Аннотация: В этой работе Борис Кригер раскрывает концепцию универсальной ньютоновской динамики: концептуальную основу, которая преобразует физику Ньютона в общий принцип моделирования.
Универсальная ньютоновская динамика
Борис Кригер
Почему экономисты, инженеры, эпидемиологи и исследователи в области искусственного интеллекта обнаруживают, что им необходимо отслеживать динамику в своих моделях? Почему прогнозы первого порядка неизменно терпят неудачу в переломных моментах? Почему одна и та же корректирующая методика постоянно изобретается в совершенно разных областях?
Ответ кроется в структурном принципе, скрытом на виду на протяжении трех столетий. Законы движения Ньютона - это не просто описание физической материи. Это необходимая математическая форма для любой системы, где множество факторов объединяются и воздействуют на тенденции, а не непосредственно на уровни.
В этой работе Борис Кригер раскрывает концепцию универсальной ньютоновской динамики: концептуальную основу, которая преобразует физику Ньютона в общий принцип моделирования. Опираясь на строгие математические основы, Кригер показывает, что рынки, эпидемии, системы обучения, социальные движения и организации удовлетворяют одним и тем же структурным аксиомам и, следовательно, требуют одинакового динамического подхода второго порядка.
Это не просто аналогия. Это математическая необходимость.
Написанная доступным, разговорным языком, книга "Ньютон: переосмысление" ведет читателей от основ классической механики к рубежам междисциплинарной науки. Попутно Кригер предлагает практические диагностические инструменты для оценки моделей, объясняет, почему некоторые ошибки моделирования носят структурный, а не случайный характер, и убедительно доказывает, что междисциплинарное мышление является ключом к научному прогрессу.
СОДЕРЖАНИЕ
ВВЕДЕНИЕ 7
ГЛАВА 1: МЕТОД СТРУКТУРНОГО ОБОБЩЕНИЯ 17
ГЛАВА 2: НЬЮТОНОВСКАЯ МОДЕЛЬ КАК ОТПРАВНАЯ ТОЧКА 30
ГЛАВА 3: ТРИ АКСИОМЫ 42
ГЛАВА 4: КОНЦЕПЦИЯ ИНЕРЦИИ ЗА ПРЕДЕЛАМИ ФИЗИКИ 56
ГЛАВА 5: ПОЧЕМУ МОДЕЛИ ПЕРВОГО ПОРЯДКА ТЕРПЯТ НЕУДАЧУ 71
ГЛАВА 6: РЫНКИ И ЭКОНОМИЧЕСКИЕ СИСТЕМЫ 83
ГЛАВА 7: ЭПИДЕМИИ И ОБЩЕСТВЕННОЕ ЗДРАВООХРАНЕНИЕ 95
ГЛАВА 8: МАШИННОЕ ОБУЧЕНИЕ И ИСКУССТВЕННЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ 106
ГЛАВА 9: СОЦИАЛЬНАЯ ДИНАМИКА И ФОРМИРОВАНИЕ МНЕНИЙ 117
ГЛАВА 10: ОРГАНИЗАЦИИ И ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ 128
ГЛАВА 11: ОБУЧЕНИЕ И ЛИЧНОСТНОЕ РАЗВИТИЕ 139
ГЛАВА 12: СИСТЕМЫ УПРАВЛЕНИЯ И ИНЖЕНЕРНЫЕ РЕШЕНИЯ 150
ГЛАВА 13: ДИАГНОСТИЧЕСКИЙ ПРОТОКОЛ НА ПРАКТИКЕ 161
ГЛАВА 14: ОГРАНИЧЕНИЯ И РАСШИРЕНИЯ 172
ГЛАВА 15: МЕЖДИСЦИПЛИНАРНЫЙ ИМПЕРАТИВ 182
ГЛАВА 16: ВЗГЛЯД В БУДУЩЕЕ 193
ЗАКЛЮЧЕНИЕ 202
ГЛОССАРИЙ ТЕРМИНОВ 213
ИСТОРИЧЕСКАЯ ХРОНОЛОГИЯ 261
ВОЗНИКНОВЕНИЕ НЬЮТОНОВСКОЙ ДИНАМИКИ ИЗ МЕТРИЧЕСКИХ ИНЕРЦИАЛЬНЫХ СИСТЕМ 295
АННОТАЦИЯ 295
1 ВВЕДЕНИЕ 297
2 ФОРМАЛЬНАЯ СТРУКТУРА 301
3 СТРУКТУРНЫЕ ПОСТУЛАТЫ 306
4 ТЕОРЕМА О НЕСОВМЕСТИМОСТИ 308
5. ВОЗНИКНОВЕНИЕ ДИНАМИКИ ВТОРОГО ПОРЯДКА 315
6. НЬЮТОНОВСКАЯ ДИНАМИКА КАК ЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ 318
7 ПРИМЕР: ДИНАМИКА УБЕЖДЕНИЙ В ЭПИСТЕМИЧЕСКОМ ПРОСТРАНСТВЕ 321
8 ОБСУЖДЕНИЕ 323
9 ЗАКЛЮЧЕНИЕ 326
ССЫЛКИ 328
ПРИНЦИП СТРУКТУРНОЙ ДИАГНОСТИКИ ДИНАМИЧЕСКИХ МОДЕЛЕЙ 330
АННОТАЦИЯ 330
1. ПРОБЛЕМА: ПОЧЕМУ МНОГИЕ ДИНАМИЧЕСКИЕ МОДЕЛИ СИСТЕМАТИЧЕСКИ ТЕРПЯТ НЕУДАЧУ 333
2. ЧТО БЫЛО УСТАНОВЛЕНО В ПРЕДЫДУЩЕМ ДОКУМЕНТЕ 335
3. ОБОБЩЕНИЕ РЕЗУЛЬТАТА ЗА ПРЕДЕЛАМИ МЕХАНИКИ 339
4. УНИВЕРСАЛЬНАЯ НЬЮТОНОВСКАЯ ДИНАМИКА: КОНЦЕПТУАЛЬНАЯ ОСНОВА 341
5. ПРИНЦИП СТРУКТУРНОЙ ДИАГНОСТИКИ 346
6. ПОЧЕМУ МОДЕЛИ ПЕРВОГО СОСТОЯНИЯ ПРОТИВОРЕЧАТ АДДИТИВНОСТИ 349
7 ПРАВИЛО РАСШИРЕНИЯ ГОСУДАРСТВЕННОГО ПРОСТРАНСТВА 351
8 ПРИМЕРОВ ИЗ РАЗНЫХ ОБЛАСТЕЙ 353
9. СВЯЗЬ С СУЩЕСТВУЮЩЕЙ ПРАКТИКОЙ 356
10 СЛЕДСТВИЕ МОДЕЛИРОВАНИЯ 358
11 ЗАКЛЮЧЕНИЕ 360
ССЫЛКИ 362
БИБЛИОГРАФИЯ 365
;
ВВЕДЕНИЕ
Начну с признания. Когда я только начал размышлять над идеями, изложенными в этой книге, у меня вообще не было намерения её писать. Меня просто мучил вопрос, который не давал мне покоя годами: почему так много разных систем, в совершенно не связанных между собой областях, терпят неудачу одним и тем же образом?
Экономисты создают модели для прогнозирования рынков, и эти модели работают достаточно хорошо, пока внезапно не перестают работать. Эпидемиологи создают тщательные симуляции распространения болезней, и им удается уловить общие закономерности, но они упускают критические поворотные моменты. Инженеры по машинному обучению обучают алгоритмы, используя простые подходы, а затем обнаруживают, что им необходимо добавить нечто, называемое импульсом, чтобы их системы обучались эффективно. Инженеры по управлению проектируют системы для поддержания температуры, скорости или положения, и они обнаруживают, что им необходимо включить производную, чтобы предотвратить резкие колебания.
Меня поразило не само существование этих проблем. В каждой области есть свои сложности. Меня поразило сходство решений. В областях, не имеющих ничего общего друг с другом, специалисты постоянно обнаруживали, что им необходимо отслеживать не только текущее состояние системы, но и скорость её изменений. Им нужно было заботиться не только о текущем состоянии, но и о тенденциях.
Эта книга - моя попытка объяснить, почему. Это также приглашение по-новому взглянуть на наше понимание сложных систем и на удивительное единство, лежащее в основе, казалось бы, несвязанных явлений.
Путешествие началось с Ньютона. Не потому, что я собирался изучать физику, а потому, что понял, что физика уже решила проблему, с которой до сих пор борются другие области науки. Три столетия назад Исаак Ньютон заложил основу для понимания движения, которая оказалась чрезвычайно успешной. Объекты имеют положения и скорости. Силы изменяют скорости, а не положения напрямую. Множественные силы суммируются простым сложением. Эти идеи настолько знакомы, что мы редко задумываемся, почему они работают.
Но вот в чем загадка: Ньютон открыл эти принципы путем тщательного наблюдения за физическими объектами. Планеты, пушечные ядра, маятники. У него не было оснований полагать, что его концепция применима к чему-либо еще. И все же, когда я посмотрел на проблемы, терзающие экономику, эпидемиологию, искусственный интеллект и социальные науки, я увидел, как пытается возникнуть та же самая структура. Те же самые корректирующие меры изобретаются независимо друг от друга. То же самое фундаментальное открытие заново открывается снова и снова.
Это привело меня к гипотезе, которая легла в основу этой книги: возможно, успех ньютоновской механики - это не какой-то особый факт о физической материи. Возможно, он отражает нечто более глубокое, касающееся того, как должны вести себя системы с определенными структурными свойствами. Если бы это было правдой, то ньютоновская модель была бы не просто одним из многих полезных подходов. Она стала бы необходимой формой для моделирования любой системы, где множество факторов объединяются и воздействуют на тенденции, а не непосредственно на состояния.
Я потратил несколько лет на математические исследования, чтобы проверить, можно ли строго обосновать эту гипотезу. Результатом стали две научные статьи, в которых я сформулировал то, что я называю принципом структурной диагностики. В техническом плане я доказал, что если система удовлетворяет определенным аксиомам, то любая попытка смоделировать ее без включения скорости в качестве независимой переменной потерпит неудачу предсказуемым образом. Аксиомы не произвольны. Они отражают интуитивные представления, которые уже разделяют специалисты во многих областях: что влияния должны разумно сочетаться, что системы должны продолжать свою текущую траекторию, если на них ничего не действует, и что причины должны иметь следствия, не зависящие от направления текущего движения системы.
Но научные статьи доходят до ограниченной аудитории. И последствия этой работы выходят далеко за рамки технических деталей. Если я прав, то мы мыслили о моделировании тонко, но важно неправильно. Мы рассматривали ньютоновскую модель как один из многих вариантов, тогда как её следует понимать как структурное требование для определённых типов систем. Мы придумывали импровизированные корректировки, вместо того чтобы признать, что здесь действует более глубокий принцип.
Эта книга - моя попытка объяснить эти идеи всем, кто готов внимательно над ними задуматься. Я намеренно избегал математических формул. Не потому, что математика не важна, а потому, что основные идеи можно передать словами, аналогиями и мысленными экспериментами. Математика обеспечивает строгость; интуиция - понимание. И то, и другое необходимо, но для большинства читателей интуиция будет более ценной.
Мне следует четко обозначить, что утверждается в этой книге, а что нет. Я не утверждаю, что каждая система во Вселенной подчиняется ньютоновской динамике. Многие системы выходят за рамки описанной мной модели. Мое утверждение носит условный характер: если система удовлетворяет определенным структурным свойствам, то она должна проявлять определенные динамические особенности. Эти свойства не универсальны, но они распространены. И когда они присутствуют, они имеют последствия, которые нельзя игнорировать.
Я также выдвигаю методологический аргумент о том, как развивается наука. Наиболее значимые научные достижения часто происходят не благодаря открытию новых фактов в конкретных областях, а благодаря выявлению глубоких структурных связей между, казалось бы, несвязанными явлениями. Это я называю междисциплинарным императивом. Границы между академическими областями - это административные удобства, а не отражение того, как организована реальность. Одни и те же закономерности повторяются в разных областях, потому что схожие системы сталкиваются со схожими ограничениями. Осознание этого открывает новые возможности для передачи знаний и взаимного просвещения.
Книга построена следующим образом. Я начинаю с описания метода, объясняя, почему обобщение успешных законов из одной области на другие является плодотворной научной стратегией. Затем я представляю основные идеи универсальной ньютоновской динамики, используя Ньютона в качестве отправной точки, но быстро переходя к общим принципам. Центральные главы рассматривают приложения в различных областях: экономика и рынки, эпидемии и здравоохранение, искусственный интеллект и машинное обучение, социальная динамика и формирование общественного мнения, а также организационное поведение. Каждая глава показывает, как одно и то же структурное понимание освещает различные явления.
На этом пути я стараюсь сохранять дух честного исследования. Когда доказательства убедительны, я об этом говорю. Когда есть ограничения и открытые вопросы, я признаю их. Наука - это не абсолютная уверенность, а тщательное накопление знаний. Я надеюсь, что эта книга внесет свой вклад в это накопление, даже если она поднимает новые вопросы для будущих исследований.
И наконец, несколько слов о тоне. Я старался писать так, как будто мы ведем беседу, вместе обсуждая эти идеи. Я не претендую на знание всех ответов. Я делюсь точкой зрения, которая, на мой взгляд, является поучительной, и предлагаю вам подумать, насколько она полезна для вашего собственного опыта. Наилучшим результатом было бы, если бы вы закончили эту книгу не с чувством усвоения доктрины, а с новыми вопросами и новыми способами взглянуть на окружающие вас системы.
Мир гораздо более взаимосвязан, чем предполагают наши академические категории. Одни и те же принципы действительно проявляются в разных обличьях в совершенно разных областях. Понимание причин этого явления, на мой взгляд, является одним из важнейших интеллектуальных проектов нашего времени.
Давайте начнём.
ГЛАВА 1: МЕТОД СТРУКТУРНОГО ОБОБЩЕНИЯ
Прежде чем рассказать о своем открытии, я хочу объяснить, как я его сделал. Метод так же важен, как и результат. Если вы понимаете метод, вы можете применить его самостоятельно в областях, которые я никогда не рассматривал.
Метод прост в принципе, но сложен на практике. Он заключается в том, чтобы взять успешную концепцию из одной области и задаться вопросом, отражает ли её успех нечто более глубокое, чем специфическое содержание этой области. Когда теория работает исключительно хорошо, мы должны спросить: почему она работает? Какие структурные особенности она отражает, которые могут присутствовать в других областях?
Рассмотрим законы движения Ньютона. На протяжении трех столетий они проверялись с необычайной точностью. Они предсказывают движение планет, траектории снарядов, поведение машин и бесчисленное множество других явлений. Этот успех не случаен. Но чем он объясняется?
Один из ответов заключается в том, что Ньютон открыл фундаментальные истины о материи и силе. Это, безусловно, часть истории. Но это не может быть всей историей, потому что законы Ньютона работают и в контекстах, не имеющих ничего общего с материей в обычном смысле. Электрические цепи, в которых происходит поток заряда, а не движение объектов, можно анализировать с помощью ньютоновских моделей. Экономические системы, в которых происходит поток денег и товаров, демонстрируют динамические закономерности, напоминающие механические системы. Социальные сети, в которых происходит распространение идей и моделей поведения, показывают эффекты, подобные эффекту инерции.
Эти сходства можно было бы списать на расплывчатые аналогии. Многие аналогии расплывчаты. Когда кто-то говорит, что компания похожа на организм, он обычно имеет в виду нечто неопределенное и метафорическое. Но сходства, на которые я указываю, более точны. Они включают в себя конкретные математические структуры, которые либо присутствуют, либо отсутствуют. А когда они присутствуют, они имеют последствия, которые можно проверить.
Метод структурного обобщения задает вопрос: каковы минимальные условия, при которых применима данная модель? Если мы можем точно определить эти условия, мы можем затем искать их в других областях. Если мы их найдем, мы будем знать, что модель будет применима. Если мы их не найдем, мы будем знать, что модель не будет применима, и нам не следует ожидать, что она будет применима.
Это отличается от аналогии. Аналогия гласит: эта система в некоторых отношениях похожа на ту систему, поэтому, возможно, идеи из одной системы перенесутся на другую. Структурное обобщение гласит: вот точные условия, при которых применяется данная модель, и вот почему эти условия являются достаточными. Модель применяется не по сходству, а по математической необходимости.
Позвольте привести простой пример, чтобы проиллюстрировать разницу. Предположим, кто-то замечает, что транспортный поток иногда напоминает течение жидкости. Автомобили на шоссе скапливаются и расходятся, образуя волны, похожие на волны на воде. Это наблюдение может подсказать, что инструменты гидродинамики могли бы помочь в моделировании транспортного потока.
Аналогичный подход звучал бы так: давайте попробуем применить уравнения гидродинамики к дорожному движению и посмотрим, сработают ли они. Иногда сработают, иногда нет, и нам придётся эмпирически выяснить, когда именно это происходит.
Структурный подход предполагает вопрос: при каких условиях применима гидродинамика? Гидродинамика применима, когда имеется непрерывная среда, в которой локальные взаимодействия распространяются по определенным правилам. Удовлетворяет ли движение транспорта этим условиям? Иногда да, иногда нет. Когда на автомагистрали достаточно высокая плотность движения, так что автомобили не могут свободно перестраиваться, движение больше напоминает движение жидкости. Когда автомобили могут двигаться независимо, движение не происходит.
Структурный подход дает нам возможность прогнозировать. Мы можем заранее сказать, когда аналогия с жидкостью сработает, а когда окажется неэффективной. Аналогический подход позволяет нам обнаружить это только постфактум.
Почему же успешные фреймворки вообще должны быть обобщающими? Почему одни и те же структуры должны появляться в разных областях? На это есть несколько причин.
Во-первых, Вселенная обладает ограниченным математическим словарём. Количество способов организации систем конечно, и определённые организационные модели повторяются, потому что они решают общие проблемы. Эволюция независимо друг от друга многократно открыла глаз, потому что зрение полезно, а оптические принципы, которые его обеспечивают, универсальны. Аналогично, определённые динамические структуры повторяются, потому что они решают общие проблемы организации и взаимодействия.
Во-вторых, сложные системы часто возникают из более простых компонентов, взаимодействующих в соответствии с локальными правилами. Когда множество компонентов взаимодействуют локально, определенные совокупные модели поведения, как правило, проявляются независимо от того, что это за компоненты. Именно поэтому работает статистическая механика: поведение газов зависит от совокупных свойств, таких как температура и давление, а не от деталей отдельных молекул. Те же принципы агрегирования применимы к рынкам, толпам людей и нейронным сетям.
В-третьих, и это наиболее важно для этой книги, определенные структурные ограничения обуславливают определенные динамические формы. Если система должна удовлетворять определенным аксиомам, то она должна демонстрировать определенное поведение. Аксиомы действуют как фильтр: любая система, удовлетворяющая им, будет проявлять заданную динамику, независимо от того, из чего состоит система и как она возникла.
Третий пункт - это суть того, что я хочу донести. Ньютоновская модель работает не только потому, что она точно описывает физическую материю, но и потому, что она отражает ограничения, которым должна удовлетворять любая система, удовлетворяющая определенным аксиомам. Если эти аксиомы справедливы для рынков, то рынки должны демонстрировать динамику ньютоновской формы. Если они справедливы для обучающихся систем, то обучающиеся системы также должны их демонстрировать.
Я выделил три аксиомы: устойчивость, аддитивность и компенсация. Устойчивость означает, что системы продолжают двигаться по своим текущим траекториям, если на них не воздействует какое-либо воздействие. Аддитивность означает, что множественные воздействия объединяются путем простого сложения. Компенсация означает, что внутренние взаимодействия сохраняют определенные величины. Я подробно объясню каждую из них позже. А пока ключевой момент заключается в том, что это структурные условия, которые либо выполняются, либо не выполняются для любой данной системы.
Когда выполняются все три условия, следует замечательное следствие. Любая попытка смоделировать систему, используя только текущие состояния, без отслеживания скоростей в качестве независимых переменных, потерпит неудачу. Модель будет не просто неточной; она будет структурно неверной. Она будет содержать систематические ошибки, которые невозможно исправить никакой корректировкой параметров.
Вот что я подразумеваю под методом структурного обобщения. Мы берем успешную концептуальную модель, определяем условия, при которых она не просто полезна, но и необходима, а затем ищем эти условия в других областях. Когда мы их находим, мы не проводим аналогию; мы выявляем структурное требование.
Последствия для междисциплинарной науки огромны. Если одни и те же структурные ограничения существуют в разных областях, то идеи из одной области могут переноситься в другую не как предложения, а как требования. Не нужно изобретать велосипед заново; его можно распознать. То же решение, которое сработало для физиков, может быть применено и экономистами, не потому что экономика в каком-то смутном смысле похожа на физику, а потому что обе области сталкиваются с одними и теми же структурными ограничениями.
Вот почему я считаю междисциплинарное мышление самым важным видом мышления. Не потому, что приятно видеть связи между областями, хотя это тоже приятно. А потому, что оно позволяет нам использовать структурные идеи из разных областей, избегая ненужных самооткрытий и ускоряя прогресс во всех областях, которые от этого выигрывают.
Трагедия в том, что академическая организация работает против этого. Университеты разделены на кафедры, которые редко общаются друг с другом. Журналы специализированы таким образом, что экономисты читают экономические статьи, а физики - физические. Карьерные стимулы вознаграждают глубину знаний, а не широту, экспертные знания, а не синтез. В результате одни и те же идеи открываются снова и снова, используя разную терминологию, людьми, которые не осознают, что говорят одно и то же.
Я не первый, кто заметил эту проблему. Многие призывали к более междисциплинарным исследованиям. Но призывы к междисциплинарности часто остаются на уровне благих намерений. Необходим метод: способ систематического определения того, какие идеи применимы и почему. Метод структурного обобщения предоставляет такой метод. Он дает нам строгий способ проверить, применима ли концепция из одной области к другой.
В последующих главах я применю этот метод к конкретному случаю ньютоновской динамики. Но сам метод более общий. Его можно применять к любой успешной концептуальной модели: термодинамике, теории информации, эволюционной динамике, теории сетей. Каждая из них отражает структурные истины, выходящие за рамки их первоначальных областей. Каждая из них открывает возможность для междисциплинарного понимания.
Мир гораздо более един, чем предполагают наши академические категории. Одни и те же закономерности повторяются, потому что действуют одни и те же ограничения. Осознание этого меняет наш подход к науке. Оно превращает отдельные открытия в примеры общих принципов. Оно преобразует путаницу в ясность. И оно открывает возможность быстрого прогресса, поскольку новые идеи свободно распространяются за пределы отдельных дисциплин.
Именно эта идея лежит в основе данной книги. Теперь давайте посмотрим, как это работает на практике.
;
ГЛАВА 2: НЬЮТОНОВСКАЯ МОДЕЛЬ КАК ОТПРАВНАЯ ТОЧКА
Исаак Ньютон не ставил перед собой цель создать универсальную модель для всех динамических систем. Он хотел понять, почему планеты движутся именно так, и почему яблоки падают на землю. Созданная им модель оказалась гораздо более мощной, чем он мог предположить.
Теоретическая модель Ньютона состоит из трех взаимосвязанных идей. Во-первых, объекты обладают состояниями, включающими как положение, так и скорость. Местонахождение объекта и скорость его движения определяют его текущее состояние. Во-вторых, силы изменяют скорость, а не положение напрямую. Сила не телепортирует объект; она ускоряет его, изменяя скорость и направление движения. В-третьих, когда на объект действуют несколько сил, их эффекты суммируются простым сложением. Две силы, действующие в одном направлении, создают удвоенное ускорение; силы, действующие в противоположных направлениях, частично компенсируют друг друга.
Эти идеи настолько распространены, что мы редко задумываемся над тем, насколько они странны. Рассмотрим первую идею: что скорость является частью состояния. До Ньютона было принято считать, что объекты имеют естественные места, к которым они стремятся. Камень падает, потому что его естественное место - вниз; огонь поднимается, потому что его естественное место - вверх. В этой старой точке зрения скорость не является фундаментальной; она является следствием стремления объектов к своим правильным местам.
Ньютон изменил это. В его теории объект, движущийся с постоянной скоростью в пустом пространстве, будет продолжать двигаться вечно. Нет естественного места, куда он стремится. Скорость - это не средство достижения цели; это часть фундаментального условия существования объекта. Это принцип инерции, и он был революционным.
Рассмотрим вторую идею: что силы изменяют скорость, а не положение. Сейчас это кажется очевидным, но это представляет собой конкретный выбор в том, как работает причинно-следственная связь в физических системах. Когда я толкаю книгу по столу, я не перемещаю книгу напрямую из одного места в другое. Я изменяю её скорость. Книга перемещается в новое положение, потому что её скорость, однажды изменившись, переносит её туда. Это двухэтапный процесс: сила влияет на скорость; скорость влияет на положение.
Почему причинно-следственная связь работает именно так? Ньютон не объяснил почему; он просто наблюдал, что это так. Объекты не перескакивают с места на место; они плавно ускоряются. Скорость изменения скорости, а не скорость изменения положения, определяется внешними воздействиями.
Рассмотрим третью идею: силы суммируются аддитивно. Когда гравитация тянет объект вниз, а ветер толкает его вбок, объект одновременно испытывает обе силы, и их эффекты просто складываются. Суммарная сила равна сумме отдельных сил. Эта аддитивность логически не обязательна. Можно представить себе мир, где силы взаимодействуют друг с другом сложным образом, где эффект гравитации зависит от наличия ветра. Но это не наш мир. В нашем мире силы суммируются.
Эти три идеи, взятые вместе, определяют то, что я назову динамикой ньютоновской формы. Слово "форма" важно. Специфическое содержание физики Ньютона, конкретные силы и их величины, носят эмпирический характер. Нам необходимо измерить силу гравитации и то, как она меняется с расстоянием. Но форма, структура эволюции состояний и взаимодействия сил, - это то, что, как я утверждаю, обобщает.
Почему же теория Ньютона имела такой впечатляющий успех? Частично ответ кроется в том, что он правильно определил физические принципы. Его закон всемирного тяготения точно описывает, как массивные объекты притягиваются друг к другу. Его законы движения правильно предсказывают, как объекты реагируют на силы. Этот эмпирический успех является подлинным и важным.
Но я хочу предложить еще одну причину успеха Ньютона, которой уделялось меньше внимания. Ньютоновская модель успешна, потому что она правильно отражает структурные требования для согласованного взаимодействия. Учитывая определенные аксиомы о том, как должны сочетаться влияния и как должны сохраняться системы, динамика в ньютоновской форме - это не просто один из многих вариантов. Это единственный вариант.
Чтобы понять это утверждение, представьте, что вы пытаетесь построить модель системы, в которой действуют множественные факторы. Вы хотите, чтобы модель обладала определенными свойствами. Вы хотите, чтобы факторы сочетались разумно: если фактор А производит определенный эффект, а фактор В производит определенный эффект, то А и В вместе должны производить суммарный эффект. Вы хотите, чтобы система была справедливой: один и тот же фактор должен производить один и тот же эффект независимо от того, что система делает в данный момент. И вы хотите, чтобы система была устойчивой: если ни один фактор не действует, система должна продолжать делать то, что она делала.
Эти требования кажутся разумными. Они отражают наши интуитивные представления о том, как должна работать причинно-следственная связь в хорошо функционирующей системе. Но вот примечательный факт: если вы настаиваете на всех этих требованиях, вы вынуждены использовать динамику ньютоновской формы. Вы не можете построить более простую модель, которая удовлетворяла бы всем требованиям. Вы должны отслеживать скорость как независимую переменную. Вы должны учитывать действие сил на ускорение.
Это я доказал в технических статьях, предшествовавших этой книге. Доказательство математическое и точное. Оно показывает, что модели первого порядка, модели, отслеживающие только положение и вычисляющие из него скорость, не могут удовлетворить всем требованиям. Что-то должно измениться. Либо воздействия не суммируются аддитивно, либо система не сохраняется должным образом, либо одно и то же воздействие вызывает разные эффекты в зависимости от текущего движения. Если вы хотите получить все три свойства, вам нужна динамика второго порядка.
Позвольте мне попытаться объяснить интуитивно, без математических выкладок. В модели первого порядка скорость не является независимой переменной; она определяется текущим положением и текущими воздействиями. Если я скажу вам, где находится система и какие воздействия на нее действуют, вы сможете рассчитать ее скорость. Это означает, что существует только одна скорость, совместимая с каждой комбинацией положения и воздействий.
Теперь рассмотрим, что происходит, когда вы спрашиваете: какое влияние оказывает это воздействие? В модели первого порядка ответ зависит от текущего положения, поскольку оно определяет текущую скорость. Воздействие не одинаково влияет на систему, движущуюся быстро, и на систему, движущуюся медленно, потому что модель первого порядка даже не может представить две системы, находящиеся в одном и том же положении, но с разными скоростями. Это понятие не определено.
Однако аддитивность требует, чтобы влияния имели четко определенные эффекты, которые можно комбинировать. Если эффект влияния зависит от того, какие другие влияния присутствуют, аддитивность нарушается. А в модели первого порядка эффект любого влияния неявно зависит от всех других влияний, поскольку все они совместно определяют скорость, входящую в уравнение.
Решение состоит в том, чтобы сделать скорость независимой переменной. Как только скорость станет независимой, можно рассматривать две системы, находящиеся в одной и той же точке, но с разными скоростями. Можно задаться вопросом, какое воздействие оказывает то или иное влияние на каждую из них по отдельности. И можно настаивать на том, что эффект одинаков: воздействие изменяет их ускорение на одинаковую величину, независимо от того, движутся ли они быстро или медленно, влево или вправо.
Это ключевая идея. Независимость от скорости требует, чтобы скорость была независимой. Если вы хотите, чтобы воздействия действовали одинаково независимо от текущего движения, вы должны рассматривать текущее движение как свободную переменную. И как только вы это сделаете, вы получите динамику второго порядка. Вы получите структуру ньютоновской формы.
Ньютон открыл эту структуру, наблюдая за физическими системами. Но эта структура не является специфичной для физики. Она необходима согласно аксиомам устойчивости, аддитивности и независимости от скорости. Любая система, удовлетворяющая этим аксиомам, будь то частицы, цены, мнения или что-либо еще, должна демонстрировать динамику ньютоновской формы.
Вот почему я использую Ньютона в качестве отправной точки, но не ограничиваюсь физикой. Ньютон обнаружил математическую структуру, которая, как оказалось, применима к физическим объектам. Но та же структура применима и в более широком смысле, к любой системе, удовлетворяющей структурным условиям. Физический успех законов Ньютона - это частный случай более общей истины.
В следующей главе я уточню эти идеи, подробно объяснив каждую из аксиом. А пока я хочу, чтобы вы запомнили главное: ньютоновская модель - это не просто хорошее описание физики. Это структурное требование для любой системы, где воздействия суммируются аддитивно и действуют независимо от текущих тенденций. Именно это делает модель универсальной, и именно поэтому идеи из физики могут быть перенесены в другие области.
;
ГЛАВА 3: ТРИ АКСИОМЫ
Я утверждал, что динамика ньютоновской формы следует из трех структурных аксиом: персистентности, аддитивности и компенсации. Теперь мне нужно объяснить, что означают эти аксиомы и почему они обусловливают динамику второго порядка. Я постараюсь сделать это без использования математики, полагаясь вместо этого на ясные объяснения и наглядные примеры.
Упорство
Первая аксиома - это инерция, которая отражает идею о том, что системы продолжают двигаться по своей текущей траектории, если на них не действует никакая сила. В физике это первый закон Ньютона: движущийся объект остается в движении с постоянной скоростью, если на него не действует сила. В повседневной жизни это означает, что мяч, катящийся по гладкой поверхности, будет катиться в одном направлении с той же скоростью вечно.
Почему мы должны ожидать устойчивости в нефизических системах? Потому что устойчивость отражает базовое интуитивное понимание причинно-следственной связи: для изменения необходима причина. Если на систему ничего не действует, нет причин для изменения ее поведения. Рынок, на который не поступает новая информация, должен продолжать свою текущую тенденцию. Мнение, распространяющееся с определенной скоростью, должно продолжать распространяться с той же скоростью, если ничего нового не происходит. Студент, обучающийся с определенной скоростью, должен продолжать учиться с той же скоростью, если обстоятельства остаются неизменными.
Обратите внимание, что устойчивость связана с трендами, а не с уровнями. Система сохраняет свою скорость, а не свое положение. Сохранение рынком своего тренда не означает, что цены остаются неизменными; это означает, что цены продолжают расти или падать с той же скоростью. Это различие имеет решающее значение и часто неправильно понимается.
Утверждение о сохранении температуры не является универсальным. Некоторые системы имеют естественные состояния покоя, к которым они стремятся. Например, температура в помещении, регулируемой термостатом, возвращается к заданному значению; эта температура не сохраняется на том значении, которого она достигает. Но многие системы демонстрируют сохранение температуры, и для таких систем выполняется первая аксиома.
Аддитивность
Вторая аксиома - аддитивность, которая отражает идею о том, что множественные воздействия суммируются простым сложением. Если воздействие А вызовет ускорение системы на определенную величину, а воздействие В вызовет ускорение на определенную величину, то А и В вместе вызовут ускорение, равное сумме этих величин.
Аддитивность - это сильное предположение. Оно исключает взаимодействия, в которых эффект одного воздействия зависит от наличия других воздействий. Если А усиливает эффект В или если А блокирует эффект В, то аддитивность не выполняется. Такие взаимодействия существуют во многих системах. Химические реакции часто включают катализаторы, которые изменяют поведение других веществ. Социальные движения могут иметь пороговые эффекты, когда небольшие воздействия не оказывают никакого эффекта до тех пор, пока не будет достигнута критическая масса.
Однако многие системы демонстрируют аддитивность, по крайней мере, приблизительно. В физике силы складываются векторно. В экономике множественные одновременные факторы, влияющие на цену, изменения предложения, изменения спроса, спекуляции, часто суммируются приблизительно аддитивно в течение коротких промежутков времени. В машинном обучении градиенты от разных обучающих примеров можно суммировать, чтобы приблизительно определить общее направление улучшения.
Ключевая особенность аддитивности для наших целей заключается в том, что она требует с математической точки зрения. Аддитивность требует четко определенного отображения от воздействий к эффектам: для каждого воздействия должен существовать соответствующий эффект, и это отображение должно быть линейным, то есть эффекты различных воздействий могут суммироваться. Но в системе первого порядка невозможно определить такое отображение, поскольку эффект воздействия зависит от текущей скорости, которая не является независимой переменной.
Представьте, что вы пытаетесь ответить на вопрос: какое воздействие оказывает десятиединичное влияние? В системе второго порядка ответ очевиден: оно вызывает определенное ускорение независимо от текущей скорости. В системе первого порядка вопрос сформулирован некорректно, поскольку невозможно определить ситуацию (положение и воздействие) без определения скорости, а скорость влияет на то, как проявляется воздействие.
Вот почему аддитивность обуславливает динамику второго порядка. Единственный способ получить четко определенное аддитивное отображение от влияний к эффектам - это заставить эффекты действовать на нечто, независимое от текущего состояния. Этим чем-то в физическом случае является скорость, а в общем случае - скорость изменения.
Компенсация
Третья аксиома - компенсация, которая отражает идею о том, что внутренние взаимодействия сохраняют определенные величины. В физике это закон сохранения импульса: когда два объекта взаимодействуют, полный импульс до и после взаимодействия одинаков. Один объект приобретает импульс, а другой теряет одинаковое количество импульса.
Компенсация, пожалуй, является наиболее физически обоснованной из трех аксиом, и в то же время наименее существенной для основной идеи этой книги. Несовместимость между динамикой первого порядка и аддитивным откликом, не зависящим от скорости, в основном вытекает из персистентности и аддитивности. Компенсация добавляет дополнительные ограничения, но не является основным фактором, определяющим требование второго порядка.
Тем не менее, компенсация имеет аналогии в нефизических системах. В замкнутых экономических системах транзакции сохраняют общую стоимость: то, что одна сторона получает, другая теряет. В сетях социального влияния, основанных исключительно на убеждении, общая интенсивность мнений может сохраняться даже при изменении индивидуальных мнений. Эти аналогии носят более умозрительный характер, чем аналогии с устойчивостью и аддитивностью, но они предполагают, что компенсация не является чисто физическим понятием.
В рамках этой книги я сосредоточусь в основном на инерции и аддитивности. Эти две аксиомы достаточны для установления того, что модели первого порядка структурно неполны, когда ожидается аддитивный отклик, не зависящий от скорости. Компенсация накладывает дополнительные ограничения, которые важны для замкнутых систем, но не являются существенными для диагностического принципа, который я хочу донести.
Несовместимость
Теперь я могу объяснить, почему эти аксиомы несовместимы с динамикой первого порядка. Аргумент состоит из трех шагов.
Шаг первый: В любой модели первого порядка скорость определяется положением и факторами воздействия. Учитывая местоположение системы и действующие на неё факторы, модель выдаёт уникальную скорость. Невозможно задать скорость независимо. Две системы, находящиеся в одном и том же положении и подверженные одним и тем же воздействиям, должны иметь одинаковую скорость.
Шаг второй: Аддитивность требует четко определенной и универсальной зависимости между воздействиями и ускорениями. Одно и то же воздействие должно приводить к одному и тому же ускорению независимо от других обстоятельств. Но в модели первого порядка концепция ускорения как реакции на воздействие проблематична. Ускорение - это скорость изменения скорости, но скорость уже задана уравнением первого порядка. Любое возникающее ускорение определяется тем, как развивается уравнение, а не свободной реакцией на внешнее воздействие.
Третий шаг: Следовательно, модели первого порядка не могут поддерживать аддитивный отклик, не зависящий от скорости. Математическая структура этого не позволяет. Для получения такого отклика скорость должна быть преобразована в независимую переменную, что приводит к динамике второго порядка.
Я понимаю, что этот аргумент абстрактен. Позвольте мне привести конкретный пример.
Представьте себе мяч, катящийся по поверхности. В модели первого порядка скорость мяча определялась бы его текущим положением: мячи в точке А всегда движутся со скоростью S, независимо от их предыдущей траектории. Теперь применим постоянный ветер. В модели первого порядка ветер изменяет соотношение скорости и положения. Теперь мячи в точке А движутся со скоростью S-штрих.
Но подождите. А что, если я захочу спросить: как ветер влияет на мяч? В модели второго порядка ответ очевиден: ветер создает определенное ускорение, которое изменяет скорость мяча со временем. В модели первого порядка соответствующего ответа нет. Ветер изменяет соотношение между положением и скоростью, но это не то же самое, что создание ускорения. Нет эффекта, не зависящего от скорости, который можно было бы объединить с другими эффектами.
Теперь представьте, что добавляется второй фактор - уклон. Уклон также влияет на мяч. В модели второго порядка уклон создает еще одно ускорение, и эти два ускорения складываются. Мяч реагирует на суммарную силу. В модели первого порядка уклон изменяет зависимость положения от скорости по-своему, и когда присутствуют и ветер, и уклон, возникает третья зависимость, которая, очевидно, не является суммой чего-либо.
В этом и заключается структурная проблема. Модели первого порядка не могут поддерживать чистое аддитивное сочетание влияний, поскольку влияния не имеют четко определенных независимых эффектов. Все переплетено в соотношении положения и скорости.
Модели второго порядка решают эту проблему, разделяя то, что делает система (положение и скорость), и то, как на нее влияют внешние воздействия (ускорение). Воздействия влияют на ускорение, а не непосредственно на скорость. Такое разделение позволяет воздействиям оказывать независимое влияние, которое суммируется аддитивно.
Три аксиомы, взятые вместе, требуют такого разделения. Принцип персистентности гласит, что система сохраняет свою скорость без какого-либо влияния. Принцип аддитивности гласит, что влияния суммируются, влияя на ускорение. Принцип компенсации гласит, что внутренние взаимодействия сохраняют общий импульс. Эти условия могут быть выполнены только в том случае, если скорость независима и влияния воздействуют на скорость её изменения.
Это структурная основа универсальной ньютоновской динамики. Это не утверждение, касающееся конкретно физики. Это утверждение о любой системе, удовлетворяющей трём аксиомам. Такие системы должны обладать динамикой ньютоновской формы, независимо от того, из чего они состоят.