание; Черчилль, помимо прочего, был еще и лауреатом нобелевской премии по литературе), так вот, если невозможна умеренность или организм предрасположен к усилению действия алкоголя или наркотика, рекомендуется прекратить прием, и, например, сублимировать собственные желания из бессознательного - в творчество или иное общественно-полезное деяние.

Возвращаясь к влиянию культуры на психику индивида, мы должны заметить, что необходимость сдерживать низменные позывы бессознательного (а такие позывы, напомним, уже изначально находятся в психике каждого человека) в иных случаях приводят к повышению общей нервозности психики, т.е. к развитию различного рода симптоматики невротических заболеваний. Причём иной раз человек может и не погружаться полностью в болезнь, а находиться, например, в пограничной стадии, так сказать между погружением (и завладением сознания соответствующей симптоматикой) и ОСС (обычными состояниями сознания). И таких людей на самом деле очень много (особенно после Перестройки).

Наиболее частым проявлением симптоматики пограничных заболеваний вследствие отказа от удовлетворения низменных желаний является чувство вины.

Фрейд пришел к выводу, что известны два источника чувства вины: страх перед авторитетом и позднейший страх перед "Сверх-Я". Первый заставляет отказываться от удовлетворения инстинктов, второй еще и наказывает (ведь от "Сверх-Я" не скрыть запретных желаний). Первоначально отказ от влечений был следствием страха перед внешним авторитетом: от удовлетворения отрекались, чтобы не потерять любви. Отказавшись, человек как бы расплачивается с внешним авторитетом, и у него не остается чувства вины.

Иначе происходит в случае страха перед "Сверх-Я". Здесь мало отказа от удовлетворения, поскольку от "Сверх-Я" не скрыть оставшегося желания.

Чувство вины возникает несмотря на отказ. Каждый отказ делается динамическим источником совести, он всякий раз усиливает ее строгость и нетерпимость.

Совесть - следствие отказа от влечений; либо отказ от влечений (навязанный нам извне) создает совесть, которая затем требует все нового отказа от влечений.

Каждая составная часть агрессивности, которой отказано в удовлетворении, перехватывается "Сверх-Я" и увеличивает его агрессию против "Я".

Какими бы ни были первые запреты, у ребёнка должна была развиться значительная агрессивность против того авторитета, который препятствует удовлетворению самых настоятельных его влечений.

Ребёнок был вынужден отказываться от удовлетворения своей мстительной агрессии против авторитета. В этой трудной ситуации он прибегает к помощи механизма идентификации, а именно, переносит внутрь себя самого этот неуязвимый авторитет, который становится "Сверх-Я". Тем самым он получает во владение всю ту агрессивность, которую в младенчестве направлял против этого авторитета. Детское "Я" должно довольствоваться печальной ролью столь униженного - отцовского - авторитета. Как это часто случается, мы имеем дело с зеркальной ситуацией: "Если бы я был отцом, а ты ребёнком, то плохо бы тебе пришлось". Отношение между "Сверх-Я" и "Я" есть перевернутое желанием реальное отношение между еще не расщепившимся "Я" и внешним объектом. Это также типичная ситуация. Существенное различие, однако, состоит в том, что первоначальная строгость "Сверх-Я" отличается от той, которая испытывается со стороны объекта или ему приписывается; скорее, она представляет собственную агрессивность против объекта. Сначала совесть возникает посредством подавления агрессивности, а затем она все более усиливается благодаря все новым актам подавления. Таким образом, даже при самом мягком воспитании у ребёнка может развиваться суровая совесть. Совесть - это одна из структур Сверх-Я и действует как цензор, отсеивая поступающую в сознание информацию.

Чувство вины, "Сверх-Я", это контроль за взаимоотношениями стремлений "Я" и требований "Сверх-Я". Лежащий в основе этого отношения страх перед критической инстанцией, потребность в наказании - это проявление инстинкта "Я", сделавшегося мазохистским под влиянием садистического "Сверх-Я".

Иначе говоря, "Я" употребляет часть имеющегося у него внутреннего деструктивного влечения для установления связи со "Сверх-Я".

При этом в ОСС чувство вины оказывается ощутимо (осознано) сознанием. Тогда как в неврозе навязчивых состояний чувство вины уже навязывается сознанию. Тогда как в проявлении иных неврозов можно говорить и о бессознательном чувстве вины.

Культура есть нечто навязанное противящемуся большинству меньшинством, которое ухитрилось завладеть средствами власти и насилия. Культура вынуждена строиться на принуждении и запрете влечений; у всех людей имеют место деструктивные, то есть антиобщественные и антикультурные тенденции и что у большого числа лиц они достаточно сильны, чтобы определить собою их поведение в человеческом обществе. Этому психологическому факту принадлежит определяющее значение при оценке человеческой культуры.

Нельзя обойтись без господства меньшинства над массами, потому что массы косны и недальновидны, они не любят отказываться от влечений, не слушают аргументов в пользу неизбежности такого отказа, и индивидуальные представители массы поощряют друг в друге вседозволенность и распущенность. Люди обладают двумя распространенными свойствами, ответственными за то, что институты культуры могут поддерживаться лишь известной мерой насилия, а именно люди, во-первых, не имеют спонтанной любви к труду и, во-вторых, доводы разума бессильны против их страстей. Определенный процент людей навсегда останется асоциальным. Всякая культура покоиться на принуждении к труду и на отказе от влечений. А это в конце концов вызывает сопротивление со стороны психики индивидов.

Прослеживая развитие подобного рода сопротивления, Фрейд находил, что какое-либо влечение может быть неудовлетворенно в результате запрета, вследствие чего образуется лишение. Следует разделять древнейшие лишения с запретами, предписывавшими эти лишения, ибо они действуют до сих пор, составляя ядро враждебных чувств к культуре. Проявляется это у ряда индивидов-невротиков, реагирующих на подобное асоциальностью (желание инцеста, каннибализма, кровожадности). При этом за время цивилизации запреты культуры входят в бессознательное психики, и подобным образом ребенок приобщается к нравственности и социальности. Это усиление Сверх-Я есть в высшей степени ценное психологическое приобретение культуры. Личности, в которых оно произошло, делаются из противников культуры ее носителями. Чем больше их число в том или ином культурном регионе, тем обеспеченнее данная культура, тем скорее она сможет обойтись без средств внешнего принуждения. При этом, значительное число людей повинуется культурным запретам лишь под давлением внешнего принуждения (только там, где нарушение запрета грозит наказанием). В основном с фактами нравственной ненадежности людей мы сталкиваемся в этой сфере. Бесконечно многие культурные люди, которые отшатнулись бы в ужасе от убийства или инцеста, не отказывают себе в удовлетворении своей алчности, своей агрессивности, своих сексуальных страстей, не упускают случая навредить другим ложью, обманом, клеветой, если могут при этом остаться безнаказанными, и это продолжается без изменения на протяжении многих культурных эпох.

Деструктивные желания возможно реализовывать в творчестве. При этом на пути удовлетворения влечений в обычной жизни становится, по мнению Фрейда, религия. В чем заключена особая ценность религиозных представлений? Мы говорили о враждебности к культуре, следствии гнета этой последней, требуемого ею отказа от влечений. Если вообразить, что ее запреты сняты и что отныне всякий вправе избирать своим сексуальным объектом любую женщину, какая ему нравится, вправе убить любого, кто соперничает с ним за женщину или вообще встает на его пути, может взять у другого что угодно из его имущества, не спрашивая разрешения,- какой вереницей удовлетворении стала бы тогда жизнь! Правда, мы сразу натыкаемся на следующее затруднение. Каждый другой имеет в точности те же желания. По существу, только один-единственный человек может поэтому стать безгранично счастливым за счет снятия всех культурных ограничений - тиран, диктатор, захвативший в свои руки все средства власти; и даже он имеет все основания желать, чтобы другие соблюдали по крайней мере одну культурную заповедь: не убивай. При этом, в случае избавления от культурных запретов, единственной участью человека окажется природное состояние. В этом случае природа не требовала бы ограничения влечений и дала бы свободу действий, однако в таком случае природа губит человечество. Как раз по случаю удовлетворения человеком любых влечений. Как раз из-за этих опасностей, которыми грозит природа, люди объединились и создали культуру. И тогда уже главная задача культуры - защита от природы. При этом любая религия, по мнению Фрейда, это иллюзия, потому что нет доказательств религии, есть только вера в них. При этом религия способна сдерживать асоциальные влечения индивида. Когда культура выставила требование не убивать соседа, которого ты ненавидишь, который стоит на твоем пути и имуществу которого ты завидуешь, то это было сделано явно в интересах человеческого общежития, на иных условиях невозможного. В самом деле, убийца навлек бы на себя месть близких убитого и глухую зависть остальных, ощущающих не менее сильную внутреннюю наклонность к подобному насильственному деянию. Он поэтому недолго бы наслаждался своей местью или награбленным добром, имея все шансы самому быть убитым. Даже если бы незаурядная сила и осторожность оградили его от одиночных противников, он неизбежно потерпел бы поражение от союза слабейших. Если бы такой союз не сформировался, убийство продолжалось бы без конца, и в конце концов люди взаимно истребили бы друг друга. Одинаковая для всех небезопасность жизни сплачивает людей в общество, которое запрещает убийство отдельному индивиду и удерживает за собой право совместного убийства всякого, кто переступит через запрет. Так со временем возникают юстиция и система наказаний.


Говоря о матрице и уже упомянутых триггерах, заметим, что действительно, вероятней всего существуют ещё начальные стадии того, что матрица повреждения будет активирована посредством активации кода активации - это так называемые триггеры, которые у каждого безусловно свои и чем-то напоминают триггеры из НЛП.

В результате бессознательных мыслей о смерти, болезни или каком-то якобы ожидаемом несчастье усиливают самовнушение и происходит запрограммированность мозга на получение результата, а стрессовые состояния и различные факторы жизни (например, когда-то что-то сбывается из того, о чём человек думал), в результате чего человек начинает пребывать в неком трансе, т.е. специфической диссоциации психики. Большая часть таких программ не осознается человеком и находит отражение только в глубинных речевых структурах (т.е. неосознаваемой идеи того, что хочет сказать говорящий; сокращая эту глубинную структуру, чтобы выразиться ясно, говорящий высказывает поверхностную структуру). Если чуть отвлечься, то стоит заметить, что на этом частично строится НЛП, которая предполагает, что поскольку люди общаются с внешним миром посредством нейрофизиологических, социокультурных и индивидуальных фильтров, то они вынуждены создавать карты, которые используют для управления своим поведением. Именно благодаря таким картам человек способен осмысливать свой опыт, помещая его в определенный контекст. Исходя из этого, НЛП рассматривает любое человеческое поведение сквозь призму выборов, которые предоставляет человеку его карта. Отсюда вытекают основные критерии оценки поведения - его адаптивность, многообразие, гибкость и эффективность в достижении поставленных целей.

Каждый человек всегда делает лучший выбор, доступный ему в рамках собственной "карты" мира. Все внутренне и межличностные конфликты имеют в своей основе ту или иную ограниченность "карты" мира. Причем любой человек создает свою "карту" посредством трех универсальных моделирующих процессов: обобщения (генерализации), исключения (стирания) и искажения. Такие процессы служат адаптивным целям, но, если человек начинает принимать субъективную реальность за одну-единственную истинную действительность, эти же процессы ограничивают его и лишают способности реагировать гибко.

Обобщение - процесс, посредством которого части карты мира, созданной человеком, отрываются от первоначального переживания и начинают репрезентировать всю категорию, по отношению к которой данное переживание рассматривалось как пример. (Например, в процессе жизни человек учится действовать с различными предметами и ситуациями: осторожно вести себя электричеством, управлять автомобилем, и т. п., но при этом, эти же процессы способны стать причиной ограничений: несколько неудач в управлении автомобилем могут сформировать убеждения об отсутствии подобных способностей, или, например, неудачный сексуальный опыт способен привести к ряду установок, мешающих в последствии гармоничной сексуальной жизни).

Исключение - процесс, посредством которого человек выборочно обращает внимание на определенные аспекты опыта и исключает другие. Например, влюбленность и идеализация объекта любви ограничивают как самого влюбленного, так и любимого.

Искажение - процесс, вынуждающий осуществлять самые невероятные трансформации в восприятии информации. Благодаря этому люди обладают способностью к фантазированию, творчеству, выдвигают новые научные гипотезы и проч.

Кроме того, известно, что человек воспринимает и отражает окружающий мир посредством органов чувств. Поэтому в НЛП большое значение придается модальности.

Выделяют следующие модальности:

1) визуальную (зрительную);

2) аудиальную (слуховую);

3) кинестетическую (телесных ощущений);

4) обонятельно-вкусовую.

Обычно у человека доминирует одна из модальностей, а другие являются сопутствующими. При этом, если человек воспринимает внешний мир в разных модальностях, одна из которых доминирующая, то примерно так же он отражает и свой внутренний мир. Прежде чем что-то сказать, ответить на вопрос, человек должен получить доступ к собственной информации, к своим собственным бессознательным процессам. Модальная система, отвечающая за извлечение информации, называется ведущей; система, представляющая эту информацию сознанию - репрезентативной; а система, сверяющая полученный результат - референтной.

Существует определенная зависимость между доминирующей модальностью, в которой человек воспринимает мир, и предикатами речи, посредством которых он это восприятие выражает. Предикаты формируются у объекта на бессознательном уровне, поэтому для того, чтобы наладить контакт с объектом (сформировать раппорт), необходимо использовать те предикаты речи, к которым прибегает объект.

НЛП наиболее активно используется в, различного рода, манипуляциях психикой человека (объекта), так как весьма эффективна. Известна такая методика закрепления необходимых реакций у объекта, как техника якорения. Якорем называется пусковой стимул (триггер), по ассоциации запускающий искомое эмоциональное переживание из прошлого (наподобие лампочки в лаборатории академика Павлова, стимулировавшей слюноотделение у подопытной собаки).

Якоря весьма распространены в жизни каждого человека, просто большинство их не замечает.

Якоря участвуют в формировании установок человека, и весьма распространены, например, в рекламе.

Возникают якоря двумя способами: путем длительного повторения и появления на пике интенсивного эмоционального переживания. Причём, повторение требуется только тогда, когда нет эмоциональной вовлеченности. Чем менее эмоционально вовлечен человек, тем больше повторений ему необходимо, чтобы закрепить ассоциацию.

Установка и использование "якорей" позволяет получать быстрый и эффективный доступ к необходимым ресурсам. Для кинестетических "якорей" обычно выбирают незаметные касания, сжимания (например, запястья или локтя), похлопывания (по плечу). Для аудиальных якорей используют слова или фразы. Визуальный якорь - образ или символ. Якоря не должны повторяться и по возможности являться частью обыденного поведения объекта.

Одной из известных техник НЛП является рефрейминг (переформирование). Процессы человеческого мышления базируются на хранящихся в памяти людей многочисленных структурах данных - фреймах, с помощью которых человек осознает зрительные образы (фреймы визуального восприятия), понимает слова (семантические фреймы), рассуждения, действия (фреймы-сценарии) и повествования (фреймы-рассказы). Считается, что смысл любого события зависит от того, в какую рамку оно помещено. Изменение рамки приводит к изменению смысла, что, в свою очередь, меняет программы сознания и поведения.

Рефрейминг - это способность человека помещать события в самые различные рамки. Выделяют два вида рефрейминга: рефрейминг контекста и рефрейминг содержания. В основе рефрейминга лежит различие между намерением и поведением, тем, что человек делает, и тем, чего он на самом деле пытается при этом достичь.

В НЛП известны также такие техники, как взмах и взрыв.

Первым этапом техники взмаха является определение проблемы и той пусковой картинки (звука, ощущения), которая предшествует нежелательному поведению или симптому. Затем создается вторая картинка - образ желательного состояния, в котором пациент уже как бы избавился от проблемы.

Взмах состоит в том, что сначала клиента просят представить первую пусковую картину как большую и яркую, а в нижний правый угол поместить пока еще маленькую и тусклую вторую картинку. Затем требуется резко и максимально быстро заменить большую картинку маленькой, сделав последнюю большой, яркой и контрастной. После этого делается непродолжительная пауза, а затем внутренний экран очищается и картинки взмахиваются снова. Для достижения устойчивого результата рекомендуется проделывать это не менее пяти раз.

Результат взмаха проверяется следующим образом: клиента просят вызвать первый, проблемный образ. Если взмах был эффективным, то это будет трудно сделать, а если и удастся, то образ будет тусклым, размытым, удаленным и, главное, неприятным.

При использовании техники взрыва клиента просят подумать о проблеме, связанной с навязчивыми мыслями. После этого его просят подумать о желании, к которому он относится более-менее безразлично. Так определяется, какие именно субмодальности формируют навязчивое состояние и какие - нейтральное отношение. В завершение производится взрыв доминирующей субмодальности, формирующей навязчивость. Это либо одноразовое мощное усиление доминирующей субмодальности до такой степени, что кинестетическая реакция превышает верхний порог и исчезает вместе с навязчивостью, либо используется метод, заключающийся в быстром и многократном повторении усиления-ослабления доминирующей субмодальности. Повторения идут последовательно и быстро до победного завершения.


Всё чаще и чаще нахожу я подтверждение существования матрицы повреждения.

Осознание существования её по-своему обескураживает, но вот открыли мы что человек фактически сам программирует себя. Например, услышав дурные мысли он подсознательно ожидает их свершения, а если они не свершаются, то бессознательно делает всё, чтобы они свершились и после получения оного - испытывает внутреннюю психологическую радость.


На удивление конечно просто, но вероятней всего так всего лишь на первый взгляд, потому как в действительности я не сразу пришёл к тому выводу, что мы сами способны управлять матрицей повреждения. Да она часто и срабатывает лишь от наших мыслей. И это верно также, как никакой гипноз невозможен если сам человек подобного не хочет.

А в случае с матрицей, мы попросту сами себя программируем. Так действуют гадалки, играя на свойствах человеческой психики, когда, сказав какое-то слово, они знают, что подобное свершится потому что человек сам начнёт думать об этом и не успокоимся, пока оно не свершится. В крайнем случае он это выдумает. Но то что будет так - фактически наверняка будет именно так. (Вот почему гадалки имеют "постоянных" клиентов. Те попросту сами к ним потом приходят после того как "сбудется" что-то из предыдущего предсказания.)


Непременно в открытую мной матрицу повреждения следует внести ещё и всю ту глупость, которая льётся с человеческих речей и особенно действия. Я хотел было выделить это в какое-то новое изобретение, но думаю, что глупость человеческая относится как раз именно к матрице повреждения. Хотя и вполне можно выделить оную в отдельное, так сказать, делопроизводство.


Поистине, глупость относится к матрице повреждения самым непосредственным образом, ибо ведь не сразу человек рождается глуп (есть и такие, но о априори дураках сейчас речь не ведём, нас интересуют вполне успешные и образованные люди - которые такими были или хотя бы умело казались. А после вот как-то разом поглупели. А ведь на самом деле они всегда и были таковыми. Просто среди их окружения присутствовали ещё более тупые люди, которые понятно, не понимая или - что ещё хуже - недопонимая - приписывали этому вождю среди дураков поистине лучшие качества (качества, кои явно не угадывали в себе), а значит вот вам налицо и глупость - не только помноженная на тупость других людей, но и на некоторого рода возвеличивание, своего рода вождизма даже - от слова вождь для правильного перевода на другие языки - а потому уже тут и говорить нечего, ибо всё равно вокруг каждого из нас рано или поздно формируется круг единомышленников, которые априори по своим мозгам или соответствуют нам или являются чуть выше (для собственной гордости - вспомним гордыня недаром один из смертных грехов потому что очень распространено, библия кладезь философско-психологической мудрости помимо своего теолого-богословского начала), или же ниже нас (надеясь в скором времени обогнать и перегнать - как СССР всё время стремилась догнать и перегнать Америку, все пятилетки были фактически направлены на это, но окончилось тем что Америка разрушила СССР и он распался), так вероятней всего и здесь, но эти глупцы же в человеческом обличье наверняка мыслят иное и по всей видимости даже верят, что подобное рано или поздно им удастся.

В любом случае и в первом и во втором случае перед нами явно какое-то философско-психологическое извращение души и понятно, что ничего никому не удастся.


Таким образом мы можем сделать вывод, что до поры до времени матрица повреждения может и не включаться. Да, она будет занимать некую выжидательную позицию, чтобы после - когда будет задействован (через триггер) код активации - вспыхнуть, то есть буквально чуть ли не взорваться.

И вот что наверняка покажется удивительным и занимательным, это фактически наша программируемость самих себя. То есть опять включается матрица поведения, запускаемая по коду активации. И при том, что какую программу (внушением) мы в себя заложим - такое и получим в итоге.

Но и вот тут не всё просто. Как мы уже говорили. В человеке существует сознательно-бессознательная саморегуляция. Это и вымышленный образ, который он тем или иным образом бессознательно придумывает и сознательно вводит в жизнь (скорее даже в иных случаях и наоборот), и те действия, которые он выполняет почти одновременно - и сознательно, и бессознательно. И тогда получается - что каждый человек сам в себе может решить: запустить ему матрицу на самоуничтожение. Или всячески наоборот - дать иную психологическую установку. А значит с помощью нашего метода сознательно-бессознательной саморегуляции - мы впервые в истории способны остановить матрицу повреждения и инстинкт смерти затушить, перепрограммируя себя на долгую жизнь без болезней. И всё в руках каждого человека. Вечной и здоровой всем вам жизни - друзья!


Сергей Зелинский

Декабрь 2024 год


(C) C.А.Зелинский. Время небытия.