# Юрий Кувалдин "Параллели" художник Александр Трифонов и скульптор Василиса Липатова в галерее "Открытый Клуб"

Юрий Александрович Кувалдин

Юрий Кувалдин "ПАРАЛЛЕЛИ"

художник Александр Трифонов и скульптор Василиса Липатова

в галерее "ОТКРЫТЫЙ КЛУБ"


В искусстве нужен Феллини, то есть свободная от всяческих штампов и предрассудков мысль! Так работают скульптор Василиса Липатова и художник Александр Трифонов. Они не занимаются копирование действительности, для этого есть фотоаппарат и ремесленники, а создают сплошные авангардные экспромты своих видений, воплощенных в знаковых образах.

Человек рожден для искусства, как птица для полёта. Они создают свою вселенную, после того, как Малевич в 1913 года поставил точку своим квадратом на старом искусстве копировщиков природы, не ими созданной, и открыл эру авангардного искусства, то есть создания художниками новой, другой реальности.

Глядя на авангардные великолепные работы Василисы Липатовой и Александра Трифонов я разовью мысль о том, что художник - это не социальная функция. Многие, выбирая профессию, включают себя сразу в социум, определяют свои параметры, рамки, в которые они себя ставят, или, как пел Высоцкий, попадают в колею, по которой они, как трамвай, катят всю жизнь и безвестными исчезают. Художник выходит вообще из социума. И это не профессия, это миссия, или служение, вот так, примерно, скажу высоким стилем.

Художник Александр Трифонов и скульптор Василиса Липатова объетивируют свою душу, создают её вне себя на холстах и в объемных фигурах. Иногда из крутого замеса получаются воздушные создания, сами себя возносящие над мнимыми ценностями времени, сплошь состоящего из безвременья временных людей. Помимо всего прочего, люди отличаются друг от друга заряженностью энергией. Никто не хочет вычесть себя из происходящего, находясь в состоянии гипнотического сна собственной вечности, замыкающего всю предшествующую историю на себе, как центральной точке мира, даже как на венце мироздания. Художники выходят из своего времени своими созданиями, становясь в один ряд с Босхом и Кандинским.

Выставка "Параллели" скульптора Василисы Липатовой и художника Александра Трифонова натолкнула меня на извечную проблему выбора пути. Ты хочешь быть художником? Бери глину и лепи, бери холст и рисуй! Нет, он не садится, а начинает говорить о том, что он, конечно, будет лепить и рисовать, но прежде он хорошенько обдумает, что он будет лепить или рисовать, и значительно лучше признанных мастеров это будет делать. Создай свои произведения и можешь удаляться. Художник - это не говорящее тело, а холсты и фигуры. После того, как я сказал, что человек становится тем, кем хочет стать, я выскажу мысль о том, что художник - это не социальная функция, а совершенно автономное существование в одиноком создании своей вселенной. Для того чтобы что-то сотворить, нужно просто начать творить, постоянно развивая мастерство, не останавливаясь перед препятствиями, а преодолевая их. Ибо гений тот, кто постоянно преодолевает препятствия. Василиса Липатова и Александр Трифонов умеют их преодолевать.

Александр Трифонов и Василиса Липатова параллельно нащупали тему, которая в искусстве очень важна: не останавливаться перед препятствиями. То есть, осуществляется тот, кто умеет преодолевать препятствия, не опускает руки от неудач, как бы компенсирует, доказывает, что их стиль, их художественный мир будет жить вне зависимости от чьих-то мнений, завоюет своё пространство в мировом искусстве. Только высокая планка требований к оригинальности, к своему единственному лицу делает человека художником.

В искусстве важна, как в медицине, дозировка. Чехов выписывал рецепты, и мечтал о новых формах. Нужны новые формы! И вот они - новые формы - перед нами. Александр Трифонов и Василиса Липатова. Дозировка, иначе - рецептуализм выставки "Параллели" с наглядной глубиной и объективностью раскрывают содержание самого этого термина. Вкус, дозировка, как в фармацевтике, - и есть художественный рецепт, не передать, и недодать. Рецептуализм разрабатывался гением прозы Венедиктом Ерофеевым. Детальную философскую модификацию получил в трудах поэта Славы Лёна. Воплощен в литературное художественное пространство писателем Юрием Кувалдиным. В изобразительном искусстве стал художественным методом художника Александра Трифонова. Попасть в точку, чтобы, по словам гения рецепта писателя Антона Чехова, оставался в подтексте простор для самостоятельного творчества читателя, зрителя. Василиса Липатова и Александр Трифонов блестяще владеют рецептурой формы и изображения. Иногда двумя тремя фигурами передают целую философскую концепцию.

Недавно я писал о том, что всему придать портретное сходство, значит, упростить мысль. Внешний облик человека ничего не говорит о его вечном, не умирающем свойстве - о его душе.


Приманивать изысканным убором,

Игрою глаз, блестящим разговором

Ни склонности у ней, ни дара нет.

Но поражен бывает мельком свет

Ее лица необщим выраженьем...


(Из "Музы" Евгения Баратынского, 1821)


Вот! Речь не о женщине, а о музе, о поэзии, о Слове! Рисовать похоже - это не говорить ничего. Тогда и появился авангард, убравший тела и лица со своих полотен, как бы говоря этим, что является искусством для немногих, для тех, кто живёт в духе, в тексте, в слове, соединяющихся в мысли. Для похожести есть телекамера, фотоаппарат. Для лица необщего выраженья - "Черный квадрат" Малевича. Вот о чём я думал на выставке Александра Трифонова и Василисы Липатовой в "Открытом клубе", современной прекрасной камерной галерее.

В большом искусстве всегда должна быть тайна, некий подтекст, который раскрывает душу зрителя. Работы Василисы Липатовой и Александра Трифонова полны подтекста, асоциативного ряда, выводящего на новые высоты человеческого духа.

В каждой новой вещи истинный художник, коими являются Александр Трифонов и Василиса Липатова, стремится к постоянному восхождению по ступеням мастерства. То есть очень серьезно работают над формой. Вообще, в стиле художника есть оптический обман для зрителя. Простота достигается через сложность. Вот на таких парадоксах зиждется работа над формой.


Жизнь - без начала и конца.

Нас всех подстерегает случай.

Над нами - сумрак неминучий,

Иль ясность божьего лица.

Но ты, художник, твердо веруй

В начала и концы. Ты знай,

Где стерегут нас ад и рай.

Тебе дано бесстрастной мерой

Измерить все, что видишь ты.

Твой взгляд - да будет тверд и ясен.

Сотри случайные черты -

И ты увидишь: мир прекрасен.


(Александр Блок "Возмездие")


Реальность бесследно исчезает с лица земли, произведение истинного мастера остается. Реальность мне всегда представлялась нереальной. Нам, приученным к искусству-отражению, пора переучиваться: искусство - не отражение, а создание своего, доселе не бывшего мира, углубление, достигаемое отстранением, уходом, изоляцией, сосредоточением, отказом, экзистированием. Не от мира к сознанию - от сознания в недра мира. Не изображение вещей - живописание идей.

Александр Трифонов и Василиса Липатова ориентируются на великое искусство авангарда. Вообще, великое искусство малочувствительно к времени, почти не ведая эволюции. Вместе с тем я-то знаю, что классика происходит от модернизма. Малевич - величайший модернист нового времени. Великое искусство не может не быть модернистским, ибо творчество не терпит повторения, каждое поколение прочитывает Книгу по-новому, слышит свой зов Бытия. К искусству вполне применим принцип пролиферации, нового зрения, неведомой перспективы: новую литературу нельзя скопировать со старой. Самое важное в творце - новое слово: в этом - все. Укорененность и абсолютная новизна - два лика модернизма. Гений - катаклизм, уготованный культурой. Сама же культура, как жизнь, - океан альтернатив, конкурирующих и обогащающих друг друга.

По собственному писательскому опыту знаю, что святое искусство находится в абсолютной зависимости от божественной мудрости. В знаках, которые оно представляет нашим глазам, проявляется нечто бесконечно превосходящее все наше человеческое искусство, сама божественная Истина - сокровище света. Я легко перехожу от буквы к камню, от Канта - к небу, от звезды - к почве.

Полноценное восприятие художественного произведения не исчерпывается его пониманием. Оно представляет собой сложный процесс, который непременно включает возникновение того или иного отношения, как к самому произведению, так и к той действительности, которая окружает зрителя. Вот здесь и возникают трансцендентные параллели.

Василиса Липатова и Александр Трифонов преодолевают время в своем художественном творчестве. Их душа запечатлевается в их созданиях. Все эти формы представляют собой формы борьбы со временем. Художественное время стремится выключить произведение искусства из реального времени, создать свое время, не зависимое от реального. Художник ведёт борьбу за то, чтобы создать в метафизической программе, то есть в Боге, свое собственное время - время совершающегося в его творениях. Произведение живет не только в собственном времени, но и в реальном времени. Время произведения всегда в некотором конфликте со временем современника. В целом это борьба за бессмертие художественного произведения, за преодоление реального времени.


"Наша улица" 188 (7) июль 2015