Непряхин Михаил Станиславович
Данилино счастье

Lib.ru/Современная литература: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Помощь]
  • Комментарии: 2, последний от 04/05/2008.
  • © Copyright Непряхин Михаил Станиславович (nepryahin@list.ru)
  • Обновлено: 23/08/2018. 87k. Статистика.
  • Пьеса; сценарий: Драматургия
  • Скачать FB2
  •  Ваша оценка:


       М. Непряхин
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
       "Как Данила счастье искал"
      
      
      
      
      
      
      
       Музыкальная сказка в 2-х частях
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      

    1998 год

      
      
      
       Действующие лица:
      
      
       1. Данила - Красивый рослый молодой человек
       2. Матвей - Старший брат Данилы. Небольшого роста,
       плюгавенький
       3. Федот - Средний брат. Здоров, как бык, но очень
       неуклюжий детина
       4. Матрена - Жена Матвея. Толстая, обрюзгшая баба
       5. Фекла - Жена Федота. Тощая, длинная, как жердь
       6. Мурена Прохиндеевна - Дочь морского царя. Вульгарная, невоспитанная
       девица
       7. Прохиндей - Морской царь. Шустрый, среднего телосложения
       мужичонка преклонного возраста
       8. Соловей-Разбойник - Неухоженного вида мужик с отталкивающей
       внешностью
       9. Старик - Он же впоследствии Заправила (Черт)
       10. Хрипой - Пузатый, как бочка, черт с косолапой походкой и
       хриплым голосом
       11. Дядюшка Плут - Древний высохший черт. Инвалид
       12. Баба Яга
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
       Зажиточный деревенский двор. Справа виден фасад дома с деревянным крыльцом. Тут же лежат аккуратно сложенные в кучку дрова и большая двухсторонняя пила "Дружба". В центре двора стоит раскрытый сундук, доверху набитый носильным бельем и прочими вещами. Повсюду разбросаны подушки, одеяла, разная домашняя утварь.
       Матрена и Фекла, ругаясь между собой, пытаются поделить содержимое сундука.
       Матрена (в азарте): Вот этот передничек я возьму себе, а этот чепчик тебе. (Бросает его Фекле).
       Фекла (покрутив чепчик в руках, с отвращением швыряет его Матрене): Сама его носи, я лучше себе эту кофточку возьму.
       Матрена (вырывает кофточку): Отдай! Моё!
       Фекла: Чтоб ты ей подавилась, тля ненасытная. (Из общей кучи достает мужские кальсоны и без всякого интереса бросает их Матрене). Я такое не ношу. (Продолжает отбрасывать в свою сторону, что подобротнее, а Матрене швыряет всякую мелочь и рвань).
       Матрена (зло): Ты что ж это делаешь, ведьма! Себе что получше, а мне что похуже?! А ну, вертай взад!
       Фекла: Черта тебе лысого!
       Матрена: Ну, ты у меня еще об этом пожалеешь!
       (Продолжают торопливо рыться в сундуке. На
       мгновение останавливаются, в один голос охают
       и достают длинный красный сарафан. Фекла,
       крепко ухватившись, держит за один конец,
       Матрена цепко за другой)
       Матрена: Отдай, моё!
       Фекла: Нет, моё!
       Матрена: Отдай, тебе это не пойдет, не твоего фасона, оглобля необъезженная.
       Фекла: А тебе почем знать, что мне идет, пузатый поросенок. Он на тебя даже не налезет, треснет по швам.
       Матрена: Сама дура! Пусти! Все кости пересчитаю.
       Фекла: Куда там, напугала! Да ты считать-то не умеешь, осел неграмотный.
       Матрена: Сама осел!
       Фекла: А ты побирушка! Побирушка, побирушка.
       Матрена (вне себя): Это я побирушка?! Я тебе кудри-то повыдираю. (Хватает Феклу за волосы).
       Фекла (кричит): Убивают, режут!!! (В ответ начинает рвать волосы Матрене).
       Матрена (кричит): Караул, честного человека волос лишают! (Во двор входят Матвей и Федот).
       Матвей (дерущимся): Чего развизжались, как поросята?
       Матрена (с растрепанными волосами, задыхаясь): Ты мне муж или не муж, Матвей?
       Матвей: Ну!
       Матрена: Тогда скажи Фекле (показывает на нее пальцем), что этот сарафан (показывает на сарафан), больше идет мне.
       Матвей: Ну!
       Матрена: Что ты разнукался, балда. Скажи ей.
       Матвей (Матрене): А чего сказать-то?
       Матрена (кричит): Что этот сарафан больше идет мне! Чего тут непонятного, олух!
       Матвей (растерянно Фекле): Этот сарафан больше идет мне!
       Матрена (в ярости): Не тебе, а мне, балбес!
       Матвей (совсем растерявшись, Фекле): Не тебе, а мне, балбес.
       Фекла (топнув ногой): Нет, мне, мне он идет больше! (Федоту): Муж ты мне или не муж, Федот?
       Федот: Конечно! Об чем речь!
       Фекла: Тогда скажи Матрене, что этот сарафан ей пойдет, как зайцу лапти.
       Матрена: Сама такая! Кикимора болотная.
       Матвей и Федот (вместе): А чего это вы вдруг барахло делить вздумали
       Матрена: Давно пора! И не только барахло, все надо поделить
       Фекла: С тех пор, как умер ваш батюшка. Мы сами себе здесь хозяева, поэтому пусть каждый возьмет свою долю.
       Матвей (чешет в затылке): Правильно бабы толкуют, хватит нам колхозом жить, надо все поделить, чтобы у каждого была своя собственность.
       Матрена (в поддержку мужа): Моё и баста! И даже не проси, все равно не дам. Потому что мое.
       Федот: Мысль, конечно, неплохая, а как делить будем?
       Матвей: Ясное дело как, поровну.
       Матрена (решительно): Нет! Делить будем по старшинству. И по справедливости.
       Матвей: Тоже хорошо.
       Фекла: Это еще почему? Какая же здесь справедливость. Делить будем поровну.
       Федот: Я тоже согласен с Феклой. Это ущемление гражданских прав, делить нужно поровну.
       Матвей: Так, всё! Я самый старший и мне положено больше. Поэтому мы с Матреной забираем дом.
       (Всеобщая пауза)
       Фекла (толкает Федота в плечо): Чего ты молчишь, лопух? Где мы с тобой жить будем?
       Федот (растерянно подбирает слова, постепенно приходя в негодование): Это же, как же это! А мне...а я...а мы...нам куда деваться?
       Матвей: Во флигель пойдете жить!
       Матрена: По-моему все очень даже справедливо.
       Фекла (раздраженно мужу): Я во флигель жить не пойду!
       Матвей: Ну как хотите. Наше дело предложить, ваше дело отказаться.
       Федот: Вы что же думаете, слепни баламутные. Что вот так за здорово живешь весь дом себе оттяпаете? Ошибаетесь, мы своего не отдадим.
       Матвей (повышая голос): Дом мой! Я старше, мне положено.
       Федот ( не уступая): И мне положено. Полдома тебе, полдома мне.
       Матрена: Пошел к лешему, смутьян! Бери свою кралю и чешите во флигель
       Фёкла (истерично): Я во флигель не пойду!
       Федот: Пополам! Дом будем делить пополам!
       Матвей (в ярости): Дом мой, мой! Я старше, я здесь хозяин. Мне положено. Сейчас как дам больно!
       Матрена: С себя первого начни, бугай. Сила есть, ума не надо.
       Федот (кричит): Чтоб вы провалились, черти драповые. (Подбегает к дому и берет пилу. Кричит жене). Фекла, помогай! (Та тут же хватается за другой её конец и они с жаром начинают пилить крыльцо). Пополам, дом будем делить пополам.
       Матрена (Матвею в панике): Они же сейчас весь дом разрушат. (Федоту и Фекле). Стойте, прекратите!
       Матвей: Вы что, совсем сбесились?!
       Федот (не останавливаясь): Пополам! Дом пополам.
       (Матвей с Матреной бросаются к Федоту и Фекле.
       Пытаются оттянуть их от пилы, но восставшая
       сторона так просто не сдается)
       Матрена (оттягивая Феклу): Да угомонитесь вы, лиходеи.
       Фекла (не останавливаясь, кричит бодрящие фразы): Выполним и перевыполним, догоним и перегоним, делай как я, делай как мы, делай лучше нас!
       Матрена: Да у нее белая горячка. Совсем с ума сошла.
       Матвей (оттягивая Федота): Мое крыльцо!
       Федот (продолжая пилить): Мы своего не отдадим.
       Матрена (Матвею): Ну что ты за мужик такой, братца своего придурашного угомонить не можешь.
       Матвей: Не могу, он слишком большой для меня
       Матрена: Эх ты, размазня. Иди на мое место, я сама им займусь.
       (Меняются местами. Матрена тянет Федота,
       Матвей Феклу. Но и здесь ему не хватает сил
       справиться. Федот локтем делает резкое
       движение назад и Матрена, не удержавшись,
       кубарем летит с крыльца.)
       Матрена: Ты еще руки распускать будешь. Ну ладно, посмотрим, чья возьмет. (Подбегает к сундуку и в спешке напяливает на себя вещи, которые попадаются ей под руку. Кричит мужу): Матвей, да брось ты их, пусть подавятся своим домом. Смотри, сколько у нас нарядов. Одевайся скорее, чем больше на себя наденем, тем меньше этим троглодитам достанется.
       (Матвей, последовав совету жены, отпускает Феклу и
       начинает без разбору напяливать на себя разное белье.
       В основном это предметы женского туалета)
      
       Фекла (перестает пилить. Бежит к сундуку, на ходу призывая Федота):
       Бросай, бросай Федот! Вон они что задумали, жулье беспардонное. Там и наша доля есть. (Присоединяется к Матрене с Матвеем и спешно одевается)
       (Федоту): Ну, чего ты там копаешься! Помогай мне, а то нам не достанется.
       Федот (бросает пилу): Пополам! Тряпки будем делить пополам.
       (Подбегает к сундуку, начинает быстро одеваться)
       Матрена (передразнивая Федота): Пополам, пополам! Сам переломишься, черт переполовиненный.
       (Братья со своими женами наперегонки облачаются в
       одежды, вырывая друг у друга из рук какую-нибудь
       понравившуюся вещь. Юбки, кальсоны, чепцы, платк, все
       это они надевают на себя, чтобы как можно меньше
       досталось сопернику)
       Федот (панически кричит): А...а...а..! Фекла, я, кажется, ослеп, ничего не вижу!
       Фекла: Дурень, это у тебя юбка на голове запуталась.
       Федот: Помоги мне, сними ее с меня.
       (Фекла помогает Федоту снять с головы юбку. Матвей с
       Матреной, воспользовавшись моментом, забегают в дом,
       прихватив с собой пилу и запирают двери)
       Матвей и Матрена (из дома): Обманули дурака на четыре башмака!
       Матвей: Что, съели! Дом мой! Вам здесь места нет.
       Фекла (кричит): Надули!!! (Федоту): Чего ты рот раскрыл, тряпка. Сделай что-нибудь!
       Федот (бросается к двери. Колотит к нее кулаками): Открывайте! Открывайте, не то все здесь разнесу, мокрого места не останется.
       Матрена (из-за двери): Не дождетесь!
       Федот: Открывай! Я дверь вынесу! Сейчас как садану!
       Матрена: По голове себе садани, шут гороховый. (Смеется вместе с Матвеем).
       Федот (гневно): Ну ладно! Сейчас вы у меня посмеетесь. (Фекле). Фекла! Тащи солому, дом будем жечь. (Фекла убегает). Не хотят пополам - вообще никому не достанется. (Обращается к запертым в доме). Чего притихли, умники? (Фекла возвращается с охапкой соломы). Принесла, молодец! Давай разбрасывай вдоль стен, да поравномернее, поравномернее. (Фекла разбрасывает солому вокруг дома). Мы им тут такой фейерверк устроим, пылать будет аж до небес.
       (Входит Данила. В руках у него полная
       сетка рыбы, а на плече удочка)
       Данила (поет): Травка-муравка в поле растет,
       Вдоль косогора клевер цветет.
       Трава-мурава, распрягай гнедого коня,
       Трава-мурава, накорми лихого коня.
       Весело в лесе журчит ручеек,
       Словно хрустальный его голосок.
       Водица-вода, распрягай гнедого коня
       Водица-вода, напои лихого коня.
       Данила: А я вот рыбки наловил. Сейчас ухи наварим. (Братьям). Что случилось? В чем дело, братья?
       Матвей (стараясь не смотреть на Данилу): Понимаешь, брат, мы тут это... Ну, в общем, мы имущество наше поделили.
       Матрена (Даниле с издевкой): На твою долю ничего не выпало.
    (Данила пытается войти в дом, но Матрена с Феклой
       загораживают ему дорогу
       Матрена и Фекла (вместе): Эй! Ты куда собрался? Дом мой. (Переглянулись).
       Данила: Как же так, Федот?
       Федот (отводя взгляд): Ну я...я не знаю, так получилось.
       Данила: Ну что ж, пойду во флигель.
       Матрена и Фекла (вместе): Это моя собственность! (Переглянулись).
       Данила: Где же мне жить?:
       Фекла: Сам виноват, нечего было шляться где попало. Рыбку он ловить ходил, сидел бы дома, может быть что-нибудь и отломилось, а теперь, извини,
       сами с трудом поделились.
       Данила (растерянно к Матвею): Как же так, Матвей?
       Матвей (обращаясь ко всем): А может быть?..
       Матрена: Не может быть! (Даниле). В кузницу иди! Это теперь все твое хозяйство. Нам она все равно ни к чему, только налог за нее платить.
       Данила: Но как же я в ней буду жить?
       Федот: Может нужно...
       Фекла: Не нужно! (Даниле). Чего ты к нам привязался, дармоед! Надоел, как горькая редька, свалился на нашу шею. Иди в свою кузницу.
       Данила (смотрит на братьев. Те по угрожающим взглядам жен стараются не обращать на него внимания)(. (Братьям): Матвей, Федот! Вы тоже так считаете? (Братья ничего не говорят, только беспомощно пожимают плечами)
       Матрена (Даниле): Иди, иди!
       Фекла: Нечего тут тоску нагонять, без тебя тошно.
       (Братья с женами, захватив вещи, уходят в дом,
       по пути переругиваясь)
       Фекла: Этот сарафан больше идет мне.
       Матрена: Нет мне, я сказала, мне.
       Матвей: А дом все равно мой.
       Данила: (Один) Эх, судьба-судьбинушка! За что ж меня так! Несчастный я человек. (Подумав). А где оно, счастье? (Мечтательно). Может быть где-нибудь и есть, только поискать его нужно. Авось сыщу, за тридевять земель пойду, но добуду, чего бы мне это не стоило, разыщу его. А сейчас к морю, возьму лодку и в путь!
       (Затемнение. Слышен шум шторма и разбивающихся
       о скалы волн. Постепенно все затихает)
      

    Картина П

      
       Морское дно. Смутно виднеются останки затонувших кораблей, и черные силуэты подводных скал. Вокруг плавают рыбы, медузы и прочие обитатели морской фауны. В центре, на самом дне, лежит огромный кит. Тело его неподвижно, глаза закрыты так, что со стороны можно подумать, что он спит. Рыбы и медузы поют песенку, пританцовывая.
       Шторм, шторм
       все вверх дном,
       Волны ходуном,
       Мир летит кувырком.
       Там, там наверху
       корабли идут ко дну,
       Нам пополняя казну.
       Океан - это бездна,
       Полная разных богатств.
       Океан - это пропасть,
       В которую просто попасть.
       Шторм, шторм,
       Всё вверх дном.
       Волны ходуном.
       Там, там наверху
       Корабли идут ко дну.
      
       (Входит Данила)
      
       Данила (осматриваясь): Почему же мне так не везет? Лодка разбилась, теперь на дно морское попал.
       Голос: Как тебе мои владения?
       Данила (озираясь): Кто здесь?
       Голос: Ах, да! Забыл представиться.
       (Огромный кит разевает пасть. Внутри нее на обросшем
       тиной и водорослями сундуке, гордо восседает морской
       царь. Его длинные волосы и борода абсолютно белые. В
       руках он держит трезубец)
       Царь: Я директор всех морей!
       Царь подводный - Прохиндей!
       Ну так как, нравится тебе у меня?
       Данила: Очень сыро и неуютно.
       Царь: Это ничего, привыкнешь. Как там, наверху, крепко закладывает?
       Данила (непонимающе): Кто закладывает?
       Царь: Ну, штормит там сильно? Или еще оборотов подбавить?
       Данила: Так это ваших рук дело?
       Царь (гордо): А как же! Здесь все дело вот этих рук. (Показывает руки).
       Все нажито честным и непосильным трудом. За триста лет добра скопилось, хоть отбавляй. Прямо не знаю, куда и девать.
       Данила: А вы лишнее бедным людям раздайте.
       Царь (удивленно): Это еще зачем? У меня лишнего ничего нет. Все мое, а если бы даже и было, все равно не отдал бы. С какой стати я должен с кем-то делиться? Кстати, а тебя как зовут?
       Данила: Данила!
       (Сверху бесшумно и плавно опускаются сундуки,
       наполненные доверху золотом и драгоценностями)
       Царь: Во, во, видал?! На глазах богатею, учись, как копейку зарабатывать нужно. А куда путь держишь?
       Данила: Счастье ищу.
       Царь: Занятие благородное, но глупое. Швартуй к причалу, Данила, ты его уже нашел!
       Данила: Где?
       Царь: Где, где, на дне!
       Данила: Нет, на дне счастья не найдешь, на дне только нищета и холод.
       Царь: Глупый! Это у писателей разных на дне нищета и холод. А на моем дне только достаток и процветание. Здесь счастье и искать не придется, оно само в руки плывет. Вон полные сундуки, ешь - не хочу! (Смеется). Ты молод, энергии хоть отбавляй и силенка, вижу, имеется, малость подучиться тебе - и порядок. Короче, мне нужна достойная смена, я уже немолод, пора скоро и на покой отправляться. Тяжеловато стало хаос и беспредел чинить на морских просторах. А ты самая подходящая кандидатура в наследники. Ну чем тебе не счастье восседать на троне и чувствовать себя владыкой морским? (Поет):
       Быть подводным царем
       Есть великая честь.
       В твоей власти морские секреты.
       Можно баржи топить
       И при этом копить
       Горы золота и самоцветы.
       Если очень постараться,
       Можно море разозлить,
       И придется всем спасаться,
       Но не смогут все спастись.
       Корабли плывут по морю,
       А потом идут ко дну.
       Исполняя мою волю,
       Море шлет на них волну.
       Океан - это бездна,
       Полная разных богатств.
       Океан - это пропасть,
       В которую просто попасть.
       Шторм, шторм,
       Все вверх дном,
       Волны ходуном.
       Там, там наверху
       Корабли идут ко дну.
       Царь: По-моему, это и есть счастье. Ну что, согласен?
       Данила (нерешительно): Я попробую
       Царь: Попробовать никогда не плохо. (Усаживает Данилу на свое место и отдает ему трезубец. Отходит в сторону, критически рассматривает). Грандиозно! Ну типичный царь. Теперь давай помаши трезубцем.
       (Данила резко машет трезубцем, сундуки с
       драгоценностями подпрыгивают, а царя отбрасывает в
       сторону, закружив как юлу)
       Царь: Ты что, ошалел? Не так резко, движения должны быть плавными, спешка здесь неуместна. Попробуй еще раз.
       (Данила плавно описывает круг, и на дно в большом
       количестве начинают погружаться ящики с богатствами)
       Царь (восторженно): Молодец, Данила! У тебя настоящий талант, темперамента побольше, вдохновения.
       Данила (с радостью смотрит на царя): Так ведь это ж я теперь смогу рассчитаться со всеми долгами. Вон сколько у меня денег. (Мечтая). Куплю дом, женюсь, заведу собственное хозяйство: курочки, кролики. Денег на все хватит и останется.
       Царь (недоуменно): Постой, постой, ты это о чем? Какой дом, какие кролики? Ты что, туда собрался?
       Данила: Ага! Вот сейчас еще подзаработаю и отправлюсь.
       Царь: Что за вздор? Никуда ты это отсюда не унесешь и сам не уйдешь. Я тебе такое место предлагаю, а ты вон что задумал. Все разбазарить! Нет, добро это останется здесь и ты при нем.
       Данила: А на что мне здесь все эти богатства? На что я их тратить-то буду?
       Царь: А зачем тебе их тратить? Ты копи, приумножай, преувеличивай. Посмотрел - порадовался, погордился, глаз потешил. Вот это настоящее счастье, а тратить не надо. Растратишь - не соберешь. Твоя задача - топить корабли и наживать богатство.
       Данила: Постой, а как же люди?
       Царь (не понял): Какие люди?
       Данила: Которые на этих кораблях, они что же, погибнут?
       Царь: А зачем тебе люди? Что тебе до них? Вот чудак! У тебя есть власть и богатство, в этих двух неразделимых вещах и заключается все счастье!
       Данила (сокрушаясь): Какой же я болван, что сразу о людях не подумал. Деньги помутили мой разум. Хорош, ничего не скажешь.
       Царь (иронично): Да брось ты эти душещипательные речи, а то я сейчас расплачусь. Нюни развесил. Давай еще разок попробуем.
       Данила (решительно): Хватит, напробовались! Мне такое счастье не нужно, отправляй меня обратно наверх.
       Царь (нервничая): Не торопись! Ну куда спешишь, погорячился и будет. Ты сам посуди, если мы этих людей в живых оставим, где же я их всех расселю, да и хлопот потом с ними не оберешься, а не топить корабли я не могу. Ведь это же достаток, сам видишь, какая прибыль. Вот ты мне скажи, разве есть в жизни что-нибудь сильнее и важнее денег? Молчишь! А я тебе отвечу, нет и никогда не будет. (Недоуменно), Ты чего на меня уставился?
       Данила: Дурак ты, Прохиндей!
       Царь (растерянно): Это почему?
       Данила: Потому что вещей простых не понимаешь. Да что с тобой разговаривать, все равно не поймешь. Давай отправляй меня наверх.
       Царь: Что ты заладил, наверх, наверх. Погоди. Я тебя сейчас со своей дочкой познакомлю. Она у меня просто красавица, настоящий жемчуг. Тебе понравится.
       (Царь берет морскую раковину, которая висит
       у него на шее и издает длинный позывной.
       Откуда-то издалека раздается ответный
       сигнал такой же раковины и через мгновение в
       коралловой колеснице, запряженной морскими
       коньками, возникает сама дочь морского царя -
       Мурена Прохиндеевна)
       Мурена (отцу): Буль-буль, папуня!
       Царь (заигрывающе): Буль-буль, лапуня! Картинка ты моя, написанная! Ну-ка, поцелуй папочку.(Целуются). Как дела, доченька? Много народу сгубила?
       Мурена: Ой много, папуня! Всех рыбам скормила.
       Царь: Значит, будет чем полакомиться рыбкам?
       Мурена: Будет, папуня, будет.
       Царь (довольно): Уй ты моя красотуля! Поцелуй папочку.
       Мурена: Буль-буль, папуня! (Целуются)
       Данила (с отвращением): Чего это вы разбулькались, как караси?
       Царь: Это мы так здороваемся. (Дочери). Вот, дочурка, познакомься, это твой новый жених, Данила.
       Мурена (оглядывает Данилу): А он мне нравится. Довольно еще свеженький.
       Царь (Даниле): Моя дочь, Мурена Прохиндеевна! Твоя невеста.
       Данила (возмущенно): Да вы что, смеетесь? Какая невеста? Вам что, дедушка, совсем глаза застило, вы только посмотрите на нее.
       Царь (смотрит на дочь): А что! Вроде ничего. Ну-ка, дочка, пройдись.
       (Неприлично виляя бедрами, Мурена расхаживает
       в разные стороны)
       Данила: Срамота!
       Царь (вдохновенно дочери): Больше шарма, изящнее, грациознее, побольше лоска, откровеннее! (Даниле). Ты посмотри, какой товар!
       Данила: Что вы называете товаром, вот этот срам? (Мурена останавливается). Это же рыбам на смех. (Решительно). Нет, такая невеста мне не нужна. Вульгарщина какая-то. (Мурена истерично рыдает)
       Царь (взволнованно): Как же так, Данила! Мы же договорились.
       Данила: Эх! Я ему про Фому, а он мне про Ерему. Надоели вы мне, дедушка, чего ж вы такой приставучий? Мы с вами ни о чем не договаривались. Теперь это сватовство позорное придумали. Вам что же, заняться больше нечем? К тому же не невеста, а карикатура какая-то.
       (Мурена заголосила еще громче, и упав с колесницы,
       забилась в нервных судорогах)
       Данила (царю): Так она у вас еще и больная! Хорошую же вы мне невесту подкузьмили.
       Царь (дочери): Тюпа-тюсики, гугусики, улю-лю, улюулю.
       (Мурена не унимается, царь пускается перед ней в пляс)
       Царь (поет): Ох, случилася беда - загорелася вода,
       На то счастье, на тот раз
       Мимо шел хромой Тарас -
       Живо воду затушил, и тем славу заслужил.
       Как ее он заливал, он про это не сказал,
       Только слышно стороной - затушил он бородой!
       Тюх, тюх, тюх, тюх!
       Данила (царю): Ремня ей хорошего всыпать.
       Царь (дочери): Ну вот и ладушки, вот и чудненько.
       Данила (виновато Мурене): Ладно вам, чего уж так из-за внешности убиваться; я вон тоже не красавец, но в амбиции не лезу же. Найдется и для вас жених, Мурена Прохиндеевна, обязательно найдется.
       Мурена (капризно Даниле): А мне ты понравился, не хочу другого
       Царь (Даниле): Понравился ты ей, не хочет она другого, дурья твоя голова, я с ним и так, и эдак, а к нему и на драной козе не подъедешь. Чего фордыбачишься?
       Данила: Ну не хочу я быть вашим наследником, не по мне это счастье. Не хочу корабли топить, не хочу людей губить и богатство наживать таким образом не желаю. И вообще, засиделся я тут у вас, давайте отправляйте меня обратно на свет божий.
       Царь (показывает Даниле дулю; ехидно): А вот этого не хочешь?
       Мурена (отцу): Не отпускай его, папуля.
       Царь: Ты у меня отсюда теперь никуда не уйдешь. Не захотел по доброй воле остаться, силой заставлю. Царский чин тебя не устроил, посмотрим, как на тебе шутовской колпак смотреться будет. Разозлил ты меня, Данила. Не на шутку разозлил!
       (Данила одной рукой берет царя за грудки,
       а другую заносит над его головой)
       Данила: Ах ты ржавое корыто! Пугать меня задумал, я вот сейчас тебе всыплю тумаков, пень трухлявый.
       (Со всего маху бьет кулаком царю в лоб.
       Тот падает, но тут же подскочив,
       пытается убежать от Данилы).
       Чучело морское, я тебе покажу, как счастье на несчастье строить. (Догоняет царя и дает ему увесистого пинка). Ты у меня узнаешь, почем фунт лиха, как людей губить, корабли топить и добро народное присваивать. (Снова догнал и дал пинка).
       Мурена (отцу): Беги, папуня! Убьет ведь тебя этот сумасшедший.
       Царь (кричит на бегу Мурене): Муренка! Слезай с козел, пусть этот заполошный, ой!..Берет твою коляску и убирается туда, откуда пришел, ой!!!
       Данила (пиная царя): Мне туда, откуда я пришел, не надо, мне на сушу надо.
       Царь (на бегу): Хорошо, ой, больно! (Дочери). Прикажи своим конькам, пусть на сушу его доставят. Убьет ведь, окаянный. (Падает на дно еле живой)
       Данила (царю): Что, попробовал крестьянских кулаков? Так вот! Это тебе не дули крутить, а узнаю, что еще корабли топить будешь, приду, на свет божий выволоку, да кнутом принародно высеку. Враз забудешь о своем счастье. И вот что я тебе еще скажу, Прохиндей, нельзя из-за собственного блага и удовольствия приносить несчастья людям, понял? Вот такой мой тебе ответ. (Мурене). А вы, Мурена Прохиндеевна, еще встретите своего суженого, только за внешним видом следите, дама ведь все-таки. (Садится в колесницу).
       Будьте здоровы, не поминайте лихом. (Конькам). Но, залетные! (Уезжает)
      

    Картина Ш

      
       Чистое поле. Идет Данила и поет песню.
      
       Кружит месяц в небесах по Млечному пути.
       Я спросил его, где счастье можно мне найти,
       Ничего мне месяц не ответил с высоты,
       Только лишь сверкнул из темноты.
       Встало солнце поутру, и я его спросил,
       Что мне делать, как мне быть, счастье, где добыть?
       Прокатилось солнышко по небу колесом
       И мигнуло золотым лучом.
       (На пеньке сидит старик, ковыряет лапоть. Входит Данила)
       Данила: Бог в помощь. Здравствуйте, дедушка.
       Старик: Здорово, кто такой?
       Данила: Данила.
       Старик: Куда идешь?
       Данила: Счастье ищу.
       Старик: А ты знаешь, что такое счастье?
       Данила: Честно сказать, нет. Но когда найду, тогда и узнаю.
       Старик: Как же можно что-то искать, когда не знаешь, как оно выглядит. Вот я знаю, что такое счастье.
       Данила: И что же это такое?
       Старик: Это когда ничего не делаешь, а тебе все само в руки идет.
       Данила (недоверчиво): А так разве бывает?
       Старик: Еще как бывает. Вот ты есть хочешь?
       Данила: Не отказался бы, только у меня ничего нет.
       Старик: Сейчас будет. (Хлопает в ладоши).
       (Перед Данилой появляется большой стол со скатертью)
       Старик: Ты не стесняйся, присаживайся, сейчас кушанья подадут, хлопни в ладоши.
       (Данила садится и хлопает в ладоши. Разные яства без
       посторонней помощи начинают появляться на столе.
       Данила с жадностью набрасывается на угощения)
       Старик (гордо): Ну, как?
       Данила (с набитым ртом): Вкусно, но скучновато.
       Старик: Сделаем, ты только желай. (Поет).
      
       Не нужно работать,
       Не надо пахать.
       Гораздо приятней
       На печке лежать.
       И стоит лишь хлопнуть
       В ладоши на бис,
       Исполнится сразу
       Любой твой каприз.
       Припев: Меньше дать, больше взять -
       Вот закон простой.
       В жизни нужно наслаждаться,
       А не думать головой.
       Меньше дать, больше взять,
       Есть закон такой,
       Если будешь в него верить,
       Будешь вечно молодой.
       (Данила хлопает в ладоши, на нем появляется
       шелковая накидка, а вокруг роскошные царские
       хоромы)
       Нет лучше занятья,
       Чем просто мечтать.
       Ты можешь, что хочешь
       Себе пожелать.
       Но стоит лишь хлопнуть
       В ладоши на бис,
       Исполнится сразу
       Любой твой каприз.
       (Данила хлопает, вокруг вырастают цветущие
       деревья и кусты роз)
       Припев: Меньше дать, больше взять -
       Вот закон простой.
       В жизни нужно наслаждаться,
       А не думать головой.
       Меньше дать, больше взять,
       Есть закон такой,
       Если будешь в него верить,
       Будешь вечно молодой.
      
       Данила: Вот это чудеса. И все, что я пожелаю, все исполнится?
       Старик: Абсолютно, стоит только захотеть и хлопнуть в ладоши. Говорят люди, что без труда не вытащишь и рыбку из пруда, так это все враки, сам видишь. Все очень просто, меньше вложить - больше получить, теперь понял?
       Данила (довольно): Теперь понял! Да, при такой жизни мозоли не натрешь. Я согласен.
       Старик: Вот и чудненько, но прежде мы с тобой заключим одну сделку.
       Данила: Какую сделку?
       Старик: Сущие пустяки, ты забираешь свое счастье, а мне взамен отдаешь душу. По рукам?
       Данила (оторопев): Как это? За все это я должен отдать тебе свою душу? Нет, так не пойдет. Слишком дорогая цена.
       Старик: А ты как думал! За все в жизни надо платить.
       Данила (укоризненно): Нет, такое счастье меня не устраивает. Душу ему отдай. (Повышая голос). Да кто ты такой, чтобы я тебе ее отдавал!
       Старик: Какой же ты глупый, Данила. Ты так до сих пор и не понял, к кому в гости попал? (Смеется).
       (Гром, молния. Все становится по-прежнему.
       Стол с яствами, царские хоромы, цветущие
       деревья - все исчезает, а на месте старика
       стоит черт и громко смеется)
       Данила: Черт!!!
       Заправила (смеется): На этот раз ты угадал. Теперь понял, дурья твоя голова. Если тебе так дорога твоя душа, то отправляйся вместе с ней в преисподнюю, там тебя с превеликим удовольствием встретят. Глупый ты Данила.
      
       Занавес
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
       Действие П
      
       Картина 1У
      
       Преисподняя. Наверху транспарант с надписью "Слава веселому вертепу". Справа большой котел с кипящей водой. На заднем фоне смутно виднеются силуэты людей, прикованных к столбам. В середине стоит Данила, а вокруг него в зажигательном танце пляшут черти. Поют:
       Уж если влип ты в мерзкую историю,
       Где не сыскать концов вовек,
       Тебе, дружок, мы скажем без иронии -
       Ты обреченный человек.
       Теперь, глупец, дорога для тебя одна,
       Пощады даже и не жди.
       Добро пожаловать, приятель, в полымя!
       Ведь не бывает дыма без огня.
       Черти (прекращают танцевать, хором): Слава всеобщему беспределу!
       Заправила (раскрыв папку, обращается к Даниле): Имя.
       Данила: Данила.
       Заправила (записывает): Род занятий?
       Данила: Кузнец. А вам зачем?
       Заправила (продолжает писать): Положено. Ведем учет. Регистрация кадров. У нас вы будете числиться в должности слуги. Просьба подчиняться режиму и свято чтить наши традиции. Итак, считайте, что вы приняты. Разрешите вас поздравить, молодой человек, добро пожаловать в ад! (Черти аплодируют).
       Данила: Нет, это в мои планы не входило. (Черти надевают на Данилу кандалы)
       Заправила: А здесь, молодой человек, о ваших планах никто не спрашивает, тут мы планы строим. И ваша задача беспрекословно им подчиняться. Вы меня поняли?
       Данила (недовольно): Понял.
       Заправила: Ну, вот и прекрасно! Коллектив у нас довольно дружный, веселый, конечно, не без изъянов, как и везде, а, в общем, отношения ладные. (Чертям). Собратья, я прав? (Черти одобрительно шумят и аплодируют). Наша задача - крепить ряды и сеять развал и разруху в народных массах. А сейчас пора перейти к делу, я так думаю, собратья, что ему (показывает на Данилу) мы поручим попечительство над нашим дядюшкой Плутом. Есть возражения?
       Черти (хором): Нет, возражений нет!
       Заправила: Привезите дядюшку.
       (Два черта выкатывают Плута в инвалидном кресле.
       Остальные дружно хлопают и приветственно шумят)
       Заправила (показывает на Плута): Вот это наша гордость и легенда.
       Почетный долгожитель, ему уже шестьсот лет, а все, как новая копейка. Одна беда - совсем не ходит, и разговаривать разучился. Да и на ухо туговат.
       Данила: Разрешите вылечить?
       Заправила: Интересно! И как же ты его будешь лечить?
       Данила: Банька русская - самый лучший лекарь. Жаркий пар и крутой кипяток враз его подымут на ноги. Организуете?
       Заправила: Это всегда пожалуйста. Жару тут хоть отбавляй. И кипяточек имеется. (Показывает на кипящий котел). Видал, как парит. Все условия.(Восторженно чертям). Вот это наш человек, сразу вливается в коллектив. (Даниле). Молодец, парень, будешь так проявлять инициативу, на повышение пойдешь. Давай, дерзай, тебе и карты в руки. (Чертям). Пойдемте, собратья, не будем смущать дядюшку Плута, нам еще многое надо обсудить.
       (Все во главе с Заправилой уходят, оставив Данилу и Плута наедине. Черт уронил голову на грудь и громко захрапел).
       Данила: Вот это дела! Что называется, попал в настоящий переплет, на дармовщину хотел пожить, дурья голова. Счастье, лежа на боку не заработаешь. Ну, ничего - на ошибках учатся, по своей глупости попал, по уму и выбираться буду. Они еще пожалеют, что связались со мной, бесовское отродье. (Кричит).
       Эй! Хозяин! (Появляется Заправила).
       Заправила: Чего тебе?
       Данила: Крапивы у вас не найдется?
       Заправила: Зачем тебе?
       Данила: Это ж лучшее лекарство от немоты. Кто крапивы отведает, у того враз голос прорежется.
       Заправила: Молодец! Сейчас доставим. (Уходит).
       Данила (подходит к сидящему Плуту): Эй, дедуля, просыпайся, банька готова. (Плут не просыпается. Громко). Подъем! (Старик испуганно вздрагивает). Что, перетрухал? Не дрейфь, это я, твой слуга, сейчас я тебя помою. (Черти приносят веник крапивы. Данила подходит к котлу и машет над ним, нагоняя побольше пару). Ну, как парок? Сейчас еще жарче будет. (Раздевает и укладывает Плута на лавку. Поет):
       Если у тебя ангина
       Или гайморит,
       На погоду кости ломит
       И в боку болит,
       Знаю, что тебе поможет,
       Есть надежный друг -
       Это банька добрая,
    А в ней здоровый дух.
      
       Данила (чертям): Хлещите крепче! (Черти усердно хлещут Плута).
      
       Баня, баня, баня,
       Банька русская парит,
       От любого недуга
       Она вас исцелит.
       Парю, парю, парю,
       Я крапивой старика,
       Ох, сейчас я от души
       Намну ему бока.
      
      
       Плут (кричит): Ой... ай...оё-ёй, у...у...у...у..., а...а...а..!
       (Вбегает Заправила)
       Заправила (Даниле): Чего он у тебя так орет?
       Данила: Это он от большого удовольствия!
       Заправила (одобрительно): Да ну! Молодец, хорошо работаешь! Точно на повышение пойдешь. (Уходит).
       Данила: Уф, уморился. (Чертям). Все свободны! (Плуту). Теперь, дедуля, надо ополоснуться. (Берет его на руки и подносит к кипящему котлу. Черт пытается вырваться, громко мычит). Ничего, ничего, сейчас полегчает, дедуля. Вода - лучшее средство от крапивных припарок. (Бросает черта в кипящий котел. Плут орет еше громче, так, что на крик прибегают все черти во главе с Заправилой. Увидев это, они бросаются к нему и вынимают его из котла).
       Заправила (Даниле кричит): Ты что же наделал, лиходей, ты же его чуть не сварил.
       Данила (невозмутимо): Я думал ему это только на пользу пойдет.
       Заправила (в негодовании): У тебя что, совсем мозгов нет, бандюга недорезанный? Ты же из него чуть бульон не сварил. Мы снимает с тебя обязанности по уходу за дядюшкой Плутом.
       Данила (фальшиво): Да? Очень жаль! Мы с ним так подружились.
       Заправила (в бешенстве): И понижаем тебя в должности.
       Данила (невозмутимо): Куда еще ниже-то?
    Заправила: Ты мне тут не умничай. Самую черную работу выполнять будешь. (Обращается ко всем). Предлагаю голосовать, кто за то, чтобы снять этого придурка с его почетной должности. (Черти поднимают руки и одобрительно шумят). Кто хочет его взять себе в помощники?
       Хрипой: Я возьму его в помощники, у меня он будет как шелковый, со мной такие шутки не пройдут. (Даниле). Эй, ты, как тебя там, пойдем, поможешь мне с бочками управиться. (Уходят).
       Заправила (чертям): Собратья, предлагайте новую программу действия для обсуждения.
       Из толпы: Народ в расход, погань к власти!
       Заправила: Прекрасно! Очень злободневно. Пойдемте и обсудим. (Уходят).
       (Входят Данила и Хрипой, перед собой они катят две
       большие бочки. За сценой раздается шквал аплодисментов).
       Данила: А что в этих бочках?
       Хрипой: В них вся наша сила, наш святой напиток - вино искушения. Одной капли достаточно, чтобы человек потерял голову и отдался во власть своей похоти и безрассудству, полностью потерял над собой контроль и творил такие несусветные глупости, каких еще свет ни видывал. Этот напиток несет в себе зародыш греха, мы чтим его и бережем как зеницу ока. Он делался почти сто лет и вот, наконец-то, готов. Завтра его отправят наверх к людям, пускай наслаждаются сладким вкусом греха, а наступит время и мы встретим их, как подобает.
       Данила: Сто лет, говоришь, делалось?
       Хрипой: Около того.
       (Входит молодой черт, обращается к Хрипому).
       Черт: Пойдем, главный просит, речь толкнуть надо.
       Хрипой (Даниле): Я скоро буду. (Уходит).
       Данила (вслед): Трепачи. Но настал и мой черед сказать свое слово. Где-то я тут видел то, что мне нужно. Ага, вон там. (Убегает, возвращается с большой бутылкой, на бутылке написано: "Уксус"). Вот уксус, это как раз то, что мне нужно. (Подходит к бочке, выливает в нее содержимое бутылки). Сто лет делалось, а за минуту испортилось. (Бросает пустую бутылку на пол).
       (Входит Хрипой)
       Хрипой (принюхивается): Что-то кислым пахнет, не чуешь?
       Данила: Это, наверное, ваше вино.
       Хрипой (выпучив глаза): Ты что, сдурел, что ли? Слаще этого вина во всем мире нет.
       Данила: Тогда его нужно попробовать.
       Хрипой: Чего его пробовать? Я его уже столько напробовался. (Черпает ковшом из бочки, отпивает, с отвращеньем выплевывает. Увидел пустую бутылку из-под уксуса). Ты что наделал, гад?!
       Данила: Я подумал, чуть-чуть нужно подкислить.
       Хрипой: Ты же его испортил. Я тебе сейчас так подкислю, тебя мать родная не узнает. (Бросается на Данилу, тот уворачивается, на шум прибегают черти).
       Заправила: Что здесь происходит?
       Хрипой (тяжело дыша): Этот негодяй (показывает на Данилу) испоганил наш святой напиток.
       Заправила: То есть как испоганил?
       Хрипой: Он разбавил его уксусом, теперь это не вино искушенья, а какое-то мерзкое пойло, я пробовал. Его никто не будет пить, даже самый отъявленный пьяница. Все наши труды пропали даром.
       Заправила (Даниле): Вы переступили запретную черту, молодой человек.
       (Гневно). Вы нарушили наши правила, с которыми я вас знакомил. Я, кажется, говорил вам, чтобы вы свято чтили наши традиции, беспрекословно подчинялись им. Теперь нам придется вас наказать.
       Данила: Опять будете в должности понижать?
       Хрипой: Еще и издевается.
       Заправила (Даниле): Сейчас мы тебя будем бить.
       (Заправила с кулаками идет на Данилу, с тыла заходит
       Хрипой. Заправила размахивается и пытается ударить
       Данилу, но тот пригибается и удар приходится в
       глаз Хрипому)
       Хрипой: За что?! (Бьет Заправилу, завязывается драка, остальные черти кидаются помогать дерущимся, при этом затевая драку между собой)
       Данила (отходит в сторону, наблюдает за потасовкой. Обращается ко всем): Эй, вам еше не надоело? (Черти прекращают драться и тупо смотрят на Данилу)
       Хрипой (тычет пальцем в Данилу): Это нелюдь, он нас всех изведет, гнать его надо, гнать.
       Заправила (избитый, поднимает руку вверх, еле дыша): Собратья, выношу вопрос на голосование, предлагаю избавиться от этого злыдня, пока он нам тут все не развалил.
       Черти (хором): Правильно, согласны, он издевался над дядюшкой Плутом.
       (На коляске въезжает Плут).
       Хрипой: Он испортил наш святой напиток, без него мы растеряем всю клиентуру.
       Заправила: Он едва не поссорил нас самих между собой. Ему не место в нашем коллективе, от него только одни неприятности. Проголосуем, собратья!
       Черти: Прочь, прочь отсюда! В нашем обществе бунтарям места нет!
       Данила (улыбаясь): Я никуда не пойду, мне здесь очень даже нравится. Собратья, ставлю вопрос на голосование. Кто за то, чтобы я остался, прошу руки не поднимать. (Черти растерянно смотрят на Данилу). Единогласно!
       Заправила (возмущенно): Какая наглость, какое нахальство! Пошел вон, негодяй! Проваливай прочь!
       Данила (настойчиво): Я же сказал, не пойду. Я может быть, тоже хочу принимать участие в ваших собраниях.
       Хрипой (умоляюще): Мы тебе денег дадим!
       Данила: Не нужны мне ваши деньги.
       Плут (привстал со своего кресла. Кричит): Вон, вон, убирайся прочь, убью!
       Черти (удивленно, хором): Заговорил!
       Данила: Моя банька на пользу пошла. Еще пара сеансов и ходить научиться.
       Заправила: Чего ты хочешь, что тебе дать, только чтобы ты убрался?
       Данила: Условие у меня к вам одно есть.
       Черти (хором): Какое?
       Данила: Освободить всех, кто томится в вашем адском вертепе.
       Черти (хором): Забирай! Забирай! Все свободны! (Расковывают Данилу).
       Данила: Счастливо оставаться, бесовское отродье, прощай, веселый вертеп!
       (Затемнение)
      
       Картина У
      
       Данила идет дальше, поет песню.
      
       Ты скажи мне, ветер быстрый, вольный пилигрим,
    Где мне счастье отыскать, куда пойти за ним?
       Но не захотел мне вольный ветер рассказать,
    Где смогу я счастье разыскать. 2 раза
      
       А когда закружит вьюга белым помелом,
       Я спрошу тогда у снега в доме ледяном,
    Но я думаю, навряд ли сможет мне снежок
       Подсказать, где счастья уголок. 2 раза
       (Дремучий лес. Вечереет. На поляне стоит избушка на курьих
       ножках. Справа столб с указателем "Глухоманьский переулок")
      
       Данила: Есть тут кто-нибудь?
       Избушка: А кого надо?
       Данила (озираясь): Кто говорит?
       Избушка: Кто, кто, конь в пальто! Избушка говорит.
       Данила: Говорящая, что ли?
       Избушка: А я что же, по-твоему, и слова не могу сказать?
       Данила: Можешь. Давай поворачивайся, где там у тебя дверь?
       Избушка: Ишь какой шустрый! Сейчас, разбежалась. Ты сначала слова положенные скажи.
       Данила: Какие слова?
       Избушка: Ты что, сказок не читал?
       Данила: Читал. А, вспомнил! Избушка, избушка, повернись к лесу задом, ко мне передом.
       Избушка: Ну до чего ж молодежь невоспитанная пошла, а волшебное слово?
       Данила: Избушка, избушка, повернись, пожалуйста, к лесу задом, а ко мне передом. (Изба по-прежнему не меняет положения). А сейчас что не так?
       Избушка (хитро): Пятачок дашь, тогда повернусь.
       Данила (решительно): Все, хватит! У меня тоже нервы не железные.
       (Подходит к избе и вручную ее разворачивает)
       Избушка (возмущенно): Эй, ты что ж себе позволяешь? Чего хулиганишь? Убери руки! Помогите! Караул! Насилуют!
       Данила (развернув избу): Вот так-то лучше.
       Избушка: Хам!
       (Квартира Бабы-Яги. В правом ее углу стоит большой
       деревянный сундук. Над ним висит охотничье ружье. В
       стороне от сундука стоит печь, за которой спрятана
       ступа. В левом углу на скамейке сидит Баба Яга и что-
       то вяжет. Входит Данила)
       Яга: Ты чего хулиганишь? По какому такому праву?
       Данила: Здравствуйте, бабуля! С вашей избушкой трудно общий язык найти.
       Яга: Что, деньги вымогала?
       Данила: Угу!
       Яга: Ну и что, дал?
       Данила: Еще чего, не дождется!
       Яга: Правильно, что не дал. Совсем совесть потеряла. А меня-то в какое неудобное положение перед гостями ставит. Вот возьму и разменяю ее на более комфортабельную. Я гляжу, ты не местный.
       Данила: Нет.
       Яга: То-то смотрю, лицо мне твое незнакомо, а звать как?
       Данила: Данила. Я, бабуля, издалека, неделю ехать - две идти.
       Яга: С большой земли, что ли?
       Данила: Деревня Кукуевка, слыхали, может быть?
       Яга: Нет, не слыхала. Да где уж нам слыхать. У нас тут газет не печатают. Глухомань, да и только. Вот что сорока на хвосте принесет, тем и довольствуемся. Да, видно в вашу Кукуевку ей не приходилось летать.
       Данила: Напрасно, у нас там такая природа.
       Яга: У нас природа тоже не хуже. Ты лучше расскажи, чем на большой земле народ живет, каким ветром дышит?
       Данила: Ветром перемен.
       Яга (задумчиво): Перемены? Перемены - это хорошо. (Подумала еще). Это к дождю. Ну, а сам по профессии кто?
       Данила: Кузнец.
       Яга: Кузнец, говоришь? А ступу починить сумеешь?
       Данила: Сумею, чего ж не суметь.
       Яга ( подбегает к печке и выкатывает спрятанную за ней ступу): Вот проклятая, летала, летала, а тут на тебе - забастовала. И чего ей, ошалелой, надо?
       Данила (закатывает рукава): Сейчас посмотрим. (Подходит к ступе, морщится).
       А чего она у вас так воняет?
       Яга: Так я в ней огурцы солю. Не выбрасывать же. (Данила принимается за работу). В наши места что забрел? Ищешь кого или так, на экскурсию?
       Данила: Ищу.
       Яга: Кого ж, если не секрет?
       Данила: Счастье ищу.
       Яга (с иронией): Это где ж оно валяется? Что его искать нужно?
       Данила: Не знаю. Потому и ищу.
       Яга: Ну и как нашел?
       Данила: Пока нет, но обязательно найду. (Вытирает руки, деловито). Готово, бабуля, принимай работу.
       Яга: Так скоро? (Подходит к ступе, что-то в ней покрутила и та, пуская из-под себя клубы дыма, с резкими хлопками, заревела как центрифуга). Работает. Ну, Данила, ну мастер, чтоб ты сто лет жил! Вот спасибочки! Век тебя не забуду. Зачем же тебе счастье искать, когда оно все при тебе. Вот же твое счастье.
       Данила (озирается): Где?
       Яга: В руках! Руки у тебя золотые, это разве не счастье? Доброе дело сделал, а меня радость разбирает, разве это не счастье? Оно ж у тебя в кармане. А ты его за тридевять земель искать пошел. Приятно ведь, правда?
       Данила (смеется): Приятно, бабуля, в самом деле приятно. Как-то весело и задорно на душе.
       Яга (смеется): Ну и насмешил ты меня, балагур. Эх, золотой ты мужик, Данила, жениться тебе надо. (Спохватившись). Ой, заболтала я тебя, ты, поди, устал с дороги, в баньку бы тебе сходить.
       Данила: В баньку - это с удовольствием.
       Яга: Иди, иди, касатик. Я как будто знала, что гость будет, с утра истопила. За избушку зайдешь и увидишь. Там и бельишко чистое найдешь.
       Данила: Спасибо, бабуля. (Уходит).
       Яга (ходит вокруг ступы, не нарадуется, рассматривает ее): Ну, Данила, ну мастер! (Стук в дверь). Забыл, может, чего? (Дверь распахивается и в избу вваливается Соловей-разбойник. Он слегка навеселе, в руках гармонь).
      
       Соловей: А вот и я - любовь твоя! Что, не ожидала? (Поет):
      
       Не стругает мой рубанок,
       Не пилит моя пила.
       Ко мне милая не ходит -
       И работа не мила.
       Я пришел на посиделки,
       Девки семя шелушат.
       Попросился на коленки,
       Посадили на ушат.
       Припев: Елки-палки, лес густой,
       Не дружу я с головой.
       Все по жизни трынь-трава,
    Не нужна мне голова.
      
       Ударь, бабка, по баяну,
       По баяновой доске,
    Чтобы знали глухоманьских
       В самой дальней слободе.
       Ты зачем меня шабаркнул
       Балалайкой по плечу?
       Я затем тебя шабаркнул -
       Познакомиться хочу.
       Припев:
      
       Яга: А тебе чего надо? Чего приперся?
       Соловей: Зачем так грубо, я ведь и обидеться могу.
       Яга: Чихала я на твои обиды.
       Соловей: Ты это, не очень-то! Не забывай, кто я. Соловей-разбойник, а никакой-нибудь петух расфуфыренный. И ты на меня слюной не брызгай, я к тебе по делу пришел.
       Яга: По какому еще делу?
       Соловей (смущаясь): По интимному. Хочу руку и сердце тебе предложить. Замуж приглашаю.
       Яга (смутившись): Это еще зачем?! Не хочу я за тебя замуж. Да и не нравишься ты мне.
       Соловей: Ты мне тоже не нравишься.
       Яга: Чего ж пришел-то?
       Соловей: Выхода нет. Я уже старый, уход за мной требуется.
       Яга: Ах, вон куда ты завернул! Не на ту напал, голубчик. Служанку себе в другом месте ищи.
       (Голос Данилы: "Бабуля!")
      
       Соловей: Кто это?
       Яга (засуетилась): Ой, что же делать? (Соловью). Прячься, полезай в сундук.
       (Открывает сундук и пытается засунуть в него разбойника)
       Соловей (упирается): Чего это я туда полезу, я хочу посмотреть, кто там к тебе в гости намылился.
       Яга (упорно продолжает запихивать Соловья в сундук): А я не хочу, чтобы он тебя видел. Не позорь меня, приперся на мою голову. Полезай, кому сказала.
       (Силой заталкивает разбойника в сундук и садится поверх крышки.
       Входит Данила)
       Данила (видит, что Яга чем-то напугана): Вы чего, бабуля? Случилось что?
       Яга: Нет, нет, ничего. Присела отдохнуть. Кости болят, возраст.
       Данила: Я за веником пришел, всю баню облазил, так и не нашел. Подумал, что он в доме.
       Яга: Там, за печкой. (Данила направляется к печке). Нет, в сенях. (Поворачивается, идет в сени). Нет, точно за печкой. (Данила останавливается)
       Данила: У вас положительно что-то случилось, бабушка. Что это вы никак не определитесь?
       Яга (нервничает): Ничего у меня не случилось, сказала за печкой, значит за печкой.
       Данила (успокаивающе): Хорошо, вы только не волнуйтесь. (Обходит печку кругом). Нет там ничего.
       Яга: Был там.
       Данила: Может он в сундуке? Положили и забыли, такое бывает.
       Яга (испуганно): Нет, нет, в сундуке его нет, только не в сундуке. В сенях, в сенях он висит.
       Данила (увидел рядом с сундуком гармошку): А это что? Ее же здесь не было.
       Яга (озирается): Кого? А, это! (Берет гармонь в руки). Это гармошка. Я ее, пока ты уходил, из сундука достала.
       Данила: Зачем?
       Яга (растерянно): Зачем, зачем... (Придумывает, что бы ответить). В само-
       деятельности участвую, вот зачем. (Играет на гармошке, поет):
      
       Полюбила писаря,
       Высокого и лысого,
       Ему некогда писать,
       Только лысину чесать.
      
       Говорят, что я старуха
       Только мне не верится:
       Ну какая я ж старуха -
       Все во мне шевелится!
      
      
       Данила: Да у вас, бабуля, талант. Вам не в самодеятельности, вам в Большом театре выступать надо.
       Яга (смущаясь): Ну, это ты уж загнул.
       (Из сундука раздается басом "Апчхи!" Яга испуганно
       зажимает ладонью рот и бьет по сундуку ногой)
       Данила: Будьте здоровы!
       (Снова "Апчхи!" Яга подпрыгивает, тем самым
       имитируя, что чихает она сама и бьет ногой по
       сундуку. Далее разбойник начинает чихать все чаще и
       чаще, а бабка, зажав рот ладонью, подскакивает на
       крышке и колотит ногами в сундук)
       Данила (настороженно): Что с вами, бабушка? Простудились? Совсем нехорошо. Вон как хрипите.
       (Внезапно разбойник перестает чихать)

    П а у з а

       Яга: Уф! Аллергия проклятая! Как петь начинаю, так чихаю. (Даниле). Ты еще здесь, иди, мойся.
       (Данила подозрительно смотрит на бабку, пожимает
       плечами, уходит. Яга встает с сундука, облегченно
       вздыхает. Крышка его приоткрывается и наружу
       высовывается косматая голова разбойника. В избу снова входит Данила, Яга стремительно садится обратно на крышку)
      
       Данила (радостно): Я веник нашел!
       Яга (потеряв терпение, кричит): Иди в баню! (Данила убегает).
       (Яга потихоньку встает, беспокоясь, как бы Данила
       обратно не вернулся. Открывает сундук)
       Соловей (высовывая голову): Ушел?
       Яга (раздраженно): Ушел! Теперь ты давай проваливай и фисгармонь свою забирай. Натерпелась страху из-за тебя, душа в пятки ушла. Чего тебя разобрало чихать?
       Соловей: А ты сама туда полезай (показывает на сундук) и пылью подыши. Чего ногами колотила, у меня все уши заложило?
       Яга: Ничего, не оглохнешь.
       Соловей (с интересом): А какой там у тебя лысый писарь? Что за ухажер к тебе шастает?
       Яга: Пошел к лешему. Не ухажер он мне, и вовсе не лысый, а просто порядочный человек. В хорошем бы я свете перед ним выглядела, если бы он нас вдвоем застукал. Оборванец!
       Соловей: Но-но, полегче! (Иронизирует). А ты что, понравится ему хочешь, да? Не старайся, не полюбит он тебя.
       Яга: Иди отсюда, видеть тебя не могу, голодранец.
       Соловей: Тогда давай ступу!
       Яга (язвительно): Чего?!
       Соловей: Оглохла, что ли. Ступу дай! Не хочешь ты за меня замуж, я к Кикиморе болотной полечу, Трясине Бармалеевне Склизкой. Она на меня давно глаз положила. Фактурная женщина.
       Яга: А говоришь, выхода нет.
       Соловей: Но я думал, лучше в сухой избе, чем на болоте в сырости.
       Яга: Так ты у меня еще и жить хотел?! Хорош женишок. Постой, постой, это твоя Трясина Бармалеевна, она вроде бы за водяным замужем.
       Соловей (машет рукой): Была. Не хочу, говорит, водяного, хочу с тобой старость смиренную встретить. Я ведь мужик видный. Люблю, говорит, и надеюсь, жизни без тебя не смыслю и минуты не проживу. В общем, любовь до гроба и все такое прочее.
       Яга: Сними лапшу с ушей, жених. Она тебя как водяного, через месяц под зад коленом со своего болота турнет. А водяной тебе еще и физиономию почистит, и правильно сделает, на чужой каравай рта не разевай.
       Соловей: Ты мне тут нравоучений не читай, не на собрании. Тоже мне критикесса. Дай ступу!
       Яга: Я тебя по-доброму прошу, иди отсюда. Не буди лихо, пока оно тихо. А то ты меня знаешь. Я долго терпеть не буду, промеж глаз заеду, не очухаешься.
       Соловей (ехидно): А ведь я и свистнуть могу.
       Яга: Я тебе свистну! Я тебе так свистну, враз свой свисток проглотишь. Кукиш тебе с маслом, черт безрогий, а не ступу.
       Соловей (кричит): Не дашь, сам возьму. (Залезает в ступу). Карга старая, ты об этом пожалеешь.
       Яга: Ах, ты еще обзываться будешь, ну держись. (Хватает тряпку и лупит ею. Разбойника). Я тебе покажу, карга, тоже мне молодой нашелся.
       Соловей (ошалело): Ты что, сдурела, что ли? (Выскакивает из ступы и пытается убежать).
       Яга (тряпкой гоняет Соловья по всей избе): Жених недоделанный, ты меня будешь помнить!
    Соловей (убегая): Чего раздухарилась? Я к тебе с добрыми намерениями пришел, по интимному вопросу. Ой, больно! Не доводи до греха (Резко поворачивается лицом к Яге). Ну, старая, сама напросилась. (Надувает щеки, свистит. Ягу отбрасывает к стене, и она падает без чувств). Допрыгалась! Тоже мне, Илья Муромец в юбке. Ничего, полежи немножко. (Связывает Яге руки, затыкает рот кляпом и кладет ее в сундук. Залезает в ступу).
       (Входит Данила. Его волосы влажные, лицо распаренное,
       на плечах полотенце. Одет в белоснежную рубаху.
       Увидев Соловья, он в растерянности останавливается у
       порога. Разбойник делает вид, что не замечает Данилу,
       ковыряясь в ступе)
       Данила (озираясь): А где бабуля?
       Соловей: Я за нее.
       Данила: А вы кто?
       Соловей: Родственник.
       Данила (проходит в избу): Уф, хорош парок! (Соловью). В баньку не желаете?
       Соловей: Спасибо, я чистый.
       Данила: Напрасно. А где бабуля?
       Соловей: По делам куда-то вышла. (Нервничает, потому что ступа не заводится)
       Данила: Что это вы делаете?
       Соловей: Не видишь, что ли, ремонтирую.
       Данила: И что, получается?
       Соловей (раздраженно): Сейчас получится. Не тарахти под руку. (Поворачивается к Даниле). Ты не знаешь, где у бабки керосин?
       Данила: Не-а. Вы же ее родственник, вам лучше знать.
       Соловей: Пойду во дворе посмотрю. (Уходит).
       Данила: Что-то тут не ладно. Не нравится мне этот родственник. Надо бы подстраховаться.
       (Вытаскивает из ступы небольшую резиновую трубочку,
       кладет в карман). Входит Соловей-разбойник. В руках у
       него бутылка с керосином)
       Данила: Нашли керосин?
       Соловей: А тебе какое дело?
       (Подходит к ступе и в специальное отверстие заливает
       керосин. Данила тихонько снимает со стены ружье)
       Данила: Руки вверх!
       Соловей (застыл): Чего? (Нерешительно поднимает руки, поворачивается)
       Данила: Руки вверх и без глупостей. Где бабуля, родственник?
       Соловей: Заряжено? (Показывает на ружье)
       Данила: Желаете проверить?
       Соловей (испуганно): Нет, нет! Не желаю.
       Данила: Так где бабуля?
       Соловей: Ах, бабуля! Не... не...е...не знаю. (Данила прицеливается). Тихо, тихо! Сейчас скажу, все расскажу. В сундуке она.
       Данила: Открывай.
       (Разбойник открывает сундук. Данила бросает ружье,
       подбегает к Бабе Яге и начинает ее развязывать)
       Бабушка, живы?! Что он тут с вами делал?
       Соловей (спешно хватает ружье и нацеливает его на Данилу и Ягу): А ну, руки вверх! Теперь моя очередь веселиться. (Данила и Яга поднимают руки).
       Яга: Ах ты, злыдень вислоухий, положь ружье на место.
       Соловей: Не положу!
       Данила (Яге): Кто это, что ему нужно?
       Яга: Соловей-разбойник. Ступу хочет у меня отобрать.
       Соловей: Кончай базар, старая! Говори, как колымага твоя заводится.
       Яга: Кукиш тебе!
       Соловей: Говори, а то пристрелю твоего ухажера. (Направляет ружье на Данилу)
       Данила: Это уже терроризм, дядя.
       Соловей (Даниле): Ты мне тут не выражайся, я с головой в больших противоречиях, сейчас как шандарахну, от тебя мокрого места не останется. (Яге).Выбирай, старая, или ступа, или он.
       Яга: Не трогай его, паразит. Рычажок внизу на пол-оборота поверни и скажи: дыррр. (Соловей садится в ступу)
       Данила: И на поворотах полегче.
       Соловей (Даниле): Не учи ученого, колбаса копченая. Дыррр! (Ступа не заводится). Дыррр, дыррр, дыррр!
       Яга: Чего ты раздыркался. Я же тебе сказала: вначале рычажок на пол-оборота нужно повернуть.
       Соловей: Не учи меня жить. Сам знаю, что делать. (Крутит внутри ступы рычаг). Дыррр! (Ступа завелась. Яге). Приходи на свадьбу, старая, и писаря своего с собой бери. (Улетает).
       Яга (Хватает с пола ружье, брошенное Соловьем, и подбегает к Даниле. Кричит): Стреляй, Данилушка, стреляй! Уйдет, уйдет ведь, голодранец!
       Данила (спокойно): Да никуда он не уйдет. (Смотрит вверх). У него тормозов нет.
       Яга: Не поняла.
       Данила (достает из кармана резиновую трубочку): Я это из ступы выкрутил, пока он за керосином ходил. Смотри, бабуля, что сейчас будет.
       (В воздухе слышится звук пикирующего самолета, затем
       оглушительный взрыв)
       Яга: Все, долетался. Ступу жалко, она у меня одна была.
       Данила: Не горюй, бабуля. Я тебе новую соберу. Не ступа, а зверь будет, за минуту всю Землю облететь сможешь. В округе обзавидуются.
       (В избу вваливается Соловей-разбойник. Лицо его испачкано
       сажей, волосы взъерошены. Вместо одежды лохмотья.
       Он еле держится на ногах, но все же пытается идти)
       Соловей: По-моему, свадьбы не будет. (Падает)
       Данила (удивленно): Смотри, живой!
       Яга: Да что с ним станет. У него башка чугунная. В ней окромя тараканов и вшей, больше ничего не водится. (Разбойнику). Иди к своей Трясине Бармалеевне, пусть она тебя охаживает. (Даниле). Спасибо тебе, Данилушка, за все, доброе у тебя сердце. Очень ты мне приглянулся.
       Данила: Да и вы мне, по правде сказать, тоже. (Пауза). Пора мне, бабушка.
       Яга (волнуясь): Уже! Ну что ж, иди, раз пора.
       Данила (пытается уйти, но идти не хочет): Спасибо за все. (Пауза). Ну, я пошел?
       Яга: Иди, иди.
       Данила (с волнением в голосе): Тогда я пошел. (Медленно идет).
       Яга: Ты, кажется, что-то хотел сказать?
       Данила (останавливается): Нет, то есть да! Простите меня, бабушка, но я, по-моему, в вас влюблен.
       (Гром, молния. Затемнение. Перед Данилой на месте Бабы
       Яги стоит молодая красивая девушка)
       Данила (изумленно): Вот это да! Кто ты, красавица?
       Любава: Любава.
       Данила (озираясь): А где бабуля?
       Любава: Нет больше Бабы Яги. Злой дух заколдовал меня в нее до тех пор, пока какой-нибудь добрый молодец по-настоящему не полюбит меня такой, какая я есть. Всю свою жизнь я ждала этого дня и вот он наступил. Ты мой спаситель, Данилушка, благодарю тебя! (Поклон).
       Данила: Будь женою мне, Любавушка.
       Любава: Будь и ты мне мужем. (Обнимаются)
       Данила: Я понял. Счастье само находит дорогу к сильному духом. Его не нужно искать, его надо создавать самому. Жить с юмором, ощущать себя нужным людям, любить и быть любимым - вот что такое счастье! Иметь светлую голову и работящие руки, никогда ни от кого не зависеть, помогать и дарить радость ближнему - вот что такое счастье! И не считать за бремя каждый день открывать для себя и для других эти незамысловатые истины, как открывают планеты и новые цивилизации - вот настоящее счастье! (Поет):

    Счастье я искал по свету,
    Обошел я всю планету,

    Даже побывать успел в аду.

    Но нигде его не встретил,

    На дороге не приметил,

    Только понял истину одну.

       Припев: Счастье не найдешь
       Ни в одном краю,
    Счастье создавать
       Нужно самому.
       И скажу тому я,
       Кто собрался в путь,
       Только ты судьбу
       Способен повернуть.
      
      
      
      
       Непряхин Михаил Станиславович
      
       mihail.nepryahin@list.ru. 8(985)485-82-38
      
      
      
      
       1
      
      
       2
      
      
      
      

  • Комментарии: 2, последний от 04/05/2008.
  • © Copyright Непряхин Михаил Станиславович (nepryahin@list.ru)
  • Обновлено: 23/08/2018. 87k. Статистика.
  • Пьеса; сценарий: Драматургия
  •  Ваша оценка:

    Связаться с программистом сайта.