Красногоров Валентин Самуилович
Три-шесть-три

Lib.ru/Современная: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Помощь]
  • Оставить комментарий
  • © Copyright Красногоров Валентин Самуилович (valentin.krasnogorov@gmail.com, krasnogorovtheatre@gmail.com)
  • Размещен: 02/03/2026, изменен: 02/03/2026. 26k. Статистика.
  • Пьеса; сценарий: Драматургия
  • Современная
  • Скачать FB2
    •  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Одноактная пьеса из цикла История драмы в картинках. Шутливая пародия на чеховские пьесы. 3 женских роли.

    •   
      
      

    Валентин Красногоров

    Три-шесть-три

    Короткая сцена из современной жизни

    Шутливая отсылка к чеховским пьесам

      
      
      
      
      
      
      
       ВНИМАНИЕ! Все авторские права на пьесу защищены законами России, международным законодательством, и принадлежат автору. Запрещается ее издание и переиздание, размножение, публичное исполнение, помещение спектаклей по ней в интернет, экранизация, перевод на иностранные языки, внесение изменений в текст пьесы при постановке (в том числе изменение названия) +без письменного разрешения автора или его законного представителя.
      
      
      
      
      
       Контакты
       Ларри Фейнберг/ Larry Feinberg
       Официальное представительство драматурга Валентина Красногорова
       Official representation of dramatist Valentin Krasnogorov
       e-mail: krasnogorovtheatre@gmail.com
       WhatsApp +7-915-269-32-67; +1-973-668-64-83
       http://krasnogorov.com/ Для каждого театра, для каждого зрителя.
       For every theater. For every soul in the audience.
      
      
      
      
      
      
      

    Действующие лица

      

    Ольга - сестра Олега

    Маша - сестра Миши

    Ирина - сестра Игоря

      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
       Просторная гостиная. Ольга, Маша и Ирина неторопливо пьют за столом чай.
       ИРИНА. Вот мы сидим тут, пьем чай... Как это, в сущности, мелко, пошло, скучно!
       ОЛЬГА. Ты права, дорогая. Я тоже вчера читала книгу и думала: как обыденно и заурядно мы живем!
       МАША. И я пью чай и думаю: вот, мы пьем чай, а ведь есть люди, которые живут настоящей жизнью - они работают.
       ИРИНА. Да, они работают, а мы едим вкусную еду, пьем чай, гуляем, ходим в театр, смотрим телевизор, читаем, слушаем музыку. Как это пошло!
       ОЛЬГА. Поймет ли кто-нибудь когда-нибудь наши страдания?
       ИРИНА. Боже мой, не то, что человеком, лучше быть волом, лучше быть простою лошадью, только бы работать, чем молодой женщиной, которая встает в двенадцать часов дня, потом пьет в постели кофе, потом два часа одевается... О, как это ужасно! Ольга, плесни еще чайку.
       ОЛЬГА. Ты права, Ирина. Человек должен трудиться, работать в поте лица, кто бы он ни был, и в этом одном заключается смысл и цель его жизни, его счастье, его восторги.
       МАША. Как хорошо быть рабочим, который встает чуть свет и бьет на улице камни, или учителем, который учит детей, или машинистом на железной дороге...
       ОЛЬГА. В жаркую погоду так иногда хочется пить, как мне захотелось работать. Маша, подлей и мне. И, пожалуй, я съем еще кусочек торта.
       ИРИНА. Мне так хочется хотя бы один день в моей жизни поработать так, чтобы прийти вечером домой, в утомлении повалиться в постель и уснуть тотчас же. Рабочие, должно быть, спят крепко! Нет, дорогие, счастья нет, не должно быть и не будет для нас...
       МАША. Мы должны только работать и работать, а счастье - это удел наших далеких потомков.
       ОЛЬГА. Да, надо работать. И если я не буду рано вставать и трудиться, то откажите мне в вашей дружбе.
       ИРИНА. Тоска по труду, о боже мой, как она мне понятна! А торт, действительно, вкусный.
       ОЛЬГА. Меня томит этот огромный дом, эти двадцать шесть комнат, в которых можно заблудиться. Когда папа был генералом, он продал военную базу подрядчикам и купил на эти деньги дом. Но я хочу вырваться отсюда в Москву. В Москву! Как хочется в Москву!
       МАША. Дорогая, но мы ведь живем как раз в Москве.
       ОЛЬГА. Да? Правда, я и забыла. Тогда в Париж, что ли?
       ИРИНА. А почему именно в Париж?
       ОЛЬГА. Надо же куда-нибудь стремиться. Я хочу в Париж!
       МАША. Я продам свою дачу в Ментоне и тоже поеду в Париж, чтобы там работать.
       ИРИНА. Мы все поедем в Париж, чтобы там работать.
       ОЛЬГА, ИРИНА и МАША. (Вместе.) В Париж! В Париж!
       ИРИНА. Пришло время, надвигается на всех нас громада, готовится здоровая, сильная буря, которая идет, уже близка и скоро сдует с нашего общества лень, равнодушие, гнилую скуку, предубеждение к труду.
       ОЛЬГА. Да, это будет очень скоро!
       МАША. Да, очень скоро. Через двести, триста лет жизнь будет невообразимо прекрасной, изумительной. Человеку нужна такая жизнь, и если ее нет пока, то он должен предчувствовать ее, ждать, мечтать, готовиться к ней. Другими словами, работать.
       ИРИНА. Почему через двести-триста лет? По телевизору говорили, что прекрасная жизнь наступит очень скоро.
       МАША. По телевизору всегда так говорят.
       ОЛЬГА. А конкретный срок они называли?
       ИРИНА. Нет.
       ОЛЬГА. А что еще говорили по телевизору?
       ИРИНА. Что надо работать, и тогда мы увидим небо в алмазах.
       МАША. Нам всегда говорят, что в будущем наступит прекрасная жизнь, а пока надо работать. А будущего все нет и нет.
       МАША. Про небо в алмазах мы слышали от Сони, а не по телевизору. Забыла, что ли? Она так и сказала: умрем и после смерти услышим ангелов и увидим небо в алмазах. И тогда отдохнем.
       ИРИНА. Как "после смерти"? А при жизни?
       МАША. А при жизни просто небо. Без алмазов. При жизни надо работать, а не думать о всяких там алмазах.
       ОЛЬГА. Да, надо работать.
       МАША. А что это мы всё чай да чай? Давайте выпьем винца!
       ОЛЬГА. Маша, дорогая, неужели ты пьешь и не чувствуешь, что пьешь?
       МАША. (Делая глоток.) Верно. Я как-то машинально пила и не чувствовала, что это совсем не чай.
       ОЛЬГА. Я хотела приготовить чай с коньяком, но оказалось, что чай кончился. Пришлось обойтись без него. Пришлось разлить коньяк
       МАША. Что ж? Если нет чаю, то давайте хоть пофилософствуем.
       ИРИНА. О чем?
       МАША. Давайте помечтаем... например, о той жизни, какая будет после нас, лет через двести-триста, наконец, тысячу лет, - дело не в сроке. Участвовать в этой жизни мы не будем, конечно, но мы для нее живем теперь, работаем, ну, страдаем, мы творим ее - и в этом одном цель нашего бытия и, если хотите, наше счастье.
       ОЛЬГА. А я думаю, Маша, что и через тысячу лет будет всё то же хамство.
       МАША. Это верно. Меня волнует, оскорбляет грубость, я страдаю, когда вижу, что человек недостаточно тонок, недостаточно мягок, любезен. Про мужа я не говорю, к нему я привыкла. Но и остальные не лучше.
       ОЛЬГА. Если послушать нашего интеллигента, то с женой он замучился, с домом замучился, с дачей замучился, с машиной замучился... Ему, конечно, в высшей степени свойственен возвышенный образ мыслей, но скажите, почему в жизни он хватает так невысоко? Почему он с детьми замучился, с женой замучился?
       МАША. А почему жена и дети с ним замучились?
       ИРИНА. Почему мы все мучаемся?
       ОЛЬГА. Потому что мы интеллигенты.
       ИРИНА. Надо выдавливать из себя интеллигентность. Она не идет женщине.
       ОЛЬГА. Ты права. Она портит ей настроение и цвет лица. А ведь в женщине все должно быть прекрасно: и лицо, и тело, и одежда, и мысли.
       МАША. В особенности, одежда. Мысли не видны, они скрыты под прической, лицо - под косметикой, тело - под одеждой, и вот на одежду как раз и обращают внимание.
       ИРИНА. Я хочу купить зеленый пояс к своему розовому платью.
       МАША. А что, розовое теперь носят?
       ИРИНА. Конечно. Теперь в моде все светлое.
       МАША. А что же тогда мне носить? Ведь светлое не идет блондинкам.
       ОЛЬГА. А кто тебе мешает стать брюнеткой?
       МАША. Хорошая идея. Я всегда говорила, что ты гений.
       ОЛЬГА. Я - это наше всё.
       МАША. Только где найти хорошую краску?
       ИРИНА. Как "где"? В Париже, конечно.
       ОЛЬГА. Я куплю себе сразу три тюбика, чтобы хватило надолго.
       МАША. А я - шесть.
       ИРИНА. А я тоже три.
       ОЛЬГА. Надо записать, пока не забыли: три-шесть-три... Три шестьтри. Так что? В Париж?

    Три сестры ложатся на пол и бьются головой о паркет.

       ВСЕ ТРОЕ. В Париж! В Париж!..
      
      

    КОНЕЦ

      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      

    4

      
      
      

  • Оставить комментарий
  • © Copyright Красногоров Валентин Самуилович (valentin.krasnogorov@gmail.com, krasnogorovtheatre@gmail.com)
  • Обновлено: 02/03/2026. 26k. Статистика.
  • Пьеса; сценарий: Драматургия
    •  Ваша оценка:
    Связаться с программистом сайта.