# История человечества (глазами политэконома) Часть Ii. Актуальные проблемы современности

Валерий Федорович Паульман

В.Паульман


История человечества (глазами политэконома)


Часть II. Актуальные проблемы современности


2013


Содержание


Предисловие..........................................................................................6

## Глава 1.Глобализация

..............................................................7

1.1. Определение понятия "глобализация"..........................7

1.2. Факторы, обусловившие становление

глобализации..................................................................9

1.3. История возникновения термина "глобализация"..........11

1.4. История становления глобализации.............................12

1.5. Уровни (структура) мировой системы............................17

1.6. Положительные стороны глобализации........................21

1.7. Основные закономерности функционирования

и развития мировой экономики..........................................28

1.8. Процесс глобализации в политической сфере.................35

1.9. Глобализации в области культуры................................47

1.10. Экологическая ситуация на земном шаре......................49

1.11. Существует ли все-таки глобальное

сообщество?.................................................................................51

1.12. Две пары единства противоположностей.....................57

1.13. Виртуализация жизнедеятельности

человеческого сообщества................................................58

1.14. Концепции протекционизма и глокализации....................59

1.15. О концепции государственного капитализма................61

1.16. Мир после глобализации?.................................................63

1.17. Устранение иррациональности современного

мироустройства...............................................................68

## Глава 2. Экономические кризисы глобального

капитализма...................................................................74

2.1. Краткая история глобальных экономических

кризисов.................................................................................74

2.2. Новый тип глобальных экономических

кризисов...........................................................................79

2.3. Трансформация финансового капитала.

Фиктивный капитал.........................................................85

2.4. Характеристика нынешнего

экономического кризиса...................................................94

- Первый этап кризиса.............................................95

- Второй этап кризиса.............................................98

- Третий этап кризиса............................................104

- Четвертый этап кризиса........................................107

- Пятый этап кризиса.............................................108

2.5. Выводы..................................................................130

## Глава 3.Социальная стратификация

......................................150

3.1. Сущность понятия "стратификация"........................150

3.2. Социальная структура буржуазного

общества......................................................................153

3.2.1.Класс капиталистов........................................154

3.2.2.Класс наемных работников.............................161

3.2.3.Акционеры-наемные работники.......................165

3.2.4.Индивидуальные частные работники...............166

3.2.5.Средний класс...............................................167

3.2.6. Кооператоры................................................172

3.2.7.Лица свободных профессий............................175

3.3. Социальная структура социалистического

общества......................................................................175

## Глава 4.

Акционерные общества.............................................184

4.1.Содержание понятия "акционерное

общество" (АО)..............................................................184

4.2. Краткая история развития АО.....................................186

4.3. К.Маркс об акционерных обществах............................187

4.4. В.Лоскутов об акционерных обществах........................194

4.5. Еще раз о понятии "собственность"............................202

4.6. О роли АО в становлении новой

формации......................................................................210

4.7. АО в СССР и в современном обществе.................... ...216

4.8. В.Лоскутов о месте АО в системе

глобального капитализма.........................................................219

## Глава 5. О концепциях конвергенции

...................................222

5.1.Содержание понятия "конвергенция"

и причины его появления .............................................222

5.2.А.Сахаров о конвергенции.......................................224

5.3.Конвергенция как глобальная интеграция....................226

5.4.Аутентичный марксизм и концепция

конвергенции В.Беленького..........................................227

5.5..Две стороны буржуазной "теории"

конвергенции............................................................235


## Глава 6. О трудовой теории стоимости

.............................242

6.1. Миф об исчезновении прибавочной

cтоимостив автоматизированном

производстве.................................................242

6.2. О законах роста органического

и стоимостного строения капитала................264

6.3. О законе тенденции нормы прибыли

к понижению..................................................280


## Глава 7. Сущность и воспроизводство

финансового

капитала...............................................................297

7.1. Возникновение фиктивного капитала, его

сущность и формы..........................................................................298

7.2. Глобальный финансовый капитал.......................321

7.3. Финансовые спекуляции....................................340

Заключение...................................................................349

Библиография...............................................................373

Приложения

Приложение N 1.....................................................386

Приложение N 2.....................................................393

Приложение N 3.....................................................417


Предисловие


Если первая часть данной монографии была посвящена политэкономическому анализу истории человечества (включая становление капитализма), то во второй части я попытался изложить свое видение некоторых спорных проблем современного мира. Многие из них были уже затронуты в монографии "Мир на перекрестке четырех дорог", а также в различных очерках и статьях, написанных в последние годы и размещенных на многих сайтах Интернета. Этим обстоятельством объясняется то, что в данной монографии, где я вновь возвращаюсь к уже рассмотренным проблемам, приводятся выдержки из ранее опубликованных произведений. Надеюсь, что читатели, знакомые с ними, простят мне эти повторы, ведь, как говорится, повторение - мать учения.

И еще одно пояснение. Все три монографии ("Мир на перекрестке четырех дорог", "К общей теории политической экономии" и данная монография) представляют собой как бы единое целое (трилогию), ибо дополняют друг друга и логически взаимосвязаны. Если первая часть данной монографии является продолжением 6-ой главы монографии "К общей теории политической экономии", то вторая ее часть органически связана с первой частью монографии "Мир на перекрестке четырех дорог".

Автор искренне благодарит всех, высказавших свои предложения и замечания по предварительному варианту первых четырех глав монографии.

Ноябрь 2013 года


## Глава 1.

Глобализация


1.1.Определение понятия "глобализация"

Люди населяют Землю уже сотни тысяч лет. Однако только сейчас мы можем с уверенностью утверждать, что наша планета для 7 миллиардов людей стала объединяющим их единым экономическим, социальным и информационным пространством, и что наконец-то сформировалось человечество как целостная гигантская система. В Википедии справедливо говорится, что человечество "динамичная, постоянно развивающаяся система, совокупность всех людей, когда-либо населявших Земной шар (мир)". Однако необходимо при этом заметить, что, во-первых, системой, обладающей названными качествами, она стала совсем недавно - только во второй половине прошлого века. Укреплявшиеся десятилетиями, а порой и столетиями государственные границы, разделявшие народы для потоков инвестиций, товаров и услуг, а в определенной мере и для передвижения людей, были взломаны благодаря натиску ТНК и международных банков. Однако если быть предельно точным, то следует заметить, что межгосударственные барьеры до сих пор окончательно не устранены, а в ряде случаев даже выстраиваются высоченные стены, разделяющие народы, как, например, между США и Мексикой, Израилем и Палестиной. Во-вторых, эта гигантская, многоуровневая система с множеством взаимосвязанных подсистем (экономика, политика, культура, нравственность, религия и т.д.) находится лишь на первичной стадии своего формирования. Современный мир, став целостной системой, пока не получил адекватного управления, и в этом кроется одно из основных противоречий глобального мира. Сегодня даже трудно себе представить, сколько времени понадобиться для становления такого сообщества, в котором будет, например, единая система управления разнообразными процессами общественной жизни и возможна ли она вообще, имея в виду многообразие существующих на планете цивилизаций и этносов, а также противоречия, существующие между подсистемами и государствами.

Итак, что же такое глобализация в современном смысле этого слова? Если сказать очень коротко, то глобализация - это процесс всемирной экономической, политической, культурной интеграции и унификации человеческого общества. Сегодня в мире царит всеобщая зависимость - каждой страны от всех остальных без исключения.

Как удачно выразился Луиджи Марино (ЭФГ, 2012 N 51-52. с.4), "Глобализация сегодня не только определяет "современный облик империализма", не только является синонимом "нового мирового порядка", но и де-факто действительно является необратимым процессом", с которым пролетариат всех стран и каждой страны должен считаться. Капитализм поднялся на новый качественный уровень - глобальный и борьба с ним должна вестись также в глобальном масштабе.

О.Арин перечисляет пять концепций глобализации: "Первый из них строится на анализе общих экологических рисков (the common ecological risks); второй - мировых систем (the world systems approach) c упором на экономические процессы; третий - культурологический подход (the global cultury approach) - исследует формирование единой глобальной культуры; четвертый - глобальное общество (the global societe approach) - концентрируется на изучении планетарного сознания; пятый - глобальный капитализм (the global capitalism approach) - сфокусирован на деятельности транснациональных корпораций (ТНК), международного класса (МК) и транснациональных организаций (ТО) в их взаимоотношениях с государством или государственными институтами" (Арин О. Мир без России. М.: ЭКСМО, Алгоритм, 2002, с.289-290).

"Глобализация представляет собой то, что отличает нашу эпоху от всех предыдущих эпох", - сказал в своем выступлении в Йельском университете 2 октября 2002 года Генеральный секретарь ООН Кофи Аннан. Раскрывая суть понятия "глобализация", он продолжал: "Под глобализацией принято понимать процесс расширения потоков товаров, услуг, капитала, технологий, информации, идей и рабочей силы на глобальном уровне под воздействием политики либерализации и технического прогресса<...>Разумеется, глобализация не является чем-то совершенно новым. На протяжении всей истории человеческой цивилизации люди торговали, переезжали с места на место, осваивали новые территории и перемещались, и в ходе этого процесса происходили изменения как в тех местах, которые они покидали, так и в тех местах, в которые они прибывали. Нашу эпоху отличает от всех других степень взаимопроникновения, скорость, с которой происходят перемены, и порождаемый этим процессом широкий и все увеличивающийся разрыв между теми, кто охвачен глобализацией, и теми, кто ею не охвачен" (http://www.un.org./russian/whatnew/docs/sgress.htm).

1.2. Факторы, обусловившие становление глобализации

Кофи Аннан, называя причины возникновения во второй половине ХХ века качественно нового состояния мирового хозяйства, отметил политику либерализации и технический прогресс. Действительно, бурное развитие производительных сил под воздействием научно-технического прогресса вывели на новый уровень средства коммуникации, обработки информации, расширили горизонты человеческих возможностей не только на Земле, но и в окружающем ее космическом пространстве. Однако одновременно действовал еще один мощный фактор, содействовавший глобализации, - это не только либерализация, но и становление глобального капитализма. Как считает философствующий миллиардер, заработавший свой капитал на финансовых спекуляциях, Д.Сорос, "...отличительной чертой глобальной капиталистической системы является свободное движение капитала. Международный обмен товарами и услугами - это еще не глобальная экономика. О ней можно говорить тогда, когда факторы производства также становятся объектами обмена. При этом земля и природные ресурсы не обладают мобильностью, да и перемещение людей сопряжено с определенными трудностями. Так что именно мобильность капитала, информации и предпринимательских мозгов - решающие факторы экономической интеграции<...>Можно говорить о глобализации с точки зрения информации и культуры, распространения телевидения, Интернета и других средств коммуникации, обеспечения обмена идеями и их коммерциализации. Я же<...>понимаю под глобализацией развитие глобальных финансовых рынков, рост транснациональных корпораций и усиление их влияния на национальную экономику государств" (Сорос Д. Открытое общество. Реформируя глобальный капитализм. М.: 2001, с. 236-237). Вот как Д. Сорос описывает процесс становления глобального капитализма: "Глобализация в том виде, как мы ее определили, относительно новый феномен, которому насчитывается не более 50 или даже 25. После Второй мировой войны экономика носила в основном национальный характер, большинство валют было неконвертируемыми, международная торговля очень вялой, а международные прямые инвестиции в основные средства и прочие финансовые операции практически отсутствовали<...>Контроль за движением капитала ослабевал очень медленно: в Великобритании, например, он был официально снят только в 1979 году" (Сорос Д. Мыльный пузырь американского превосходства. М.: Альпина Бизнес Букс, 2004, с.89-90).

Безусловно, свой вклад в процесс глобализации внесло и соревнование двух гигантских военно-политических блоков - социалистического во главе с СССР и империалистического во главе с США, способствовавшее интеграции государств, правда, с противоположными целями.

Не последнюю роль сыграл и научно-технический прогресс, особенно в таких областях, как кибернетика, электроника, инфотехнология, авиация и освоение космического пространства. Выдающимся достижением ученых, инженеров и рабочих стал Интернет, благодаря которому люди на нашей планете отныне объединены единой информационной системой.

Процесс глобализации к настоящему времени охватил буквально все сферы общественной жизни: экономику, политику, культуру, СМИ и т.д. В Астане 23-24 сентября 2003 года по инициативе Президента Республики Казахстан Н.Назарбаева даже состоялся первый в истории Съезд лидеров мировых и традиционных религий.

Наряду с вышеназванными факторами, обусловившими становление глобализации, некоторыми исследователями выдвигаются и чисто субъективные факторы, которые рассматриваются ими в качестве главных. Так, некто Х.Барлыбаев утверждает, что "внутренняя природа человека, предрасположенная к общению с окружающим миром, выступает первоосновой развития глобализации, предпосылки которой поэтому закладываются с момента, когда начинается человеческое общение между первобытными людьми. По мере движения социогенеза контакты и взаимосвязи между людьми расширяются по нарастающей: от первобытной колонии, стада, племени, рода к более крупным сообществам и государственным образованиям; затем от общения внутри государств к межгосударственным отношениям, а в последующем и к глобальному единству всего человечества" (Журнал "Век глобализации" N2/2008). В действительности же развитие истории человечества определялось не заложенным в человеческой природе неотвратимым и неизбывным стремлением к взаимному общению, как заверяет нас Х.Барлыбаев, а прозаическими экономическими интересами, которые, как правило, сводились к насилию и эксплуатации. Надо быть идеалистом до мозга костей, чтобы верить в то, что, например, Римская империя или заморские колонии европейских государств на всех континентах возникли не на крови порабощенных народов, а на альтруистическом стремлении человека к общению с себе подобными. Да и ХХ век, породивший глобализацию, отличался безудержным стремлением крупного капитала и империалистических государств к гегемонии и жаждой получения сверхприбылей за счет порабощения миллиардов людей по всему свету.

1.3. История возникновения термина "глобализация"

До сих пор нет полной ясности, кому принадлежит пальма первенства в изобретении термина "глобализация". По одним источникам (Википедия), впервые это слово (в значении "интенсивная международная торговля") употребил Карл Маркс, который в одном из писем Ф.Энгельсу конца 1850-х гг. писал: "Теперь мировой рынок существует на самом деле. С выходом Калифорнии и Японии на мировой рынок глобализация свершилась" (Аттали Ж. Карл Маркс. Мировой дух. М., 2008, с.192). Бытует и такое мнение, что термин "глобализация" впервые применил американец Т.Левитт в статье, опубликованной столетием позже (в 1983 году) в "Гарвард бизнес ревью". Появление термина "глобализация" связывают также с именем американского социолога Р.Робертсона, который в 1985 году дал толкование этому понятию, а в 1992 году изложил основы своей концепции в книге "Что же такое глобализация?". Однако, в конце концов, не столь важно, кто автор этого популярнейшего сегодня слова, который прочно вошел в лексикон языков народов мира: globalization (английский), globalizaciСn (испанский), Globalisierung (немецкий) и т.д.

В последние годы сложилось даже междисциплинарное научное направление, именуемое глобалистикой, а в России изданы "энциклопедия" и "энциклопедический словарь" (Глобалистика: Энциклопедия / гл. ред. И.И. Мазур, А.Н. Чумаков. - М.: Радуга, 2003; Глобалистика: Международный междисциплинарный энциклопедический словарь / гл. ред. И. И. Мазур, А. Н. Чумаков. - М.; СПб.; Н.-Й.: ИЦ "Елима"; ИД "Питер", 2006). С 2008 года стал издаваться журнал "Век глобализации".

В Энциклопедии утверждается: "Глобалистика - междисциплинарная область научных исследований, направленных на выявление сущности, тенденций и причин процессов глобализации, порождаемых ею глобальных проблем и поиск путей утверждения позитивных и преодоления негативных для человека и биосферы последствий этих процессов. В более широком смысле термин употребляется для обозначения совокупности научных, философских, культурологических и прикладных исследований различных аспектов глобализации и глобальных проблем, включая полученные результаты таких исследований, а также практическую деятельность по их реализации в экономической, социальной и политической сферах, как на уровне отдельных государств, так и в международном масштабе" (Глобалистика: Энциклопедия. - с. 199).

Однако необходимо заметить, что до сего времени нет единого толкования этого важнейшего понятия. Некоторые рассматривают глобализацию как объективный процесс, наделяя его только положительными характеристиками. С другой стороны, в мире довольно широкое распространение, начиная с 1990-х годов, приобрело движение антиглобалистов, которые не без основания критикуют негативные проявления глобализации и протестуют против них. Где же кроется истинное понимание сущности этого понятия? Почему сталкиваются в борьбе диаметрально противоположные оценки глобализации? Ведь нет дыма без огня. Значит, сам процесс глобализации внутренне противоречив.

1.4.История становления глобализации

Взгляды на истоки глобализации являются до сих пор дискуссионными и это естественно, ибо понятие "глобализация", как я уже выше отмечал, многогранен, охватывая без исключения все сферы жизни общества. Однако стержнем глобализации все-таки является экономика, формирование единого всемирного рынка товаров, услуг, капитала и рабочей силы. Производительные силы развились так, что создались благоприятные условия для расширения, с одной стороны, мирового разделения труда, а с другой стороны, - для кооперации и сотрудничества миллионов людей, живущих в разных концах планеты.

Обращаясь к истории становления человечества, следует заметить, что освоение нашей планеты шло стихийно, длилось тысячелетиями и сводилось не только к установлению культурных контактов и торговых отношений между народами, но, как правило, приобретало форму военных захватнических действий.

Более или менее устойчивые контакты между народами стали налаживаться уже в эпоху энеолита и рабовладения. Это были, повторяю, военные походы (Александр Македонский), а также торговые отношения (шумеры, египтяне, финикийцы). Однако настоящий старт образованию общемировой системы политических и экономических отношений был дан великими географическими открытиями XV-XVII веков и последовавшими вслед за ними захватническими войнами европейцев, создавших огромные колониальные империи, а также бурным развитием капитализма. Как писал К.Маркс, "...чем дальше идет уничтожение первоначальной замкнутости отдельных национальностей благодаря усовершенствованному способу производства, общению и в силу этого стихийно развившемуся разделению труда между различными нациями, тем во все большей степени история становится всемирной историей" (Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. т. 3, с. 45). Выдвинутая английским экономистом Б.Линдси ("Глобализация. Повторение пройденного". Альпина Бизнес Букс. 2006. http://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=3349061) гипотеза о том, что мир уже пережил первую волну глобализации в конце XIX - начале ХХ века, не выдерживает критики, так как к этому времени еще не сложились необходимые объективные условия ее становления, главным образом в виде всемирной системы разделения труда и функционирования единого мирового рынка капиталов, товаров, услуг и рабочей силы.

На конец 2012 года в мире насчитывалось 195 государств и около 6 тысяч народов и народностей. Как сообщает Википедия, по этнолингвистической классификации народы мира делятся на следующие семьи: индоевропейскую, афразийскую (семито-хамитскую), картвельскую, уральскую (уральско-юкагирскую), дравидийскую, алтайскую, эскимосско-алеутскую, чукотско-камчатскую, северокавказскую, сино-тибетскую, мяо-яо, австроазиатскую, австронезийскую, паратайскую, на-дене, североамериндскую, центральноамериндскую, чибча-паэс, же-пано-карибскую, андскую, экваториально-туканоанскую, австралийскую, андаманскую, нигеро-кордофанскую, нило-сахарскую, койсанскую, а также несколько папуасских. Наряду с народами, объединяемыми перечисленными семьями, есть также этносы, занимающие в языковом отношении изолированное положение. Это баски, буриши, кеты, нивхи, айны и др.

И, несмотря на все многообразие проживающих в мире этносов, мы можем сегодня смело говорить об их тесной взаимосвязи и взаимозависимости, в основе которой в первую очередь лежит экономическая интеграция, обусловленная главным образом развитием капиталистического способа производства. Другими словами, современная глобальная экономика - это продукт развития капитализма, новая особая фаза развития мирового капиталистического способа производства.

Для крупного капитала границы государств оказались тесными, мешающими их деятельности. Им нужен был уже не ограниченный национальный рынок сбыта товаров и услуг, размещения капитала, а экономическое пространство всей планеты с огромными возможностями экстенсификации их бизнеса, получения сверхприбылей за счет ресурсов слаборазвитых стран. Именно международные банки и ТНК заставили правительства отменить существующие запреты и ограничения; именно они настояли на создании региональных зон свободной торговли типа Европейского сообщества. Для крупного капитала глобализация - в конце прошлого века была единственным путем сохранения и приумножения их капитала. И, само собой разумеется, это не могло не способствовать возникновению антикапиталистических тенденций в глобализирующемся мире. Глобализация не могла не встретить сопротивления не только государственного аппарата, но и широкой общественности, вылившись в массовое движение антиглобалистов. Государства ведь различались и до сих пор различаются по уровню развития производительных сил, уровню жизни населения и политические деятели в силу этого одновременно испытывают давление не только воротил крупного бизнеса, но и широких трудящихся масс, а также средних и мелких предпринимателей, которые не в состоянии выдерживать международной конкуренции, противостоять наплыву импортной продукции с более низкой ценой, ибо это грозит их фирмам разорением, как это произошло, например, в громадной России и в маленькой Греции. А класс наемных работников в развитых странах протестует против вывоза капитала в другие страны, где ТНК безжалостно эксплуатируют дешевую рабочую силу, закрывая на родине предприятия, лишая рабочих мест коренных жителей данной страны. Так, например, известная финская фирма Nokia с середины 2012 года полностью прекратила производство мобильных телефонов у себя на родине, разместив все свои предприятия в Азии. В слаборазвитых странах, а также в республиках бывшего СССР и государствах бывшего социалистического лагеря в Восточной Европе глобализация обернулась денационализацией, сворачиванием промышленного и аграрного производства, снижением качества жизни большей части населения, разорением мелких частных хозяйств, усилением эксплуатации рабочих и крестьян, возникновением массовой безработицы.

Утверждение, что современная глобальная экономика - это продукт развития капитализма, тем не менее, требует существенного уточнения. Должен еще раз подчеркнуть, что формы глобализации и ее качественные характеристики сложились не только в результате развития капиталистической системы, но и под мощным воздействием СССР и социалистического лагеря. Благодаря социалистическим революциям ХХ века подавляющее большинство бывших колоний получили государственную независимость, а капиталистические государства вынуждены были проводить более взвешенную социальную политику. На пути к мировому господству США столкнулись с сильным противником в лице СССР и его союзников. Поэтому в глобальном противоборстве с СССР США одновременно решали одну и ту же стратегическую задачу: уничтожения главной силы, мешающей им безраздельно властвовать в мире.

С крушением СССР противостояние капитализма и социализма не прекратилось, оно продолжается. Революция 1917 года в России положила начало необратимому процессу смены общественного способа производства уже не в теории, а на практике. И с тех пор это движение, преодолевая внутренние противоречия, спотыкаясь на ошибках, борясь со всевозможными препонами, чинимыми буржуазией, неумолимо развивается.

На сегодняшний день в мире сложилась такая ситуация, что, во-первых, в недрах глобальной капиталистической системы зреют реальные предпосылки и условия становления социализма, а, во-вторых, идет борьба между социалистическими странами (Китай, Вьетнам, Куба и т.д.) и странами "золотого миллиарда" во главе с США. Причем сам процесс глобализации является одной из объективных предпосылок возникновения всемирной социалистической системы. Подтверждением этому является не только сеть структур, курируемых ООН, но также тысячи неформальных общественных организаций, движения антиглобалистов и "зеленых". То есть, наряду с тенденцией возникновения ультраимпериализма происходит процесс формирования противоречивой многополярности мировой системы, в частности, нарастающего противостояния Китая и США, с одной стороны, и одновременно усиления взаимозависимости их экономик, с другой стороны, и т.д.

Процесс глобализации, действительно, развернулся в полную силу только после Второй мировой войны. В горниле военного противостояния вселенского масштаба вызрела идея образования Организации Объединенных Наций (ООН), которая была задумана ее учредителями как механизм предотвращения Третьей мировой войны. Как образно сказал У.Черчилль, ООН была создана не для того, чтобы отвести человечество в рай, а для того, чтобы мы не попали в ад. В 1944 году международная конференция в Бреттон-Вудсе заложила фундамент еще двух структур, но уже в сфере экономики. Были учреждены Международный валютный фонд (МВФ) и Международный банк реконструкции и развития (МБРР, или Всемирный банк). Позднее стала действовать система ГАТТ, преобразованная в 1995 году во Всемирную торговую организацию (ВТО). В несколько этапов были разработаны правила - многосторонние соглашения по вопросам торговли, услуг и интеллектуальной собственности, поддерживаемые соответствующими механизмами их осуществления и имеющие обязательную силу для национальных правительств. Однако здесь следует вновь подчеркнуть, что МВФ и Всемирный банк, так же, как и ГАТТ (ВТО), были образованы и до сих пор действуют в соответствии с интересами ТНК и международных банков западных стран, обслуживая их экономическую политику.

Рассмотрим плюсы и минусы глобализации, с позиций единства экономической, социальной, политической, культурной, экологической сторон жизнедеятельности всемирного сообщества.

1.5.Уровни (структура) мировой системы

Жизнь людей на планете складывается и развивается согласно законам природы и общества; она имеет сложную структуру и организацию: каждый человек в любом уголке земного шара непосредственно или косвенно испытывает влияние, по крайней мере, девяти взаимосвязанных уровней общественного устройства. Они следующие:

- общемировой (глобальный);

- общественно-формационный;

- цивилизационный;

- региональный;

- государственный (национальный);

- общественные союзы, партии и организации;

- местный (муниципальный)

- предприятия (коллективы);

- семейный.

Глобальный уровень, представляющий собою все человечество, разделенное по общественно-формационному признаку и состоящее не из одной какой-либо универсальной цивилизации, а из нескольких, образующих третий уровень организации всепланетарного мироустройства.

Понятие "общественно-экономическая формация" принадлежит марксистской научной школе. Многие политологи используют для обозначения данного уровня общественного устройства другие термины, такие как "волна", "цивилизация" (охотничья, аграрная, индустриальная, информационная и др.). Будучи сторонником диалектического и исторического материализма как научного направления, я применяю понятие "общественно-экономическая формация" (см. монографию "К общей теории политической экономии).

В настоящее время в мире наличествуют все исторически известные виды общественных формаций: первобытнообщинная (в бассейне реки Амазонка), рабовладельческая, феодальная, капиталистическая и социалистическая, т.е. человечество по оси времени разбросано в начале XXI века на многие тысячелетия. Несмотря на то, что семь миллиардов людей живут не только в различных географических, но и в различных экономических и социальных условиях, соответствующих той или иной общественной формации, можно смело утверждать, что преобладающая часть населения планеты осуществляет свое воспроизводство в настоящее время в условиях капиталистического общества. Даже в государствах, не относящихся к так называемому "золотому миллиарду", капиталистические экономические отношения, сосуществующие наряду и параллельно с феодальными, рабовладельческими и даже первобытнообщинными формами жизни, являются доминирующими.

Согласно признанному авторитету в области исследования цивилизаций С. Хантингтону, их в настоящее время насчитывается 8, в том числе: западная (24,2%), африканская (10,8%), синская (7,5%), индусская (2,4%), исламская (21,1%), японская (0,3%), латиноамериканская (14,9%), православная (13,7%), другие (5,2%). (В скобках указаны доли в общей мировой территории, которая составляет 52,5 миллиона квадратных миль (без Антарктики). (Источник: Britannica Book of Year (Chicago Encyclopaedia Britannica Inc. 1992-1994). В то же время А.Тойнби сообщает, что "Максимальное число цивилизаций, которые нам удалось нанести на культурную карту, равнялось 37".(Тойнби А. Дж. Цивилизация перед судом истории. М.: Айрис Пресс, 2003, с. 43).

Понятие "цивилизация" использовалось французскими философами XVIII века как противопоставление понятию "варварство" и означало, что цивилизованное общество, в отличие от примитивного, оседлое, - городское и грамотное. Современное понимание цивилизации отличается многообразием (в зависимости от той или иной концепции). "И цивилизация, и культура относятся к образу жизни народа, и цивилизация - это явно выраженная культура. Оба этих понятия включают в себя "ценности, нормы, менталитет и законы, которым многочисленные поколения в данной культуре придавали первостепенное значение" (A.D.Bozeman, "Civilizations Under Stress", Virginia Quarterly Review, 51 (Winter 1975), p.1). По Ф.Броделю, цивилизация - это "район, культурное пространство, собрание культурных характеристик и феноменов". И.Валлерстайн определяет ее как "уникальную комбинацию традиций, общественных структур и культуры (как материальной, так и "высокой"), которые формируют ту или иную историческую целостность и которая сосуществует (коль скоро их вообще можно отделить друг от друга) с другими подобными феноменами". С.Даусон считает цивилизацию продуктом "особо оригинального процесса культурного творчества определенного народа", в то время как для Э.Дюркгхейма и М.Мосса - это "своего рода духовная среда, охватывающая некоторое число наций, где каждая национальная культура является лишь частной формой целого". По О.Шпенглеру, цивилизация - "неизбежная судьба культуры. Наиболее внешние и искусственные состояния, которые способны принимать разновидности развитого человечества. Она - завершение, она следует как ставшее за становлением" (С.Хантингтон. Столкновение цивилизаций. М.: АСТ, 2003, с. 48-49). К этому абзацу С.Хантингтоном дано примечание следующего содержания: E.Durkheim and M.Mauss, "Notion of Civilization", p.811; F.Braudel, On History, pp.177,202; M.Melko, Nature of Civilizations, p.8; J.Wallerstain, Geopolitics and Geoculture, p.215; C.Dawson, Dynamics of World History, pp.51,402; O.Spengler, Decline of the West,1,p.31. Интересно, что в International Encyclopaedia of the Social Sciences (New York: Macmillan and Free Press, ed. David L.Sills, 17 vols. 1968) нет основных статей, дающих определение понятий "цивилизация" или "цивилизации". Концепция "цивилизации" в единственном числе рассматривается в статье "Урбанистическая революция", а "цивилизации" мимоходом упомянуты в статье "Культура". С.Переслегин в послесловии к книге С.Хантингтона пишет, что "представление о различных цивилизациях (культурно-исторических общностях, существующих на земном шаре), было введено в науку Н.Данилевским" (цит. изд., с. 586-587). Сам же С.Переслегин дает следующую формулировку цивилизации: она "есть способ взаимодействия носителей разума с окружающей средой" (цит. изд., с. 590).

Н. Моисеев таким образом сформулировал свое понимание цивилизации: "Употребляя термин "цивилизация", я буду иметь в виду некую общность людей, объединенную не только похожестью образа жизни, культуры, но и общностью духовных миров, общностью своего миропредставления и структурой шкалы фундаментальных ценностей. А, следовательно, и образом мышления. Культура и технологические основы жизни - это еще не цивилизация. Это всего лишь составляющие цивилизации. Причем отнюдь не тождественные понятию "цивилизация". И разные цивилизации могут иметь общие технологические основы, но не общую культуру и систему ценностей. В качестве фундамента цивилизационной общности я, наверно, выделил бы общность духовных миров. Я думаю, что именно она рождает и общность действий" (Моисеев Н. Судьба цивилизации. Путь Разума). Интересную интерпретацию понятия "цивилизация" предлагает Г. Форд. Он пишет: "Существует довольно распространенное мнение, что цивилизация что-нибудь да значит, она должна означать возможность для каждого мужчины, женщины и ребенка на Земле иметь, по меньшей мере, приличное жилище, пищу и одежду, с излишками, оправдываемыми индивидуальными заслугами каждого. Если это не достигнуто, то цивилизация является несостоятельной. Неважно, какие пишутся книги, какие возводятся здания, какие создаются произведения искусства, - все это не имеет значения, если каждому, кто этого желает, не дается возможность жить, как приличествует человеческому существу" (Форд Г. Моя жизнь, мои достижения. Сегодня и завтра. Минск: Харвест, 2003, с. 438). Точка зрения Г.Форда может, на первый взгляд, показаться чересчур материалистичной, заземленной, однако если вникнуть в существо им сказанного, то его понимание цивилизации представляется гуманным и хорошо аргументированным. Ну, в самом деле, разве можно считать цивилизованным тот образ жизни, который вынуждены вести люди, живущие в нищете?

С понятием "общественно-экономическая формация" тесно связано и такое важное понятие как "класс". К. Маркс писал: "Отдельные индивиды образуют класс лишь постольку, поскольку им приходится вести борьбу против какого-нибудь другого класса; в остальных отношениях они сами враждебно противостоят друг другу в качестве конкурентов. С другой стороны, и класс становится самостоятельным по отношению к индивидам, так что последние находят уже заранее установленные условия своей жизни: класс определяет их жизненное положение, а вместе с тем и их личную судьбу, подчиняет их себе. Это явление того же порядка, что и подчинение отдельных индивидов разделению труда, и оно может быть устранено лишь путем уничтожения частной собственности и самого труда" (Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 3, с. 54). Поскольку в сегодняшнем мире существуют только классовые общества (кроме первобытнообщинного), то и все люди на планете принадлежат к тому или иному классу или сословию (как разновидности классового признака). Перефразируя того же К.Маркса, можно сказать, что если оставить в стороне классы, то мы будем иметь дело лишь с пустой абстракцией - т.н. абстрактным обществом. Однако реально существующее общество всегда конкретно, оно имеет не только определенные количественные, но и качественные параметры, свою структуру, и если мы хотим изучить данное общество во всей полноте, то его следует рассматривать как совокупность многочисленных и разноплановых определений, в первую очередь классового.

Практически одновременно с глобальным уровнем начал формироваться в ХХ веке и региональный уровень мирового сообщества (Европейский Союз, АТЭС, СНГ и т.п.).

С древнейших времен и до середины ХХ века государственный (национальный) уровень управления в мире был единственной и самодовлеющей формой регулирования жизни общества. И в начале третьего тысячелетия государства остаются главной формой организации жизни общества, однако по мере развития процессов глобализации и региональной интеграции все большее значение в регулировании общественных процессов приобретают более высокие, наднациональные уровни управления. И эта тенденция, если судить по темпам интеграционного процесса на всех континентах и особенно в Европе, является в современном мире доминирующей. Но роль государств пока остается определяющей. Как писал знаток европейской действительности дипломат Ю.Квицинский, "...Европа еще очень долгое время, несмотря на интеграционные процессы, будет оставаться Европой отечеств. От отношений между отечествами и будет прежде всего зависеть положение в европейской надстройке" (Квицинский Ю. Время и случай. Заметки профессионала. М.: Олма-Пресс, 1999, с.72). В литературе можно встретить и противоположное мнение. Так, П.Дейниченко считает, что в1980-е годы ХХ века "...все вдруг пришли к выводу, что границы - это всего лишь условные линии, разделяющие людей, но неспособные защитить их" и что "фактически 1990-е годы стали началом конца национальных государств" (Дейниченко П. XXI век. История не кончается. М.: Олма-Пресс, 2000, с. 26,27). Такой же точки зрения придерживается и М.Леонард, сравнивая государства с пластиковыми муляжами уток, покачивающихся на волнах мирового капитализма и американской гегемонии ("XXI век - век Европы". Издательство "Хранитель". М.: 2006. с.138).

Национальный уровень управления имеет различные формы государственности (от монархии до парламентской республики). Но их суть везде одна и та же: именно государству принадлежит высшая власть в обществе, именно оно устанавливает и проводит в жизнь законы. Государства в той или иной мере регулируют экономику стран, являясь, как правило, распорядителем определенной части средств производства, инфраструктурных объектов, в частности, СМИ.

Переплетение процесса глобализации и региональной интеграции с процессом обретения народами своей государственности в конце ХХ и начале ХХI веков вызывает весьма интересные явления в общественной жизни. С одной стороны, народы, только что добившиеся (иногда ценой значительных жертв) долгожданной государственной независимости, не желают расставаться со своими суверенными правами, противятся вступлению в те или иные региональные союзы, пытаются бороться с проникновением в их среду иностранного капитала, влияния ТНК и массовой поп-культуры. На этой почве возникают различные общественно-политические движения и партии, протестующие против интеграции (например, массовое движение евроскептиков, провозгласивших лозунг "Нет - Европейскому Союзу!"). С другой стороны, политические деятели вновь образованных государств и их правящая элита, осознающие зависимость своих государств от могучих внешних факторов и отражающие интересы национального капитала, стремятся к интеграции, провозглашая приоритетами своей внешней политики вступление в ВТО, НАТО, ЕС и тому подобные структуры. Это означает, что на рубеже второго и третьего тысячелетий интеграция в глобальном и региональном масштабах движима не только усилиями "старых" государств, но и десятков "молодых" государств мира.

Важную роль в жизни общества играют различные политические союзы, партии, движения, организации. Они объединяют людей по политическим взглядам, по общим интересам к тем или иным проблемам. Все они служат для организации коллективных действий, направленных на реализацию общих целей. Обычно политические партии, союзы и организации имеют иерархическую структуру, выполняющую функцию координации и интеграции индивидуальных действий. Структура данного уровня может совпадать с универсальной структурой (за исключением последнего уровня - семьи), однако выделение его в самостоятельный обусловлено той огромной ролью, которую он играет в современном мире.

Любой человек является постоянным жителем (не обязательно гражданином) какого-либо государства; его жизнедеятельность совершается в пределах конкретного административно-территориального образования, в определенном населенном пункте. Именно местный (муниципальный) уровень управления стоит ближе всего к человеку, он с ним сталкивается ежедневно, непосредственно и напрямую. Государство реализует свои управленческие функции через местные органы власти. Но муниципальный уровень управления, хотя и является проводником общегосударственных законов и установлений, все-таки достаточно автономен. На муниципальном уровне формируется бытовая среда жизнедеятельности человека (коммунальные службы, пассажирский транспорт и т.п.).

Постоянное население данного административно-территориального образования состоит из экономически активного и экономически неактивного населения. Характер взаимоотношений этих категорий населения с муниципальным уровнем управления существенно различается. Экономически неактивное население, состоящее в основном из иждивенцев работающих лиц и государства (дети, учащиеся, пенсионеры, инвалиды, домохозяйки и т.п.) взаимодействует с муниципальными органами управления, как правило, через семью. Экономически активное население контактирует с муниципальными властями непосредственно или через такой важный уровень организации общественной жизни как предприятие. На этом уровне складываются в основном экономические отношения в обществе, которые определяют способ его расширенного воспроизводства и являются базисом политической и нравственной сфер. По форме собственности и юридическому статусу предприятия подразделяются на десятки видов. Однако их объединяет процесс производства товаров и услуг и взаимодействие труда, капитала, средств производства, предметов (объектов) труда.

Важнейшим образованием современного человеческого общества является семья, которая дает жизнь новому поколению, воспитывает детей до совершеннолетия. На мой взгляд, исчерпывающую характеристику роли семьи дал М.Новак: "Наше первоначальное экономическое положение обычно определяется нашей семьей. По многим причинам мы можем быть благодарны семьям, в которых родились; родителям, которые нас вырастили, воспитали, подготовили к жизни и совершили во имя нас многочисленные жертвы, задолго до того момента, когда мы впервые смогли сделать первые самостоятельные шаги в жизни. Мы постепенно входим в общую систему отношений между людьми<...>Поэтому нельзя рассматривать индивидуума в качестве важнейшей предпосылки экономического анализа<...> каждый из нас - существо семейное. Наши семьи определяют саму нашу конституцию, не только генетическую, но и психологическую, образовательную и нравственную" (М.Новак. Дух демократического капитализма. Минск: 1997, с.176).

Таким образом, каждый человек испытывает на себе одновременное воздействие, по крайней мере, девяти перечисленных уровней общественной структуры. При этом воздействие глобального и регионального уровней сказывается на жизнедеятельности человека не напрямую, не непосредственно, а косвенно, т.е. через национальный (государственный) и муниципальный уровни управления и через деятельность предприятия, а также семьи.

Наряду с воздействием всех обозначенных уровней управления на индивидов следует отметить и такое явление, как их взаимовлияние друг на друга. Процессы, происходящие в общемировом, формационном и цивилизационном масштабе, являются существенным фактором, определяющим характер протекания процессов на всех нижестоящих уровнях. Региональная интеграция оказывает мощное влияние на национальный и муниципальный уровни, а также на функционирование предприятий и т.д. И, наоборот, процессы, совершающиеся на более низких уровнях, являются факторами развития процессов на более высоких уровнях.

Чтобы как-то представить себе всю сложность рассматриваемой системы, условно обозначим ее в виде следующей геометрической модели:

Если расположить 9 уровней структуры мирового сообщества на плоскости OBDC, то получается матрица, состоящая из 81 квадрата и позволяющая системно исследовать взаимоотношения и соответственно противоречия между всеми 9-ью уровнями. При этом следует иметь в виду, что за уровнями 2-9 стоит все реальное многообразие их видов и единиц (например, около 200 государств на 5-м уровне). Однако в действительности структура мирового сообщества не двухмерная, а многомерная. Дело в том, что жизнедеятельность людей связана неразрывно с тремя сферами общественной жизни: производительные силы, экономические отношения и надстройка. На вышеприведенной схеме производительные силы заключены в прямоугольном параллелепипеде FWHGCOBD; экономические отношения - в RUKPGFWH, а надстройка (политика, нравственность, искусство и т.д.) - в ALZEPRUК. На схеме условно обозначено пересечение 1-го уровня (глобального) с тремя названными сферами общественной жизни. Между ними и 9 уровнями структуры мирового сообщества также постоянно осуществляется взаимодействие, сопровождаемое противоречиями (например, Европейский Союз, как региональное образование, входящее в 4-ый уровень, взаимодействует не только со всеми другими уровнями мировой структуры - глобальным, формационным, цивилизационным, государственным, общественных организаций, предприятий и семейным, но и с производительными силами, экономическими отношениями и всеми элементами надстройки). В целом же вся эта огромная общепланетарная система, заключающаяся в прямоугольном параллелепипеде ALZECOBD, и условно отражающая структуру мирового сообщества имеет еще одно измерение - временной вектор, отражающий процессы воспроизводства и развития. Таким образом, мы имеем дело с четырехвекторной моделью. При этом нельзя забывать, что мировое сообщество существует и развивается в составе биосферы, которая в единстве своем существует на планете Земля, которая движется и развивается во Вселенной. Следовательно, проникая взором в будущее человечества, мы должны иметь в виду его взаимодействие также и с биосферой, Планетой и Вселенной. Учитывая то обстоятельство, что в реальной жизни мы имеем дело с миллионами предприятий и организаций, сотнями тысяч муниципальных образований, бесчисленным множеством элементов производительных сил, миллиардами индивидов и т д. человечество является сложнейшим объектом с триллионами взаимосвязей и противоречий самого различного рода. Отсюда следует вывод: человечество - это огромная, многоуровневая и многовекторная система, развивающаяся путем разрешения ежеминутно возникающих противоречий, сочетающая в процессе своего развития множество факторов (как закономерно-необходимых, так и случайных). И в силу названных качеств этой гигантской системы будущая траектория развития человеческого сообщества не может быть однозначной; она с неизбежностью многовариантна.

1.6.Положительные стороны глобализации

К числу положительных сторон глобализации в первую очередь относится то, что благодаря информационной революции, базирующейся на соединении возможностей компьютеров с телекоммуникационными сетями, коренным образом изменилось человеческое бытие. Глобализация сжимает время и пространство, открывает границы, позволяет устанавливать контакты в любой точке земного шара. Она превращает индивидов в граждан мира. Кстати, уже существует и Всемирное Правительство Граждан Мира (англ. World Service Authority). Это - некоммерческая организация, которая занимается поддержкой мировой гражданственности. Штаб-квартира WSA расположена в Вашингтоне. Она была основана 4 сентября 1953 года бывшим американским актёром Гарри Дэвисом после того, как он в 1948 году отказался от американского гражданства и назвал себя "гражданином мира". WSA после создания зарегистрировала 750 тысяч человек из разных частей света. На данный момент организация занимается выдачей паспортов, свидетельств о рождении и других официальных документов.

Если раньше связь с людьми из других стран была возможна только с помощью радио, телефонов, писем, телеграмм и т.д., то теперь благодаря Интернету общение стало возможным и в режиме "реального времени". К этому следует добавить еще и то, что Интернет обеспечил ускорение процесса производства материальных благ и их обмена, стал важнейшим средством общения в сфере научных исследований, развития техники и технологий, т.е. является мощным катализатором научно-технического прогресса и развития воспроизводственного потенциала. Глобализация содействует стандартизации законодательства, экономических и технологических процессов. Возникает множество международных организаций во всех областях человеческой деятельности, усиливается влияние таких структурных подразделений ООН, как ЮНКТАД, ФАО, ЮНЕСКО и др.

Глобализация - это процесс всевозрастающего воздействия различных факторов международного значения, особенно, экономических, политических и культурных на социальную действительность во всех странах мирового сообщества. Причем в каждой стране глобализация протекает не стандартно, а своеобразно, противоречиво, учитывая специфику и уровень общественного развития в них (ведь страны, социальные общности и этносы интегрируются в глобальную экономику, находясь на разных этапах своего развития). Конечно, это воздействие может быть как положительным, так и отрицательным. На негативной стороне глобализации я остановлюсь ниже. Здесь же, имея в виду положительные аспекты глобализации, необходимо заметить, что в современном мире существуют проблемы, которые можно решить только в общемировом масштабе, объединенными усилиями всех стран. К их числу относятся всеобщее разоружение в век ядерного оружия и ряда других средств массового поражения, обеспечение экологической безопасности человечества, борьба с преступностью и терроризмом.

О позитивных сторонах глобализации см. статью Антона Свирина "Положительные последствия глобализации" в Википедии.

1.7.Основные закономерности функционирования и развития мировой экономики

Каковы же основные закономерности функционирования и развития мировой экономики, структурно состоящей в настоящее время в основном из мирового капиталистического рынка, как целостности, и двух сотен отдельных национальных хозяйств, взаимосвязанных друг с другом через механизмы глобальных рынков?

Уже в 1990-х годах ХХ века средний уровень открытости всех национальных экономик мировому рынку, определяемый как отношение объема экспорта товаров и услуг к мировому ВВП, составлял 21% против 17% в 1970 годы (Доклад ПРООН за 1999 год, с. 25). Этот показатель значительно варьируется по странам мира: он, как правило, ниже у государств с сильной и самодостаточной экономикой и, наоборот, выше у менее развитых и малых стран. Например, в 1998 году уровень открытоcти экономики США составлял 10,7%, а у Эстонии - 79,9%.

Однако на уровень открытости экономики оказывают влияние и такие факторы, как развитость экспортного потенциала, структура народного хозяйства и мера его диверсификации. В малых и индустриально менее развитых странах отсутствуют многие отрасли промышленного производства, что вызывает необходимость импорта многих видов товаров, в том числе разнообразной техники. Потребность в импорте тех видов продукции, производство которых в стране отсутствует, в свою очередь вызывает необходимость экспорта тех видов товаров, производство которых доступно данной стране (во многих случаях - это сырье или энергоносители). Следовательно, низкий уровень диверсификации производства и обусловленная этим обстоятельством ограниченная номенклатура экспорта могут быть причинами высокого уровня открытости национальной экономики. Этот вывод подтверждается следующими данными: В конце ХХ века отношение экспорта товаров и услуг к ВВП в странах с высоким уровнем развития составляло 20%, в странах со средним уровнем - 26%, а в странах с низким уровнем развития - 28%.

Взаимосвязи отдельных национальных хозяйств, образующих целостность мировой экономики, характеризуются не только обменом товарами и услугами, но и множеством других форм международных связей, как финансовые потоки, валютные рынки, обмен информацией, туризм, миграция трудовых ресурсов, которая еще остается строго регулируемой, и т.д. Для второй половины ХХ века были характерны высокие, и все ускоряющиеся темпы интернационализации экономики государств мира. Эта тенденция выражается в опережающем росте международной торговли, а также всех видов иностранных инвестиций по отношению к росту ВВП. Особенно быстро росли в последние годы мировые рынки услуг - банковское дело, страхование, транспорт, туризм. Ускорению интеграционного процесса в значительной мере способствовали создание в 1990 году Интернета, снижение стоимости услуг транспорта и связи, а также компьютеров.

Глобализация превращает мировое пространство, недавно бывшее совокупностью государств, племенных союзов и общин, связанных в той или иной степени друг с другом системой международного разделения труда, экономических, политических и других отношений, в единый мировой рынок на основе тесного переплетения их экономик и культур путем транснационализации и регионализации. В результате глобализации происходит формирование геоэкономики и её многоотраслевой инфраструктуры, разрушение национального суверенитета государств, являвшихся главными действующими субъектами международных отношений на протяжении многих веков. Однако сразу же следует отметить, что геоэкономика до сих пор остается многоукладной и в ней представлены все известные формы хозяйствования, начиная с первобытнообщинных.

Наверное, не будет ошибкой считать, что именно Бреттон-Вудская валютная система положила начало функционированию всеохватывающей международной валютной системы (МВС), которая является формой организации валютных отношений в рамках мирового хозяйства, юридически закрепленных межгосударственными соглашениями. В рамках МВС функционируют региональные валютные системы, например, еврозона ЕС, объединяющая сегодня 18 государств с единой валютой - евро.

В своем развитии МВС прошла четыре этапа, каждому из которых соответствует свой тип организации международных валютных отношений:

Парижская валютная система с 1867 года - золотомонетный стандарт.

Генуэзская валютная система с 1922 года - золотодевизный стандарт.

Бреттон-Вудская валютная система с 1944 года - золотодевизный стандарт.

Ямайская валютная система с 1976-1978 гг. - стандарт СДР.

. Валютный рынок - это особый рынок, на котором осуществляются валютные сделки, то есть обмен валюты одной страны на валюту другой страны по определенному валютному курсу. Основой международного валютного рынка является международный обмен товаров, услуг и капиталов. Импортеры обменивают национальную валюту на валюту той страны, где они покупают товары и услуги. Экспортеры, в свою очередь, получив экспортную выручку в иностранной валюте, продают ее в обмен на национальную валюту. Инвесторы, вкладывая капитал в экономику той или иной страны, испытывают потребность в ее валюте.

Предпосылками формирования мировых рынков валют, кредитов, ценных бумаг являются:

- концентрация капитала в производстве и банковском деле;

- интернационализация хозяйственных связей;

- развитие межбанковских телекоммуникаций.

Сделки на мировом валютном рынке сосредоточены в мировых финансовых центрах. Здесь проводятся операции с валютами, которые широко используются в мировом платежном обороте, и почти не совершаются сделки с валютами регионального и местного значения, независимо от их статуса и надежности. Более половины международных валютных сделок сконцентрированы на трех мировых валютных рынках: Лондонском, Нью-Йоркском и Токийском. В настоящее время в результате развития техники связи и снятия валютных ограничений выделение национальных, региональных и мировых рынков стало в значительной мере условным. Сложился и функционирует глобальный валютный рынок, который работает 24 часа в сутки попеременно во всех частях света. Он получил название "Международная валютная биржа" - FOREX. Его ежедневный оборот превышает 1,5 трлн. долларов США.

Главными участниками валютных рынков являются транснациональные банки, оперирующие на двух уровнях. На розничном рынке они имеют дело с клиентами: экспортерами и импортерами, иностранными кредиторами и инвесторами, иностранными грузополучателями и туристами, и т.д. Оптовый рынок представлен отношениями банков между собой и с центральными эмиссионными (девизными) банками, которые являются еще одним важным участником валютных рынков. Из других участников следует выделить ТНК, которые в основном осуществляют операции через коммерческие банки и валютные биржи. Посредником на валютных рынках выступает валютный брокер, который соединяет продавца и покупателя валюты. В основном деятельность брокерских фирм связана с клиентами коммерческих банков. В отношениях с иностранными банками-корреспондентами банки зачастую связываются между собой непосредственно.

На рынке МВС доминируют доллар, евро, йена. Возрастает роль национальной валюты Китая - юаня, а также российского рубля.

Примерно 41% всех сделок с валютой составляют сделки спот, 53% - прямые форварды и свопы и около 6% - фьючерсы и опционы (более подробная информация о глобальном валютном рынке содержится в 7-ой главе ("Сущность и воспроизводство финансового капитала").

Следует отметить еще одну характерную черту глобализации в экономике. Это нарастающий процесс кооперации и разделения труда. ВТО констатирует, что последние десятилетия объём мировой торговли растёт значительно быстрее, чем всё мировое производство. Так, за 1950-2000 гг. мировая торговля выросла в 20 раз, а производство - в 6 раз. В 1999 году общий объём экспорта составил 26,4% от мирового производства по сравнению с 8% в 1950 году.

Однако, отмечая объективно существующие негативные стороны глобализации, обусловленные всевластием ТНК, крупных международных банков и империализмом стран "золотого миллиарда", нельзя не замечать и позитивных последствий глобализации. Они выражаются в повышении общего уровня образования населения нашей планеты, росте производительности труда благодаря применению новых технологий.

Повсеместно происходит процесс урбанизации, т.е. процесс повышения роли городов в развитии общества. Предпосылки урбанизации - рост в городах промышленности, развитие их культурных и политических функций, углубление территориального разделения труда. Для урбанизации характерны приток в города сельского населения и возрастающее маятниковое движение населения из сельского окружения и ближайших малых городов в крупные города (на работу, по культурно-бытовым надобностям и пр.).

Однако преобладающей тенденцией все-таки является поляризация субъектов мировой экономики, выражающаяся в увеличении разрыва уровня доходов между странами ОЭСР и беднейшими странами. Вот что сообщает на этот счет Википедия: среднедушевые доходы в 20 наиболее богатых странах мира в 37 раз превышают соответствующий показатель в 20 беднейших странах, причем за последние 40 лет этот разрыв удвоился. По оценкам аналитиков Программы развития ООН, на начало XXI в. совокупное богатство 225 богатейших людей планеты превышало 1 трлн. долларов, что равнялось ежегодному доходу 2,5 млрд. бедняков, составляющих 47% населения мира. Доходы 500 богатейших людей в мире из перечня журнала "Forbes" превышают общий доход 416 млн. беднейших людей мира (Доклад ПРООН о развитии человека за 2005 г. - с. 44).

По оценкам Программы развития ООН, доля богатейших стран в мировом ВВП составляет 86%, доля средних - 13%, а на долю беднейших приходится лишь 1% (Human Development Report 1999. UNDP. - New York: Oxford University Press, 1999. - Р. 2.). Различные значения темпов экономического роста приводят к увеличению разрыва между богатыми и бедными странами. Например, в 1960-е гг. уровень среднедушевого дохода в среднестатистической латиноамериканской стране составлял примерно одну треть дохода среднестатистической развитой страны, сегодня он составляет менее 20%. В 1960-е годы среднедушевой доход в типичной развивающейся стране составлял примерно 12% от среднедушевого дохода в типичной развитой стране, сейчас этот показатель приближается к 5% (Н.Бекетов. Глобализация как процесс формирования информационно-экономического пространства: социальные аспекты развития мировой и национальной экономических систем. Журнал "Век глобализации" N 1 2009 uchmag.ru/estore/e96417/?s=1499).

Как отмечает в своем докладе ООН, "Если бы на долю стран Африки к югу от Сахары приходился тот же объем экспорта, что и в 1980 г., то выгода от внешней торговли в восемь раз превысила бы объем помощи, полученной в 2003 г." (Доклад о развитии человека 2005. Международное сотрудничество на перепутье: помощь, торговля и безопасность в мире неравенства / пер. с англ. - М.: Весь Мир, 2005. - с. 12).

"Глобализация предполагает разделение мира на центр и периферию, - утверждала Н.Кульчицкая в докладе "Модернизация экономики и глобализация" на IX Международной научной конференции (do.gendocs.ru/docs/index-164851.html), - Процесс глобализации отражает все возрастающую зависимость между государствами, особенно остро эта зависимость проявляется в отношении развитых и развивающихся стран. Современная глобализация продемонстрировала, что экономическое развитие "периферии" (под периферией, как правило, понимаются страны третьего мира) в еще большей степени, нежели прежде, зависит от хозяйственных потребностей и возможностей развитых стран.

От глобализации в первую очередь выигрывают развитые страны. Указанная возросшая взаимозависимость между национальными экономиками несет в себе угрозу финансово-экономической стабильности".

Страны "золотого миллиарда", эксплуатируя беднейшие государства Азии, Африки и Латинской Америки вынуждены оказывать им ограниченную помощь, чтобы не допустить в них гуманитарной катастрофы. В самых бедных африканских странах без иностранной помощи сотни тысяч людей погибли бы от голода и болезней. Как сообщает в своем докладе Н.Кульчицкая, "стоит обратить внимание на характер этой помощи. На протяжении второй половины 90-х гг. среднегодовой объем помощи африканским странам, расположенным к югу от Сахары, составлял 18,36 млрд. долларов, в то время как суммарные иностранные инвестиции в экономику этих государств не превышали 2 млрд. долларов в год. Сегодня в США и странах Западной Европы действуют более 8 тысяч неправительственных организаций, деятельность которых целиком связана с реализацией программ содействия повышению уровня жизни в странах третьего мира. При этом безвозмездные поставки обеспечивают до 18% продовольствия и до 60% медикаментов, потребляемых в 60 беднейших странах мира (Иноземцев В.Л. Глобализация и неравенство: что - причина, что - следствие? // Россия в глобальной политике. Т. 1. N1. Январь-март 2003).

В распоряжении развитых империалистических стран, выражающих интересы ТНК и крупнейших международных банков, находится такое мощное оружие, как механизм формирования цен на глобальных рынках. Низкие цены производства, являются той тяжелой артиллерией, которая пробивает все национальные барьеры. Выживают только те предприниматели, у которых себестоимость продукции ниже средней мировой, т.е. крупные предприятия, и состоятельные предприниматели, которые могут позволить себе применение современных средств интенсификации при значительных масштабах производства. А, во-вторых, это государственные субсидии производителям товаров в богатых странах, которые позволяют им диктовать низкий уровень цен на мировом рынке. Президент Буркина Фасо, одной из самых бедных стран в мире говорил: "Запад просит у нас солидарности в его войне с терроризмом, но он должен был бы понять, что субсидии в сельское хозяйство (имеется в виду в развитых странах - мое) для нас хуже террора: если мы не продаем наш хлопок на мировом рынке, мы умираем от голода и нищеты". О том же говорил и экс-президент Перу А.Толедо: "Если бы было возможно продавать продукты нашего сельского хозяйства без барьеров в Европе и США, если бы в развитых странах было меньше протекционизма, 22 миллиона гектаров, на которых крестьяне выращиваю коку, могли бы производить кофе или хлопок". Несправедливость существующей системы ценообразования на мировых рынках из-за практики субсидирования, пошлин и дискриминационного квотирования, применяемого развитыми странами, признал в 2000 году и генеральный секретарь ООН Кофи Аннан, выступая в итальянском сенате, сказал: "В Европе тратятся 7 процентов ВВП на различные меры протекционистского типа. Не вызывает сомнения, что отдельные социальные группы в европейских странах извлекали выгоду из этой ситуации, но должен существовать менее дорогостоящий способ помогать торговли своим соотечественникам.

Если бы эти европейские страны не вводили протекционистские барьеры и гарантировали товарам из более бедных стран свободный доступ на свои рынки, то последние извлекли бы из этого выгоду гораздо больше той, что получают от так называемой помощи для развития. Миллионы бедных перешли бы от нищеты к приличной жизни". Действующая система дискриминационной практики в торговле межу бедными и богатыми странами еще раз подтверждает ту простую истину, что ВТО создана империалистическим странами в своих корыстных интересах.

Итак, в сфере экономики глобализация порождает противоречие между возросшей взаимозависимостью и нарастанием дестабилизирующих воздействий, порождаемых империалистической политикой США и их союзников. Поэтому совершено неизбежно, что отстающие страны превращаются в глобальный источник социальных, политических, экономических и даже военных вызовов для всего человечества.

В настоящее время мир стоит перед фактом - глобальная экономика находится в глубоком и продолжительном кризисе (см. мои статьи "Системный анализ экономического кризиса", "Вторая волна глобального экономического кризиса или его пятый этап?" - http://lit.lib.ru/p/paulxman_w_f/), который обусловлен коренными пороками самой капиталистической системы.

1.8. Процесс глобализации в политической сфере

От экономики перейдем к рассмотрению процесса глобализации в политической сфере. Как уже выше отмечалось, глобализация разрушает суверенитет государств. Опыт образования региональных сообществ, например, первого из них Европейского Союза, или мировых структур, какими являются ООН или НАТО, показывает, что сокращение суверенитета государств происходит на добровольных началах. Образование ООН и Европейских сообществ (ЕОУС, ЕЭС, Евратома) означало, что государства изъявили готовность без всякого принуждения подчиняться их решениям, т.е. они сознательно пошли на отчуждение части своего суверенитета в пользу созданных ими наднациональных органов управления. Так, решения Совета Безопасности ООН являются обязательными для государств - членов ООН. Что же касается Европейского Союза, то его постановления, принятые единогласно или квалифицированным большинством, являются законами прямого действия для всех союзных государств. Таким образом, становление глобального и регионального уровней управления происходит путем делегирования определенной части полномочий, до сих пор свойственных только государственному уровню управления, наднациональным органам управления. Такого еще никогда в истории человечества не было. До сих пор большинство межгосударственных споров разрешалось путем применения насилия. Однако добровольность ограничения национального суверенитета диктуется суровыми закономерностями глобализации. Как справедливо пишет И.Братищев (ЭФГ. N 43-44. 2012, с.4), "Идет становление и закрепление новой глобальной модели "международного разделения труда", многократно углубляющей несправедливость и вопиющее социальное неравенство в планетарных масштабах. При одновременном резком возрастании роли социально-экономической политики транснациональных корпораций и финансово-промышленных групп, проникающих с помощью своих филиалов в относительно изолированные национальные хозяйства и претендующих на неограниченный суверенитет и правосубъектность в системе международных отношений.

В результате ревизии норм международного права национальные правительства утрачивают контроль над процессами, происходящими в мировой экономике, направленной на отказ от понятия государственного суверенитета и создание структур глобальной власти в форме различных наднациональных организаций".

Я уже выше отмечал важную роль процесса регионализации для формирования глобальных рынков. Региональный уровень мирового сообщества начал формироваться в ХХ веке практически одновременно с глобальным уровнем. В послевоенной Европе возник целый ряд организаций. В 1947 году на основе плана Маршалла создается Организация европейского экономического сотрудничества, в 1948 году - Таможенный союз стран Бенилюкса (Бельгия, Нидерланды и Люксембург), в 1949 году - НАТО и Совет Европы, в 1951 году - Европейское объединение угля и стали (ЕОУС), в 1954 году - Западноевропейский оборонительный союз, в 1957 году - Европейское экономическое сообщество (ЕЭС) и Евратом. Что стояло за всеми этими организациями, какие силы вызвали их к жизни?

Ответить на этот вопрос непросто, однозначного ответа на него не существует. Ведь сама идея создания Пан-Европы (Соединенных Штатов Европы, Союза европейских государств) возникла давно. Ее высказывали, ее проповедовали и философы, и политические деятели на протяжении многих веков. Еще в начале ХХ века, когда стал набирать силу процесс формирования единого мирового рынка, по существу в мире взаимодействовала в основном по каналам международной торговли товарами определенная совокупность национальных хозяйств (некоторые с огромной колониальной периферией), каждая со своей политической системой, валютой, своими банками, инфраструктурой, отраслевой спецификой. О процессе интеграции в Европе шли только разговоры политиков и экономистов, которые были вскоре прерваны Первой мировой войной. Кстати, небезынтересно, что именно в 1915 году, на второй год после начала войны в статье "О лозунге Соединенных Штатов Европы" писал В.Ленин: "Но, если лозунг республиканских Соединенных Штатов Европы, поставленный в связь с революционным низвержением трех реакционнейших монархий Европы, с русской во главе, совершенно неуязвим, как политический лозунг, то остается еще важнейший вопрос об экономическом содержании и значении этого лозунга. С точки зрения экономических условий империализма, т. е. вывоза капитала и раздела мира "передовыми" и "цивилизованными" колониальными державами, Соединенные Штаты Европы, при капитализме, либо невозможны, либо реакционны.

Капитал стал интернациональным и монополистическим. Мир поделен между горсткой великих, т. е. преуспевающих в великом грабеже и угнетении держав. Четыре великие державы Европы: Англия, Франция, Россия и Германия, с населением в 250--300 миллионов, с площадью около 7 млн. кв. километров, имеют колонии с населением почти в полмиллиарда (494,5 млн.), с площадью в 64,6 млн. кв. км., т. е. почти в половину земного шара (133 млн. кв. км. без полярной области). Прибавьте к этому три азиатские государства: Китай, Турцию, Персию, которых теперь рвут на части разбойники, ведущие "освободительную" войну, именно: Япония, Россия, Англия и Франция. В этих трех азиатских государствах, которые можно назвать полуколониями (на деле они теперь на 9/10 - колонии), 360 млн. населения и 14,5 млн. кв. км. площади.

Далее, Англия, Франция и Германия поместили за границей не менее 70 миллиардов рублей капитала. Чтобы получать "законный" доходец с этой приятной суммы, - доходец свыше трех миллиардов рублей ежегодно - служат национальные комитеты миллионеров, называемые правительствами, снабженные войском и военным флотом, "помещающие" в колониях и полуколониях сынков и братцев "господина миллиарда" в качестве вице-королей, консулов, послов, чиновников всяческого рода, попов и прочих пиявок.

Так организовано, в эпоху наивысшего развития капитализма, ограбление горсткой великих держав около миллиарда населения земли. И при капитализме иная организация невозможна. Отказаться от колоний, от "сфер влияния", от вывоза капитала? Думать об этом, значит свести себя на уровень попика, который каждое воскресенье проповедует богатым величие христианства и советует дарить бедным<...>ну, если не несколько миллиардов, то несколько сот рублей ежегодно.

Соединенные Штаты Европы, при капитализме, равняются соглашению о дележе колоний. Но при капитализме невозможна иная основа, иной принцип дележа, кроме силы" (В.Ленин ПСС. т.26, с.352-353). Вот в этом и состояла одна из коренных причин Первой мировой войны.

Уже после окончания Первой мировой войны, в 1923 году австрийский граф Коуденхоф Калерги предложил свой вариант проекта СШЕ. В 1929 году с идеей образовать Союз Европы выступили совместно французский министр иностранных дел Аристид Бриан и его немецкий коллега Густав Штреземан. Однако все эти проекты до середины XX века вдребезги разбивались силами воинствующего национализма, реваншизма и империализма. Но, как это ни парадоксально, именно Вторая мировая война, испепелившая Европу, заставила европейские государства начать и развивать шаг за шагом процесс политической и экономической интеграции. Именно тотальное разрушение Европы вынудило государственных деятелей вступить на путь радикальных преобразований, начать интеграционный процесс в Европе, ибо альтернативы ему просто не существовало, особенно после появления атомного оружия.

Франция, страны Бенилюкса пошли на создание Европейского сообщества, несмотря на то, что они на протяжении последних 80 с лишним лет трижды завоевывались Германией, и, несмотря на острейшие послевоенные разногласия из-за Саарской области между Францией и Германией. Лидеры западноевропейских стран понимали, что нет никакой разумной альтернативы политической и экономической интеграции. Лучше сотрудничать, чем воевать. Это - во-первых.

Во-вторых, следует отметить и такую причину, как осознание Европой своей слабости. В итоге Второй мировой войны Европа потеряла свою ведущую роль в мировом сообществе. Эта роль перешла к двум сверхдержавам - США и Советскому Союзу, которые обрели в послевоенном мире такую военную, политическую и экономическую мощь, с которой Западной Европе, состоящей из небольших и средних государств, трудно было соперничать. К этому же надо добавить быстрое восхождение Японии на мировом экономическом небосклоне и, конечно же, распад колониальных империй, во главе которых стояли Англия, Франция, Голландия, Бельгия, Португалия, Испания. Стремление возродить былую мощь Европы, занять вновь достойное и подобающее место в мире было и остается одним из самых сильных желаний европейцев, стимулирующих интеграционный процесс.

В-третьих, это комплекс военно-стратегических факторов. Речь шла о создании оборонительных структур, охватывающих государства Западной Европы, включая ФРГ. Последнее имело принципиальное значение, ибо, как отмечалось в одном специальном американском исследовании, "Западная Германия имеет важное значение, как бастион между Советским Союзом и Западной Европой. Ее огромный потенциал и ее людские ресурсы необходимы для отражения советского нападения" (Major Problems of United States Foreign Policy, 1954, с.215.). Кстати, З.Бжезинский высокомерно называл Европу американским протекторатом (Бжезинский З. Выбор. Мировое господство или глобальное лидерство. М.: "Международные отношения". 2001. с.123.)

И, наконец, в-четвертых, следует отметить экономические причины европейской интеграции. В их числе главными были преодоление узости национальных рынков, объединение потенциала небольших западноевропейских государств для решения крупных научных, технологических и инвестиционных проблем, противостояние усиливающейся конкуренции на мировом рынке товаров, услуг и капитала.

Л.Эрхард (первый министр экономики послевоенной Германии), под руководством которого совершилось чудо восстановления ее экономики за четыре года, писал в своей книге "Благосостояние для всех": "Чем меньше проявляется тенденция к использованию обмена товарами или иными экономическими услугами в качестве инструмента государственной политики, тем меньше и опасность отравления международной атмосферы. Только такая установка может освободить внешнеторговую политику от лежащего на ней проклятия прошлого" (Эрхард Л. Благосостояние для всех. М.: Начала Пресс, 1991, с.257-258). Поэтому он выступал за политику отказа от двусторонних межгосударственных торговых соглашений и за создание общеевропейского регулируемого общего рынка. Он утверждал, что "...дело идет о том, чтобы упразднить протекционизм в его различных видах, как то: систему валютных ограничений, искусственно созданные таможенные преграды и другие административные манипуляции и преодолеть тот узколобый эгоистический ход мыслей, который сделал жизнь в Европе мучительной. С этой идеологией "мелких огородов" необходимо <...> быстро и основательным образом покончить" (цит. изд., с. 296). Спустя десятилетия стало очевидным, что Л.Эрхард лицемерил, призывая создавать общеевропейский регулируемый общий рынок. Германия даже после сокрушительного поражения не оставила своих планов покорить Европу, но теперь уже не силой, а экономически. Особенно это намерение германских политиков со всей очевидностью проявляется сейчас, в период глубокого экономического кризиса.

Таковы были главные причины, положившие начало процессу интеграции в послевоенной Европе. В последующем, по мере развития евроинтеграции "вглубь" и "вширь", т.е. ее интенсификации в политической и экономической сферах, а также увеличения числа государств, включившихся в строительство новой Европы и сотрудничающих с ЕС, стали проявляться и другие причины, стимулирующие этот процесс. К их числу можно отнести следующие:

- нарастающая по всем направлениям конкуренция с США и Японией;

- стремление государств Европы присоединиться к ЕС для того, чтобы пользоваться экономическими преимуществами единого рынка, активно участвовать в решении политических проблем и получать гарантии своей национальной безопасности.

Кстати, с мыслями, высказанными В.Лениным в его статье "О лозунге Соединенных Штатов Европы", перекликаются и выводы, сделанные членом Политбюро ЦК Коммунистической партии Греции Георгием Мариносом, который, выступая в 2012 году на совещании компартий Испании, Италии, Франции и Греции, заявил: "Европейский союз - это межгосударственный империалистический союз. Он руководствуется интересами европейских монополий, крупного европейского капитала, ростом его прибыльности и усилением конкурентоспособности посредством повышения степени эксплуатации рабочего класса, ликвидации трудовых прав и понижения уровня жизни народов. Это межгосударственный империалистический союз, позволяющий капиталу действовать свободно на национальном, региональном и международном уровне, распространять деятельность крупных групп предприятий, завоевывать новые рынки и сферы влияния для расхищения ресурсов" (ЭФГ, N 51-52 2012).

Со дня исторического заявления Роберта Шумана 9 мая 1950 года, когда он выступил с планом создания ЕОУС, прошло больше полувека. За этот период европейская интеграция, ставшая эталоном для других стран и регионов мира, прошла тернистый путь от Таможенного союза шести государств до Экономического и валютного союза (ЭВС), объединяющего 18 стран ЕС. Еще ни одно из многочисленных региональных экономических образований в мире (NAFTA, CEFTA и т.д.) не поднялось в своем развитии до стадии общего рынка, который функционировал в Европе уже в конце 60-х годов ХХ века, не говоря о едином рынке и ЭВС.

Образование общего, а затем и единого европейского рынка стимулировало усиление их взаимосвязи и взаимозависимости, что в свою очередь способствовало интеграционному процессу и в политической сфере. Сформировалось единое правовое пространство, которое постоянно совершенствуется, при этом все большая часть национального суверенитета передается наднациональным органам управления. Сейчас можно уже с уверенностью сказать, что по мере развития интеграции наблюдались два процесса: с одной стороны - образование экономического пространства без границ, либерализация рынка, где царит свобода движения товаров, услуг, капитала и рабочей силы на основе более или менее управляемой конкуренции; а с другой - возрастание роли наднациональных органов управления в регулировании экономики и перераспределении ВВП для проведения общей экономической и социальной политики. Однако существуют и иные, противоположные оценки евроинтеграционного процесса. Например, М.Тэтчер считает, что "Европа - результат планов. По своей сути она - классическая утопия, монумент тщеславию интеллектуалов, программа, обреченная на провал..." (Тэтчер М. Искусство управления государством. Стратегии для меняющегося мира. М.: Альпина Паблишир, 2003, с.390).

В настоящее время членами ЕС являются 28 государств, еще ряд государств Европы выразили готовность вступить в состав ЕС. Со странами ЕАСТ заключен договор об образовании общей экономической зоны. С 71 государством мира (бывшие колонии и доминионы) заключена Ломейская Конвенция. ЕС заключил договоры о партнерстве с Россией и другими странами СНГ. С государствами Средиземноморья заключено соглашение о широкой ассоциации, им оказывается помощь по линии программы MED. Таким образом, в орбите влияния ЕС в настоящее время находится свыше ста государств земного шара. ЕС, будучи мощнейшим экономическим образованием, оказывает все возрастающее влияние на процессы, совершающиеся в мировой экономике, взаимодействуя с США и Японией, другими государствами ОЭСР, а также с ООН и ВТО.

Итак, государства все больше своих прав и полномочий делегируют региональным или международным организациям. Что в этом процессе является первичным и что вторичным - политический или экономический факторы - сказать трудно. Очевидно только одно - они опосредуют друг друга, причем на поверхности явлений по времени сначала выступают политические мотивы интеграции и глобализации. Вторая мировая война, приведшая к огромным потерям людских и материальных ресурсов, а также периодически возникающие экономические кризисы, становящиеся все более разрушительными и масштабными, заставили государства совместно искать и вырабатывать действенные меры по их предотвращению. В одиночку государства уже не в состоянии справляться со стихией рынка и предупреждать возникновение военных конфликтов. И как показывает развитие последнего, шестнадцатого по счету мирового экономического кризиса, начавшегося в 2007 году, усилий знаменитой G-7 (а после развала СССР и включения в нее России - G-8) оказалось недостаточным, чтобы хотя бы притормозить его течение. Была образована новая структура - G-20, объединяющая теперь уже 19 государств и Европейский Союз в качестве коллективного члена. Экономики этой мощной структуры производят более чем 80% мирового ВВП и представляют 2/3 населения земного шара.

Процесс региональной интеграции еще далеко не завершен, и он продолжается во всех частях света. Интеграционные процессы (региональные и глобальные) развиваются не только вследствие интернационализации капитала, но и осознания государственными деятелями насущной необходимости объединения усилий для решения таких острейших проблем современности, как поддержание безопасности и мира, обеспечение человечества энергоресурсами и продовольствием, освоение космоса, охрана окружающей среды, борьба с терроризмом, преступностью, болезнями, нищетой и т.п. Одним словом, наряду с обслуживанием интересов класса капиталистов, государства вынуждены объединяться, чтобы решать общечеловеческие проблемы, затрагивающие интересы всех людей на планете, т.е. двигателем интеграции является также и общечеловеческий Разум и инстинкт самосохранения.

Вместе с тем, обобщая опыт региональной интеграции, как в Европе, так и на других континентах, следует отметить две особенности взаимодействия процессов региональной интеграции и глобализации мирового хозяйства. Во-первых, очевидно, что развитие современных производительных сил в капиталистической форме (ТНК, ТНБ, ТСА, ТНС) переросло национальные границы и требует регулирования даже не столько межгосударственных, сколько общемировых отношений (экономических, политических, этических и т.д.). Во-вторых, если интернационализация производства и капитала носит всеобщий глобальный характер, то политическая интеграция в силу наличия довольно острых противоречий между странами подчас вынуждена ограничиться региональными рамками.

Важную роль в жизни общества играют также различные международные политические союзы, партии, движения, организации. Они объединяют людей по политическим взглядам, по общим интересам к тем или иным проблемам. Все они служат для организации коллективных действий, направленных на реализацию общих целей. Обычно политические партии, союзы и организации имеют иерархическую структуру, выполняющую функцию координации и интеграции индивидуальных действий.

ХХ век ознаменовался не только появлением всепланетарного и регионального уровней управления за счет сужения объема суверенных прав государств, считавшихся до сих пор неделимыми и неприкосновенными, но и бурным процессом возникновения большого числа новых государств в результате распада колониальных империй. В течение последнего десятилетия ХХ века на политической карте мира появилось много государств, как вследствие распада СССР, так и усилий небольших народов и народностей обрести форму государственности. И этот процесс, являясь источником локальных конфликтов, еще далеко не завершен (движение басков, Косово, Абхазия, Палестина и т.д.). В 1991 году была образована Организация непредставленных народов (ОНН), насчитывавшая к началу XXI века в своем составе представителей 50 народов с численностью населения более 100 млн. человек. Необходимость создания ОНН объясняется тем, что лишь незначительная часть народов планеты имеет возможность быть представленной на международных форумах в качестве правовых субъектов. Согласно оценкам, основанным на различных определениях народа и нации, в мире насчитывается от 3 до 6 тысяч народов, в то время как количество членов ООН не превышает 200. "Некоторые прогнозисты видят в мире будущего <...> сотни, даже тысячи мини-государств, городов-государств, регионов и несмежных политических субъектов" (Тоффлер Э. и Тоффлер Х. Война и антивойна. М.: Транзиткнига, 2005, с. 305).

Словом, существующий ныне государственный механизм организации жизни общества размывается благодаря двум мощным процессам: во-первых, интернационализации и регионализации, во-вторых, борьбе народов, требующих или значительной автономии или отделения и образования нового самостоятельного государства. Последнее движение порой приобретает весьма острые формы вооруженной борьбы.

Завершая раздел о политическом аспекте глобализации, нельзя пройти мимо постоянно муссируемой в прессе информации о якобы существующем тайном мировом правительстве. Это и Бильдербергский клуб, состоящий из 383 человек, и Комитет 300, созданный еще в 1897 году и т.п. Ученые из Федерального технологического института в Цюрихе, изучив деятельность 43 тысяч ТНК, недавно пришли к выводу, что ими, в конечном счете, управляют 147 человек, которые держат в своих руках 60% мировой экономики. Недавно СМИ были наводнены о союзе семейств Ротшильдов и Дюпонов, якобы управляющих всей мировой экономикой.

Тайное мировое правительство - это очередной миф. В системе глобального капитализма в принципе не может существовать единого центра управления в силу хотя бы той простой причины, как раздирающая мировую экономику острейшая конкуренция капиталов (в любой форме его функционирования). Достаточно напомнить об общеизвестных фактах жесточайшей конкуренции ТНК в области производства мобильных телефонов, авиационной техники, автомобилестроения и т.д. Сегодня мир находится на пороге новой валютной войны, лидеры Евросоюза никак не могут выработать единой стратегии по выходу из долгового кризиса. Разве эти неопровержимые факты не доказывают, что в капиталистическом мире в принципе никакое единое управление экономикой (и не только) невозможно. Об этом наглядно свидетельствует и опыт всех структурных подразделений ООН, а также неспособность такого представительного органа, как "двадцатка", выработать единую программу преодоления нынешнего глобального экономического кризиса. В лучшем случае, как показывает опыт Давосского форума, возможны периодические встречи лидеров мировой бизнес элиты, ведущих политиков мира и экономистов для обсуждения назревших проблем.

Однако отсутствие "мирового правительства" еще не означает, что в политических верхах империалистических государств и в среде мировой бизнес-элиты отсутствует в той или иной форме координация в области стратегии, которые проводят в жизнь США и их союзники по ключевым проблемам современности. В качестве примера приведу факты, изложенные в статье "Киссинджер и депопуляция", опубликованной в ЭФГ N 32 за 2012 год на основе следующего источника - http://imperialcommiss.livejournal.com/819096.html. В статье приводится следующее предложение Киссинджера Совету Национальной Безопасности США: "Депопуляция должна быть высшим приоритетом американской внешней политики по отношению к третьему миру". Среди прочих, он перечисляет причины: "Американской экономике требуется все более возрастающее количество природных ресурсов из-за рубежа, особенно из менее развитых стран. Везде, где уменьшение населения поможет улучшить перспективы такой стабильности, политика в отношении регулирования населения становится связанной с ресурсами, расходами и экономическими интересами США". И как следует из фактов, приведенных в статье, в США были созданы многочисленные биооружейные лаборатории. За депопуляцию выступают не только политики США. Члену Бильдербергского клуба, британскому принцу Филиппу принадлежат следующие слова: "Если бы мне было суждено перевоплотиться, я хотел бы вернуться на Землю в обличье вируса-убийцы, чтобы сократить уровень населения Земли".

Раскрывая характерные черты процесса глобализации в политической сфере, следует обратить внимание на то, что ее суть в значительной мере определяется политикой США, стремящихся играть роль мирового гегемона.

США сегодня обладают самым мощным потенциалом идеологического манипулирования международными отношениями. И дело здесь не только в военной мощи. Как пишет в своей статье "Мягкая сила" президента Обамы" Д.Седов (Фонд стратегической культуры (www,fondsk,ru), опубликованной в ЭФГ N 33-35 2012 г.), "Эффективность этого потенциала растет, а в последние годы наметилась его усиленная транснационализация. Создаются исследовательские представительства и полноценно действующие филиалы исследовательских центров англосаксов в других государствах. К их работе часто привлекаются эксперты со всего мира. Американский фонд Карнеги (Carnegie Endowment) в 1993 году создал таким образом свой крупный исследовательский центр в России. Британский Международный институт стратегических исследований образовал в 2011 году филиалы в США и Сингапуре, а корпорация "РЭНД" создала отделения и исследовательские группы в Германии, Великобритании, Нидерландах и даже на Кипре.

Совершенно новой тенденцией в 2000-е годы стало возникновение национальных, региональных и глобальных структур в форме сетевых объединений "мозговых центров". На базе сетей осуществляется обмен информацией, совместное выполнение политических заказов, создание коллективных пропагандистских ресурсов, тематическое разделение труда, координация работы, согласование идейно-политических позиций по тем или иным вопросам. Значительно расширило возможности для подобного партнерства развитие Интернета<...>Процесс структурирования интеллектуальных сообществ на сетевой основе динамично развивается.

Это явление позволяет США на плановой основе обрабатывать мировое общественное мнение".

1.9.Глобализации в области культуры

Обратимся теперь к глобализации в области культуры. Обычно пишут, что для этой сферы характерно сближение деловой и потребительской культуры между народами разных стран мира и рост международного общения. Это, безусловно, верно. Однако у понятия "культура" (лат.cultura, от colo, colere - возделывание, позднее - воспитание, образование, развитие, почитание) имеется огромное количество значений в самых различных областях человеческой жизнедеятельности. Однако, независимо от того, имеем ли мы дело со знаниями, искусством, спортом и т.д., глобализация приводит, с одной стороны, к популяризации отдельных видов той или иной национальной культуры по всему миру. А, с другой стороны, популярные международные культурные явления могут вытеснять национальные и превращать их в интернациональные. Многие это расценивают как утрату национальных культурных ценностей и борются за возрождение своей национальной культуры.

Современные кинофильмы выходят на экраны практически одновременно во многих странах мира, книги переводятся и становятся популярными у читателей из разных стран. Огромную роль в культурной глобализации играет повсеместное распространение Интернета. Кроме того, с каждым годом всё большее распространение получает международный туризм. Оба этих канала, а также радио, телефон, телевидение, не говоря уже об интенсивной миграции людей в поисках работы или лучших условий жизни, служат мощными инструментами глобализации в сфере культуры.

Заметным феноменом в области формирования современной культуры по всему свету является американизация, что связано с усилившимся во второй половине XX века влиянием США в мире. Голливуд выпускает бо?льшую часть фильмов для мирового проката. В США берут своё начало мировые корпорации: Microsoft, Intel, AMD, Coca-Cola, Procter&Gamble, Pepsi и многие другие. McDonald's из-за своей распространённости в мире стала своеобразным символом глобализации. Сравнивая цены в разных странах на бутерброд BigMac из местного ресторана McDonald's, журнал The Economist анализирует покупательную способность разных валют. Однако в глобализацию вносят свой вклад и другие страны. Например, один из символов глобализации - IKEA - появилась в Швеции. Популярная служба мгновенных сообщений ICQ впервые была выпущена в Израиле, а известная программа для IP-телефонии Skype была разработана эстонскими программистами.

Наряду с положительными сторонами процесса глобализации в области культуры возникли и отрицательные, например, Интернет-зависимость, особенно в области распространения низкопробной, безнравственной продукции среди детей и молодежи. Появилось даже специальное слово - "геймеры" (см. мою статью "Виртуальная экономика и глобальный капитализм" - http://lit.lib.ru/p/paulxman_w_f/).

Сохранение капитализма в глобализирующемся мире неизбежно означает подмену подлинной культуры эрзац культурой американского образца с соответствующей потерей интеллекта и образованности у значительной части мирового сообщества.

Конечно, в сфере культуры сохранились островки подлинной, чистой культуры, призванной удовлетворять высокие духовные потребности людей, однако подавляющая часть этого вида деятельности в современном глобальном мире является одной из отраслей приложения капитала, целью которого является получение максимально возможной прибыли. И многие деятели, профессией которых является искусство, просвещение, к сожалению, за деньги готовы поступиться идеалами чистой культуры. Хуже того, их "достижения" пропагандируются продажными СМИ, воспитывая у людей искаженное понимание критериев подлинной культуры.

Замечательная система образования в уничтоженном контрреволюцией СССР, была направлена на "создание" человека-творца и в настоящее время она уступила место общемировой системе эрзац образования американского образца, создающего работника-исполнителя, который был бы способен выполнять функции квалифицированной рабочей силы. И это не только на территории бывшего СССР, но и во всем мире. Капиталистическому глобализму не нужны творцы, ему нужны грамотные, но послушные исполнители. А для мировой цивилизации это - тупик.

1.10.Экологическая ситуация на земном шаре.

Нельзя обойти стороной еще один аспект процесса глобализации. Он касается ухудшающейся экологической ситуации на земном шаре. Передо мной девятый выпуск доклада "Живая планета -- 2012" (www.wwf.ru/resources/publ/book/584?). Он подготовлен Организацией WWF (Всемирный фонд дикой природы) в сотрудничестве с рядом ученых и экологов со всего мира. Генеральный директор Международного секретариата WWF Джим Лип пишет: "Все мы знакомы с рядами бесстрастных графиков - выбросы углерода, обезлесение, водный дефицит, чрезмерный вылов рыбы - показывающих, как деятельность человека подрывает ресурсы Земли и ее способность к адаптации. Доклад "Живая планета -- 2012" рассказывает о совокупном воздействии всех этих процессов - нашей общей нагрузке на планету, результатом которой является ухудшение состояния тех самых лесов, рек и океанов, которые делают возможным наше существование. Мы живем так, как если бы в нашем распоряжении была еще одна планета. Мы используем в полтора раза больше ресурсов, чем может производить Земля, и в отсутствие решительных изменений эта величина продолжит быстро расти - к 2030 г. нам не хватит даже двух планет. Однако у нас есть выбор. Мы можем создать благополучное будущее, в котором девять или десять миллиардов человек, населяющих планету в 2050 г., будут обеспечены продовольствием, водой и энергией".

Международный секретариат WWF разработал два показателя. Первый показатель - Индекс живой планеты (ИЖП) отражает изменения в состоянии биоразнообразия планеты на основе динамики численности 9014 популяций 2688 видов млекопитающих, птиц, пресмыкающихся, земноводных и рыб, представляющих различные биомы и регионы. Второй показатель - Экологический след представляет собой меру потребления человечеством ресурсов и услуг биосферы, позволяющую соотнести это потребление со способностью Земли к их воспроизводству или биоемкостью -- площадью имеющихся продуктивных территорий и акваторий, обеспечивающих воспроизводство возобновляемых ресурсов и поглощение выбросов CO2.

Исследования WWF показали, что Индекс живой планеты (ИЖП) менее чем за 40 лет (с 1970 по 2008 гг.) сократился на 30%. А показатель Экологический след показывает, что потребление природных ресурсов человечеством превышает способность планеты к воспроизводству этих ресурсов с 1970-х гг. прошлого века.

В докладе отмечается, что "...экологический след на душу населения в странах с высоким уровнем дохода значительно превосходит экологический след в странах со средним и низким доходом. В то же время индекс живой планеты в странах с высоким уровнем дохода с 1970 по 2008 гг. вырос на 7%. С чем это связано? В первую очередь, это следствие того, что богатые страны имеют возможность импорта ресурсов из более бедных стран, способствуя тем самым деградации их биоразнообразия и одновременно снижая нагрузку на собственное биоразнообразие.

Возможно, именно поэтому ИЖП в странах с низким уровнем дохода упал на 60%. Масштаб этого падения -- реальная угроза для биоразнообразия и для населения территорий этих стран. Эти проблемы сразу отражаются на благосостоянии людей, живущих в бедных странах. Без доступа к земельным ресурсам, чистой воде, нормальному питанию, топливу и необходимым материалам уязвимые группы населения не могут вырваться из "ловушки бедности" и достичь благосостояния".

Итак, мы снова убеждаемся в том, что существующая система глобального капитализма несовместима также и с обеспечением экологической безопасности планеты. И чем раньше капитализм уступит свое историческое место социализму, тем больше шансов у человечества предотвратить экологический коллапс.

1.11. Существует ли все-таки глобальное сообщество?

При подведении промежуточного итога неизбежно встает вопрос, можем ли мы утверждать, что процесс глобализации породил не только геоэкономику, но и глобальное общество, в котором людей можно уже называть гражданами мира? Несмотря на значительные масштабы интеграции и возникновение действительно единого мирового сообщества людей, говорить о том, что глобальное сообщество в полном смысле этого слова стало реальностью, все-таки пока преждевременно. Оно только еще становится, формируется.

На каком основании я отрицаю существование глобального сообщества? Причиной этого, во-первых, является то, что собственно и породило глобализацию - Капитал. Все дело в том, что Капитал является единством противоположностей. С одной стороны, его стремление к безудержному самовозрастанию требует постоянно расширяющихся рынков, вовлечения в производство все большего количества ресурсов, а, с другой стороны, этот процесс возрастания капитала основан на эксплуатации. Очень точно и образно об этом пишет африканский экономист Самир Амин: "Накопление, другой стороной которого является обнищание,- вот два объективных процесса, в рамках которых идет борьба против капитализма. Но накопление проявляется, прежде всего, во все увеличивающимся разрыве между изобилием стран в центре (мировой системы), которые процветают за счет империалистической ренты, и обнищанием стран, находящихся на угнетаемой периферии. Этот конфликт является центральным в противостоянии "социализм - варварство".

Исторически "реальный капитализм" ассоциируется с успешными формами накопления через лишение собственности не только на начальной стадии (эпохи первоначального накопления), но и на каждой последующей стадии развития капиталистической системы. Когда этот "атлантический" капитализм сформировался, он задался целью завладеть всем миром. Он перекроил мир через постоянное ограбление покоренных территорий, которые постепенно превратились в угнетаемую периферию этой системы.

Однако "победоносная" глобализация оказалась неспособна утвердиться в долгосрочном плане. Всего лишь через полстолетия после своего триумфа (который, как казалось, знаменовал "конец истории"), эта модель была поставлена под вопрос революцией на российской полупериферии и (победоносной) освободительной борьбой в Азии и Африке, то есть явлениями, составлявшими суть ХХ века - первой волны борьбы за освобождение трудящихся и народов.

Накопление за счет ограбления продолжается на наших глазах в условиях современного позднего капитализма "олигополий". В центрах - монопольная рента, выгоду от которой получает олигополистическая плутократия,- это ограбление всего производственного базиса общества. На периферии - это ограбление, приводящее к обнищанию; оно выражается в экспроприации крестьянства и опустошительном расхищении природных ресурсов в тех или иных регионах мира. Два эти процесса являются столпами стратегии экспансионизма позднего капитализма "олигополий" ("Преодоление капитализма через кризис или капитализм в кризисе? Exiting the Crisis of Capitalism or Capitalism in Crisis?" Эконометрика - выпуск 502).

Сегодня в мире царит многообразие языков, культур, форм политического и экономического устройства, религиозных верований, идеологий и т.д. и т.п. Вряд ли в ближайшем историческом будущем сложится одна единственная, универсальная цивилизация с общей культурой, единственным языком общения, одинаковым экономическим механизмом в форме общемирового государства. Однако, тем не менее, тенденция к формированию некоторых общих принципов и норм поведения в различных сферах общественной жизни - налицо. Существует немало сторонников формирования универсальной цивилизации. Кстати, тот же Г.Форд был убежденным сторонником американской модели цивилизации. Он писал: "...настаивать на американизме не значит настаивать на узком национализме. Основные принципы американизма - это та цель, к которой стремится вся цивилизация. Это не высокопарные слова, потому что эти принципы родились раньше Соединенных Штатов. Соединенные Штаты были питомником, где эти принципы достигли своего полного развития, чтобы все народы могли увидеть и постичь практические свойства всесторонней свободы. Миссия Соединенных Штатов - дать миру доказательство реальности и долговечности некоторых принципов". (Форд. Г. Моя жизнь, мои достижения. Сегодня и завтра. Минск: Харвест, 2003, с.426). Как пишет С. Хантингтон, "аргументы в пользу того, что сейчас зарождается некая универсальная цивилизация, основываются как минимум на одной из следующих трех предпосылок. Во-первых, есть допущение, <...> что падение советского коммунизма означает конец исторической борьбы и всеобщую победу либеральной демократии во всем мире<...>Второе предположение основано на том, что усиливающееся взаимодействие между народами - торговля, инвестиции, туризм, СМИ, электронные средства связи вообще - порождают общую мировую культуру<...>Третий и наиболее распространенный аргумент в пользу возникновения универсальной цивилизации рассматривает ее как результат широких процессов модернизации, которая идет с восемнадцатого века. Модернизация включает в себя индустриализацию, урбанизацию, растущий уровень грамотности, образованности, благосостояния и социальной заботы, а также более сложные и многосторонние профессиональные структуры" (Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. М.: АСТ, 2003, с.91,92,94). Что касается первой предпосылки, то следует заметить, что наряду с либеральной демократией западного образца в мире существуют и другие формы политико-экономической организации обществ: это и социализм, и диктаторские полуфеодальные государства, и монархический капитализм, и многие другие системы. Однако главное состоит в том, что ни практикой, ни теоретически еще не доказано, что либеральная демократия является той совершенной и идеальной формой общественного устройства, которая с готовностью будет воспринята всеми народами планеты. "Провал модели централизованного планирования вовсе не доказывает правильности модели свободного предпринимательства, несмотря на то, что в этом уверены те, кто воспринимает холодную войну как противоборство между капитализмом и социализмом". (Сорос Д. Мыльный пузырь американского превосходства. М.: Альпина Бизнес Букс, 2004, с. 159). Да и сам С.Хантингтон вынужден был придти в конечном счете к следующему выводу: "Наивной глупостью является мысль о том, что крах советского коммунизма означает окончательную победу Запада во всем мире, победу, в результате которой мусульмане, китайцы, индейцы и другие народы ринутся в объятия западного либерализма как единственной альтернативы" (Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. М.: АСТ, 2003, с.91-92).

В отношении второго аргумента (значительно более серьезного, чем первый) следует сказать, что, безусловно, перечисленные процессы глобализации (экономические и информационные) способствуют развитию взаимных связей между народами планеты. Однако их влияние на глобальную интеграцию, может быть, как это ни парадоксально, прямо противоположным, становясь причиной возникновения острейших конфликтов, отчужденности и даже враждебности. Все зависит от целей и сущности означенных процессов. Инвестиции могут быть хищническими, торговля - несправедливой, неравноправной, распространяемая информация - лживой и развращающей. Как верно заметил Д.Копеланд, высокий уровень международной взаимозависимости "может вызвать как мир, так и войну..." (Dale C.Copeland, "Economic Interdependence and War: A Theory of Trade Expectations", Internanional Security 20 (Spring 1996), 25).

Современная цивилизация с ее научно-техническим потенциалом таит в себе острейшее противоречие: возможность и прогресса, и самоуничтожения. Так, сегодня все экономически сильные государства ведут разработки в области ракетной техники и ядерной энергетики. Где гарантия, что результаты этих разработок не будут использованы для нужд войны или террора? Это касается и многих других направлений научных исследований.

Третий аргумент в пользу возникновения универсальной цивилизации является наиболее весомым. Развитие индустрии, науки, образования, систем социальной защиты действительно формирует, выковывает новую универсальную культуру, которая может постепенно преодолеть влияние различных религий, национальных традиций на образ жизни народов. Однако почему-то С.Хантингтон связывает совокупность факторов третьей предпосылки с вестернизацией, усилением влияния Запада на другие цивилизации, в частности, такими чертами западной цивилизации, как католичество и протестантство, европейские языки, разделение духовной и светской власти, господство закона, социальный плюрализм, наличие представительских органов, индивидуализм. Все это далеко не бесспорно.

Модернизация, как это показал опыт СССР, не обязательно порождала те черты, которые характерны для западной цивилизации. Каждая из существующих в настоящее время цивилизаций может, и будет развиваться в рамках процесса модернизации. При этом неизбежен процесс их трансформации. Кстати, не исключая и саму западную цивилизацию. Однако еще не известно - будет ли эта трансформация идти в каком-то одном направлении. Пожалуй, С.Хантингтон, проанализировав основательно проблему влияния Запада на остальной мир, пришел, в конечном счете, к верному выводу: "Модернизация, напротив, усиливает эти культуры и сокращает относительное влияние Запада. На фундаментальном уровне мир становится более современным и менее западным" (Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. М.: АСТ, 2003, с. 112). Весьма интересно в связи с этой проблемой признание бывшего госсекретаря США Мадлен Олбрайт: "Опросы показали, что большинство латиноамериканцев не удовлетворены демократией и видят в ней лишь средство, с помощью которого нечистоплотная элита стремится узаконить угнетение бедных слоев. Сходные проблемы существовали в Центральной Европе, Азии и Африке: тут молодые демократические режимы боролись с тяжелым наследием прошлого и собственной неуверенностью в демократических подходах <...> раньше, когда пала Берлинская стена, люди ликовали и танцевали на улицах. Теперь эйфория ушла в прошлое, и мы оказались на новой ступени. В некоторых кругах чувствовалась опасность, что оптимизм уступит место пораженчеству и откроет путь отжившим подходам прошлого. В ряде стран даже усиливалась тоска по былому порядку" (Олбрайт. Госпожа госсекретарь. М.: Альпина Бизнес Букс, 2004, с. 573-574). Отрицая возможность формирования универсальной цивилизации только по западному образцу, невозможно в то же время отрицать огромное влияние Запада на другие цивилизации и государства. С.Хантингтон приводит следующий перечень основных направлений влияния Запада на не-западный мир, составленный Джеффери Р.Барнеттом (Jeffery R.Barnett, "Exclusion as National Security Policy", Parameters, 24 (Spring 1994).

* владеют и управляют международной банковской системой;

* контролируют все твердые валюты;

* являются основными мировыми потребителями;

* поставляют большую часть готовых изделий;

* доминируют на международных рынках ценных бумаг;

* играют роль морального лидера для многих обществ;

* способны на крупную военную интервенцию;

* контролируют морские линии;

* занимаются наиболее современными техническими исследованиями и разработками;

* контролируют передовое техническое образование;

* доминируют в аэрокосмической индустрии;

* доминируют в области международных коммуникаций;

доминируют в производстве высокотехнологичных вооружений.

Все это бесспорно. Однако если рассматривать процесс в динамике, то, повторяю, чаша весов по многим компонентам стратегического баланса постепенно склоняется в пользу не-западных стран, особенно если иметь в виду деградацию на Западе культуры, пронизанной культом наживы, насилия, сопровождаемой распространением порнографии, наркомании, противоестественных отношений между полами, бессмысленным и уродливым искусством и т.п.

Мне представляется, что в ближайшие столетия не произойдет слияния существующих сегодня цивилизаций в одну - универсальную. Наиболее вероятным сценарием формирования структуры человеческого общепланетарного сообщества является, как считает Н.Моисеев, многообразие культур, кооперация цивилизаций. Он даже утверждал, что "унификация образа жизни, цивилизационная унификация смертельна для человечества" (Моисеев Н. Судьба цивилизации. Путь Разума. http://www.leland-stanford.ru/IDL/102/lectures/Readings/L4R3.htm).

1.12. Две пары единства противоположностей

В настоящее время, по крайней мере, две пары единства противоположностей определяют траекторию будущего развития человечества.

Первая пара - это, с одной стороны, всемирная экологическая или военная катастрофа или та и другая, а с другой - т.н. общество ноосферы по модели Н.Моисеева).[

Вторая пара - это единство противоположностей между глобальным капитализмом и глобальным демократическим (прямое народовластие) социализмом.

Можно сформулировать эту мысль и по другому: глобальный капитализм, который сегодня является господствующей на Земле формой общественного воспроизводства, не является вершиной цивилизации, созданной Homo sapiens sapiens, т.е. концом истории, а содержит в потенции четыре (по правилу возможных из двух тенденций перестановок) варианта будущего человечества.

Каждая пара противоположностей является многослойной и многофакторной. Содержание каждой из двух названных пар противоречий формируется под воздействием всех сфер жизнедеятельности человека: воспроизводственного потенциала, экономических отношений, политики, форм общественного сознания и морали. Все вышеназванные сферы общественной жизни находятся во взаимодействии, определяя сложнейшую ткань взаимосвязей в рамках единства противоположностей. В процессе взаимодействия всех вышеперечисленных потоков объективные тенденции развития (закономерности) переплетаются с бесчисленным множеством случайных факторов. Другими словами, каждый акт (шаг) процесса в любой из сфер многогранен и нет т.н."чистых" актов. Они существуют только в абстракции. А в реальной жизни в любом действии (акте, шаге) наличествует вся гамма отношений (технологических, экономических, научных, политических, этических, религиозных и т.п.), опутанных к тому же сетью случайностей. Именно поэтому предсказать сегодня с абсолютной уверенностью, какой из указанных четырех вариантов состоится, в принципе невозможно.

Воспроизводственный потенциал, созданный капиталистическим способом производства, благодаря научно-техническому прогрессу, к началу XXI века, впервые в истории открыл перед человечеством перспективу разрешения вековых острейших социальных проблем, однако в то же время подвел его к той грани, за которой стоит реальная угроза полной деградации или даже самоуничтожения рода человеческого из-за возможной экологической катастрофы или же Третьей мировой войны с применением оружия массового поражения, виды которого множатся с каждым днем. Это противоречие, несомненно, рано или поздно будет разрешено, а вот каким образом (ибо мы имеем дело с многовариантностью бифуркации) - это зависит от активной позиции организованного Разума. К счастью, в мире всё большее число людей приходит к осознанию той простой истины, что отрицание социалистической идеи и аморально, и антинаучно. Этот факт сам по себе является важнейшим условием благополучного разрешения отмеченного выше противоречия. Позитивный Разум в содружестве с Высокой Нравственностью должен (и как можно надеяться) сможет сделать всё, чтобы развитие истории привело человечество в гавань социализма.

1.13.Виртуализация жизнедеятельности человеческого сообщества

Завершая рассмотрение наиболее характерных черт процесса глобализации, нельзя не остановиться еще на одном феномене, порожденном сочетанием глобализации и внедрением в экономику, политику и культуру инфотехнологий. Речь идет о виртуализации всех аспектов жизнедеятельности человеческого сообщества (см. статью "Виртуальная экономика и глобальный капитализм" - http://lit.lib.ru/p/paulxman_w_f/text_0230.shtml). Эту тему в статье "Виртуальная экономика как проявление виртуализации экономических отношений" развивает также кэн А.Маслова ("Век качества" N 6, 2011). Она ссылается на книгу Маргарит Кеннеди "Деньги без инфляции и процентов", в которой та утверждает, что "виртуальная экономика - одна из форм проявления глобализации". А.Маслова считает, что "...основу виртуальной экономики образует мощный контур кругооборота транснационального финансового капитала, фактически обособившего от реального сектора" (цит. изд. с.26). Более подробно эту проблему я рассмотрю в главе 7. Здесь же замечу, что А.Маслова права, когда утверждает, что (цитирую):

- "виртуальная экономика является порождением реальной экономики, но обладает большими возможностями и отличается законами существования;

- категория "виртуальное" не является противоположностью категории "реальное", так как в одной из интерпретаций "virtual" означает фактический, действительный, являющийся (чем-либо) по существу;

- в то же время категория "виртуальное" созвучно категории "ирреальное" в определении virtual (мнимый, то есть не существующий в действительности; кажущийся, воображаемый);

- категория "виртуальное" будучи созвучной одновременно и категории "реальное", и категории "ирреальное", занимает промежуточное, переходящее положение. Являясь своего рода мостом, объединяющим данные противоположности" (цит. изд. с.27).

Обзор всех более или менее достойных внимания концепций сущности процесса глобализации не является целью данного исследования. Однако на некоторых из них есть смысл все-таки остановиться.

1.14. Концепции протекционизма и глокализации

Сегодня циркулирует несколько сценариев формирования будущего мирового общества. Довольно распространенной является концепция протекционизма. Альтернативой современной глобальной экономике, согласно замыслу ее авторов, может стать образование 10-20 национальных или региональных экономик ("зон свободной торговли"), которые должны быть защищены от негативного влияния глобальной экономики посредством протекционизма и золотого (или "сырьевого") стандарта как основы установления валютных курсов, что предполагает проведение очередной мировой валютной реформы. Спору нет, протекционизм - это мощное оружие, которым пользуются государства и региональные сообщества. Однако протекционизм неизбежно будет преодолен объективными процессами интеграции во всех областях жизни людей. Об этом говорит вся современная история. В системе глобального капитализма нет таких барьеров, которые не могут быть сметены спекуляцией и жаждой финансового капитала к получению максимальных прибылей.

Еще одной довольно популярной является концепция глокализации (глобальное+локальное). Ее суть заключается в противопоставлении глобальной универсализации (исчезновение региональных отличий), их сохранение и даже усиление. Вместо слияния и унификации должны, по замыслу авторов этой концепции, возникать и набирать силу явления иного направления: обострение интереса к локальным отличиям, к традициям глубокой древности и возрождению диалектов. Следует отметить, что проблема "права на самоопределение" является также идеологической основой сепаратизма и ее крайней формы - терроризма, усиливаемого репрессивным давлением 200 государств на 5000-6000 этносов. Глокализация подразумевает растворение прежних государственных границ, существующих пока в виде тех или иных "фронтов противостояния". Административные границы должны со временем уступить место естественным границам: региональным, социально-экономическим и социально-культурным. Кстати, эта концепция является идеологической основой для возрастающего сепаратизма. Некоторые государства уже распались на части (СССР, Грузия, Югославия, Чехословакия). А в тех государствах, которые еще не распались, активно действуют группировки, выступающие за отделение (каталонцы, баски и т.д.).

Как это ни парадоксально, в основе идеи глобализации лежит взаимодействие противоположностей (принцип дополнительности в философии - см. мою статью на эту тему в библиотеке М.Мошкова). В качестве иллюстрации можно привести развитие туризма: ведь не имеет смысла куда-либо ехать, если везде будет одно и то же. Более того, сами ТНК, как главные движители экономической глобализации, подчас заинтересованы не только в сохранении, но даже в усилении региональных отличий. Прибыль в современной мобильной экономике возможна только при наличии разности потенциалов между различными регионами. А второй аспект заинтересованности ТНК кроется в сохранении культурной специфики местных рынков, в перевоплощении их местных филиалов в региональные формы в целях увеличения спроса на их продукцию.

Первая глокальная организация - Glocal Forum, образована в 2001 году. Ее цель - ускорение мирового развития через развитие местностей и повышение внимания к локальным проблемам (Травина Е.М.Этнокультурные и конфессиональные конфликты в современном мире. СПб: Изд-во С.-Петерб.ун-та, 2007).

1.15. О концепции государственного капитализма

О.Маляров (ЭФГ N 48, с. 6. 12. 2012) в статье "Государственный капитализм. Формационная теория. Переходный этап" справедливо критикуя экономическую политику реформаторов Е.Гайдара, А.Чубайса, В.Путина и Д. Медведева, ратующих за либеральную политику свободного, без каких-либо ограничений свободного рыночного хозяйства без вмешательства государства в его функционирование, ратует за государственный капитализм. Эта политика, как пишет О.Маляров, "...лежит в основе требований транснациональных корпораций и выражающих их интересы государств и международных финансовых организаций "устранить национальные государства" из мировой экономики". Выступая за вмешательство государства в функционирование рынка, О.Маляров, имеет в виду, конечно же, в первую очередь Россию. Однако его аргументы в пользу государственного капитализма имеют всеобщее значение и посему есть смысл на них остановиться.

О.Маляров правильно считает, что "...государственный капитализм является прежде всего категорией переходного общества", являясь формой "...взаимодействия с частнокапиталистическим и мелкотоварным хозяйством, причем такого воздействия, которое существенно ограничивает, корректирует и дополняет рыночный механизм эволюции экономики".

С точки зрения тактической О.Маляров прав, считая, что именно политику государственного регулирования следует проводить правительству России, однако следует при этом иметь в виду, что все пять черт, которые, по его мнению, характеризуют государственный капитализм, не следует абсолютизировать. Главное, отмечает О.Маляров, механизм госкапитализма обслуживает интересы класса капиталистов. Поскольку именно госкапитализм формирует объективные предпосылки становления социализма в рамках глобальной экономики, то не лишне перечислить его основные черты. Цитирую О.Малярова:

"Во-первых, государственно-капиталистический уклад берет на себя создание наиболее капиталоемких и наименее рентабельных отраслей с длительными сроками окупаемости капиталовложений, отраслей, развитие которых не может или не хочет взять на себя частный капитал. Это позволяет резко ускорить процесс становления отсутствующих звеньев общественного воспроизводства, преодолеть те рамки, которые определяются ограниченными возможностями частнокапиталистического уклада.

Во-вторых, государственно-капиталистический уклад берет на себя модернизацию застойных очагов в традиционных отраслях крупной промышленности путем национализации технически отсталых и неэффективно работавших предприятий и производств, владельцы которых отказывались вкладывать средства в обновление их основного капитала.

В-третьих, свойственные государственно-капиталистическому укладу черты позволяют использовать его в качестве главного орудия преодоления нерациональной структуры размещения производительных сил путем строительства предприятий в экономически отсталых районах. Частнокапиталистический уклад обычно не берет на себя эту задачу, ибо выполнение ее требует дополнительных капиталовложений в инфраструктуру, подготовку квалифицированных кадров, обеспечение их жильем и т.п. Государственные предприятия не только сами по себе способствуют экономическому подъему отсталых районов, но и становятся центром притяжения частных предприятий, что создает определенный кумулятивный эффект их воздействия на территориальную структуру хозяйства.

В-четвертых, развитие государственно-капиталистического уклада в капиталоемких отраслях промышленности, которым свойственна высокая концентрация производства, позволяет избежать или уменьшить господство частных монополий в этих отраслях с сопутствующими ему монопольно-высокими ценами, ограничительной и монополистической практикой.

В-пятых, развитие государственно-капиталистического уклада в ключевых отраслях позволяет избежать иностранного контроля над стратегическими высотами экономики".

С этой концепцией, которую отстаивает О.Маляров, смыкается концепция В.Левиной о двойной противоречивой природе современного государства, которое с одной стороны, вынуждено отстаивать интересы всего социума, а, с другой стороны, выражает и защищает интересы класса капиталистов. В условиях кризиса и при поиске выхода из него эти две стороны современного буржуазного государства, вступают в противоречие ( см. В.Левина "Мировой экономический кризис и сценарии посткризисного развития: марксистский анализ" (http://finanal.ru/001/mirovoi-ekonomicheskii-krizis-i-stsenarii-postkrizisnogo-razvitiya-marksistskii-analiz?page=0,1)

1.16. Мир после глобализации?

Политолог В.Колташов считает, что глобализация является лишь особой фазой развития мирового капитализма: шире товарный обмен, вольнее капиталам и труднее рабочему классу из-за локализации рынков труда и повсеместной сегрегации. Ту же по существу идею В.Колташов высказывает и в своем блоге (http://pglobal.org/speakers/) в статье с интригующим названием "После глобализации" (привожу ее дословно):

"О том, что мир под влиянием глобального кризиса меняется, твердят уже почти все. Но как меняется? Куда меняется? И когда оформятся эти перемены? Ответить на эти вопросы намного сложнее, чем бросить красивую фразу об абстрактных изменениях.

Заканчивается тридцатилетняя эпоха неолиберальной глобализации. За 1970-2000-е годы либеральные экономисты успели утвердить её на страницах множества учебников. Они заявили о триумфе "свободного рынка" и поражении государства, хотя именно оно уже в первые недели кризиса спасало финансовый сектор от краха. Естественного рыночного разорения "виновников кризиса" (как называли банкиров в 2008 году) не произошло. Кризис стабилизировался. Но он же сделал работу множества компаний не эффективной без государственной поддержки. Более всего стал зависеть от государственной помощи на Западе банковский сектор.

Проблемы современного мира волнуют многих критических экономистов, социологов и политологов из многих стран. И они не склонны сводить все к уже случившимся, еще незначительным изменениям. Для анализа перемен и оценки перспектив мировой политико-экономической системы была в 2013 году образована международная экспертная инициатива "Постглобализация". Участие в ней принял и автор этой статьи. В мае на конференции в Москве ученые из многих стран пришли к выводу, что экономический кризис привел к кризису Вашингтонского консенсуса и гегемонии США, открыв странам БРИКС путь более свободного развития.

Неолиберализм еще остается господствующей экономической доктриной. Но это положение сохраняется не благодаря эффективности, а в силу политического насилия. В Евросоюзе неолиберальная политика "жесткой экономии" проводится без оглядки на разрушение экономики и обнищание тех, кого еще недавно называли частью "золотого миллиарда" или сытыми избалованными гражданами. США за пять лет кризиса так и не смогли с ним справиться: они стали его эпицентром, но не вывели из него затем мировую экономику, как это происходило много раз. Попытка Китая стать новым локомотивом глобального хозяйства тоже дала важный урок: для успешного развития недостаточно разогнать старую модель экономики.

Бразилия, Индия, Южная Африка и Россия совершенно напрасно порой причисляются к странам, которым кризис не угрожает или в которых его признаков нет. Они должны оценить неудачи как американо-европейской антикризисной политики, так и амбициозный пробуксовки Поднебесной. Она еще только замедляется, а пузырь на рынке недвижимости еще не разорвало, но уже можно предугадать тяжелые последствия от этих событий и обострения социально-политического кризиса в стране.

Китай -- это явный соперник для России. Сотрудничать с ним можно, но цена может оказаться страшной. Однако отказ от развития собственной промышленности, это не все. Поднебесная перетягивает на себя Среднюю Азию. Постепенный уход под её влияние Казахстана чреват проблемами для Таможенного союза. С остальными членами БРИКС партнерство может быть надежным лишь до момента, пока интересы капиталов не войдут в острый конфликт в тех или иных регионах. Но крупные противоречия с КНР в случае активного развития Россией своей обрабатывающей сферы производства и конкурирующего с ЕС интеграционного проекта могут быть сглажены взаимовыгодным товарным обменом. Попытка же России при сохранении приоритета сырьевого сектора переориентироваться с Европы на Поднебесную, вероятно, не закончится хорошо.

Эпоха глобализации завершается по многим признакам. Не только болезнь рынков и финансовый кризис, но и невозможность развития на старой технологической базе со ставкой на дешевую рабочую силу выражает тупиковое положение глобального хозяйства. Кризис североамериканской гегемонии является результатом глубокого мирового кризиса, а не только следствием внутренних денежно-долговых затруднений США. Вашингтон пытается приспособиться к новому положению по-возможности ничего не изменяя в своей стране. Он успешно пока использует консерватизм элит других государств. Однако США готовят по ним технологический удар.

Пока аналитики энергетических компаний спорят об угрозе со стороны сланцевого газа и общих колебаниях рынков, все более надвигается революция в электроэнергетики. В Соединенных Штатах растет интерес как к "холодному ядерному синтезу" (с которым в России спорят многие официальные академики, игнорируя факты), так и к другим подлинно инновационным проектам. Реиндустриализация США, согласно расчетам экономистов из окружения Барака Обамы, должна сделать американскую продукцию более дешёвой, чем китайская. А это невозможно без новых промышленных роботов и удешевления генерации электроэнергии.

Реиндустриализация США, что бы ни думали в Вашингтоне, не поставит остальной мир на колени и не усилит американскую гегемонию. Прорыв Соединенных Штатов на технологическом фронте лишь вынудит другие -- более консервативные страны двигаться тем же путем. Переход экономик на новые рельсы не обойдется без тяжелых кризисных потрясений, но для однополярного мира, похоже, не останется шансов. После глобализации наступит время соперничества крупных центров. И одним из них, по всей видимости, окажется Россия.

Глобализированное производство создало глобальный рабочий класс, материальные интересы которого связаны с борьбой против глобального капитала. Для американского, австралийского или европейского пролетариата нет пути вперед вне его объединения с борьбой рабочего класса в Китае, Индии, Азии и Африке. Во всех этих регионах нет пути вперед на основе какого-либо национального развития.

Программа объединения рабочего класса является мировой социалистической революцией. Речь идет о свержении капиталистического правящего класса и развитии плановой мировой экономики, основанной на демократических решениях производителей всего мира. Жизни миллионов людей не будут рушиться, будущее их детей не будет уничтожаться в ходе слепого движения капиталистического рынка в его погоне за прибылью. Трудящиеся сами примут участие в организации экономической жизни.

Реализация этой перспективы вовсе не означает, что рабочий класс должен прийти к власти одновременно и сразу повсюду. Но это означает, что политическая борьба рабочего класса в каждой стране -- борьба за установление рабочего правительства и создание экономики, в которой банки, ведущие финансовые институты и ключевые отрасли промышленности принадлежат обществу и находятся под его демократическим контролем -- должна вырастать из этой глобальной перспективы".

Итак, что подразумевает В.Колташов под завершением эпохи глобализации? Ответ на этот вопрос очевиден - под ним он понимает кризис системы глобального капитализма во главе с США. Если так узко понимать эпоху глобализации, сводя ее только к очередному этапу развития капитализма, то она, бесспорно, рано или поздно закончится. Нынешний экономический кризис является серьезным предвозвестником конца эпохи капиталистической глобализации. И с ней, как правильно пишет В.Колташов, должна покончить "...борьба за установление рабочего правительства и создание экономики, в которой банки, ведущие финансовые институты и ключевые отрасли промышленности принадлежат обществу".

Но как показал весь наш предыдущий анализ, глобализация, объективно облаченная в современном мире в капиталистическую форму и движимая в значительной мере ею, должна в силу закономерностей смены общественных формаций сбросить эту устаревающую форму, открывая дорогу для глобализации в социалистической, а затем и в коммунистической форме. Словом, процесс глобализации, - это очередной этап в развитии человечества, которое благодаря ней и становится человечеством в подлинном смысле этого слова.

И я целиком и полностью согласен с мнением Георгия Костина, который в письме, рецензируя мой черновой проект данной главы, писал: "...чем глобальнее вширь и вглубь экономическое пространство (от национального к мировому, от индустриального к научному, от простого к сложному, от краткосрочного к длительному и отложенному результату), тем более необходимы плановое использование ресурсов, плановая организация и плановое распределение результатов. А это не примитив "саморегулируемого" капиталистического рынка, а плановая социалистическая экономика".

Вместе с тем, выражение "после глобализации" можно трактовать и иначе: а именно, что нас ждет в ближайшем будущем, на очередном этапе глобализации. Выше я писал о долговременной тенденции, об объективной закономерности смены капиталистической общественной формации коммунистической формацией, которая не означает конца глобализации. А вот что ожидает человечество завтра, учитывая конкретную ситуацию, складывающуюся на мировой арене, - этот вопрос актуален.

Учитывая весь комплекс противоречий, можно ожидать, что очередной виток глобализации в условиях безусловного господства капиталистического способа производства, будет отличаться следующими чертами:

- нарастанием противостояния центра и периферии, в том числе и в форме вооруженных конфликтов (горячими точками по-прежнему будут Ближний Восток, Центральная Азия, Кавказ); не исключено возникновение новых очагов военного противоборства, в частности, в Латинской Америке;

усилением социальных потрясений не только в странах третьего мира, но и в Западной Европе, а также в США;

поскольку Китай продолжит наращивать свою финансово-экономическую и военно-политическую мощь, добиваясь лидирующей позиции в мировом сообществе, то это неизбежно приведет к эскалации противостояния между ним и странами "золотого миллиарда" во главе с США;

нарастание напряжения в мире будет способствовать политике укрепления национальной безопасности, обеспечения суверенитета и территориальной целостности государств, т.е. тенденции диаметрально противоположной процессу глобализации.

Единственно существующую альтернативу точно сформулировал И.Братищев: "Рано или поздно человечеству придется признать, что мировое сообщество стоит перед необходимостью кардинальной и действительно глобальной "переоценки ценностей" и что западная модель производства и потребления должна быть "снята", заменена новой, а сам общественный прогресс должен обрести качественно иное измерение" (И.Братищев. ЭФГ N43-44. 2012. С. 4).

1.17.Устранение иррациональности современного мироустройства

Однако качественный скачок в организации мироустройства на путях строительства нового общества, а именно коммунизма, человечество может сделать, только устранив всю иррациональность существующего положения вещей на нашей планете. Бесспорно, несмотря на все многообразие проживающих в современном мире народов (этносов), мы можем благодаря глобализации смело говорить об их тесной взаимосвязи и взаимозависимости. И этот неоспоримый факт наряду с позитивными сторонами глобализации в то же время сопровождается такими негативными явлениями, совокупность которых позволяет утверждать, что мы все оказались живущими в каком-то иррациональном мире абсурда (если, конечно, за основу принять здравый смысл и высокие нравственные критерии).

Люди вообще, а тем более люди, все еще слабо организованные в планетарном масштабе и разъединенные государственными границами, различиями в идеологии, культуре и религиозных верованиях, не в состоянии сегодня влиять на ход закономерностей, определяющих течение исторических процессов. Современный мир абсурда родился вопреки Разуму и воле людей, несмотря на то, что в истории человечества было бесчисленное множество восстаний против рабства, крепостной зависимости, эксплуатации человека человеком, несмотря на то, что идеи справедливости и гуманизма проповедовали тысячи мудрецов.

Начну характеристику современного мира абсурда с констатации абсолютной бессмысленности того, что власть сегодня принадлежит людям, которые практически ничего не делают, кроме того, что пожинают плоды труда наемных работников, паразитируя на теле мирового сообщества. Причем, как это ни парадоксально, до сих пор многие из жителей земного шара убеждены в том, что именно такой способ производства является единственно возможным с точки зрения обеспечения жизнедеятельности общества и прогресса человечества. Причем такой точки зрения придерживаются не только люди необразованные, не сведущие в тонкостях общественных наук, многие гуманитарии со степенями.

Наемных тружеников денно и нощно эксплуатируют, выжимая из них прибыль, а они при этом еще и довольны тем, что их грабят. Разве это не противоречит здравому смыслу? Причем, повторяю, парадокс состоит в том, что очень мало людей осознает абсурдность происходящего. Большинство убеждено, что ежедневно совершающийся наглый и циничный грабеж - это в порядке вещей, что иначе вообще и быть не может. На ряде предприятий или в некоторых сферах деятельности, по инициативе профсоюзов, кое-где люди требуют повышения заработной платы, даже объявляют забастовки, но основная масс людей пассивна и довольствуется своим образом жизни.

В обществе с подачи министра экономики в правительстве Конрада Аденауэра (1949-1963 гг.) и его преемника на посту федерального канцлера (1963-1966 гг.) Людвига Эрхарда начал практиковаться воспетый социал-демократами принцип социального партнерства, оформленный законодательно как переговорный треугольник: предприниматели, профсоюзы, государственный аппарат в роли примирителя и арбитра. Это было сделано Л.Эрхардом для того, чтобы сохранить существующий прядок вещей, когда буржуи могут беспрепятственно наживаться за счет присвоения прибавочной стоимости, создаваемой трудом наемных работников. Л.Эрхард прекрасно понимал, что в условиях значительного влияния социалистических идей не обойтись без использования широких мер по социальной защите населения и без применения этатистской риторики. Но важным для Л.Эрхарда было сохранение хозяйственной свободы и финансовой стабильности. В этом состояла суть стратегии, получившей название "социальное рыночное хозяйство". Упор в нем делался на "рыночное", а отнюдь не на социальное обеспечение. Говоря простым языком, политика, именуемая как "социальное рыночное хозяйство", была и остается политикой беспардонного обмана трудящихся масс. Людям просто вешают лапшу на уши и они, разинув рот, верят демагогам. Абсурд системы эксплуатации Труда Капиталом, преподносимый как социальное партнерство, к сегодняшнему дню за пол столетия прочно вколочен СМИ в сознание людей.

Еще один абсурдный аспект современного мира касается войн и гонки вооружений. Они в истории никогда не прекращались, и человечество на протяжении тысячелетий было озабочено тем, как эффективнее уничтожать себе подобных, пренебрегая нравственным правилом "Не убий!". Однако к настоящему времени разрушительная сила новых видов оружия, скорость, точность и масштабы поражения намеченных целей настолько возросли, что все до сих пор созданные средства защиты от них не дают желаемого результата. Оружием нейтрализовать оружие сегодня практически невозможно.

Империализм США и его союзников по НАТО становится все наглее. После агрессии против Ирака и Афганистана западная демократия расправились с Ливией. Теперь на очереди Сирия и Иран. И ведь понятно, из-за чего ведутся войны - из-за нефти. Как цинично заявил в феврале 2012 года журналистам лауреат Нобелевской премии мира (!) господин Г.Киссинджер: "Мы как меткий стрелок, который подначивает слабака взять ствол. И как только он потянется к оружию - пиф-паф...

Надвигающаяся война будет настолько жестокой, что выиграть может лишь супердержава. А это мы, ребятки...

Контролируйте нефть - и вы будете контролировать страны; контролируйте еду - и вы будете контролировать людей...

Из пепла мы построим новое общество, останется лишь одна сверхдержава, победит мировое правительство. Не забывайте, что у Соединенных Штатов лучшее оружие, а у нас есть такие штучки, каких у других нет и в помине. И мы все это продемонстрируем, когда настанет время" ("Комсомольская правда". Балтия. 22-28 февраля 2012 года).

Приведу еще одно откровенное признание американского политика Чака Хейгела: "Люди говорят, будто мы не за нефть сражаемся. Конечно, за нее. О национальном интересе говорят. Что, черт побери, они имеют в виду? Мы там не из-за инжира" ("Комсомольская правда". Балтия. 16-22 января 2013 года).

Мир балансирует на острие лезвия новой всемирной бойни. По данным Стокгольмского Международного института исследования проблем мира, в 2009 году на нашей планете насчитывалось 23300 единиц ядерных вооружений, 8392 из которых размещены в готовности к запуску по тревоге в считанные минуты. Разве это не абсурд? И все это во имя получения баснословных барышей капиталистами, среди которых особенно безрассудными и циничными являются финансовые спекулянты! Достаточно сказать, что военный бюджет США - крупнейший в мире: в 2011 году (последние подтвержденные данные) США в общей сложности потратили на оборонные программы 718 миллиардов долларов (прямые расходы Пентагона составили 549,1 миллиарда). В 2011 году Соединенные Штаты потратили на военные нужды около 20% федерального бюджета: по размерам затрат на эти цели Вашингтон опережает 13 государств - мировых лидеров по размерам военных расходов, в том числе Китай и Россию - вместе взятых.

Трудно поверить в то, что в современном мире до сих пор существуют самые настоящие колонии. Однако факт их существования бесспорен. Поскольку это слово имеет негативный оттенок, то существующие в настоящее время колонии объединены понятием "зависимая территория". Только у одной Великобритании я насчитал 16 колоний, в их числе Фолклендские острова (в Аргентине их называют Мальвинскими), из-за которых в 1982 году разразилась война с Аргентиной. С начала XIX века (после получения независимости) Аргентина считала эти острова своими. Соединенное Королевство захватило у Аргентины эти острова в 1833 году и до сих пор силой удерживает свой контроль над ними. В ходе военных действий в 1982 году число убитых с обеих сторон составило почти 900 человек. По британским данным, в одном только сражении при Гуз-Грин было пленено около 1000 аргентинских военнослужащих. Международный комитет Красного Креста с мая по июль 1982 года зарегистрировал свыше 11000 пленных аргентинских военнослужащих.

И еще. Разве не противоречит здравому смыслу тот факт, что, по данным американского журнала "Forbes", в 2010 году в мире насчитывалось 1200 миллиардеров, суммарное состояние которых составляет 4,5 триллиона долларов США? Величина богатства миллиардера N 1 Карлоса Слима Элу в 2011 году составила 69 миллиардов долларов, миллиардера N 2 Билла Гейтса - 61 миллиард и миллиардера N 3 Уоррена Баффета - 44 миллиарда долларов.

В то же время эксперты Международной организации труда (МОТ) сообщают, что за годы нынешнего экономического кризиса число безработных в мире выросло на 28 миллионов. По прогнозу МОТ, в 2013 году число безработных в мире увеличится на 5,1 млн. человек, достигнув рекордного в истории показателя в 202 млн. человек. В 2014 году безработица вырастет еще на 3 млн., а к 2017 году общее число безработных в мире составит 210,6 млн. человек, достигнув показателя в 6% от всего экономически активного населения планеты, при этом численность безработных в возрасте до 24 лет составит около 75 миллионов (http://www.forbes.ru/news/233286-chislo-bezrabotnyh-v-mire-v-2013-godu-prevysit-200-mln-chelovek). Уровень безработицы по еврозоне превысил отметку в 12% (против 7,6% в 2007 году). В США же этот показатель уже четвертый год подряд колеблется в переделах 7-8%. А в России, как заявил глава Минэкономразвития А.Улюкаев на форуме в Сочи, безработица в 2014 году вырастет до 6% против 5% в 2013 году. Испания по-прежнему лидер по безработице - 26,6%. В Греции этот показатель составил 26,0%. Высокий уровень безработицы сохраняется в Португалии, Хорватии и Ирландии. Безработица среди молодежи в Европейском союзе в 2011 году составила - 21,4%; при этом в Испании - 46,4%. И самое печальное в этой мрачной статистике то, что в 2012 году свои анкеты из служб трудоустройства забрали 39 млн. человек, ибо они потеряли всякую надежду найти работу. В развитых странах (!) треть всех безработных не имеют постоянного занятия уже более года.

Таковы данные официальной статистики. Однако реальное положение дел с безработицей значительно хуже. Так, например, по данным Gallup, по итогам 2011 года безработица среди женщин в России составляла около 22%, а среди мужчин - 19%. При этом официальная безработица по данным российских служб занятости по итогам прошлого года составила 1,4% (в 14 раз меньше, чем по данным Gallup), а по подсчетам Росстата - 6,6% (почти в три раза меньше).

По сведениям той же Gallup, например, в США на самом деле безработица составляет 39% для мужчин и 30% - для женщин. По данным источника http://www.zerohedge.com, доля работающих в суммарных трудовых ресурсах США упала до нового 2-х летнего минимума - 64,1%. Численность трудовых ресурсов США в июне т.г. составила 153,4 млн. человек, а отношение количества работающих к суммарному населению упало до 58,2%,- самого низкого уровня за многие десятилетия.

Сейчас в мире 900 миллионов человек, которые хотя и имеют работу, но живут меньше, чем на два доллара в день, а половина из них тратят менее 1,25 доллара в день. На земном шаре один из трех работоспособных человек лишен работы или живет в нищете!

Впервые за многие десятилетия у людей потеряна вера в то, что уровень жизни для следующего поколения будет выше, чем сегодня. "Эта новая проблема особенно остро стоит в промышленно развитых странах, которые исторически являлись источником уверенности и смелых идей",- заявил управляющий директор Всемирного экономического форума Ли Хауэлл.

Итак, я привел только пять общеизвестных фактов умопомрачительного вселенского абсурда. На самом же деле их значительно больше.

Подведем итог.

На следующем витке глобализации должны быть решены следующие задачи, чтобы распрощаться навеки с миром абсурда, навязанного человечеству веками эксплуатации:

На Земле должны быть ликвидированы все формы эксплуатации человека человеком и установиться социализм.

Должна произойти политическая интеграция, возможно путем ликвидации государств.

Должны быть устранены причины для возникновения различного рода конфликтов, приводящих к вооруженным столкновениям.

Должны сформироваться универсальные нравственные нормы поведения, обычаи и традиции, основанные на принципах гуманизма.

Человечество на всех уровнях его структуры должно отладить механизм сбалансированного взаимоотношения с окружающей средой, не допуская ее деградации, предотвращая саму возможность возникновения экологической катастрофы.


Глава 2. Экономические кризисы глобального капитализма


"Эти огромные производительные силы, созданные и поддерживаемые физическим и интеллектуальным трудом мирового рабочего класса, подчинены иррациональным и деструктивным импульсам устаревшей капиталистической системы прибыли. Их надо освободить, чтобы человечество возобновило свое историческое движение вперед".

Ник Бимс

"Нельзя тушить пожар бензином".

Г.Костин

2.1.Краткая история экономических кризисов

Первый кризис перепроизводства разразился в 1825 году в Великобритании, которая в то время была ведущей промышленной страной мира. Первый общемировой экономический кризис произошел в 1847 году, охватив страны Европы, Северной и Южной Америки. За полтора года кризиса в Великобритании объем производства в текстильной промышленности сократился на 21%, в судостроении - на 26%. Выплавка чугуна во Франции уменьшилась на 13%, в США - на 20%, в Германии - на 25%. С тех пор человечество пережило еще 15 общемировых кризисов, в том числе в ХХ веке - 11. В их числе особенно глубоким и обширным был экономический кризис 1929-1933 годов. Он охватил весь капиталистический мир, все сферы экономики. В эти годы совокупный мировой объем промышленного производства сократился на 46%, внешнеторговый оборот уменьшился на 67%, а реальные доходы населения упали на 58%. Стоимость ценных бумаг на фондовых биржах снизилась на 60-75%. Только в США обанкротилось 109 тысяч фирм (Экономическая энциклопедия. т. 4, с. 502).

Во второй половине ХХ века произошло 6 общемировых экономических кризисов: в 1947-1948, 1957-1958, 1970-1971, 1974-1975, 1981-1982 и 1991-1993 годах. Из этой череды кризисов весьма острым и обширным был кризис 1974-1975 годов, сопровождавшийся мощной волной инфляции. Одной из особенностей кризиса 1974-1975 годов явилось его переплетение с глубокими структурными кризисами в энергетике, сырьевых отраслях, сельском хозяйстве, валютно-финансовой сфере.

В настоящее время мир переживает шестнадцатый по счету глобальный экономический кризис, начавшийся в 2007 году.

Помимо общемировых экономических кризисов на протяжении двух последних столетий на нашей планете произошли сотни локальных, структурных, промышленных, строительных, аграрных, валютных, финансовых кризисов.

В своей статье "Теория экономических циклов и глобальный финансовый кризис" (iee.org.ua/ru/publication/146/) В.Кузьменко утверждает, что "глобальная мировая экономическая система имеет нелинейный, циклический или волновой характер своего развития, который в течение ХХ века определила наука. Ее динамику задает периодичность различных по структуре и продолжительности колебаний, образующих циклические процессы, совокупность которых может объяснить сложную структуру глобальной как временной, так и пространственной динамики мировой экономической системы в целом. Цикличность как oбьективнaя зaкономерность эконoмического развития по свoему содержанию многограннa. Если в оснoвy критeрия клaссификaции положить длительность, то онa, прежде всего, будeт включать следующие шесть видов циклов:

1. Аграрные сверхмалые циклы сроком до 1 года - сезонные краткосрочные колебания в сельском хозяйстве;

2. Финансово-экономические мaлые циклы срoком 3-5 лет (в среднем 4 года) - краткосрочные колебaния финансово-деловой aктивности;

3. Промышленные (деловые) средние циклы сроком 7-11 лет (в среднем 9 лет) - срeднесрочные колебания, связанные с возобновлением активной части основного капитала в промышленности;

4. Строительные средние циклы сроком 16-20 лет (в среднем 18 лет) - срeднесрочные колебания, связанные с возобновлением пассивной части основного капитала, прежде всего жилья;

5. Большие циклы конъюнктуры сроком 50-60 лет (в среднем 54-55 лет) - долгосрочные "длинные волны" изменения технологических укладов (ТУ);

6. Сверхбольшие вековые циклы - долгосрочные колебания сроком 100-120 лет (в среднем 108-112 лет), нaпример, вековые циклы изменения экономического и политического лидерства".

Вышеприведенная классификация циклов по признаку их длительности, несмотря на кажущуюся стройность, не обоснована (кроме ссылок на авторитеты, солнечные циклы, геолого-космические затемненно-перигелиевые циклы, а также даты рождения великих людей), имеет искусственный характер и не подтверждена статистикой. Однако в чем В.Кузьменко, безусловно, прав, так это в том, что наряду с экономическим циклами, существуют еще и циклы сезонные (в аграрном секторе, торфяной промышленности, рыболовстве и т.д.), строительные и промышленные. В данной работе мною будут рассматриваться только экономические циклы, имеющие к тому же глобальный характер. Следует признать правоту В.Кузьменко и в том, что "...различные циклы нaклaдываются один нa другой, между ними возникает эффект синхронизации, yсложняется их диффeрeнциaция, особенно, при синхронизации кризисных их фаз, когда негативные последствия кризиса возрастают до катастрофических размеров. Это произошло во времена Великой депрессии 1929-1939 гг., накопленные противоречия которой привели ко второй мировой войне...". Аналогичное явление было характерно также для глобального кризиса 1974-1975 гг.

Следует также отметить, что анализ более чем 300 кризисов в 80 странах, начиная с 1973 года, выполненный специалистами ООН, показал, что ущерб, наносимый ими, огромен, особенно для социальной сферы. Рост объема производства достигал предкризисного уровня в среднем за один год. Однако рост реальной заработной платы достигал прежнего уровня только через четыре года, а занятости - через пять лет. Распределение доходов ухудшалось в среднем на протяжении трех лет, достигая предкризисного уровня лишь к пятому году (Доклад ПРООН за 1999 год, с. 40).

Конечно, можно, как Й.Шумпетер, называть кризисы "взрывами созидательного разрушения", ибо, как в народе говорят, нет худа без добра. Буржуазные экономисты привыкли считать их естественным проявлением цикличности рыночной экономики. Австрийский экономист Г.Хюльсман, как и его соотечественник, утверждает, что во время кризиса проявляются силы "творческого разрушения": слабые бизнесы банкротятся, цены корректируются до нормальных уровней, долги выплачиваются, очищая балансы предприятий и домохозяйств. Задача государства и регуляторов - не мешать этой Великой коррекции, которая все равно сделает свое дело. Однако цинизм господина Г.Хюльсмана очевиден для каждого здравомыслящего человека: coциальные бедствия, которые сопровождают экономические кризисы, вряд ли равноценны эффекту, достигаемому благодаря банкротству фирм, тонущих в силу своей неконкурентоспособности и неспособности противостоять стихии рынка, и тем самым расчищающих площадку для расширенного воспроизводства Капитала.

Кризис в 1997-1999 годов в Восточной Азии, охвативший Индонезию, Республику Корею, Малайзию, Филиппины, Таиланд, явился уже типичным современным локальным кризисом рынка капитала. Как выразился Д.Сорос, "Одним из ранних звоночков стал финансовый кризис в Азии в 1997-1998 годах. Такие страны, как Таиланд и Южная Корея, следуя советам Америки и поддавшись ее нажиму, в начале 1990-х либерализовали свои рынки капитала. В их экономику широкими потоками потекли "горячие деньги", породив спекулятивный пузырь. Затем, едва запахло проблемами, деньги столь же стремительно были выведены" (http://wap.liberal.borda.ru/?1-2-0-00000073-000-0-0-1263533759)

Эксперты ООН, анализировавшие его природу, пришли к следующим выводам: "Во-первых, финансовая нестабильность является неотъемлемой чертой современных глобально интегрированных финансовых рынков. Восточноазиатский кризис - это не единичное явление, а симптом общей слабости глобальных рынков капитала. Последние исследования ЮНКТАД показывают, что увеличение частоты финансовых кризисов происходит одновременно с ростом международных потоков капитала в 90-х годах. Потоки могут быть нестабильными, поскольку они движимы "стадным" рефлексом и поскольку у инвесторов во всем мире отсутствует адекватная информация, вследствие чего доверие инвесторов и рейтинг риска могут за сутки резко изменяться. Новые технологии позволяют связать глобальные финансовые рынки в режиме реального времени и дают возможность принимать мгновенные решения по всему миру. Рынки также становятся все более сложными с появлением бесконечного множества новых финансовых инструментов - от производных ценных бумаг до "хедж-фондов". В теории эти инструменты вводились с целью снижения риска путем диверсификации. На практике они стали одним из факторов нестабильности рынков капитала в настоящее время.

Центральным элементом финансового кризиса в Восточной Азии был массированный приток краткосрочного капитала, за которым последовал неожиданный отток. Быстрый прирост капитала в 90-х годах произошел вслед за отменой контроля над движением капитала и пересмотром финансовой политики. Чистый приток финансовых средств в Индонезию, Корею, Малайзию, Филиппины и Таиланд составил в 1996 году 93 миллиарда долларов США. В 1997 году, когда на финансовых рынках появились признаки нестабильности, начался отток капитала, который через несколько недель превысил приток на 12 миллиардов долларов США, то есть изменился на 105 миллиардов долларов США, или 11% докризисного ВВП пяти стран.

Во-вторых, при открытии рынка для краткосрочного (часто спекулятивного) капитала требуется крайняя осторожность, особенно в ситуации, когда финансовые учреждения еще недостаточно хорошо развиты. Экономисты все сильнее сомневаются в пользе потоков краткосрочного капитала. Они не обладают таким же потенциалом, как долгосрочные инвестиции в плане содействия развитию. Они могут привести к катастрофе, создавая макроэкономические дисбалансы, завышая стоимость валюты, снижая международную конкурентоспособность и серьезно дестабилизируя внутренние банковские системы" (Доклад ПРООН за 1999 год, с. 40).

Читатель, наверняка, обратил внимание на следующий чрезвычайно важный вывод, сделанный экспертами ООН о психологии поведения спекулянтов, как одной из важных причин, порождающих кризис: "Потоки могут быть нестабильными, поскольку они движимы "стадным" рефлексом и поскольку у инвесторов во всем мире отсутствует адекватная информация, вследствие чего доверие инвесторов и рейтинг риска могут за сутки резко изменяться".

2.2.Новый тип глобальных экономических кризисов

Нынешний глобальный экономический кризис существенно отличается от предыдущих. Он оказался не только гораздо глубже и суровее всех предыдущих и может быть сопоставим по своим масштабам только с Великим кризисом 1930-х годов, но главное в том, что мы имеем дело с новым типом глобального кризиса.

В основе экономических кризисов последних десятилетий лежит не кризис перепроизводства товаров, а динамика фиктивного (иллюзорного, как говорил К.Маркс) капитала. Последний еще в XIX веке был порожден реальным капиталом, задействованным в производстве, но в силу спекулятивных операций все больше самовозрастал, создавая различного рода пузыри, которые периодически лопались. Связь между реальным сектором экономики и движением фиктивного капитала, конечно же, существует, но эта связь, если так можно выразиться, "рикошетная".

Как точно выразился журналист Иван Ткачев в статье "Кризис поставил крест на классической теории экономики" (http://top.rbc.ru/economics/06/02/2012/636381.shtml), текущий кризис "...переломил хребет экономической парадигме, господствовавшей в умах ученых и политиков все последние десятилетия<...>Правда, пока лишь немногие решаются заявить, что вместе с "пузырем" американских финансов лопнула и экономическая теория, которая не смогла заметить приближающуюся катастрофу, а теперь не может предложить действенных рецептов по выходу из кризиса<...>Идеализированные эконометрические модели, за которые выдавались Нобелевские премии, как выяснилось, слишком сильно расходились с экономической и финансовой реальностью, которая драматически усложнилась в последние пару десятилетий. Чего стоят хотя бы финансовые "инновации" - многочисленные производные инструменты (облигации CDO, кредитно-дефолтные свопы CDS и т.п.), взрывное распространение которых сыграло значительную роль в углублении кризиса.

Экономический мейнстрим благословил эти экзотические инструменты, как если бы это были технологические инновации, которые улучшают жизнь людей. Экономисты вслед за инвесторами заявляли, что эти инновации диверсифицируют риск, равномерно распределяя его по финансовой системе и укрепляя ее устойчивость и безопасность. Однако теоретики не учли драматический разрыв, который произошел между реальной экономикой и финансовым сектором в новейшее время". И надо отдать должное - И. Ткачев схватил за хвост жар-птицу.

Нынешний кризис - это в первую очередь кризис глобального фиктивного капитала, заставивший ради спасения капиталистической экономики пустить в ход ресурсы государственных бюджетов и включить на полную мощь печатные станки ФРС и девизных банков.

Давайте сопоставим механизмы зарождения и течение традиционных экономических кризисов перепроизводства, имевших место на первоначальной стадии существования капитализма, с новым типом экономических кризисов, вызванных, главным образом, функционированием фиктивного капитала уже во второй половине ХХ века. Это сделать крайне необходимо, имея в виду разнобой в понимании природы современных экономических кризисов, который царит среди экономистов. В первую очередь это касается терминологии. В СМИ и экономической литературе нынешний кризис, как правило, именуют финансово-экономическим. Спрашивается, с каких это пор финансы не являются составной частью экономики? Некоторые авторы добавляют еще слово "социальный" как будто безработица, инфляция, снижение заработной платы, замораживание пенсий, сокращение социальных пособий, уменьшение финансирования здравоохранения, социального попечительства и просвещения, сопровождающие кризис, не являются экономическими явлениями. Если уже говорить о важнейших показателях, характеризующих экономический кризис, то я бы на первое место поставил уровень безработицы, ибо у нее есть много граней (не только социальная, но и характеризующих загруженность производственных мощностей, а также определяющих объем платежеспособного спроса на товары и услуги).

Согласно теории К.Маркса, процессы производства и обмена товарами при капитализме внутренне противоречивы. Обособленные товаропроизводители работают абсолютно независимо от других, на свой страх и риск, не зная, сколько их товара будет куплено, по какой цене они будут проданы и будут ли они куплены вообще. Стихийная рыночная система таит в себе возможность, как обогащения, так и разорения. Это противоречие капиталистического производства разрешается в процессе реального обмена товаров на рынке. Признал рынок произведенные капиталистом продукты общественно-необходимыми (акт купли-продажи совершился успешно) - товарное воспроизводство данного капиталиста работает нормально. Не признал рынок какую-то часть из произведенных товаров необходимыми - продукт остается нереализованным. Цепочка Т-Д-Т прерывается (с точки зрения движения стоимости, баланс может быть сведён только в том случае, когда все произведённые товары проданы и оплачены). Таким образом, если произведенный товар остался нереализованным, воспроизводство капитала, вложенного в производство данного товара, остается незавершенным.

Таким образом, в капиталистической рыночной экономике пропорциональность, сбалансированность устанавливаются не непосредственно, а только "задним числом", в результате стихийного столкновения товаров и денежной массы на рынке.

Каким образом этот процесс протекает?

Процесс воспроизводства всего общественного капитала в условиях капиталистического способа производства носит циклический характер. Основой этой цикличности, является периодический характер обновления основного капитала. Появление и применение технических и технологических нововведений, увеличивающих эффективность основного капитала, заставляет конкурирующих капиталистов также применять в широких масштабах аналогичные технологии, а также осуществлять организационные мероприятия, приводя к массовому обновлению основного капитала и общему росту деловой конъюнктуры. Начавшись в какой-либо одной отрасли, эти волны обновления основного капитала, благодаря эффекту мультипликатора, распространяются на многие отрасли экономики. Неизбежное исчерпание этого процесса сокращает спрос на средства производства и приводит к общему снижению конъюнктуры.

Значительную массу капитала, новообразованного в процессе его накопления, невозможно уже применять с прежней средней прибылью, так как 1) выросло органическое строение капитала, 2) спрос на новые средства производства не может долгое время удерживаться на уровне, характерном для периода массового обновления основного капитала. Но этот факт проявляется для промышленных капиталистов не сразу. Поначалу заминки с реализацией начинают ощущать торговые капиталисты - именно у них начинают залеживаться нереализованные товары. Промышленные капиталисты пребывают в спокойствии - ведь они-то уже продали свой товар торговым капиталистам, а потому могут обратить вырученные деньги в добавочный капитал, что они и делают, продолжая расширять производство, привлекая новых рабочих.

Таким образом, сначала развивается кризис сбыта. Торговые капиталисты, будучи не в силах реализовать свой товар, снижают цену, чтобы продать хоть что-нибудь, а нехватку денег для платежей по собственным обязательствам пытаются покрыть за счет привлечения ссудного капитала сверх обычного уровня, беря займы в надежде на временный характер затруднений. Повышенный спрос на ссудный капитал и более рискованные условия предоставления кредитов ведут к росту ставки процента.

На следующей стадии воспроизводственного процесса уже промышленный капитал сталкивается с трудностями в реализации произведенного товарного капитала. Торговые капиталисты не в состоянии купить его в прежних размерах - ведь они не смогли полностью реализовать и ранее сделанные закупки. Кроме того, раз цена конечной реализации упала, они также предлагают приобрести товары у производителей по сниженным ценам. А ведь промышленный капитал уже успел расширить производство. Следствием является то, что значительная часть товаров не реализуется, а та, что реализуются, продается дешевле, чем раньше. Начинается кризис перепроизводства. Денежная выручка падает, и промышленные капиталисты, в свою очередь, вынуждены обращаться к банкам за получением кредита, чтобы расплатиться по своим обязательствам. Ставка ссудного процента взлетает еще выше, а общая норма прибыли падает. Разорившиеся торговые и промышленные капиталисты оказываются не в состоянии вернуть взятые кредиты. Поэтому ряд банков (особенно те, которые проводили рискованную кредитную политику) также оказывается в затруднительном положении и разоряются. Начинается банковский кризис. Банкротство банков приводит к панике среди вкладчиков - они начинают спешно изымать свои вклады из банков, ставя тех в еще более затруднительное положение.

Таким образом, поскольку конкуренция вынуждает капиталистов беспрерывно наращивать объём производства, и каждый капиталист стремится максимизировать прибыль, расширение производства в нерегулируемой рыночной системе неизбежно сталкивается с ограниченным размером спроса, ибо естественное стремление капиталистов минимизировать величину переменного капитала создает дисбаланс между суммой зарплат (которая тратится преимущественно на потребление) и суммарной стоимостью потребительских товаров. Для разрешения этого противоречия предпринимаются специальные меры. Чтобы расширить рамки ограниченного спроса: применяются всевозможные формы кредита, скидок, бонусов и т.п. Следствием несбалансированности объемов производства и совокупной суммы платежеспособного спроса является нарушение равновесия между ними и последующий резкий спад товарного производства, цепные банкротства и массовая безработица, т.е. экономический кризис. Словом, кризис возникает в результате того, что общую сумму нереализованного капитала формирует разрыв между общей стоимостью товаров и общей суммой зарплат, затрат на восстановление (расширение) производства и личного потребления капиталистов. Возникает разрыв платёжного баланса, спрос начинает снижаться, приводя к снижению объемов производства товаров.

Причем еще раз следует обратить внимание на то обстоятельство, что в представлении капиталистов дело принимает форму нехватки денежных средств. Предпринимаются отчаянные попытки увеличить денежную массу за счет кредитов, которая лишь восстанавливает размер капитала для продолжения производства, но никоим образом не увеличивает совокупный спрос. Кризис переходит в фазу депрессии, которая продолжается до тех пор, пока не будет распродан (или физически не уничтожен) "избыток" товаров.

Причем на стадии депрессии возникает явление перенакопления производительного капитала, выражающееся в растущей недогрузке производственных мощностей.

Кроме того, вместе с сокращением длительности цикла обновления основного капитала постепенно сокращается и длительность делового цикла. Если во времена Маркса кризисы наступали с периодичностью примерно в 10-12 лет, то сейчас промежуток между циклами сократился до 7-8 лет.

"Банкротства достигли страшных масштабов. Каждый спрашивает себя, что его ждёт в будущем. Множество состояний исчезло, множество уменьшилось наполовину, множество семей, прежде зажиточных, сейчас находится в крайней нужде, множество рабочих сидит без работы". Эта цитата не из современных свежих новостей, а приведённая К.Марксом выдержка из миланской газеты Opinione, описывающая кризис, охвативший Европу и Северную Америку в 1857 году.

Для полноты картины восприятия общественным сознанием экономических кризисов до наступления эпохи глобализации приведу еще одну выдержку из книги М.Ротбарда "Экономические депрессии: их причины и методы лечения" (М.: Челябинск: Социум, 2002. с.150): "В былые времена мы страдали от периодических экономических кризисов, внезапное начало которых называлось "паникой", а затяжной период после паники назывался "депрессией".

Самой известной депрессией нового времени является, конечно же, та, что началась в 1929 году с типичной финансовой паники и продолжалась вплоть до начала Второй мировой войны. После катастрофы 1929 года экономисты и политики решили, что это больше никогда не должно повториться. Чтобы успешно и без особых хлопот справиться с этой задачей, понадобилось всего лишь исключить из употребления само слово "депрессия". С того момента Америке больше не пришлось испытывать депрессий. Ибо когда в 1937--1938 годах наступила очередная жестокая депрессия, экономисты попросту отказались использовать это жуткое название и ввели новое более благозвучное понятие -- рецессия. С тех пор мы пережили уже немало рецессий, но при этом ни одной депрессии.

Впрочем, довольно скоро слово "рецессия" тоже оказалось довольно резким для утонченных чувств американской публики. Судя по всему, последняя рецессия была у нас в 1957--1958 годах. С того же времени у нас случались "спады", или даже лучше "замедления", а то и "отклонения".

2.3.Трансформация финансового капитала. Фиктивный капитал.

Во второй половине ХХ века механизм возникновения экономических кризисов стал кардинально меняться. Случайно это или нет, но глобализация по времени совпала с превращением финансового капитала в определяющий фактор, порождающий экономические кризисы. Вероятно, эти два процесса взаимосвязаны. Глобализация открыла дорогу капиталу, сняв существовавшие запреты, а внедрение новейших инфотехнологий способствовал молниеносному перемещению капитала, резкому возрастанию объема спекулятивных сделок. В свою очередь стихийное движение капитала, оторванного от реального производства, и изобретение все новых и новых форм фиктивного капитала повысили коэффициент неустойчивости капиталистического глобального рынка.

Подробно о природе финансового капитала я пишу в 7-ой главе, однако здесь уместно отметить некоторые аспекты, которые имеют прямое отношение к современным экономическим кризисам.

Обратимся к произведению А.Бузгалина и А.Колганова "Пределы капитала: методология и онтология. Реактуализация классической философии и политической экономии (избранные тексты)" (Москва, 2009 г.), в котором они в параграфе 3.7. "Экономические кризисы: марксистская теория и практика первого мирового кризиса XXI века" излагают свою версию этого глобального явления. Начали они этот параграф с характерной фразы: ""Капитал" как таковой за эти полтора столетия существенно устарел. И это подтверждение правоты марксизма: наша методология и теория всегда требовала саморазвития и самокритики в соответствии с развитием самой жизнью. В ситуации с нынешним кризисом все это вполне подтверждается" (цит. изд. с.461). Своей выдающейся заслугой тандем считает, во-первых, ничем не обоснованный вывод о существенном изменении системы экономических отношений капитализма, который даже нет смысла комментировать настолько он абсурдный и противоречащей диалектике, и, во-вторых, "открытие" того, что финансовый капитал в последние десятилетия стал превращаться в относительно самостоятельный и самодостаточный, с собственной динамикой развития.

Тем умникам, которые пропагандируют реактулизацию марксизма, хочу напомнить то, что К. Маркс писал почти полтора века тому назад.

"В отношении процента следует рассмотреть две стороны дела.

Во-первых, разделение прибыли на процент и прибыль. (Как единство того и другого англичане называют прибыль gross profit.) Различие становится ощутимым, осязательным, когда класс денежных капиталистов противостоит классу промышленных капиталистов. Во-вторых, сам капитал становится товаром, или товар (деньги) продается в качестве капитала. Так, например, говорят, что капитал, подобно всем другим товарам, сообразует свою цену со спросом и предложением. Спрос и предложение определяют, следовательно, ставку процента. Стало быть, здесь капитал как таковой вступает в обращение.

Денежные капиталисты и промышленные капиталисты могут образовать два отдельных класса только потому, что прибыль способна расщепиться на две отрасли дохода. Два сорта капиталистов выражают собой лишь самый факт; но должно быть налицо распадение, расщепление прибыли на две особых формы дохода, для того чтобы на этой почве могли вырасти два особых класса капиталистов<...>Но в буржуазной экономике процент определяется прибылью и есть лишь часть ее. Таким образом, прибыль должна быть настолько велика, чтобы часть ее могла обособиться в виде процента<...>Формой реализованного капитала, как и реализованной им прибавочной стоимости, являются деньги. Прибыль (а не только процент) выражается, таким образом, в деньгах, ибо в них стоимость реализуется и измеряется.

Необходимость денежных платежей - а не только денег для покупки товаров и т. д. - развивается повсюду, где имеются меновые отношения и денежное обращение. Вовсе не обязательно, чтобы обмен был одновременным. При наличии денег имеется возможность, что одна сторона отпускает свой товар, а другая производит платеж лишь позже. Потребность в деньгах для этой цели (в дальнейшем приводящая к развитию займов и учета векселей) - один из главных исторических источников процента (К.Маркс и Ф.Энгельс т.46 часть II. С.213-214)

Конечно, К.Маркс не мог предсказать появление абсолютно всех новых форм финансового капитала в XX и XXI веках. Однако происхождение фиктивного капитала, как мы в этом смогли убедиться, он сформулировал с предельной точностью.

В его основе лежит по существу спекулятивная деятельность субъектов экономики различных уровней, оторванная от функционирования реального капитала. Именно отмеченное К.Марксом обстоятельство, что капитал становится товаром в денежной форме, и создает возможность спекулятивных сделок с ним на биржах всей планеты.

Даже государства занимаются спекуляцией, покрывая свои возрастающие расходы, пуская в ход печатный станок, вбрасывая в денежный оборот бумажные знаки в качестве денег. Как показала история ХХ века, особенно в период Первой мировой войны, результатом подобной спекулятивной деятельности государств явилась гиперинфляция со всеми вытекающими отрицательными последствиями, особенно для трудящихся масс. Сегодня подобную спекулятивную практику демонстрирует ФРС США и Центробанк еврозоны.

Товаром становятся и самые различные ценные бумаги (акции, ваучеры, различные виды деривативов) являющиеся различными формами финансового капитала, которые наряду с деньгами (в качестве товара) имеют определенную рыночную цену, а не являются какими-то фантомами. Все эти инструменты современной рыночной экономики являются объектом финансовых спекуляций на фондовых или валютных биржах. Итогом же всех этих финансовых спекуляций являются т.н. "горячие деньги". Они в случае удачных сделок могут быть более рентабельными, чем инвестирование в материальные активы, принося огромные доходы, если основной тренд определен спекулянтом правильно (пример тому - известные спекуляции Д.Сороса).

Итак, со становлением капиталистического способа производства произошло выделение финансовой составляющей экономики в самостоятельную сферу деятельности со специфическими закономерностями, инструментами, технологиями и ресурсами, подчас слабо связанную с реальной экономикой. Например, один из способов получения т.н. учредительской прибыли заключается в разводнении капитала (выпуск акций на сумму, значительно превышающую капитал, реально вложенный в предприятие). Всё это породило, в частности, феномен, когда деятельность финансовых институтов - фондового, валютного и кредитного рынков - может создавать угрозы разного масштаба от локального до глобального в виде финансовых кризисов. Происходит надувание финансовых "пузырей", состоящих из фиктивных финансовых ресурсов, подобных фальшивым денежным средствам, не имеющим под собой никакого реального обеспечения. Темпы роста спекулятивных сделок с фиктивным капиталом в последние десятилетия значительно опережают темпы роста материального производства.

Паразитизм финансового капитала особенно проявляется в облигациях государственных займов, когда государство непроизводительно растрачивает привлечённые средства. Эта особая форма финансового капитала не может считаться реальным капиталом, ибо она не является самовоспроизводящейся собственностью, а проценты по облигациям государственных займов выплачиваются в основном за счёт налогов (см. Маркс К., Капитал, т. 3, гл. 29, с.513). К.Маркс вполне определенно называет его фиктивным капиталом ("...капитал государственного долга остаётся чисто фиктивным, и с того момента, как долговые свидетельства перестали бы находить себе покупателей, исчезла бы даже видимость этого капитала"). Далее К. Маркс разъясняет, почему движение государственных долговых обязательств или акций, котируемых на биржах, является иллюзорным движением капитала. Он писал: "Самостоятельное движение стоимости этих титулов собственности - не только государственных ценных бумаг, но и акций - поддерживает иллюзию, будто они образуют действительный капитал наряду с тем капиталом или с тем притязанием, титулами которых они, может быть, являются<...>Поскольку обесценение или повышение стоимости этих бумаг не зависит от движения стоимости действительного капитала, который они представляют, богатство нации после такого обесценения или повышения стоимости остаётся таким же, каким оно было до него" (там же, с.515, 517).

К.Маркс на с.519 цитируемого издания называет фиктивный капитал иллюзорным, номинальным денежным капиталом ("В действительности все эти бумаги суть не что иное, как накопленные притязания, юридические титулы на будущее производство, денежная или капитальная стоимость которых либо вовсе не представляет никакого капитала, как в случае государственных долгов, либо регулируется независимо от стоимости действительного капитала, который они представляют").

Таким регулятором становится рынок со своими закономерностями. К.Маркс писал, что инструменты фиктивного капитала "...их рыночная стоимость получает отличное от их номинальной стоимости определение, не связанное с изменением стоимости действительного капитала (хотя и связанное с увеличением этой стоимости)<...>Рыночная стоимость этих бумаг отчасти спекулятивна, так как она определяется не только действительным доходом, но и ожидаемым, заранее исчисленным" (цит. изд.с.519). Комментируя динамику сделок с фиктивным капиталом, К.Маркс писал: "...во время затруднений на денежном рынке эти ценные бумаги падают в цене в силу двоякого рода причин: во-первых, потому что повышается процентная ставка, и, во-вторых, потому что их массами выбрасывают на рынок с целью реализовать в деньгах. Это падение цен имеет место и в том случае, когда доход, обеспечиваемый этими бумагами их владельцу, остаётся постоянным, как у держателей государственных ценных бумаг, и в том случае, когда возрастание действительного капитала, представляемого ценными бумагами, будет затронуто нарушениями процесса воспроизводства, -- как это бывает с промышленными предприятиями. В последнем случае к вышеупомянутому обесценению присоединяется только ещё новое. После того как буря миновала, курс ценных бумаг снова достигает своего прежнего уровня, если они не представляют предприятий, потерпевших крах или дутых. Их обесценение во время кризиса действует как мощное средство централизации денежного имущества<...>бо?льшая часть банкирского капитала совершенно фиктивна и состоит из долговых требований (векселей), государственных бумаг (представляющих прошлый капитал) и акций (свидетельств на получение будущего дохода). При этом не следует забывать, что денежная стоимость того капитала, который представлен этими бумагами, находящимися в сейфах банкиров, является совершенно фиктивной даже в том случае, если они суть свидетельства на обеспеченный доход (как государственные бумаги) или служат титулом собственности на действительный капитал (как акции), и что денежная стоимость эта регулируется независимо от стоимости действительного капитала, который упомянутые бумаги, по крайней мере отчасти, представляют; если же они представляют не капитал, а простое требование на доходы, то требование на один и тот же доход выражается в постоянно изменяющемся фиктивном денежном капитале. Сюда присоединяется ещё то обстоятельство, что этот фиктивный капитал банкира представляет большей частью не собственный его капитал, а капитал публики, которая вкладывает его в банк под проценты или без них" (там же).

И как бы заглядывая в начало третьего тысячелетия, К. Маркс предсказал динамику фиктивного капитала или, как он удачно выразился, "тарабарщину денежного рынка": "С развитием капитала, приносящего проценты, и кредитной системы всякий капитал представляется удвоенным, а в некоторых случаях даже утроенным вследствие разных способов, благодаря которым один и тот же капитал или даже одно и то же долговое требование появляется под различными формами в различных руках. Бо?льшая часть этого "денежного капитала" совершенно фиктивна. Все вклады, за исключением резервного фонда, представляют не что иное, как долговые обязательства банкира, и никогда не существуют в наличности. Поскольку они служат для жирооборота, они функционируют как капитал для банкиров, после того как эти последние отдадут их в ссуду. Банкиры расплачиваются друг с другом свидетельствами на несуществующие вклады, взаимно списывая со счетов эти долговые требования" (цит. изд., с.521).

Анализируя нынешний глобальный экономический кризис, А.Бузгалин и А.Колганов снова повторяют миф о переходе в эпоху "общества знаний" (а почему не в общество, например, автомобилей или мобильных телефонов?) вместо исследования процессов, реально протекающих в современной капиталистической системе. Рассуждения тандема о механизме возникновения современного кризиса носят умозрительный характер, не подкрепленный статистической информацией. Да и с точки зрения экономической теории их доводы о природе кризиса представляются весьма неубедительными. Так, они относят производство в ВПК к т.н. "превратному сектору", чрезмерное развитие которого, по их мнению, и явилось непосредственной причиной современного кризиса. К этому сектору со странным названием они решили по непонятной причине отнести услуги в сфере досуга и посредническую деятельность оптового звена сферы обращения. Неужели наши "марксисты" не знают той элементарной истины, что потребление в обществе складывается не только из потребления материальных благ, но также из услуг для населения, и что оно включает в себя все формы коллективного и общественного (государственного) потребления, в котором средства ведения войн и полицейских операций составляют все возрастающую долю? Неужели они думают, что перепродажа товара является "превратной" деятельностью? И опираясь на столь действительно превратное представление о реальной экономике, они утверждают, что в этих ее секторах создается "ложная социальная стоимость". Разве капиталисты, вкладывающие свой капитал в производство оружия, развлекательных шоу или являясь оптовыми торговцами-посредниками между промышленными предприятиями и розничной торговлей, получают не настоящую прибыль, а "социально ложную"? Неужели тандем думает, что порождая странные термины (например, мутантный социализм), они актуализируют марксизм?

В конце своего "фундаментального" исследования механизма возникновения нынешнего глобального кризиса они отождествили "перенакопленный капитал" превратного сектора с фиктивным капиталом, порожденный спекуляцией. И остается неясным, в чем же заключается взаимосвязь между ВПК, оказанием населению услуг и спекулятивным фиктивным капиталом, который действительно послужил спусковым механизмом кризиса, начавшегося в США в 2007 году в сфере продажи недвижимости? И здесь тандем вдруг вспомнил, что о фиктивном капитале писал когда-то К.Маркс. Причем трактовка ими сущности этого феномена капиталистической экономики настолько невразумительна, что нет смысла тратить времени на разбирательство их умозаключений, которые венчает следующий умопомрачительный вывод: "Прошедшие после написания "Капитала" эпохи существенно изменили (спрашивается, в чем заключается это изменение? - ВП) фиктивный капитал. Он стал основной формой финансового капитала, который превратился в господствующий вид капитала в прошлом и особенно нынешнем веках" (цит. изд. с.483). Итогом их откровений явилось рождение нового термина, позаимствованного, видимо, тандемом также у западных социологов, а именно "казино-капитализм", субъектами которого являются "Homo finansus". И совершенно умопомрачительным является следующий вывод тандема, свидетельствующий о том, что он совершенно не понимает анализа сущности фиктивного капитала, сделанного К.Марксом. Познание природы этого фиктивного капитала, утверждает тандем, "...представляет собой принципиально неразрешимую задачу" (там же). Таким образом, "критические марксисты" расписались в своей беспомощности понять природу этого, как они выражаются, "черного ящика", или современного капитализма, который, по их мнению, изо всех сил стремится превратиться в фантастическое "общество знаний".

Теперь мы вкратце рассмотрим подлинную историю развития инструментов фиктивного капитала (подробнее о финансовом капитале см. в главе 7 "Сущность и воспроизводство финансового капитала").

Начнем с вполне очевидной истины. Все увеличивающийся масштаб производства неотвратимо ведет к изменениям в финансовой структуре капиталистического хозяйства. Это означает, что капитал, необходимый в каждый данный момент для того, чтобы привести в движение процесс накопления -- первоначальное количество капитала -- намного перерастает возможности отдельных капиталистов. Этот капитал должен быть собран из наличных ресурсов, имеющихся в обществе в целом. Такое становится возможным благодаря двум главным направлением деятельности финансовой сферы: росту кредитной и банковской системы, а также созданию акционерных компаний (что касается акционерного капитала, то он будет рассмотрен в главе 4-ой "Акционерные общества").

В обмен за предоставление капитала на расширение производства товаров или услуг, банк получает, в форме процентов, часть прибавочной стоимости, извлеченной путем эксплуатации рабочего класса. Соглашение с банком о получении денег в долг или на выпуск какой-то фирмой облигаций предоставляет кредитору право на получение постоянных процентов. Иначе говоря, держатель облигации или бонда владеет правом на доход. С развитием кредита мы наблюдаем возникновение новых финансовых рынков, на которых торгуются права на доходы, бонды и акции. Поскольку цены на эти финансовые бумаги на фондовых биржах поднимаются и падают, растут возможности сорвать куш на их купле и продаже. Как говорил в своих лекциях Ник Бимс, национальный секретарь австралийской Партии Социалистического Равенства (Socialist Equality Party) и член международной редакционной коллегии Мирового Социалистического Веб Сайта (http://www.wsws.org/ru/2009/mai2009/cri2-m09.shtml), "...в мире финансов, или фиктивного капитала, можно получить огромные прибыли путем купли и продажи финансовых активов. Это мир магических возможностей, мир иллюзий, здесь можно делать деньги попросту манипулируя деньгами. Деньги, через выплату процентов, накопляются как бы естественным путем, просто из процесса своего существования. Деньги рождают деньги, как сама природа дает жизнь растениям и животным".

Далее Н Бимса пишет: "Множество подсчетов демонстрируют огромный рост финансовой системы в течение последних тридцати лет. Один из важнейших показателей -- это масштаб долгов.

В 1981 году кредитный рынок США оценивался в 168% от ВВП. К 2007 году он вырос до 350%. В 1980 году совокупная стоимость финансовых активов превышала объем ВВП в пять раз, в 2007 году -- в десять раз. Кроме того, долги все чаще используются для проведения финансовых операций на самих финансовых рынках, без какого-либо использования их для расширения производительного капитала. Долги банков и других финансовых институтов поднялись с 63,8% американского ВВП в 1997 году до 113,8% в 2007. Долговые облигации, выпущенные финансовыми институтами США, почти удвоились между 2000 и 2007 годами. Эти долги все более нестабильным образом возвышаются над сужающейся базой капитала. В 2004 году соотношение собственных активов ведущих инвестиционных банков к располагаемым ими денежным суммам составляло 1/23. К 2007 году данное соотношение выросло до 1/30.

Например, Goldman Sachs располагает активами на 40 миллиардов долларов в качестве базы для управления суммами, доходящими до 1,1 триллиона долларов. Merrill Lynch управляет 1 триллионом долларов, опираясь на базу активов стоимостью в 30 миллиардов".


2.4.Характеристика нынешнего экономического кризиса

Диалектика, отражающая всю противоречивость капиталистической системы, ставшей глобальной, четко прослеживается в динамике нынешнего экономического кризиса, который длится уже шестой год.

Кстати, в мировой экономике, представленной чрезвычайно различающимися по уровню развития производственного потенциала группами стран (подсистемами), наблюдаются не только тесная взаимозависимость национальных и интегрированных региональных экономик, неизбежно порождающих "эффект домино", но и процессы, различающиеся по своим количественным и качественным параметрам. В силу этого обстоятельства характер кризисных явлений по отдельным странам и регионам существенно различается.

Механизм современного глобального кризиса описывается четырехмерной матрицей, включающей в себя: 1) многочисленные факторы, порождающие кризис; 2) страны; 3) субъекты воспроизводственного процесса (международные и региональные организации, ТНК, банки, средние и мелкие предприниматели, домохозяйства); 4) фактор времени. Последний имеет огромное значение. Капиталистическая экономика не стоит на месте, она развивается, как в результате наращивания производительных сил благодаря научно-техническому прогрессу (интенсивно), так и распространению своего воздействия на всё новые рынки (экстенсивно), такие, например, как китайский, российский, индийский, бразильский, мексиканский и т.п. Неустанно и мощно работают два двигателя развития: погоня за максимальной прибылью и конкуренция.

На основе анализа динамики мирового экономического кризиса можно утверждать, что, начиная с 2007 года, он не прерывался ни на минуту, переходя логично из одной стадии в другую. Никакой второй волны кризиса, как некоторые утверждают, не существует. Мировая экономика в 2012 году уже вступила в новый, пятый этап кризиса.

Рассмотрим этап за этапом историю кризиса.

К сведению читателей - о современном глобальном экономическом кризисе мною написаны и опубликованы следующие статьи, краткая выжимка из которых приводится ниже: в журнале "Вестник аналитики" - Гримасы мирового экономического кризиса N 2. 2008; Уроки мирового кризиса. N 1. 2009; Неужели кризис закончился? N 4. 2009; Четвертый год кризиса. N 2.2010; Мировая экономика - впереди зыбкая стагнация. N 4. 2010; Мировая экономика во власти стихии. N 4. 2011; Контуры пятого этапа кризиса. N 2. 2012; Динамика пятого этапа кризиса. N 4. 2012; Мрачные грани кризиса N 2. 2013; а также статья Системный анализ экономического кризиса, опубликованная в журнале "Банковское дело". N 2 за 2012 год.

Первый этап кризиса

Спрашивается, каким образом проблемы, возникшие с высокорискованными (subprime) ипотечными кредитами в США объемом в 34 миллиарда долларов, превратились затем в катастрофу, которая охватила 57-триллионную финансовую систему Америки и финансовые рынки всего мира?

Маховик кризисной цепной реакции начал раскручиваться в США в третьем квартале 2007 года. Все началось с обвала на рынке жилья. За 2006 год и первую половину 2007 года закладка новостроек сократилась с 1,8 млн. (в годовом измерении) до 1,47, или на 20%, замедлив рост ВВП США. Большое количество ипотечных кредитов были проданы первоначальными кредиторами инвестиционным банкам, которые в свою очередь объединили кредиты в деривативы (коллатериализованные долговые обязательства - КДО), которые затем продавались финансовым институтам по всему миру. Неплатежеспособность многих заемщиков привела к невозврату значительной части кредитов и вызвала волну обесценения КДО, сыграв роль спускового крючка в сфере спекулятивных финансов. Глобализация же финансовых и финансовых рынков способствовала быстрому распространению кризиса. Свою трактовку начала кризиса дал и Д.Сорос. Он в интервью "Моя правда о крахе" ("Le Nouvel Observateur", Франция (http://wap.liberal.borda.ru/?1-2-0-00000073-000-0-0-1263533759) говорил: "Я постоянно защищаю следующий тезис: рынки никогда не тяготеют к равновесию сами по себе. Их 'регулируют' 'мыльные пузыри', которые надуваются, а потом лопаются<...>В данном случае минипузырь сектора недвижимости - достославные субстандартные кредиты - наполняет и тем самым продляет существование более крупного и старого пузыря - суперпузыря кредитования. Результат: эффект снежного кома, который со временем может спровоцировать что-то вроде взрыва атомной бомбы". Такой взрыв в 2007-2008 гг. и произошел. К вышесказанному Д.Сорос добавил важный вывод, который объясняет специфику начавшегося в 2007 году кризиса: "Мыльный пузырь лопается с тем большей силой, что на протяжении последних двадцати пяти лет мы позволили развиться разнообразным инструментам банковских манипуляций - продуктам, производным от обращения долговых обязательств в ценные бумаги, - ошибочно полагая, что временные нарушения равновесия - всего лишь случайность".

Причем этот кризис не свалился, как снег на голову. Грозовые раскаты - предвестники приближающегося кризисного фронта - были слышны еще за два года до краха рынка ипотеки в США. За год до осени 2007 года на глобальном фондовом рынке прошли две волны продаж: первая - в мае-августе 2006 года была вызвана рекордной по тем временам ценой за 1 баррель нефти (77 долларов) и ожиданиями дальнейшего повышения процентных ставок в США; вторая (26 февраля 2007 года) - была реакцией на заявление китайского правительства о возможном дополнительном ограничении для портфельных инвесторов.

Глубинные же причины разразившегося в 2007 году кризиса коренились в крайне неустойчивом характере функционирования глобальной капиталистической системы. Экономический рост с самого начала текущего столетия, как в США, так и во всех ведущих развитых странах в значительной степени поддерживался высоким потребительским спросом, который стимулировался легким доступом к кредиту (к 2003 году базовая ставка ФРС США достигла исторически самого низкого уровня в 1 %). Высокими темпами развивались экономики таких стран, как Китай, Индия, Россия и др., накопившие благодаря экспорту значительные ресурсы иностранной валюты и приобретавшие активы, деноминированные главным образом в долларах, а также жаждавшие прямых иностранных инвестиций. Переизбыток предлагаемого капитала был налицо. Темпы денежного предложения были выше темпов роста ВВП примерно в полтора раза. Избыток денежных средств должен был куда-то деваться и он, благодаря спекуляциям и мошенническим операциям, органически присущим существующей системе, естественным образом трансформировался в различного рода многочисленные "пузыри" на мировых рынках. Спекулятивные сделки с деривативами, портфельными инвестициями, валютой, нефтью, металлами, продовольствием, а также "строительство" финансовых пирамид достигли фантастических масштабов. Соотношение собственных и заемных средств некоторых финансовых институтов, как уже выше сообщалось, достигло 1 к 30, в то время как максимальный потолок, установленный для депозитных банков, равен 1 к 10.

Параллельно с вышеописанным процессом в США и в других странах росла задолженность потребительского, корпоративного и государственного секторов по отношению к уровню национального дохода, объем которой по сравнению с началом 1980-х годов увеличился в 4-5 раз! Так, например, доступность дешевых кредитов поощряла многих людей приобретать себе собственный дом. Однако далеко не все домохозяйства оказались в состоянии выплачивать плату по ипотечному кредиту, что и стало, как выше было сказано, непосредственной причиной старта глобального финансового кризиса.

Если в 1929 году общий объем непогашенных кредитов составлял 160%, а затем в 1932 году возрос до 260% от ВВП США, то в 2008 году он уже составил 365%. И это без учета лавинообразного распространения деривативов, которых вообще не было в 1930-х гг. и которые серьезно осложнили экономическую ситуацию в сфере фиктивного капитала.

Непосредственное начало ипотечному кризису было положено в феврале 2007 года, когда Federal Home Loan Mortgage Corporation (Freddie Mac) заявила о приостановке дальнейшего выкупа рискованных ипотечных кредитов (subprime mortgage).

По мнению Р.Хазбулатова, "Падение доверия людей к финансовым институтам - это смертный приговор. Это и стало происходить в системе американской ипотеки. Отсюда - кризис платежей, проблема ликвидности и соответственно банкротство действующих в сфере ипотеки банковских и иных инвестиционных институтов. Гибель гигантских "Fannie Мае" и "Freddie Mac" стала потрясением для всего американского общества. Достаточно отметить, что суммарные активы этих двух ипотечных банков составляли около 6 трлн. долларов (ВВП России - чуть более 1,2 трлн. долларов), чтобы представить масштабы бедствия от их банкротства" ("Глобальный финансовый кризис: причины и последствия". Журнал: "Век глобализации". Выпуск N2/2008)

Летом 2007 года многие американские и европейские банки последовали примеру Freddie Mac, отказавшись от рискованных бумаг. Спрос на них повсеместно упал настолько резко, что деньги банков и хэдж-фондов, вложенные в такие активы, быстро испарились, что послужило причиной череды банкротств в финансовом секторе. Ряд крупнейших американских и европейских банков заявили о колоссальных убытках уже по итогам 2007 года.

Второй этап кризиса

Второй этап кризиса начался в 2008 году, когда произошел качественный скачок в мироэкономике, а именно избыток свободных средств в финансовой сфере сменился их острой нехваткой. Непосредственной причиной возникновения дефицита капитала стали плохие активы в виде просроченных кредитов и обесценение деривативов. Самостоятельно, без помощи государств многие банки уже были не способны восстановить свою капитализацию. По всему миру произошло падение биржевых индексов, результатом чего стало то, что за последние полгода ценные бумаги потеряли в стоимости примерно 25-30 триллионов долларов. Капитализация ведущих мировых корпораций снизилась на 38%. Например, только с итальянских бирж в день утекало по миллиарду евро. Агентство "Фаст Сет" подсчитало, что примерно из 50 тысяч акций по всему миру подорожало к декабрю 2008 года всего три тысячи. Из 100 ведущих компаний свободные деньги остались лишь у 29.

24 ноября 2008 года агентство Bloomberg News сообщило, что после появления информации о выделении накануне 306 миллиардов долларов для спасения американского банка Citigroup, общая сумма денежной помощи финансовым организациям и банкам, о которой объявило американское правительство, достигло суммы в 7,76 триллиона долларов. Эта цифра была равна половине ВВП США, -- примерно по 24 тысячи долларов на душу населения страны. Однако уже в следующие 24 часа оценка аналитиков агентства Bloomberg News оказалась устаревшей: министерство финансов объявило о 800-миллиардной программе поддержки ипотечных компаний Fannie Mae и Freddie Mac, а также об ещё одной новой инициативе по предоставлению кредитов для обладателей автомобильных ссуд, студенческих ссуд и ссуд на кредитные карточки.

Оказывая финансовую поддержку терпящим бедствие корпорациям и банкам, ФРС руководствовалось учением лауреата Нобелевской премии 1976 года "за достижения в области анализа потребления, истории денежного обращения и разработки монетарной теории, а также за практический показ сложности политики экономической стабилизации" М.Фридмана - яростного сторонника капиталистического "свободного рынка". М.Фридман пытался продемонстрировать, что депрессия 1930-х годов стала не следствием провалов и противоречий капитализма, а результатом специфических мер финансовой политики. Если бы их не применяли, то рецессия все равно бы произошла, но не было бы экономической катастрофы.

Согласие с гипотезой М.Фридмана означает, что, в отличие от политики Э?.Меллона, политика ФРС под руководством А.Гринспэна, а затем Б.Бернанке была ориентирована в сторону монетизации, то есть увеличения ликвидности. Это началось в 1987 году, когда, вскоре после своего назначения на пост председателя ФРС, А.Гринспэн отреагировал на октябрьское падение рынков того года предоставлением массивных кредитов со стороны ФРС. Та же самая политика применялась в периоды всех последующих финансовых турбулентностей: в ходе азиатского кризиса 1997-1998 годов; российского дефолта в 1998 году; краха хеджингового фонда Long Term Capital Management; коллапса рынка акций технологических компаний (tech.com) и вплоть до кризиса рискованных ипотечных кредитов (subprime) в 2007 году. Всякий раз понижались учетные ставки ФРС и облегчались условия кредитования.

В течение всего периода, пока он возглавлял ФРС, А.Гринспэн настаивал на том, что задачей этой организации является не предотвращение возникновения кредитных пузырей, а обеспечение нормального функционирования системы после коллапса очередного пузыря. На деле это означало, что коллапс одного пузыря приводил к появлению следующего путем предоставления дешевого кредита.

Б.Бернанке вполне разделял воззрение А.Гринспэна. Он определил свою задачу в сентябре 2004 года следующими словами: "Вмешательство Федерального Резерва в спекулятивные операции с ценными бумагами не является желательным или возможным<...>Если произойдет резкая коррекция в ценах на ценные бумаги, то первой задачей ФРС станет<...>предоставление ликвидности до тех пор, пока кризис не пройдет" (Peter L. Bernstein, Introduction to Friedman and Schwartz, The Great Contraction, Princeton 2008).

За 20 лет, прошедших после краха рынков в 1987 году, казалось, что этот метод работает. Теперь он обнаружил свое банкротство. В течение 16 месяцев после начала кризиса были испробованы разные меры, чтобы остановить его путем разных мер спасения. В отличие от опыта 1980-х и 1990-х годов, а также начала первой декады двадцать первого века, все эти меры не дали на сей раз никакого эффекта.

После того, как один за другим стали сдуваться и лопаться на биржах спекулятивные "пузыри", резко снизился потребительский спрос, упал оборот торговли фаза поражения перекинулась в промышленность, строительство и на транспорт, обусловив волну банкротств и быстрый рост безработицы. Только в ноябре 2008 года в США было ликвидировано 533 тысячи рабочих мест -- это наихудшая месячная цифра с декабря 1974 года. Рост безработицы и продолжающееся падение цен на жилые дома -- примерно 12 миллионов домов в США находятся "под водой", то есть их рыночная стоимость ниже, чем объем ипотечных задолженностей по ним, -- привели к резкому падению расходов на товары массового потребления. Один из самых могущественных в мире в недавнем прошлом концерн General Motors оказался на грани банкротства. "Большая тройка" Детройта -- Chrysler, Ford и General Motors -- запросили у правительства предоставить им 34-миллиардный спасательный круг. Экономисты высказывали оценки, согласно которым в случае банкротства одного или нескольких автомобильных гигантов американская экономика потеряет примерно три миллиона рабочих мест.

Кризис перекинулся и на фондовый рынок. Скопившаяся на вершине мировой экономики огромная задолженность лавиной ринулась вниз по склону, сметая все на своем пути. До декабря 2008 года многие сектора кредитного рынка были по существу парализованы. Начиная с середины 2008 года валюты развивающихся стран, в частности стран-экспортеров сырьевых ресурсов, значительно ослабли по отношению к доллару. Стремление международных инвесторов избегать рискованных инвестиций и их стремление к безопасным активам привело к понижению доходности по краткосрочным долговым обязательствам США практически до нуля.

Дальнейшие события показали, что, несмотря на тесную взаимозависимость мировых хозяйственных процессов, кризисные явления происходили на планете неодновременно и неравномерно.

В 2008 году цунами кризиса накрыло мироэкономику тремя гигантскими волнами: сначала оно обрушилось на развитые страны, затем - на страны с развивающейся (по терминологии ООН - "переходной") экономикой и, наконец, - на беднейшие периферийные государства т.н. "третьего мира". Наблюдалась и определенная последовательность развития кризиса по секторам экономики: из финансового сегмента он переместился в торговый, а затем в сферу реального производства. Так, в бедственном положении оказалась автомобильная промышленность США, Европы и Японии, что, разумеется, привело к спаду и в смежных отраслях промышленности. На американском рынке снижение продаж автомобилей в 2008 году составило 20-40 и более процентов.

Хорошо известно, что в любой экономике существуют довольно устойчивые корреляционные связи. Так, например, начиная с XIX века, уровень добычи и продажи нефти и газа тесно связан с динамикой роста производства товаров и услуг. Аналогичная зависимость имеет место и в отношении некоторых других изделий (металлы, цемент, химические товары и т.д.), а также электроэнергии. Если в результате экономического кризиса сокращаются объемы производства, то, естественно, падает и спрос на углеводородное топливо, сырье и материалы, снижаются цены на них, так как в течение определенного периода времени предложение на рынке превышает спрос. Например, цены на сырую нефть за короткий промежуток времени в 2008 году рухнули в четыре раза (почти 150 долларов баррель стоил еще летом, но потом - 60, 50, 40...). Именно в 2008 году волна глобального кризиса накрыла и Россию, экономика которой базируется в основном на экспорте углеводородного топлива, сырья и материалов. За короткое время Минфином России был сделан поворот на 180 градусов: от безмятежного оптимизма до панического пессимизма.

15 ноября 2008 года руководители группы стран G20, экономика которых в общей сложности составляет примерно 90% мировой, впервые собрались в Вашингтоне для обсуждения предложений по противодействию экономическому кризису. Встреча наглядно продемонстрировала отсутствие у руководителей мирового капитализма какой-либо программы для разрешения ситуации и рост разногласий между ними.

Ярким примером отсутствия трезвого взгляда на сложившуюся ситуацию и неспособности найти реальный выход из разразившегося кризиса явилось заявление президента Д.Буша, которое он сделал еще до встречи в верхах. Пытаясь завуалировать призывы к усилению госрегулирования, он выступил с речью, расхваливая достижения "свободного предпринимательства". Д.Буш настаивал на том, что предстоящая встреча должна, кроме всего прочего, подтвердить, что "принципы свободного рынка являются столбовой дорогой к постоянному процветанию". Необходимо "идти вперёд в направлении принципов свободного рынка, которые представляют собой благополучие и надежду населения всего земного шара".

Растерянность и разброд в поисках методов регулирования разбушевавшейся стихии рынка продемонстрировало выступление гуру свободного рынка и бывшего главы ФРС США А.Гринспэна, который за три недели до саммита, во время слушаний комитета американского Конгресса, был вынужден признать банкротство всей системы, которую он выстраивал и которой руководил в течение почти двух десятилетий. "Те из нас, кто, как и я, рассматривали эгоизм кредитных институтов в качестве защитного инструмента в отношении активов акционеров, сейчас находятся в состоянии замешательства", -- сказал он. Система управления рисками, основанная на применении финансовых деривативов, не только вырвалась из-под контроля, но и способствовала распространению кризиса. "Новейшая парадигма управления рисками доминировала в течение десятилетий. Но всё это интеллектуальное создание рухнуло в прошедшее лето". Кризис "стал гораздо более обширным, чем я мог себе представить. Из проблемы ограниченной ликвидности он превратился в монстра, когда на первый план выходят страхи банкротства".

Незадолго до начала саммита экономический комментатор газеты Financial Times М.Вольф раскритиковал господствовавшую у лидеров "двадцатки" идею, будто скоротечная рецессия очистит механизм мирового хозяйства от прошлых издержек. Она просто оказалась "смехотворной". "Вместо этого надо опасаться обвала, поскольку гора долгов -- объем которых в США в три раза превышает ВНП, -- вызовет повальное банкротство. Спираль движения вниз начнется с еще большего ухудшения в состоянии финансовых систем и, в форме всеобщего недоверия, приведёт к исчезновению кредита, закрытию огромного числа частных фирм, массовой безработице, скачущим вниз ценам на товары, обваливающимся ценам на активы и растущему числу конфискаций неоплаченных товаров. Глобализация разнесет катастрофу повсюду<...>Это станет поводом не для возрождения laissez-faire XIX века, а для роста ксенофобии, национализма и угрозы революций. Такие результаты весьма вероятны<...>Нужно сделать все возможное, чтобы не дать неминуемой рецессии превратиться во что-то гораздо более страшное" (Financial Times, 29 октября 2008).

Неспособность достичь соглашения, усиление экономических трудностей и рост конфликтов между ведущими державами явились в первую очередь результатом объективных противоречий, коренящихся в самой системе мирового капитализма.

Даже несведущим в экономике людям было ясно, что для "эффективной" работы тесно связанных и интегрированных рынков нужна какая-то форма международного регулирования. Однако задействовать такую систему было просто невозможно. Причина элементарно простая: все рынки глобальны по своему характеру, но мир остаётся поделенным между капиталистическими странами; некоторые из них сильнее, некоторые слабее. Каждая отдельная группа капиталов находится в постоянной борьбе против своих глобальных конкурентов с целью защиты и увеличения своей доли прибыли. Те, кто не в состоянии этого сделать, разоряются или их скупают более успешные соперники. В этой борьбе каждая группа капиталов видит в "своём" национальном государстве политическое орудие для продвижения своих интересов. Получается конфликт всех против всех. Правительства, не в состоянии создать глобального финансового регулировщика, который мог бы вторгаться в детали их национальных рынков, или создать глобального кредитора последней инстанции. Все участники саммита G20, включая многочисленных советников и экономистов, были согласны в том, что рост протекционизма будет иметь ужасные последствия для мировой экономики. Всеми признавалось, что закон Смута-Хоули (Smoot Hawley Act), принятый США в июне 1930 года, повысивший торговые тарифы, сыграл решающую роль в разжигании серий ответных действий, которые привели к катастрофическому падению на две трети в объеме мировой торговле между 1929 и 1933 годами. И дальнейший ход событий показал, что, несмотря на широковещательные обещания не допустить протекционизма, на следующий же день после саммита каждое государство начало выстраивать протекционистские баррикады.

В этом отношении поразительно откровенным представляется интервью с министром финансов Германии П.Штайнбрюком, опубликованное журналом Newsweek 6 декабря 2008 года. П.Штайнбрюк отвечал на критику со стороны Франции и Еврокомиссии, которые настаивают на том, что Германия должна прибегнуть к более серьезным мерам по стимулированию экономики. "Мы видим конкуренцию, -- сказал он журналу, -- где каждый политик пытается перещеголять других, предлагая более обширную программу расходов. Я думаю, что мы должны быть честными по отношению к нашим гражданам. Мероприятия могут смягчить некоторые затруднения, но какие бы усилия не предпринимали правительства, рецессии не избежать. Когда я смотрю на хаотичные и ожесточенные дебаты в Германии и во всем мире, то мне представляется, что ежедневный шум и гам вокруг предложений и политических заявлений лишь еще больше расстраивает рынки и потребителей. Однако Брюссель настаивает на общем европейском подходе. В течение некоторого времени позиция Брюсселя и некоторых других центров выражалась так: "Мы целиком за обширные программы расходов и стимулирования экономики, но мы не задаем себе вопроса о том, каковы будут конкретные результаты этих мер. А поскольку расходы велики, то пусть немцы платят за них, потому что у них есть деньги".

Третий этап кризиса

Третий этап кризиса характеризуется активным вмешательством государств, МВФ и Всемирного банка, которые, спасая частный финансовый сектор, стали вливать в него огромные ресурсы, наращивая объем своих долгов. Как образно выразился Д.Сорос, "...от опыта Великой депрессии наш сегодняшний опыт отличается тем, что власти большинства стран подключили свои финансовые системы к аппаратам искусственного дыхания, вместо того чтобы позволить им рухнуть" (http://wap.liberal.borda.ru/?1-2-0-00000073-000-0-0-1263533759).

Европейский Союз выделил на стимулирование экономики 200 млрд. евро. Еще больше пришлось направить на спасение национальной экономики правительству США. 5 октября 2008 года Президент США подписал т.н. "план Полсона" (Emergency Economic Stabilization Act of 2008), предусматривающий выделение 700 млрд. долларов государственной корпорации, которая должна была выкупать проблемные активы у банков. Эта сумма составляет лишь 5% валового внутреннего продукта США; для сравнения немецкие затраты на выход из кризиса колеблются от 400 млрд. долларов до 536 млрд. (от 12% до 16% ВВП), а британские - 835 млрд. долларов (30%). Целью "плана Полсона" был выкуп так называемых "отравленных активов" (toxic assets) из рук банков и ведущих финансовых институтов. На практике это означало использование ресурсов государственной казны для поддержания фиктивных цен на всевозможные ценные бумаги. Но уже 12 ноября, всего месяц спустя после принятия законодательства о реализации TARP (Troubled Asset Relief Program) Г.Полсон объявил, что отказывается от этого плана. Когда его спросили, почему, он ответил: "Ситуация стала хуже, факты изменились".

Г.Полсон оказался жертвой неразрешимой дилеммы. Если правительство заплатит за эти обесцененные активы по их действительному курсу, то банки-держатели этих бумаг будут вынуждены списать огромные суммы со своих счетов. Если же, напротив, правительство заплатит за бумаги по существующим завышенным расценкам, чтобы предотвратить потери этих банков, то 700 миллиардов долларов окажутся недостаточными и станут лишь каплей в море.

Иначе говоря, изменение намерений Г.Полсона выразило понимание им того, что кризис приобрел столь огромные размеры, что политика прошедших 20 лет (накачка спекулятивных цен на ценные бумаги) не может более продолжаться. Придется ликвидировать целые слои капитала. В результате фонды TARP используются для рекапитализации банков и других финансовых институтов, -- тех из них, которые было решено спасти или тех, которые связаны с правительством, -- а все остальные предоставлены своей судьбе.

Страна стояла у края пропасти. 25 ноября 2008 года в США было объявлено о намерении ФРС выделить еще дополнительно 800 млрд. долларов для банковской системы и стимулирования розничного кредитования потребителей. Центробанки стали снижать процентные ставки. Так часто и так низко в рамках одного года ставки еще никогда не снижали: ЕЦБ до -- 2%, ФРС -- почти до нуля. Пошли на этот шаг также Япония и Великобритания, однако реанимировать здоровье экономик так и не получилось.

В результате кризиса убытки понесли крупнейшие банки США и других развитых стран. Рухнул банк Lehman Brothers, значительные потери понес UBS. Банки Morgan Stanley, Mizuho Financial Group, Washington Mutual понесли убытки на треть капитала. Значительную часть своих активов потерял Bank of America. который прославился на весь мир выплатой огромных бонусов его топ-менеджерам. В США обанкротился крупный банк Colonial Banc Group.

В период с сентября 2008 года по май 2009 года объем рыночной капитализации активов американских и европейских банков сократился на 60 % (или на 2 трлн. долларов).

США, Великобритания и другие ведущие страны ОЭСР, невзирая на причитания поборников неограниченной свободы предпринимательства, начали проводить политику более жесткого государственного контроля над рынками, даже осуществлять национализацию банков и корпораций, находящихся на грани банкротств. Правительства при этом вынуждены были руководствоваться не только идеей сохранения костяка капиталистической системы, но и интересами тех слоев населения, которые оказались в трудном положении, т.е. интересами не только его величества Капитала, но и общества в целом. Как метко заметил Премьер-министр Великобритании Г.Браун, "побеждает тот, кто первым меняет правила игры". Лидеры государств прекрасно понимали, когда шли на беспрецедентные меры вливания огромных средств в спасение тонущих банков и осуществление контроля над их деятельностью, что экономическая система их стран, да и всего глобального капитализма стояла на краю пропасти. Эта политика тушения пожара за счет средств налогоплательщиков не могла не привести к глубокому кризису суверенных долгов. Так, например, в Европейском Союзе дефицит государственных бюджетов возрос с 2,4 % в 2008 году до 6,9 % в 2009 году, превысив более чем в два раза критерий, установленный Маастрихтским договором, а государственные долги возросли на 12 процентных пунктов.

Четвертый этап кризиса

Начался четвертый этап глобального кризиса, который был особенно ощутим в Евросоюзе. В очередном обзоре, подготовленном ЕЦБ, было отмечено, что распространение долгового и бюджетного кризисов в еврозоне может продолжиться, захватывая все новые страны и создавая серьезные риски для финансовой стабильности как для "единой" Европы, так и для мира в целом. Консолидированный государственный долг всех 27 стран Евросоюза составил в конце 2010 года баснословную сумму - почти 10 триллионов евро, или свыше 80% от ВВП (кстати, в США он перевалил за 100%).

На декабрьском (2011 год) совещании министров финансов стран еврозоны было принято решение внести в Международный валютный фонд 150 млрд. евро вместо 200 млрд. Вопрос о 50 млрд. евро был "отложен", как минимум, до будущего саммита "большой двадцатки" в начале 2012 года. Не был также решен вопрос об увеличении кредитных возможностей Европейского фонда финансовой стабильности (ЕФФС). Объем фонда по-прежнему составлял 500 млрд. евро. Поэтому можно было вновь констатировать: спасение еврозоны -- дело рук только государств самой еврозоны, "добровольных" участников пока привлечь не удалось, и в целом ситуация осталась такой же, как и до саммита глав ЕС 9 декабря 2011 года. Политическим деятелям и экспертам стало ясно, как божий день, что судьба евро в руках Германии. Но у нее самой накопились огромные долги и она просто не в состоянии была бросить на алтарь "еврозоны" недостающие сотни миллиардов, чтобы выправить ситуацию. Что же касается позиции руководства ЕЦБ, то, несмотря на громогласные заявления о том, что банк не начнет печатать деньги в ответ на долговой кризис в еврозоне, у ЕЦБ не было другого выхода, как пойти на плавную девальвацию евро (см. http://www.bankdelo.ru/mnenieexsperta/EvroDollar_copy.pdf). При этом следует отдавать себе отчет в том, что дешевый евро был выгоден в первую очередь самой Германии.

Эксперты отмечали, что волатильность рынка суверенных обязательств уже достигла уровней, которые были зафиксированы после коллапса Lehman Brothers в 2008 г., и уже превзошла пиковые уровни кризиса вокруг Греции в мае 2010 г. Это означало, что Евросоюз представлял собой гигантскую пороховую бочку, которая в любой момент могла взорваться, похоронив под своими обломками всю систему капиталистической глобальной экономики. Поэтому абсурдной представляется та информационная кампания, которая велась против евро США и связанными с ними инвестиционными фондами. Разумеется, это делалось, чтобы отвлечь внимание от тех проблем, которые были у самого доллара. Однако такая политика была близорукой, ибо крах евро не означал бы победы США. Министр финансов ФРГ В.Шойбле в ответ на давление Барака Обамы и его правительства выступил с довольно резким заявлением. Он сказал: "Властям США следует прекратить вмешиваться в экономическую политику, проводимую властями Европейского Союза. Вместо этого американцам следует сосредоточиться на решении собственных экономических проблем". По словам В.Шойбле, в том, чтобы давать советы другим, нет ничего сложного, и он сам мог бы начать оказывать консультации властям США.

Четвертый этап кризиса характеризовался распространением долгового и бюджетного кризисов, захватывая все новые и новые страны, создавая серьезные риски для финансовой стабильности глобальной экономики. Единая европейская валюта в начале 2012 года упала до минимального за последние 15 месяцев уровня по отношению к американскому доллару и британскому фунту стерлингов. Еврозону тянули на дно финансовые проблемы не только Греции, но также Италии, Испании и Португалии.

Пятый этап кризиса

Итак, настоящий экономический кризис в своем развитии прошел ряд этапов, причинно-следственная связь между которыми состояла в том, что каждая последующая стадия логично вытекала из предыдущей.

Сейчас мировая экономика находится на пятом этапе кризиса. Его особенностью является то, что все наиболее характерные черты данного этапа, порожденные ранее, переплелись и действуют одновременно, усиливая его разрушительную силу.

Рассмотрим динамику некоторых основных факторов нынешнего этапа кризиса. При этом повторяю, непременно следует иметь в виду, что глобальная экономика представляет собой многофакторную динамично развивающуюся суперсистему, структурно состоящую из качественно неоднородных взаимосвязанных блоков, и в силу этого характер кризисных явлений по отдельным странам и регионам существенно различается. Например, проявление кризиса различно в Китае и Европейском Союзе, Индии и США, Египте и Венесуэле и т.д. Приведу простой пример. Территориальный спор с Китаем из-за необитаемых островов Сенкаку (Дяоюйдао) в Восточно-Китайском море бьет по экономике Японии и может усилить спад в мировом масштабе. Новые данные о торговле показывают, что после того как в начале сентября обострился конфликт из-за островов, торговля между двумя державами стала снижаться. В сентябре 2012 года она уменьшилась на 14,1% по сравнению с уровнем 2011 года. Япония страдает от этого сильнее, чем Китай, так как больше зависит от экспорта в Поднебесную.

Ухудшение перспектив экономического развития, особенно в развитых странах, в существенной мере связано с продолжающимся кризисом в сфере занятости, ибо увеличение числа безработных отрицательно сказывается на величине покупательского спроса, увеличивает дефицит государственного бюджета и накаляет в обществе социальную напряженность, не говоря уже о страданиях десятков миллионов людей. Как пишут эксперты ООН, "сохраняющийся высокий уровень безработицы остается ахиллесовой пятой восстановления экономики в большинстве развитых стран" (соответствующие статистические данные приведены в параграфе 1.17).

Следующими ключевыми показателями кризиса в экономике являются рост государственного долга, а также дефицита государственного бюджета. Государственный долг США к началу 2014 года превысил 17 трлн. долларов, что стало абсолютным рекордом за всю американскую историю (установленный законом потолок госдолга США составляет 16,394 триллиона долларов). Задолженность каждого гражданина США, включая новорожденных, составила почти 51 тыс. долл. Каждый налогоплательщик должен кредиторам Соединенных Штатов 140 тыс. долл. (http://top.rbc.ru/economics/05/09/2012/667963.shtml). В 1937 году США не имели внешнего долга. К 1980 году он составил 1 трлн. долларов. Еще в 2007 году госдолг США составлял 9 трлн. долларов, увеличившись за время текущего кризиса в 1,8 раза. На США приходится более трети всех государственных долгов планеты. Дефицит бюджета США на 2012 финансовый год (закончился 30 сентября) составил свыше 1,1 трлн. долларов. Экономика США переживает сегодня самые худшие времена за все историю своего существования. Доллар давно не поддерживается золотым резервом, его печатают день и ночь без остановки. Валюта начинает терять позиции мирового лидера. Все больше инвесторов предпочитают хранить свои деньги в валюте развивающихся стран. Однако страны мира не предъявляют долги США к оплате, продолжая пользоваться долларом как основной мировой конвертируемой валютой, несмотря на то, что его обеспеченность чрезвычайно мала. Парадокс? Однако суть этого противоречия по существу чрезвычайно проста. Дело в том, что долг не предъявляется США по той причине, что 50% мировых активов, 47% международных облигаций, 35% кредитов международных банков, 87% трансакций, 48% платежей по международным торговым операциям находятся в долларовой зоне. Все субъекты мировой экономики прочно привязаны к доллару и в силу этого вынуждены им пользоваться.

За несколько дней до конца 2012 года, 27 декабря, как сообщили РИА Новости, министр финансов США Т.Гайтнер заявил: "Минфин начинает принимать чрезвычайные меры, чтобы страна могла обслуживать свои обязательства и финансировать работу правительства до того момента, пока конгресс не поднимет потолок госдолга". При этом он отметил, что эти меры предоставят возможность отодвинуть возможный дефолт на несколько недель. В соответствии с принятым в 2011 году законом о повышении "потолка" госдолга, если договоренность по плану сокращения расходов не будет достигнута, то в 2013 году страну ждет секвестирование бюджета -- автоматическое сокращение расходов на 1,2 триллиона долларов, поровну распределенное между военной и гражданской сферами. Финансирование основных оборонных программ будет сокращено на 9,4%, программа медицинского страхования Medicare -- на 2%, а научные и образовательные программы -- на 7,6%. Отсутствие политического компромисса может вылиться в падение ВВП в первые месяцы 2013 года, а также рост безработицы сразу до 10%. Если конгресс не примет решения об увеличении потолка госдолга, то США могут объявить технический дефолт, угроза которого уже нависала над страной летом 2011 года.

В последние часы декабря 2012 года все-таки было достигнуто компромиссное соглашение демократов с республиканцами о корректировке бюджета США. В результате длительной дискуссии вице-президент США Джозеф Байден и глава Республиканской партии в парламенте Митч Макконнелл договорились повысить налоги для тех граждан, чьи доходы превышают 450 тысяч долларов в год, писала The New York Times. Соглашение было достигнуто 31 декабря всего за три часа до полуночи. За него без длительного обсуждения проголосовала и палата представителей. Налог на недвижимость стоимостью от пяти миллионов долларов возрастет с 35% до 40%, налоговая ставка для семей, зарабатывающих более 450 тысяч долларов в год, повысится с 15% до 20%. Кроме того, соглашение предусматривает повышение налога на фонд заработной платы с 4,2% до 6,4%, увеличение пособий по безработице для тех, кто находится без работы не более одного года, и сокращение таких пособий для тех, кто ищет работу уже больше одного года. Однако, как считает Н.Рубини, мини-компромисс Америки по налогам не помог ей полностью избежать "фискального обрыва".

Бывший министр финансов США Генри Полсон в январе 2013 года заявил (www.vestifinance.ru), что правительство страны может столкнуться с "долговой бомбой". Он считает, что избежать подобной "встречи" удастся только в том случае, если политические лидеры страны будут готовы пересмотреть уровень расходов на социальные программы, например, таких как Medicare. В противном случае, на его взгляд, кризис может приобрести непредсказуемые формы. "Политически простым решением было повысить налоги на доходы состоятельных граждан страны. Но нам нужно еще больше доходов, и тут возникает необходимость в принятии сложных решений. Когда объем социальных программ растет быстрее, чем ваша экономика, увеличивать налоги - это не выход из проблемы", - заявил Полсон. Он считает, что назревающий долговой кризис в США, который рано или поздно наступит, может оказаться чрезвычайно разрушительным, поскольку его будет еще труднее сдерживать из-за резкого повышения процентных ставок. "Невозможно точно спрогнозировать дату начала этого кризиса, но она рано или поздно наступит. В условиях противостоянии политики и рынка, всегда побеждает последний", - отметил Полсон.

В конце августа рейтинговой агентство Fitch (http://top.rbc.ru/economics/11/09/2012/668996.shtml ) заявило, что может понизить кредитный рейтинг США, если не будет сокращен дефицит бюджета к I полугодию 2013г. "США должны найти продуманное решение налоговых и долговых проблем, а не действовать чрезмерно радикально и наобум",- сообщило агентство. Напомним, что в августе 2011года коллеги Moody's из рейтинговой службы Standard & Poor's (S&P) впервые в истории понизили кредитный рейтинг Соединенных Штатов - с высшей отметки AAA до ближайшей к ней AA+. Поводом к этому беспрецедентному решению стали затянувшиеся переговоры между республиканцами и демократами по вопросу повышения официального потолка госзаимствований.

В подтверждение столь мрачного прогноза приведу текст сообщения Reuters от 26 сентября (http://news.mail.ru/politics/14925910/?frommail=1) из цитадели всемирной капиталистической системы: "США исчерпают способность к заимствованию не позднее, чем к 17 октября, и к этому моменту будут иметь на руках всего около $30 млрд. Об этом министр финансов США Джек Лью сообщил в письме лидерам Конгресса. Министр призвал их действовать быстро, чтобы повысить долговой лимит нации, составляющий $16,7 трлн. который был достигнут ещё в мае т.г." (Для справки: согласно источнику http://www.pravda.ru/economics/market/dolgi/20-08-2013/1170560-america-0/ государственный долг вырос в три раза, начиная с 2007 года. С учетом же долгов отдельных штатов, корпораций, физических лиц, социальных выплат государства и других обязательств федерального правительства США перед кредиторами консолидированный долг страны превышает $70 трлн.). "Если правительство, в конце концов, окажется неспособно оплатить все свои счета, результаты могут быть катастрофическими". Государство ежемесячно скупает облигаций на $85 млрд. ФРС сохраняет учетную ставку на сверхнизком уровне и выступает за продолжение политики "количественного смягчения", не собираясь выключать печатный станок, кстати, как и многие другие государства. ФРС, пойдя на беспрецедентные меры, скупила на "свеженарисованные" доллары долговые обязательства правительства США и ипотечные облигации примерно на $2 трлн.

Однако преддефолтный звонок вновь прозвенел 1 октября 2013 года, когда из-за разногласий с республиканцами по бюджету на следующий финансовый год администрация США впервые за 17 лет официально объявила о прекращении работы федеральных структур. В вынужденный отпуск были отправлены свыше 800 тыс. госслужащих, еще около миллиона работали без зарплаты, были закрыты музеи и национальные парки (http://news.mail.ru/politics/14994552/?frommail=1). Весь деловой мир замер в ожидании 17 октября т.г., когда обе палаты американского Конгресса США должны были решить вопрос об очередном увеличении лимита государственного долга. Руководство ОЭСР, МВФ и Всемирного банка заранее предупредили правительство США о катастрофических последствиях технического дефолта. Как и ожидалось, решение, устраивающее как республиканцев, так и демократов, было найдено. 16 октября т.г. Сенат США одобрил компромиссный документ, предусматривающий временное возобновление финансирования госучреждений и повышение лимита госдолга. Он предусматривает возобновление финансирования госучреждений до 15 января 2014 года и расширение лимита на заимствования до 7 февраля 2014 года. Кроме того, предполагается, что представители обеих палат проведут переговоры по финансовым реформам и доложат Конгрессу о результатах к 13 декабря т.г. Однако замораживание госбюджета с 1 октября т.г. не прошло бесследно. Не говоря о том, что 16-дневный бюджетный кризис стоил американской экономике $24 млрд. и, как заявил Барак Обама, дискуссия о том, повышать ли лимит госдолга, повысила стоимость заимствований для США, кроме того, исследования RealtyTrac показали вновь начавшийся рост задолженности по ипотеке, который в 2007 уже послужил спусковым механизмом всемирного экономического кризиса (http://news.mail.ru/economics/15186262/?frommail=1).

Согласно данным статистики ОЭСР (http://dx.doi/org/10.1787/gov-debt-table-2013-1-en), в целом по всем странам этой могучей организации уровень государственного долга по отношению к ВВП возрос с 74,3% в 2007 году до 111,9% в 2013 году, причем в 10 государствах он превысил объем ВВП (в США и Великобритании - на 9,1%, а в Японии он составил рекордную величину - 228,4%).

Объем международных валютных операций в мире до сих пор в полной мере не восстановился после банкротства Lehman Brothers в сентябре 2008 года, сообщил швейцарский Bank for International Settlements (BIS), который называют "банком центробанков". Такой вывод он сделал на основе результатов опроса центробанков и электронных торговых площадок, который проводит каждые три года. До банкротства Lehman Brothers, объем валютных операций составлял в среднем 4,5 трлн. долларов в день, а к апрелю 2009 года он упал до 3 трлн. в день. В начале 2012 года объем валютных операций составлял 4,2 трлн. долларов в день. Приблизиться к докризисному уровню рынку помогли в основном активные действия центробанков, отмечает агентство Bloomberg. Они во главе с Федеральной резервной системой США (ФРС) "залили" рынок наличностью.

К настоящему времени эпицентр мирового кризиса сместился в Западную Европу. Наряду с долговым кризисом, особенно острым в Греции, Португалии, Ирландии, Испании и Италии, крайне неустойчивым является банковский сектор Евросоюза, который многими нитями связан со всей финансовой системой капиталистического мира и, в частности, с банками США. После двукратных вливаний дешевых кредитов на сумму один трлн. евро (под 1%) в банки Евросоюза, которые провел ЕЦБ, лидеры Евросоюза продолжили лихорадочный поиск дополнительных мер по недопущению краха банковской системы. В Еврокомиссии родилась новая идея - создать единую систему контроля за банками ЕС, число которых превышает 6 тысяч. Создание банковского союза должно пройти в три этапа. Сначала европейский монетарный регулятор наделят надзорными полномочиями. Затем будет создан специальный фонд, из которого будут финансировать проблемные банки. И, наконец, будет создана схема защиты вкладов граждан по всей еврозоне

10 сентября 2012 года министры финансов 17 государств еврозоны в Люксембурге дали старт новому Европейскому стабилизационному механизму (ЕСМ). ЕСМ -- планируемый постоянно действующий фонд финансовой стабилизации стран еврозоны, заменяющий существующие два фонда: Европейский фонд финансовой стабильности, располагающий гарантированными странами Еврозоны 440 миллиардами евро, и Европейский механизм финансовой стабилизации, располагающий представленными Европейской комиссией 60 миллиардами евро. В его распоряжении должно быть 700 млрд. евро. Впервые предусмотрен и наличный капитал. Это 80 млрд. евро. Хотя сумма не слишком велика, надеются, что это обеспечит доверие инвесторов, если ЕСМ в соответствии с имеющейся банковской лицензией выйдет на рынок за дополнительными средствами. Наличные еще нужно собрать со всех 17 стран еврозоны. Срок - до 2014 года. Собственно, только тогда фонд сможет развернуть деятельность в полном объеме. Пока же будет функционировать и старый ЕФФС.

Предполагалось, что постоянный фонд должен был начать работу 1 июля 2012 года -- на год раньше предварительно намеченного срока, однако крайний срок был перенесен на 12 сентября 2012 года из-за задержек с ратификационными процедурами в ряде стран еврозоны, включая Германию, где законность фонда должен сначала подтвердить конституционный суд. При этом срок существования временного Европейского фонда финансовой стабильности продлен, по крайней мере, до середины 2013 года.

На саммите глав государств Евросоюза, состоявшемся в начале декабря 2012 года, было подтверждено намерение создать единый фонд рекапитализации проблемных банков ЕС, "Единый механизм работы с проблемными банками должен основываться на взносах самого финансового сектора", -- говорится в документе. Швеция ранее неоднократно высказывала недовольство тем, что здоровые банки страны, таким образом, могут платить за проблемы и недочеты в политике неустойчивых банков ЕС.

Саммит глав государств союза призвал законодателей ЕС согласовать законопроекты о единой системе поддержке проблемных банков Евросоюза и унификации схемы гарантирования депозитов в регионе до июня 2013 года, которые лягут в основу банковского союза ЕС. Саммит также подтвердил планы разрешить ЕСМ рекапитализировать банки напрямую, не через правительства соответствующих стран ЕС. Капитал ЕСМ формируется взносами стран еврозоны, а для своей деятельности механизм занимает средства на рынке.

Свое мнение по причинам возникновения кризиса в Западной Европе высказывает известный экономист В.Колташов. Вот его точка зрения: "Евросоюз обсуждал в 2012 году расширение Европейского механизма финансовой стабильности. По сообщению журнала Spiegel, страны еврозоны желали расширить его до 2 трлн. евро. Чиновники ЕС ищут способ наполнения фонда, не прибегая к масштабной денежной эмиссии. Но к началу 2013 года такового так и не нашлось. Зато конституционный суд Германии одобрил ратификацию EСM в сентябре 2012 года. Европейская бюрократия продолжает искать выход из бюджетно-долгового кризиса в еврозоне с помощью финансовых механизмов. В 2010-2012 годах Евросоюз удерживал ситуацию в финансовой сфере под контролем, не сумев, однако, остановить разрастание кризиса. Из проблемы Юга Европы, он превратился в общеевропейскую болезнь.

Увеличение средств Европейского механизма финансовой стабильности (EСM) до 2 трлн. евро не станет лекарством от кризиса в Евросоюзе. Скупка долговых бумаг государств еврозоны тоже не является решением против спада в реальной экономике. Основанием бюджетно-долговых проблем в Европе является хозяйственный кризис. В 2011-2012 годах оно расширилось, захватив север еврозоны.

Европейский кризис начался как "частные" проблемы Греции. МВФ, ЕС и ЕЦБ выписали стране рецепт -- "жесткую экономию". Уже в 2009 году можно было понять, что "греческая болезнь" вскоре поразит весь юг еврозоны. Последней жертвой стала Италия, а европейский кризис превратился в продолжение американского. В то время как Соединенные Штаты отчитывались об "окончательной и бесповоротной" победе над проблемами в экономике, Европа переняла эстафету. Долговой кризис в еврозоне стал возможен только благодаря ослаблению реального сектора и низового спроса. Но меры экономии, ухудшив положение в экономике Юга, создали условия для развития таких кризисов в государствах европейского Севера.

В результате развития экономического кризиса, еще не достигшего в ЕС пика, обнаружился кризис модели европейской интеграции. Отчетливо проявились политическое неравенство стран, политика Евросоюза по фактическому усилению неравенства, демонтажу индустрии Юга. Особо проявился господствующий характер финансового капитала в ЕС, именно он оказался господином "объединенной Европы". В результате вместо политики коллективного развития был предложен план поддержания финансовой стабильности ценой разрушения реального сектора многих стран и падения уровня жизни. Евросоюз усилил политику трудовой сегрегации, показав: единый рынок труда и развитие внутреннего спроса не интересны европейским правящим кругам".

Не могу здесь не воспроизвести экстравагантного предложения Джорджа Сороса по спасению еврозоны. Корреспондент "Вестей ФМ" Регина Севостьянова 12 сентября 2012 года сообщила на этот счет некоторые подробности: "По мнению Сороса, только Германия может повлиять на кризисную ситуацию, в которую попала вся Европа. Идеально, с точки зрения миллиардера, самой богатой стране ЕС выйти из альянса. В противном же случае немцам придется еще активнее финансировать страны-должники. Создается замкнутый круг. Берлин требует от стран, по которым наиболее сильно ударил кризис, исполнения мер жесткой экономии. И сами же эти меры приводят к снижению потребительской активности и блокируют выздоровление еврозоны. "Германия должна или взять на себя ответственность за Европу по принципу выплывем или тонем вместе, или уходить из еврозоны",-- заявил Джордж Сорос в интервью "Файнэншл Таймс". Спасать валютный союз следует с помощью поддержки экономического роста и создания единого финансового регулятора, который возьмет на себя обязательства по всем европейским облигациям. В начале июня знаменитый миллиардер давал Европе три месяца на то, чтобы побороть кризис. За это время должна была быть создана единая система гарантий по депозитам, странам Европы должна была быть предоставлена помощь, а ЕЦБ должен был снизить стоимость рефинансирования для стран периферии. Однако ни одно из этих условий, обязательных, по мнению Сороса, для выживания евро как валюты, не было выполнено. При таком развитии событий должники начнут отказываться от двухуровневой системы Европы, общий рынок ЕС будет уничтожен и начнется беспорядочный распад еврозоны. Ситуация будет только ухудшаться, и в итоге Европа будет жить хуже, чем до объединения. Теперь у Европы остался последний шанс на спасение -- Германия должна пожертвовать собой: или отказаться от евро, или разделить все долги еврозоны, заявил миллиардер".

Нельзя, рассматривая кризис в Западной Европе, не упомянуть и о таком негативном явлении, как значительный дефицит торгового баланса. Все последние десять лет он был отрицательным. Общая сумма дефицита по 27 странам Европейского Союза в 2011 году составила почти 159622 млн. евро, причем самые большие суммы у Великобритании - 123197 млн. евро и у Франции - 84620 млн. евро. Дефицитным стал и текущий счет платежного баланса - явление неслыханное для экономически развитой Европы.

Естественно, возникает вопрос, - каким образом Испания и другие южные страны Европы оказались в таком сложном финансовом положении, хотя известно, что их банки получали огромные суммы межбанковских кредитов? Ответ на этот вопрос элементарно прост. Например, немецкие банки покупали ипотечные облигации испанских банков, а те, в свою очередь, использовали эти деньги для финансирования покупки недвижимости. Другие формы трансграничного инвестирования, к примеру, прямые инвестиции корпораций, составляли лишь малую долю. Вот почему оборотной стороной этих потоков капитала был резкий рост долгов испанского частного сектора. Конечно, немецкие банкиры знали, чем занимаются испанские коллеги, и на самом деле они немало рисковали, принимая недвижимость в качестве обеспечения долга. Спрашивается, а чем лучше была практика выдачи необеспеченных кредитов для покупки жилых домов в США, породившая к 2007 году огромный пузырь в сфере недвижимости и ставшая пусковым механизмом глобального финансового кризиса?

23 и 24 ноября 2012 года в Брюсселе состоялся саммит глав государств Евросоюза, на котором в течение двух дней обсуждался проект нового бюджета Евросоюза на 2014-2020 г. Соглашение так и не было достигнуто, и главы государств и правительств решили продолжить переговоры с целью составления бюджета, удовлетворяющего все стороны.

В изначальном проекте была установлена предельная ставка средств сплочения в размере 2,4% от ВВП, но, поскольку экономика стран Балтии переживала сильный спад в кризисный период, взятый за основу для расчетов, прибалтийские страны сообща потребовали применить к ним исключение.

Первый раунд не принес результатов. "У нас есть общая картина, но некоторые позиции по-прежнему очень сильно расходятся", -- заявила по его итогам канцлер Германии Ангела Меркель. Она сомневается, что в пятницу участникам удастся прийти к соглашению, хотя признает, что они стали "на шаг ближе" к этому. Ночные переговоры были свернуты, едва начавшись, и продлились всего пару часов. "Первая сессия завершилась. Саммит продолжит свою работу в 12.00 пятницы", -- заявил глава Евросовета Херман ван Ромпей. Обсуждение на следующий день началось только в 21.30 по Брюсселю вместо 16--18 часов. Это стало самой масштабной задержкой за последние 10 лет. Такого не было даже во время саммитов ЕС, последовавших вслед за провалом проекта евроконституции в 2005 году, и переговоров на высшем уровне по разработке Лиссабонского договора в 2008--2009 годах. Начало саммита перенесли из-за затянувшихся двусторонних переговоров между представителями стран, а также с Херман ван Ромпеем и главой Еврокомиссии Жозе Мануэлем Баррозу. За два часа Херман ван Ромпей успел лишь представить свое обновленное предложение, в котором, впрочем, не изменился основной показатель: расходы бюджета на 2014--2020 годы будут чуть меньше триллиона евро. Точнее, 973 млрд. евро, что на 6% ниже первоначального предложения Еврокомиссии и на 2% ниже расходов текущей семилетки. Зато в предложении увеличены расходы на сельскохозяйственный сектор (8 млрд. евро) и на поддержку стран ЕС с низким доходом, в основном восточноевропейских. Финансирование предлагается нарастить за счет урезания средств на проекты развития, внешнюю политику и национальные транспортные коммуникации. Но президент Франции Франсуа Олланд рано утром в пятницу признался, что не удовлетворен предложением. "Сокращение все еще слишком велико", -- заявил он (цитата по Bloomberg).

То, что саммит будет непростым, стало понятно еще до его начала. Встреча могла вообще не состояться. В начале октября премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон заявил, что будет настаивать на замораживании расходов и наложит вето на бюджет, если они будут увеличены. Д.Кэмерон сразу заявил журналистам, что недоволен имеющимися предложениями и готов бороться за лучшие условия для своей страны. Политическая обстановка в Соединенном Королевстве не оставляет ему шансов изменить позицию: если он согласится на бюджет с увеличением расходов, ему грозит отставка. Если же Д.Кэмерон не подпишет бюджет, он будет героем на родине, но в этом случае Великобритания фактически противопоставит себя остальному ЕС и напрямую встанет вопрос о ее выходе из союза. Пока Д.Кэмерон говорит, что хочет видеть Великобританию членом ЕС. Но эксперты убеждены, что ему будет трудно избежать референдума о выходе из него в ближайшие пару лет.

Премьер-министр Нидерландов Марк Рютте разделяет позицию Британии. Он признался, что и у него есть "камень за пазухой" на случай, если предложения его страны не будут удовлетворены.

На другом полюсе 15 стран во главе с Польшей, которые, напротив, настаивают на сохранении расходов на поддержку нуждающихся регионов. В этот блок входят и так называемые проблемные страны -- Греция, Испания, Португалия. "Все те, кто хочет роста в Европе, все те, кто всерьез думает об увеличении рабочих мест и инвестиций для выхода из кризиса, должны присоединиться к Польше в ее борьбе за бюджет с фондом финансовой поддержки", -- призвал польский премьер-министр Дональд Туск.

Надежды на то, что Германия и Франция вытянут совместно еврозону и Евросоюз в целом из кризиса, не имеют под собой надежных оснований.

Сейчас в Германии запущен механизм, который в 2007-2008 годах вызвал начало мирового экономического кризиса в США. Снижение ссудного процента до 2,5% не должно обманывать. При давлении сокращения мирового спроса на немецкую продукцию и еще большем снижении уровня реальной зарплаты падение на нем, видимо, неотвратимо. Ранее, в 2011 году она составляла 3,24%, тогда как в 2008 году размер ставки был 4,92%. Однако даже при дальнейшем снижении ставки можно ожидать рост проблем на рынке: кредиты могут перестать выдавать, как это делают уже в странах юга еврозоны. Пузырь на рынке недвижимости ФРГ надувается. Неподъемность для многих трудящихся уже взятых кредитов (даже по самой скромной их цене) может проявиться в ближайшие годы. Около 6,6 млн. граждан ФРГ-- неплатежеспособные должники. Согласно расчетам финансового агентства Creditreform, на каждого из людей в подобном положении приходится 33 тысячи евро долга. В категорию несостоятельных должников в ФРГ заносят лиц, не способных за счет доходов погашать имеющийся кредит и не имеющих имущества, под которое можно было бы получить взаймы. Люди оказались в столь сложном положении не по причине необдуманности своих трат, а благодаря затруднениям в экономике. При этом в Германии велика скрытая безработица. Она маскируется благодаря тому, что до четверти граждан вынуждены работать за очень скромную плату и получать дотации, чтобы не умереть с голоду. В результате немцы во многих сегментах экономики выдавливают иммигрантов, у коих расходы могут быть больше, чем у коренных жителей. Доля "хороших рабочих мест" сокращается, тогда как короткие контракты и гибкий график работодатели предлагают все чаще. Наряду с ипотечной системой негативную роль в Германии должны сыграть потребительские кредиты. Их более всего вынуждены брать молодые люди, чьи доходы не дотягивают до необходимого для выживания уровня. Вторая группа -- это зрелые одинокие женщины

Однако теперь настало самое время переместиться из Европы в США. И здесь также идет борьба за выживание. Знаменательное событие произошло в начале сентября т.г. Комитет по открытым рынкам ФРС США по итогам двухдневного заседания все же решился предпринять дополнительные шаги для стимулирования экономического роста. Был объявлен третий этап программы количественного смягчения (Quantitative easing, QEIII). Кроме того, было принято решение сохранить базовую процентную ставку на рекордно низком уровне в 0-0,25% как минимум до середины 2015 года. На предыдущие два этапа программы Quantitative easing ФРС затратила, в общей сложности, 2,3 триллиона долларов. Эти расходы помогли регулятору понизить ставки по ипотечным кредитам до исторически минимальных отметок и в определенной мере стабилизировать рынок жилой недвижимости. Однако их оказалось недостаточно для коренного улучшения ситуации, что подтолкнуло ФРС начать прошлой осенью "Операцию Твист", в рамках которой до конца текущего года будет потрачено еще 667 миллиардов долларов. ФРС должна продолжать покупать облигации до тех пор, пока уровень безработицы не снизится до 7,25%, и удерживать ставки в районе нуля пока уровень безработицы не снизится до 6,25%. Помимо этого, ФРС может по завершению в конце года программы "Твист" принять решение об увеличении объемов выкупа активов в рамках программы QEIII, в том числе за счет покупок казначейских бумаг. Однако на пути реализации этих двух программ, которые должны сократить уровень безработицы и повысить темпы роста экономики, встали непреодолимые трудности. О них сообщил сам глава ФРС Б.Бернанке. По его словам, помимо объективных факторов, например, старения трудоспособного населения, есть еще одна крупная проблема -- многие американцы попросту отчаиваются найти работу и уходят с биржи труда. Фактически это препятствует учету незанятого населения и формально приводит к сокращению показателей по безработице. Действуют и внешние факторы: Европе пока не удается преодолеть долговой кризис, а Китай продолжает бороться с замедлением темпов роста. Однако если у азиатской страны есть обширные финансовые резервы, то США таковыми не располагают (о чем выше уже было сказано). К вышесказанному следует добавить, что ФРС регулярно проводит стресс-тесты банков. Во время последнего стресс-теста провалился банк Citigroup, получивший в свое время наибольшую поддержку от государства. Аналогичные негативные результаты у банков SunTrust и Ally Financial и единственной страховой компании, принимавшей участие в тестировании, -- MetLife. Не лишне заметить, что по данным на конец июля т.г. прибыль банков Wall Street (JPMorgan Chase & Co, Bank of America Corp. (BofA), Citigroup Inc., Goldman Sachs Group Inc. и Morgan Stanley) упала до самого низкого показателя, который был во время финансового кризиса 2008 года.

Дальнейшее развитие глобального кризиса во многом зависит от позиций всемирной расчетной валюты - доллара. С момента отказа США от Бреттон-Вудских соглашений и отречения от золотого стандарта в августе 1971 года прошло 42 года. И в настоящее время вновь назревает очередная акция с долларом. Она вызвана тем, что общая сумма долларов и долларовых ценных бумаг, выпущенных с тех пор ФРС и финансовыми институтами, поддерживаемыми ФРС, превосходит не только ВВП США, но даже мировой ВВП. Очевидно, что США не в состоянии выплатить этот долг. Сколько верёвочке не виться, всё равно конец будет.

Кстати, очень интересную мысль высказал В.Колташов. Он писал: "Шаги в темноте в США с долларом устроены так. Эмиссия доллара маскируется дублирующей эмиссией других валют. Если кто-то упирается (ЕС) ему снижают рейтинги и проблем становится больше. Секрет в том, что все экономики (особенно Китай) стараются все время понижать покупательную силу своих валют, чтобы удешевлять рабочую силу - другого рецепта снижения себестоимости товаров неолиберализм не хочет знать. Поэтому и выходит, что доллар это еще и самая твердая валюта. Конечно, если бы кто-то большой посмел бы поменять денежную политику (что без экономического курса не делается), то это был бы удар для США. А долг хоть и растет, но и обесценивается".

Американский доллар обеспечен материальными ценностями всего примерно на 2%. Достаточно двум-трём странам предъявить к оплате ценные бумаги ФРС и вся мировая экономика, базирующаяся на американском долларе, в одночасье обанкротится и рухнет. Государственный долг США в 2012 году увеличивается в сутки на 3,5 млрд. долл. С 1937 по 2001 год унция золота поднялась в цене с 35 до 294, в 2004 году - до 400, а в первом кризисном 2007 году до 1000 долларов. А в январе 2013 года цена золота на рынках FOREX превысила 1300 долларов. Если в 1937 году Соединенные Штаты не имели внешнего долга, то в 1980 году он составил 1 триллион долларов, в 2000 году достиг 6 триллионов долларов, а сегодня он перевалил за 35 триллионов долларов.

Обесценивающийся доллар сбрасывался в страны-изгои, которые все эти годы принимали на свои плечи вместе с этой мифической "помощью" все последствия американской инфляции. 60 лет США, паразитируя с помощью этого механизма на других странах, поддерживали у себя высокий уровень жизни и обеспечивали свой непререкаемый политический авторитет в мире.

Важнейшим фактором, обладающим огромной силой воздействия на динамику экономических процессов, является спекуляция на валютных, фондовых и товарных биржах. Именно она наряду с конкуренцией обусловливает стихийность поведения рынков (см. главу 7-ю, а также мою статью "О спекуляции" по адресу lit.lib.ru/p/paulxman_w_f/).Спекулянты пользуются любыми значимыми событиями в политике и экономике, способными внести серьезные коррективы в нормальный ход воспроизводства товаров и услуг, чтобы на разнице цен заработать прибыль, как это сегодня, например, происходит с ценами на продовольствие из-за неурожая в США, России, Украине и ряде др. стран. Естественно, что они нередко становятся и "жертвами" дезинформации, которая специально распространятся в их рядах соперниками по спекулятивным сделкам. И вообще любые операции на биржах являются спекуляцией. Даже глава МВФ Кристин Лагард на одной из своих пресс-конференций вынуждена была обратить внимание на то, что сегодня все внимание спекулянтов сфокусировано на мировых ценах на нефть, напрямую зависящих от ее поставок на рынок от санкций в отношении Ирана, который является крупнейшим производителем и поставщиком этого вида сырья. Как сообщает источник oilnergy.com, объяснения динамики цен на нефть, как в рамках военной угрозы, так и в рамках нефтяного пика далеки от истины. Как и в момент астрономического роста цен летом 2008 года, когда нефть на фьючерсных рынках на короткое время подорожала до $147 за баррель, цена на нефть сегодня растет из-за спекулятивного давления на нефтяные фьючерсные рынки со стороны хедж-фондов и крупных банков, таких как Citigroup, JP Morgan Chase и особенно, Goldman Sachs. Последний всегда чует, когда и где будут большие баксы, которые можно взять без больших усилий, делая безошибочную ставку. Они получают щедрую помощь от американского правительственного агентства, которое ответственно за регулирование финансовых производных - Commodity Futures Trading Corporation (CFTC). Как сегодня функционирует рынок т.н. "бумажной нефти"? Источник Morgan Korn, Oil Speculators Must Be Stopped and the CFTC "Needs to Obey the Law": Sen. Bernie Sanders, Daily Ticker, March 7, 2012, accessed in http://finance.yahoo.com/blogs/daily-ticker/oil-speculators-must-stopped-ctfc-needs-obey-law-182903332.html сообщает, что "...с тех пор как в 1980-х Goldman Sachs купил J. Aron & Co., опытного торговца предметами потребления, торговля сырой нефтью ушла от покупателей и продавцов и от поставок физической нефти на другой рынок, где ежедневные цены на нефть определяются нерегулируемыми спекуляциями на нефтяных фьючерсах, ставками на цену данного сырья на определенную будущую дату (обычно через 30 или 60 или 90 дней), а не фактическим заказом на поставку физической нефти. В последние годы дружественный Уолл-Стриту (и финансируемый им) американский Конгресс принял несколько законов, чтобы помочь тем банкам, которые заинтересованы в торговле нефтяными фьючерсами, среди которых и тот, который в 2001 году позволил банкроту "Энрон" безнаказанно создать финансовую пирамиду, стоившую миллиарды долларов, прежде чем эта компания обанкротилась. Закон о Модернизации товарных фьючерсов 2000 (CFMA) был подготовлен Тимом Гейтнером. CFMA в действительности дал внебиржевой (между финансовыми учреждениями) торговле деривативами в области энергетических фьючерсов полную свободу, отсутствие какого-либо надзора со стороны правительства США. Нефть и другие энергетические продукты были освобождены тем, что позже будет названо лазейкой "Enron". СМИ наводнены информацией о спекулятивных сделках. Не могу не привести еще одну информацию о спекуляции нефтью, но уже в международном масштабе (finam.info). Колумнист Seeking Alpha Филлип Дэвис раскрыл схему великого мошенничества. В 2000 году несколько банков и крупных нефтяных компаний (Goldman Sachs; Morgan Stanley; BP; Total;Shell; Deutsche Bank u Societe Generale) учредили Межконтинентальную биржу (ICE) для торговли сырой нефтью и нефтепродуктами, которая позволяет заключать как фьючерсные контракты, так и контракты ОТС (прямые внебиржевые сделки) на поставку энерготоваров. Сенатор Диана Файнштайн в 2003 году расследовала манипуляционные схемы, использовавшиеся на ICE. Они применяли схему "круговой торговли", когда одна компания продает нефть другой компании, а другая компания незамедлительно перепродает ее обратно по той же цене. По сути, товар так и не меняет хозяина, однако действия по продаже-перепродаже посылают сигнал рынку, который реагирует на него как на повышение спроса. В результате цены на нефть ползут вверх без всяких реальных оснований, а нефтяные компании получают неоправданные сверхприбыли. Проверка компании DMS Energy показала, что 80 % случаев торговала "воздухом". Компания Duke Energy призналась, что с 1999 года она совершала пустых сделок на 1,1 млрд., причем 2/3 всех сделок совершалось на Межконтинентальной бирже, купленной у ICE - электронной, нерегулируемой и вообще никак не контролируемой торговой площадке. До создания Межконтинентальной биржи цены на энергоносители изменялись в основном по экономическим закономерностям и совпадали с изменением динамики мирового ВВП. Биржа попрала все экономические закономерности и сделала международную энерготорговлю чисто спекулятивной. В течение 5 лет Goldman Sachs и остальные создатели ICE смогли повысить цены на энергоносители в три раза. Однако дело не столько в самих фактах. Важно понять, что спекуляция, являясь важнейшим фактором динамики рынков, в условиях глобального экономического кризиса углубляет его, сводя на нет различные попытки государственных и международных структур упорядочить течение экономических процессов.

Подведем итог. Мы рассмотрели только семь основных факторов, влияющих на мировую экономику на стадии очередного, пятого этапа кризиса. Разумеется, таких факторов значительно больше. Например, такие важные факторы, как политический, а также набирающее мощь протестное движение трудящихся масс.

Сегодня можно с уверенностью сказать, что кризис усиливается, что находит свое выражение не только в росте уровня безработицы, увеличении объема суверенного долга ведущих стран мира, в снижающихся темпах прироста мирового объема производства, импорта и экспорта, в сокращении объема международных валютных операций, но также в понижении кредитных рейтингов банков, корпораций, даже целых стран и их региональных образований различными международными агентствами. Достаточно взглянуть на таблицу оперативной отчетности Евростата, чтобы убедиться в том, что кризис набирает обороты (Selected Principal European Economic Indicators. http://epp.eurostat.ec.europa.eu/portal/page/portal/euroindicators/peeis). Пока трудно предсказать, чем завершится нынешний пятый этап кризиса - коллапсом или стабилизацией. На динамику кризиса одновременно влияют многие факторы, в частности, экономическая политика стран БРИКС. Возможно, когда глобальная экономика вплотную подойдет к краю пропасти, все-таки сработает инстинкт самосохранения и будут предприняты радикальные меры, чтобы избежать ее краха. Пока же такой решимости не наблюдается, о чем вынуждены были написать 16 июля т.г. в своем очередном докладе (www.imf.оrg) эксперты МВФ ("Очевидно, что сохраняются крупные риски ухудшения ситуации, что объясняется рисками запоздалых или недостаточных мер политики"). Ясно одно, что латание "тришкиного кафтана", как это сейчас происходит в Евросоюзе в условиях острейших разногласий, не может спасти Европу от катастрофы. Недаром в начале сентября т.г. международное агентство Moody's изменило прогноз по кредитному рейтингу в целом Евросоюза со "стабильного" на "негативный". В докладе агентства отмечается, что нынешние изменения связаны с ослаблением позиций ведущих экономик Европы. Причем характерно, что этот шаг последовал вскоре после того, как ЕЦБ обнародовал новый план по стабилизации финансового рынка. В частности, ЕЦБ намерен скупать обесценивающиеся гособлигации проблемных стран. План ЕЦБ, однако, вызвал очень резкую критику со стороны финансового и политического руководства Германии; там считают, что скупка гособлигаций приведёт к росту инфляции и ни в коем случае не может считаться надёжным долгосрочным решением проблем. Систематически снижаются рейтинги и по многим странам еврозоны и крупным банкам. Рейтинговое агентство Standard & Poor's понизило долгосрочный кредитный рейтинг Испании еще на два пункта в связи с невнятной бюджетной политикой и нечеткими структурными реформами. Теперь страна находится в шаге от "мусорного" рейтинга, когда инвестиции в национальную экономику уже становятся непривлекательными. S&P снизило рейтинг Испании с "BBB+" до "BBB-". Краткосрочный рейтинг страны был урезан на одну ступень - с "A-2" до "A-3". Прогноз по долгосрочному рейтингу остается негативным, то есть и в дальнейшем может снижаться, если экономическая ситуация в стране не стабилизируется. По оценкам S&P, по итогам 2012 года испанская экономика сократится на 1,8%, а в 2013-м -- еще на 1,4%. Примечательно, что понижение рейтинга последовало после запуска Европейского стабилизационного механизма. S&P понизило рейтинг таких банков, как Banco Bilbao Vizcaya Argentaria S.A. (BBVA), с ВВВ+ до ВВВ-, CaixaBank - с ВВВ до ВВВ- и Santander - с А- до ВВВ-. Кроме того, на одну ступень были понижены рейтинги четырех банков, рассчитывающих на экстренную финансовую поддержку от государства: Banco de Sabadell S.A. (Sabadell), Banco Popular Espanol S.A. (Popular), Bankia S.A. (Bankia) и Banco Financiero y de Ahorros S.A."Негативный" прогноз был объявлен по долгосрочным рейтингам трех банков, а именно Banco Santander S.A., BBVA и Barclays Bank S.A. (BBSA). (http://top.rbc.ru/economics/16/10/2012/674491.shtml) Обозреватели отмечают, что банки Европы уже вдоволь "наелись" токсичными активами. Как прогнозирует МВФ, европейские банки из-за политики регуляторов до конца 2013 года будут вынуждены сократить балансы на 2,8 трлн. долларов по базовому сценарию или 4,5 трлн. долларов по пессимистическому сценарию, что приведет к дальнейшему спаду кредитования. В результате сокращения балансов и задолженности банков наиболее сильно пострадают банковские системы Греции, Кипра, Ирландии, Италии, Португалии и Испании. Экономисты МВФ также обращают внимание на продолжение оттока капитала из периферийных стран еврозоны в экономически наиболее стабильные государства региона. По данным МВФ, из Испании за 12 месяцев, завершившихся 30 июня 2012 года, вывели 296 млрд. долларов.

Разногласия в подходах к урегулированию накопившихся кризисных проблем проявились и на последнем пленарном заседании ежегодной 66-ой сессии Международного валютного фонда и Всемирного банка, состоявшейся в Токио 12-14 октября 2012 года с участием глав экономических министерств ведущих стран мира. Первые разногласия выявились сразу же, когда глава МВФ Кристин Лагард предложила дать Греции дополнительные два года на достижение целевых показателей бюджета. На это министр финансов Германии Вольфганг Шойбле ответил резкой критикой. "Проблемы Греции должны решаться в Греции", -- заявил он. Министр финансов Швеции Андерс Борг сказал, что, исходя из текущего положения дел, Греция вполне вероятно выйдет из еврозоны; причем нельзя исключить того, что это может произойти в ближайшие полгода. Кстати, согласно прогнозам Фонда Рубини, вероятность того, что Греция и Португалия останутся в еврозоне, составляет только 10%. Разнобой имел место не только по урегулированию долгового кризиса в Греции, но также и по другим наболевшим проблемам: и по кризису в Европейском Союзе, и по фискальному "обрыву" в США ("фискальный обрыв" -- ситуация, когда резкое прекращение налоговых льгот совпадает сокращением госрасходов), и по обострившимся отношениям между Китаем и Японией и т.д. Как заявил министр финансов России Силуанов, все делается на ощупь, вслепую, без общего понимания, что будет дальше, какие объемы ликвидности потребуются, к каким последствиям это может привести. Недавно МВФ опубликовал самый мрачный прогноз с 2009;г (http://www.imf.org/external/pubs/ft/weo/2012/02/pdf/exesum.pdfо) по росту мировой экономики. Еще три года назад он призывал к агрессивному стимулированию экономики за счет госрасходов, но сегодня простых рецептов предотвращения глобального кризиса у него нет. "Риски серьезного глобального замедления тревожно высоки. И пока в обозримой перспективе не видно никаких серьезных улучшений",-- констатирует МВФ в докладе о состоянии мировой экономики. Данный в июле прогноз по ее росту в 2012 году МВФ понизил с 3,5 до 3,3%, а в 2013 году -- с 3,9 до 3,6%. В отличие от 2009 года, когда МВФ призывал наращивать госрасходы, сейчас фонд не дает простого рецепта. Одним странам он советует сократить расходы, другим -- начать сложные реформы, а третьим, в том числе ФРГ, -- стремиться немного разогнать инфляцию для повышения конкурентоспособности еврозоны на внешних рынках. Развитым странам не удалось восстановить доверие инвесторов, полагают аналитики фонда: "Главный вопрос сейчас состоит в том, проходит мировая экономика лишь очередной этап турбулентности или текущее замедление темпов будет носить длительный характер. Ответ<...>зависит от действий европейских и американских политиков". А политики так и не могут на своих саммитах договориться, хотя бы по такому актуальному вопросу, как оказание помощи тонущим экономикам преддефолтных государств Европы. По данным СМИ, МВФ может мобилизовать в ближайшие 12 месяцев 385 миллиардов долларов для поддержки стран-членов организации. Это составляет менее трех четвертей нужд финансирования итальянского государства в 2012 году. Чтобы быстро увеличить размеры доступных средств, необходимо или занять эти средства у государств-членов организации, или разрешить МВФ занимать их на финансовых рынках. Непредвзятым экономистам и трезвомыслящим политикам известно, как дважды два четыре, что распространение кризиса невозможно остановить при помощи нынешних ресурсов европейского фонда финансовой стабильности (ЕФФС) и МВФ.

На основе анализа динамики мирового экономического кризиса можно уверенно утверждать, что он не прерывался ни на минуту, переходя логично из одной стадии в другую. Никакой второй волны кризиса не существует. Просто происходит обострение накопившихся проблем на пятом этапе кризиса, когда срабатывают кумулятивный эффект и эффект бумеранга. И сколько времени продлится кризис, и превратится ли он в перманентный, предсказать сегодня с абсолютной уверенностью невозможно. Даже федеральный канцлер Германии Ангела Меркель, выступая на региональном съезде возглавляемой ею партии "Христианско-демократический союз Германии" откровенно заявила, что для выхода Европы из кризиса нужен более длительный срок: пять лет и больше. А насколько больше? На этот вопрос ответа сегодня нет. А пока кризис набирает обороты и конца ему не видно. Вот такова печальная ситуация с регулированием процессов в глобальной экономике, в которой сегодня правят бал стихия и спекулянты всех мастей.

Итак, завершается шестой год кризиса. Вместе с тем в жизни мирового сообщества все заметнее два явления. Во-первых, интенсифицировался поиск путей выхода из кризиса. Политики осознали, что под угрозу поставлена вся глобальная система капиталистической экономики, и что рыночной стихии наконец-то надо противопоставить что-то равнозначное по мощи, а именно комплекс реальных мероприятий, чтобы вообще не свалиться в пропасть. Участились встречи глав государств и ведущих экономистов, лихорадочно работают лучшие умы в МВФ и Всемирном банке, чтобы выработать нечто эффективное для нейтрализации спекуляции, мошенничества, коррупции и хотя бы в небольшой мере умерить неукротимую жажду транснациональных компаний, являющихся по существу неподвластными национальным правительствам, добиться любыми способами максимальной прибыли. Судорожную деятельность мировой политической и бизнес элиты можно сравнить с отчаянными усилиями спасателей во время природных стихийных катастроф - наводнений или землетрясений.

Во-вторых, заметно возросла социальная напряженность, выражающаяся не только в недовольстве значительной части населения, но и в активизации протестного движения в форме массовых манифестаций, демонстраций, отказе от участия все большего числа граждан в выборных кампаниях, а также в росте числа самоубийств, психических заболеваний людей, потерявших веру выбраться из нищеты и получить постоянную работу (особенно это заметно среди молодежи, оказавшейся не у дел). Ощутимо возрос поток мигрантов, надеющихся найти в других странах надежный источник доходов (всего в мире насчитывается более 230 млн. мигрантов). Этот процесс совершается не только в направлении Юг-Север (например, из стран Африки в Западную Европу), но и в рамках Евросоюза - миграция в государства с высоким уровнем жизни из стран Восточной Европы, являющихся фактически колониальной окраиной с дешевой квалифицированной рабочей силой. Если во времена Второй мировой войны Германия насильно вывозила рабочих в "фатерланд", то сейчас это делается на "добровольной" основе.

2.5.Выводы

Какие выводы можно сделать из этого обзора динамики текущего экономического кризиса?

1.Развитие кризиса, обусловленного главным образом фиктивным капиталом, значительно отличается от традиционного кризиса перепроизводства товаров и услуг, хотя и тот, и другой порождают безработицу из-за свертывания реального производства, банкротства фирм, в результате чего сокращается объем совокупного платежеспособного спроса, нарушаются сроки выплаты ипотечной задолженности. По мере того, как все больше и больше работников, особенно молодых, остаются без работы в течение длительного периода, среднесрочные перспективы роста ухудшаются из-за разрушительного воздействия безработицы на трудовую квалификацию и навыки.

Если при традиционных кризисах в первую очередь предпринимателям приходилось решать проблему реализации товарных запасов и восстановления, таким образом, капитала для продолжения производства, то при современном кризисе приходится, в первую очередь, решать задачу сокращения объемов фиктивного капитала и увеличения объемов производительного капитала, используя такие меры, как прямое государственное вмешательство в форме финансовой поддержки корпораций в секторе реального производства, а также списания долгов системообразующих банков. Эти меры неизбежно приводят к росту дефицита государственных бюджетов и государственного долга. Чтобы свести концы с концами, государствам приходится урезать затраты на социальные программы. Меры жесткой экономии государственных финансовых ресурсов еще больше подрывают перспективы роста и занятости, что делают бюджетную корректировку и улучшение платежеспособности финансового сектора все более сложными. Говоря иначе, мировая капиталистическая экономика попала в порочный круг, который подобно водовороту втягивает ее все глубже и глубже в пучину экономической, социальной, политической и экологической катастрофы.

2. Поскольку финансовые блоки экономики отдельных стран сливаются в единую, относительно независимую от производства материальных ценностей, мировую финансовую систему, кризис, начавшись в какой-либо одной стране, обязательно перерастает в кризис всей мировой системы.

И выявляя причины возникновения современного кризиса, никак нельзя согласиться с трактовкой механизма его возникновения, который в своей статье "Нежеланное дитя глобализации. Заметки о кризисе" дает ее автор Л.Гринин (Журнал "Век глобализации". Выпуск N2/2008), который утверждает следующее: "...хотя причин современного кризиса множество и все они в той или иной степени заслуживают самого пристального внимания, необходимо констатировать: появились какие-то новые фундаментальные причины. И эти новые причины, несомненно, лежат в росте глобализации, в процветании за счет развития глобальных процессов в мировой экономике большого числа государств и целых регионов, в успехах, которые сделали в последние время многие страны, в том числе развивающиеся и среднеразвитые. Иными словами, кризис - это оборотная сторона такого глобального процветания, образно говоря, нежеланное дитя глобализации". Этот вывод Л.Гринина явно ошибочен по двум причинам. Во-первых, не глобализация явилась причиной кризиса, она лишь способствовала вовлечению в него всех государств мира. Во-вторых, кризис был вызван не успехами развивающихся и среднеразвитых стран, а, наоборот, кризисом экономических систем самых развитых страна мира: США, Евросоюза и Японии. Прием, использованный Л.Грининым и претендующий на диалектичность, на самом деле является пародией на нее.

А вот оценка экспертов ООН: "Волнообразный приток капитала, носящий в значительной степени спекулятивный характер или превышающий способность экономики поглотить его, может привести к завышению курса валюты, инфляции, кредитным бумам и образованию пузырей в ценах на активы. Что еще более важно, волатильные потоки капитала угрожают финансовой и экономической стабильности, так как внезапная остановка притока или отток капитала из-за переоценки риска может способствовать распространению финансовых кризисов. Многие страны отреагировали на эти циклы бумов и спадов путем создания международных валютных резервов как формы "самострахования". В 2011 году развивающиеся страны добавили еще около 1,1 триллиона долларов в свои резервы, так что в настоящее время их объем существенно превышает 7 триллионов долларов. Тем не менее, львиная доля резервов инвестируется в ценные бумаги казначейства США и другие низкодоходные инструменты суверенного долга, что способствует увеличению глобальных дисбалансов" (http://www.un.org/ru/development/surveys/docs/wesp2012.pdf).

3. Конечно же, свою роль в возникновении нынешнего кризиса сыграл и прежний фактор - перепроизводство товаров. Расширение пропасти между богатыми и бедными в планетарном масштабе стало одной из основных причин втягивания глобальной экономики в очередной кризис перепроизводства, который охватил как старые, так и новые основные отрасли промышленности. Для иллюстрации этого явления достаточно привести несколько общеизвестных цифр. За последние 10 лет средний семейный доход в США упал на 2500 долларов. 400 самых состоятельных американцев владеют в настоящее время большим богатством, чем нижние 150 млн. их соотечественников. Каждый четвертый ребенок в США живет за счет продовольственных талонов. В то время как заработная плата трудящихся в последние годы снизилась во всем мире, богатство 11 млн. самых богатых людей планеты, имеющих более 1 млн. свободных денег в долларах США, выросло с 40,7 трлн. долларов в 2007 году до 42,7 трлн. долларов в 2010 году, несмотря на глобальный экономический кризис.

В начале ХХ╤ века компьютерная индустрия США ежегодно наращивала мощности по производству компьютеров на 40%, что значительно превышало спрос на них. Мировая автомобилестроительная промышленность ежегодно продавала только три четверти произведенных автомобилей, что вылилось в снижение прибыли для игроков на мировом авторынке. "General Motors", например, понес убытки в размере 10,6 млрд. долл. в 2005 году, а "Ford", потерял 7,24 млрд. долл. в течение первых девяти месяцев 2006 года. Избыточные производственные мощности в мировой сталелитейной промышленности в конце ХХ века составляли 20%.

По признанию бывшего топ-менеджера "General Electric" Д.Уэлча, на пороге ХХ╤ века производственные мощности превышали возможности реализации продукции почти в каждой отрасли промышленности. В связи с этим известный филиппинский социолог У.Белло в своем выступлении на семинаре "Новая роль Китая в Африке: Поиск новой перспективы" (25 мая 2007 года, Шанхай) предупреждал, что глобальное перепроизводство сделало дальнейшее инвестирование попросту неприбыльным.

4. Начало, объединяющее мировую экономику в единое целое, а именно капиталистические экономические отношения, характеризуются не только центростремительными, но и центробежными тенденциями. МВФ, МБРР, ВТО не в состоянии противостоять стихии спекулятивных сделок и протекционизму. Сегодня не может быть и речи о синэргичности гигантской системы: ее элементы действуют вразнобой, преследуя каждый свои интересы и жестко конкурируя между собой. Наглядным примером служит Европейский Союз, как один из важнейших секторов суперсистемы, где на протяжении последних двух лет руководители 28 стран не могут выработать согласованного решения долгового кризиса. Еще одной характерной чертой современной экономической ситуации является противоречивость осуществляемых государствами мер по преодолению кризиса, который я назвал бы "эффектом бумеранга". Начавшийся переход к жесткой экономии бюджетных средств создает риск дальнейшего замедления восстановления, роста безработицы и сокращения покупательского спроса на рынке товаров и услуг. В то же время эти неизбежные последствия политики жесткой экономии неизбежно приводят к дальнейшему росту государственного долга и дефицита бюджета из-за недостаточного роста производства, вызванного сужением рынков.

Что касается протекционизма, то правы эксперты ООН, когда пишут "В условиях, когда многосторонние торговые переговоры в рамках Доха-раунда зашли в тупик, двусторонние торговые соглашения между (иногда неравными) партнерами множатся и понятие "изменяемой геометрии" подхода в переговорах в рамках ВТО находит определенную поддержку среди государств-членов. Такое развитие событий ставит под угрозу безусловный принцип предоставления режима наибольшего благоприятствования (РНБ), который был краеугольным камнем системы многосторонней торговли с момента ее создания в конце 1940-х" (http://www.un.org/ru/development/surveys/docs/wesp2012.pdf).

Особенно следует подчеркнуть, что важнейшей причиной центробежных тенденций является эмерджентность глобальной системы, т.е. принципиальная несводимость интересов составляющих ее компонентов. Примером является поведение Китая, который, впрочем, как и все другие государства, в первую очередь печется о своих национальных интересах. При этом его экономика остро нуждается в рынках сбыта своей продукции в высокоразвитых странах мира. Именно в свете этого следует расценивать договоренность Японии и КНР содействовать использованию национальных валют вместо американского доллара в сделках между японскими и китайскими компаниями. К такой договоренности пришли под занавес 2011 года в Пекине премьер-министр Японии Ёсихико Нода и премьер Госсовета КНР Вэнь Цзябао, трезво учитывая то обстоятельство, что доллар США и евро теряют свои позиции на мировом рынке. Обе стороны рассчитывают, что договоренность о более широком использовании национальных валют при двусторонних сделках положительно скажется на экономическом развитии и конъюнктуре внутренних рынков обеих стран. В ходе двусторонней встречи Ёсихико Ноды и Вэня Цзябао была также достигнута договоренность о покупке Японией китайских гособлигаций. Китайские власти строго контролируют продажу своих облигаций и сами выбирают, кому из зарубежных стран предоставить возможность их приобретать. Несмотря на то, что Японии будет позволено приобрести лишь строго ограниченное число китайских гособлигаций, данную договоренность можно считать крайне важным шагом на пути развития японско-китайских экономических связей. Между тем, сама КНР недавно приобрела дополнительный пакет японских гособлигаций.

5. Кризис, продолжающийся уже шестой год, свидетельствует о неустойчивости глобальной капиталистической экономики. И пока в ней не проглядываются силы, способные к самоорганизации этой суперсистемы. Международные структуры оказались беспомощными перед лицом кризиса. Несмотря на все потуги государственных деятелей, МВФ, Мирового банка, ВТО, ОЭСР, G-8 и G-20, руководствующихся рекомендациями высококлассных специалистов, капиталистическая экономика становится все более и более неуправляемой, все меньше и меньше подчиняясь воле властителей этого жестокого и абсурдного по своей сути мира. Даже Папа Римский Бенедикт XVI 6 октября 2008 года вынужден был отметить, что глобальный финансовый кризис свидетельствует о бесполезности денег и тщетности накопления материальных ценностей, а "единственной твердыней является слово Божие".

Баснословные суммы финансовых вливаний из средств государственных бюджетов в частный сектор, снижение центробанками процентных ставок и ряд других мер, хотя несколько и смягчили негативные явления, однако не в состоянии были преодолеть кризисные явления, ибо не разрешено основное противоречие глобальной экономики - между общественным характером воспроизводства и частной формой собственности на средства производства. Поистине смехотворными и беспочвенными являются выводы неолиберальных экономистов о том, что нынешний кризис был вызван коллективными ошибками руководства ТНК и банков, а также административных служб правительств. Дело не в ошибках и просчетах руководителей государственных служб и бизнесменов, хотя они, вне всякого сомнения, имели место, а в объективных закономерностях функционирования глобальной капиталистической экономики.

6. Несмотря на то, что центробежные силы перевешивают центростремительные, однако объективно существующая взаимозависимость национальных экономик приводит к такому парадоксальному результату, что каждый партнер, отстаивая свои кровные интересы, при этом непременно вынужден учитывать меру влияния своей внеэкономической политики в отношении рынков других стран и регионов. Так, например, страны мира, включая Евросоюз, Китай и Японию, не заинтересованы в том, чтобы топить доллар и вообще экономику США, несмотря на острейшую конкуренцию, существующую между ними.

Повторяю, несмотря на острейшие противоречия, современную мировую экономику следует рассматривать как единое целое, в котором взаимосвязаны все его составляющие. Эту сложную противоречивую взаимосвязь можно проиллюстрировать на следующем примере. Вынос ТНК многих предприятий в "периферийные" страны привел к тому, что они стали обслуживать потребительские рынки богатых государств ОЭСР. Процесс переноса многих промышленных производств в аграрные страны в погоне за максимальными прибылями (благодаря низкооплачиваемому труду, не защищенному в достаточной мере социальным законодательством в условиях отсутствия профсоюзов или их недееспособности) породил ряд новых явлений. В "старых" промышленных странах произошло снижение реальной заработной платы и возросло напряжение на рынке труда (кстати, этот процесс еще не завершен, вызывая массовое недовольство увольняемых работников в связи с закрытием предприятий и их последующим перебазированием в зоны дешевого труда). Все эти процессы в своей совокупности не могли не привести к уменьшению глобального платежеспособного спроса, которое не было компенсировано некоторым ростом потребления товаров в "периферийных" странах в связи с тем, что перебазирование индустрии в государства "третьего" мира вызвало пролетаризацию крестьянских масс, которые до этого вели традиционное натуральное хозяйство. Словом, расширение емкости рынка в слаборазвитых странах (даже с учетом того, что в них появился "средний класс" и увеличилась численность буржуазии) не в состоянии было перекрыть сокращения платежеспособного спроса в государствах ОЭСР. Сжатие же глобального потребительского рынка затормозило воспроизводство промышленного и торгового капиталов, что вынудило банки стимулировать спрос путем предоставления доступного потребительского кредита, источником финансирования которого стали сверхприбыли, полученные за счет эксплуатации трудовых и природных ресурсов в "периферийных" странах.

7. В мире существенно усилилась спекулятивность капиталистической экономики, особенно в финансовом секторе, что, несомненно, усугубляет ее стихийный характер. Картину кризисного хаоса "украшают" не только проделки мелких спекулянтов, зарабатывающих себе денежки на хлеб насущный, но и крупные мошенники - настоящие акулы бизнеса, такие, как Б.Мэдофф - экс-глава знаменитой фондовой биржи Nasdag, который умудрился нанести ущерб клиентам своей гигантской финансовой пирамиды, исчисляемый в 60 миллиардов долларов. Сегодня в сфере финансов преобладают спекулятивные операции, достигающие, согласно оценкам экспертов, примерно 95 процентов от общей суммы сделок.

Сумма виртуальных денег, или вторичных долговых обязательств (деривативов), обращающихся на фондовых биржах, которые Д.Сорос образно назвал "токсичными", возросла в предкризисном, 2006 году до фантастической величины - 473 триллионов долларов США, превысив объем мирового ВВП в 10 раз!

Деривативы вошли в моду на волне кредитного бума, став одной из самых распространенных форм передачи кредитных рисков другим инвесторам. Особую популярность приобрели контракты, предполагающие выплату премии тому, кто берет на себя риск невозврата по тому или иному кредиту (Credit default swaps). Впервые такой инструмент в 1997 году запустил в оборот JP Morgan на общую сумму 9,7 млрд. долларов.

Спекулянты получали огромные прибыли, пока цены на наиболее рискованные бумаги вроде ипотечных облигаций росли. Ненадежные схемы оказывались самыми доходными. К середине 2008 года в управлении спекулятивных хедж-фондов находилось около 2,5 трлн. долларов. С началом кризиса сотни их лопнули, так же как рухнули и некоторые мошеннические финансовые пирамиды.

Финансовый мир все больше отрывается от реальной экономики, нависая над ней, как грозовая туча. Теперь даже министры финансов и руководители центробанков стран, входящих в G-8, признают "фундаментальную слабость мировой финансовой системы". Эмиссия кредитных денег, в том числе электронных, связана не столько с реальными доходами, сколько с гипотетическими, т.е. возможными доходами заемщиков, еще не полученными в процессе реального производства. У многих заемщиков закладные под недвижимость не имеют достаточного обеспечения, являясь фиктивными. Таким образом, образуется кредитный "пузырь", способствующий возникновению кризисов, ибо в один прекрасный день он неизбежно должен лопнуть. Повторяю, банки приучают домохозяйства жить в кредит, способствуя движению капитала, который может существовать, только сбросив с себя товарную форму и превратившись в деньги с тем, чтобы начать новый цикл своего расширенного воспроизводства. Однако такая практика, как показывает беспрерывная череда циклических финансовых кризисов, чревата потрясениями.

Спекуляции в условиях быстрого роста мировой экономики распространились и на сырьевые рынки. Инвесторы с началом финансового кризиса в панике искали, куда можно вложить свои средства, выведенные из ненадежных финансовых активов.

Я не могу здесь не процитировать вывода экспертов ООН, который они сделали в своем очередном экономическом обзоре по итогам 2012 года (http://www.un.org/ru/development/surveys/docs/wesp2012.pdf), по вопросу о влиянии авторитета такого важного органа, как "двадцатка", на деятельность спекулянтов: "Хотя вопрос о финансовых спекуляциях был включен в повестку дня ряда международных форумов в 2011 году, в том числе и Группы двадцати (G20), никаких решений на международном уровне с целью лучшего регулирования рынков товарных фьючерсов до сих пор принято не было (выделено жирным шрифтом мной - ВП)<...>Международное сообщество также приняло меры для снижения глобальных рисков и укреплению международной финансовой системы путем внедрения новых финансовых правил, в том числе на международном уровне, известных как Базель III. Среди мер, принятых на национальном уровне, - закон Додда-Фрэнка о реформе Уолл-стрит и защите потребителей в Соединенных Штатах. Обсуждение правил для системно важных институтов все еще продолжается. Однако, поскольку большинство из этих мер осуществляется постепенно в течение длительного периода времени, они пока еще не повлияли на текущую экономическую и финансовую ситуацию. Кроме того, достаточны ли эти меры, чтобы сдержать риск, остается неясным".

8. Отличительной особенностью развивающегося кризиса является подтверждение прописной истины об объективной закономерности процесса обобществления капиталистической экономики, однако, теперь уже не только в рамках отдельных национальных экономик, но и в глобальном масштабе.

Это выражается в частности в том, что практически во всех странах, охваченных в той или иной мере мировым экономическим кризисом, проводится политика активного вмешательства государств, а также международных экономических структур в деятельность частного бизнеса. Иначе и быть не может, ибо капитал - это коллективный продукт, создаваемый трудом всего общества, а не результат деятельности индивидуальных предпринимателей.

Глава Deutsche Bank Ж.Акерман заявил: "Я больше не верю в саморегулирование рынка". Президент Франции Н.Саркози вторит ему: "Идея всесильного и неподконтрольного рынка безумна<...>Саморегулирование завершено. Эпоха laisser faire окончена". Жестокая действительность убедительно доказала полную иллюзорность концепции "рейганизма" и "тэтчеризма", их основополагающей идеи о том, что компании финансового и реального секторов экономики могут успешно регулировать свою деятельность.

Обобществление производства выражается также в продолжающейся монополизации и концентрации капитала через слияние или покупку. Например, Volkswagen (WW) завладел 42 % акций Porche за 3,3 млрд. евро; Koenigsegg выкупила Saab Automobile, ранее принадлежавшему General Motors Co. Возрастает роль ТНК в мировом производстве и торговле. В условиях кризиса более сильные банки стали поглощать слабые. Bears Stearns, потерявший на обвале рынка ипотечных облигаций более 1 млрд. долларов, перешел в руки JP Morgan. Lehman Brothers был раскуплен частями английским Barclays и японским Nomura. Merril Lynch был куплен Bank of America.

9. Нельзя также не отметить устойчивую тенденцию возвышения в мировой экономике влияния Китая и одновременно упадка США. Китай демонстрирует в условиях кризиса и трудностей с экспортом своих товаров высокие темпы роста народного хозяйства. Руководство Китая своевременно разработало меры по противодействию негативному влиянию кризиса на экономику своей страны. В частности, Председатель КНР Ху Цзиньтао обратил внимание всех органов управления на необходимость реализации разработанной программы интенсификации внутреннего потребления, активизации монетарной политики, дальнейшего реформирования модели экономического развития.

Китай в принципе может перевести свои долларовые активы в другие, более ценные, чем нанесет серьезный удар по финансовой системе США. Такой шаг, безусловно, изменил бы расстановку сил еще больше в пользу Китая. Вместе с тем он лишился бы одновременно рынка сбыта своих товаров и определенных источников финансирования. Однако, повторяю, позиции США пока довольно сильные и они, несмотря на все трудности, остаются по-прежнему мировым лидером глобального капитализма. В этом я вполне солидарен с Ф.Фукуямой, который в интервью российскому журналу The New Times 18 ноября 2008 года сказал, что текущий кризис<...>это не конец капитализма. Я думаю, это конец "рейганизма"...".

Кстати, как отмечает Н.Бимс, "...вовлечение в мировой рынок Китая, где затраты на рабочую силу составляют одну тридцатую часть от аналогичных затрат в США и других ведущих капиталистических странах, стало основой для роста объема прибавочной стоимости, извлеченной капиталом из рабочего класса. В недавнем докладе о благах глобализации один из ведущих представителей Евросоюза П.Мандельсон (заметил, что китайский производитель iPod'а получает всего 4 доллара за продукт, которой в США продается по розничной цене в 290 долларов.

Тот же П.Мандельсон указывал на процесс, в ходе которого прибавочная стоимость, извлеченная в Китае, затем перераспределяется в другие сектора капитала в форме платежей за лицензии, арендной платы за торговые центры, проценты за ссуды банков и финансовых институтов.

Такой характер отношений с Китаем сформировал своеобразный эффективный экономический цикл. Дешевые промтовары тормозили инфляционное давление и давали Федеральному Резерву возможность снижать процентные ставки в США, не особенно беспокоясь об инфляции.

Дешевый кредит раздувал различные пузыри активов -- биржевых акций, рынка акций высокотехнологических компаний и рынка недвижимости, которые позволяли финансировать долги, поддерживая в то же время уровень потребления при отсутствии какого-либо действительного повышения уровня заработных плат в США. В то же время китайские власти вкладывали свои доходы от торговли в финансовые активы в Америке, чтобы держать стоимость юаня на низком уровне по отношении к доллару и защищать таким образом свои экспортные рынки. Этот механизм также работал в сторону снижения процентных ставок в США, возобновляя источники дешевого кредита, который, в свою очередь, поддерживал возникшие пузыри активов".

10. Экономический кризис привел к углублению острейших диспропорций, существующих в асимметричной мировой системе:

- между странами ОЭСР и беднейшими странами;

- между США и остальными государствами мира;

- сокращение расходов на социальные программы;

- сохранение и, возможно, даже усиление непосредственной причины, вызвавшей глобальный системный кризис, а именно уменьшение платежеспособного спроса семей, относящихся к т.н. "среднему классу" в силу увеличения долговой зависимости от кредиторов.

По данным обследования МВФ, от кризиса серьезно пострадала экономика следующих наиболее бедных и уязвимых стран мира: Албании, Анголы, Армении, Бурунди, Вьетнама, Ганы, Гаити, Гондураса, Демократической республики Конго, Джибути, Замбии, Киргизии, Кот д╢Ивуар, Лаоса, Лесото, Либерии, Мавритании, Молдавии, Монголии, Нигерии, Папуа-Новая Гвинея, Сент-Люсия, Сент-Винсент, Гренадины, Судана, Таджикистана, Центральноафриканской республики. Кризис для перечисленных государств обернулся для них упадком торговли, а также значительным снижением иностранных инвестиций и денежных переводов. Общий внешний долг (государственный и частный) "развивающихся" стран возрос до 24,8 % ВВП в 2009 году, а среднее отношение внешнего долга к экспорту увеличилось до 82,4 %. МВФ считает, что по предварительным подсчетам, необходимый объем дополнительного финансирования беднейших стран может достигнуть 140 млрд. долларов (и это на фоне триллионов долларов, которые направляют государства ОЭСР для стимулирования своей экономики и реструктуризации финансового сектора!).

Таким образом, как справедливо заметил Д.Сорос в The Financial Times, "Нынешняя структура мировой финансовой системы отличается пагубной асимметричностью". По его мнению, господствующие финансовые органы развитых стран готовы на все для спасения этой системы, но мало обеспокоены судьбой периферийных государств. "В результате система обеспечивает стабильность и защиту преимущественно тех стран, которые составляют ее ядро", - пишет Сорос. Так, жесткие требования к деятельности рынков не распространяются на США, обладающие правом вето в МВФ, и потому за последние 25 лет Америка беспрепятственно накапливает дефицит текущего счета, отмечает он. По мнению Сороса, антикризисные меры США и ЕС после банкротства Lehman Brothers (решение не допускать банкротств крупных финансовых учреждений и застраховать вклады) возымели непредвиденные негативные последствия для периферийных стран. "Курсы национальных валют по отношению к доллару и иене упали, процентные ставки и страховые надбавки за риск резко возросли, маржин-коллы стали широко распространенным явлением".

Кризис бьет не только по слабым экономикам, но отрицательно сказывается и на быстро развивающихся экономиках, например, такой великой страны, как Индия. В 2012 году на фоне растущего уровня бюджетного дефицита и дефицита текущих операций, увеличения государственных заимствований, сокращения золотовалютных резервов, роста цен на рынках продовольственных товаров и энергоносителей в Индии снизились темпы роста ВВП. Особенно остро сказывается на экономике Индии зависимость от импорта энергоносителей и масштабные спекуляции портфельными инвестициями.

11. В мире увеличилось число безработных (на 30 млн. человек с 2007 по 2009 год), бедных, нищих и голодных. В настоящее время половина человечества еле-еле сводит концы с концами.

И даже в "благополучной" Западной Европе, как свидетельствуют данные Евростата, жизненный уровень в результате кризиса ухудшается из года в год. На грани бедности или социальной незащищенности в 2011 году находилось 119,6 млн. человек, что составляет 24,2% от всего населения 28 стран Евросоюза (в 2008 году - 23,5%). Беднейшей страной ЕС стала Болгария, где по европейским нормам за чертой бедности и вплотную у этого предела оказались 49% населения, второе место разделили Румыния и Латвия - по 40%, третье место у Литвы - 33%, на четвертом - Греция и Венгрия - по 31%.

12. Как отмечает С.Амин в статье "Преодоление капитализма через кризис или капитализм в кризисе?" (http://www.anti-glob.ru) "...нынешний кризис - это не просто финансовый кризис и не сумма многочисленных системных кризисов, это - кризис империалистического капитализма "олигополий", чья исключительная и высшая власть может вновь быть поставлена под вопрос борьбой всех народных классов и стран угнетаемой периферии, даже если они, являются "развивающимися рынками". Одновременно нынешний кризис - это кризис американской гегемонии. Все вместе следующие явления неразрывно связаны между собой: капитализм "олигополий", политическая власть олигархов, варварская глобализация, довлеющее доминирование финансового сектора в экономике, гегемония США, милитаризация методов глобализации, служащей интересам "олигополий", упадок демократии, расхищение ресурсов планеты и невозможность развития для Юга".

12. Пожалуй, объективную обобщающую оценку ситуации, сложившейся на данный момент в мирохозяйстве дала глава Международного валютного фонда (МВФ) К.Лагард. "Перспективы развития мировой экономики на данный момент не особенно радужные. Довольно мрачные. Это именно то, что произошло в 1930-х годах, но таких последствий мы не хотим",-- приводит слова К.Лагард издание The Guardian. Глава МВФ добавила, что к решению кризиса должны подключиться страны всего мира. "Нет ни одной экономики в мире - будь то страна с низкими доходами, средним уровнем доходов, или хорошо развитой экономикой, которая будет застрахована от кризиса, не только не утихающего, но все больше возрастающего",-- отметила она.

Весьма симптоматичным является прогноз Департамента по экономическим и социальным вопросам ООН: "Несмотря на заметный прогресс, достигнутый в сокращении проблемных активов банковского сектора, многочисленные риски остаются. Положение на рынках недвижимости может еще более ухудшиться, рост кредитов остается слабым, а безработица удерживается на устойчиво высоком уровне. Большинство стран сохранили и даже усилили политику дешевых денег (низкие процентные ставки и расширение денежной массы), стараясь помочь финансовому сектору вернуться к нормальному состоянию и стимулировать экономическую активность, по мере того как фискальные стимулы поэтапно отменяются. Однако это добавило новые риски, включая высокую волатильность основных валют и всплеск нестабильного притока капитала на формирующиеся рынки, которые уже стали источником экономической напряженности и могут нанести вред восстановлению в ближайшем будущем. Такая напряженность ослабила обязательства по координации политики на международном уровне, что в свою очередь, осложнило устранение глобальных дисбалансов и других структурных проблем, которые, с одной стороны, привели к кризису, а с другой - были созданы самим кризисом" (http://www.un.org/ru/development/surveys/docs/wesp2011.pdf). Таков неутешительный прогноз осторожных экспертов ООН. Словом, конца кризиса пока не видно. И с этим согласны эксперты рейтинговых агентств Fitch и Moody's.

Еще одним подтверждением этих неутешительных выводов является и доклад экспертов Всемирному экономическому Форуму (ВЕФ) в Давосе (январь 1913 года). "Способность правительств реагировать на будущие экономические потрясения упала до "критически низкого уровня",- говорится в докладе. (weforum.org).

Управляющий директор ВЕФ Роберт Гринхилл уверен, что в XX╤ веке уже не могут быть действенными системы управления мировой экономикой, которые достались в наследство от XX века. В основе глобального финансового кризиса лежат долгосрочные структурные недостатки мировой экономики. Макроэкономические дисбалансы, налогово-бюджетные кризисы в странах с развитой экономикой, огромные необеспеченные социальные обязательства и слабые финансовые рынки образуют сложную совокупность факторов экономического риска. Из-за задолженности, обусловленной кризисом, возможности борьбы с новыми потрясениями уменьшились до критически низких уровней. Даниэль М.Хофманн, главный экономист Zurich Financial Services (Швейцария), отметил: "Текущая налогово-бюджетная политика большинства промышленно развитых стран является неустойчивой. Если не будут проведены масштабные структурные корректировки, риск суверенных дефолтов возрастет".

13. В упомянутом докладе экспертов ВЕФ отмечается также, что "...растущие масштабы незаконной торговли, организованной преступности и коррупции формируют совокупность факторов криминального риска. Соединенный сетями мир, сбои управления и экономическое неравенство создают возможности для разрастания противоправной деятельности. В 2009 году объем незаконной торговли в мире оценивался в 1,3 трлн. долларов США, и он продолжает расти. Эти риски, которые влекут за собой огромные издержки для законной хозяйственной деятельности, одновременно ослабляют государственную власть, ставят под угрозу возможности для развития, подрывают законность и не позволяют странам вырваться из замкнутого круга бедности и нестабильности".

Не заставляет ли все вышесказанное сделать вывод, что глобальный экономический кризис становится перманентным? Практически к такому же выводу пришли и эксперты ООН, когда заявили, что "Развитые страны могут быть увлечены вниз по нисходящей спирали четырьмя болезнями, которые взаимно усиливают друг друга: проблемный суверенный долг, неустойчивый банковский сектор, слабый совокупный спрос (связанный с высоким уровнем безработицы) и паралич политики, вызванный политическим тупиком и институциональными слабостями. Эти болезни уже запущены, но дальнейшее ухудшение одной из них может столкнуть экономику в порочный круг, ведущий к острому финансовому кризису и экономическому спаду. Это также серьезно повлияет на страны с формирующимися рынками и на другие развивающиеся страны через торговые и финансовые каналы" (http://www.un.org/ru/development/surveys/docs/wesp2012.pdf).

14. И еще один важный вывод, который следует из сущности капиталистической системы эксплуатации, какие бы формы она не приобретала. В основе современного глобального кризиса, который еще будет долго длиться или же превратится в перманентный, лежит перенакопление фиктивного капитала в отношении к прибавочной стоимости, извлекаемой из мирового пролетариата. Именно поэтому все правительства земного шара, выдавая миллиардные субсидии банкам и финансовым институтам, будут пытаться еще сильнее давить на жизненный уровень наемных работников, как это происходит сегодня в Греции, Испании, Португалии и других странах.

Главная цель рыночной экономики - извлечение максимума прибыли из любого вида деятельности. А большую прибыль сегодня приносит не материальное производство, а торговля наркотиками, людьми, оружием, коррупция, проституция, азартные игры, терроризм и войны за доступ к дешёвым и стратегическим ресурсам. Прибыль тем больше, чем более разрушительным, человеконенавистническим, аморальным бизнесом занимается тот или иной субъект экономики, неважно отдельный человек, предприниматель, чиновник, группа организованной преступности или целая страна. И эти негативные сферы деятельности, как бы ни возмущалось общество, что бы ни пыталась делать власть, при действующем в стране примате рыночной экономики и рыночного мышления будут иметь неоспоримое преимущество перед материальным производством, социальными программами и моральными устоями общественной жизни.

15. К началу XXI столетия масштабы и уровень назревших проблем глобализации возросли настолько, что стихийное развитие уже недопустимо. Необходимо активное вмешательство общественного разума для сознательного регулирования экономики и политики, чтобы снять угрозу назревающих катастроф. А это в свою очередь предполагает мобилизацию не только накопленного технологического и производственного потенциалов, но и всего интеллектуального потенциала человечества, развитие активного общественного сознания по всем направлениям.

К такому же выводу пришел и А.Чумаков, который в статье "Современный мир на пороге фундаментальных трансформаций" (Век глобализации. Выпуск N2/2008) пишет: "Современный мир стоит на пороге серьезных испытаний, ибо под воздействием процессов глобализации он по всем основным параметрам общественной жизни стал единой, целостной системой, в то время как механизмов управления этим качественно изменившимся миром нет. Без создания такой системы управления человечество как целостный организм не имеет шансов на благополучное будущее.

В этой связи отметим, что попытки провести аналогии или исторические параллели между нарастающим современным кризисом и Великой депрессией 1929-1933 гг. в США неконструктивны, так как современные процессы имеют по сути своей иную природу и иной масштаб. Тогда кризис был региональный и усилий одного государства (США), в конечном счете, было достаточно, чтобы его преодолеть. Теперь (и это впервые в истории человечества) кризис глобальный, когда многоаспектная глобализация не оставляет никаких шансов какой бы то ни было стране или народу безучастно наблюдать со стороны за происходящими событиями.

По сути, "первой ласточкой" действительно глобального кризиса стал Азиатский финансовый кризис 1997-1998 гг., когда существующие механизмы воздействия на мировую финансовую систему обнаружили свою неэффективность. Тогда ситуация выправилась, но, как видим, ненадолго. Теперь же все сложнее. И если опять на какое-то время обнаружится тенденция к улучшению положения дел, то обольщаться не стоит, ибо пока еще никто не готов к кардинальной перестройке международных отношений, чтобы создать систему управления как минимум мировым хозяйством (не говоря уже обо всех важнейших сферах общественной жизни). Такая задача не под силу ни одному государству (будь то США или другая страна) и даже нескольким из них, объединившимся, например, в "Большую восьмерку" или даже "двадцатку" наиболее развитых стран. В конечном счете, это может быть делом только абсолютного большинства человечества". На самом же деле, реального механизма регулирования глобальной экономики не существует, несмотря на обилие всякого рода международных структу, начиная с ООН и его подразделений, кончая G 8 и G-2. Об этом красноречиво пишет Н. Рубини: "Мы живем в мире, в котором, теоретически, управление глобальной экономикой и политикой находится в руках "Большой двадцатки". На практике, однако, никакого глобального управления не существует, а между членами "Большой двадцатки" имеются серьезнейшие разногласия по вопросам кредитно-денежной и налогово-бюджетной политики, обменных курсов и глобального дисбаланса, борьбы с изменением климата, по вопросам торговли, финансовой стабильности, международной кредитно-денежной системы, а также энергетической, продовольственной и глобальной безопасности. Мировые державы считают сегодня данные вопросы игрой с нулевым исходом, а не игрой с положительным исходом. Так что, по сути, наш мир - это мир "Большого нуля" (http://www.inosmi.ru/world/20110214/166498773.html?id=166502092).

Анализируя литературу по нынешнему кризису, можно четко выделить две диаметрально противоположных позиции. Первая позиция ориентирована на сохранение капиталистического способа производства и поиск мер по совершенствованию механизма предупреждения и регулирования экономических кризисов. Вторая же позиция заключается в необходимости революционной смены капиталистического способа производства на принципиально иной, социалистический способ производства, позволяющий кардинально решить проблему управления экономикой на планово-договорной основе и навсегда покончить с экономическими кризисами. Капитализм при любой, самой совершенной системе международного и национального регулирования, которую в состоянии изобрести человеческий разум, не в состоянии перебороть две могучие стихийные силы: жажду получения максимальной прибыли любыми путями и спекулятивные махинации. Степень обобществления глобальной экономики и уровень развития производительных сил, а также методов управления их функционированием уже таков, что он позволяет осуществить переход к социализму. И чем раньше это произойдет, тем меньше вероятность того, что глобальный Капитал во имя собственного спасения погрузит мир в пучину третьей мировой войны. Капитализм сегодня действует по принципу "на наш век хватит, а после нас хоть потоп", поэтому переход к социализму становится настоятельным требованием нашего времени и чем раньше люди на этой планете осознают. что другого пути ради спасения человеческой цивилизации просто нет, тем лучше. Выход из кризиса может быть только один - обобществление производства в результате социальной революции, которая по своей природе в эпоху глобального капитализма должна стать также всемирной.

"...Как итог всего, классовая борьба, в которой находит свое разрешение это движение и вся эта дрянь" (Маркс К., Энгельс Ф., Сочинения, изд. 2-е, т. 32, с. 64-65). Борьба за свои права на работу и против сокращения финансирования социальных программ становится все более организованной и интернациональной. Классовая солидарность преодолела государственные границы и вылилась 14 ноября 2012 года в самую крупную за последние десятилетия акцию протеста. Во всеобщей забастовке, объявленной Европейской конфедерацией профсоюзов, приняли участие миллионы жителей из 23 стран ЕС. Они вышли на демонстрации, чтобы выразить недовольство мерами бюджетной экономии и сокращением государственных расходов. Самые масштабные акции и забастовки прошли в экономически наиболее проблемной южной части Европы: в Испании, Греции, Португалии и Италии.

В Испании и Италии общеевропейская забастовка против бюджетной политики властей закончилась столкновениями с полицией. В Испании 74 человека получили ранения в столкновениях с полицией, 43 из них - стражи порядка. В Италии почти тридцать полицейских ранены.

В Италии годовщина работы кабинета Марио Монти, который инициировал в стране меры жесткой экономики, не встретила поддержки среди радикальной молодежи. В Риме и Турине мирные манифестации закончились ночными беспорядками.

В странах, охваченных забастовкой, на работу в среду не вышли учителя, врачи, работники транспорта и другие госслужащие. Транспорт и авиасообщение в Испании и Португалии остановились почти полностью, в одной Испании отменили более 600 авиарейсов. Главный испанский профсоюз назвал вчерашний день "поворотным моментом в истории Евросоюза". К забастовке в Португалии присоединились 90% работников государственного сектора и крупных предприятий. В остальных странах ЕС тоже прошли митинги и забастовки, правда, менее значительные. Во Франции и Бельгии было парализовано железнодорожное движение. Общеевропейские протесты против мер экономии проходили и раньше, однако число участников в 2010 и 2011 годах было значительно меньше.

16. И, наконец, следует вновь подчеркнуть, что природа причин, вызывающих современные экономически кризисы, - многофакторна. Об этом, так же, как и об истории различных концепций экономических кризисов идет речь в обстоятельной статье В.Белоусова и В.Бирюкова "Проблема циклических кризисов в современной макроэкономической теории ("Вестник МГУ Серия 6. Экономика. 2011. N1).


## Глава 3. Социальная стратификация


"Глобальное неравенство, по-видимому, становится ключевой проблемой политики в двадцать первом веке".

З.Бжезинский

"Основные типы капиталистических предпринимателей: разбойник, завоеватель, чиновник, спекулянт, купец".

В.Зомбарт

3.1.Сущность понятия "стратификация"

В данной главе речь пойдет о социальной стратификации в современной глобальной социально-экономической системе, а не вообще о проблеме социальной стратификации в ее самой широкой трактовке.

В Википедии дана следующая интерпретация понятия "социальная стратификация": "Социальная стратификация (от лат. "stratum"-- слой и facio -- делаю) -- одно из основных понятий социологии, обозначающее систему признаков и критериев социального расслоения, положения в обществе; социальную структуру общества<...>Стратификация -- это деление общества на специальные слои (страты) путем объединения различных социальных позиций с примерно одинаковым социальным статусом, отражающее сложившееся в нем представление о социальном неравенстве, выстроенное по горизонтали (социальная иерархия), вдоль своей оси по одному или нескольким стратификационным критериям (показателям социального статуса). Деление общества на страты осуществляется исходя из неравенства социальных дистанций между ними -- основное свойство стратификации. Социальные страты выстраиваются вертикально и в строгой последовательности по индикаторам благосостояния, власти, образования, досуга, потребления".

С точки зрения марксистской науки, определение социальной стратификации, приводимое в Википедии, страдает существенным изъяном, а именно в нем не учитывается такой решающий критерий, как экономические отношения между людьми в обществе, определяемые их отношением к средствам производства, а также функции, выполняемые теми или иными субъектами в процессе расширенного общественного воспроизводства.

В марксизме классической считается следующая формулировка понятия "класс", данная В.Лениным в работе "Великий почин": "Классами называются большие группы людей, различающиеся по их месту в исторически определенной системе общественного производства, по их отношению (большей частью закрепленному и оформленному в законах) к средствам производства, по их роли в общественной организации труда, а следовательно, по способам получения и размерам той доли общественного богатства, которой они располагают. Классы, это такие группы людей, из которых одна может себе присваивать труд другой, благодаря различию их места в определенном укладе общественного хозяйства" (Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 39, с. 15).

Профессор Ю.Чуньков в статье "Классы и классовая борьба сегодня" (ЭФГ N 48, 2012) следующим образом прокомментировал ленинское определение понятие "классы": "Мы обращаем внимание на три момента. Во-первых, в определении в лаконичной форме выражена политическая экономия Ф.Кенэ, А.Смита, Д.Рикардо и К.Маркса, вместе взятых. Во-вторых. Влияние Смита на экономическую мысль человечества в части экономического эгоизма homo economicus настолько сильное, что это сказывается на вожде российского пролетариата. Он дает определение класса только как экономического субъекта. А между тем класс выступает носителем целого комплекса интересов, и это хорошо доказал сам автор определения своей революционной деятельностью. В определении приглушенно звучит правовой аспект, но отсутствуют социальные, нравственные, политические и идеологические аспекты. В-третьих, вслед за Ф.Кенэ и К.Марксом во второй части определения В.И.Ленин связывает классовость общества только с наличием одного из эксплуататорских классов, присваивающих труд других. Этим аргументом закладывается мысль об исчезновении классов в будущем. Мы полагаем, что классы могут существовать и вне эксплуататорских систем. Это вытекает непосредственно из первой части определения, в которой классообразующими критериями называются такие факторы, как: 1) разделение общественного труда; 2) отношения собственности на средства производства; 3) приобретенная доля общественного богатства.

Эти экономические явления присущи любому обществу. Кроме того, практика социалистических обществ доказывает, что и при отсутствии эксплуатации человека человеком классы остаются.

Современные марксисты, кроме трех отмеченных классообразующих критериев, называют четвертый - это разделение общественного труда на функцию управления трудом и функцию исполнения труда". Ю.Чуньков имеет в виду идеи А.Бузгалина.

С учетом вышесказанного Ю.Чуньков предлагает свое определение понятия "классы": "Классами называются организационно, политически и идеологически сформировавшиеся большие социальные группы, которые различаются по месту в системе общественного разделения труда, занятию физическим и умственным трудом, а также по отношению к средствам производства и по доле общественного богатства (большей частью закрепляемой в законах)".

Определение Ю.Чунькова, на мой взгляд, страдает одним недостатком: в реальной действительности далеко не все члены общества, состоящие в том или ином классе, сформированы организационно, политически и идеологически. И вообще критические замечания Ю.Чунькова в отношении определения понятия "классы", данное В.Лениным, выглядит несколько предвзятым. Я имею в виду, его замечание в отношении того, того что в определении якобы отсутствуют социальные, нравственные, политические и идеологические аспекты. Все, кто мало-мальски знает философию марксизма, прекрасно знают, что под выражением исторически определенная система общественного производства всегда подразумевается вся совокупность отношений в обществе, включая надстроечные. Произвольной является и утверждение Ю.Чунькова о том, что В.И.Ленин связывает классовость общества только с наличием одного из эксплуататорских классов, присваивающих труд других. В.Ленин совершенно ясно пишет о классах в различных укладах общественного производства.

Спрашивается, почему же я все-таки решил использовать понятие "страта" наряду с понятием "класс", или, другими терминами (слой, сословие, пласт, группа, общность)? Почему следует изучать не только отношения между классами, но и между стратами? Причина заключается в том, что понятие "страта" позволяет проанализировать внутриклассовую структуру, а также выявить социальные слои, которые строго не вписываются в понятие "класс". Здесь же сразу замечу, что, предложение Г.Старченкова (статья "Кто стоит на пути модернизации России" - ЭФГ N 42.2012) вообще отказаться от понятия "класс" - это дань повальному увлечению российских ученых западной социологией и оно не аргументировано.

Кстати, современное общественное устройство в общепланетарном масштабе имеет настолько сложную организацию, что понятие "класс" просто не в состоянии адекватно отразить всего его многообразия. В самом деле, сегодня в мире представлены все исторически существовавшие формы общественного устройства, начиная с первобытных родовых общин заканчивая социалистическими государствами. В ряде местностей до сих пор процветает настоящее рабовладение и феодализм с соответствующими классами и социальными группами. Несмотря на столь пеструю палитру социальных отношений, сложившуюся исторически и свидетельствующую о том, что на планете все еще не сложилось единое сообщество, нас, прежде всего, должна интересовать социальная стратификация в господствующем в настоящее время капиталистическом способе производства.

3.2.Социальная структура буржуазного общества

Традиционная трактовка социальной структуры буржуазного общества сводится к выделению трех классов: капиталистов, мелкой буржуазии, часто отождествляемой со средним классом, и пролетариата. Однако реальная действительность значительно сложнее вышеприведенной схемы в силу того, что развитие капитализма создало ряд форм собственности, соответствующих новым видам экономических отношений.

3.2.1.Класс капиталистов

Бесспорно, экономически и политически господствующим является класс капиталистов. Этот класс обладает собственностью (в форме материальных средств производства, денег, земли, патентов) и существует за счёт доходов от этой собственности. Другими словами, капиталисты - это люди, владеющие капиталом и извлекающие прибавочную стоимость путем эксплуатации других членов общества - наемных работников.

Весь класс капиталистов условно можно подразделить на три страты: крупных капиталистов, средних капиталистов и мелкую буржуазию. Особняком стоит вопрос о принадлежности к классу капиталистов топ-менеджеров корпораций и банков.

Рассматривая процесс воспроизводства капитала, можно выделить две функции: функцию присвоения и функцию управления капиталом. При применении современных правовых форм нередко сами капиталисты отходят в сторону от непосредственной организации процесса производства, от управления своей собственностью, возлагая эту функцию на менеджеров. Этот факт отмечали еще К.Маркс и Ф.Энгельс. Так Ф.Энгельс писал: "Итак, мы видим, что, вследствие развития самой системы капиталистического производства, капиталист вытесняется точно так же, как ткач, работавший на ручном станке, с той, однако, разницей, что ткач обречен на медленную смерть от голода, а вытесняемый капиталист -- на медленную смерть от обжорства. Но положение того и другого обычно сходно в том отношении, что ни один из них не знает, что ему делать с самим собой" (Маркс К., Энгельс Ф. Соч.,2-е изд. т. 19, с. 298-299). К аналогичному выводу приходит и К. Маркс: "Подобно тому, как капиталист сначала освобождается от физического труда, как только капитал его достигает той минимальной величины, при которой только и начинается собственно капиталистическое производство, так теперь oн передает уже и функции непосредственного и постоянного надзора за отдельными рабочими и группами рабочих: особой категории наемных работников. Как армия нуждается в своих офицерах и унтер-офицерах, точно так же для массы рабочих, объединенной совместным трудом под командой одного и того же капитала, нужны промышленные офицеры (управляющие, managers) и унтер-офицеры (надсмотрщики, foremen, overlookers, contre-maitres), распоряжающиеся во время процесса труда от имени капитала. Работа надзора закрепляется как их исключительная функция" (Маркс К., Энгельс Ф., Соч., т. 23, с. 343-344).

Как пишет Я.Лазар в своей книге "Собственность в буржуазной правовой теории" (http://www.pravo.vuzlib.org/book_z150_page_15.html), в параграфе 4 под названием "Менеджеры: нет такого класса", "...менеджеры (или так называемая техноструктура) не представляют собой никакого господствующего класса и вообще не являются каким-либо общественным классом потому, что у них нет никакого самостоятельного положения в системе материального производства".

Менеджеры не являются самостоятельным классом, утверждал также Д.Бернхейм в своей книге "Режим менеджеров", а в реальной действительности не произошло "революции менеджеров" и т.н. "теорию элит" можно расценивать, как очередной миф. Однако мне думается, что все-таки следует отделять топ-менеджеров от рядовых служащих банков, корпораций и акционерных обществ, являющихся, по выражению К.Маркса, "унтер-офицерами". Топ-менеджеры получают не только огромные зарплаты и бонусы, они, как правило, одновременно являются владельцами значительной доли акций тех компаний и корпораций, которыми они руководят. Именно поэтому их следует относить к классу капиталистов, ибо львиная доля их доходов формируется за счет присвоения прибавочной стоимости. Так, например, в 2009 году банк Goldman Sachs планировал выплатить только одних бонусов на сумму 16,7 млрд. долларов 30 топ-менеджерам в форме акций.

С такой трактовкой роли топ-менеджеров и вообще акционеров не согласен В.Лоскутов. Он аргументирует свою точку зрения следующим образом: "К концу ХХ столетия положение профессиональных управляющих корпораций во всех развитых странах изменилось настолько, что многие стали их называть капиталистами. Однако для признания их легитимными частными собственниками корпораций у современного общества уже давно нет экономических оснований. Впрочем, нет их и у самих акционеров, многие из которых во всех странах понимают это и потому не хотят участвовать в управлении, предпочитая перекладывать управленческие функции на профессиональных управляющих. В этих условиях управляющие, будучи по нормам права наемными работниками акционеров, в силу недостатка контроля со стороны последних как собственников, сами стремятся по мере своих возможностей стать собственниками, порождая тем самым все противоречия, вытекающие из этого хаоса субъективных представлений о собственности и собственниках.

Причина, по которой корпоративные управляющие не могут стать собственниками корпораций, состоит в том, что не они являются субъектами первичного присвоения и тем самым собственниками основных средств производства корпораций - природных ресурсов, да и многих капитальных средств, таких как здания и сооружения, тоже. Эти средства производства были присвоены в историческом прошлом совместным военным или мирным трудом всего населения современных государств, которые стали поэтому их суверенными собственниками и с тех пор могут потерять это право лишь в результате новых войн. Акционеры корпораций в этих условиях могут быть только их коллективными владельцами, тем более что современное государство фактически продолжает исполнять функции охраны капитальных объектов и даже гаранта покрытия ущерба акционерных обществ, наносимого кризисами" (В.Лоскутов. Акционерная собственность: кому принадлежит прибавочный продукт?". ЭФГ N42, 2012).

В.Лоскутов признает акционеров собственниками коллективного капитала, отказывая почему то в этом праве менеджерам называться собственниками. Спору нет, возможно., среди топ-менеджеров имеются лица, не являющиеся акционерами данной корпорации. В этом случае они, действительно являются просто наемными служащими акционерного общества. Но, как показывает жизнь, в большинстве своем топ-менеджеры являются акционерами, и получают наряду с другими дивиденды от функционирования капитала.

Утверждение В.Лоскутова, что "...корпоративные управляющие не могут стать собственниками корпораций, состоит в том, что не они являются субъектами первичного присвоения и тем самым собственниками основных средств производства корпораций - природных ресурсов, да и многих капитальных средств, таких как здания и сооружения, тоже", нет смысла оспаривать. Менеджеры в акционерных обществах не являются единоличными собственниками акционерного капитала, но они вполне могут быть сособственниками его, т.е. акционерами. Кстати, как понимать выражение "субъекты первичного присвоения"? Объяснение сути этого выражения В.Лоскутовым противоречит истории становления частной собственности и не выдерживает никакой критики ("Эти средства производства были присвоены в историческом прошлом совместным военным или мирным трудом всего населения современных государств, которые стали поэтому их суверенными собственниками и с тех пор могут потерять это право лишь в результате новых войн". Суверенными собственниками всех наличных средств производства никогда (кроме первобытного общества) не было все население. Это утверждение является вымыслом В.Лоскутова, не говоря уже о том, что его заявление, что все население современных государств может потерять статус собственников в результате войн является просто- напросто абсурдным. Таким же фантастически нелепым является его утверждение, что акционеры - это владельцы акционерного капитала только в силу того, что "современное государство фактически продолжает исполнять функции охраны капитальных объектов и даже гаранта покрытия ущерба акционерных обществ, наносимого кризисами".

Необоснованным и не соответствующим действительности представляется еще одно "открытие" В.Лоскутова о том, что "между тем, по мере того как в корпоративном секторе экономики произошло отделение функций управления от функций собственности, основной закон капитализма - "возможно большее производство прибавочной стоимости" (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 342) потерял свою силу". Короче говоря, В.Лоскутов взял и объявил, что современный капитализм - это уже не капитализм и в нем уже нет ни капиталистов, ни наемных работников, а есть управляющие и добровольно устранившееся от управления корпорациями акционеры, о которых заботится общество в лице государства. Короче, он придумал какой-то новый "профессорски-мифический" тип общества.

Повторяю, по существу, доходы типичного топ-менеджера (зарплата + бонусы, + дивиденды). ничем не отличается от прибыли владельца частного капитала. Доходы топ-менеджеров никак нельзя приравнивать к такой форме распределения вновь созданной стоимости как заработная плата, хотя формально они могут так именоваться. На самом деле доходы управляющих акционерными компаниями являются частью прибыли данного банка, фонда или корпорации, которая им перепадает. Источником их доходов является прибавочная стоимость. Повторяю, что кроме зарплаты и бонусов, многие топ-менеджеры получают еще и дивиденды, ибо они, как правило, являются владельцами определенной части (и, как правило, немалой) пакета акций. Приравнивать социальный статус топ-менеджеров к статусу обычных наемных работников - это то же самое, что приравнивать тигров к домашним кошкам.

Любопытно, как прокомментировал бы В.Лоскутов следующее информационное сообщение ИТАР-ТАСС: "Самый богатый человек в мире, мексиканец Карлос Слим выделил более 514 миллионов долларов для покупки акций своей собственной телекоммуникационной компании America Movil в связи с резким снижением их стоимости на бирже"? Неужели он не признает в господине К.Слиме капиталиста? Обстоятельства этой деловой сделки таковы. Представители холдинга, обеспечивающего сотовой связью латиноамериканский регион, сообщили, что в общей сложности приобретено 36 миллионов ценных бумаг, которые обесценились на международном рынке. По официальным данным, стоимость акций компании на торгах, состоявшихся на Мексиканской бирже в четверг, упала на 1,3%. Ранее в течение нескольких дней тенденция к снижению ценных бумаг America Movil сохранялась, и это произошло вскоре после объявления о том, что Федеральная комиссия по конкуренции Мексики оштрафовала на 50 миллионов долларов ее дочернюю компанию Telmex. По оценкам местных экспертов, в результате обрушения стоимости акций America Movil Карлос Слим потерял около 1,2 миллиарда долларов, передает ИТАР-ТАСС. На Мексиканской бирже ценные бумаги компании упали за последние дни более чем на 10%, и это стало крупнейшим спадом после рекорда в 2008 году, когда стоимость акций America Movil снизились на 12,87%. По числу абонентов компания America Movil является пятым сотовым оператором в мире. 73-летний Карлос Слим уже третий год подряд занимает первое место в списке самых богатых людей в мире, по версии журнала Forbes, его финансовое состояние основано на телекоммуникационной индустрии.

И еще несколько фактов о топ-менеджерах (http://news.mail.ru/economics/3608733/?state=90). Как передает агентство РИА-новости, американские аналитики составили рейтинг самых успешных с материальной точки зрения менеджеров мира. По итогам 2012 года безусловным лидером призван основатель и руководитель компании Oracle Ларри Эллисон, которому удалось заработать 84,5 млн. долларов. Его состояние по версии журнала Forbes - 28 млрд. долларов. Все вместе 200 топ-менеджеров США заработали за 2012 год 6,3 млрд. долларов.

В.Лоскутов, создав свою концепцию "общества акционерных обществ" (см. главу 4), пошел по давно протоптанной тропе, проложенной западными социологами, породившими теорию "революции управляющих (менеджеров)", теорию "народного капитализма" и т.п. псевдо-теории. Все эти "теории" призваны похоронить марксистскую теорию социальной революции вместе с формационной теорией.

Совершенно отдельным вопросом является вопрос о принадлежности мелкой буржуазии к классу капиталистов. К.Маркс по этому поводу писал: "Мелкий буржуа, так же, как и историк Раумер, составлен из "с одной стороны" и "с другой стороны". Таков он в своих экономических интересах, а потому и в своей политике, в своих религиозных, научных и художественных воззрениях. Таков он в своей морали, таков он in everything (во всем. -- Ред.). Он -- воплощенное противоречие" (Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 16, с. 31). Мелкий буржуа в одно и то же время частный собственник, т.е. владелец средств производства, и в то же время он - труженик. Если мелкий, предприниматель (крестьянин, ремесленник, мелкий торговец) обходится без наемных работников, то его следует рассматривать как члена страты, которая получила название средний класс. Если же он использует в производстве товаров или услуг наемную рабочую силу, то он - буржуа.

Что же касается различий между крупной и средней буржуазией, то это вопрос оценки величины того состояния, которыми они располагают. Принципиальной разницы между ними не существует, ибо и те и другие присваивают прибавочную стоимость, создаваемую наемными работниками.

Вместе с тем, К.Маркс, исследуя вопрос о прибыли и проценте выделил в рамках класса капиталистов как бы два класса - класс денежных капиталистов и класс промышленных капиталистов, которые противостоят друг другу. Первые представляют финансовый капитал, а вторые - производительный капитал, т.е. капитал, производящий товары. Представители "класса денежных капиталистов" в современной капиталистической системе - это главным образом собственники т.н. фиктивного капитала (см. главу 7) и многие из них занимаются спекуляцией в самых различных формах.

Итак, наш анализ показал, что в составе класса капиталистов можно выделить следующие страты: 1) безусловных владельцев производительного капитала, 2) владельцев денежного (финансового) капитала, 3) топ-менеджеров, владеющих солидным пакетом акций, и, наконец, 4) мелкую буржуазию, использующую труд наемных работников и таким образом присваивающую созданную ими прибавочную стоимость.

Не могу не остановиться на гипотезе, выдвинутой А.Ковалевым о том, что при капитализме (он имеет в виду в первую очередь Россию) бюрократия является самостоятельным классом. Вот его аргументация: "Дело в том, что в России после распада СССР на его обломках возникло общество, где капиталистические отношения опутаны густой сетью чиновничьего паразитизма феодального типа. По величине доходов и силе власти бюрократия ничуть не уступает буржуазии. В частности, ее доходы формируются, во-первых, похоже, законами капиталистического присвоения (чиновник на политическом рынке оценивается на уровне доходов (от средней прибыли) соответствующего ранга предпринимателя); во-вторых, величиной коррупционной составляющей, обусловленной монополией на власть и зачастую превосходящей ее основную часть. По этим признакам бюрократия выступает как класс с фиктивным характером, подобно фиктивному капиталу, который хотя и не создает стоимости, все же является главной экономической силой в мире" (А.Ковалев. "Есть такая теория" ЭФГ. N 51-52. 2012). Не оспаривая тезиса А.Ковалева о величине доходов и о силе власти бюрократов, тем не менее, я не могу согласиться с его мнением о том, что бюрократия (во всяком случае, в России) является самостоятельным классом. Во-первых, в данном случае отсутствует главный критерий - бюрократы не являются собственниками объекта управления, а во-вторых, их положение во власти определяется закономерностями политической конъюнктуры, а не передается по наследству. Доходы бюрократии являются результатом перераспределения первичных доходов главных классов капиталистического общества: буржуев, наемных работников и кооператоров.

3.2.2.Класс наемных работников

Понятие "класс наемных работников" значительно более емкое, чем понятия "пролетариат" или "рабочий класс". Он был введен в научный оборот К.Марксом. (http://www.marx-forum.de/marx-lexikon/lexikon_k/klassenanalyse.html Ссылка на 2 том "Капитала", издание MEW (Marx-Engels-Werke), Band 24, Seite 39. Википедия об этом издании: http://de.wikipedia.org/wiki/Marx-Engels-Werke). Кстати, в немецком варианте раздела "Классовый анализ" (см. первую интернет-ссылку) не только широко употребляется этот термин (в том числе и в заключительных строках), но и дается его полный синоним - "Klasse der Lohnarbeiter" ("Класс наемных работников") со ссылкой туда же. Lohnarbeit - это не физический, а наемный труд (неважно какой: Hand-Lohnarbeit или Kopf-Lohnarbeit, "ручной" или "головной", физический или умственный), Lohnarbeiter - это "наемный работник". Его перевод Институтом марксизма-ленинизма в полном собрании сочинений К.Маркса и Ф.Энгельса (том 24.с.41) дан, как "класс наемных рабочих" (В "Капитале" в MEW (см. akmc2.pdf, с. 53, 64, 168) и на соответствующей странице 20-ой второго тома "Капитала" в MECW на английском (Capital. A Critique of Political Economy. Volume II Book One: The Process of Circulation of Capital.Edited by Friedrich Engels) этот термин переводится, как "the class of wage-labourers" (англ.). Использование более точного понятия "наемный работник" актуально для исследования современного общества, особенно в развитых капиталистических странах, так как в создании прибавочной стоимости все в большей мере участвуют как раз работники умственного труда. Да и труд рабочих физического труда все в большей мере приобретает творческий характер, требуя обширных знаний. Более того, А.Ковалев утверждает, что "...интеллектуальный труд работников создает значительно большую по величине прибавочную стоимость, чем дополнительные затраты капиталиста и его государства на оплату их труда и социальные выплаты, причем этот разрыв возрастает. Это возрастание прибавочной стоимости по мере интеллектуализации труда стало уже явлением постоянным и с учетом воздействия на нее ряда противодействующих факторов выступает как закон тенденции нормы эксплуатации труда к возрастанию" ("Статья "Есть такая теория". ЭФГ N 51-52. 2012).

Поскольку в литературе порой нет единства в вопросе отнесения работников умственного труда к наемным работникам, а также в вопросе социальной границы в рамках понятия "наемный работник", есть необходимость на них остановится.

И здесь вновь уместно обратиться к "Капиталу" К.Маркса. В отделе пятом, в главе четырнадцатой К.Маркс писал: "Пока процесс труда является чисто индивидуальным, один и тот же рабочий объединяет все те функции, которые впоследствии разделяются<...>Как в самой природе голова и руки принадлежат одному и тому же организму, так и в процессе труда соединяются умственный и физический труд. Впоследствии они разъединяются и доходят до враждебной противоположности" (К.Маркс и Ф.Энгельс. 2-ое изд. т. 23. с.516).

Ссылаясь на вышеуказанное разъяснение К.Маркса, профессор В.Беленький в статье "Отстоять главное в марксизме" (<belkras@list.ru>) пишет: "...рабочий и управляющий при капитализме выполняют не одну, а разные социальные роли. Так, рабочий и менеджер действуют вместе как единая производительная сила, как части единого персонала, совокупного рабочего, но принадлежат к разным классам, между ними существует антагонизм" (см. Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 25,ч. 1, с. 426). Конечно же, в данном случае речь идет о менеджере высшего разряда, менеджере-управляющем, а не о рядовых служащих-клерках в конторе корпорации.

И далее В.Беленький разъясняет: "Учитывая процессы, происходящие в совокупной рабочей силе общества, правильно говорить уже не о классе наемных рабочих (физического труда)- пролетариате, но о классе наемных работников, в состав которых входят как занятые интеллектуальным трудом, так и оказанием услуг. Напомню высказывание Ф.Энгельса в его работе "Принципы коммунизма" (написана в конце октября 1847 года): "Пролетариатом называется тот общественный класс, который добывает средства к жизни исключительно путем продажи своего труда, а не живет за счет прибыли с какого-нибудь капитала, Класс, счастье и горе, жизнь и смерть, все существование которого зависит от спроса на труд, т. е. от смены хорошего и плохого состояния дел, от колебаний ничем не сдерживаемой конкуренции. Одним словом, пролетариат, или класс пролетариев, есть трудящийся класс...". (К.Маркс, Ф.Энгельс. Избранные сочинения. М.: Издательство политической литературы, 1985, Т. 3, стр. 122). Это определение в полной мере относится и к "пролетариям умственного труда", в том числе работникам нематериального производства (интеллигенция), то есть к тем лицам, которые вынуждены жить своим трудом, которые только тогда и могут существовать, когда находят работу. Буржуазная конкуренция и научно-технический прогресс приводят к тому, что в ряды современных пролетариев "опускаются" кроме того и разорившиеся мелкие промышленники, торговцы и рантье, ремесленники и крестьяне".

Процесс общественного воспроизводства, в первую очередь капитала, постоянно, цикл за циклом, воспроизводит и социальную структуру общества. Как писал К.Маркс, "...капиталистический процесс производства, рассматриваемый в общей связи, или как процесс воспроизводства, производит не только товары, не только прибавочную стоимость, он производит и воспроизводит само капиталистическое отношение, -- капиталиста на одной стороне, наемного рабочего -- на другой" (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 591), Этот процесс будет продолжаться до тех пор, пока не будет ликвидирована его основа - капиталистическое производство вместе с частной собственностью.

В литературе часто можно встретить выражение рабочая аристократия. Оно, конечно же, совсем не означает принадлежность рабочих к аристократии в буквальном смысле этого слова (по Ожегову, аристократия - это высший родовитый слой господствующего эксплуататорского класса). Согласно Большой советской энциклопедии, рабочая аристократия -- это прослойка рабочих, которых буржуазия подкупает за счёт сверхприбылей от вывоза капитала в колонии и полуколонии, а также (особенно после распада колониальной системы) сверхприбылей, получаемых в результате перераспределения части национального дохода.

И завершая тему о наемных работниках, приходится затронуть вопрос о т.н. непроизводительном труде, непроизводительных работниках. Об этом, в частности, пишет в своей статье "Глобальные тенденции занятости" Ю.Шахин (ЭФГ N 47. 2012). Он утверждает, что только рабочие, занятые в сфере материального производства, создают прибавочную стоимость, и их труд поэтому может считаться производительным. Труд же всех остальных работников производительным не является. При этом он ссылается на следующее высказывание К.Маркса: "Предположим, что производительность труда повысилась настолько, что если прежде в материальном производстве непосредственно участвовало 2/3 населения, то теперь участвует лишь 1/3. Прежде 2/3 населения доставляли жизненные средства для 3/3 населения; теперь 1/3 для 3/3<...>Наше предположение не означает, что население остается застойным. Ибо если возрастают 3/3, то возрастает и 1/3, и таким образом по своей массе число людей, занятых производительным трудом, могло бы непрерывно увеличиваться. Но относительно, в пропорции ко всему населению, оно все же было бы на 50% меньше, чем прежде. Теперь 2/3 населения состоят частью из владельцев прибыли и ренты, - частью из непроизводительных работников (которые вследствие конкуренции тоже плохо оплачиваются), помогающих им проедать доход и дающих или, если речь идет, например, о политических непроизводительных работниках, - навязывающих им взамен этого эквивалент в виде услуг. Можно предположить, что, за исключением домашней прислуги, солдат, матросов, полицейских, низших чиновников и т.п., содержанок, конюхов и скоморохов, эти непроизводительные работники в общем будут стоять на более высокой ступени образования, чем прежде, и что увеличится в особенности число плохо оплачиваемых художников, музыкантов, врачей, ученых, учителей, изобретателей и т.д." (Маркс К. Энгельс Ф. Сочинения. М.: 1963. Т.26. ч.1. с. 205-207).

Итак, постараемся разобраться, кого же относил К.Маркс к непроизводительным работникам. К ним он относил владельцев прибыли и ренты. Далее следуют политические работники (военные, полицейские, низшие чиновники). Я эту категорию отношу к наемным работникам, находящимся на службе класса капиталистов и действительно занятых непроизводительным трудом. Что же касается прислуги (содержанки, конюхи и т.п.), то они также принадлежат к числу наемных работников, однако оказывающих услуги, т.е. участвующих в общественном производстве и создающих блага, используемые в потреблении их господами. Что же касается последней группы лиц (художники, музыканты, врачи, ученые, учителя, изобретатели) то, согласно моей классификации, они относятся к группе лиц, создающих интеллектуальный продукт или оказывающих интеллектуальные услуги, и которые, бесспорно, относятся к числу наемных производительных работников (эксплуатируемых владельцами частной собственности, или же обслуживающих общество в целом). Отнесение этой группы лиц к работникам производительного труда вполне соответствует пониманию их роли в общественном воспроизводстве, о чем говорит цитата, приводимая профессором В.Беленьким (см. вышеприведенную выдержку из произведения Ф.Энгельса "Принципы коммунизма").

3.2.3.Акционеры - наемные работники

Развитие производительных сил на основе научно-технического прогресса порождало необходимость концентрации капитала, что в свою очередь вызвало к жизни появление таких форм привлечения капитала, как акционерные общества и кредитование банками крупных проектов. В ХХ веке в целях снятия напряженности между капиталистами и рабочими (в противовес социальной политике, проводимой в СССР), последние стали привлекаться в акционерные общества в качестве дольщиков. Не знаю, кто положил почин этому начинанию, но уже Г.Форд использовал такую форму. У рабочих появилась возможность наряду с заработной платой от продажи своей рабочей силы капиталисту получать кроме того еще и дивиденды от функционирования акционерного капитала.

Возникновение акционерной формы собственности с привлечением широкого круга трудящихся вызвало появление и т.н. теории "народного капитализма". Этот термин был введен в оборот в США в 1956 году организаторами выставки, предназначенной для рекламы за границей американского капитализма. Идеологи "народного капитализма" (М.Надлер, А.Берли) заявляли, что в современном капиталистическом обществе буржуазия путем т.н. выравнивания доходов пролетаризируется, а пролетариат обуржуазивается, классовая борьба замещается "сотрудничеством" между трудом и капиталом. Г.Ардаев пишет: "...распространение мелких акций среди многих тысяч держателей якобы превращает последних в "совладельцев" капиталистических предприятий и придает "демократический" характер капиталу. В действительности мелкие акции распространены среди рабочих и служащих, не могут изменить существа капиталистического производственных отношений. Так, по данным американской биржи, в 1959 году из 31 млн. рабочих владели мелкими акциями 1,3 млн., а из 13,7 млн. служащих - 1,8 млн. человек. Из общей суммы дивидендов в 9,4 млрд. долларов, выплаченных в 1959 году, на долю рабочих и служащих с доходом менее 10 тыс. долларов в год приходилось всего 3 млн. долларов" (http://dic.academic.ru/dic.nsf/enc_philosophy/6853/%D0%9D%D0%90%D0%A0%D0%9E%D0%94%D0%9D%D0%9E%D0%93%D0%9E), т.е. мизерная доля (менее 0,3%). Акционерное предпринимательство, как форма организации функционирующего капитала, в последние десятилетия приобрело широкое распространение в Японии, других странах Юго-Восточной Азии и в США. Так, в настоящее время в США насчитывается более 4 млн. негосударственных акционерных компаний, причем акционерная форма предприятий является господствующей практически во всех отраслях промышленности. Около 50 млн. американцев являются держателями акций различных акционерных обществ, причем более половины (порядка 30 млн. человек) - это люди с невысоким по американским стандартам уровнем годового дохода (от 15 до 50 тыс. долларов). В США многие мелкие владельцы акций живут за чертой бедности.

Несмотря на то, что часть наемных работников является акционерами и получает дивиденды, однако этот факт еще не дает оснований относить их к буржуазии, ибо основным источником средств существования для них является заработная плата. Конечно, институт акционерных обществ, в которых небольшая доля капитала принадлежит и наемным работникам, безусловно, в некоторой мере размывает классовую границу (делает ее менее очевидной, менее заметной) между буржуазией и пролетариатом. Однако принадлежность наемных работников к акционерам еще не меняет их социальной природы - людей, вынужденных ежедневно продавать свою рабочую силу буржуазии (независимо от того, являются ли они работниками физического или умственного труда).

3.2.4.Индивидуальные частные работники

Научно-техническая революция вызвала к жизни новую форму труда и образование такой страты, которую нельзя отнести ни к наемным рабочим, ни даже к мелкой буржуазии, ибо мы имеем дело с индивидуальным трудовым процессом, в котором используются личные (если хотите, частные) средства производства. В США и других странах появились миллионы работников, занимающихся интеллектуальным и главным образом творческим трудом, которые перестали быть наемными работниками, т.е. они больше не продают свою рабочую силу капиталисту, а продают созданный ими продукт. К 1995 году в США имелось 20,7 миллиона интеллектуальных работников на дому (full-time home-based businesses). Это в основном люди, осуществляющие обработку информации для наиболее высокотехнологичных отраслей производства. Такой радикальный структурный сдвиг в сфере производства стал возможным вследствие того, что средства обработки, хранения и использования информации стали вполне доступными для многих людей. За последние два десятилетия цены на персональные компьютеры из расчета стоимости единицы памяти жесткого диска снизились в сотни раз.

Безусловный интерес представляет статья А.Скворцова "Экономические интересы субъектов интеллектуального капитала" (http://www.rusnauka.com/25_NNP_2009/Economics/50538.doc.htm), в которой он, в частности, пишет: "...обладающий профессиональными знаниями работник, может использовать их самостоятельно, не отдавая свой труд внаем, получая тем самым свободу использования собственного интеллектуального капитала. Благодаря растущей приоритетности знаний, принадлежащих непосредственно индивиду, складывается тенденция отхода от наемного труда к самостоятельной деятельности или самозанятости. Персональный компьютер открыл колоссальные возможности восстановления индивидуального характера процесса труда".

3.2.5.Средний класс

И, пожалуй, теперь мы подошли к двум вопросам, вокруг которых до сих пор не утихают споры. Речь идет о природе среднего класса и кого к нему относить, а также о возникновении нового, так называемого креативного класса.

"Средние слои" -- термин довольно неопределенный, в этом его минус и в то же время преимущество. Нет единых критериев выделения среднего класса. Обычно в качестве основных критериев называют владение материальной или интеллектуальной собственностью, уровень образования и доходов, достаточных для удовлетворения довольно широкого круга материальных и социальных потребностей, способность к высококвалифицированному труду. К среднему классу наряду с мелкой буржуазией, не эксплуатирующей наемных работников, иногда относят государственных служащих, учителей, врачей, юристов, архитекторов, научных сотрудников, работающих в государственных учреждениях, словом, значительную часть интеллигенции.

Промежуточное положение представителей среднего класса в социальной структуре капиталистического общества обусловлено объективно существующими границами: с одной стороны, их отделяет от класса капиталистов то, что они не эксплуатируют наемную рабочую силу, а, во-вторых, они сами не являются объектом эксплуатации, что отделяет средний класс от класса эксплуатируемых наемных работников. Мне представляется, что данные критерии являются решающими для отнесения того или иного индивида к среднему классу. Он элиминирует влияние каких-либо субъективных факторов (как самооценки, так и общественного мнения).

Например, к какому классу в современном капиталистическом обществе относить священнослужителей? Применяя вышеприведенный критерий, ответ ясен: священнослужитель - это представитель среднего класса. Или к какому классу относить научного работника, который работает в частном научно-исследовательском институте? Или доктора, работающего в частной клинике? Или преподавателя частного учебного заведения? Во всех этих и аналогичных случаях ответ ясен: они не могут принадлежать к среднему классу. Не профессия определяет их социальный статус, а то, что они являются объектами эксплуатации со стороны капиталистов, выполняя функции обычных наемных работников.

Причем, я совершенно не согласен с теми, кто считает служащих или вообще всех работников государственного сектора эксплуатируемыми наемными работниками. Если наемные служащие государственного сектора оказывают бесплатные услуги населению (врачи, педагоги, социальные работники, архитекторы и т.п.), то они обслуживают интересы всего социума, т.е. общенародную собственность в рамках капиталистического способа производства, финансируемые налогоплательщиками (да, общенародную собственность, это не описка! - ВП), и в этом случае эти работники принадлежат к среднему классу. В том же случае, когда государственный служащий (например, работник государственного аппарата, военнослужащий, полицейский) выполняет функцию подавления или защиты классовых интересов капиталистов, то он, безусловно, является наемным работником, обслуживающим нужды класса правящей буржуазии, и также принадлежит к среднему классу.

Интересный анализ положения среднего класса в США, где и родился сам этот термин, содержится в статье А.Арсеенко, являющегося ведущим научным сотрудником отдела экономической социологии Института социологии НАН Украины, "Взлет и падение "американской мечты" (ЭФГ N 17 2013). У него своя точка зрения на понятие "средний класс", кстати, довольно широко распространенная. Приведу несколько выдержек из этой статьи. Так А.Арсеенко пишет: "С научной точки зрения "средний класс" - это искусная пропагандистская конструкция, сфабрикованная для сокрытия роли классов и классовой борьбы в капиталистическом обществе<...>изобретение буржуазной социологией понятия "среднего класса" как традиционного элемента социально-классового деления общества, располагающегося между высшим и рабочим классами, преследовало цель уйти от критического анализа отношения трудящихся к средствам производства и таким образом замаскировать эксплуатацию человека человеком в капиталистическом обществе>...>Марксизм никогда не сводил классовую структуру капиталистического общества к двум противоположным классам - буржуазии и пролетариату - и признавал наличие между ними "средних классов". В то же время марксизм всегда исходил из того, что отстранение "среднего класса" от средств производства служит главной причиной его пролетаризации, что и происходит сегодня в США и других капиталистических странах".

А.Арсеенко показывает, какова реальная динамика доходов граждан США, относимых якобы к среднему классу (по критерию уровня доходов, а не по социальному положению в системе экономических отношений), в последние годы: "Уровень бедности увеличился с 14,3% в 2009 году до 15,1% в 2010 году. Почти 50 млн. чел. (16,3% населения) потеряли медицинскую страховку в 2010 году. Доход среднего домохозяйства сократился на 2,3% в реальных терминах, что вылилось в потерю им 1100 долл. Падение доходов "среднего класса" на изломе веков было беспрецедентным в истории США. С 1999 года индикатор уровня жизни "среднего класса" поднимался вверх только в 2005 и 2007 году. С 1999 года доход среднего домохозяйства снизился на 7%, а домохозяйств, возглавляемых лицами моложе 65 лет, - на 10%. Многие экономисты назвали первую декаду XXI века "потерянным десятилетием" для "среднего класса". Самые большие испытания выпали на долю оказавшихся на "экономическом дне" (нижние 20%) или с трудом взобравшихся на первую ступеньку "среднего класса" (следующие 20%). На долю 40% домохозяйств в нижней части социальной пирамиды американского общества в 2010 году приходилось 11,8% доходов, полученных всеми домохозяйствами в США. Это самый низкий показатель для названной категории граждан с 1967 года. В то же время верхние 20% домохозяйств получили 50% всех доходов, что подтверждает незыблемый принцип рыночной экономики: что от вас ушло, то к нам пришло".

Несколько сложнее обстоит дело с так называемым креативным, или творческим классом. На первый взгляд, это понятие кажется абсурдным, ибо вместо социального критерия в данном термине нам предлагается использовать биологический. Ведь каждый нормальный человек обладает способностью к творчеству, за исключением психически нездоровых особей. А поскольку в каждом из вышерассмотренных классов представлены нормальные в психическом отношении индивиды, то, получается, что все три класса являются креативными. Другими словами, все психически здоровые люди, проживающие на земном шаре, в соответствии с основным критерием теории креативного класса, являются членами этого класса. Но это, оказывается, совсем не так. Как следует из истории возникновения понятия "креативный класс", автором которого является некий Р.Флорида, автор книги "Креативный класс: люди, которые меняют будущее = The Rise of The Creative Class and How It's Transforming Work, Leisure, Community and Everyday Life" (Классика-XXI, 2005) этим термином обозначается социальная группа населения, включённая в постиндустриальный сектор экономики. Это - якобы часть среднего класса, ставшая самой влиятельной и массовой социальной группой в развитых странах (к примеру, в США их доля составляет уже ни много, ни мало, а 30% (?) всех работающих). Для людей данной группы, согласно взглядам Р.Флориды, характерной чертой является ярко выраженное чувство индивидуальности и личной свободы. Среди типичных профессий, которые имеют представители творческого класса: артисты и художники, бренддизайнеры, учёные и инженеры, специалисты PR и пр.

Сторонником этой "теории" в России является и страстный поклонник творчества А.Шушарина А.Харчевников, написавший статью "Декабристы в белом" - трудящиеся нового типа"?!" (ЭФГ N 45,2012). К чему он поставил рядом знак вопроса и восклицательный знак - совершенно непонятно. Зато основная идея его статьи, изобилующая вычурными и иррациональными терминами, почерпнутыми из "Полилогии" А.Шушарина, до примитивности проста. Он пишет об участниках выступления на Болотной площади в сентябре 2011 года, будучи сам "очевидцем" этого события: "...ученые, служащие, преподаватели, программисты, студенты, менеджеры и прочие разнообразные "операторы" современных производств, образно говоря, выступают под знаменами такого типологического объекта (по терминологии А.Шушарина, информационные типологические объекты и процессы их воспроизводства (ЧЭФ)- ВП) их деятельности, как "информация и знания", ибо являются непосредственными участниками известных процессов информатизации и компьютеризации общества. Именно типологический объект "информация, знания и информатика" стоит в центре их социальной активности, именно отношения по его поводу волнуют их<...>И с этим нужно считаться, а не добавлять их как "конторский пролетариат" к "многомиллионной пролетарской армии". Видите ли, как деликатно следует с ними обращаться! Как с декабристами, ибо они принадлежат к ЧЭФ. Правда, не очень понятно, на каком основании студенты и преподаватели названы А.Харчевниковым "операторами" современных производств. Ну, ему виднее из станции Тихонова пустынь Калужской области.

Спору нет, людей в обществе можно классифицировать по многим признакам: профессиональным, уровню образования, увлечению различными видами хобби, отношению к тому или иному виду спорта, способности сочинять музыку, готовить вкусную пищу, сексуальным предпочтениям, полу, возрасту, отношению к домашним животным и т.д. и т.п. Но это совсем не значит, что те или иные признаки индивидов (чрезвычайно важные для каждого человека в отдельности) могут быть признаны критериями социальной стратификации. Например, Г.Старченков в своей статье "Кто стоит на пути модернизации России" (ЭФГ N42.02012), являющийся сторонником применения понятия "страта", а не "классы", считает, что в России существуют только три страты: 1) крупные бизнесмены и банкиры, 2) бюрократия, 3) Московский патриархат Русской православной церкви.

Словом, оставим в покое этот креативный класс вместе с пустой "теорией" постиндустриального общества, порождением которой он является. Если кому-то интересно знать мое мнение по поводу этой "теории", то пусть почитает вторую главу моей монографии "Мир на перекрестке четырех дорог" (www.koob.ru/paulman/).

3.2.6. Кооператоры

Важное и все возрастающую роль в экономической жизни играют кооператоры. Их деятельность основана на частной групповой собственности, однако они не принадлежат ни к капиталистам, ни к наемным работникам, ни к среднему классу, как ошибочно считал С.Федоров в книге "От наемного труда к свободному. Производственное самоуправление или третий путь", изданной в 2001 году под его редакцией. (ЭФГ. N 31, 2012). "Кооператив, - как сказано в Википедии, - основанное на членстве объединение людей и организаций, созданное для достижения общих экономических и социальных целей, связанных с удовлетворением материальных или иных потребностей членов, внесших долю (пай) в созданный для этого фонд, признающих участие в рисках и результатах организации и участвующих в её функционировании в качестве пайщиков, управляя ею демократическим путём>...>Основной принцип: один пайщик кооператива -- один голос, что в корне отлично от "власти" капитала в управлении хозяйственными обществами".

Первым, кто оценил роль кооперативов в создании основ коммунистического общества, был Оуэн. Он организовал в целях перехода к новому общественному строю кооперативные общества (потребительские и производственные товарищества), которые, как писал Ф.Энгельс, "...доказали в дальнейшем на практике полную возможность обходиться как без купцов, так и фабрикантов..." (Энгельс Ф. Анти-Дюринг. М.: Издательство политической литературы, 1983, с.267).

Первые кооперативные предприятия были основаны в Великобритании в самом начале XIX века благотворителями, стремившимися улучшить положение рабочих. Но уже с 1820-1830-х годов хозяевами кооперативных магазинов, мельниц, хлебопекарен становятся сами рабочие. Кооперативы давали возможность рабочим покупать товары по низким ценам. Сначала появились потребительские общества, затем кредитные товарищества, потом - сбытовые и производственные объединения. В 1844 году английские ткачи из города Рочдейла открыли потребительский кооператив на принципах, ставших основными для кооперации.

В 1860-1880-е годы кооперативы Великобритании и Германии были настолько успешными, что они стали объединяться в союзы. В те же годы возникли и укрепились кооперативные системы в Италии, во Франции, в Швейцарии, Бельгии и скандинавских странах. В 1890-е годы кооперация в Европе охватывала более 2 миллионов членов.

В 1992 году Генеральная Ассамблея ООН провозгласила праздник -- Международный день кооперативов, в дальнейшем отмечаемый ежегодно.

Генеральная Ассамблея ООН объявила 2012 год Международным годом кооперативов, подчеркнув при этом вклад кооперативов в социально-экономическое развитие. В резолюции 64/136 от 18 декабря 2009 года Генеральная Ассамблея отметила роль кооперативов в сокращении бедности, обеспечении занятости и социальной интеграции.

В экономике кооперация выступает в качестве "третьей силы" в противовес частному и государственному (обобществленному) производству. Кооперация объединяет в себе экономическую деятельность и общественное движение. В настоящее время в мире насчитывается около 700 миллионов кооператоров. Международный кооперативный альянс включает в себя 192 национальных кооперативных союза из 76 стран.

По своему типу кооперативы могут быть производственными (с обязательным трудовым участием членов), обслуживающими (предоставляющими различного рода услуги) и потребительскими.

За истекшие два с лишним века своего существования кооперативная форма хозяйствования распространилась по всему миру, заняла достойное место в экономике всех государств (как высокоразвитых, так и слаборазвитых), доказала свою способность функционировать и развиваться как в условиях капитализма, так и социализма. Многообразие видов кооперативов (свыше 120), их способность быстро адаптироваться к изменениям в технике и технологии свидетельствует о жизненной силе принципов, на которых базируется их деятельность: добровольность, самоуправление, хозяйственная самостоятельность, коллективизм. Кооперативная форма деятельности людей позволяет во многих случаях наиболее полно удовлетворять их экономические и социальные потребности.

В.Наумов, исследователь кооперативного движения в Италии, где уровень его развития один из самых высоких в мире, пишет: "Если в первые десятилетия своего существования кооперативы основывались главным образом на принципах взаимопомощи, нередко создавались в благотворительных целях по инициативе отдельных лиц, то постепенно, вынужденные считаться с законами экономического развития, а также требованиями и условиями рынка, они превращались в современные предприятия, управляемые с участием трудящихся.

В настоящее время кооперативное движение Италии твердо соблюдает принципы, принятые МКА (Международный кооперативный альянс, представляющий свыше 500 млн. кооператоров всего мира), а именно:

- кооперация - это совокупность экономических предприятий, созданных трудящимися для удовлетворения определенных интересов;

- кооперация - не только система экономических предприятий; ей присущ дух солидарности, проявляющийся в традиционных формах культурной и социальной деятельности, которыми не занимается никакое другое экономическое предприятие;

- организованное кооперативное движение не может быть политически нейтральным, оно должно иметь свое понимание общественных проблем и прежде всего экономических;

- организованное кооперативное движение не может быть орудием какой-либо партии;

- кооперативное движение не может быть орудием государства" (Наумов В. Кооперация в Италии. М.: Международные отношения, 1989, с. 9).

Система кооперативов всех уровней и видов позволяет создать в масштабах страны механизм, с помощью которого общественное производство становится подчиненным удовлетворению потребностей трудящихся, а не самовозрастанию капитала, как это имеет место при капитализме, и не наращиванию экономической базы диктатуры партийной и государственной бюрократии, как это происходит в системе государственного социализма. Кооперация в масштабах страны должна по мере своего развития превращаться в экономическую организацию трудящихся для управления процессом расширенного социалистического воспроизводства. Однако сразу следует отметить, что она не может стать единственной формой хозяйствования, ибо ее возможности хотя и огромны, но не безграничны. Кооперация при формировании подлинно социалистической экономики может и должна стать наряду с государственным и частным секторами составной частью многоукладного народного хозяйства. Причем кооперация должна работать там, где ее применение дает оптимальный результат.

3.2.7.Лица свободных профессий

Но вместе с тем существуют и такие слои общества, которые не вписываются ни в какие классы. Например, профессиональные спортсмены, лица свободных интеллектуальных профессий, участники преступного мира, добровольные проститутки, бомжи (некоторые предпочитают именовать их люмпенами). В некоторых странах, эти социальные группы составляют значительную долю и оказывают ощутимое влияние на течение общественной жизни.

Выделение таких специфических страт вполне оправдано и их изучение, безусловно, обогащает общественные науки.

3.3.Социальная структура социалистического общества

Если исходить из опыта СССР - первого в истории человечества социалистического государства - то на начальном периоде своего существования его экономика была многоукладной и крайне отсталой, к тому же разрушенной в ходе Первой мировой и Гражданской войн. Здесь нет необходимости анализировать историю становления социалистической экономики и возникшую в результате социальных преобразований классовую структуру. Об этом подробно написано в монографии "Мир на перекрестке четырех дорог" (параграф 2.3.5. Исторический феномен - советский народ).

В результате проведения коллективизации, отмены нэпа и вытеснения частного капитала из всех секторов экономики к 1939 году сформировался качественно новый классовый состав населения, о чем можно судить по следующим официальным данным (Советская историческая энциклопедия. Т.13. М.: 1971, с. 514):

В 1939 году удельный вес численности рабочих и служащих составил 68,3% (против 17,0% в 1913 году); колхозников и кооперированных кустарей - 32,5%; крестьян единоличников и некооперированных кустарей - 47,2%; буржуазии, помещиков и кулаков - 2,6% (в 1913 году - 16,3%).

Как видно из приведенных данных, к концу 1930-х годов практически все работоспособное население страны состояло из трудящихся, работавших на государственных предприятиях, в колхозах и в кооперативах, в единоличных крестьянских хозяйствах и кустарных промыслах. В этом, пожалуй, заключается первая важнейшая качественная характеристика советского народа. На деле был реализован коммунистический принцип - "кто не работает, тот не ест".

Сегодня, с учетом накопленного в мире опыта, можно утверждать, что из всех форм собственности ближе всего к социализму стоит наряду с общенародной (в государственной форме) кооперативная собственность. И прав был В.Ленин, который рассматривал кооперацию как столбовую дорогу к социализму, а строй цивилизованных кооператоров - как социалистический строй.

В 1917 году в России насчитывалось свыше 12 миллионов потребительских обществ (кооперативов). Особенно быстро их число стало возрастать после Февральской революции. Именно кооперативы кормили голодные города, когда рухнула старая система торговли и транспорта. В 1920-е годы, когда в СССР проводилась новая экономическая политика, процветала и кооперация. Во многом благодаря кооперации удалось быстро восстановить экономику страны, разрушенную в ходе Первой мировой и Гражданской войн, преодолеть отрицательные последствия политики военного коммунизма. И не случайно Х съезд РКП (б) принял одновременно две резолюции: о замене продразверстки натуральным налогом и о кооперации.

К концу 20-х годов в СССР действовали различные виды кооперации: потребительская, кустарно-промысловая, сельскохозяйственная, жилищно-строительная, жилищно-арендная, кооперация инвалидов, охотничья и рыболовецкая. Каждый из этих видов включал большое количество различных форм первичных, региональных, союзных объединений. Особенно большим разнообразием отличалась сельскохозяйственная кооперация.

Но особенно широкое распространение получила потребительская кооперация, доля которой в розничном товарообороте составляла в 1931 году 69,9%. Потребительская кооперация стала многоотраслевым, диверсифицированным производством. На ее долю в 20-е годы приходилось примерно 35% закупок зерна и льна, около 40% шерсти, 80% хлопка, 90% сахарной свеклы. Промышленное производство в системе потребкооперации охватывало сотни фабрик, заводов, цехов. Большой вклад был сделан потребительской кооперацией в решение социальных проблем, развитие культуры и просвещения.

Отказ от нэпa в начале 1930 годов означал по существу ликвидацию подлинного кооперативного движения. Колхозы как форма кооперации навязывались крестьянству насильно, при этом им отводилась роль насоса для перекачки финансовых и материальных ресурсов деревни для нужд индустриализации и ВПК. Была сведена на нет не только добровольность, как важнейший принцип кооперации, но и такие принципы, как личная заинтересованность и внутрихозяйственная самостоятельность. Усиливалось административное давление не только на сельскохозяйственную кооперацию, но и на другие виды кооперации. Был взят курс на ликвидацию и промкооперации, которая была окончательно упразднена в 1960 году.

В стране возобладала государственная форма собственности, хотя потребкооперация и колхозы дожили до горбачевской перестройки, пережив даже антикоооперативные "реформы" Н.Хрущева. Монопольное положение государственной формы собственности в большинстве отраслей народного хозяйства позволяло партийно-государственному аппарату беспрепятственно осуществлять свою диктатуру. В период горбачевской перестройки кооперативное движение стало оживать, однако оно скорее способствовало реставрации капиталистических форм хозяйствования, чем развитию социализма.

Совершенно иначе поступили коммунисты в КНР. Они сумели преодолеть теоретически ошибочную трактовку кооперативной собственности как несовершенной, незрелой формы социалистической собственности, не стали противопоставлять кооперативы государственной собственности. В настоящее время кооперативная собственность рассматривается как естественная составная часть общественной собственности и активно используется для ускорения развития производительных сил, борьбы с безработицей и повышения благосостояния населения.

В КНР широко развита сеть кредитных и страховых кооперативов, наращивает обороты кооперативная торговля, действующая наряду со снабженческо-сбытовой кооперацией. Большую роль в экономике играют транспортная кооперация и строительные кооперативы.

Рассматривая социальную структуру социалистического общества, особенно в СССР, нельзя пройти мимо довольно распространенной версии, что функционеры и бюрократы партийно-государственного аппарата де образовывали самостоятельный класс, который эксплуатировал трудящихся. Эта версия, исходя из основного критерия (отношение к общенародной собственности) абсолютно несостоятельна.

Центральным в системе экономических отношений являлся вопрос о взаимоотношениях индивидов и трудовых коллективов предприятий с государством в рамках государственной собственности, которая являлась общенародной собственностью.

Была ли в СССР государственная собственность действительно общенародной? Другими словами, кто был субъектом собственности - государство или народ (общество)? Не ответив на этот вопрос, невозможно правильно решить и другие методологические проблемы относительно экономической системы и социального строя в СССР.

Если мы обратимся к истории, то увидим, что во всех формациях (кроме первобытнообщинного строя) большая часть общественного богатства была распределена между частными собственниками. В истории, до Октябрьской революции, не было случая, чтобы государство владело подавляющей частью общественного богатства. Противоположная картина наблюдалась в СССР, где не менее 90% всех основных фондов было сосредоточено в руках государства.

Рассматривая данную проблему, следует четко понимать, что государство, являясь организацией общества, инструментом политической власти и управления, не может быть в принципе субъектом собственности. Им могут быть только люди, ибо собственность в ее политэкономическом значении - это отношения индивидуумов по присвоению средств производства и продуктов труда, складывающиеся в процессе воспроизводства условий их жизни. Поэтому вопрос о сущности государственной собственности в СССР правильнее сформулировать иначе: являлся ли субъектом государственной собственности народ, общество в целом, или им был партийно-государственный аппарат в лице функционеров и чиновников, осуществлявших реальное распоряжение и управление объектом собственности?

Государство представляет собой единство его институтов, правовой системы и политической организации общества. Совокупность институтов государства (органов и учреждений) образует аппарат власти и управления. В СССР государство выполняло не только политические функции, но и осуществляло руководство экономикой.

В составе государственного аппарата действовала система учреждений, построенная по иерархическому принципу, обязанностью которых было управление экономической деятельностью страны. Все эти учреждения подразделялись на три группы: 1) общеэкономические (межотраслевые) министерства и ведомства; 2) отраслевые министерства и ведомства; 3) территориальные органы управления. Деятельность этих учреждений координировало правительство СССР (Совет Министров). Государственные предприятия, учреждения и организации находились в ведении (подчинении) отраслевых министерств (ведомств) или территориальных органов управления.

Общеэкономические министерства и ведомства осуществляли управление деятельностью государственных предприятий, учреждений и организаций не напрямую, а через отраслевые министерства (ведомства) и территориальные органы управления. В ведении общеэкономических органов находились такие сферы государственного регулирования народного хозяйства, как планирование, финансы и денежное обращение, учет и статистика, разработка стандартов и нормативов и т.д. Одним словом, общеэкономические органы формировали экономическую среду и хозяйственный механизм, задавали "правила игры" на едином экономическом пространстве страны. Отраслевые и территориальные органы управления осуществляли непосредственное управление подведомственными предприятиями, учреждениями и организациями. Они устанавливали им плановые задания и контролировали их выполнение; организовывали строительство новых предприятий и модернизацию действующих; отвечали за материально-техническое снабжение, подготовку кадров и т.д. Отраслевые и территориальные органы управления назначали и смещали руководящие кадры подведомственных предприятий, учреждений и организаций.

Хозяйственная самостоятельность предприятий, учреждений и организаций в экономике СССР была относительной. Они функционировали в заданной общеэкономическими министерствами и ведомствами экономической среде, выполняя плановые задания своих вышестоящих органов управления по объему, составу и качеству производимых ими товаров и услуг. Предприятия, учреждения и организации были самостоятельны лишь в части организации своей внутрихозяйственной деятельности, призванной обеспечивать выполнение установленных свыше плановых заданий, однако и то не по всем вопросам, ибо вышестоящими органами управления регламентировались многие аспекты хозяйственной деятельности, такие, как оплата труда, ведение бухгалтерского учета и т.п.

Государственный аппарат держал в своих руках все рычаги регулирования воспроизводственных процессов, а также воздействия на деятельность предприятий, учреждений и организаций. Дирекция предприятий, учреждений и организаций была составной частью государственного аппарата, являясь его низовым звеном. Если же учитывать еще и то обстоятельство, что партийный аппарат снизу и доверху занимался главным образом решением перспективных и текущих хозяйственных вопросов, то можно с уверенностью утверждать, что экономикой СССР безраздельно распоряжался партийно-государственный аппарат, осуществлявший и функцию политического управления страной.

Диктатура единого партийно-государственного аппарата не только неразрывно сочеталась с управлением государственной собственностью, но и обеспечивала экономически саму возможность такой диктатуры. Другими словами, диктатура партийно-государственного аппарата распространяла свою абсолютную власть не только на политическую сферу жизни общества, но и на экономику, паразитируя на государственной собственности.

И вот здесь уместно вновь вернуться к ранее поставленному вопросу - являлись ли функционеры и чиновники партийно-государственного аппарата субъектом государственной собственности? Такая постановка вопроса вполне правомерна, учитывая то обстоятельство, что в СССР народ в целом и каждый член общества в отдельности (даже отдельно взятые функционеры и чиновники партийно-государственного аппарата) не имели возможности выполнять главную функцию субъекта собственности - управления объектом собственности. Эту функцию узурпировал партийно-государственный аппарат, а в нем самом только самый верхний эшелон власти имел право принимать решения по проблемам развития экономики страны как целостному объекту.

Отвечая на поставленный вопрос, необходимо иметь в виду, что субъект собственности всегда осуществляет присвоение объекта собственности. Распоряжение и управление объектом собственности еще не означает его присвоения, т.е. получения дохода от собственности, которым собственник может располагать по своему усмотрению.

Функционеры и чиновники партийно-государственного аппарата (какие бы посты в СССР они не занимали) получали установленную им заработную плату, имели определенные привилегии и льготы, однако не получали никакого дохода с государственной собственности и не имели юридически установленных прав на государственную собственность.

Все накопленное богатство в СССР, природные ресурсы и национальный доход принадлежали народу, а не функционерам и чиновникам партийно-государственного аппарата. Если до 1990-х годов этот, в общем-то, бесспорный факт можно было еще по-разному интерпретировать, то в процессе реставрации капитализма в СССР стало совершенно очевидно, что функционеры и чиновники партийно-государственного аппарата не были никакими собственниками. Они, как и все простые граждане, должны были включаться в процесс приватизации на общих основаниях; правда, благодаря своей прежней позиции и связям, многие представители некогда всемогущего партийно-государственного аппарата преуспели в накоплении первоначального капитала значительно больше, чем их простые соотечественники, став капиталистами.

История знает бесчисленное множество примеров, когда собственник де-факто не распоряжался своей собственностью, а за него это делал управляющий. Да и современный капитализм, в котором преобладает акционерная форма капитала, предпочитают, образно, как мы видели выше, называть капитализмом менеджеров, ибо именно они управляют процессом воспроизводства. Однако в истории еще не было такой ситуации, какая сложилась в СССР, когда подавляющая часть богатств была национализирована, имела форму государственной собственности и управлялась не народом - субъектом собственности, а партийно-государственным аппаратом. И не по прямому поручению народа, а в силу того, что этот аппарат присвоил себе право управлять общенародной собственностью, опираясь на свою диктатуру. Но, будучи реальным распорядителем общенародной собственности, функционеры и чиновники аппарата не стали классом, которому эта собственность принадлежала. При государственном социализме они не могли стать и не были субъектом собственности.

Словом, народ в СССР был подвластен диктатуре партийно-государственного аппарата, будучи в то же время субъектом государственной собственности. Парадокс? Да, парадокс и очень глубокое противоречие. Но оно фактически имело место и сложилось исторически. С одной стороны, трудящиеся массы, победившие в революции и в Гражданской войне, создавшие самую демократичную форму власти - Советы, не смогли сохранить свою власть, которая была узурпирована "слугами народа" - функционерами и чиновниками партийно-государственного аппарата. А с другой стороны, партийно-государственный аппарат долгое время не мог пойти на прямую контрреволюцию, т.е. на приватизацию общенародной собственности, так как кто-то из чиновников еще верил в идеологию коммунизма, обслуживая нужды воспроизводства общенародного богатства, и, конечно же, боялся своего народа. Лишь с приходом в 1980-х годах к высшей партийной власти нового поколения партийных и государственных бюрократов во главе с М.Горбачевым произошла реставрация капитализма - приватизация общенародной собственности, значительная часть которой досталась представителям переродившегося партийно-государственного аппарата и воротилам уголовного мира. Но до тех пор, пока существовала общенародная собственность, в СССР был социализм, правда, изуродованный диктатурой партийно-государственного аппарата.

При этом следует отметить одно интересное явление, сопровождавшее такую противоречивую ситуацию присвоения, владения, распоряжения и управления общенародной собственностью. Поскольку партийно-государственный аппарат не был субъектом общенародной собственности, а сам народ не управлял своей собственностью, то никто не чувствовал себя полноправным хозяином, и все относились к ней в общем-то безразлично, как к "ничейной" собственности. Но поскольку собственность все-таки реально существовала, то многие в этом обществе, как рядовые граждане, так и чиновники партийно-государственного аппарата, стремясь приумножить свои доходы за счет этой "ничейной" собственности, становились "несунами". Естественно, что функционеры партийно-государственного аппарата при этом отхватывали более лакомые и жирные куски, пользуясь своим привилегированным положением в обществе.

Конечно же, и при социализме наряду с двумя классами (рабочие и служащие, а также колхозники и кооператоры) существовали различные сословия, социальные группы (страты). Я имею в виду, лиц свободной профессии, крестьян-единоличников, ремесленников и т.д. Однако, за немногими исключениями, все трудоспособные граждане были трудящимися.


## Глава 4.Акционерные общества


4.1. Содержание понятия "акционерное

общество" (АО)

Акционерное общество (АО) - это разновидность коммерческих организаций, целью хозяйственной деятельности которой является получение прибыли. В качестве участников акционерного общества (акционеров) могут выступать физические и юридические лица. Владельцы акций являются так называемыми долевыми собственниками, а по сути, совладельцами акционерного общества. Уставный капитал -- это сумма средств, первоначально инвестированных собственниками для обеспечения уставной деятельности организации; уставный капитал определяет минимальный размер имущества юридического лица, гарантирующего интересы его кредиторов. Уставный капитал АО разделён на определённое число акций, удостоверяющих обязательственные права участников общества по отношению к обществу. Другими словами, участники АО складываются для решения какой-то задачи, причем каждый считает приобретение своей доли в форме определенного количества акций вложением принадлежащего ему капитала с одной единственной целью - получать прибыль в форме дивиденда.

Дивиденд (лат. dividendum -- то, что подлежит разделу) -- часть прибыли акционерного общества, распределяемая между акционерами в соответствии с количеством и видом акций, долей, находящихся в их владении. Выплата дивидендов уменьшает капитализацию и требует накоплений, не допущенных к реинвестированию или изъятых из него. Выплачиваемые до конца финансового года дивиденды называются промежуточными или предварительными дивидендами (англ. interim dividend). По завершении финансового года выплачиваются финальные дивиденды (англ. final dividend). Обычно дивиденды выплачивают в денежном виде. Такие дивиденды называют денежными дивидендами (англ. cash dividend). Помимо этого, дивиденды могут выплачиваться акциями (англ. stock dividend) или другим имуществом акционерного общества, о чем я выше уже писал.

В отличие от производственных кооперативов, создаваемых путём добровольного объединения граждан на основе членства для совместной производственной и иной хозяйственной деятельности, основанной на их личном трудовом и ином участии в деятельности кооператива, уставный капитал АО, повторяю, разделён на определённое число акций, удостоверяющих обязательственные права участников общества (акционеров) по отношению к АО, которые не обязательно должны трудиться в нем.

Акции АО могут свободно продаваться и покупаться на рынке, в силу чего постоянно изменяется состав участников АО и их доля в его суммарном капитале. Число акционеров в АО не ограничено.

Выделяются открытые и закрытые акционерные общества. Иногда также выделяют общества с дополнительной ответственностью.

Существуют и многонациональные АО. Так, например, в Евросоюзе, согласно Википедии, могут учреждаться Европейские компании.

Европейская компания (лат. - Societas Europaea) -- юридическое лицо, учреждённое в соответствии с Уставом европейской компании. Компания, учрежденная в такой форме, может действовать во всех странах Европейского союза без отдельного прохождения процедур предоставления национального режима в каждой из них.

Европейская компания может быть учреждена:

- посредством слияния акционерных обществ, если хотя бы два из них подчинены праву разных членов ЕС;

- посредством учреждения холдинга акционерными обществами или обществами с ограниченной ответственностью, если основные управляющие органы хотя бы двух участников холдинга подчинены праву разных членов ЕС;

- посредством учреждения юридическими лицами совместной дочерней компании, если хотя бы двое из учредителей подчинены праву разных членов ЕС;

- посредством преобразования в европейскую компанию акционерных обществ, не менее двух лет имеющих филиал в другой стране ЕС;

- как дочерняя компания ЕС.

Учреждаемая европейская компания может иметь двухзвенную (наблюдательный и управляющий орган) или однозвенную структуру органов.

4.2. Краткая история развития АО

Акционерные общества могли появиться только с развитием товарно-денежных отношений, когда начали возникать различные формы объединения собственников товаров и денег, что способствовало становлению капиталистических отношений, а объединяемые ресурсы превращались в капиталы.

Основными предпосылками возникновения акционерных обществ были:

- развитие крупного производства на основе достижений научно-технического прогресса и развития системы разделения труда, превращение производственной деятельности в общественный процесс, в совместную деятельность многих людей;

- развитие капиталистических отношений, которое привело к превращению всех товаров и денежных сумм в формы существования капитала, или в активы, предназначение которых -- получение любых форм доходов для субъектов общественного воспроизводства;

- появление организационных возможностей объединения многих частных капиталов в единый и неделимый совокупный капитал;

- возникновение рынка ценных бумаг в форме вексельного рынка и рынка государственных облигаций. Рынок ценных бумаг предложил механизм обмена паев и акций на наличные деньги и обратно, тем самым создав условия для свободного обращения частных капиталов при одновременном совместном задействовании их в самом процессе производства. Противоречие между производством и обращением капитала получило свое разрешение благодаря рынку ценных бумаг, поскольку капитал разделился на капитал, постоянно занятый в производстве, и на капитал, постоянно находящийся в сфере обращения.

Основными предшественниками современных акционерных обществ принято считать:

средневековые мукомольные товарищества Франции;

горные товарищества Германии;

морские товарищества;

торговые гильдии и другие подобные объединения;

товарные и фондовые биржи, где совершались сделки с товарами и векселями;

колониальные компании.

Первым акционерным обществом исследователи считают созданный в начале XV столетия Генуэзский банк Святого Георгия. Он был создан как особое учреждение, призванное обслуживать государственные займы. Основой, на которой он был создан, были генуэзские маоны (monte). Они представляли собой объединения кредиторов, которые ссуживали свои капиталы государству, а государство рассчитывалось с ними путем предоставления права на получение соответствующей части государственных доходов.

В эпоху великих географических открытий появились английские, голландские и французские Ост-Индские и Вест-Индские компании, английские компании по освоению Северной Америки. Колониальные компании были созданы и в других европейских государствах, а общее их количество составило порядка 60 единиц.

4.3. К.Маркс об акционерных обществах

К.Маркс, в третьем томе "Капитала" в двадцать седьмой главе "Роль кредита в капиталистическом производстве" писал:

"III.Образование акционерных обществ. Благодаря этому:

1) Колоссальное расширение масштабов производства и возникновение предприятий, которые были невозможны для отдельного капитала. Вместе с тем такие предприятия, которые раньше были правительственными, становятся общественными.

2) Капитал, который сам по себе покоится на общественном способе производства и предполагает общественную концентрацию средств производства и рабочей силы, получает здесь непосредственно форму общественного капитала (капитала непосредственно ассоциированных индивидуумов) в противоположность частному капиталу, а его предприятия выступают как общественные предприятия в противоположность частным предприятиям. Это -- упразднение капитала как частной собственности в рамках самого капиталистического способа производства.

3) Превращение действительно функционирующего капиталиста в простого управляющего, распоряжающегося чужими капиталами, и собственников капитала -- в чистых собственников, чистых денежных капиталистов. Если даже получаемые ими дивиденды включают в себя процент и предпринимательский доход, т. е. всю прибыль (потому что содержание управляющего является или должно быть просто заработной платой за известного рода квалифицированный труд, цена которого регулируется на рабочем рынке как цена всякого другого труда), то и тогда вся эта прибыль получается только в форме процента, т. е. вознаграждения просто за собственность на капитал, которая таким образом совершенно отделяется от функции в действительном процессе воспроизводства, подобно тому, как эта функция в лице управляющего отделяется от собственности на капитал. Таким образом, прибыль выступает (уже не одна только часть ее, процент, получающая свое оправдание в прибыли заемщика) как простое присвоение чужого прибавочного труда, возникающее из превращения средств производства в капитал, т. е. из их отчуждения от действительных производителей, из их противоположности как чужой собственности всем действительно участвующим в производстве индивидуумам, от управляющего до последнего поденщика. В акционерных обществах функция отделена от собственности на капитал, следовательно, и труд совершенно отделен от собственности на средства производства и на прибавочный труд. Это -- результат высшего развития капиталистического производства, необходимый переходный пункт к обратному превращению капитала в собственность производителей, но уже не в частную собственность разъединенных производителей, а в собственность ассоциированных производителей, в непосредственную общественную собственность. С другой стороны, акционерные общества -- переходный пункт в процессе воспроизводства, до сих пор еще связанных с собственностью на капитал, просто в функции ассоциированных производителей, в общественные функции" (К.Маркс,Ф. Энгельс. Соч.,2-е изд. т.25, ч.1, с.479-480).

Что следует отметить в этом анализе К.Маркса?

Во-первых, им четко сформулирована мысль о том, что в результате развития производительных сил при капитализме происходит колоссальное расширение масштабов производства и отдельные частные капиталы уже недостаточны для реализации крупных проектов. В качестве примера можно привести строительство железнодорожной сети в США в девятнадцатом веке. Была использована испытанная в Европе форма - создание акционерных обществ, предполагающая объединение частных капиталов в одно предприятие - акционерное общество. Вот что пишет об этом важнейшем этапе развития капиталистического способа производства Д.Розенберг в своих комментариях к "Капиталу" К.Маркса: "Акционерный капитал - это новое образование, но образование, развивающееся на основе кредита, на основе разветвленной кредитной системы. Эмиссия акций невозможна без развитого денежного рынка и рантье, этих детищ кредита. Не нужно также упускать из виду и тот эмпирический факт, что эмиссия акций совершается через банки, а подчас и самими банками. Однако было бы совершенно неправильно рассматривать образование акционерных обществ исключительно как результат развития кредита. Главную и решающую роль образования акционерных обществ следует искать в сфере производства. Гигантский рост производительных сил, вызывающий колоссальную концентрацию производства, приходит в резкое противоречие с индивидуальной формой производства, приходит в резкое противоречие с индивидуальной формой капитала. Как ни велик индивидуальный капитал, притом пользующийся громадного размера кредитом, он все же оказывается недостаточным, особенно в тяжелой индустрии, на транспорте и т.д.

Акционерный капитал, возникая на известной стадии развития капиталистического производства и разрешая противоречие между возросшими производительными силами и индивидуальной формой капитала, способствует дальнейшему развитию производительных сил, но этим самым он обостряет противоречие между производительными силами и производственными отношениями. Основное противоречие капитализма - противоречие между общественным характером производства и частной формой присвоения - получает в акционерном капитале дальнейшее обострение" (Д.Розенберг "Комментарии к "Капиталу" К.Маркса М.: "Экономика" 1983. с.680).

Во-вторых, капитал, который сам по себе покоится на общественном способе производства, предполагает общественную концентрацию средств производства и рабочей силы. Однако это совсем не означает окончательного упразднения капитала и капитализма как такового. В акционерных обществах капитал принимает форму общественного капитала, т.е. капитала непосредственно ассоциированных индивидуумов, или другими словами, капитала, принадлежащего акционерам, собственникам капитала, становящимся "чистыми денежными капиталистами", которые получают прибыль в форме дивидендов, т.е. как писал К.Маркс, "вознаграждения просто за собственность на капитал".

В-третьих, в акционерных обществах труд наемной рабочей силы, как правило, отделен от собственности на средства производства и на прибавочный труд. Другими словами, акционерные общества являются одной из форм эксплуатации наемных работников или как писал К.Маркс, "...прибыль выступает (уже не одна только часть ее, процент, получающая свое оправдание в прибыли заемщика) как простое присвоение чужого прибавочного труда, возникающее из превращения средств производства в капитал, т. е. из их отчуждения от действительных производителей, из их противоположности как и чужой собственности всем действительно участвующим в производстве индивидуумам, от управляющего до последнего поденщика" (там же). И как было показано в предыдущей 3-ей главе, даже если наемные работники данного акционерного общества являются его акционерами, то они не перестают быть эксплуатируемыми наемными работниками, создающими прибавочную стоимость, которая в форме дивидендов распределяется среди пайщиков (в том числе и среди этих наемных работников). Просто дивиденды являются прибавкой к получаемой наемными работниками заработной плате. И только топ-менеджеры могут быть отнесены к классу капиталистов, хотя они формально числятся как наемные работники. Обычно контрольный пакет акций находится в руках одного или небольшого числа капиталистов, но даже, если у реальных владельцев АО находится меньше половины акций, все равно они могут провести любое угодное им решение.

Однако привлечение наемного персонала АО к числу совладельцев рождает у некоторых ложное сознание "хозяина" предприятия и он уже не столь склонен к конфликтам, проявляя готовность к компромиссам, который ему к тому же навязывает механизм "социального партнерства", широко распространяемый в капиталистических странах. Все это вызывает эрозию классового самосознания и отвлекает наемных работников от реальной борьбы за претворение в жизнь идей социализма.

И еще одно замечание по поводу терминологии, примененной в данном случае К.Марксом. Термин "общественные предприятия" в первом пункте приведенной выше выдержки из "Капитала" он использовал в том смысле, что они перестали быть правительственными, т.е. больше не находились в распоряжении государства, и в то же время они не стали объектом собственности какого-то отдельного капиталиста, а приобрели форму собственности, объединяющую денежные средства множества лиц. Вот такое объединение он называет общественным. Это совсем не означает, что данное предприятие становится объектом общенародной собственности. С созданием акционерных процесс концентрации средств производства и рабочей силы происходит таким образом, что средства производства становится объектом совместной собственности (капиталом) группы индивидов. Этот процесс объективен и обусловлен общественным способом производства товаров.

Итак, никакого изменения сущности капиталистического способа производства благодаря возникновению акционерных обществ, по К. Марксу, не происходит. Более того, акционерные общества неизбежно должны были появиться на заре капитализма, а в настоящее время являются одной из основных форм функционирования капитала не только в национальных экономических системах, но и в глобальном масштабе. Акционерные общества - это лишь одна из многих объективных предпосылок социализма, рождающихся в недрах капитализма, но никак не сам социализм (см. параграф 3.7.7. "Как перейти к демократическому социализму?" в монографии "Мир на перекрестке четырех дорог" - www.koob.ru/paulman/). Кроме того, следует учесть необходимость реформирования системы образования (см. мою статью "Танцы вокруг парового котла" в библиотеке М.Мошкова), а также практику применения серии стандартов ISO 9000.

В связи с проблемой созревания объективных предпосылок социализма в недрах капиталистической формации весьма актуальным сегодня представляется вставка, сделанная Ф.Энгельсом в этой главе (цит. изд. с. 481). Он писал: "...в каждой стране крупные промышленники определенной отрасли объединяются для регулирования производства. Картельный комитет устанавливает для каждого предприятия твердую квоту производства и, в конечном счете, распределяет поступающие заказы. В отдельных случаях возникали время от времени даже международные картели, так, например, картели, объединяющие предприятия английской и германской черной металлургии (Ф.Энгельс предвосхитил идею создания в 1950 году Европейского объединения угля и стали, которое затем переросло в ЕС - ВП). Но и этой формы оказалось мало. Противоположность интересов отдельных фирм слишком часто взрывала их союз и снова восстанавливала конкуренцию. Тогда пришли к тому, что в отдельных отраслях, где это позволяла данная ступень развития производства, стали концентрировать все производство данной отрасли промышленности в одно крупное акционерное общество под единым руководством. В Америке это осуществлялось уже неоднократно, в Европе ярчайшим примером этого рода до сих пор остается "United Alkali Trust", сосредоточивший все английское производство щелочи в руках одной-единственной фирмы. Прежние владельцы отдельных заводов - свыше тридцати - получили за все оборудование по оценочной стоимости в акциях в общем около 5 миллионов ф.ст., представляющих основной капитал треста".

Далее К.Маркс писал: "Представления, имевшие еще некоторый смысл на менее развитой ступени капиталистического производства, становятся здесь совершенно бессмысленными. Удача и неудача равно ведут к централизации капиталов, а потому и к экспроприации в самом колоссальном масштабе. Экспроприация распространяется здесь с непосредственного производителя на самых мелких и средних капиталистов. Экспроприация - исходный пункт капиталистического способа производства; осуществление ее является его целью, и, в частности, его целью является экспроприация всех индивидуумов от средств производства, которые с развитием общественного производства перестают быть средствами частного производства и продуктами частного производства и могут быть средствами производства лишь в руках ассоциированных производителей, т.е. их общественной собственностью, как они являются их общественным продуктом. Но эта экспроприация в пределах самой капиталистической системы выражается в антагонистической форме, в форме присвоения общественной собственности немногими; а кредит все больше придает этим немногим характер чистых рыцарей наживы (Не правда-ли вспоминается первый миллиардер мира - Карлос Слим? - ВП). Так как собственность существует здесь в форме акций, то ее движение и передача становятся результатом биржевой игры, где мелкие рыбешки поглощаются акулами, а овцы - биржевыми волками. В акционерном деле уже существует противоположность старой формы, в которой общественные средства производства выступают как индивидуальная собственность; но само превращение в форму акции еще стеснено капиталистическими рамками; поэтому вместо того чтобы преодолеть противоречие между характером богатства как богатства общественного и как богатства частного, оно лишь развивает это противоречие в новом виде" (цит. изд. с. 483). Прошу читателей обратить внимание на слова, что акционерные общества развивают "это противоречие в новом виде".

И еще одна важная цитата из этой же главы "Капитала", в которой К.Маркс сравнивает акционерные общества с кооперативами. Он писал: "Кооперативные фабрики самих рабочих являются в пределах старой формы, первой брешью в этой форме, хотя они всюду, в своей действительной организации, конечно воспроизводят и должны воспроизводить все недостатки существующей системы. Но в пределах этих фабрик уничтожается противоположность между капиталом и трудом, хотя вначале только в такой форме, что рабочие как ассоциация являются капиталистом по отношению к самим себе, т.е. применяют средства производства для эксплуатации своего собственного труда" (цит. изд. с. 483). И еще одна цитата: "Капиталистические акционерные предприятия, как и кооперативные фабрики, следует рассматривать как переходные формы от капиталистического способа производства к ассоциированному, только в одних противоположность устранена отрицательно, в других положительно" (цит. изд. с. 484). Итак, акционерные общества не отрицают капитализма, хотя являются одной из объективных предпосылок становления нового, социалистического способа производства.

4.4. В.Лоскутов об акционерных обществах

В.Лоскутов, доктор экономических наук, профессор Мурманской академии экономики и управления, защищает идею, которую он раскрывает применительно к ситуации в современной России в статье "Собственники - это кто?", опубликованной в N 3-4 ЭФГ за 2013 год. Суть этой идеи такова: акционерная собственность - переходная ступень к непосредственной общественной собственности.

Как мы убедились, эта идея была сформулирована еще К.Марксом.

А вот В.Лоскутов, отталкиваясь от слов К.Маркса о том, что с созданием акционерных обществ происходит "упразднение капитала как частной собственности в рамках самого капиталистического способа производства", заявляет в своей статье "Марксизм и эволюционный путь развития социализма": "Такова четко выраженная марксистская основа, необходимая и достаточная для разработки эволюционной теории развития социализма, на основе которой можно осуществлять политику эволюционного перехода от капитализма к социализму" (http://www.loskutov.org/Artcles/articles_8.htm). И такая практика, по его мнению, существует, только она выпала из поля зрения теоретиков. Он утверждает, что "...были исключены из научного и общественного внимания варианты эволюционного развития социализма, элементы которого можно было наблюдать на примере Швеции, а также Австрии, Германии и других европейских стран" (там же). Вслед за Й.Шумпетером В.Лоскутов называет истинными провозвестниками социализма Вандербильтов, Карнеги и Рокфеллеров. Вот в какой теоретический тупик завел В.Лоскутов себя и доверчивых читателей благодаря тому, что он не разобрался в том, что написал об акционерных обществах К.Маркс. Сделал ли это В.Лоскутов сознательно или в силу того, что просто не вчитался в смысл написанного К.Марксом, механически выхватив кусок цитаты и не учитывая всего контекста, создал на основе такого приемчика целую концепцию, противоречащую не только идеям К.Маркса, но и элементарной логике? Ответ на этот вопрос находится где-то в области гносеологии, психологии или даже морали. Этого нам не суждено никогда узнать. Однако факт остается фактом - В.Лоскутов до неузнаваемости исказил идеи К.Маркса, заблудившись в нескольких страницах двадцать седьмой главы третьего тома "Капитала". Кстати, недавно и А.Бузгалин в статье "Рантье-Депардье как российский гражданин или еще раз о правой мифологии и природе власти в России и США" (http://www.alternativy.ru/ru/node/4846) также восхвалял опыт Швеции и Финляндии в создании государства социальной ориентации. Я на статистических фактах показал истинное лицо шведского и финского капитализма. Кто интересуется познанием действительности, а не мифами о т.н. скандинавском социализме, рекомендую почитать на сайте "Альтернативы" мою статью о реальной жизни трудящихся в этих северных странах (см. "О новой статье А.Бузгалина (о борьбе с мифологией)" (http://alternativy.ru/ru/node/5002).

Вышеприведенная фраза К.Маркса об упразднении частной собственности, совершенно превратно интерпретируемая В.Лоскутовым, стала краеугольным камнем во всей его шаткой и насквозь эклектичной теоретической конструкции, в чем мы ниже убедимся. Вся концепция В.Лоскутова о роли акционерных обществ в общественном развитии - это пример того, как человек, считающий себя марксистом и отталкивающийся в своих рассуждениях от идей К.Маркса, волей-неволей превращается в антимарксиста.

В своей статье "Акционерная собственность: кому принадлежит прибавочный продукт" (ЭФГ N 42 от 2012 года) он пишет: "...марксистская теория собственности на вопрос, в какой форме собственности находятся современные акционерные общества, позволяет ответить твердо и однозначно - в общественной собственности с правом коллективного акционерного владения. В общественной собственности потому, что первичное присвоение территории с находящимися на ней природными ресурсами как основными средствами производства осуществляется силами и средствами всего общества. В коллективном владении потому, что определенной группе лиц обществом предоставляется право хозяйственного использования части этих средств". Естественно, сразу же возникают вопросы. Что автор понимает под общественной собственностью и какую роль в формировании акционерных обществ играет право? Какую роль играет якобы "все общество" в передаче в хозяйственное пользование группе лиц определенной территории с находящимися на ней природными ресурсами?

Чтобы не гадать по поводу, мягко выражаясь, нелепой позиции В.Лоскутова, лучше всего обратиться за разъяснениями к нему самому.

В статье "Собственники - это кто?", написанной уже на материале современной России, где господствует самый настоящий дикий капитализм, В.Лоскутов утверждает: "Научная теория собственности, обогащенная фактами последнего столетия, позволяет утверждать, что современная акционерная собственность в России есть в действительности смешанная государственно-частная форма собственности с преобладающей ролью собственности государственной за счет участия природных ресурсов и основных капитальных средств производства, созданных за десятилетия советского строительства. Любые правовые решения о переименовании их в частную собственность только отвлекают общественное сознание от этого экономического факта и являются, в сущности, попытками его обмануть (сильно сказано, не правда ли? - В.П.).

Акционерные общества, получившие от государства право частной собственности, могут быть и являются поэтому в действительности экономически только владельцами полученных ресурсов, использование которых ограничивается волей общества как его собственника и государства как его агента (выделено жирным шрифтом и подчеркнуто мной - В.П.). Причем владельцами только коллективными в лице собрания акционеров. Что касается самих акционеров, то они являются владельцами только купленных акций, но не акционерных обществ<...>современные "олигархи" - не классические капиталисты, собственники, заинтересованные в максимизации прибыли своих предприятий, а только их наемные работники со всеми вытекающими из этого правами и обязанностями". В этом месте я прерву цитирование, так как вышесказанное все-таки нуждается в комментариях. Вызывает изумление то, что В.Лоскутов до сих пор убежден в том, что в обществе вообще существует государственная собственность, что государство в России выражает волю всего общества (а не является орудием в руках класса криминальной буржуазии, представленной олигархами типа Абрамовича, покойного Березовского, Потанина, Вексельберга и т.д. и т.п.), и что современные олигархи (это слово взято В.Лоскутовым не понятно по какой-то неведомой причине в кавычки) не являются классическими капиталистами. И все эти поистине фантастические (точнее - бредовые) утверждения выдаются В.Лоскутовым за марксизм. Спрашивается, зачем В.Лоскутову вообще понадобилось ссылаться на К.Маркса, который первым пришел к выводу об экономической сущности собственности, несводимости ее к правовым отношениям, а именно к пониманию того, что "вещь становится действительной собственностью только в процессе общения и независимо от права", а идея, "сводящая право к чистой воле", является не чем иным, как только "юридической иллюзией" (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 3, с. 64)? Тем более удивительным является после приведения В.Лоскутовым этой цитаты К.Маркса ссылка на нижеследующую совершенно противоположную по смыслу цитату из произведения М.Бартошека о том, что собственность есть "...прямое, полное, исключительное, абсолютное, единое, правовое господство" субъекта над объектом присвоения" (Бартошек М. Римское право. М., 1989, с. 113). Трудно понять и ту часть цитаты, где, с одной стороны, В.Лоскутов любые правовые решения государства о переименовании акционерных обществ в частную собственность представляет, в сущности, как попытку обмануть общественное мнение. Спрашивается, в чем состоит обман? В том, что вещи называются своими истинными именами?

О полном непонимании В.Лоскутовым сущности акционерной формы собственности свидетельствует и следующая фраза из статьи "Акционерная собственность: кому принадлежит прибавочный продукт?": "Фокус, жертвами которого на протяжении многих десятилетий является население современных стран, состоит в распространении ложного представления, что прибавочный продукт принадлежит не акционерным обществам, а владельцам акций, которые будто бы вправе распоряжаться ими как своей частной собственностью без ответственности за результаты работы самих акционерных обществ". Эта фраза полностью противоречит марксистской трактовке экономических отношений, складывающихся между акционерами и наемными работниками, которых они эксплуатируют, получая дивиденды, о чем говорилось выше.

Даже редакция ЭФГ не выдержала и сделала в этом месте статьи В.Лоскутова следующее примечание: "...это очень спорное утверждение. По мнению многих других авторов, как раз так называемые олигархи в России являются классическими собственниками даже в тех случаях, когда обладают не контрольным, а просто крупным пакетом акций собственных предприятий, в тех случаях, когда величины пакета достаточно для принятия управленческих решений.

Что касается частной собственности отдельных акционеров, то она, похоже, не оспаривается даже автором - акционер может сделать со своим паем всё что угодно.

Рассмотрим случай классического конфликта интересов между крупными акционерами, к примеру, между "Русалом" и "Интерросом", по поводу "Норильского никеля". Два эти крупнейших собственника акционерных пакетов "НН" годами спорили о составе совета директоров и о том, кто должен назначать генерального директора. С нашей точки зрения, при всей важности этого спора для управления предприятием он не на миг не поколебал отношений собственности в части, касающейся их пакетов акций, - акции продолжали исправно приносить прибыль их собственникам.

Возможно, автор несколько гиперболизирует различие между понятиями "предприятие как единица глобальной технологической цепочки, как хозяйствующий субъект" и "предприятие как объект собственности". Во всяком случае, именно из этого различия автор делает основополагающие выводы, отменяющие принцип частной собственности. Нет единого управления той или иной хозяйственной единицей со стороны единого собственника - нет, стало быть, и частной собственности. Это абсолютно не так, акционер полностью владеет своим пакетом акций. И если, например, У.Баффет владеет 3 процентами "Майкрософт" и 10 процентами "Эксон", не имея при этом возможности управлять данными предприятиями, это не означает ничего иного, кроме того обстоятельства, что он является собственником этих компаний на 3 и 10 процентов.

Да, собственник в большинстве случаев не может полностью управлять предприятием как конкретной хозяйствующей единицей, но своим-то паем может" (ЭФГ. N 42. 2012).

Удивительна еще одна фраза из цитируемой статьи В.Лоскутова, а именно следующая: "...есть основания предполагать, что процесс обобществления производства продолжится и получит новые формы в западных странах, пока еще считающихся "капиталистическими"". Ничего себе вывод! Западные страны, где господствуют ТНК и транснациональные банки (ТНБ), пока еще считаются В.Лоскутовым "капиталистическими" (в очередной раз слово "капиталистический" взято им в кавычки). Неужели он настолько уверен в том, что акционерные общества, существующие в капиталистических странах Запада, уже настолько приблизили их к социализму, что могут уже не считаться капиталистическими в подлинном смысле этого слова?

Еще более удивительна концовка статьи "Собственники - это кто?", которая не только отрицает капиталистический характер акционерных обществ, существующих в настоящее время в России, но и выдвигает на первый план эволюционное, юридическое решение проблемы трансформации капиталистической системы в социалистическую на базе акционерных обществ. В.Лоскутов вопрошает: "Кто же эти собственники экономических, в том числе финансовых, ресурсов, необходимых для развития российской экономики?". И отвечая на этот вопрос, он пишет: "Такими собственниками в современных сообществах являются субъекты, выполняющие функции присвоения этих экономических ресурсов посредством управления ими - бюрократические государства. Частные лица, как и их коллективы, могут быть и являются только владельцами той части ресурсов, которые государства выделяют для частного (группового) использования. Частные приобретатели акций и других правовых документов на владение отдельными частями ресурсов могут быть только их владельцами и пользователями, если даже они называются собственниками в правовых документах по экономической неграмотности тех представителей государства, которые их этим правом наделяют. Причем управляющие акционерных обществ являются их наемными работниками, заинтересованными не в прибылях корпорации, а в тех показателях, за которые они получают свою зарплату. Объявление их собственниками создает лишь путаницу в их действительном социальном положении наемных служащих. Право частной собственности акционеры, фактически являющиеся только владельцами акционерных обществ, без указаний собственника-государства реализовать не могут и не хотят. Вообще сама идея приватизации корпораций - мертворожденное изобретение современных политиков, не знающих и не понимающих марксистской теории собственности". Вот как надо уметь перевернуть с ног на голову научную истину!

Ошибочная точка зрения В.Лоскутова, состоящая в том, что государство является субъектом собственности, которой он неукоснительно придерживается, будет рассмотрена ниже. Вопрос же о социальном положении управляющих акционерными обществами мной рассмотрен в предыдущей главе. Что же касается утверждения о том, что идея приватизации корпораций - мертворожденное изобретение теоретиков, не ведающих марксистской теории собственности, то это просто-напросто нонсенс. Как можно сформировать общенародную собственность, не национализировав собственность корпораций, остается загадкой.

Трудно сказать, для кого и с какой целью В.Лоскутов написал следующую фразу: "Прежде всего, нельзя допускать распределения прибавочного продукта, предназначенного для расширения производства, в частную собственность отдельных акционеров. Эти средства, включая прибыль акционерных обществ, согласно законам политической экономии, являются собственностью всего общества и должны распределяться в целях выполнения общественных норм расширенного воспроизводства под контролем общества. Но поскольку акционерные общества в большинстве сами не способны осуществлять грамотное использование накапливаемых инвестиционных средств, так как не обладают необходимой для этого стратегической информацией, а часто и нужными финансовыми средствами, эта функция в ближайшее время, по-видимому, должна будет перейти в ведение специального научного органа, тесно сотрудничающего с государством, который такого рода ресурсами может обладать" ("Акционерная собственность: кому принадлежит прибавочный продукт?").

. Во-первых, В.Лоскутов невольно противоречит самому себе, когда пишет о том, что том, что акционеры все-таки могут являться владельцами частной собственности. Во-вторых, неужели он верит в то, что государство при капитализме будет осуществлять распределение прибыли акционерных обществ "в целях выполнения общественных норм расширенного воспроизводства под контролем общества, да еще в соответствии с какими-то абстрактными законами политической экономии"? Порой складывается такое впечатление, что В.Лоскутов живет и творит в каком-то выдуманном им иллюзорном, фантастическом мире. Этот мой вывод подтверждается и теми "маниловскими" рекомендациями, которые содержатся в упомянутой статье. Ее он заканчивает бесподобной фразой, свидетельствующей о том, что он совершенно отрешен от понимания реальной действительности: "Когда, как и кем будут осуществляться дальнейшие шаги, предсказывать сложно, поскольку они зависят в значительной мере от субъективных факторов, из-за чего этот процесс может занять от нескольких лет до многих десятилетий. Действительная скорость его зависит от способности решения обществом двух проблем: 1) справедливой и эффективной дифференциации доходов, 2) обеспечения занятости всего населения. Важнейшая задача научного сообщества - подсказать обществу, как решить эти проблемы эволюционно, демократическими методами, чтобы не вынуждать его решать их посредством революций". Вот и все рекомендации, на которые способен один из представителей научного сообщества, считающий себя марксистом. Рекомендуемое В.Лоскутовым идеальное взаимодействие абстракций "общество", "научное сообщество", "государство", "демократия", "акционерные общества" может совершаться только в мыслительном процессе, происходящей в голове самого В.Лоскутова, но не в реальной действительности. Говоря проще - это игра слов, подобная всамделишной игре ребенка в песочнице.

Теперь наступило самое время разобраться в том, что же из себя в действительности представляют акционерные общества при капитализме, чтобы затем понять, каким образом они могут повлиять на смену формаций и затем уже успешно функционировать при социализме.


4.5. Еще раз о понятии "собственность"

Однако перед тем как обратиться к основной теме данной главы, нам придется разобраться в той путанице, которую навязывает читателям В.Лоскутов о понятии "собственность". В многократно цитировавшейся мной его статье "Акционерная собственность: кому принадлежит прибавочный продукт" он пишет: "Невежество (чье? - ВП) в трактовке фундаментальных категорий политической экономии усугубляется непониманием экономического закона формирования и развития отношений собственности, суть которого заключается в определении форм собственности способами производства, а также незнанием того, что собственность является лишь одной из трех категорий в иерархической системе отношений принадлежности, а не "пучком прав", произвольно устанавливаемых государством (подчеркнуто мной - ВП).

С древнейших времен экономическая наука выработала систему понятий, характеризующих иерархию отношений принадлежности. Собственность, владение, пользование - это не только правовые отношения, это экономические категории, которые отражают различные по времени и условиям образования экономические процессы. А именно, отношение, называемое собственностью, образуется в результате первичного присвоения, как правило, посредством хозяйственного освоения природных ресурсов какой-либо территории либо их вооруженного захвата. Поэтому со времени Древнего Рима считается, что собственность (dominium; proprietas) обладает признаками исключительной, абсолютной правовой власти лица (субъекта) над материальной вещью (объектом) (Бартошек М.Римское право. М.: 1989, с.113). Владение (possessio) - фактическая, не обязательно правовая, но в правовой системе вторичная форма хозяйственного присвоения, подчинения первой форме - собственности и потому ограниченная волей собственника. Пользование - форма присвоения в условиях возникших ранее отношений собственности и владения, поэтом оно оказывается формой принадлежности, ограниченной волей как собственника, так и владельца".

В.Лоскутов сначала совершенно правильно утверждает, что собственность - категория, суть которой определяется не правом, а экономическими отношениями. Более того, В.Лоскутов цитирует К.Маркса, который писал, что сущностью собственности, ее первоосновой, или субстанцией, является труд. Где нет труда, нет и собственности, а где есть труд, собственности не может не быть. Поэтому результаты труда не могут быть ничьими, и "ни о каком производстве, а стало быть, и ни о каком обществе не может быть и речи там, где не существует никакой формы собственности" (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 24).

Однако, как это ни парадоксально, вся вышепроцитированная выдержка из статьи "Акционерная собственность: кому принадлежит прибавочный продукт" свидетельствует об обратном: сущность собственности у В.Лоскутова определяется правом. Как можно одновременно утверждать противоположные мысли, для меня остается загадкой.

Но будем разбираться по порядку, ибо вопрос о содержании категории "собственность" - один из важнейших вопросов марксисткой политэкономии, хотя В.Лоскутов пытается нам доказать, что еще во времена Древнего Рима сложилась истинная экономическая наука.

Итак, какое же на самом деле существует иерархическое взаимоотношение между категориями, связанными с понятием "собственность"? По В.Лоскутову, оно следующее: "принадлежность" - "собственность" - "присвоение" - "владение" - "пользование" - "распоряжение" (последние две категории я добавил от себя, т.к. они имеют важное значение в реализации экономических отношений, которые определяют суть той или иной формы собственности). При этом В.Лоскутов ссылается на римское право, почерпнутое из произведения М.Бартошека. Давайте сначала посмотрим, как же советские юристы определяли категорию "собственность".

Трактовка данной категории была следующая: "Посредством законодательства устанавливаются правовые нормы, к-рые регламентируют отношения между людьми, связанные с владением, пользованием и распоряжением имуществом, принадлежащим различным лицам или обществу в целом. Вследствие этого реально осуществляемые отношения собственности приобретают форму юридич. отношений, а их субъекты наделяются определ. правом собственности". (Экономическая энциклопедия. Политическая экономия. М.: Советская энциклопедия, 1979, с. 570).

Как мы видим, разница в юридической трактовке понятия "собственность" у древних римлян и советских юристов весьма существенная. Если по В.Лоскутову, "собственность является лишь одной из трех категорий в иерархической системе отношений принадлежности", то, согласно трактовке советских юристов, категория "принадлежность" является категорией, подчиненной категории "собственность". Категория же "владение" используются наряду с категориями "пользование" и "распоряжение".

В Академическом словаре даны следующие версии слова "принадлежность":

"ПРИНАДЛЕ?ЖНОСТЬ, принадлежности, жен.

1. Вещь, представляющая часть, необходимый составной элемент чего-нибудь. Постельные принадлежности. Принадлежности машины. Принадлежности костюма. Канцелярские принадлежности.

2. только ед. Действие по гл. принадлежать во 2 знач., вхождение в состав чего-нибудь. "...XV съезд объявил принадлежность к троцкистской оппозиции и пропаганду ее взглядов несовместимыми с пребыванием в рядах большевистской партии". История ВКП(б). Подвергался гонениям при царизме за принадлежность к большевистской партии. Указать партийную принадлежность.

3. только ед. Собственность, достояние (книжн. устар.). Этот дом - принадлежность нашей семьи".

В Толковом словаре ру. дана следующая интерпретация этого термина:

"Значение слова Принадлежность по Ефремовой:

Принадлежность - 1. Состояние по знач. глаг.: принадлежать (1,3).

2. Состояние по знач. глаг.: принадлежать (2); вхождение в состав чего-л.

3. Отличительная черта, особенность, постоянное свойство кого-л., чего-л.

4. устар. То, что или тот, кто принадлежит кому-л., чему-л., является чьей-л. Собственностью".

Таким образом, в общеупотребительном русском языке слово "принадлежность" применяется и как синоним слова "собственность". Однако оно стоит на заднем плане и считается устаревшим.

Но отнесем интерпретацию термина "принадлежность" как главенствующего в юридическом языке к невежественности составителей Академического и Толкового словарей (правда, не очень понятно, почему В.Лоскутов использует термин "собственность", когда рассуждает об акционерных обществах в заголовках своих статей, а не главенствующий в его иерархии термин "принадлежность" - ВП) и перейдем к определению политэкономического содержания понятия "собственность".

Для начала хотел бы отметить, что первоначальную трактовку этого понятия В.Лоскутов по неизвестной мне причине предпочитает относить главным образом не к объектам, созданным трудом тысяч поколений людей, а к земле и природным ресурсам, хозяйственно освоенными людьми или захваченными одними субъектами у других насильственно ("отношение, называемое собственностью, образуется в результате первичного присвоения, как правило, посредством хозяйственного освоения природных ресурсов какой-либо территории либо их вооруженного захвата". Спору нет, природные ресурсы составляют основу любого материального производства в любой общественной формации, но, по крайней мере, не менее важное значение имеют материальные и интеллектуальные продукты, созданные трудом человека. И не сказать об этом, значит искаженно представить содержание понятия "собственность".

В частной переписке В.Лоскутов, оправдывая свою трактовку понятия "собственность" и его зависимость от понятия "принадлежность" пишет, что в отношениях собственности, участвуют, как правило, несколько субъектов: субъект, играющий преобладающую, определяющую роль в его присвоении, и субъекты, принимающие в процессе присвоения того же объекта участие с меньшей степенью зависимости.

Если иметь в виду АО, то в нем действительно складывается ситуация, о которой пишет В.Лоскутов, а именно в отношениях по присвоению собственности АО участвует множество акционеров. Среди них небольшое число акционеров играет определяющую роль в управлении капиталом и в присвоении суммы дивидендов, а другие (несмотря на свою многочисленность - мелкие владельцы акций) получают лишь крохи с барского стола. Но множественность субъектов собственности нисколько не меняет сущность понятия "собственность" и зависимость его от понятия "принадлежность". Акции принадлежат всем акционерам, но в неравной доле, что и определяет эксплуататорскую сущность акционерной собственности: на одной стороне - наемные работники (даже владеющие небольшим количеством акций), а на другой стороне - акулы, которым принадлежит практически весь акционерный капитал.

Мною этому важнейшему понятию в монографии "К общей теории политической экономии" посвящен целый параграф 4.5. В нем я пишу следующее: "...процесс производства представляет собой взаимодействие трех факторов (рабочей силы человека, природы, средств производства), результатом которого являются продукты - средства удовлетворения экономических потребностей людей. В процессе производства складываются экономические отношения между его участниками (субъектами), опосредованные вещами и проявляющиеся через них, т.е. эти отношения не непосредственные (как между спортсменами в беге), а осуществляемые через посредство вещей. В основе этих отношений - процесс присвоения факторов и продуктов производства, который является исторически определенным социально-экономическим способом производства (а еще шире - воспроизводства). Таким образом, в этом процессе присвоения наличествуют две стороны: субъект собственности и объект собственности. Субъектами собственности являются участники воспроизводства, а объектами собственности - условия воспроизводства и его результаты. Можно выразиться и иначе: субъектом собственности являются люди в их отношении к вещам, а объект собственности - это вещи, присвоенные людьми.

Как писал К.Маркс, "...непосредственное отношение собственников условий производства к непосредственным производителям<...>вот в чем мы всегда раскрываем самую глубокую, скрытую основу всего общественного строя..." (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-ое изд. т. 25.ч 2. с.354).

Нет смысла цитировать здесь весь параграф 4.5. упомянутой монографии. Однако отмечу, что с лоскутовской ошибочной интерпретацией этого понятия нам приходилось и еще придется сталкиваться при рассмотрении главного вопроса - об акционерных обществах. Отвечая на вопрос: является ли акционерная собственность разновидностью частной собственности? - В.Лоскутов категоричен: нет, не является, она является общественной собственностью, переданной государством группам акционеров в их владение.

Это утверждение совершенно не соответствует историческому процессу становления акционерных обществ в силу того, что в период их становления государства, обслуживающие интересы класса капиталистов, в принципе не могли передавать собственность отдельных капиталистов акционерным обществам. Акционерные общества складывались путем объединения (слияния, сложения) частного капитала.

Как я выше писал, следует еще остановиться на вопросе, а существует ли вообще "государственная собственность"?

С политико-экономической точки зрения понятие "государственная собственность" - это нонсенс. Можно и нужно говорить о государственной форме собственности, но не о государственной собственности.

Рассматривая данную проблему, следует четко понимать, что государство, являясь организацией общества, инструментом политической власти и управления, не может быть субъектом собственности. Государство представляет собой единство его институтов, правовой системы и политической организации общества. Совокупность институтов государства (органов и учреждений) образует аппарат власти и управления.

Субъектами собственности могут быть только люди (группы людей, классы), ибо собственность в ее политэкономическом значении - это отношения индивидуумов по присвоению средств производства и продуктов труда, складывающиеся в процессе воспроизводства условий их жизни. Поэтому вопрос о сущности государственной собственности правильнее сформулировать иначе: являлся ли субъектом государственной собственности народ, общество в целом, или им был тот или иной класс (рабовладельцев, феодалов, капиталистов)?

И еще один вопрос о собственности, затронутый В.Лоскутовым, мимо которого пройти никак нельзя. Утверждение В.Лоскутова о том, что рабочая сила при социализме является частной собственностью граждан, не является его открытием. Это, по его словам, поистине "революционное" открытие, принадлежит В.Корниенко. Однако лучше всего, чтобы у читателей сложилось верное представление о позиции В.Лоскутова, поддерживающего В.Корниенко, привести без купюр цитату из его статьи "Теория собственности. От догматизации к деградации" (ЭФГ N 29.2013), которая позволяет в полной мере оценить эту "революционную" идею. Вот что пишет В.Лоскутов: "...советская экономическая наука во второй половине 60-х - первой половине 70-х гг. прошлого века и достигла высшего уровня, она не преуспела в развитии марксистских идей, которые позволили бы спасти страну от развала. Потенциально у нее на это был некоторый шанс. Он состоял в развитии концепции личной собственности на рабочую силу как основного фактора товарных отношений при социализме (подчеркнуто мной - ВП), которую выразил В.Корниенко. Однако его концепция не получила поддержки коллег, а массовое издание его монографии "Личная собственность как социалистическое производственное отношение" (Киев, 1974, с.216) было запрещено. Только в 1990 г. была опубликована статья, в которой он смог высказать свой главный научный вывод о том, что, помимо кооперативно-колхозной формы собственности, "единственным товарообразующим фактором в условиях социализма является, в конечном счете, личная собственность" (Корниенко В.П. Товарные отношения и форма рабочей силы при социализме. "Экономические науки", 1990, N 3, с. 16).

Но было уже поздно. Да и тогда еще большинство экономистов не поняли сути революционного открытия, сделанного В.П.Корниенко. Между тем в нем содержалась возможность поставить экономику СССР на рельсы эффективной рыночной системы, по которым сейчас движется Китай. Суть идеи заключается в признании рабочей силы частной собственностью граждан (подчеркнуто мной - ВП), из чего следует политика легитимации мелкой частной собственности и малого бизнеса во всех отраслях при сохранении природных ресурсов и основных средств производства крупных корпораций в собственности государства.

Такая политика могла позволить России создать рыночную экономику, адекватную уровню развития производительных сил, достигнутых в СССР, без огульного разгосударствления основных средств производства и вытекающего из него разгула "дикого капитализма". Однако этого не случилось, за что значительная часть вины ложится на сословие ученых-экономистов.

Отрицание отношений собственности на рабочую силу в социалистическом обществе, не позволившее обществу понять возможность и необходимость мелкой частной собственности (подчеркнуто мной - ВП), было существенным фактором деградации экономической науки, способствующей системному кризису социализма и развалу СССР".

Нет абсолютно никаких сомнений в необходимости развивать политическую экономию. Однако даже если признать открытие В. Корниенко за подлинно научное достижение, развивающее марксистское учение, то утверждение В.Лоскутова о том, что оно могло бы быть судьбоносным в истории СССР свидетельствует о крайней наивности В.Лоскутова. Дело в том, что все высшее политическое руководство СССР было невежественным, и оно совершенно не знало азов политической экономии. Это, во-первых. Во-вторых, идея о том, что факторами, определяющими возникновение товарного производства при социализме, являются колхозная собственность и частная собственность на рабочую силу, является ошибочной, так как возникновение товарных отношений определялось в СССР в первую очередь неизбежностью хозрасчетных отношений в государственных предприятиях, а также дискретностью производительных сил (см. главу 4-ую монографии "Мир на перекрестке четырех дорог").

И еще одна немаловажная причина применения денег при социализме - это отсутствие методики редукции труда. Об этом хорошо написал В.Архангельский. Цитирую: "В СССР была затрачена масса усилий, чтобы попытаться заменить маленькую синичку шаткой меры товарной стоимости могучим журавлем естественной меры - продолжительностью общественно-необходимого рабочего времени, но из этого так ничего не вышло, не было даже малейших наметок путей поимки этого журавля, не говоря уже о практических планах того, как запрячь этого журавля в сопряженные между собой колесницы национальной и мировой экономик. Всё уперлось в так называемую проблему редукции труда - в проблему приведения количества сложного высококвалифицированного труда к количеству простого труда, осложненную проблемами временнСй, пространственной и межтаможенной коррекции. Легко и просто не получилось. Не получилось вообще никак" ("Альтернативы", 2012-05-05).

Что же касается определения рабочей силы при социализме как частной собственности индивида, то это не соответствовало характеру экономических отношений, как в сфере производства, так и в сфере распределения. Трудящиеся не продавали свою рабочую силу в наем государственным предприятиям. Собственность на рабочую силу при социализме является личной, а не частной, т.е. она не является товаром на несуществующем рынке труда, как при капитализме.

4.6. О роли акционерных обществ в становлении новой формации

Теперь вернемся к проблеме, с которой была начата данная статья - о роли акционерных обществ в становлении социализма.

В.Лоскутов пишет: "Отрицать возможность осуществления экономической политики эволюционными методами, следовательно, настаивать единственно на революционных методах, когда во всех развитых странах факт вытеснения капиталистов из процесса управления экономическими функциями и замещения их наемными управляющими уже давно совершился, не значит ли становиться в один ряд с г-ном Гейнценом?" (Карл Петер Гейнцен (нем. Karl Peter Heinzen) -- немецкий публицист - ВП).

В.Лоскутов в статье "Акционерная собственность: кому принадлежит прибавочный продукт" пишет о факте вытеснения капиталистов из процесса управления акционерными обществами, как об очевидности. Так ли это? Не введен ли он в заблуждение Й.Шумпетером, Д.Гэлбрейтом и П.Кругманом?

Действительно ли капиталисты, которые владеют контрольным пакетом акций или их весомой долей, не участвуют в определении стратегии функционирования и развития АО, возложив проведение в жизнь намеченного капиталистами курса, а также решение тактических и повседневных задач управления на менеджеров?

Отвечая на этот вопрос, следует заметить, что акционерные общества являются только одной из множества предпосылок становления новой общественно-экономической формации. Причем возникает, естественно, вопрос, возможно ли использование этой формы хозяйствования, основанной на эксплуатации коллективом акционеров наемной рабочей силы в течение длительного времени на начальной стадии существования социализма?

В своей статье "Акционерные предприятия - формы, переходные от капиталистической собственности к общественной" (ЭФГ от 03.09.1012) В.Лоскутов приходит к радикальному выводу: "В.И. Ленин имел в 1917 году достаточные основания рассчитывать на успех социалистической революции, определив капитализм в его империалистической фазе как "паразитический, загнивающий и умирающий". Теперь же, более ста лет спустя, появилось объективное основание считать его действительно умершим (вероятно, его похороны совпали по времени с горбачевской перестройкой? - ВП). Таким основанием является превращение акционерной формы капиталистического производства, бывшей в конце XIX века одним из экономических укладов, в господствующий способ производства. Ведь сегодня, как известно, в сфере государственного и корпоративного способов производства, в которой главные функции управления выполняют не собственники акционерных обществ, то есть не капиталисты, а их наемные управляющие, во всех развитых странах создается до 85% ВВП. Капиталисты сегодня могут быть и существуют на самом деле только в предпринимательской сфере малого бизнеса. Но эта сфера занимает в экономике современных "капиталистических" стран, даже такой, как США, не более 15% ВВП. Поэтому не капиталисты играют решающую роль в современном обществе и не их интересы господствуют в экономике развитых стран. Господствуют в ней интересы наемных управляющих, то есть государственных и корпоративных чиновников, склонных к бюрократизации. На этом основании правомерно утверждать, что капитализм как формация уже умер, уступив место новой системе господствующих отношений, которую за неимением общепринятого наукой термина можно назвать бюрократической".

Вот такое необычное решение нашел В.Лоскутов! Это потрясающее и поистине выдающееся "открытие", которое благодаря В.Лоскутову наконец-то стало достоянием широкой общественности. Капитализм тихо-смирно скончался благодаря расцвету акционерной формы собственности. Его, как общественно-экономической формации, больше не существует. На свет появилась новая формация (а почему не цивилизация?).

Однако не преждевременно ли В.Лоскутов похоронил капитализм? Ну, хорошо, капитализм по версии В.Лоскутова умер, а что дальше делать человечеству? Как быть с оставшимися миллиардерами и миллионерами? С нищетой миллиардов людей? С голодом, который косит десятки миллионов детей?

Оказывается, перспектива есть, она ясна, как божий день. Цитирую В.Лоскутова: "В этих условиях борьба большинства общества с бюрократией заключается не в упразднении управляющих, а в управлении ими. При этом участие членов общества в управлении способствует превращению обывателей в граждан (как красиво звучит, не правда ли? - ВП), а противоречивого посткапиталистического, то есть еще не социалистического, но уже и не капиталистического, общества - в общество, переходное к новой, более прогрессивной, эффективной и справедливой формации, более отвечающей интересам демократии, как бы ее ни называть". Не правда ли, какая милая концепция?! Все дело теперь в демократии, в превращении голодных и нищих обывателей в граждан, которые должны научиться командовать бюрократами и заставить их работать эффективно, не воруя, не мздоимствуя, не выводя свои денежки в оффшоры, не покупая дорогие яхты, не строя дворцы, не проводя свой отпуск в Куршавелях и т.д. и т.п. Думаю, что полезными будут школы или даже университеты для перевоспитания бюрократов: отдельно для топ-менеджеров с особым режимом, чтобы отучить их от вредных привычек, и отдельно для рядовых бюрократов, которые привыкли брать небольшие взятки. Это должен быть уже не мерзкий капитализм, однако еще и не коммунизм, а некая формация бюрократов, руководящих демократически, надо полагать, справедливо, акционерными обществами. Даже А.Тарасов со своей концепцией суперэтатизма до подобного не додумался. Но, видимо, он не столь глубоко, как В.Лоскутов, проник в потенциальные возможности акционерных обществ.

Но В.Лоскутов не может для пущей респектабельности своей теории не сослаться на авторитет К.Маркса. Вот что по этому поводу он нам сообщает: "К. Маркс увидел в акционерных обществах "упразднение капиталистического способа производства в пределах самого капиталистического способа производства и потому само себя уничтожающее противоречие, которое [прежде всего] представляется простым переходным пунктом к новой форме производства. Как такое противоречие оно выступает и в своем проявлении. В известных сферах оно ведет к установлению монополии и потому требует государственного вмешательства. Оно воспроизводит новую финансовую аристократию, новую разновидность паразитов в образе прожектеров, учредителей и чисто номинальных директоров; оно воспроизводит целую систему мошенничества и обмана в области учредительства, выпуска акций и торговли акциями. Это - частное производство без контроля частной собственности" (Маркс, Энгельс. Соч., т. 25, ч. 1, с. 481-482). Последнее предложение из цитаты К.Маркса - не в счет. Все равно бюрократическая формация - это уже не частное производство, а какое-то иное. Но какое? И вновь В.Лоскутов обращается к авторитету К.Маркса и Ф.Энгельса. Цитирую В.Лоскутова: "В этих рукописях К.Маркса, сохраненных и дополненных Ф.Энгельсом, заключена суть марксистской теории об акционерном способе производства как экономическом базисе новой, некапиталистической формы общества, идущей на смену капитализму. В ней не только раскрыты недостатки акционерной организации производства, но и названо основное условие их устранения - контроль частной собственности. Очевидно, что наличие организационных и других экономических форм контроля акционерной собственности при сохранении правовых форм частной собственности ничего, кроме социальных противоречий, породить не может и потому длительное существование частной собственности в условиях акционерного способа производства невозможно (выделено жирным шрифтом мною - В.П.)". Вот так задача! Длительное существование акционерного способа производства невозможно при сохранении правовых форм частной собственности!

Как же быть? На этот вопрос классики марксизма ответа дать так и не смогли, хотя, как утверждает В.Лоскутов, "...понимание специфики акционерных обществ позволило основоположникам марксизма прийти к выводу, что они в конечном счете станут основным фактором перехода капиталистической формации к более совершенной, прогрессивной, справедливой, которая была названа социалистической. Но в их распоряжении не было фактов, на основании которых они могли бы обнаружить признаки бюрократической формы эксплуатации трудящихся". Однако В.Лоскутова выручил В.Ленин, а также поступь истории. "Такие факты заметно проявились только в Советской России вскоре после Октябрьской социалистической революции, - пишет В.Лоскутов, - Поняв это одним из первых, В.И. Ленин скоро обнаружил, что "бороться с бюрократизмом до конца, до полной победы над ним можно лишь тогда, когда все население будет участвовать в управлении". Однако, ни народ, не коммунисты не вняли увещеваниям В.Ленина, и обуздать в СССР бюрократов не удалось.

В.Лоскутов по какой-то причине умалчивает, что же все-таки стало после Октября 1917 года с акционерными обществами в первые годы существования советской власти. Эта тайна так и осталась В.Лоскутовым нераскрытой. Зато читатели прекрасно осведомлены о том, что произошла удивительная метаморфоза не только в СССР (я имею в виду превращение в 1990-х годах прошлого века бюрократического способа производства в дикий капитализм), но и на Западе, в стане капиталистических государств. Даже В.Лоскутов не мог не признать, что "в конце ХХ века в корпоративном секторе экономики закон опережающего роста производительности труда над ростом доходов для управляющих фактически перестал действовать. Благодаря этому управляющие российских корпораций сегодня получают многомиллионные доходы при минимальном росте производительности труда в корпорациях или даже при его снижении. Но то же самое имеет место в США, где члены исполнительного аппарата крупных компаний в период с 1980 по 1995 год ухитрились повысить уровень своего заработка по сравнению с заработком обычных сотрудников с 45 до 160 раз, к 1997 году - до 305, а к 2000 году - "несмотря на то, что реально прибыли компаний не росли" - уже до 458 раз (Кругман П. Великая ложь. М., 2004, с. 145).

Вывод, сделанный В.Лоскутовым из приведенных П.Кругманом фактов, таков: "наемные лица" в качестве "членов исполнительного аппарата в крупных компаниях" в настоящее время превратились в полновластных хозяев своих компаний, новых эксплуататоров трудящихся самих компаний и общества в целом, но не в капиталистов, а в тех, кто "считается капиталистом" - государственных и хозяйственных чиновников, бюрократов, чьими усилиями победивший в России социализм превратился, в конечном счете, в социализм бюрократический. Но и в западных странах капитализм, если его еще можно так называть, в течение ХХ века в процессе эволюционного перерастания корпоративного уклада в господствующий способ производства стал бюрократическим капитализмом". Итак, вместо настоящего, полнокровного бюрократического способа производства, призванного В.Лоскутовым сменить капитализм, в двадцатом веке появились на свет какие-то уродцы: искалеченный бюрократизмом социализм и испорченный бюрократами капитализм. А где же благородное влияние на историю акционерных обществ? Почему акционеры допустили такой перекос великой идеи В.Лоскутова, который обнаружил в недрах истории новую общественно-экономическую формацию? Открытие следует за открытием и все это в рамках одной статьи! Общественный строй каким-то образом в СССР превратился в социализм, но не в обычный, а в бюрократический. А вот капитализм на Западе также из обычного трансформировался в капитализм бюрократический, причем полновластные хозяева (надо понимать топ-менеджеры) акционерных обществ из эксплуататоров вдруг превратились в некапиталистов, а в тех, кто только "считается капиталистами".

Думаю, нет никакого смысла продолжать цитирование этой статьи В.Лоскутова, ибо большей бессмыслицы, чем та, с которой мы уже столкнулись, придумать просто невозможно. В этом читатели могут сами убедиться, прочитав еще и следующий пассаж В.Лоскутова: "Вопреки мнению пессимистов и догматиков, кризис советской экономической системы столь же далек от краха социализма, как кризис капиталистической системы в 1929-1932 гг. был далек от краха капитализма. Точно так же, как Великая депрессия ознаменовала лишь завершение перехода капиталистической системы из стадии относительно свободного в стадию государственно регулируемого рынка, кризис и распад СССР в 90-х гг. обозначил не что иное, как переход социалистической системы из стадии преимущественно централизованно управляемой в стадию более децентрализованной экономики" (http://www.loskutov.org/Artcles/articles_8.htm). С чем можно и поздравить бывших граждан СССР, которые все еще заблуждаются, наивно полагая, что живут при капитализме! Ну, а что касается трансформации капитализма после Великого кризиса в стадию государственно регулируемого рынка, то господа Р.Рейган и М.Тэтчер так и не поняли, руководя своими государствами, что они действуют не по законам свободного рынка, а по правилам, которые они навязывают своим экономикам в рамках бюрократического капитализма.

Завершая данный параграф, не могу не отметить, что В.Лоскутов по отношению к К.Марксу поступил все-таки неэтично, не проинформировав читателей о позиции великого мыслителя по поводу подлинной роли акционерных обществ в развитии капиталистического способа производства, не сообщив им об его окончательном выводе, который К.Маркс сделал в 27-ой главе 3-его тома "Капитала". Я позволю себе еще раз воспроизвести эту важную цитату. К.Маркс, сравнивая акционерные общества с кооперативами, писал: "Капиталистические акционерные предприятия, как и кооперативные фабрики, следует рассматривать как переходные формы от капиталистического способа производства к ассоциированному, только в одних противоположность устранена отрицательно, в других положительно" (К.Маркс, Ф. Энгельс. Соч.,2-е изд. т.25, ч.1, с. 484).

4.7. Акционерные общества в СССР и в современном обществе

Однако, независимо от измышлений В.Лоскутова, остается открытым вопрос о том, что же все-таки произошло с акционерными обществами после Великого Октября и как в настоящее время развиваются акционерные общества на Западе в системе глобального капитализма. Постараемся за В.Лоскутова на эти вопросы ответить.

Первое акционерное общество в России появилось в 1822 году. Перед революциями 1917 года их число в Российской империи составляло 5,4 тысячи.

После Октябрьской революции акционерные общества в России были ликвидированы. В начале 1919 года декретом Совнаркома были аннулированы акции и паи акционерных обществ и товариществ, предприятия которых национализировались.

Воссоздание акционерных обществ началось с проведением новой экономической политики (НЭПа). В июле 1921 года был установлен разрешительный порядок открытия торговых заведений. Для мелких промышленных предприятий был установлен упрощённый порядок регистрации, были пересмотрены допустимые размеры использования наёмного труда (с десяти работников в 1920 году до двадцати работников на одно предприятие по июльскому декрету 1921 года). Осуществлялась денационализация мелких и кустарных предприятий.

В связи с введением НЭПа вводились определённые правовые гарантии для частной собственности. Так, 22.05.1922 года ВЦИК издал декрет "Об основных частных имущественных правах, признаваемых РСФСР, охраняемых её законами и защищаемых судами РСФСР". Затем постановлением ВЦИК от 11.11.1922 года с 1.01.1923 года был введён в действие Гражданский кодекс РСФСР, который, в частности, предусматривал, что каждый гражданин имеет право организовывать промышленные и торговые предприятия.

Первое советское акционерное общество "Кожсырье" было зарегистрировано 1 февраля 1922 года. На 1 января 1925 года в СССР насчитывалось 161 акционерное общество с уставным капиталом в 340,3 млн. руб., в том числе 61 государственное, 64 смешанных, 34 частных, 2 кооперативных. Основной сферой приложения акционерных обществ была торговля (34,6%) и торгово-промышленная деятельность (30,8%) (Экономические науки, 1990, N 2, с. 24).

Главной причиной возникновения акционерных обществ в 1920-е гг. была бедность государства, катастрофическая нехватка всех ресурсов. Даже для таких общегосударственных проектов, как создание гражданского воздушного флота, приходилось по крохам собирать средства акционеров, включая средства населения: акции первой компании гражданской авиации "Добролета" покупали все, кто желал. Для инвестирования промышленности в 1922 году были созданы акционерное общество "Электрокредит" и Промышленный банк, преобразованные затем в Электробанк и Торгово-промышленный банк СССР. В 1927 году правительство приняло специальное положение об акционерных обществах. В СССР по своим целям акционерные общества в корне отличались от капиталистических. Создавались они главным образом для привлечения иностранных капиталов в целях восстановления и развития народного хозяйства страны. Значительную часть акционерных обществ представляли предприятия, руководимые несколькими хозяйственными народными комиссариатами, или смешанные государственно-частные или государственно-кооперативные предприятия.

В конце 1920 - начале 1930-х годов подавляющая часть акционерных обществ была преобразована в государственные объединения: тресты, торги и др.

Отличный от капиталистических акционерных обществ характер носили также возникшие в ряде стран народной демократии смешанные межправительственные паритетные акционерные общества. Их активы складывались из взносов тех стран, в которых они были организованы, и взносов Советского Союза. Цель организации подобных акционерных обществ заключалась в содействии развитию разрушенного войной народного хозяйства. После выполнения этих задач в 1954--1955 гг. указанные общества прекратили свое существование (http://economics.pp.ua/aktsionernoe-obshchestvo.html).

Короче говоря, акционерные компании свою роль (кстати, не очень большую) сыграли в СССР только в период НЭПа, а социалистическая экономика Советского Союза развивалась не на их основе, а в форме государственных и кооперативных предприятий.

В настоящее время в системе глобального капитализма ведущую роль играют транснациональные корпорации (ТНК). Первой транснациональной компанией была Британская Ост-Индская компания, основанная в 1600 году. Голландская Ост-Индская компания, основанная двумя годами позднее, была первой акционерной компанией и самой крупной из ранних международных компаний. Кроме того, она, вероятно, была первой в мире мегакорпорацией, обладая квази-государственными полномочиями, в том числе имея возможность вести войну, участвовать в политических спорах, чеканить монету, а также создавать колонии.

Термин "корпорация" применяется как синоним термину "акционерное общество". Поэтому мы можем рассматривать ТНК как огромные транснациональные акционерные общества. Википедия дает следующую характеристику различным моделям корпораций: "Система корпоративного управления призвана регулировать взаимоотношения между менеджерами компаний и их владельцами, а также согласовывать цели заинтересованных сторон (акционеров компании), обеспечивая эффективное функционирование компаний. Существуют различные модели корпоративного управления:

В англо-американской модели интересы акционеров представлены большим количеством мелких инвесторов, управление находится в руках менеджмента корпорации. В немецкой (инсайдерской) модели все стороны, заинтересованные в деятельности корпорации, имеют право участвовать в процессе принятия решений (акционеры, менеджеры, персонал, банки, общественные организации).

Англо-американская и Германская модели -- два крайних варианта, между которыми находится множество промежуточных национальных форм. Японская модель корпоративного управления характеризуется как полностью закрытая и основанная на банковском контроле, это позволяет снизить проблему контроля менеджеров. Семейная модель управления распространена во всех странах мира, в этой системе управление корпорациями осуществляется членами близкими родственниками (семьей). В российской модели корпоративного управления принцип разделения прав собственности и контроля обычно не признается" (http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9A%D0%BE%D1%80%D0%BF%D0%BE%D1%80%D0%B0%D1%86%D0%B8%D1%8F).

Экономические отношения, складывающиеся внутри корпораций, в том числе и в ТНК, являются чисто капиталистическими. Это означает, что наемные работники корпораций создают прибавочную стоимость, которая на поверхности экономической действительности проявляется как прибыль, которая в свою очередь делится между акционерами в самых различных формах, в основном в форме дивидендов.

В глобальной капиталистической экономике, где господствуют в настоящее время ТНК, значительная часть прибавочного продукта, создается рабочей силой третьих стран, что означает переток национального дохода в распоряжение тех государств, где базируются штаб-квартиры ТНК.

4.8. В.Лоскутов о месте акционерных обществ в системе глобального капитализма

Конечно же, заблуждением В.Лоскутова является неадекватное понимание сущности системы глобального капитализма, которая вытекает из его ошибочной трактовки роли топ-менеджеров и крупных владельцев контрольных пакетов акций в современной экономике. Он пишет, что за последнее столетие произошло "...превращение преимущественно конкурентного рынка в рынок преимущественно монополизированный, на котором определяющую роль стали играть не капиталисты (частные собственники капитала) и предприниматели, а наемные управляющие корпораций" (http://www.loskutov.org/FET/chapt_10.htm). Изменилось и западное общество, именуемое журналистами, как "золотой миллиард". "Накопившиеся факты, - утверждает В.Лоскутов, позволяют составить сложную картину современных развитых стран, которые, хотя и не являются социалистическими, поскольку в них наличествуют капиталистические элементы, но и однозначно капиталистическими тоже назвать нельзя, так как элементы социализма в них не только присутствуют, но и развиваются. Д.Белл, безусловно, прав, замечая, что традиционная концепция капитализма как общества с антагонистическими классами "утратила прежнее значение" и "акценты сместились с капитала как общественного отношения на капитал как средство увеличения богатства" (Белл Д., Иноземцев В.Л. Эпоха разобщенности: Размышления о мире XXI века. М., 2007). Хороша компания - Д.Белл, В.Иноземцев и В.Лоскутов! Для них уже эволюционно наступил посткапитализм, а по В.Лоскутову - некапиталистический, корпоративный способ производства, управляемый наемными работниками корпораций. И неважно, что в этом мире свыше 200 миллионов безработных, и что больше половины человечества голодает, и что инструмент империалистических государств - НАТО - ведет во многих странах жестокие войны, разрабатывая все новые и новые орудия убийства людей. Главное состоит в открытии В.Лоскутова, суть которого в том, что "...за последние сто лет произошло массовое перерастание акционерных компаний предпринимательского типа в акционерные корпорации бюрократического (менеджерского) типа. Это, в свою очередь, обусловило превращение капиталистического способа производства, управляемого частными собственниками и предпринимателями, в некапиталистический, корпоративный способ производства, управляемый наемными работниками корпораций" (http://www.loskutov.org/FET/chapt_10.htm)

Завершая эту главу, обратимся вновь к генеральной идее В.Лоскутова - эволюционному развитию современного общества. Он в книге "Основы современной экономической теории" в 10-й главе (http://www.loskutov.org/FET/chapt_10.htm) пишет: "...нынешнему поколению разумной части общества ничего другого не остается, как задаться целью осуществлять прогресс эволюционными методами, без новых революций. Для этого очевидно необходимо опереться на положительные знания, выработанные общественными науками, в том числе и прежде всего остановить деградацию фундаментальных экономических знаний, служащую в настоящее время одним из основных факторов нагнетания в обществе взрывоопасной революционной ситуации".

Спору нет, роль Разума и Науки в переломные периоды развития человечества чрезвычайно важна. Но рассуждения В.Лоскутова покоятся на зыбком фундаменте - наивной вере в то, что класс буржуазии сможет добровольно отказаться от своих капиталов, проникнувшись идеями справедливости, пойти на смену общественного устройства, прекратив эксплуатацию наемных работников. И в этом буржуазии должно помочь изучение трудов Т.Веблена, Й.Шумпетера, Дж.Гэлбрейта, Дж.Ходжсона, других институционалистов и особенно Р.Нельсона и С.Уинтера, которые написали книгу "Эволюционная теория экономических изменений".

Откровенно говоря, я с большим недоверием отношусь к способности людей, которые уже развращены богатством и властью, отказаться от своего привилегированного положения во имя блага человечества. Лучшим доказательством моего скептицизма является неспособность мировой деловой и политической элиты обуздать нынешний глобальный экономический кризис.

А что касается самого В.Лоскутова, то ему можно посоветовать сделать то, что он рекомендует другим: "...необходимо опереться на положительные знания, выработанные общественными науками, в том числе и прежде всего остановить деградацию фундаментальных экономических знаний..."


## Глава 5. О концепциях конвергенции


Теория, не подтвержденная практикой, выеденного яйца не стоит.


5.1.Содержание понятия "конвергенция и причины его появления

Термин "конвергенция" происходит от лат. convergere -- сближаться, сходиться. Он используется во многих отраслях науки, а в экономике и политологии означает сближение экономик, их социально-экономических укладов.

Идея сближения двух систем (капиталистической и социалистической), впервые была выдвинута П. Сорокиным, по одним источникам, в книге "Россия и Соединенные Штаты", написанной в 1944 году, а по другим, - в 1960 году в статье "Взаимное сближение США и СССР к смешанному социокультурному типу". Этим термином пользовались также Дж. Гэлбрейт, У.Ростоу, Ф.Перру, Я.Тинберген и другие. Появление на свет концепции конвергенции именно в 1940-х годах вполне объяснимо. Раньше она появиться просто не могла. СССР к 1944 году, одерживая в союзе с США и Великобританией победу за победой над фашистской Германией, представлял собой могущественную общественную систему, противостоящую капитализму, доказавшую всему миру свою жизнеспособность. Страна Советов пользовалась огромным авторитетом у простых людей. Не считаться с этим бесспорным фактом буржуазные социологи уже не могли. В то же время после Великого кризиса 1930-х годов стали очевидны изъяны капиталистической системы. Идеи социализма и коммунизма завоевывали в умах простых граждан Запада все большую популярность. Отказаться же от капитализма его идеологические прислужники, естественно, не могли. И начался поиск путей сохранения капиталистической системы на путях ее реформирования с учетом опыта планирования и социальной политики, проводимой в СССР. То, что концепция конвергенции родилась именно на Западе совершенно не случайно, ибо он был обороняющейся стороной в битве за прогресс человечества. Капитализм искал какой-то способ своего выживания в условиях тотального противоборства либерализма и коммунизма.

Идея авторов концепции была ясна, как божий день: по их замыслу СССР постепенно становится более либеральным, а Запад -- более социалистическим, в результате чего должна возникнуть некая усреднённая "гибридная, смешанная" социально-экономическая система, сочетающая принципы, как социализма, так и капитализма. В ее основе была логика сглаживания социальных конфликтов. Согласно "теории" конвергенции "единое индустриальное общество" не должно быть ни капиталистическим, ни социалистическим. Оно должно соединить преимущества обеих систем и при этом не иметь их недостатков, т.е. должна была сработать схема - "и волки сыты, и овцы целы".

Доказывая необходимость конвергенции, ее сторонники показывали на Швецию, добившуюся впечатляющих успехов, как в области свободного предпринимательства, так и в сфере социальной защиты населения. Сохранение частной собственности на средства производства при ведущей роли государства в деле перераспределения общественного богатства преподносились, как воплощение подлинного социализма.

Позже возник еще один вариант "теории" конвергенции, в котором утверждалось, что две общественно-политические системы могут соединиться, но прежде они должны сильно видоизмениться, причем несимметричным способом: социализм должен отказаться от своих ценностей и приблизиться к идеалам рыночной экономики. Иначе эта разновидность "теории" конвергенции называется концепцией модернизации.

"Теория" конвергенции послужила методологической основой для возникших позже, а именно в 1980-е годы, концепции социализма с человеческим лицом и социал-демократической идеологии. Как научная теория она умерла, но как руководство к политической практике под названием "концепции третьего пути" она продолжает все еще существовать.

Концепция конвергенции наряду с экономическим имела и политический аспект. Её нередко называли политической основой "наведения мостов".

Идеологом политической конвергенции в 1960--1970-е годы был А.Сахаров. С его точки зрения, обе системы не являются совершенными с точки зрения передовой культуры и гуманистических идеалов и дальнейшее их противостояние чревато острым конфликтом на международной арене, который может привести к гибели цивилизации. Учитывая эти опасности, сохранить мировую цивилизацию можно путём сближения систем, создавая новые формы социально-экономической и культурной жизни, в которых бы в концентрированном виде могло найти свое выражение то лучшее, что имеется в обеих системах (А.Д.Сахаров, "Размышления о прогрессе, мирном сосуществовании и интеллектуальной свободе", 1968; Конвергенция, мирное сосуществование. http://www.sakharov-archive.ru/Raboty/Rabot_70.html). Рассмотрим эту работу А.Сахарова более подробно.

5.2.А.Сахаров о конвергенции

А.Сахарову принадлежит один из вариантов "теории" конвергенции. Он подчеркивал, что является не автором, а лишь последователем теории конвергенции: Эти идеи, говорил А.Сахаров, оказали на него глубокое влияние, он увидел в них надежду на преодоление трагического кризиса современности.

В своей статье "Конвергенция, мирное сосуществование" (http://www.sakharov-archive.ru/Raboty/Rabot_70.html) он выступил против общепринятой в СССР оценки концепции конвергенции, которая, к примеру, была следующим образом изложена в изданном в 1980 году "Советском энциклопедическом словаре": "Буржуазная теория, в основе которой лежит идея о якобы происходящем постепенном сглаживании экономических, политических и идеологических различий между капиталистической и социалистической общественными системами<...>Коренной порок теории конвергенции - технологический подход к анализу социально-экономических систем, игнорирующий принципиальные отличия в характере собственности на средства производства при капитализме и социализме".

Критикуя общепринятую официальную трактовку концепции конвергенции и отстаивая свой альтернативный вариант концепции, А.Сахаров выдвигал следующие аргументы:

*"Человечество оказалось в XX веке в беспрецедентной ситуации реальной опасности самоуничтожения. Результатом большой термоядерной войны может быть лишь гибель цивилизации, смерть и страдания миллиардов людей, социальная и биологическая деградация оставшихся в живых и их потомков. Не исключена гибель всего живого на поверхности суши".

*"Не менее грозной является многоликая экологическая опасность<...>Мы, возможно, уже вступили на путь, ведущий к экологической гибели".

*"В ряду глобальных проблем - колоссальная неравномерность мирового экономического и социального развития, угрожающие тенденции в "третьем мире", голод, болезни, нищета сотен миллионов людей".

Отметив совершенно правильно основные угрозы будущему человечества, А.Сахаров пришел к следующему ошибочному выводу: "...я убежден, что единственным путем кардинального и окончательного устранения термоядерной и экологической гибели человечества, решения других глобальных проблем является глубокое встречное сближение мировых систем капитализма и социализма, охватывающее экономические, политические и идеологические отношения, то есть, в моем понимании, конвергенция. Именно разделение мира придало глобальным проблемам такую трагическую остроту, поэтому только устранение этого разделения может их разрешить".

А.Сахаров не увидел истинных причин, угрожающих человечеству - существование глобальной Империи капитализма, которая и порождает все вышеназванные угрозы. Единственное решение проблемы не только выживания, но и прогресса человечества - это ликвидация капитализма. Я это доказал в своей монографии "Мир на перекрестке четырех дорог". Будущее человечества - это социализм в глобальном масштабе, другой альтернативы не существует. Остальные два пути - капитализм и ноосфера (один из вариантов конвергенции, предложенный Моисеевым) - ведут к гибели человечества.

А.Сахаров вовсю расхваливал горбачевскую перестройку, как путь к истинному плюрализму и решению общечеловеческих проблем. История убедительно доказала ошибочность позиции А.Сахарова. Перестройка оказалась контрреволюцией и привела Россию, а также все другие республики СССР (кроме, пожалуй, Белоруссии), к дикому капитализму. А вот страны, которые продолжали идти по пути развития социализма, демонстрируют, несмотря на глобальный кризис, высокие темпы развития экономики и обеспечивают неуклонное улучшение качества жизни народа.

5.3.Конвергенция как глобальная интеграция

Вице-президент, директор по вопросам мировой экономики и развития Института Брукингса К.Дервиш в своей статье "Конвергенция, взаимозависимость и расхождения" ("Финансы и развитие" Сентябрь 2012. www.imf.org/external/russian/pubs/ft/fandd/2012/09/pdf/dervis.pdf?) связывает конвергенцию с тремя явлениями:

- глобализацией, способствующей выравниванию уровня экономического развития между странами мира благодаря торговым связям и растущим прямым инвестициям;

- в большинстве развивающихся стран происходит замедление темпов роста населения, что способствует повышению капиталоемкости экономики и повышению темпов роста ВВП в расчете на душу населения;

- в развивающихся странах доля ВВП, выделяемая на инвестиции, больше, чем в развитых странах (27,0% против 20,5%).

Все эти три фактора в совокупности обеспечивают конвергенцию, т.е. сближение уровня развития стран в мировом сообществе.

Этот вывод К.Дервиша нуждается в уточнении.

Если взять за основу данные ООН (Доклад ПРООН 2013: Возвышение Юга: человеческий прогресс в многообразном мире http://hdr.undp.org/en/reports/global/hdr2013/download/ru/) по обобщающему Индексу человеческого развития (ИЧР), то выявляется следующая картина. В целом по всему миру ИЧР возрос с 0,561 в 1980 году до 0,694 в 2012 году, причем рост наблюдался во всех регионах мира и во всех группах стран, ранжированных по уровню ИЧР. Так, по странам с очень высоким уровнем ИЧР поднялся с 0,773 в 1980 году до 0,905 в 2012 году, по странам с высоким уровнем развития соответственно - с 0,615 до 0,758, по странам со средним уровнем развития - соответственно с 0,315 до 0,466. Аналогичная картина имела место и по всем 6 регионам планеты. Таким образом, вывод К.Дервиша подтверждается данными международной статистики. Однако нельзя не отметить при этом огромного разрыва между странами с очень высоким уровнем развития, которые имели в 2012 году ИЧР 0,905 против 0,449 в наименее развитых странах. К.Дервиш в своей статье также отмечает это явление неравенства, которое со временем усиливается. Дистанция между полюсами распределения не сокращается, а возрастает.

Далее К.Дервиш в качестве важной черты конвергенции отмечает взаимозависимость стран, проявляющуюся в цикличности экономической динамики, вызванной кризисами в глобальной капиталистической системе. Особенно наглядно эта взаимозависимость проявилась в кризисе, начавшемся в 2007 году и продолжающемся по сей день. Даже страны с высокими темпами роста экономики, такие, как Китай и Индия, испытали негативное воздействие этого кризиса из-за сокращения возможности экспорта своей продукции, а также импорта сырья и энергоносителей.

К.Дервиш отмечает три канала циклической взаимозависимости.

Первый канал - это торговля.

Второй канал действует через все более глобальные огромные и сложные финансовые рынки.

Третий канал К.Дервиш связывает со вторичными эффектами, вызванными экономической политикой, проводимой в еврозоне и в США.

5.4.Аутентичный марксизм и концепция конвергенции В.Беленького

Среди российских марксистов нового поколения выделяется профессор Сибирского федерального университета доктор философских наук В.Беленький, который считает, что концепция конвергенции должна быть включена в марксистское учение. Рассмотрим его аргументы.

Так, в статье "О марксистских основаниях теории конвергенции" (ЭФГ N 43-44. 2012) он писал: "...феномен социальной конвергенции применим к далекой древности, носит общесоциологический характер и был неоднократно описан Марксом и Энгельсом на примере перехода от античности к феодализму (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 3, с. 74; т. 20, с. 643; т. 21, с. 154, 155).

Под социальной конвергенцией В.Беленький понимает "...синтез разнородных общественных явлений, сил, процессов, тенденций, способный вызвать изменения формационного уровня". Формулировка этого термина, мягко выражаясь, парадоксальна и расплывчата. Чувствуя этот недостаток своего определения конвергенции, В.Беленький уточняет: "Что подразумевается под разнородными общественными явлениями, силами, процессами, тенденциями? Сочетания, обычно пары взаимодействующих явлений, процессов, характерных, как правило, для различных социально-экономических формаций. Эти пары могут быть как одноплановыми, так и разноплановыми. Приведу примеры. Одноплановые пары: производственные отношения одной формации ? производственные отношения другой формации; социальные субъекты, свойственные одной формации ? социальные субъекты, свойственные другой формации. Разноплановые пары: производительные силы одной формации ? производственные отношения другой формации; экономические институты одной формации ? политическая надстройка другой формации. Либо в силу объективных обстоятельств, либо в результате сознательных усилий людей эти явления, тенденции синтезируются. Синтез как процесс может быть разнонаправленным, результативным или нерезультативным. Результативность конвергенции означает, что синтез приводит к изменению существующих формаций или способствует смене формаций, обеспечивает эту смену и т.п."

Итак, социальная конвергенция, по В.Беленькому, во-первых, подразумевает одновременное существование, по крайней мере, двух различных социально-экономических формаций. Во-вторых, пары взаимодействующих явлений, процессов, характерных, как правило, могут быть как одноплановыми, так и разноплановыми. И, в-третьих, эти пары синтезируются. В случае удачного (результативного) синтеза происходит смена формаций.

Разберем вышесказанное по существу.

Из общей теории марксистской политической экономии известно, что в недрах предыдущей общественной формации зреют объективные предпосылки и условия рождения последующей новой общественной формации. Таким образом, сохраняется преемственность в развитии человечества. Вполне естественно, что если рядом сосуществуют общества с различным уровнем развития и между ними налажены контакты, то менее развитое общество перенимает у более развитого общества продвинутую технику и технологию, а также знания и даже мастеров своего дела и специалистов. Известно также, что в новых формациях могут сохраняться некоторое время хозяйственные уклады из предыдущих формаций. Из истории известны и такие многочисленные случаи, когда в результате вооруженного захвата менее развитым государством более развитого государства происходит регресс в покоренном государстве, а поработители в то же время используют технику, технологию и опыт порабощенного государства. При колонизации европейскими государствами народов Африки, Азии, Америки, Австралии, Океании, наоборот, происходил скачок в развитии экономики покоренных народов, которым навязывался более прогрессивный технологический способ производства. Словом, все эти явления в историческом развитии хорошо объясняются марксистской теорией без применения концепции конвергенции.

Возвращаясь к определению конвергенции в интерпретации В.Беленького, возникает вопрос в отношении синтеза как одноплановых, так и разноплановых пар. Я не представляю себе, как могут синтезироваться, например, производительные силы современного капитализма с производительными силами феодального общества (там, где он сохранился в период колонизации). К трактору прицепляли деревянную соху? Или паровоз тащил по рельсам вереницу телег? Или как производительные силы одной формации синтезировались с надстройкой другой формации? Скажем, как производительные силы капитализма могли синтезироваться с той или иной религиозной системой рабовладельческого или феодального общества? И т.п. и т.д. Насколько я представляю себе взаимодействие производительных сил, производственных отношений и надстройки (пользуюсь терминологией В.Беленького) двух формаций, они, без сомнения, могут влиять определенным образом друг на друга, но синтезироваться по природе своей явно не могут. Они в форме различных хозяйственных укладов могут сосуществовать, влияя друг на друга, но синтезироваться вряд ли могут. Например, в начальный период истории СССР сосуществовали, взаимодействуя пять укладов. Но их синтеза, тем более влияющего на становление социализма, историками не зафиксировано. Как мелкокрестьянский, нетоварный уклад, который преобладал в 1920-е годы, синтезировался с коллективными хозяйствами? Или как первобытные племена Дальнего Востока страны, находившиеся на стадии первобытных общин, могли синтезироваться с такой формой как совхозы?

Кстати, все цитаты из произведений классиков, на которые ссылается В.Беленький, опровергают аргументы, выдвинутые профессором в пользу своей концепции, ибо они противоположны им по своему содержанию. Чтобы читатель мог самолично убедиться в этом, я вынужден привести несколько выдержек из названных В.Беленьким произведений К.Маркса и Ф.Энгельса. Начну с "Немецкой идеологии" (том 3). Цитирую: "Нет ничего обычнее представления, будто в истории до сих пор все сводилось к захвату. Варвары захватили Римскую империю, и фактом этого захвата принято объяснять переход от античного мира к феодализму. Но при захвате варварами все зависит от того, развил ли завоеванный народ уже к этому времени промышленные производительные силы, как это имеет место у современных народов, или же его производительные силы основываются главным образом на его объединении и на существующей форме общности (Gemeinwesen). Далее, характер захвата обусловлен объектом захвата. Состояние банкира, заключающегося в бумагах, нельзя вовсе захватить, если захватчик не подчинится условиям производства и общения, существующем в захваченной стране. То же относится и ко всему промышленному потенциалу той или иной современной промышленной страны. И, наконец, захвату повсюду очень скоро приходит конец. Когда для захвата ничего больше не остается, нужно перейти к производству. Из этой очень скоро наступающей необходимости производства следует, что та форма общественного строя, которая была принята осевшими завоевателями, должна соответствовать той ступени развития производительных сил, которую они застают, и если этого соответствия первоначально нет, то форма общественного строя должна измениться сообразно производительным силам. Этим объясняется также и тот факт, отмеченный повсюду в эпоху после переселения народов, а именно раб стал господином, и завоеватели очень скоро переняли язык, образование и нравы завоеванных народов. Феодализм вовсе не был перенесен в готовом виде из Германии; его происхождение коренится в организации военного дела у варваров во время самого завоевания, и эта организация лишь после завоевания, - благодаря воздействию производительных сил, найденных в завоеванных странах, развилась в настоящий феодализм. Насколько эта форма была обусловлена производительными силами, показывают неудачные попытки установить другие форм, основанные на староримских пережитках (Карл Великий и т.д.).

Таким образом, все исторические коллизии, согласно нашему пониманию, коренятся в противоречии между производительными силами и формой общения" (цит. изд. с. 74). На этом я прерву цитирование. Яснее не скажешь: "...та форма общественного строя, которая была принята осевшими завоевателями, должна соответствовать той ступени развития производительных сил, которую они застают, и если этого соответствия первоначально нет, то форма общественного строя должна измениться сообразно производительным силам".

К.Маркс и Ф.Энгельс описывают тот эпизод в истории Европы, когда варвары захватили Западную часть Римской империи. А если обратиться к более поздней истории, то можно убедиться в том, что если завоеватели имеют более развитые производительные силы, чем покоренные ими народы, то они навязывают им свой общественный строй или же просто уничтожают завоеванных, как поступили европейцы с индейцами в Северной Америке.

Ссылаясь на древнюю историю, Ф.Энгельс писал в материалах к "Анти-Дюрингу" (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т.20 с. 643). Цитирую: "Рабство - там, где оно является господствующей формой производства, - превращает труд в рабскую деятельность, т.е. в занятие, бесчестящее свободных людей. Тем самым закрывается выход из подобного способа производства, между тем как, с другой стороны, для более развитого производства рабство является помехой, устранение которой становится настоящей необходимостью. Всякое основанное на рабстве производство и всякое основывающееся на нем общество гибнут от этого противоречия".

В.Беленький подгоняет историю под свою концепцию. Так, он пишет: "Древним цивилизациям была присуща конвергенция с первобытными социумами, в результате чего последние приобщались к цивилизованному миру. Другим результатом конвергенции было временное или повторяющееся "омолаживающее" воздействие варварских нашествий на более развитые страны". Естественно, что первобытные племена или добровольно вливались в более развитые общества, или же покорялись ими, хотя, как я отмечал в первой части данной монографии, первобытная община органически сочеталась не только с рабовладением, но и с феодальными отношениями. А насчет омолаживающего воздействия мы уже могли прочитать мнение классиков марксизма в отрывке из "Немецкой идеологии". Что касается, как выразился В.Беленький, "перешагивания" отдельными народами и странами определенных стадий развития, то это не результат конвергенции, а воздействия или революционного процесса (как было в СССР) или колониальных войн на народы, находящиеся на более низкой ступени развития.

Логика конвергенции, выдвигаемая В.Беленьким весьма странная. Так, он пишет: "...остановимся на некоторых формах социальной конвергенции. Они различаются по степени сознательности, полноты, прогрессивности или регрессивности. На протяжении первых четырех формаций - первобытной, азиатской, античной, феодальной - конвергенция происходила стихийно, то есть неосознанно и неорганизованно. Ситуация стала меняться только при капитализме, главным образом на высоких ступенях его развития. Но противоположность стихийности и сознательности отнюдь не абсолютна. Войны, процессы колонизации, существенные рецепции и т.п. осуществлялись не сами по себе, а мыслящими людьми и группами, результаты действий которых, однако, нередко расходились с их целями" (В.Беленький. Статья "О марксистских основаниях теории конвергенции" (http://eifgaz.ru/kpm-belenky-44-12.htm). Волей-неволей возникает мысль, что главным способом синтеза разнородных структур, согласно концепции В.Беленького, являются войны, насильственным образом навязывающие поработителями покоренным народам свои порядки. Какая-то странная конвергенция, осуществляемая "мыслящими людьми и группами".

Что касается защиты В.Беленьким его позиции по "азиатскому" способу производства, то на эту тему я достаточно подробно излагал компетентное мнение историков, исследовавших обстоятельно этот вопрос, в своей монографии "К общей теории политической экономии" и в первой части данной монографии (см. "От австралопитека до буржуя").

Особенно хотелось бы остановиться на утверждении В.Беленького, что не только К.Маркс и Ф.Энгельс придерживались концепции конвергенции, но и В.Ленин. В.Беленький пишет: "Ленин занимался проблемами конвергенции в 1910-1920-х гг., но не специально, а в русле теории социалистической революции, переходного периода, многоукладности, госкапитализма при диктатуре пролетариата, нэпа и т.д. Между тем усложнялись отношения между социалистической и капиталистической системами, учащались прямые проявления конвергенции. Так, советские методы хозяйствования нашли известное применение в "новом курсе" Ф. Рузвельта; производительные силы передовых капстран использовались и как образец, и как "поставщик" для советской индустриализации". Возражая В.Беленькому, замечу, что "новый курс" Рузвельта был направлен не на сближение с социализмом, а на спасение капитализма. Этот "новый курс" по своему существу не был новым, а был продолжением политики ряда президентов эры прогрессивизма (Теодора Рузвельта, Говарда Тафта, Вудро Вильсона), которые последовательно усиливали участие государства в экономической деятельности. Этот "новый курс" был направлен на преодоление Великого кризиса 1930-х годов, а не на конвергенцию с общественной системой, существовавшей в Советской России. Что же касается закупок Советским Союзом передовой техники у западных стран, опередивших царскую Россию в своем промышленном развитии, то с каких пор взаимовыгодный товарообмен считается инструментом конвергенции? Если следовать логике профессора В.Беленького, то закупка Евросоюзом товаров в США и наоборот должна свидетельствовать о конвергенции в рамках одного способа производства. А как тогда расценивать кооперационные поставки полуфабрикатов в рамках ТНК, которые составляют заметную часть мирового товарооборота?

И еще один интересный аспект концепции конвергенции в интерпретации профессора В.Беленького. Речь идет о способе перехода от капиталистической формации к социалистической. Я в предыдущей главе разбирал теорию В.Лоскутова об "акционерном" пути этого перехода. Как видит этот переход В.Беленький? Вот его позиция: "Один из самых последовательных критиков новых политэкономов, стремящихся возродить в России политэкономию, но не марксистскую, а буржуазную, А.А. Ковалёв, выступая против модели Цаголова, пишет, что логическое завершение марксизма состоит в конечной цели - освобождение пролетариата революционным путем ("Об извращении и возрождении марксистской политической экономии", "ЭФГ" N 28/2012). Это вызывает некоторые вопросы. Достижение указанной цели невозможно без классовой борьбы. Но означает ли это, что оно может произойти только в форме социалистической революции? И да, и нет. С одной стороны, революционный характер перехода от капитализма к социализму - один из генерализирующих принципов марксизма. Однако, с другой стороны, этот принцип не следует толковать догматически. Классики марксизма не исключали не только мирного, но и эволюционного пути к социализму [Ленин В.И. ПСС, т. 44, с. 407]. Кроме того, форма перехода от капитализма к социализму зависит от сочетания ряда факторов, в частности от степени всеобщности, одновременности перехода или его разновременности.

Означает ли возможность эволюционной смены капитализма социализмом, что социалистическая революция не является закономерностью указанного перехода? Нет, не означает. Как же связать эти концы? Революционные эпохи знают кульминационные события (Французская, Октябрьская революции), после которых стали возможны не только революционные, но и эволюционные формы перехода в некоторых странах. Связь фундаментальных проблем смены капитализма социализмом и конвергентного процесса требует конкретных подходов".

Насколько я понял замысловатый текст В.Беленького, он не отрицает ни революционного, ни эволюционного способов перехода от капитализма к социализму. Однако в любом случае мне не очень понятно, причем здесь конвергенция? Ведь если происходит конвергенция, то в итоге должно и возникнуть нечто новое, некий гибрид социализма и капитализма, типа "индустриального", "информационного" и т.п. обществ. Неужели В.Беленькому надо было городить весь этот огород, чтобы в итоге сказать только то, что капитализм тем или иным путем (насильственным или мирным) трансформируется в социализм?

Правда, справедливости ради, необходимо отметить, что в статье "Критический анализ материалов 1 политэкономического конгресса стран СНГ и Балтии" (http://www.litsovet.ru/index.php/material.read?material_id=395486) В.Беленький случайно или вполне осознано пишет о том, что теория конвергенции - это теория о современном смешанном обществе. Так какому В.Беленькому верить? Тому, кто считает, что конвергенция не отменяет социализма? Или же тому, кто выступает за становление, например, в России, смешанного общества?

В.Беленький сетует на то, что историки и теоретики до сих пор не "разглядели" судьбоносной роли "теории" конвергенции. Это, конечно, преувеличение. Многие теоретики, особенно, западные являются сторонниками этой теории. Но, конечно, есть и такие теоретики, которые пока еще не разделяют ее положений. И не потому, что они твердолобые консерваторы и реакционеры, а потому, что рассматривают ее как псевдонаучную теорию.

Классическая буржуазная "теория" конвергенции предполагает симбиоз двух качественно отличающихся формаций, что само по себе утопично. Невозможно сплавить огонь и воду. Использовать же понятие "конвергенция" в том смысле, как это предлагает К.Дервиш, т.е. как выравнивание социально-экономических параметров между государствами и регионами планеты, мне представляется вполне допустимым. Но то, что понимает под "социальной конвергенцией" В.Беленький, противоречит классической теории марксизма и не развивает никоим образом исторического и диалектического материализма. А ряд положений, которые он выдвинул (например, синтез разнородных общественных явлений, процессов, тенденций, способный вызвать изменения формационного уровня, да еще относящихся к различным общественным формациям) просто-напросто не выдерживают никакой критики. Когда Е.Примаков в свое время (кажется, после дефолта 1998 года) предлагал симбиоз либеральных принципов с социально ориентированной моделью политики и экономики, то он не покушался на реставрацию капитализма в России и не имел в виду формирования некоего оптимального гибридного общества. А вот когда предлагается комплекс мероприятий по совершенствованию современного капитализма в России и это выдается за образец применения марксизма, прикрываясь "теорией" конвергенции, то в человеческой практике такое деяние называется профанацией.

5.5. Две стороны буржуазной "теории" конвергенции

Итак, буржуазная "теория" конвергенции предусматривала, что СССР постепенно становится более либеральным, а Запад -- более социалистическим, в результате чего должна возникнуть усреднённая социально-экономическая система, сочетающая положительные качества социализма и капитализма.

Поскольку СССР перестал существовать, то вроде бы уже и не было необходимости реанимировать буржуазную "теорию" конвергенции, ибо жизнь доказала, что в современном мире не может существовать усреднённая социально-экономическая система, сочетающая одновременно фундаментальные принципы социализма и капитализма. Или - или. Или полноценный капитализм, или полноценный социализм. Не вдаваясь в нюансы, логика такова, что если в обществе господствует частная собственность на средства производства в форме капитала, то мы имеем капитализм. А если в основе общества лежит общенародная собственность, то оно является социалистическим. Именно форма собственности на средства производства является главным признаком, определяющим сущность общественной системы.

Однако, несмотря на очевидную бессмысленность, в научном сообществе продолжаются попытки в том или ином виде возродить "теорию" конвергенции, как это показано в предыдущем параграфе, и даже включить ее в обновленном виде в марксистское учение. Как объяснить этот феномен?

Мне представляется, что дело в противоречиях самой действительности. Мы можем наблюдать такие явления, которые вынуждают нас вновь и вновь задумываться о сущности современного капитализма и социализма. Недаром пишут о т.н. шведском социализме или о капиталистическом Китае. Значит, видимо, существуют какие-то основания для таких оценок. И поэтому вновь и вновь на поверхность научного океана всплывает призрак "теории" конвергенции...

Попытаемся разобраться в этом феномене.

Во-первых, как я уже выше отмечал, марксистская теория утверждает, что в силу имманентных закономерностей самого капиталистического производства в его недрах созревают материальные условия и предпосылки для совершения социального переворота, который призван разрешить накопившиеся противоречия, осуществив экспроприацию экспроприаторов.

Чтобы не быть голословным, назову некоторые важнейшие из этих предпосылок и условий.

1) В ходе ожесточенной конкуренции один капиталист уничтожает и поглощает другого и происходит процесс концентрации капитала.

2) Возрастает число средств производства, которые допускают лишь коллективное потребление, и происходит их централизация. Возрастает уровень обобществления производства.

3) Экономические кризисы и конкуренция разрушают капиталистические предприятия, способствуя развитию такой формы обобществления как акционерные общества и государственная собственность. Наряду с этими факторами большое значение для развития процесса обобществления имеет также возрастающий масштаб производства и увеличивающиеся размеры самих средств производства (например, железные дороги, электростанции и энергосистемы).

4) Развивается кооперативная форма организации труда и производства.

5) В постоянно растущих размерах развивается сознательное техническое применение науки. Особенно мощное влияние на развитие человечества оказывает инфотехнология и ее продукт - Интернет.

6) Все чаще функции капиталиста выполняют наемные служащие.

7) Капиталистическое производство способствует разорению крестьянства, мелких торговцев, предпринимателей, пополняющих класс пролетариев.

Нельзя особо не отметить такого явления, как изменение роли государства в управлении общественными делами. Государство при капитализме не только обслуживает интересы класса капиталистов, но и вынуждено все в большей мере выражать интересы всего народа. Это проявляется в частности в том, что оно обеспечивает реализацию общенациональных программ развития образования, здравоохранения, науки, защиты окружающей среды, строительства сети объектов инфраструктуры, осуществляет в ограниченных масштабах меры социального обеспечения и т.д. Однако все вышеназванные предпосылки и созревающие условия не могут автоматически обеспечить отмену капиталистического способа производства. Требуется политическая революция (мирная или насильственная), в ходе которой будут национализированы основные средства производства, т.е. частный капитал должен смениться общенародной собственностью, чтобы установились новые экономические отношения и была полностью ликвидирована эксплуатация человека человеком.

Другими словами, должна быть пройдена точка перелома в истории существования капиталистического способа производства. А "теория" конвергенции этого не предусматривает, ибо она вообще не нацелена на становление нового, социалистического способа производства. Подтверждением этому является хваленый шведский социализм, в рамках которого осуществляется политика перераспределения национального дохода в пользу общенациональных программ, но при сохранении незыблемыми позиций частной собственности на средства производства, т.е. в основе общественного воспроизводства сохраняется система эксплуатации человека человеком (см. "О новой статье А.Бузгалина (о борьбе с мифологией" в эл. библиотеке М.Мошкова).

Вторым процессом, который подпитывает пыл сторонников "теории" конвергенции, является тот факт, что в социалистических государствах, сохраняются элементы рыночного хозяйства (деньги, товары), а в ряде стран (в Китае) допущен и частный капитал. Но если этот процесс находится под контролем государства, которое служит трудящимся, то социалистические экономические отношения в обществе преобладают, а хозяйственный механизм нацелен на рост экономики и увеличение национального дохода, обеспечивая повышение жизненного уровня народа. Так что и с этой стороны теория конвергенции не "срабатывает".

Правильную трактовку описываемого феномена взаимодействия капитализма и социализма, на что ссылаются "теоретики" конвергенции, дает в своей статье "Нужно ли дополнить исторический материализм идеализмом" (ЭФГ N 45. 2012) дает Г.Гумницкий. Он пишет: "Поднимается вопрос о соединении капитализма с социализмом, а также, в связи с этим, о новой "конвергентной" общественно-экономической формации. Эту точку зрения можно назвать эклектической. Диалектической, подлинно разумной, является теория марксизма, согласно которой социализм по самой природе есть "отчасти" капитализм, в том смысле, что он включает "родимые пятна", элементы капитализма, о чем говорится в "Критике Готской программы" К.Маркса. Поэтому "соединять" капитализм с социализмом надо лишь в том случае, если последний осуществляется без должного учета реальной экономической и политической необходимости, как это было в СССР. Но это не внешнее дополнение социализма чем-то для него чужеродным, а реализация его внутренней необходимости. Нельзя забегать вперед и пытаться сразу "вводить" коммунизм, когда общество для этого еще не созрело. Социализм со всеми присущими ему недостатками капитализма - это не особая формация, а переходная форма (можно сказать и "формация", от этого суть не меняется) развития от капитализма к коммунизму.

С логической точки зрения марксистский, диалектический подход отличается от эклектики и метафизики тем, что в данном случае берет социализм и капитализм не как внешние, случайные противоположности, а как находящиеся во внутреннем единстве, имеющие общую, тождественную основу. Противоположность между ними надо рассматривать не просто как факт, а как результат развития, возникновения одного (социализма) из другого (капитализма), то есть как процесс, как целую эпоху, в которую одна противоположность не может существовать без другой. Теория конвергенции требует их соединения, но не учитывает того, что капитализм - антипод коммунизма - должен при социализме занимать подчиненное положение и со временем быть полностью преодоленным".

Некоторые сторонники "теории" конвергенции ссылаются на научно-техническую революцию и обусловленный ею рост крупного производства, усложнение управления им, присущие обеим системам. Немало и тех, кто делает ударение на развитии государственного планирования, на сочетании его с рыночным механизмом. Ряд теоретиков даже считают, что конвергенция идет по всем линиям -- в области техники, политики, социальной структуры и идеологии.

Что касается техники и технологии, то они могут быть одинаковыми и при капитализме, и при социализме. Способ производства определяют не только техника и технология, а также вид собственности на основные средства производства.

Что касается политики и идеологии, то они всегда обслуживают правящий класс, защищая его интересы, и не могут быть объектом конвергенции.

Социальная же структура никак не может совпадать в капиталистических и социалистических обществах. Достаточно заглянуть в любой соответствующий статистический справочник.

В.Добреньков и А.Кравченко в книге "История зарубежной социологии" в разделе "Теория конвергенции"(http://society.polbu.ru/dobrenkov_histsociology/ch82_all.html) приводят следующее типичное высказывание одного из соавторов теории конвергенции американского экономиста и социолога Дж.Гэлбрейта: "Конвергенция связана прежде всего с крупными масштабами современного производства, с большими вложениями капитала, совершенной техникой и со сложной организацией как важнейшим следствием названных факторов. Все это требует контроля над ценами и, насколько возможно, контроля над тем, что покупается по этим ценам. Другими словами, рынок должен быть заменен планированием. В экономических системах советского типа контроль над ценами является функцией государства. В США это управление потребительским спросом осуществляется менее формальным образом корпорациями, их рекламными отделами, агентами по сбыту, оптовыми и розничными торговцами. Но разница, очевидно, заключается скорее в применяемых методах, чем в преследуемых целях...

Индустриальной системе внутренне не присуща способность<...>обеспечить покупательную силу, достаточную для поглощения всего, что она производит. Поэтому она полагается в этой области на государство<...>В экономических системах советского типа также ведутся тщательные подсчеты соотношения между объемом получаемых доходов и стоимостью товарной массы, предоставляемой покупателям...

И, наконец, индустриальной системе приходится полагаться на государство в деле обеспечения обученными и образованными кадрами, которые стали в наше время решающим фактором производства. То же имеет место и в социалистических индустриальных странах".

Как мы видим, объективные процессы, протекающие в современном обществе, неверно интерпретируются сторонниками теории конвергенции, которые за основу берут не экономический базис, а возводят искусственную конструкцию, не имеющую под собой научной методологической основы и опирающуюся на некоторые внешние, формально-сходные черты различных общественно-экономических систем.

Как пишет Г.Гумницкий в той же статье в современной России "...под воздействием господствующей либерально-буржуазной идеологии и соответствующей ей политики, в частности в системе образования, сложилось направление, которое имеет смысл назвать постмарксизмом и которое по сути и значению близко к постмодернизму или даже является его разновидностью: подобно ему постмарксизм является отказом от классического наследия вообще и от марксизма в особенности.

Постмарксизм проявляется в различных формах. Сам либерализм по отношению к России может расцениваться как вид постмарксизма; он является крайней формой последнего, наиболее враждебной марксизму, использующей самые отвратительные средства идеологической борьбы. Его обычный "умственный" метод - софистика, логический обман. В более "мягких" формах - это поверхностность, а потому зачастую непоследовательность, противоречивость суждений<...>эклектичность, как в теории "конвергенции" и т.д.". Одним словом, теоретики, проповедующие постмарксизм, которому дал меткую характеристику Г.Гумницкий, и придумывают самые различные варианты этой "теории" конвергенции. Политическое предназначение ее понятно. Эта "теория", иначе именуемая либеральными политиками "третьим путем", направлена на то, чтобы внушить трудящимся массам иллюзию о возможности постепенной ликвидации антагонистических противоречий капитализма и в рамках этой системы отвлечь их от революционной борьбы.


## Глава 6. О трудовой теории стоимости


"Взгляд Маркса проникал через случайную нерегулярность поверхностных явлений и устремлялся вглубь - к грандиозной логике исторического процесса".

Й.Шумпетер


6.1. Миф об исчезновении прибавочной стоимости в автоматизированном производстве.

Учение К.Маркса и Ф.Энгельса о капиталистическом способе производства подвергается нападению со стороны их идеологических противников уже полтора века. Особенно яростным атакам подвергается ядро марксистского учения - трудовая теория стоимости (ТТС), с которой органично связана теория прибавочной стоимости (см. параграф 1.2.2 "Проблема прибавочной стоимости" в монографии "Мир на перекрестке четырех дорог").

С каких только сторон эта теория, ставшая классикой политической экономии, не ставилась под сомнение и не "уничтожалась", по мнению ее противников, окончательно и бесповоротно.

Горе-теоретики mainstreem поставили под сомнение выводы К.Маркса и Ф.Энгельса по ключевым проблемам капиталистического способа производства, в частности закону капиталистического накопления (с его тенденцией ухудшения положения наемного труда, роста безработицы, углубления экономических кризисов и т.д.).

Однако жизнь полностью подтвердила правоту классиков марксизма, о чем я подробно писал в предыдущих параграфах данной монографии, а также в первой части монографии "Мир на перекрестке четырех дорог".

Кстати, обстоятельный разбор критики ТТС экономистами Запада и России, исповедующими mainstream, выросшую из теории предельной полезности, дан в статье А.Бузгалина и А.Колганова "Трудовая теория стоимости: реактуализация", опубликованной в eandreeva71 29 октября 2009 года. Они, в частности, отмечают, что "...важнейшим теоретическим доказательством теории эксплуатации является именно трудовая теория стоимости в ее полной определенности, включая теорию двойственного характера труда, потребительной стоимости и стоимости, денег как товара особого рода и т.д. Для доказательства факта совершения прибавочного труда и его присвоения капиталом, осуществляющихся в рамках соблюдения законов товарного производства, Маркс должен был показать, во-первых, специфику стоимости товара "рабочая сила" (общественно-необходимый абстрактный труд, затрачиваемый на воспроизводство этого специфического товара и овещененный в нем) и потребительной стоимости этого товара (способность создавать в процессе труда стоимость, большую, чем его собственная). Во-вторых, Маркс мог и должен был использовать теорию двойственного характера труда для того, чтобы показать, как именно происходит одновременный процесс переноса стоимости постоянного капитала на конечный продукт и создание новой стоимости. Тем самым именно теория двойственного характера труда служит важнейшим основанием для доказательства неправомерности теории факторов производства, предельной производительности".

Моей задачей в данном случае является не подробный исторический обзор этой массивной антимарксистской критики, который я уже несколько лет тому назад проделал, а рассмотрение антимарксистских версий, касающихся трех аспектов ТТС.

Начну, пожалуй, с утверждения критиков марксизма о том, что в полностью автоматизированном производстве при капитализме исчезает прибавочная стоимость, создаваемая наемными работниками. При этом используются в основном два аргумента.

Первый аргумент выдвигается экономистом из Санкт-Петербурга В.Бубновым, известного по произведениям "Антимарксизм. (Критика трудовой теории стоимости К. Маркса или о том, как пролетариат эксплуатирует капиталистов) и "Исторические парадоксы прибавочной стоимости" (samlib.ru/b/bubnow_w_a/?). В.Бубнов приводит следующую цитату из "Экономических рукописей 1857-61 гг." К.Маркса: "Овеществленная в системе машин стоимость выступает, далее, как такая предпосылка, по отношению к которой созидающая стоимость энергия единичной рабочей силы исчезает как бесконечно малая величина". И далее: "Сам овеществленный труд непосредственно выступает в системе машин не только в форме продукта или продукта, применяемого как средство труда, но в форме самой производительной силы" (К.Маркс, "Экономические рукописи 1857-61 гг.", Ч.2, с. 207, М.:Политиздат.1980 г.). В.Бубнов утверждает, что К.Маркс озвучил свое предвидение того, что с развитием общественного производства на смену производительной силе труда, созидающей стоимость, придет система машин, которая выступит в форме самой производительной силы, т.е. силы, созидающей стоимость (надо понимать - новую стоимость). Далее он поясняет: категория "энергия" является основой любого движения в материальном мире, а, следовательно, и труда человека, и работы машины, и всех других форм движения. Труд - это в первую очередь материальный процесс, в котором затрачивается энергия человека в целесообразной форме. И если энергия машины также затрачивается в целесообразной форме, то оба этих процесса создают продукт, и между ними нет никакой разницы. И то, что созданный продукт, содержит новую стоимость, определяется не тем, кто (или что) затрачивал энергию человек или машина, а тем, что вообще затрачивалась энергия. И не важно, в какой форме: в форме человеческого труда, или в форме энергии, потребляемой машиной. Важно, что в результате появилась потребительная стоимость, содержащая новую стоимость. Таким образом, В.Бубнов уподобил машину человеку и наоборот - человека машине.

Эта концепция не выдерживает никакой критики. Человек в процессе производства всегда использовал энергию, как собственного организма, так и энергию животных, ветра, электричества и т.п. в качестве средства производства. Мы можем говорить об энергоемкости продукта и энерговооруженности труда в процессе производства, так же, как об его материалоемкости и фондоемкости. В.Бубнов приписывает искусственной энергии машин такие свойства, которые наличествуют только в труде человека (целесообразные действия, творчество). Словом, он ставит телегу впереди лошади. В процессе производства всегда активную роль играет труд человека, использующего в той или иной форме энергию, а не наоборот - якобы энергия использует человека для производства продуктов и услуг.

Что же касается приведенной им цитаты из ранних произведений К.Маркса, то в них отсутствует какое-либо доказательство того, что труд при автоматизации производства исчезнет и будет полностью заменен машинами. В.Бубнов, как и некоторые другие исследователи, ссылается на авторитет К.Маркса, пытаясь приписать ему свои собственные мысли, как это мы видели в случае с В.Лоскутовым. К.Маркс писал об энергии единичной рабочей силы, которая исчезает как бесконечно малая величина, а не о совокупности рабочих сил, производящих тот или иной продукт. И это - научно точное выражение реального процесса. Что же касается выражения К.Маркса о бесконечно малой величине, то речь может идти об огромном росте производительности труда человека. Если сравнивать, например, затраты энергии первобытного человека на создание продукта с тем количеством энергии, которую затрачивает работник у пульта управления системой автоматов, то оно действительно бесконечно мало. Однако К.Маркс нигде, и в данном случае, не писал, что труд исчезает вообще. Однако происходит его трансформация. Труд рабочего по созданию той или иной потребительной стоимости в системе машин имеет принципиально иную форму. Он из физического превращается в труд интеллектуальный. Причем, повторяю, производительность труда современного рабочего у станка с ЧПУ в десятки тысяч раз больше производительности труда первобытного охотника или рыболова, а через тысячи лет она, наверняка, возрастет еще больше. И этот бесспорный факт не является аргументом в пользу гипотезы об исчезновении труда.

Справедливость требует вновь обратиться к произведению К.Маркса, которое было процитировано В.Бубновым. Он выхватил из общего текста только те предложения, которые, по его мнению, должны быть созвучны его аргументации о несостоятельности ТТС, т.е. он противопоставил К.Маркса самому К.Марксу, убивая в зародыше идею о трудовой природе производственного процесса. К.Маркс писал: "Машина ни в каком отношении не выступает как средство труда отдельного рабочего. Ее differentia specifica [lxix] заключается вовсе не в том, чтобы, как это имеет место у средства труда отдельного рабочего, опосредствовать деятельность рабочего, направленную на объект; наоборот, деятельность рабочего определена таким образом, что она уже только опосредствует работу машины, ее воздействие на сырой материал -- наблюдает за машиной и предохраняет ее от помех в ее работе. Здесь дело обстоит не так, как в отношении орудия, которое рабочий превращает в орган своего тела, одушевляя его своим собственным мастерством и своей собственной деятельностью, и умение владеть которым зависит поэтому от виртуозности рабочего. Теперь, наоборот, машина, обладающая вместо рабочего умением и силой, сама является тем виртуозом, который имеет собственную душу в виде действующих в машине механических законов и для своего постоянного самодвижения потребляет уголь, смазочное масло и т. д. (вспомогательные материалы), подобно тому, как рабочий потребляет предметы питания. Деятельность рабочего, сводящаяся к простой абстракции деятельности, всесторонне определяется и регулируется движением машин, а не наоборот. Наука, заставляющая неодушевленные члены системы машин посредством ее конструкции действовать целесообразно как автомат, не существует в сознании рабочего, а посредством машины воздействует на него как чуждая ему сила, как сила самой машины.

Присвоение живого труда посредством овеществленного труда -- присвоение силы или деятельности, созидающей стоимость, посредством самодовлеющей стоимости, которое заложено в понятии капитала, -- в производстве, основанном на машинах, положено как характер самого процесса производства также и со стороны вещественных элементов производства и его вещественного движения. Процесс производства перестал быть процессом труда в том смысле, что труд перестал охватывать процесс производства в качестве господствующего над ним единого начала. Наоборот, труд выступает теперь лишь как сознательный орган, рассеянный по множеству точек механической системы в виде отдельных живых рабочих и подчиненный совокупному процессу самой системы машин, как фактор, являющийся лишь одним из звеньев системы, единство которой существует не в живых рабочих, а в живой (активной) системе машин, выступающей по отношению к единичной незначительной деятельности рабочего, в противовес ему, как могущественный организм. В системе машин овеществленный труд противостоит живому труду в самом процессе труда как господствующая над ним сила, каковою капитал в качестве присвоения живого труда является по своей форме. Включение процесса труда в процесс увеличения стоимости капитала в качестве всего лишь его момента также и с вещественной стороны обусловлено превращением средства труда в систему машин, а живого труда -- всего лишь в живой придаток этой системы машин, в средство для ее деятельности.

Овеществленная в системе машин стоимость выступает, далее, как такая предпосылка, по отношению к которой созидающая стоимость энергия единичной рабочей силы исчезает как бесконечно малая величина. Посредством производства в гигантском масштабе, обусловленного системой машин, в продукте также исчезает всякое отношение к непосредственной потребности производителя, а потому -- к непосредственной потребительной стоимости. В той форме, в которой производится продукт, и в тех отношениях, при которых он производится, уже положено, что продукт производится только как носитель стоимости, а его потребительная стоимость выступает лишь как условие для этого. Сам овеществленный труд непосредственно выступает в системе машин не только в форме продукта или продукта, применяемого как средство труда, но в форме самой производительной силы. Развитие средства труда в систему машин не случайно для капитала, а представляет собой историческое преобразование традиционных, унаследованных средств труда, превращение их в средства труда, адекватные капиталу. Таким образом, накопление знаний и навыков, накопление всеобщих производительных сил общественного мозга поглощается капиталом в противовес труду и поэтому выступает как свойство капитала, а более определенно -- как свойство основного капитала, коль скоро он вступает в процесс производства в качестве подлинного средства производства.

Следовательно, система машин выступает как наиболее адекватная форма основного капитала, а основной капитал, поскольку капитал рассматривается в его отношении к самому себе, -- как наиболее адекватная форма капитала вообще" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.46. часть II. с. 203-206).

Итак, труд в процессе производства никуда не исчезает, меняется только его функция. Эту основную мысль К.Маркс изложил с предельной ясностью.

В.Беленький в статье "ОТСТОЯТЬ ГЛАВНОЕ В МАРКСИЗМЕ" (<belkras@list.ru>) приводит следующую выдержку из письма В.Карстена: "Приведу пример из собственного опыта работы на трубопрокатном заводе. В начале 80-е годов на нём работало ок. 2,5 тыс. рабочих. В начале 2000-х г. осталось ок. 800 работников, а выпуск продукции возрос более чем в два раза. Теперь там работает ок. 500 работников, а производят ещё больше, чем 10 лет назад. Почему? Усовершенствованы технологии производства и организации труда, усовершенствовано оборудование, автоматизированы многие процессы и операции. Труд работников не усложнился, а упростился, как труд оператора станка ЧПУ заключается в установке заготовок, упаковке готовых деталей и очистке станка, что несопоставимо проще труда токаря.

Другими словами: эпоха феодализма характерна абсолютным преобладанием крестьянского труда, эпоха индустриализации - преобладанием труда промышленно-заводских и строительных работников, а в современной пост-индустриальной экономике начинает преобладать обслуживающий труд.

Труд рабочего становится все более творческим, интеллектуальным. Он становится возможным только при наличии у работника соответствующих знаний в области математики, физики, химии, соответствующей технологии и применяемой в процессе труда техники. Например, труд пилота воздушного корабля сводится не просто к механическому нажатию тех или иных кнопок и манипуляции рычагами, но к творческой переработке огромного объема информации в ограниченный промежуток времени. Если даже самолет летит на автопилоте, то все равно командир корабля, штурман и др. члены экипажа трудятся".

Итак, труд со временем становится все более сложным, совершенным, разнообразным, многосторонним и искусным. Этот процесс определяет в свою очередь требуемый уровень знаний рабочего, и наоборот, расширение и углубление знаний рабочего влияет на усложнение и усовершенствование процесса его труда.

Технический прогресс, происходящий на всем протяжении производственной истории человечества и выражающийся в создании новых, все более совершенных машин, технологий, материалов и связанной с производством организацией труда, в конечном счете, приведет к его абсолютной автоматизации. Путь, пройденный человечеством от примитивнейшего ручного труда до полной автоматизации процессов производства, отмечен непрерывным повышением степени искусности и квалификации рабочей силы. С развитием технического прогресса удельный вес так называемого простого труда, не требующего специальных знаний и особых умений и сводящийся к несложным механическим движениям (сгребание, бросание, перетаскивание и т.п.) постоянно уменьшается и наступят времена, когда он совсем исчезнет. Производственный процесс постепенно освобождается от ограниченных возможностей человеческого организма, прежде всего связанных с его физической силой, скоростью реакции, возможностей зрительного восприятия. Место физического труда займет сложный труд, требующий высокой квалификации рабочей силы.

Закономерность неуклонного роста производительности труда (иначе его именуют закономерностью экономии времени) является важнейшей среди системы всеобщих закономерностей, присущих всем общественным формациям. Она впервые была сформулирована К.Марксом в "Капитале" и ее суть "...заключается в том, что доля живого труда уменьшается, а доля прошлого труда увеличивается, но увеличивается так, что общая сумма труда, заключающаяся в товаре уменьшается, что, следовательно, количество живого труда уменьшается больше, чем увеличивается количество прошлого труда"; "...уменьшение общего количества труда, входящего в товар<...>должно служить существенным признаком повышения производительной силы труда при любых общественных условиях производства" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-ое изд. т.23. с. 48, 287, 288).

Генеральная динамика развития труда заключается в том, что из преимущественно физического он постепенно становится все более интеллектуальным. Но труд человека всегда при любом варианте автоматизированного производства будет существовать не только как труд ученого, изобретателя, проектанта, но и как труд контролера, управляющего и наладчика автоматически работающих систем.

Далее. Кроме того, сегодня, а тем более в будущем следует учитывать не только труд единичной рабочей силы, но и совокупный труд всех работников, причастных к созданию, наладке автоматических систем, а также по контролю и управлению их работой. Повторяю, в эпоху автоматизации производства, массового применения роботов и компьютеров участниками создания общественного продукта (а при капитализме и общественного капитала) во все большей мере участвует наряду с рабочим классом численно возрастающий отряд ученых, проектировщиков, конструкторов, программистов, т.е. работников непосредственно умственного труда (как выразился К.Маркс, капиталом задействованы производительные силы общественного мозга).

В высказываниях К.Маркса речь не идет о том, что система машин заменяет рабочую силу в качестве источника вновь создаваемой стоимости, а о том, что она выполняет те операции, которые ранее выполнял рабочий.

Кстати, здесь уместно процитировать знатока проектирования автоматизированных систем В.Архангельского, который изложил свои соображения на сайте "Альтернатив" в статье "Автоматизированное производство и прибавочная стоимость" (http://www.alternativy.ru/files/vaAutomat.pdf): "Всякая технология, конструктивно и аппаратно реализуемая, имеет свой жизненный цикл, состоящий из этапов разработки, реализации, эксплуатации (и - часто с неизбежной попутной модернизацией) и утилизации. Какой бы продолжительной не была фаза эксплуатации автомата, неизбежно приходит время его демонтажа и замены на новый, более производительный, экономичный, универсальный или наоборот, более специализированный". И еще одна выдержка из той же статьи: "Если вы полагаете, что, например, в ЦУПе полетов межпланетных станций-автоматов и на связи с ними сидят одни только эксплуатационники, то глубоко в этом заблуждаетесь. Там широко представлены и разработчики оборудования, систем управления, прикладного программного обеспечения, которые, во-первых, в любой момент могут дать необходимую консультацию эксплуатационникам, а во-вторых, анализируют качество поведения автоматов в порядке авторского надзора за своими детищами и для приобретения новых знаний, без которых невозможна разработка новых поколений аналогичных систем. Роботы - автоматические станции ?Пионер?, уже покинувшие пределы Солнечной системы, ничто без соответствующих служб огромной корпорации NASA. Так что как ни крути, роботизированный мир, в котором нет места человеческому творчеству - это чистой воды утопия, не имеющая пока под собой никаких реальных оснований за исключением фантазий писателей".

Приведу еще пару примеров

"Полностью автоматизированное производство - процесс ацетиленового производства осуществляется машинами, аппаратами и механизмами, а управление им, включая определение технико-экономических показателей с использованием их для оптимизации процесса производства, ведется машиной без участия человека<...>Даже полностью автоматизированное производство не мыслится без активного участия человека. Поэтому вопросы организации труда и повышения его производительности были и остаются актуальными. В Советском Союзе уже существуют многие полностью автоматизированные производства, где автоматизация, тесно связанная с телемеханикой, позволяет вести управление производственными процессами на расстоянии. Около половины всех районных гидроэлектростанций в СССР управляется при помощи средств телемеханики с диспетчерских пунктов энергосистем или с базовых гидростанций каскадов. Например, Рыбинская станция управляется с диспетчерского пункта на расстоянии 300 километров, Цимлянская - свыше 100 километров". (http://www.ngpedia.ru/id335095p1.html).

"Производство фотоаппаратов Canon полностью отдадут роботам. Японская компания Canon станет первым производителем цифровых фотоаппаратов, который полностью перейдет на автоматизированное производство. Canon планирует заменить всех рабочих на своих заводах роботами к 2015 году<...>При этом рабочим, места которых займут машины, не грозит увольнение. Люди будут осуществлять контроль за производством, а часть из них получит работу в других подразделениях Canon. Компания рассчитывает, что переход на автоматизированное производство будет способствовать сокращению расходов". (http://www.mignews.com/news/technology/world/140512_224544_70348.html=).

Второй аргумент, якобы обосновывающий исчезновение прибавочной стоимости в автоматизированном производстве, принадлежит философу В.Петрову (см. его статью "Теорию прибавочной стоимости надо доработать" в "ЭФГ" N 33, 34, 40-41 за 2011 г).

Продолжая атаку на марксистскую политическую экономию, В.Петров не брезгует таким приемом, как преднамеренное искажение содержания "Капитала", когда он утверждает, что величина постоянного капитала С делится на две части - Сv и Сm, создаваемых соответственно в необходимое время и прибавочное время; при этом эти части якобы входят в состав стоимости соответственно необходимого и прибавочного продукта. Цитирую В.Петрова: "...в стоимость продукта, производимого в необходимое время, то есть в стоимость необходимого продукта, помимо стоимости рабочей силы, будет входить стоимость Сv, т.е. той части постоянного капитала, которой оплачиваются исходные материалы и компенсируются амортизационные отчисления, затраченные в необходимое время. Аналогичным образом в стоимость прибавочного продукта, помимо прибавочной стоимости, будет входить стоимость Сm той части постоянного капитала, которой компенсируется амортизация и оплачиваются исходные материалы, приходящиеся на прибавочное время. Иначе говоря, необходимый продукт и прибавочный продукт по стоимости будут превышать соответственно заработную плату и прибавочную стоимость на надлежащую часть постоянной составляющей капитала. Отсюда также следует, что величина необходимого времени (а значит, и прибавочного времени, и прибыли при неизменной рыночной стоимости товара) зависит не только от V, но и от С". Вроде бы все написано логично, якобы в соответствии с теорией К.Маркса, за исключением одной "небольшой" детали. Это - необоснованное деление величины С на две составляющих. В.Петрову этот прием понадобился для того, чтобы позднее объявить, что вся прибавочная стоимость создается творческим трудом капиталиста. Эта "корректировка" теории прибавочной стоимости К.Маркса не только не подкреплена В.Петровым никакими доводами и по своему существу абсурдна. Величина V в политической экономии выражает стоимость рабочей силы наемного работника и ее формой является заработная плата. А величина Сv, добавляемая произвольно В.Петровым к V, коренным образом изменяет сущность этой категории политической экономии, приписывая наемному работнику право на присвоение части капитала, который изначала ему не принадлежал, а являлся собственностью капиталиста. Этот прием в народе называют "не пришей кобыле хвост". Абсурдность присоединения В.Петровым части стоимости средств производства к стоимости необходимого продукта, который в реальном процессе воспроизводства имеет форму заработной платы наемного работника, понятна хотя бы из того, что если бы все было так, как в откорректированном В.Петровым варианте марксовой политической экономии, то капиталисту пришлось бы отдавать наемному работнику часть своего постоянного капитала.

Кроме того, своей "корректировкой" В.Петров совершенно искажает понятия переменного и постоянного капитала, введенные К.Марксом.

Что же по этому вопросу написано в "Капитале"? А там написано следующее: "Рабочий не работает вдвойне в одно и то же время: один раз, для того чтобы своим трудом присоединить к хлопку стоимость, а другой раз, для того чтобы сохранить старую стоимость хлопка, или, что то же, для того чтобы на продукт, на пряжу, перенести стоимость хлопка, который он перерабатывает, и веретен, которыми он работает. Старую стоимость он сохраняет путем простого присоединения новой стоимости. Но так как присоединение новой стоимости к предмету труда и сохранение старых стоимостей в продукте суть два совершенно различных результата, достигаемых рабочим в одно и то же время, хотя в это время он работает не вдвойне, то эта двойственность результата, очевидно, может быть объяснена лишь двойственным характером самого его труда. В одно и то же время труд, в силу одного своего свойства, должен создавать стоимость, а в силу другого свойства должен сохранять или переносить стоимость (выделено и подчеркнуто мной - ВП)". (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. изд. 2-е. Глава шестая: "Постоянный капитал и переменный капитал", с.210).

Как трактует К.Маркс перенос стоимости средств производства в отличие от В.Петрова? Читаем: "В то время как труд благодаря его целесообразной форме переносит стоимость средств производства на продукты и тем самым сохраняет ее, каждый момент его движения создает добавочную стоимость, новую стоимость. Предположим, что процесс производства обрывается на том пункте, когда рабочий произвел эквивалент стоимости своей собственной рабочей силы, когда он, например, шестичасовым трудом присоединил стоимость в 3 шиллинга. Эта стоимость образует избыток стоимости продукта над теми элементами последней, которые своим происхождением обязаны стоимости средств производства. Это - единственная новая стоимость, возникшая в этом процессе, единственная часть стоимости продукта, произведенная самим этим процессом. Конечно, она просто возмещает те деньги, которые были авансированы капиталистом при купле рабочей силы и израсходованы самим рабочим на жизненные средства. По отношению к этим израсходованным 3 шилл. новая стоимость в 3 шилл. выступает как просто воспроизводство первых. Но она действительно воспроизведена, а не только по видимости, как стоимость средств производства. Возмещение одной стоимости другой опосредствовано здесь созданием новой стоимости" (там же, с.219).

Трактовка К.Марксом ясна: рабочий создает в течение 6 часов эквивалент стоимости своей собственной рабочей силы, а согласно версии В.Петрова, он в течение шести часов, создает стоимость, большую на величину присоединенной части стоимости средств производства. Такая трактовка, во-первых, отрывает стоимость от цены рабочей силы, а, во-вторых, противоречит следующему важнейшему выводу К.Маркса: "...сохранять стоимость посредством присоединения стоимости это есть природный дар, проявляющейся в действии рабочей силы - живого труда, дар природы, который ничего не стоит рабочему, но много приносит капиталисту, именно обеспечивает ему сохранение наличной капитальной стоимости. Пока дело идет успешно, капиталист слишком сильно погружен в извлечение прибыли, чтобы замечать этот бесплатный дар труда. Насильственные перерывы процесса труда, кризисы, делают его для капиталиста заметным до осязательности" (там же). Мысль К.Маркса поразительна по своей глубине: рабочий не только создает прибавочную стоимость, но и еще бесплатно (!) сохраняет предпринимателю наличную капитальную стоимость. А В.Петров, опираясь на свою абсурдную трактовку, исподволь подводит нас к выводу, что прибыль все в большей мере создается не рабочим, а самим капиталистом. Однако на самом деле именно целесообразная форма труда переносит стоимость средств производства на продукты и тем самым сохраняет ее, а каждый момент его работы создает добавочную стоимость, новую стоимость. Нет никакой необходимости разделять величину С на две части, относимые к V и M, ибо этот перенос осуществляется не абстрактным трудом, создающим новую стоимость, а целесообразной формой труда.

Теперь что касается личного участия капиталиста в создании стоимости товара. Отрицать участие капиталиста в создании стоимости принадлежащего ему нового продукта нет смысла (правда, только в том случае, если он выполняет функцию непосредственного управления своим производством). Однако приписывать капиталисту т.н. предпринимательскую прибыль, получаемую в результате внедрения новой техники и технологии, явно ошибочно.

В.Петров сделал "великое открытие" в политической экономии, объявив, что при автоматизации производства исчезают затраты труда, что часть или вообще вся прибавочная стоимость создается автоматами. Поэтому в принципе предприниматель может вообще отказаться от живого труда. Конечно, фантазировать никому не воспрещается, однако в науке фантазии малопригодны. Капиталистам, даже под мудрым руководством В.Петрова, никогда не удастся избавиться от "живого труда" человека, даже если все производственные операции без исключения будут выполнять роботы-автоматы, ибо кто-то все равно должен будет постоянно осуществлять наладку и ремонт автоматов, введение новых программ, а также непрерывно осуществлять контроль над функционированием автоматических систем.

Кстати, принципиальное разъяснение сути данной проблемы дал в свое время К.Маркс: "Пока процесс труда является чисто индивидуальным, один и тот же рабочий объединяет все те функции, которые впоследствии разделяются. При индивидуальном присвоении предметов природы для своих жизненных целей рабочий сам себя контролирует. Впоследствии его контролируют. Отдельный человек не может воздействовать на природу, не приводя в движение своих собственных мускулов под контролем своего собственного мозга. Как в самой природе голова и руки принадлежат одному и тому же организму, так и в процессе труда соединяются умственный и физический труд. Впоследствии они разъединяются и доходят до враждебной противоположности. Продукт превращается вообще из непосредственного продукта индивидуального производителя в общественный, в общий продукт совокупного рабочего, т.е. комбинированного рабочего персонала, члены которого ближе или дальше стоят от непосредственного воздействия на предмет труда. Поэтому уже самый кооперативный характер процесса труда неизбежно расширяет понятие производительного труда и его носителя, производительного рабочего. Теперь для того, чтобы трудиться производительно, нет необходимости непосредственно прикладывать свои руки, достаточно быть органом совокупного рабочего, выполнять одну из его подфункций. Данное выше первоначальное определение производительного труда, выведенное из самой природы материального производства, всегда сохраняет свое значение в применении к совокупному рабочему, рассматриваемому как одно целое. Но оно не подходит более к каждому из его членов, взятому в отдельности" (Маркс К., Энгельс Ф. Соч.,2-е изд. т. 23, с. 516 - 517).

Словом, даже при полностью автоматизированном процессе производства остается потребность в труде человека, а, следовательно, при капиталистической форме никуда не пропадает и такое явление как производство прибавочной стоимости и эксплуатация наемных работников капиталистом.

В.Петров игнорирует одно из важнейших положений марксистской политэкономии об общественном характере производства и совокупной рабочей силе, которая участвует в его создании. В соответствии с этим положением автоматизированное производство создается с участием работников интеллектуального труда - ученых, проектировщиков, конструкторов, вносящих свой вклад в создание прибавочного продукта для капиталистов, применяющих новейшие средства производства в форме заводов - автоматов и автоматических поточных линий. Повторю еще раз высказывание К.Маркса: "Теперь для того, чтобы трудиться производительно, нет необходимости непосредственно прикладывать свои руки, достаточно быть органом совокупного рабочего, выполнять одну из его подфункций".

В.Петров, следуя по стопам многочисленных критиков трудовой теории стоимости, безуспешно пытавшихся на протяжении почти полутора столетий ее похоронить (см. 2-ю главу моей монографии "Мир на перекрестке четырех дорог"), выдвигает в своей статье давно развенчанные марксистами нелепые утверждения о снижении нормы прибыли к вложенному капиталу, о явлении "отсоса" прибавочной стоимости, о создании прибыли не людьми, а автоматами и т.п. Например, достаточно внимательно вдуматься в книгу третью "Капитала" (Отдел первый: Превращение прибавочной стоимости в прибыль и нормы прибавочной стоимости в норму прибыли), чтобы убедиться в беспочвенности критики трудовой теории стоимости и трактовки К.Марксом тенденций нормы прибыли в зависимости от различных факторов воспроизводства капитала.

В своей статье "Прибавочная стоимость В. Петрова" (ЭФГ N 3 3012) Ф.Биншток пишет: "Можно ли, как это делает Петров, развивать, "дорабатывать" теорию прибавочной стоимости на основе отрицания теории трудовой стоимости? Анализ публикаций Петрова показывает, что в них нет никакой "доработки" (развития) теории прибавочной стоимости. Они посвящены совершенно иному - полному отрицанию и трудовой теории стоимости, и основанной на ней теории прибавочной стоимости. Для иллюстрации этого положения укажем на то, что Петров не видит различия между величиной стоимости товара (формируемой в процессе его производства!) и ценой этого товара. Стоимость понимается им как категория, которая формируется в процессе<...>"рыночного торга<...>Не более убедительной является и ссылка Петрова на работу Туган-Барановского. Действительно, и М.Туган-Барановский был сторонником теории "предельной полезности". Но совпадение в этом вопросе взглядов Петрова с позицией М.Туган-Барановского показывает лишь одно: Петров повторяет то, что писал М.Туган-Барановский, и, так же как и последний, отвергает трудовую теорию стоимости".

Причем обращение В.Петрова к произведениям М.Туган-Барановского имеет, на мой взгляд, психологическую подоплеку, о чем поведал и сам В.Петров. Он откровенно признался в этом, когда писал следующее: "Достоверность результатов исследования многократно возрастает, если несколько независимых исследователей приходят к единому мнению (см. заметку автора "Нужно коллективное мнение!" в "ЭФГ" N 20 за 2011 г.). Поэтому желательно по вопросам, затронутым автором в статье "Теорию прибавочной стоимости надо доработать" ("ЭФГ" N 33 и 34 за 2011 г.), иметь, по крайней мере, еще одно независимое исследование со сходным результатом. Трудность здесь в том, что в настоящее время параллельных исследований не наблюдается. Поэтому сопоставлять нечего. Но нашлись сведущие люди. Они подсказали, что лет сто назад подобные вопросы исследовал М.И. Туган-Барановский и получил сходные ответы. Значит, возникает возможность, убедившись в действительной сходности выводов статьи автора и результатов работ Туган-Барановского, повысить достоверность обоих исследований. Реализуем эту возможность".

Итак, В.Петров оказался в трудном положении, когда в своей попытке "откорректировать" трудовую теорию К.Маркса не нашел в современном научном мире ни одного союзника. Никто, будучи в полном здравии, не рискнул выставить себя на посмешище с выдвижением абсурдной идеи изъятия части капитала и передачи ее в виде добавки к заработной плате наемного работника. И вот В.Петров, наконец-то, нашел единомышленника в лице М.Туган-Барановского, о котором Г.Плеханов сказал: "Туган не имеет понятия о диалектике". "...Туган-Барановский, - пишет В.Петров в вышеназванной статье, - делает смелое и, пожалуй, фантастическое для того времени утверждение: если даже машины заменят всех рабочих, то "рабочий класс исчезнет, но это нисколько не затруднит реализации продуктов капиталистической промышленности. Капиталисты будут получать в свое распоряжение большую массу предметов потребления, и весь общественный продукт одного года будет поглощаться производством и потреблением капиталистов следующего года" (Туган-Барановский М.И. Теоретические основы марксизма. Изд. 3-е, стереотипное. М. Едиториал УРСС, 2003. с. 210). Иначе говоря, он полагает, что гипотетически в идеале возможно построить капиталистическое общество, в котором будут действовать лишь одни капиталисты, остальное общество останется "за бортом". Производство в нем, по сути, будет работать только для производства, а не на человека-потребителя". Как говорится, "Рыбак рыбака видит издалека". Один сочинитель абсурдной концепции нашел другого, правда, в далеком прошлом.

И в конце данного параграфа привожу без купюр оценку статьи В.Петрова "К вопросу об исключительной роли живого труда в создании прибавочной стоимости" (ЭФГ N 43.2013), данную редактором ЭФГ А. Проскуриным: "К сожалению, и в этой своей работе В.П. Петрову не удалось полностью устранить недостатки своих прошлых публикаций. Первым и основным из них является смешивание категорий прибавочной стоимости и прибыли, что видно уже из первого абзаца.

Согласно классической марксистской политэкономии, машины, безусловно, участвуют в создании прибыли, но не могут создавать прибавочной стоимости, а лишь переносят часть своей стоимости на конечный товар (амортизация). Перенесение амортизационных отчислений в область необходимого времени и труда как теоретическое утверждение осуществлялось еще советскими экономистами в конце 80-х годов, перед контрреволюцией, и как бы никем особо не оспаривалась, так как теоретической сути дела в общем не меняло.


Утверждение же, что норма прибыли количественно равна степени эксплуатации, еще раз свидетельствует о том, что автор недопустимо смешивает две политэкономические категории.

Автор, видимо, не понимает, что прибыль - это категория собственности, то есть категория, возникающая в пространстве производственных отношений, в конкретно-исторической парадигме распределения материальных благ. Ее получает собственник средств производства. И когда Виталий Петрович пишет: "Положим, что работник после отработки необходимого времени решил получить прибыль, увеличив свое рабочее время на некоторый промежуток времени Tд, перейдя, согласно классикам, в область прибавочного времени", он тем самым обнаруживает полное непонимание того, что прибыль получает не работник, а собственник средств производства, полное непонимание того процесса, который классики именовали отчуждение труда.

Прибыль - это отношение прибавочной стоимости ко всему авансированному капиталу (затратам), поэтому норма прибыли даже теоретически, при любом соотношении между амортизацией и неамортизированным остатком овеществленного труда, не может быть количественно равна степени эксплуатации, которая по определению есть отношение прибавочной стоимости к переменному капиталу.

И самое главное: овеществленный труд - это тоже труд. Те самые машины, станки и даже автоматы, о которых с таким пиететом рассуждают В.П. Петров и его единомышленники, также созданы трудом работника, а не произошли неведомо откуда по божьей или хозяйской воле. В овеществленном труде уже содержится некое качественное и количественное отношение эксплуатации, о котором в своих математических построениях В.П. Петров напрочь забывает, хотя любое Сn всегда можно представить в идее бесконечной последовательности V + M.

Пусть Wn = Сn + Vn + Mn, где Сn = Cn-1 + Vn-1 + Mn-1,

где, в свою очередь, Сn-1 = Cn-2 + Vn-2 + Mn-2...и так далее,


где n-a - труд предшествующих n периодов.

Поэтому, по мнению редакции, сегодняшняя теоретическая проблема состоит не в том, чтобы многозначительно противопоставлять живой и овеществленный труд, а как раз в том, чтобы предпринять попытку оценить качественно и количественно стоимость овеществленного интеллектуального труда, заключенного в машинах, автоматах, технологиях и инженерно-конструкторских решениях, и найти подходы к качественному и количественному описанию переноса стоимости, заключенной в овеществленном труде, на конечный товар или иного участия этого труда в создании прибавочной стоимости, хотя сам В.П. Петров пока не выстроил достаточно убедительную аргументацию по данному вопросу".

Обдумывая причины маниакальной убежденности В.Петрова в правильности своей идеи и того упорства, которую он проявляет, отстаивая ее, я полагаю, что дело здесь в том, что он не различает сущности воспроизводства капитала и ее проявлений на поверхности хозяйственной жизни капиталистического общества. Речь идет о превращении составных частей капитала (переменной и постоянной) в издержки производства и прибыль. Раз в издержках производства и прибыли гаснет всякое различие между переменным и постоянным капиталом, то прибавочная стоимость выступает на поверхности явлений, как порождение всех частей капитала, а затрата труда наемной рабочей силой - как затрата капитала. Именно об этом пишет К.Маркс в первой главе III тома "Капитала" "Издержки производства и прибыль" следующее: "Так как при видимом образовании издержек производства нельзя обнаружить никакого различия между постоянным и переменным капиталом, то изменение стоимости, совершающееся во время процесса производства, неизбежно связывается не с переменной частью капитала, а со всем капиталом" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-ое изд. т.25. часть I. с. 44). И еще: "Благодаря тому, что все части капитала одинаково кажутся источниками избыточной стоимости (прибыли), капиталистическое отношение мистифицируется" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-ое изд. т.25. часть I. с. 52).

"Такое "смещение" сущности и ее проявлений в произведениях В.Петрова стало возможным благодаря процессу "реактулизации", процветающей в научных кругах бывших марксистов, которые одновременно молятся двум богам - марксизму (по привычке, подпитываемой самолюбием - как это мы могли столь длительное время заблуждаться!) и mainstream, который они преподают студентам в России. В любом случае, как говорил К.Маркс, отпадает всякая рациональная основа политической экономии.

В.Петров ошибался, когда утверждал, что из современников только он один додумался до абсурдной идеи, что прибавочный продукт, а, следовательно, и прибыль создается не только живым трудом наемных работников, но и средствами производства, т.е. постоянным капиталом. Я обнаружил еще одного такого старателя на ниве реактулизации марксизма. Им является некий В.Лебедев, который утверждает, что помимо живого производительного труда, создающего вновь созданную стоимость, есть также неживой производительный труд, создающий вновь созданную стоимость, за счет чего вновь созданная стоимость, созданная производительным трудом, создается большей, чем ее создает только живой труд работающих людей, очевидно, что этот неживой производительный труд есть следствие работы орудий труда - средств производства (мной сохранена орфография автора -ВП). Желающие могут ознакомиться с его трудом: В.Н.ЛЕБЕДЕВ. "Начала новой политэкономии (междисциплинарный подход)" (СПб.: Изд-во Политехнического ун-та, 2013.Свидетельство о публикации N213093000344).

В.Петров и В.Лебедев и им подобные "реактулизаторы" марксизма, видимо, или никогда не читали "Капитал" К.Маркса, либо, читая его, не удосужились вникнуть в суть написанного, придумывая фантастические и даже мистические версии трудовой теории стоимости (наподобие УЕРС В.Огнева). И напрасно главный редактор ЭФГ А.Проскурин тратит время на переубеждение этих господ. Ну как с позиций непредубежденного сознания объяснить то, что названные выше "реактулизаторы" не понимают хотя бы следующую выдержку из III тома "Капитала" (глава вторая "Норма прибыли"), где К.Марксом яснее ясного сказано следующее: "Хотя прибавочную стоимость создает только переменная часть капитала, однако создает ее лишь при том условии, если авансированы и другие части - необходимые для труда условия производства" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-ое изд. т.25. часть I. с. 49)?

Что же на самом деле происходит в капиталистической экономике в связи с автоматизацией производства? К.Маркс в главе тринадцатой "Машины и крупная промышленность" первого тома "Капитала" отметил, что "...с каждым шагом в развитии машинного производства постоянная часть капитала, состоящая из машин, сырого материала и т.д., возрастает, между тем, как переменная, затрачиваемая на рабочую силу, уменьшается, и мы знаем в то же время, что ни при каком другом способе производства усовершенствования не являются такими постоянными, а потому строение всего капитала не изменчиво в такой мере, как при машинном производстве" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.23. с.460). Итак, К.Маркс совершенно определенно писал о том, что техническое замещение живой рабочей силы находит свое адекватное экономическое выражение в замене переменного капитала постоянным. Однако переменный капитал, затрачиваемый на заработную плату наемных работников, никогда, даже в автоматизированном производстве не сводится к нулю, как в составе индивидуального капитала, так и тем более в составе общественного капитала. Величина прибавочной стоимости может быть даже больше, чем до внедрения в той или иной отрасли экономики автоматических производств (во всяком случае, в целом по общественному капиталу). С чем это связано?

Во-первых, следует еще раз подчеркнуть, что при любой степени автоматизации производственных процессов всегда сохраняется персонал наладчиков и контролеров, следящих за функционированием автоматизированных цехов и предприятий. Одновременно колоссально растет производительность труда оставшегося персонала, планирующего, управляющего и регулирующего автоматизированное производство. Во-вторых, сохраняется и даже увеличивается целый ряд видов деятельности (в основном в сфере услуг, где сохраняется труд персонала, оказывающего эти услуги). В-третьих, значительно растет численность научных работников, конструкторов и проектировщиков, которые создают автоматизированные цеха и предприятия. Словом, процесс автоматизации, с одной стороны, меняет структуру занятости, увеличивая численность работников интеллектуального труда, а с другой стороны, сохраняется и даже возрастает численность работников в сфере оказания услуг населению. И те и другие работники, трудясь на частных собственников средств производства, создают прибавочную стоимость.

Следует также иметь в виду, что по мере НТР и роста производительности труда, будет сокращаться и масса рабочего времени, увеличится соответственно продолжительность свободного времени в общем балансе деятельного времени человека. Изменится и пропорция между витальными потребностями и потребностями духовными, социальными, что скажется и на структуре производимого продукта. И в то же время должен возрасти и объем материальных благ и энергии, потребляемых человечеством при меньших затратах труда на их производство.

Вместе с тем, необходимо ответить на вопрос, поставленный А.Проскуриным, когда он, рецензируя статью В.Петрова, пишет: "...сегодняшняя теоретическая проблема состоит не в том, чтобы многозначительно противопоставлять живой и овеществленный труд, а как раз в том, чтобы предпринять попытку оценить качественно и количественно стоимость овеществленного интеллектуального труда, заключенного в машинах, автоматах, технологиях и инженерно-конструкторских решениях, и найти подходы к качественному и количественному описанию переноса стоимости, заключенной в овеществленном труде, на конечный товар или иного участия этого труда в создании прибавочной стоимости".

Попытаюсь ответить на его вопрос.

Один из возможных вариантов теоретического решения данной проблемы заключается в следующем.

Сегодня в нынешней системе глобального капитализма преобладающая часть мировой экономики сосредоточена в транснациональных корпорациях. Википедия (http://ru.wikipedia.org/wiki/Транснациональная_компания) сообщает: "В целом ТНК обеспечивают около 50% мирового промышленного производства. На ТНК приходится более 70% мировой торговли, причем 40% этой торговли происходит внутри ТНК, то есть они происходят не по рыночным ценам, а по так называемым трансфертным ценам (т.е. внутрифирменным ценам - ВП), которые формируются не под давлением рынка, а под долгосрочной политикой материнской корпорации. Очень большие ТНК имеют бюджет, превышающий бюджет некоторых стран. Из 100 наибольших экономик в мире, 52 -- транснациональные корпорации, остальные -- государства.

ТНК имеют очень весомую роль в мировых научно-исследовательских и опытно-конструкторских разработках (НИОКР). На долю ТНК приходится более 80% зарегистрированных патентов, при этом на долю ТНК приходится и около 80% финансирования НИОКР".

Учитывая роль ТНК в создании новых видов техники и технологий, о чем свидетельствуют вышеприведенные цифры, а также тот факт, что ТНК одновременно осуществляют производство продукции на базе своих научно-конструкторских разработок, можно утверждать, что работники, занятые в подразделениях НИОКР этих ТНК, создают не только прибавочную стоимость, но также участвуют в формировании прибавочной стоимости ТНК. Таким образом, решается вопрос об участии интеллектуального труда работников ТНК в образовании прибыли тех автоматизированных производств, которые являются собственностью этих ТНК.

Второй вариант решения данной проблемы исходит из предпосылки, что современные автоматизированные предприятия, не имеющие своих подразделений НИОКР и покупающие автоматическое оборудование, производят массовую продукцию, ориентированную на огромное количество потребителей, ибо только в этом случае оправдано их существование. Вряд ли есть смысл автоматизировать ювелирные предприятия или предприятия, выпускающие предметы роскоши, т.е. выполняющие индивидуальные заказы. В случае автоматизированных предприятий, ориентированных на массовое производство какого-либо изделия, значительная прибыль получается за счет огромного оборота при относительно небольшом удельном весе переменного капитала в формировании стоимости единицы такой продукции.

6.2. О законах роста органического и стоимостного строения капитала

Рассмотренная в предыдущем параграфе проблема тесно связана с закономерностями, определяющими органическое и стоимостное строение капитала.

Полагаю, что в самом начале данного параграфа целесообразно подробно изложить позицию К.Маркса по данной проблеме. Это необходимо сделать по двум соображениям. Во-первых, для того, чтобы читатель имел возможность узнать позицию К.Маркса в оригинале, без каких-либо искажений. А, во-вторых, проблема органического и стоимостного строения капитала связана со всеми главными положениями марксистской политэкономии, которые постоянно искажаются ее противниками и "актуализаторами" типа В.Петрова и В.Лебедева. Именно поэтому читателю важно самому убедиться в научной добросовестности автора "Капитала". Однако при этом читателю придется смириться с обилием цитат из названного произведения, ибо мой пересказ тех или иных мест из "Капитала" в данном случае был бы малоэффективен.

Итак, начнем с определения понятий "технического", "органического" и "стоимостного" строения капитала.

В главе двадцать третьей первого тома "Капитала", носящего название "Всеобщий закон капиталистического накопления" К.Маркс писал: "Строение капитала можно рассматривать с двух точек зрения. Рассматриваемое со стороны стоимости, строение определяется тем отношением, в котором капитал делится на постоянный капитал, или стоимость средств производства, и переменный капитал, или стоимость рабочей силы, т.е. общую сумму заработной платы. Рассматриваемый со стороны материала, функционирующего в процессе производства, всякий капитал делится на средства производства и живую рабочую силу; в этом смысле строение капитала определяется отношением между массой применяемых средств производства, с одной стороны, и количеством труда, необходимом для их применения, - с другой. Первое я называю стоимостным строением капитала, второе - техническим строением капитала. Между тем и другим существует тесная взаимозависимость. Чтобы выразить эту взаимозависимость, я называю стоимостное строение капитала, поскольку оно определяется его техническим строением и отражает в себе изменения технического строения, - органическим строением капитала. В тех случаях, где говорится просто о строении капитала, всегда следует подразумевать его органическое строение" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.23. с.626).

В своей книге "Комментарии к "Капиталу" К.Маркса" (Издательство "Экономика", 1983) Д.Розенберг пишет, разъясняя взаимосвязь между изменениями стоимостного и технического строения капитала: "...во-первых, эти изменения не пропорциональны - "масса сырья, средств труда и т.д., которую в настоящее время, - говорит Маркс, - производительно потребляет определенное количество труда прядильщиков, во много сотен раз больше, чем была соответствующая масса в начале XVIII столетия" (К.Маркс и Ф.Энгельс Соч. 2-е изд. т.23. с.637). А строение капитала по стоимости изменилось всего, как заявляет Маркс, в семь раз. Это объясняется тем, что вследствие роста производительности труда падает стоимость средств производства и поэтому хотя последняя растет в отношении стоимости рабочей силы, но не в такой пропорции, в какой растет масса этих средств производства в отношении к живому труду. Во-вторых, по той же самой причине изменения технического строения капитала могут совсем не сопровождаться изменениями по его стоимости. И наконец, в-третьих, стоимостное отношение постоянного капитала к переменному может изменяться и без изменения технического строения, может изменяться вследствие повышения или понижения цен на сырье, топливо и т.д. Все же более или менее значительные изменения в строении капитала по стоимости являются выражением изменений его технического строения. Вот этот момент - взаимоотношение между техническим строением капитала и строением по стоимости - выражает понятие: органическое строение капитала. Когда говорят, что изменилось органическое строение капитала, то имеют в виду, что изменилось стоимостное соотношение обеих частей капитала вследствие изменения их технического соотношения" (с. 254).

В главе тринадцатой первого тома "Капитала" "Машины и крупная промышленность" К.Маркс пишет о взаимозависимости развития машинного производства и органического состава капитала: "...с расширением машинного производства в одной отрасли промышленности увеличивается производство прежде всего и в тех других отраслях, которые доставляют первой ее средства производства. Насколько благодаря этому возрастает масса занятых рабочих, это зависит при данной продолжительности рабочего дня и интенсивности труда, от строения употребляемых капиталов, т.е. от отношения между их постоянными и переменными составными частями. Это отношение, в свою очередь, значительно варьирует в зависимости от того, в какой мере машины уже овладели или овладевают данной отраслью промышленности" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.23. с.453).

Важнейший аспект технического прогресса заключается в изменении не только технического строения капитала, но и органического его строения. Причиной этого изменения является рост производительности труда. К.Маркс писал: "Специфически капиталистический способ производства, соответствующее ему развитие производительности труда, вызываемое этим изменение органического строения капитала не только идут рука об руку с прогрессом накопления, или с возрастанием общественного богатства: они идут несравненно быстрее, потому что простое накопление, или абсолютное увеличение совокупного капитала, сопровождается централизацией его индивидуальных элементов, а технический переворот в добавочном капитале сопровождается техническим переворотом в первоначальном капитале" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.23. с.643).

И еще одна выдержка из "Капитала", показывающая взаимозависимость органического строения капитала и роста производительности труда: "Оставляя в стороне естественные условия, как плодородие почвы и т.д., и сноровку независимых изолированно работающих производителей, которая притом и проявляется больше качественно, в добротности продуктов, чем количественно, в их массе, общественный уровень производительности труда находит себе выражение в относительной величине средств производства, которые рабочий превращает в продукт в течение данного времени при неизменном напряжении рабочей силы. Масса средств производства, с помощью которых он функционирует, возрастает вместе с производительностью его труда. Эти средства производства играют здесь двоякую роль. Возрастание одних есть следствие, возрастание других - условие увеличения производительности труда. Например, при мануфактурном разделении труда и применении машин в один и тот же промежуток времени перерабатывается больше сырого материала, следовательно, большая масса сырого материала и вспомогательных веществ вступает в процесс труда. Это - следствие повышения производительности труда. С другой стороны, масса применяемых машин, рабочего скота, минеральных удобрений, дренажных труб и т.д. есть условие увеличения производительности труда. То же следует сказать и о массе средств производства, сконцентрированных в виде зданий, доменных печей, транспортных средств и т.д. Но будет ли увеличение размера средств производства по сравнению с присоединяемой к ним рабочей силой условием или следствием, - оно и в том и в другом случае является выражением увеличения производительности труда.. Следовательно, увеличение последней проявляется в уменьшении массы труда по отношению к массе средств производства, приводимой этим трудом в движение, или в уменьшении величины субъективного фактора процесса труда по сравнению с его объективными факторами" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.23. с.635-636).

К.Маркс в двадцать третьей главе первого тома "Капитала" вновь подтверждает свой предыдущий вывод об уменьшении величины переменного капитала и увеличении его постоянной части благодаря росту производительности труда: "Это изменение технического строения капитала, возрастание массы средств производства по сравнению с массой оживляющей их рабочей силы, в свою очередь отражается в стоимостном строении капитала, в увеличении постоянной части капитальной стоимости за счет ее переменной части" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.23. с.636). Он также отмечает другие важнейшие последствия этого процесса, когда пишет, "...что развитие общественной производительной силы труда предполагает кооперацию в крупном масштабе, что только при этой предпосылке могут быть организованы разделение и комбинация труда, сэкономлены, благодаря массовой концентрации, средства производства, вызваны к жизни такие средства труда, например система машин и т.д., которые уже по своей вещественной природе применимы только совместно, могут быть поставлены на службу колоссальные силы природы и процесс производства может быть превращен в технологическое приложение науки" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.23. с.637-638). Читая эти строки, в частности его предвидение о том, что процесс производства может быть превращен в технологическое приложение науки, все-таки поражаешься той невежественной близорукости современных критиков, которые с умным видом "реактуализируют" марксизм, или же пытаются его опровергнуть! Этим господам даже не под силу разобраться в природе современного глобального экономического кризиса, не говоря уже о том, чтобы предвидеть пути развития человечества на столетия вперед, как это сделал К.Маркс.

Рассматривая законы роста органического и стоимостного строения капитала нельзя не отметить три закона, которые сформулированы К.Марксом в девятой главе первого тома "Капитала" "Норма и масса прибавочной стоимости".

Первый закон гласит, что каждая из двух величин - масса прибавочной стоимости и ее норма - является фактором, определяющим другую. Зная массу прибавочной стоимости и величину переменного капитала, возможно определить ее норму. И обратно, норма прибавочной стоимости и переменный капитал определяют ее массу. Этот первый закон определяет массу прибавочной стоимости как выражение меры эксплуатации коллективного наемного работника.

Второй закон вытекает из первого. Раз масса прибавочной стоимости определяется величиной переменного капитала, помноженной на норму прибавочной стоимости и число работников, то изменение одного из указанных факторов может компенсироваться изменением другого фактора в противоположном направлении. Другими словами, уменьшение или увеличение степени эксплуатации могут компенсироваться соответствующим увеличением или уменьшением числа рабочих, в результате чего масса прибавочной стоимости останется без изменения.

Третий закон также непосредственно вытекает из первого. К.Маркс сформулировал его следующим образом: "Производимые различными капиталами массы стоимости и прибавочной стоимости, при данной стоимости и одинаковой степени эксплуатации рабочей силы, прямо пропорциональны величинам переменных частей этих капиталов, т.е. их составных частей, превращенных в живую рабочую силу" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.23. с.315). Д.Розенберг следующим образом прокомментировал этот закон: "Это, как замечает Маркс, противоречит всему опыту, основанному на внешней видимости явлений. Дело в том, что равные капиталы всегда дают, точнее, имеют тенденцию давать, равные прибыли совершенно независимо от величины их переменных составных частей. Но в пределах I тома "Капитала" указанное противоречие и не может быть разрешено. Производство прибавочной стоимости и присвоение ее - явление совершенно различного порядка. Первое пропорционально только переменной части капитала, так как прибавочная стоимость, создается исключительно живым трудом. Но распределяется она между отдельными капиталистами по другим законам, которые развиты Марксом в III томе "Капитала", т.е. там, где исследуется проблема превращения прибавочной стоимости в прибыль и превращения прибыли в среднюю прибыль<...>Поскольку сформулированный выше "третий закон" относится ко всему капиталистическому обществу в целом, постольку величина населения и возможное удлинение рабочего дня являются абсолютными границами экстенсивного развития капиталистической эксплуатации" ("Комментарии к "Капиталу" К.Маркса". Издательство "Экономика", 1983. с. 154-155).

К.Маркс не случайно дал классическое определение органического и стоимостного строения капитала в главе, посвященной всеобщему закону капиталистического накопления, ибо "в этой главе мы рассматриваем то влияние, которое возрастание капитала оказывает на положение рабочего класса. Важнейшие факторы этого исследования - строение капитала и те изменения, которые претерпевает оно в ходе процесса накопления" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.23. с.626).

Перед тем, как полностью воспроизвести содержание закона капиталистического накопления, вызывающего лютую ненависть и отторжение у антимарксистов, не могу не привести еще одно замечательное место из рассматриваемой главы "Капитала". Вот оно: "...закон капиталистического накопления, принимающий мистический вид закона природы, в действительности является лишь выражением того обстоятельства, что природа накопления исключает всякое такое уменьшение степени эксплуатации труда или всякое такое повышение цены труда, которое могло бы серьезно угрожать постоянному воспроизводству капиталистического отношения, и притом воспроизводству его в постоянно расширяющемся масштабе. Иначе и быть не может при таком способе производства, где рабочий существует для потребностей увеличения уже имеющихся стоимостей, вместо того чтобы, наоборот, материальное богатство существовало для потребностей развития рабочего. Как и в религии над человеком господствует продукт его собственной головы, так и при капиталистическом производстве над ним господствует продукт его собственных рук" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.23. с.635).

И вот, наступило время воспроизвести сам закон капиталистического накопления: "...по мере накопления капитала положение рабочего должно ухудшаться, какова бы ни была, высока или низка, его оплата. Наконец, закон, поддерживающий относительное перенаселение, или промышленную резервную армию, в равновесии с размерами и энергией накопления, приковывает рабочего к капиталу крепче, чем молот Гефеста приковал Прометея к скале. Он обусловливает накопление нищеты, соответственно накоплению капитала. Следовательно, накопление богатства на одном полюсе есть в то же время накопление нищеты, муки труда, рабства, невежества, огрубения и моральной деградации на противоположном полюсе, т.е. на стороне класса, который производит свой собственный продукт как капитал" " (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.23. с.660).

Несть числа горе-теоретиков, которые пытались и до сих пор пытаются опровергнуть закон капиталистического накопления. Я не встречал, кроме вышеупомянутой работы В.Бубнова, ни одной серьезной попытки теоретического опровержения этого закона. Обычный аргумент таков: сама жизнь опровергла все выводы, сделанные К.Марксом. Тенденции ухудшения положения наемного труда не существует, так же, как и закономерности роста безработицы. Экономические кризисы, конечно, случаются (хотя их предпочитают называть депрессией), однако они не обостряются и не углубляются. И вообще предвидение о крахе капиталистического способа производства жизнью напрочь опровергнуто.

Было бы понятно, если бы подобные утверждения звучали из уст буржуазных политиков и социологов, но странно читать их в статьях и книгах тех, кто предпочитает называть себя марксистами, таких, например, как старший научный сотрудник МГУ им. Ломоносова В.Бирюков, к статье которого "От органического - к стоимостному!" мы еще ниже вернемся.

Перед тем, как подтвердить (с учетом современных реалий) научную достоверность и актуальность закона капиталистического накопления, следует сделать, на мой взгляд, по крайней мере, два методологических пояснения.

Первое. Капитализм двадцать первого века существенно отличается от капитализма девятнадцатого века, который явился объектом исследования для К.Маркса. Если в позапрошлом веке были сделаны лишь первые шаги к превращению капиталистического способа производства в глобальную систему, то в настоящее время он стал действительно глобальным. Однако, тем не менее, сущность современной капиталистической системы не изменилась по сравнению с тем капитализмом, который был исследован в "Капитале". Изменились масштабы и структура системы. Основное различие состоит в том, что если в девятнадцатом веке господствовали взаимодействующие национальные капиталистические системы и выводы К.Маркса были справедливы именно для них, то сейчас, в эпоху господства ТНК и международных банков, функционирующих в единой системе глобальных рынков, закономерности, открытые К.Марксом, следует рассматривать уже в мировом масштабе. Сегодня наряду с существованием индивидуальных, отраслевых (в национальном масштабе), национальных общественных капиталов реальностью стал мировой общественный капитал. И закономерности капиталистического накопления проявляются по-разному в отдельных странах и регионах. Эти различия обусловлены не только колоссальным разрывом в уровне экономического развития отдельных стран, о чем наглядно свидетельствует система, используемая в докладах ПРООН, именуемая Индексом человеческого развития (ИЧП), но и функциональное различие стран мира в процессе глобального общественного воспроизводства (государства ОЭСР эксплуатируют человеческие и природные ресурсы "третьего мира"). На земном шаре сложилась такая система разделения труда и кооперации, которая обеспечивает деятельность ТНК, ими же созданная.

Второе. К.Маркс, писал о законе капиталистического накопления, как принимающего мистический вид закона природы. Он тем самым хотел показать неотвратимость последствий действия закона капиталистического накопления. Однако я убежден, что К.Маркс прекрасно понимал вероятностный характер действия этого закона. В обществе действуют не законы, а закономерности, ибо они подвержены влиянию множества разнонаправленных факторов, носящих подчас случайный характер. Общественные закономерности выражают общую тенденцию развития, которая может иметь различные темпы и проявляться по разному в отдельных сегментах многофакторной и многоуровневой системы, которая является глобальной. Так, например, в отдельных странах того же Евросоюза уровень безработицы относительно низкий (в Люксембурге и Австрии), а в Испании и Греции он превышает 24% (не говоря уже об уровне трудозанятости молодежи; здесь разница почти пятикратная). Тем не менее, как писал К.Маркс, безработица и наличие относительного перенаселения, или промышленной резервной армии, повсеместно находится в равновесии с размерами и энергией накопления. Однако мера этого явления неизбежно различается по странам и регионам мира, что обусловлено совокупностью многочисленных факторов, влияющих на уровень безработицы, который в свою очередь неодинаков для мужчин и женщин, молодежи и лиц старшего возраста.

И когда высоколобые профессора пишут о противоречиях между выводами К.Маркса и реальной жизнью, об устарелости марксова анализа, его ошибочности и несоответствии современному этапу общественного развития, то так и хочется сказать им - не марайте понапрасну, господа, бумагу и займитесь лучше иной деятельностью. А что касается тех критиков, которые выполняют социальный заказ за приличное вознаграждение, то поскольку в науке не принято привлекать к уголовной ответственности за клевету, то остается только надеяться на то, что рано или поздно у этих господ проснется совесть.

Разберем обвинения в адрес открытого К.Марксом закона о капиталистическом накоплении, вытекающего из закона роста органического строения капитала (я в данном случае использую термин "закон", хотя правильнее было бы применять термин "закономерность").

Как пишет в своей статье "От органического - к стоимостному!" (ЭФГ N48, 2012) В.Бирюков, "Генеральный вывод Маркса о неизбежности экономического краха капитализма под бременем растущих внутренних экономических противоречий уже давно выглядит анахронизмом, поскольку живучесть этого экономического строя очевидна и доказана самим фактом ее сохранения вплоть до наших дней, несмотря на потрясения, которые ему приходится испытывать время от времени". Не знаю, что господин В.Бирюков понимает под словом "очевидно", но реальные факты новейшей истории говорят о том, что после Великой Октябрьской революции 1917 года в России человечество стало на путь смены капиталистической формации коммунистической. Даже после краха СССР и ликвидации социализма в странах Восточной и Центральной Европы, социализм продолжает свое победное шествие в Китае, Вьетнаме, на Кубе. Целый ряд стран Латинской Америки заявили о том, что их целью является создание социалистического общества. И когда господин В.Бирюков писал об анахронизме вывода К.Маркса о неизбежности экономического краха капитализма, то он, наверное, имел в виду контрреволюцию в СССР 1991 года. Однако если бы он был настоящим ученым, то должен был бы понимать, что причиной попятного движения России и других республик СССР к капитализму были внутренние противоречия политической системы в Советском Союзе, а не призрачные преимущества капитализма перед социализмом. Ведущие государства капиталистического мира во главе с США воспользовались наличием диктатуры партийно-государственного аппарата в нашей стране во главе с бездарными и амбициозными лидерами, а также стратегическими ошибками в планировании экономики, чтобы подтолкнуть ее к реставрации капитализма, развязав против первого в истории человечества социалистического государства беспрецедентную "холодную" войну, стержнем которой была безумная гонка вооружений.

Следующей широко распространяемой ложью является утверждение о том, что при капитализме не происходит углубления экономических кризисов. Оно также не соответствует действительности. Сейчас в мире свирепствует шестнадцатый по счету мировой кризис. А кризисов локальных, структурных и отраслевых за последнее столетие были сотни. Нынешний глобальный кризис длится уже шестой год (начиная с 2007 года) и конца ему не видно. Этот факт, правда, сквозь зубы вынуждены признавать ведущие политики и экономисты Запада, но только не "актуализатор" марксизма В.Бирюков.

Избитым пропагандистским приемом является утверждение о том, что качество жизни наемных работников при капитализме улучшается, а вывод К.Маркса о том, что "накопление богатства на одном полюсе есть в то же время накопление нищеты, муки труда, рабства, невежества, огрубения и моральной деградации на противоположном полюсе, т.е. на стороне класса, который производит свой собственный продукт как капитал". Спору нет, в большинстве государств ОЭСР уровень жизни многих работников наемного труда по сравнению с девятнадцатым веком возрос, но далеко не всех граждан, о чем свидетельствует хотя бы тот факт, что в США продовольственную помощь получают свыше 45 млн. человек. Фундаментальный факт, подтверждающий правоту К.Маркса о накоплении нищеты, состоит в том, что нищета и голод неразрывно связаны между собой кандалами, которые носят сегодня, по меньшей мере, миллиард людей, или каждый шестой житель Земли. А половина людей планеты не имеют сбалансированного рациона питания, содержащего необходимые вещества, чтобы вести здоровую полноценную жизнь, что, конечно же, сказывается на их физическом и умственном развитии. Что же касается нравственной деградации и снижения уровня образования значительной части населения, то эти явления общеизвестны. Сошлюсь снова на США. Как сообщает Википедия, в рейтинге, составленном Организацией экономического сотрудничества и развития, американская нация по уровню среднего образования занимает 22-е место. Лишь 77% американцев имеют среднее образование. (http://russian.rt.com/article/14324). Растет число функционально безграмотных. Любопытный опрос провели американские социологи. Ученые из Университета Северного Иллинойса и сотрудники телекомпании CBS и газеты New York Times расспрашивали жителей Соединенных Штатов об устройстве мироздания. Результаты опроса шокировали многих: около 55% американцев убеждены, что человек в его нынешнем виде был сотворен Всевышним. 27% поддерживают гипотезу, согласно которой Homo Sapience появился в результате эволюции, однако данный процесс направлялся Богом. И лишь 13% американцев считают, что человек произошел от обезьяны без помощи Провидения. Кроме того, 20% американцев верят, что Солнце вращается вокруг Земли, a 17% опрошенных справедливо считают, что Земля вращается вокруг Солнца, однако убеждены, что полный оборот нашей планеты вокруг Солнца совершается за сутки, а не за год (http://otvet.mail.ru/question/28383638).

Полагаю, что приведенных мной аргументов вполне достаточно, чтобы развенчать миф о несостоятельности закона К.Маркса о капиталистическом накоплении.

Обратимся теперь к еще одному аспекту статьи В.Бирюкова. Откровенно говоря, она, как и большинство произведений "реактулизаторов" марксизма, тем более работающих в МГУ, производит двойственное впечатление. С одной стороны, он вроде поддерживает критику марксистской политической экономии, а с другой стороны, пытается ее реанимировать под своим углом зрения. Ключевой фразой вышеназванной статьи В.Бирюкова является следующая: "Предлагается гипотеза, с помощью которой мы снимаем противоречия между рядом доказанных Марксом законов, сформулированных в "Капитале", и реальной современной экономикой. Тем самым мы получаем возможность вновь реактуализировать отмеченные части "Капитала" и всю эту систему политэкономии капитализма. Суть гипотезы в том, что, по-прежнему опираясь на марксову же методологию исследования капиталистической экономии, системно объяснить отмеченные противоречия, сделав всего лишь еще один шаг в восхождении от абстрактного к конкретному. Этот шаг заключается в переходе от использования органического строения капитала к стоимостному, как более конкретному, более близкому к видимой картине реальной экономики явлению, с помощью которого мы объясняем эту видимую и постоянно меняющуюся картину экономического мира".

В.Бирюков далее заявляет, что хотя К.Маркс сознательно отождествил органическое и стоимостное строение капитала, однако между ними существует различие, и стоимостное строение, по определению, всегда растет медленнее органического. "В наше время, пишет В.Бирюков, - при продолжающемся росте органического строения капитала, стоимостное может и не расти достаточно долгое время, может иногда снижаться при тенденции в целом к его стабилизации". Так ли это на самом деле?

Ответ на этот вопрос мы находим в сборнике статей "КАПИТАЛ" И ЭКОНОМИКС. ВОПРОСЫ МЕТОДОЛОГИИ, ТЕОРИИ и ПРЕПОДАВАНИЯ". Выпуск 5. Под редакцией В.Н. Черковца (МГУ им. М.В. Ломоносова. Экономический факультет. Кафедра политической экономии) в главе 15 "Роль категории "строение капитала" в "Капитале" К.Маркса", написанной В.Бирюковым. Вот объяснение этого феномена, данное автором этой статьи: "Поскольку стоимость товара выражается в денежной форме, цене, а текущие цены, согласно трудовой теории стоимости, колеблются под воздействием спроса и предложения, то можно признать, что состав капитала, измеряемый в текущих, постоянно изменяющихся ценах, выступает и как ценовое строение. Поскольку в теоретическом анализе в "Капитале" предполагается соответствие цен товаров их стоимостям, ценовое строение (отклоняющееся от стоимостного) отдельно не рассматривается" (с.148). Таким образом, разница между органическим строением капитала и стоимостным строением де в отличие от трактовки К.Марксом обусловлена тем, что вместо стоимостной В.Бирюков использует ценовую оценку величины постоянного капитала. В.Бирюков поясняет: "Выделение двух указанных разновидностей строения капитала - стоимостного и ценового - предполагает отражение рассматриваемого явления на двух - разных - ступенях восхождения от абстрактного к конкретному. Стоимостное строение капитала есть более абстрактное понятие, нежели ценовое строение капитала. Как сказано выше, Марксу не пришлось разделять, отделять эти два вида строения друг от друга в силу предпосылки совпадения стоимостей и цен. Это допущение сохранялось на протяжении первых двух томов "Капитала". В начале третьего тома место стоимости как глубинной основы цен занимает цена производства. И только после этого Маркс приступает к исследованию рыночных цен как чего-то отличного от стоимостей и цен производства, как конкретного и статистически измеряемого проявления стоимости (и цены производства)" (с.149). И еще он добавляет: "На стоимостное строение капитала влияет множество факторов. Из них отметим следующие: техническое строение капитала, стоимости и цены на средства производства и на рабочую силу, скорость оборота основного капитала (к которому относятся средства труда) и скорость оборотного капитала (к которому относятся предметы труда и рабочая сила). Если отвлечься от всех факторов, в совокупности формирующих видимую картину изменения ценового строения капитала, за исключением технического состава капитала, то такая разновидность стоимостного (ценового) строения капитала названа Марксом органическим строением капитала. Этим самым в органическом строении выделяется из всей совокупности факторов, формирующих видимую ценовую картину стоимостного (ценового) строения капитала лишь один фактор, главный фактор - техническое строение. Несмотря на то, что тем самым органическое строение капитала не более чем абстракция (ведь такого строения в чистом виде, измеряемом статистикой, в реальности существовать не может, хотя как преходящий, единичный момент, случайно органическое строение может совпасть со своей сущностью - техническим строением), она позволяет хотя бы так показать статистически измеряемую динамику технического строения капитала" (с.149).

Переход В.Бирюковым от стоимостной оценки строения капитала к ценовой оценке методологически вполне оправдан и, кстати, обусловлен всей логикой третьего тома "Капитала", в котором рассматриваются превращенные формы стоимости. Введение ценовой оценки строения капитала позволяет исследовать процессы, наблюдаемые и измеряемые на поверхности явлений в капиталистической экономике. И В.Бирюкову не стоило применять термин "гипотеза", когда он писал о ценовой оценке строения капитала, ибо К.Маркс об этом написал черным по белому в начале девятой главы третьего тома "Капитала": "Органическое строение капитала зависит в каждый данный момент от двух обстоятельств: во-первых, от технического отношения между применяемой рабочей силой и массой применяемых средств производства; во-вторых, от цены этих средств производства" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-ое изд. т.25. часть I. с. 168).

Действительно, применение более совершенных машин и технологий обусловливает рост массы средств производства, приходящихся на каждого рабочего, т.е. растет его энерго-и фондовооруженность. То же самое число рабочих начинает перерабатывать большее количество сырья и производить возросшую массу товаров, следовательно, увеличивается производительность труда. Таким образом, происходит рост технического строения капитала, в результате чего доля постоянного капитала растёт, а доля переменного капитала падает. Так, например, стоимостное строение капитала в обрабатывающей промышленности США изменилось следующим образом: на одну единицу переменного капитала приходилось постоянного капитала в 1899 году 5,5 единицы, в 1929 году -- 6,7, в 1966 году -- 8 единиц.

Показатель капиталовооружённости труда в течение длительного исторического периода развития капитализма постоянно возрастал, однако в двадцатом веке его рост резко замедлился. Так, с 1869 года по 1919 год капиталовооружённость труда в обрабатывающей промышленности США возросла более чем в 4 раза, а с 1919 до начала 70-х гг. -- всего на 55%. Замедление темпов роста капиталовооружённости труда объясняется, прежде всего, тем, что научно-техническая революция создает условия для относительного удешевления единицы производственной мощности оборудования, а также для уменьшения доли пассивных элементов основного капитала (производственных зданий и сооружений). На замедление роста технического строения капитала влияет также уменьшение материалоёмкости продукции благодаря более эффективному использованию сырья, полуфабрикатов и пр. материалов, а также энергии.

Таким образом, вследствие роста производительности труда в машиностроении, добывающей промышленности и иных отраслях, производящих средства производства, стоимость последних снижается. Поэтому стоимость постоянного капитала растёт в меньшей мере, чем увеличивается масса средств производства, в которых он воплощён. Количество металла, потребляемого на машиностроительном заводе, может, например, возрасти вдвое, а его общая стоимость -- значительно меньше, например в 1,5 раза. Стоимость рабочей силы также не остаётся неизменной. Вследствие этого степень изменения величины переменного капитала не всегда совпадает с изменениями численности нанимаемых рабочих.

Словом, стоимостное (и ценовое) строение капитала могут изменяться (уменьшаться или расти), несмотря на то, что его техническое строение осталось прежним, так как цены средств производства и рабочей силы отклоняются в ту или иную сторону от их стоимости.

Динамика соотношения постоянного капитала и годового фонда заработной платы в обрабатывающей промышленности США, показывает, что если в девятнадцатом веке наблюдался устойчивый рост органического состава капитала, то в двадцатом веке проявляется тенденция к стабильности, а временами даже к снижению его (это соотношение составляло: в 1879 году -- 2,38, 1899 году -- 3,62, 1919 году -- 4,12, 1929 году -- 3,67, 1937 году -- 3,51, 1948 году -- 2,49, 1953 году -- 2,36).

Сделав (вслед за К.Марксом) верный шаг в исследовании политической экономии капитализма, В.Бирюков, не приводя никаких аргументов, как это вообще свойственно "реактулизаторам" марксизма, использовал свою гипотезу для оправдания ложных выводов о закономерностях развития капиталистической системы. В вышеназванной статье, опубликованной в ЭФГ, он пишет: "Из сказанного следует, что методология Маркса и его революционных последователей в определении исторических судеб капитализма оказалась менее верной, чем реформистов и марксовых абсолютных идеологических противников в экономической теории - неоклассиков, опиравшихся не на материалистическую диалектику, а на позитивизм и прагматизм, оказавшихся более точными в определении судеб капитализма". Словом, В.Бирюков доактуализировался до отрицания марксизма. Он, как В.Петров, правда, не обращался к М.Туган-Барановскому, а напрасно, ибо их выводы полностью совпадают: "...Капиталистическое хозяйство не подвергается опасности крушения даже при огромном абсолютном сокращении народного потребления. Неизбежность крушения капиталистического способа производства вследствие недостаточности рынка - этот символ веры не только "ортодоксов", но, по-видимому, и некоторых "ревизионистов" - оказывается чистейшей фикцией. Капиталистическая оболочка современного общества не рискует лопнуть даже при таких условиях, которые, по-видимому, противоречат всем естественным задачам хозяйства" (Туган-Барановский М.И. "Периодические промышленные кризисы". М., 1997. с. 263. См. также: Физиократы. Избранные экономические произведения. с. 918).

6.3. О законе тенденции нормы прибыли к понижению

Выдающийся исследователь истории экономической науки и критик "Капитала" М.Блауг посвятил целый параграф своей монографии "Экономическая мысль в ретроспективе" (Академия народного хозяйства при правительстве Российской федерации. Москва. Дело ЛДТ.1994) закону тенденции нормы прибыли к понижению. Однако перед тем как изложить точку зрения М.Блауга по этому закону, я не могу не привести его общую оценку творчества К.Маркса, данную им в упомянутой монографии: "В своей ипостаси экономиста Маркс продолжает жить и все еще актуален как ни один из авторов<...>Маркс подвергался переоценке, пересматривался, опровергался, его хоронили тысячекратно, но он сопротивляется всякий раз, когда его пытаются отослать в интеллектуальное прошлое<...>Чтобы ни думали о конечной обоснованности (validity) марксизма, надо иметь довольно слабые умственные способности, чтобы не увлечься героической попыткой Маркса дать обобщенное и систематизированное толкование "законов движения" капитализма" (с.207).

Эмпирически установленный уже в учениях классической политической экономии, рассматриваемый в данном параграфе закон получил новую теоретическую интерпретацию в трудах К.Маркса. Закон тенденции нормы прибыли к понижению рассмотрен им в третьем томе "Капитала", который был подготовлен к изданию Ф.Энгельсом уже после кончины К.Маркса. Как отмечает в своей работе "Закон тенденции нормы прибыли к понижению: философско-методологический очерк" К.Сорвин, "С момента выхода в свет третий том "Капитала" занял совершенно особое место в научном наследии Маркса. Если первый том этого произведения был встречен "заговором молчания", то прямо противоположным был прием, оказанный третьему тому: трудно найти такое направление не только в экономической, но и в социально-философской мысли того времени, представители которого не сочли бы своим долгом высказаться по поводу данного произведения. Причина такого внимания понятна: по замыслу автора, данный том венчал собой теоретическую систему "Капитала", и соответственно в его рамках должны были получить разрешение основные проблемы, приведшие к кризису классическую школу политической экономии. В первую очередь, к таковым относились проблемы средней нормы прибыли, цен производства и рентных отношений, которые весьма плохо совмещались с аксиоматикой трудовой стоимости. Соответственно, критики, обращаясь к третьему тому, стремились показать методологическую и теоретическую несостоятельность предложенных в нем решений, сторонники и апологеты - напротив, обосновывали их как истинные и единственно возможные" (http://cat.convdocs.org/docs/index-169267.html). Кстати, в данном очерке К.Сорвин рассматривает вопрос о самоуничтожении капитала ("Пределом капитала является сам капитал") с точки зрения философии Канта, Гегеля и Бодрийяра.

Как оценивал значение третьего тома "Капитала" М.Блауг? Разрешение "большого противоречия" в учении К.Маркса, считал М.Блауг, дается именно в третьем томе "Капитала", в котором он превращает "ценности" (для него синоним "стоимости") в цены. Цитирую М.Блауга: "Так называемая проблема превращения форм заслуживает внимательного рассмотрения, впрочем, не ради самой проблемы, а потому, что здесь налицо первая и единственная в истории экономической мысли попытка довести трудовую теорию стоимости до ее логического завершения (подчеркнуто мной - ВП). Данный раздел не прост для понимания: он подобен составной картинке-загадке. Но никто не сможет осилить сей tour de force, т.е. теорию прибавочной ценности, без того, чтобы не взять на себя труд разложить головоломку на ее составные части" (цит. изд. с.210).

Однако перед тем как следовать дальше, как и в предыдущем параграфе, нам необходимо ознакомиться с соображениями самого К.Маркса по поводу данного феномена в оригинале. Он писал: "Отношение прибавочной стоимости к переменному капиталу называется нормой прибавочной стоимости; отношение прибавочной стоимости ко всему капиталу называется нормой прибыли. Это - два различных измерения одной и той же величины, которые вследствие различия масштаба выражают различные пропорции или отношения одной и той же величины" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-ое изд. т.25. часть I. с. 50). Далее К.Маркс пишет: "Прибавочная стоимость и норма прибавочной стоимости есть нечто относительно невидимое, несущественное, подлежащее раскрытию путем исследования, между тем как норма прибыли, а потому такая форма прибавочной стоимости, как прибыль, обнаруживается на поверхности явлений<...>Производство прибавочной стоимости, как и стоимости вообще, приобретает в процессе обращения, как показано раньше, новые определения; капитал проходит круг своих превращений; наконец, из своей, так сказать, внутренней органической жизни он вступает в отношения внешней жизни, в отношения, где противостоят друг другу не капитал и труд, а, с одной стороны, капитал и капитал, с другой стороны, индивидуумы, опять-таки просто как покупатели и продавцы; время обращения и рабочее время перекрещиваются на своем пути, и таким образом кажется, будто и то и другое одинаково определяют прибавочную стоимость; та первоначальная форма, в которой противостоят друг другу капитал и наемный труд, замаскировывается вмешательством таких отношений, которые кажутся независимыми от нее; сама прибавочная стоимость представляется не продуктом присвоения рабочего времени, а избытком продажной цены товара над издержками производства, благодаря чему эти последние легко могут показаться его действительной стоимостью (valeur intrinse`que), так что прибыль кажется избытком продажной цены товаров над их имманентной стоимостью" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-ое изд. т.25. часть I. с. 51).

Исследованию закона тенденции нормы прибыли к понижению в "Капитале" предшествует рассмотрение проблемы превращения прибыли в среднюю прибыль. Это означает, что мы должны исследовать уже вторую ступень превращения прибавочной стоимости на поверхности капиталистической системы. На первой ступени превращения стоимость принимает форму издержек производства, а прибавочная стоимость - форму прибыли. На второй ступени превращения стоимость приобретает форму цены производства, а прибыль - форму средней прибыли.

Рассуждая о "большом противоречии", о котором упомянул М.Блауг, К.Маркс далее писал: "...в разных отраслях промышленности господствуют различные нормы прибыли, соответствующие различию в органическом строении капиталов и в известных пределах - различиям времени оборота; поэтому даже при равной норме прибавочной стоимости только по отношению к капиталам одинакового органического строения - если предположить равное время оборота, сохраняет силу закон (в общей тенденции), согласно которому прибыли относятся между собой, как величины капиталов и, следовательно, равновеликие капиталы в равные промежутки времени дают равновеликие прибыли. Развитые нами соображения покоятся на той основе, которая до сих пор была основой всего нашего исследования, - что товары продаются по их стоимостям. С другой стороны, не подлежит никакому сомнению, что в действительности, если оставить в стороне несущественные случайные и взаимно уничтожающиеся различия, в разных отраслях промышленности не существует различия между средними нормами прибыли, да и не может существовать без разрушения всей системы капиталистического производства. Таким образом кажется, будто теория стоимости не согласуется с действительным движением, не согласуется с действительными явлениями производства, и что поэтому приходится вообще отказаться от надежды понять эти последние" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-ое изд. т.25. часть I. с. 166-167). Вот так К.Маркс характеризовал существующее противоречие, которое не смогли разрешить ни А.Смит, ни Д.Рикардо.

Краткое разъяснение способа разрешения этого "большого противоречия" К.Маркс дает уже в самом конце восьмой главы: "Издержки производства в различных отраслях при равновеликих затратах капитала одни и те же, как бы ни были различны между собой произведенные стоимости и прибавочные стоимости. Это равенство издержек производства образует базис капиталистической конкуренции, посредством которой устанавливается средняя прибыль" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-ое изд. т.25. часть I. с.167).

В девятой главе третьего тома "Капитала" за основу исследования К.Марксом берется уже не индивидуальный, а общественный капитал, а причиной образования средней прибыли и цены производства К.Маркс, называет конкуренцию между капиталистами. Эта конкуренция двух видов: первый - между капиталами внутри каждой сферы производства, вторая - между капиталами разных сфер производства. При этом К.Маркс замечает, "Что осуществляет конкуренция, прежде всего в одной сфере производства, так это - установление одинаковой рыночной стоимости и рыночной цены из различных индивидуальных стоимостей товаров, но только конкуренция капиталов в различных отраслях производства создает цену производства, которая выравнивает нормы прибыли различных отраслей" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-ое изд. т.25. часть I. с.197).

Специфика средней нормы прибыли состоит в том, что прибыль отдельно взятого капиталиста может быть больше или меньше производимой у него прибавочной стоимости. Прибыль же группы капиталистов, причастных к производству данного вида товара, уже является уравновешенной (отставание прибыли у одного капиталиста уравновешивается избытком ее у другого капиталиста, но, конечно же, не с математической точностью). Рыночные же цены колеблются вокруг цен производства (а не вокруг стоимостей), которые, по выражению К.Маркса, являются "центром тяготения", "вокруг которого колеблются ежедневные рыночные цены и по которому эти цены выравниваются в течение определенных периодов" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-ое изд. т.25. часть I. с.196).

К.Маркс неоднократно подчеркивает, что открытые им законы проявляются в виде тенденции, которая определяется силой конкуренции, как между капиталистами, так и между рабочими, соответственно на рынках капитала, товаров и труда.

Таким образом, К.Маркс раскрыл суть существовавшего "большого противоречия", увязав трудовую теорию стоимости с реальной рыночной конъюнктурой. Приведу еще одну выдержку из десятой главы третьего тома "Капитала", в которой сконцентрирована суть процесса выравнивания общей нормы прибыли посредством конкуренции: "Конкуренция так распределяет общественный капитал между различными сферами производства, что цены производства в каждой сфере складываются по образцу цен производства в сферах среднего строения, т.е. = k+kp╢ (издержки производства плюс произведение издержек производства на среднюю норму прибыли" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-ое изд. т.25. часть I. с.189).

Итак, мы вплотную подошли к рассмотрению закона тенденции нормы прибыли к понижению.

К.Маркс следующим образом характеризует содержание этого закона: "...прогрессирующее относительное уменьшение переменного капитала по сравнению с постоянным, и, следовательно со всем капиталом тождественно с прогрессирующим повышением среднего органического строения общественного капитала. Это является также иным выражением прогрессирующего развития общественной производительности труда, которое сказывается именно в том, что посредством возрастающего применения машин и вообще основного капитала при том же количестве рабочих в такое же время, т.е. с меньшим трудом, превращается в продукты большее количество сырья и вспомогательных материалов" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-ое изд. т.25. часть I. с.232). Возрастание же постоянного капитала по сравнению с переменным капиталом приводит к понижению общей нормы прибыли при неизменяющейся норме прибавочной стоимости. Словом, одни и те же причины вызывают и рост капиталов, и падение нормы прибыли, а также расширение производства и удешевление товаров. Все эти явления представляют собой, как уже обратил внимание читатель, составные моменты капиталистического накопления. Рост капиталов и падение нормы прибыли являются двумя сторонами одного и того же процесса производства прибавочной стоимости, включающего в себя и накопление, и изменение органического строения капитала. Отмечающееся падение нормы прибыли, обусловленное повышением органического строения капитала, сопровождается увеличением массы прибыли. Налицо - противоречие. Это противоречие вытекает из противоречивости закона капиталистического накопления. Все дело в том, что норма прибыли падает в силу того, что овеществленный труд, выраженный в постоянном капитале, растет быстрее живого труда, представленного в переменном капитале. А масса прибыли растет потому, что абсолютно растет масса эксплуатируемого живого труда.

В то же время, К.Маркс, будучи истинным ученым, отмечает шесть причин, противодействующих, ослабляющих и даже парализующих действие общего закона, придавая ему характер лишь тенденции. Эти причины им исследуются в главе четырнадцатой третьего тома "Капитала". Сначала перечислим их, а затем рассмотрим каждую из них подробнее. Эти шесть причин следующие:

1.Повышение степени эксплуатации труда.

2.Понижение заработной платы ниже стоимости рабочей силы.

3.Удешевление элементов постоянного капитала.

4.Относительное перенаселение.

5.Внешняя торговля.

6.Увеличение акционерного капитала.

Повышение степени эксплуатации труда может проявляться в различных формах: удлинении рабочего дня, повышении интенсивности труда, применении детского и женского труда. Все эти формы применяются капиталом в современном мире дифференцированно, в зависимости от развитости экономики в той или иной стране. Как правило, эти формы в значительных масштабах используются в слаборазвитых странах.

Понижение заработной платы ниже стоимости рабочей силы также характерно для стран с отсталой экономикой. ТНК стремятся размещать свои предприятия в тех странах, где труд оплачивается значительно ниже, чем в развитых западных странах, относящихся к ОЭСР.

Удешевление элементов постоянного капитала. Механизм действия этого фактора заключается в том, что в силу роста производительности труда техническое строение капитала повышается гораздо значительнее, чем его стоимостное строение. Удешевление элементов постоянного капитала не повышает норму прибыли, а лишь сдерживает ее падение. Однако могут быть исключения из этого правила. Норма прибыли может повышаться в том случае, когда масса элементов постоянного капитала увеличивается, а стоимость его понижается, а также тогда, когда рыночная цена этих элементов спускается значительно ниже их стоимости (например, в период кризисов).

Относительное перенаселение давит на заработную плату в сторону понижения, а также содействует падению ниже стоимости рабочей силы (при массовой безработице). Этот фактор может срабатывать и в случае значительного притока иммигрантов (в основном нелегальных), что довольно типично для современной глобальной капиталистической экономики.

Внешняя торговля. Этот фактор имеет огромное значение, особенно в глобализирующемся мире. Внешняя торговля поставляет Западу из периферийных стран более дешевые товары, в частности сырье, материалы, а также предметы широкого потребления, что позволяет снизить стоимость рабочей силы. Более развитые страны, закупая у третьих стран более дешевое сырье, продают им по завышенным ценам машины и оборудование, а также ряд товаров, например, медикаменты. Таким образом, добавочная стоимость, получаемая от внешней торговли, от разницы цен, идет на пользу ТНК развитых стран. Дополнительную прибыль приносят также инвестиции в менее развитые страны.

Увеличение акционерного капитала. Как пишет Д.Розенберг, "роль этого противодействующего фактора - отрицательного порядка. Акционерный капитал доставляет акционерам не среднюю прибыль, а лишь более высокий процент, так называемый дивиденд. Роль увеличения акционерного капитала в качестве противодействующего фактора сводится к тому, что из участия в уравнении средней нормы прибыли выходят ряд предприятий и даже целые отрасли. Притом это такие предприятия и отрасли народного хозяйства, в которых имеет место наиболее высокое органическое строение капитала (например, железные дороги). Следовательно, их неучастие в уравнении общей нормы прибыли означает, что ими не привлекается прибавочная стоимость из отраслей с капиталами более низкого строения" (Д.Розенберг "Комментарии к "Капиталу" К.Маркса". М.: "Экономика". 1983. с.576).

Однако К.Маркс на этом не остановился. Он исследует взаимосвязь закона тенденции нормы прибыли к понижению с другими процессами в капиталистической экономике. Так, он указывает на тесную и противоречивую взаимосвязь между стремлением капитала к расширению рынка и вытекающими отсюда последствиями. Рыночная стихия со всеми ее подчас непредсказуемыми колебаниями заставляет то суживать производство, то позволяет его расширять. Это значит, что рынок, определяемый характером капиталистического производства, выступает как относительно независимая от последнего и господствующая над ним сила. Говоря иначе, примат производства над обращением выступает в превращенном виде как примат обращения над производством. Как отмечал К.Маркс, "Внутреннее противоречие стремится найти себе разрешение в расширении внешнего поля производства. Но чем больше развивается производительная сила, тем более приходит она в противоречие с узким основанием, на котором покоятся отношения потребления" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-ое изд. т.25. часть I. с.268). Это противоречие лежит в основе экономических кризисов, периодически сотрясающих капиталистическую экономику.

Еще один феномен, имеющий огромное значение в развитии капиталистической глобальной экономики, состоит в том, что рост массы прибыли компенсирует потерю в норме прибыли лишь крупным и крупнейшим капиталам, что неизбежно приводит к централизации капитала, экспроприации мелких и средних капиталистов, образованию ТНК.

К.Маркс исследует также последствия перепроизводства производительного капитала. Они заключаются, в частности, в возникновении обилия денежного капитала. Как отмечает Д.Розенберг, "новый капитал или освободившийся капитал, присоединяясь в судной форме к крупным функционирующим промышленным капиталам, усиливает их позицию в конкурентной борьбе с другими капиталами. Последние либо частично, либо полностью вытесняются, но это вытеснение происходит через перепроизводство товаров, с одной стороны, и недогрузку производственного аппарата - с другой<...>являясь результатом перепроизводства производительного и товарного капитала, излишний денежный капитал в свою очередь содействует этому перепроизводству" (Д.Розенберг "Комментарии к "Капиталу" К.Маркса". М.: "Экономика". 1983. с.583).

Итак, мы конспективно раскрыли позицию К.Маркса в отношении закона тенденции нормы прибыли к понижению. Подводя итог, следует заметить, что проявления этого закона в силу многочисленных, порой противоположных по воздействию на функционирование капитала факторов, в различные период времени и в различных странах проявляется неодинаково, в чем мы могли убедиться, анализируя природу глобализации и современных экономических кризисов.

Рассмотрим теперь некоторые критические замечания, а также различные соображения по поводу содержания данного закона.

Так, в Википедии отмечается, что "в процессе технического оснащения производства увеличиваются<...>в весе такие виды работ, как планирование, охрана, управление, то есть работы, которые невозможно однозначно приписать к конечному продукту, уменьшают в производственном процессе долю собственно работ наемных работников по изготовлению конечного продукта, которые единственно и создают прибавочную стоимость. Это значит, что модернизация, имеющая целью повысить прибавочную стоимость, имеет тенденцию наоборот иссушать источник прибавочной стоимости"(ttp://ru.wikipedia.org/wiki/Тенденция_нормы_прибыли_к_понижению_(марксизм). В вышеприведенной цитате приведено ошибочное утверждение, что работники, занятые планированием, охраной, управлением на том или ином капиталистическом предприятии, не относятся к числу наемных работников, участвующих в создании прибавочной стоимости. В связи с развитием инфотехнологий и автоматизацией производства удельный вес работников, занятых планированием и управлением, неуклонно возрастает, и неоправданное исключение их из состава работников наемного труда, эксплуатируемых капиталистами, приводит к ошибочному выводу об уменьшении не только прибавочной стоимости, но соответственно и прибыли, что противоречит действительности. Речь, естественно, не идет о топ-менеджерах, а только о рядовых работниках, занятых на предприятии управленческими функциями, и получающими от капиталиста обычную заработную плату, а не доход в форме определенной доли в прибыли.

И еще одно массовое явление, которое в современном обществе набирает силу. В виду угрожающего падения нормы прибыли капиталисты инвестируют все больше средств в технологию продаж, рекламу и т. п. С точки зрения отдельного капиталиста это оправданно, но для экономики вообще это представляет собой неоправданное бремя.

В XX веке усилилась борьба профсоюзов за права наемных работников. В ряде стран даже действует система социального партнерства, или система т.н. "треугольника" (правительство, профсоюзы, работодатели), между которыми каждый год заключаются коллективные общенациональные договора по вопросам, касающимся социального положения наемных работников. Профсоюзы борются за производственно ориентированную тарифную политику, так что капиталисты в конкурентной борьбе часть возросшей производительности труда вынуждены направлять на рост зарплаты. Итогом этой борьбы профсоюзов нередко является поддержание на соответствующем уровне заработной платы наемных работников, что является одним из факторов, влияющих на норму прибыли.

Идеологические противники марксизма и некоторые ретивые "реактуализаторы" учения К.Маркса голословно утверждают, что действительность не подтверждает истинности закона тенденции нормы прибыли к понижению, причем, не сопровождая свой вывод ни аргументами, ни фактами. А факты - упрямая вещь. Достаточно обратиться к надежным источникам информации, как все домыслы критиков этого закона обращаются в прах. Я имею в виду такие публикации, как "Средняя норма прибыли по некоторым странам 1950--2000". Robert Brenner "THE ECONOMICS OF GLOBAL TURBULENCE"; "Норма прибыли американских корпораций 1948--2005" Публичные лекции доктора Мюррей Смит Brock University in St. Catharines, Ontario on 12 November 2008; "Норма прибыли в коммерческом секторе США 1929--2003". NIPA DATA; Графики по норме прибыли 1947--1987 в статье С.Одинцова "Кардиограмма капитализма", опубликованная в мае 1993 года в малотиражной российской газете "Контраргументы и факты" (http://markcist.livejournal.com/7060.html?thread=155540). В названной статье С.Одинцов, в частности, пишет: "...следствием падения нормы прибыли стало явление одновременного роста инфляции и безработицы, получившее название стагфляции и вызвавшее серьезный кризис кейнсианской концепции регулирования рынка. Дело в том, что кейнсианская модель регулирования экономики основана на обратной зависимости между инфляцией и безработицей, позволяющей путем поочередного провоцирования то одного, то другого добиваться вывода экономики на оптимальный режим, при котором инфляция и безработица минимальны. Стагфляция уничтожила такую возможность. В результате, как отмечают известные экономисты Дж. Сакс и Ф. Ларрен, "в 70-х годах картина экономической жизни стала более мрачной, и вера в экономическое учение Кейнса начала убывать. Многие страны столкнулись со стагфляцией - сочетанием инфляции и стагнации экономики (последняя означает низкие или отрицательные темпы роста в совокупности с высокой безработицей)" (Сакс Дж. Д., Ларрен Ф.Б. Макроэкономика. Глобальный подход: Пер. с англ. - М., Дело, 1996, стр.33)".

По мнению Р. Бреннера, Ж. Дюмениля, Д. Леви и др., тенденция нормы прибыли к понижению была реальностью на протяжении второй половины XX в., в частности в США с 1950-х до 1980-1990-х годов примерно в 1, 5-2 раза по разным секторам экономики и что значительная часть предпринимателей оказывалась на грани банкротства или банкротится.

И еще одно массовое явление, способствующее снижению нормы прибыли к понижению, о чем сообщает Л.Крылова. Речь идет о том, что капиталистическая форма производства делает излишней часть производительных сил, которая не может быть использована как средство эксплуатации, обеспечивающее определённую норму прибыли, определённую степень возрастания капитала. По данным Пенсильванского университета (США), степень использования производственных мощностей в 1972 составляла: в Италии -- 76%, в США -- 78%, в ФРГ и Великобритании -- по 84%. В целом по развитым капиталистическим странам производственный аппарат был недогружен в среднем на 19,6%. Это значит, что промышленностью было произведено продукции на 137 млрд. долларов (в ценах 1963) меньше, чем могло быть произведено.

В то же время в настоящее время действуют факторы, в различной форме и с разной степенью интенсивности препятствовавшие понижению нормы прибыли при домонополистическом капитализме, с господством монополий усиливаются и дополняются новыми: превращение добавочной прибыли в постоянную монополистическую сверхприбыль; гигантский рост применяемых монополиями капиталов и соответственное увеличение массы прибыли; возросшие возможности монополий в снижении издержек производства, в том числе за счёт удешевления элементов постоянного капитала путём установления монопольно низких цен на электроэнергию, сырьё в своих странах и в обмене со слаборазвитыми странами; широкое использование амортизационных отчислений в качестве источника расширения производства вместо капитализации прибавочной стоимости и на этой основе возрастание массы прибыли независимо от нормы прибыли и нормы накопления; получение военными концернами сверхприбылей за счёт милитаризации экономики; использование достижений научно-технического прогресса для усиления эксплуатации посредством интенсификации труда (Л. Крылова.http://slovari.yandex.ru/~книги/БСЭ/Тенденции%20нормы%20прибыли%20к%20понижению%20закон/).

И К.Маркс трижды был прав, когда писал, что "пределы, в которых только и может совершаться сохранение и увеличение стоимости капитала, основывающееся на экспроприации и обеднении массы производителей, эти пределы впадают постоянно в противоречие с теми методами производства, которые капитал вынужден применять для достижения своей цели и которые служат безграничному расширению производства, производству как самоцели, безусловному развитию общественных производительных сил труда. Средство -- безграничное развитие общественных производительных сил -- вступает в постоянный конфликт с ограниченной целью -- увеличением стоимости существующего капитала" (К. Маркс, Ф. Энгельс, Собр. соч., изд. 2, т. 25, ч. 1, с. 274).

Это суждение К. Маркса о постоянном противоречии между целью капиталистического производства и методами её достижения с исключительной глубиной характеризует неразрешимые противоречия капитализма.

Закон тенденции нормы прибыли к понижению более конкретно, чем закон прибавочной стоимости и всеобщий закон капиталистического накопления, выражает глубокие противоречия капиталистического способа производства как особой общественной формации, в рамках которой происходит развитие производительных сил. Прибавочная стоимость является не только стимулом, но и границей капиталистического производства. Но в движении нормы прибыли мы находим более конкретные определения границ капиталистического производства.

Всеобщий закон капиталистического накопления показывает, как внутренние противоречия капитализма обнаруживаются в росте богатства на одном полюсе и росте нищеты на другом. Теперь мы видим, что самый рост богатства внутренне противоречив, что растущая масса прибыли выражается в уменьшающейся норме прибыли, что воспроизводство богатства как накопление капитала содержит противоречия, разрешение которых на базе капитализма, вместе с тем означает их воспроизводство на расширенной основе. В этих конкретных формах проявляется основное противоречие капитализма -- противоречие между общественным характером производства и капиталистической формой присвоения.

В погоне за повышением нормы прибыли капиталисты устремляются с капиталами в экономически слаборазвитые страны, где техническая вооруженность труда намного ниже, органическое строение капитала ниже, а стало быть, норма прибыли выше, чем в развитых капиталистических странах. Получаемая в этом случае прибыль вывозится в развитые страны и участвует в повышении здесь средней (общей) нормы прибыли. Все это обостряет противоречия между эксплуатируемыми экономически слаборазвитыми странами, с одной стороны, и промышленно развитыми капиталистическими странами -- с другой. Таким образом, указанный закон обнаруживает внутреннюю противоречивость капиталистического способа производства (см.http://economics.pp.ua/zakon-tendentsii-normy-pribyli-k-ponizheniyu.html).

Мне представляется, что интересную мысль, заслуживающую более глубокого изучения, высказал В.Красиков. Вот выдержка из опубликованного им на сайте "Альтернатив"(http://www.alternativy.ru/ru/node/982#comment-8457) текста, в котором он утверждает, что в современной экономике существует еще один механизм, влияющий на норму прибыли; "это - повышение качества продукта, даже с некоторым удорожанием. По сути - это непрерывная смена продукта. И здесь опять приходится "отойти от Маркса". Приходится посмотреть правде в глаза: покупатель приходит на рынок не за чужими трудозатратами, а за полезностью. ТТС никуда не делась, она четко ограничивает цену "снизу", но "верх" подвержен множеству факторов, где ожидаемая полезность (истинная или фиктивная - например, мода) на первом месте. Совершенно очевидно, что покупатель не признает цену выше полезности, и это создает верхнюю границу цены. Конкретную цену определит спрос-предложение<...>понятие потребительной стоимости не я придумал, и любой покупатель на рынке всегда прикидывает соотношение цена-качество разных товаров, выбирая по-себе. В цикле потребительной стоимости разрыв между стоимостью-затратами и стоимостью-полезностью много шире, чем в цикле стоимости. И потому цена "прижата" не к минимуму (затратам), а к "верху" интервала - особенно при обновлении продукта".

И теперь настало самое время вернуться к оценке М.Блаугом закона тенденции нормы прибыли к понижению.

Еще в самом начале раздела о марксизме, где М.Блауг рассуждает о "большом противоречии" в политэкономической теории К.Маркса, он пишет: "Принимая во внимание тот факт, что в реальном мире существуют значительные различия в показателе капиталовооруженности на одного рабочего, видимо, надо было бы отказаться от трудовой теории ценности как теории относительных цен: давление, под воздействием которого выравнивается норма прибыли, неизбежно приводит к возникновению различий в норме прибавочной ценности между отраслями. Это и есть как раз то, что мы должны были ожидать: разве прибыль в расчете на одного работника не есть функция производительности этого работника, которая, в свою очередь, выше там, где выше средняя капиталовооруженнность рабочего? Но если величина трудовой ценности не соответствует ценам из-за колебаний показателя s от одного продукта к другому, тогда следует отказаться и от теории прибавочной ценности. На величину прибавочной ценности, произведенной рабочим, очевидно, оказывает влияние сумма капитала, которым оснащен этот рабочий: прибавочная ценность не просто "экспроприированный труд". Но Маркс, конечно же, не отказывается от допущения, что прибыль зависит только от количества затраченного человеческого труда; величина ? должна быть одинаковой во всех отраслях независимо от фактических колебаний в соотношении капитал-труд, а также от того факта, что прибыль на единицу совокупного капитала имеет тенденцию к выравниванию. Решение проблемы дается в третьем томе "Капитала", в котором Маркс превращает "ценности" в цены" (цит. изд. с.210).

Сначала необходимо сделать некоторые пояснения в отношении символов и терминов, которыми пользуется М.Блауг. Символ s - это прибавочная стоимость (ценность - по М.Блаугу). Символ ? - это норма прибавочной стоимости (ценности).

М.Блауг вновь подчеркивает, что разрешение "большого противоречия" дается в третьем томе "Капитала" и он вновь подчеркивает, что налицо первая и единственная в истории экономической мысли попытка довести теорию трудовой стоимости до ее логического завершения. Что же касается доводов М.Блауга, то с марксистской точки зрения его утверждение о том, что прибавочная ценность не просто "экспроприированный труд", а зависит от фондовооруженности рабочего, глубоко ошибочно. Величина прибавочной стоимости, создаваемая одним работником наемного труда, зависит от продолжительности его рабочего дня, его квалификации и интенсивности трудового процесса. Еще раз повторю, что падение средней нормы прибыли тесно связано с процессом накопления капитала и норма прибыли падает в силу того, что овеществленный труд, выраженный в постоянном капитале, растет быстрее живого труда, представленного в переменном капитале. Мы в дальнейшем к этому ошибочному выводу М.Блауга будем еще раз вынуждены вернуться, а пока продолжим изложение его позиции по рассматриваемой проблеме.

М.Блауг пишет: "Рассмотрение знаменитого закона снижения нормы прибыли мы начнем с напоминания о том, что норма прибыли r изменяется обратно пропорционально органическому строению капитала q и прямо пропорционально норме прибавочной стоимости ?:

....s ?

r = --------------- = ---------- " (цит. изд. с.227).

C + v ..... q + 1

Пояснение: М.Блауг применяет символы Q и q для обозначения органического строения капитала.

Выражение r=?/Q, согласно версии М.Блауга, выражает закон, по которому норма прибыли на капитал должна падать по мере роста механизации в отрасли.

И дальше мы вновь сталкиваемся с неверной интерпретацией М.Блаугом, соотношения роста производительности труда и заработной платы, которая, по его мнению, должна увеличиваться по мере роста производительности труда в силу увеличения фондовооруженности труда. Этот свой вывод и заодно обвинение в адрес К.Маркса М.Блауг аргументирует следующим образом: "Сделав вывод о том, что ставка заработной платы увеличивается лишь незначительно (если это вообще происходит) в процессе накопления капитала, в то время как научно-технический прогресс вызывает непрерывный рост запасов оборудования в расчете на одного рабочего, Маркс полагал очевидным тот факт, что Q должно проявлять тенденцию к непрерывному росту. Верно, что это не приведет к уменьшению r, если скорость, с которой возрастает ?, превосходит темпы роста Q. И так как механизация увеличивает производительность труда, то маловероятно, чтобы она не оказала воздействие на увеличение ?. Маркс понимал, что существует некая функциональная связь между Q и ?, но после того как он убедился, что ? возрастает только в рамках "определенных непреодолимых границ", он предположил, что она должна оставаться неизменной. Он определенно признавал воздействие автономного увеличения ?, с которой он управлялся под ярлыком "абсолютная и относительная прибавочная стоимость", но он отбросил и это увеличение, на сей раз оправдываясь тем, что оно имеет якобы определенные физические границы" (цит. изд. с.227-228).

Прервем здесь цитирование М.Блауга, чтобы прокомментировать его утверждение.

Конечно, в результате технического прогресса и механизации (а в настоящее время и автоматизации) производства быстрыми темпами растет производительность труда рабочих и вообще наемных работников. Возросшие требования к уровню образования и здоровью работников, безусловно, увеличивают стоимость рабочей силы и, следовательно, требуют увеличения реальной заработной платы. На ее увеличении настаивают и профсоюзы, организуя забастовки и другие формы протеста, что приносит свои результаты (во всяком случае, удается как-то нейтрализовать инфляционный процесс). Срабатывает в развитых капиталистических странах и механизм перекачки национального дохода из слаборазвитых стран за счет нещадной эксплуатации их людских и природных ресурсов. Все это в двадцатом столетии способствовало увеличению величины заработной платы и тормозило снижение нормы прибавочной стоимости. Но К.Маркс был трижды прав, когда заявляет, что ? возрастает только в рамках "определенных непреодолимых границ". Такова суть капитала, объективной целью которого является максимизация прибавочной стоимости, а значит и прибыли.

Собственно говоря, у М.Блауга его навязчивая идея о росте заработной платы наемных работников по мере роста производительности их труда - это единственный аргумент, используемый им для критики закона тенденции нормы прибыли к понижению. В следующем параграфе N14, озаглавленном "Взгляд на фактические данные", М.Блауг, ссылаясь на исследования американского марксиста Дж.Джиллмана, заключает, что "за период 1919-1950 гг. не отмечается никакой определенной тенденции относительно величины ? или r" (цит. изд. с.231). Такой вот неопределенностью и завершилась безрезультатная атака М.Блауга на закон, открытый К.Марксом.


7.Сущность и воспроизводство финансового капитала


"Финансовый сектор стал играть несоразмерную роль в экономике в ущерб остальным секторам".

Д.Сорос.

"..денежные товары весьма специфичны - их стоимость зависит от психологической оценки, которая подвержена быстрым изменениям".

Л.Гринин

7.1. Возникновение фиктивного капитала, его

сущность и формы

Купеческий и ростовщический капитал появились еще на заре человеческой цивилизации, и как утверждают историки, даже раньше, чем появились деньги. Об этом писал греческий поэт Гесиод, живший в VIII - VII вв. до н. э., т. е. примерно за 100-200 лет до зарождения первых монетных систем в Элладе. Первые ссуды давались и возвращались натурой - зерном, мукой, скотом. Ростовщики, предоставлявшие уже деньги взаймы под проценты, появились в Вавилонии в VIII веке до н. э. Вавилонским купцам был даже известен банковский билет, называвшийся гуду (hudu) и имевший обращение наравне с золотом. Термин "финансы" возник в XIII - XV вв. в торговых городах Италии и сначала обозначал любой денежный платеж.

К.Маркс в тридцать шестой главе третьего тома "Капитала" писал: "Капитал, приносящий проценты, или - как мы можем назвать по его старинной форме - ростовщический капитал, вместе со своим близнецом, купеческим капиталом, принадлежит к допотопным формам капитала, которые задолго предшествуют капиталистическому способу производства..." (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.25. часть II, с. 142).

Итак, еще до становления капиталистических отношений процветали финансовые операции, которые обслуживали потребности не только монархов и феодалов, но и купцов. "...торговля деньгами и авансированный на нее капитал не требуют для своего развития ничего иного, кроме оптовой торговли и, далее, товарно-торгового капитала..." (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.25. часть I, с. 357). И далее К.Маркс писал: "...не представляет ни малейших затруднений понимание того, почему купеческий капитал появляется в качестве исторической формы капитала задолго до того, как капитал подчинил себе производство. Его существование и развитие до известной степени само является историческим условием для развития капиталистического способа производства 1) как предварительное условие концентрации денежного имущества и 2) потому что капиталистический способ производства предполагает производство для торговли, сбыт в крупных размерах и не отдельным покупателям, а, следовательно, уже предполагает купца, который покупает не для удовлетворения своих личных потребностей, но в своем акте купли концентрирует акты купли многих лиц. С другой стороны, все развитие купеческого капитала влияет на производство ради меновой стоимости, все более превращает продукты в товары" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.25. часть I, с. 359).

Логика развития капитала была такова: возникновение обмена товарами - появление денег - становление ростовщического денежного капитала и развитие купеческого капитала - концентрация денежного капитала для вложения его в крупномасштабное капиталистическое производство товаров (см. главу двадцатую третьего тома "Капитала", где изложена история превращения купеческого капитала в производительный капитал).

С возникновением капиталистического производства роли ростовщического и купеческого капитала меняются. "При капиталистическом производстве купеческий капитал от своего прежнего самостоятельного существования низводится до такой роли, когда он является лишь особым моментом применения капитала вообще, а выравнивание прибыли сводит его норму прибыли к общему среднему уровню. Он функционирует уже только как агент производительного капитала" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.25. часть I, с. 359).

Что же касается денежного капитала, то с ним дело обстоит несколько сложнее и его развитие вплоть до современных форм проходит несколько стадий.

На первой стадии происходит превращение денежного капитала в ссудный капитал, приносящий проценты. Причем процент является не вычетом из прибавочной стоимости, а уже из средней прибыли, в уравнении которого наряду с промышленным участвует и торговый капитал. Другими словами, определенную часть средней прибыли ссудный капитал оспаривает у промышленного и торгового капитала. Ссудный капитал является как бы надстройкой над торгово-промышленным капиталом и его роль по мере развития капиталистической системы все более и более усиливается.

К.Маркс исследует ссудный капитал в двадцать первой главе третьего тома "Капитала". Он в начале главы отмечает, что "исходным пунктом являются деньги, которые А ссужает В. Ссуда может быть предоставлена под залог или без залога; однако первая форма является более древней, за исключением ссуды под товары или под долговые обязательства, как-то: векселя, акции и т.д." (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.25. часть I, с. 374). "Форма ссуды, вместо формы продажи, свойственная этому товару, капиталу как товару, встречающаяся впрочем и при других сделках, вытекает уже из того определения, что капитал выступает здесь как товар или что деньги в качестве капитала становятся товаром" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.25. часть I, с. 375).

К.Маркс в названной главе подробно разъясняет, в чем состоит отличие ссудного капитала от промышленного и торгового капитала, а также какова его роль в воспроизводстве общественного капитала. Он пишет: "...иначе обстоит дело с капиталом, приносящем проценты, и как раз в этом-то и заключается его специфический характер. Владелец денег, желающий применить свои деньги как капитал, приносящий проценты, отчуждает их третьему лицу, бросает их в обращение, делает их товаром как капитал, - как капитал не только для себя самого, но и для других. Это капитал не только для того, кто отчуждает деньги, но и третьему лицу они с самого начала передаются как капитал, как стоимость, обладающая той потребительной стоимостью, что она создает прибавочную стоимость, прибыль; как стоимость, которая в движении сохраняется и после своего функционирования возвращается к первоначально израсходовавшему ее лицу, в данном случае, к владельцу денег; следовательно, лишь на время удаляется от него и из рук своего собственника лишь временно переходит во владение функционирующего капиталиста, т.е. не поступает в уплату и не продается, а лишь отдается в ссуду, лишь отчуждается под условием, что по истечении известного срока она, во-первых, возвратится к своему исходному пункту и, во-вторых, возвратится как реализованный капитал, реализовав свою потребительную стоимость, свою способность производить прибавочную стоимость" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.25. часть I, с. 377).

С появлением ссудного капитала наряду с рынком обычных товаров и услуг, а также рынка труда возникает рынок капиталов, субъектами которого являются денежные капиталисты. Постепенно формируется сначала национальная, а затем международная сеть банков, фондовых бирж и прочих финансовых структур. На этом рынке на поверхности явлений окончательно мистифицируются и фетишизируются капиталистические экономические отношения.

Превращение денег в товар в качестве капитала становится переломным пунктом в истории экономических отношений. Именно с этого момента широко открываются двери для различных спекулятивных сделок с деньгами, которые стали в современном глобальном капитализме чуть ли не господствующей формой предпринимательской деятельности.

На сцену выступает новая фигура - банкир. Он занимает свое законное место между функционирующими и торговыми капиталистами. Одновременно на сцену выходит и банковский капитал. В отличие от ссудного капитала, источники происхождения которого неизвестны, банковский капитал представляет весь общественный капитал, все денежные средства. В банк притекают деньги не только от денежных капиталистов, но и из других источников. Банкир является не только управителем денежного капитала, но и управителем капиталов промышленных и торговых капиталистов, а также держателей денежных масс, находящихся в распоряжении различных учреждений и населения. И еще одно существенное отличие от функций денежного капиталиста состоит в том, что банкир не только берет деньги у самых разных заимодавцев, но и дает деньги под определенный процент разным заемщикам. Кроме того, банкир занимается эмиссией, давая кредит своими банкнотами и всеми собственными денежными средствами. Банки также выполняют важную функцию по учету векселей, которые функционируют как торговые деньги.

К.Маркс в главе двадцать пятой третьего тома "Капитала" писал: "...банкирское дело<...>состоит в том, чтобы концентрировать большими массами в своих руках ссудный денежный капитал, так что вместо отдельного денежного кредитора промышленным и коммерческим капиталистам противостоят банкиры как представители всех денежных кредиторов, они становятся общими распорядителями денежного капитала. С другой стороны, по отношению ко всем кредиторам они концентрируют деньги заемщиков, так как они берут взаймы для всего торгового мира. С одной стороны, банк представляет централизацию денежного капитала, кредиторов, с другой - централизацию заемщиков. Его прибыль, вообще говоря, состоит в том, что он берет взаймы под более низкие проценты, чем отдает взаймы" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.25. часть I, с. 442-443).

Целью данной главы является рассмотрение функционирования финансовой системы в современной глобальной экономике. Однако, полагаю, читателю небезынтересно узнать мнение К.Маркса о функциях банков, как они ему виделись в девятнадцатом веке. Цитирую довольно большую выдержку из двадцать пятой главы третьего тома "Капитала" по данному вопросу: "Ссудный капитал, которым располагают банки, притекает к ним различными путями. Прежде всего, так как они являются кассирами промышленных капиталистов, в их руках концентрируется денежный капитал, который хранит каждый производитель и купец в качестве резервного фонда или который притекает к нему по платежам. Эти фонды превращаются таким образом в ссудный денежный капитал. Тем самым резервный фонд торгового мира сокращается до необходимого минимума, так как он концентрируется как общественный, и часть денежного капитала, которая иначе бездействовала бы в качестве резервного фонда, отдается в ссуду, функционирует как капитал, приносящий проценты. Во-вторых, ссудный капитал банков образуется из вкладов денежных капиталистов, которые предоставляют банкам отдавать их в ссуду. С развитием банковской системы, а именно, как только банки начинают платить проценты по вкладам, в них уже концентрируются денежные сбережения и временно незанятые деньги всех классов. Мелкие суммы сами по себе неспособные функционировать как денежный капитал, объединяются в большие суммы и таким образом образуют денежную силу. Это собирание мелких сумм, как особый результат банковской системы, следует отличать от ее посреднической роли между собственно денежными капиталистами и заемщиками. Наконец, в банках депонируются и доходы, которые предполагается потреблять лишь постепенно.

Кредитование (здесь мы имеем дело только с собственно торговым кредитом) производится посредством учета векселей - превращения их в деньги до истечения их срока - и посредством ссуд в различных формах: прямой ссуды по личному кредиту, ссуд под залог процентных бумаг, государственных облигаций, всякого рода акций, в особенности же путем ссуд под накладные, доковые варранты и другие засвидетельствованные документы о праве собственности на товары, под вклады и т.п.

Кредит же, предоставляемый банкиром, может быть предоставлен в различных формах, например векселями на другие банки, чеками на них, открытием прямого кредита, наконец, - в случае банков, имеющих право на выпуск банкнот, - собственными банкнотами банка" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.25. часть I, с. 443-444).

Тем, кто имеет желание получить более детальную информацию о деятельности современных банков, следует открыть ссылку http://ru.wikipedia.org/wiki/Банк.

Итак, мы установили, что объектом кредита, выдаваемого коммерческими банками, являются деньги всего общества, а также сам кредит. Иначе говоря, банкир объектом ссуды делает тот кредит, которым он сам пользуется. Особенно наглядно это проявляется в эмиссии банкнот, которые не обеспечены золотом, но вместе с тем банком используются как капитал, получая за него процент. По существу такой денежный капитал является фиктивным. Таким образом, мы вышли на новую стадию исследования функционирования денежного капитала при капитализме.

Что собой представляет фиктивный капитал?

К.Маркс посвятил этой проблеме всю двадцать пятую главу третьего тома "Капитала" под заглавием "Кредит и фиктивный капитал".

Развитие кредита породило вексельное обращение. "С развитием торговли и капиталистического способа производства,- писал К.Маркс,- при котором производят расчеты лишь на обращение, этот естественный базис кредита расширяется, получает всеобщее значение, развивается. В общем и целом деньги функционируют здесь лишь в качестве платежа, т.е. товар продается не за деньги, а под письменное обязательство платежа в определенный срок. Все такого рода платежные обязательства мы можем для краткости подвести под общую категорию векселей. Такие векселя до истечения их срока и до наступления дня платежа, в свою очередь, сами обращаются как платежное средство; они то и образуют собственно торговые деньги. Поскольку они в конце концов погашаются при сальдировании счетов по требованиям и долгам, они функционируют абсолютно как деньги, так как в данном случае не происходит заключительного их превращения в деньги. Подобно тому, как эти взаимные авансы производителей и купцов друг другу образуют подлинную основу кредита, так и орудие их обращения, вексель, образует основу собственно кредитных денег, банкнот и т.д. Последние имеют своим базисом не денежное обращение, будь то металлические или государственные бумажные деньги, а весельное обращение" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.25. часть I, с. 440).

К.Маркс в данной главе цитирует многочисленные издания, в которых описывается сложившаяся к середине 1850-х годов практика с фиктивным капиталом. Так он цитирует следующую выдержку из книги J.W.Gilbart. "The History and Principles of Banking" London; 1834: "Назначение банков - облегчать коммерческие сделки. Все, что облегчает коммерцию, облегчает и спекуляцию. Коммерция и спекуляция во многих случаях так тесно связаны друг с другом, что трудно сказать, где кончается коммерция и где начинается спекуляция<...>Всюду, где существуют банки, легче и дешевле получить капитал. Дешевизна капитала стимулирует спекуляцию, подобно тому как дешевизна мяса и пива стимулирует обжорство и пьянство (стр. 137,138)". Далее К.Маркс цитирует выдержку из "The Currency Theory Reviewed etc." (Edinburgh; 1845); p.62-63: "...девять десятых всех вкладов в Англии существует только в виде соответствующих записей в бухгалтерских книгах банкиров...".

Здесь уместно привести одно важное пояснение, которое делает Д.Розенберг в своих "Комментариях к "Капиталу" К.Маркса" ("Экономика" М.:1983): "Банкир не создает реального капитала. Но, превращая кредит, который ему оказывает широкая публика, берущая его билеты, в источник капитала, создает фиктивный капитал. Реальный капитал всегда находится в одной из трех своих форм: либо в денежной, либо в товарной, либо в производительной форме. Фиктивный капитал не находится ни в одной из этих форм; его вещным носителем является кредитный документ. Реальный капитал есть стоимость, приносящая прибавочную стоимость; фиктивный капитал доставляет прибавочную стоимость, не будучи сам стоимостью. Он доставляет прибавочную стоимость потому, что благодаря кредитной системе используется как капитал.

Отсюда также ясно, что нельзя смешивать фиктивный капитал с ссудным капиталом. Ссудный капитал есть капитал в денежной форме, ставший объектом кредита; фиктивный капитал есть не что иное, как использование кредита как капитала<...>Но фиктивный капитал может возникать лишь на основе ссудного капитала: раз выделился кредит, приносящий проценты, то и все, что приносит проценты, представляется, выступает как капитал, приносящий проценты" (цит. изд. с. 668).

Фиктивный капитал по мере развития капиталистических экономических отношений приобрел массу форм, а не только тех, о которых уже шла речь выше. В современной глобальной капиталистической экономике, вооруженной богатейшим набором инструментов, благодаря использованию электроники и инфотехнологий, он, не меняя своего спекулятивного существа, приобрел огромную силу, выйдя из-под контроля государственных и международных институтов власти. Капитал, как самовозрастающая стоимость, стал еще более паразитическим, особенно в финансовой сфере, где он становится все более фиктивным. Итогом функционирования такого капитала может быть только финансовый кризис, что и подтвердила в 2007 году жизнь (см. главу об экономических кризисах).

В настоящее время к числу форм фиктивного капитала относятся различного рода ценные бумаги: акции, варранты, облигации капиталистических предприятий и государственных займов, закладные листы ипотечных банков, ваучеры, а также различные деривативы (производные финансовых инструментов), к которым относятся фьючерсы (futures) и опционы (options), и т.д., всего их многие десятки.

Первичные титулы собственности (акции, облигации, кредиты и пр.) производят вторичные, третичные и последующие степени различных ценных бумаг, в результате чего общая стоимость вращающихся активов становится совершенно несоизмеримой с реальным богатством и производством. А сами эти вторичные, третичные, четвертичные и т. д. обязательства обеспечены уже даже не титулами реальных материальных ресурсов, а другими ценными бумагами. При этом реальные платежи и риски финансовых игроков составляют ничтожную часть от суммы активов, на которые они могут влиять с помощью новых финансовых технологий. Это превращает часть современной финансовой экономики, по определению некоторых экономистов, в "рулеточную экономику".

Рассмотрим вкратце функции некоторых основных ценных бумаг.

Акции. Предположим, что в АО функционирует капитал в 100 млн. рублей, вложенный в средства производства и рабочую силу, и что выпущено акций тоже на 100 млн. рублей. Действительный капитал этого АО составляет не 200 млн. рублей, а только 100 млн. рублей. Выпуск акций на указанную сумму не создал никакого действительного капитала в дополнение к тому капиталу, который функционирует в АО и который воплощен в зданиях, сооружениях, машинах, сырье, рабочей силе и т.д. Они являются лишь "бумажными дубликатами" действительного производительного капитала.

Эмиссионная стоимость акции -- стоимость акций при их первичном размещении, по которой её приобретает первый держатель. Обычно эмиссионная цена акции превышает номинальную стоимость или равна ей. Превышение эмиссионной цены над номинальной стоимостью называется эмиссионной выручкой, или эмиссионным доходом. Рыночная стоимость акции -- это цена, по которой акция продается и покупается на вторичном рынке. Рыночная цена (курс) обычно формируется на торгах на фондовой бирже и отражает баланс спроса и предложения на данные акции (см. Википедия http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%90%D0%BA%D1%86%D0%B8%D0%B8).

Варрант (англ. warrant - полномочие, доверенность) - это ценная бумага, дающая держателю право покупать пропорциональное количество акций по оговорённой цене в течение определённого промежутка времени, как правило, по более низкой по сравнению с текущей рыночной ценой; свидетельство товарного склада о приёме на хранение определённого товара, то есть варрант -- это товарораспределительный документ, который используется при продаже и залоге товара. Варранты приобрели популярность среди биржевых спекулянтов, потому что курс варранта на покупку акции, по которому он котируется на бирже, существенно ниже курса самой акции, поэтому для сохранения заданной позиции нужно меньше денег.

Облигации капиталистических предприятий и государственных займов. Проценты по государственным займам их владельцам уплачиваются не из прибыли от полученного взаймы капитала (как это имеет место в отношении облигаций капиталистических предприятий), а из государственного бюджета, т.е. за счет налогов. Чем больше увеличивается сумма государственных займов при капитализме, тем больше усиливается и налоговое бремя, падающее на народные массы.

Разновидностью облигаций являются также закладные листы, которые выпускаются ипотечными банками под обеспечение заложенной в этих банках недвижимости -- земельными участками и домами. Вместо того чтобы выдавать своим заемщикам наличные деньги, ипотечный банк выдает им закладные листы, которые они могут продать на рынке и по которым банк уплачивает ежегодно фиксированный процент. Курс закладных листов определяется, с одной стороны, величиной процента, уплачиваемого ипотечными банками держателям этих листов, а с другой -- существующей в данный период общей нормой процента.

Дериватив (англ. derivative) -- это договор (контракт), по которому стороны получают право или берут обязательство выполнить некоторые действия в отношении базового актива: возможность купить, продать, предоставить, получить некоторый товар или ценные бумаги в установленный срок или до его наступления по согласованной цене. В качестве базового актива по срочному договору могут выступать: ценные бумаги; биржевые товары; валюта; процентные ставки; уровень инфляции; официальная статистическая информация и т.п. Целью покупки дериватива является не физическое получение базового актива, а хеджирование ценового или валютного риска во времени либо получение спекулятивной прибыли от изменения цены базового актива. Отличительная особенность деривативов состоит в том, что суммарное количество обязательств по ним не связано с общим количеством базового актива, обращающегося на рынке. Эмитенты деривативов не обязательно являются владельцами базового актива. Суммарное количество контрактов CFD (англ. Contract For Difference) на акции некоторой компании может быть в несколько раз больше количества выпущенных акций. Покупатели и продавцы контрактов CFD изначально не ориентируются на поставку реальных акций, их интересует лишь разница в цене, которая возникает по данным акциям за оговоренный в контракте промежуток времени или при оговоренных условиях. Для приобретения дериватива достаточно небольших первоначальных затрат по сравнению с другими инструментами, цены на которые аналогичным образом реагируют на изменения рыночной конъюнктуры; расчёты по нему осуществляются в будущем.

Оценки общего размера мирового рынка деривативов (фиктивного капитала второго порядка) имеют приблизительный характер и колебались уже в начале текущего века в интервале 85-125 трлн. долларов (по номинальной стоимости базовых активов).

Остановимся еще на таких терминах, как "фьючерс" и "опцион".

Современные фьючерсные рынки (http://www.fibo-forex.ru/beginner/trade_futures.html) берут свое начало с рисовых фьючерсных контрактов, торгуемых в Японии ещё с середины XVIII века. В США, стране, на биржах которой в настоящее время проводится большинство фьючерсных сделок, торговля такими контрактами на зерно началась в середине XIX столетия в Чикаго. В настоящий момент торговля производными финансовыми инструментами, к которым и относятся фьючерсы и опционы, является лидирующей по объему денежной индустрией мира, контракты торгуются по огромному ассортименту сырьевых товаров, финансовых инструментов, валют, индексов. Спектр доступных рынков с каждым годом расширяется.

Фьючерсный контракт - это стандартизованное соглашение между двумя сторонами, которое обязывает одну сторону продать, а другую купить определенное количество товара по установленной цене на определенную дату в будущем. Под термином "товар" обычно понимают широкий спектр активов: валюты, долговые бумаги, фондовые индексы крупнейших мировых экономик (например, S&P 500, Dow Jones, FTSE, DAX) и товары (например, энергоносители: нефть, газ, бензин), металлы (как драгоценные, так и промышленные), агрорынки (пшеница, кукуруза, соя, сахар, кофе, хлопок, древесина).

Рыночная стоимость фьючерсного контракта напрямую зависит от текущего спроса и предложения: если желающих купить больше, чем желающих продать, то цена будет расти, что привлечет на рынок новых продавцов и восстановит баланс между продавцами и покупателями.

Опцион на фьючерсный контракт, в отличие от самих фьючерсных контрактов, предполагает не обязанность, а право купить или продать фьючерс по цене исполнения до установленной даты (или на нее) с уплатой за это определенной суммы, называемой премией.

Выше применялся термин "хеджирование" (от англ. hedge -- страховка, гарантия). Он означает открытие сделок на одном рынке для компенсации воздействия ценовых рисков равной, но противоположной позиции на другом рынке. Обычно хеджирование осуществляется с целью страхования рисков изменения цен путем заключения сделок на срочных рынках. Наиболее часто встречающийся вид хеджирования -- хеджирование фьючерсными контрактами. Результатом хеджирования может быть не только снижение рисков, но и снижение возможной прибыли.

Общий объем индустрии хедж-фондов оценивается в 1,7 трлн. долларов.

После краткого описания различного рода ценных бумаг и операций на финансовом рынке уместно привести еще одну выдержку из лекции Ника Бимса, которого я уже цитировал во второй главе (http://www.wsws.org/ru/2009/mai2009/cri2-m09.shtml). К началу 1970-х годов, сообщает Н.Бимс, "...относится развитие системы финансовых деривативов<...>Деривативы существуют уже давно. Наиболее известными являются так называемые "будущие контракты". В таком контракте контрагенты соглашаются обменять какое-то количество определенного товара по такой-то цене такого-то числа в будущем. Эти контракты были изобретены для рынков сельскохозяйственных товаров, чтобы попытаться сгладить эффект изменения цен за период времени между посевным сезоном и продажей урожая. В той мере, в какой цена на товары для рынка могла быть зафиксирована вперед, в процесс производства можно было ввести какое-то постоянство.

Финансовые деривативы означали некоторое новшество. Контракты были отныне привязаны не к какому-то материальному товару, но к деньгам и другим финансовым активам. В 1972 году, через год после распада Бреттон-Вудса, на Чикагской товарной бирже (Chicago Mercantile Exchange) был открыт рынок валютных фьючерсов. Этот рынок позволил импортерам и экспортерам, а также всем финансовым институтам вообще, создавать "ограды" (hedge) против изменений в курсах валют в условиях, когда изменения валютных курсов могли начисто уничтожить прибыль любой сделки.

Валютные фьючерсы стали лишь одним из многих новых финансовых деривативов, которые были созданы в последующий период.

В 1973 году произошло новое важное событие: два профессора, Фишер Блэк (Fischer Black) и Майрон Шоулс (Myron Scholes), изобрели формулу для оценки опционов. Будущий контракт обязывает участников купить или продать; опцион является формой страховки. В обмен за платеж премии, покупатель получает право купить или продать актив по определенной цене в течение конкретного отрезка времени. Если цены не меняются согласно ожиданию, то опцион не имеет значения, и покупатель теряет лишь уплаченную премию. В 1973 году была основана Чикагская биржа опционов (Chicago Options Exchange), а в 1975 году Чикагская товарная биржа (Chicago Board of Trade) впервые ввела фьючерс на банковские учетные ставки.

Опционы дают возможность получить большую прибыль, как видно из следующего примера. Покупатель опциона может через полгода купить акцию за пятьдесят долларов. Цена опциона пять долларов. Расход на покупку опциона из ста акций -- пятьсот долларов. Допустим, что через шесть месяцев цена акции поднялась до 60 долларов. Покупатель тогда использует свой опцион и получает с каждой акции прибыль в пять долларов: $60 минус $50 минус $5 за опцион. Это дает ему сумму прибыли в 500 долларов на 500 вложенных долларов, то есть норму прибыли в 100%.

Но что было бы, если бы покупатель просто купил сто акций по 50 долларов каждую и держал бы их шесть месяцев? В этом случае, прибыль была бы 1000 долларов (десять долларов за акцию, помноженные на сто акций) после капиталовложения в пять тысяч долларов, то есть норма прибыли составила бы 20%. Применение опциона ведет к гораздо более высокой норме прибыли.

А что, если цена акции падает, скажем, до 49 долларов каждая, а не поднимается до 60? Тогда покупатель опциона теряет 500 долларов; потеря капитала составит 100%. Обычный покупатель акций, державший их 6 месяцев, потерял бы лишь 100 долларов, то есть 2% от своей первоначальной инвестиции в 5000 долларов. Опционы дают гораздо большую прибыль, но также и увеличивают риск.

С ростом объемов торговли опционами после 1973 года в обиход вошли другие типы деривативов, например, обмен валютой (currency swap), в котором покупатели могут обменять облигации в одной валюте на облигации в другой, в зависимости от оценки изменения валютных курсов. Затем был изобретен обмен процентными ставками (interest rate swap), в ходе которого фиксированные платежи процентных ставок обмениваются на платежи по плавающим процентам и наоборот. В последнее десятилетие появился также обмен кредитными дефолтами (credit default swap), в ходе которого держатель облигаций может застраховаться от банкротства той структуры, которая выпустила облигацию. Эти контракты можно заключить на бирже или, как это все шире практикуется, в сделках между двумя агентами в форме контрактов у прилавка (over the counter -- OTC).

Основа для появления этих сделок связана с попытками обезопасить себя от риска. Но деривативы сами стали источником спекуляций, в ходе которых возникает возможность получить огромные барыши от верной оценки и предвидения изменений в финансовых переменных величинах. Масса статистических данных свидетельствует о росте этих финансовых инструментов в течение последних тридцати лет в геометрической прогрессии.

Объем трансакций с иностранными валютами в мировой торговле увеличился с 15 миллиардов долларов в день в 1973 году до 80 миллиардов в день в 1980 году и до 1,26 триллиона в день в 1995 году. В 1973 году мировая торговля товарами и услугами составляла 15% от объема этих трансакций. В 1995 году она составляла всего 2%. Громадный рост числа сделок в форме иностранных валют является по большей части результатом финансовых, а не торговых операций.

Рост деривативов еще более ошеломителен. Согласно данным Банка международных расчетов (Bank for International Settlements), в конце июня 2008 года предполагаемая сумма контрактов "у прилавка" -- цена активов, на которых базируются деривативы -- стояла на уровне 683,7 триллиона долларов. Эта цифра более чем в десять раз превосходит мировой ВВП. 35 лет тому назад, в 1973 году, финансовые деривативы еще практически не существовали.

Дневной оборот на глобальных валютных рынках увеличился в 50 раз по сравнению с уровнем 1980 года и дошел до отметки в 1,9 триллионов долларов в день. Две трети этой суммы приходится на рынки деривативов; при этом три четверти торговли деривативами, то есть половина общего рынка, связаны с обменом валютами".

И еще одна выдержка из лекций Н.Бимса: "Наш обзор роста рынка деривативов должен опровергнуть мысль, будто они были созданы только для облегчения спекуляции, что если только их упразднить или ограничить каким-либо способом, то тогда можно будет восстановить твердые экономические и финансовые основы.

Как и любой другой финансовый актив деривативы стали, конечно, орудием спекуляции, ведя к катастрофическим последствиям. Но попросту сосредоточить внимание на этом пункте -- значит игнорировать тот факт, что деривативы появились в качестве средства для преодоления объективных противоречий капиталистической экономики, выросших из распада предыдущей системы регулирования. К новой системе регулирования хотели бы вернуться различные претенденты на роль сегодняшних реформаторов капиталистической системы.

История деривативов напоминает нам об одном замечании Маркса по поводу роста масштабов кредита. Этот процесс тоже вырос из попыток преодолеть объективные противоречия капиталистической экономики, но его развитие только придало этим противоречиям еще более взрывчатую форму.

"...Вначале он [кредит], -- пишет Маркс в "Капитале", -- потаенно прокрадывается как скромный пособник накопления<...>но вскоре он становится новым и страшным орудием в конкурентной борьбе и, в конце концов, превращается в колоссальный социальный механизм для централизации капиталов" (Маркс К., Энгельс Ф., Сочинения, изд. 2-е, т. 23, с. 640).

Если приспособить замечание Маркса к нынешнему положению, то можно сказать, что деривативы появились на рынках как скромные слуги финансового капитала, помогая оградить его от риска, но превратились в источник угрозы величайшего финансового коллапса в истории".

Для тех, кто желает окунуться в мир биржевых махинаций на рынке ценных бумаг, публикую в приложении N 1 соображения Дж. Сороса по поводу причин возникновения современного финансового кризиса

Следующая стадия исследования К.Марксом посвящена движению ссудного капитала на разных фазах промышленного цикла. Проблеме денег, точнее, проблеме средств обращения при кредитной системе К.Маркс посвящает 33,34 и 35 главы третьего тома II часть "Капитала".

В этих главах обращает на себя внимание то, что К.Маркс четко подразделяет капиталистов на две категории: промышленных капиталистов и чисто денежных капиталистов. При этом он замечает, что "...промышленный капиталист не сам "сберегает" свой капитал, а распоряжается чужими сбережениями в количестве, пропорциональном величине своего капитала; с другой стороны, денежный капиталист делает чужие сбережения своим капиталом, а кредит, который оказывают друг другу капиталисты, занятые в процессе воспроизводства, и который дает им публика, превращают в источник своего личного обогащения. Вместе с тем рушится последняя иллюзия капиталистической системы, будто капитал порождается собственным трудом и сбережением. Не только прибыль состоит в присвоении чужого труда, но и капитал, при помощи которого этот чужой труд приводится в движение и эксплуатируется..." (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.25. часть II, с. 52).

И еще одна важная выдержка из тридцать второй главы, касающаяся разъяснения К.Марксом природы фиктивного капитала: "Если даже предположить, что формой существования ссудного капитала является исключительно форма действительных денег, золота или серебра - товаров, вещество которых служит мерой стоимостей, - то и в этом случае значительная часть этого денежного капитала неизбежно будет фиктивной, то есть простым титулом стоимости, чем-то вроде знаков стоимости. Поскольку деньги функционируют в кругообороте капитала, они, хотя в известный момент и образуют денежный капитал, однако, не превращаются в ссудный денежный капитал, а или обмениваются на элементы производительного капитала, или же ими расплачиваются как средством обращения при реализации дохода и, следовательно, они не могут опять превратиться в ссудный капитал для своего владельца. Поскольку же они превращаются в ссудный капитал и одна и та же сумма денег повторно представляет ссудный капитал, ясно, что они лишь в одном пункте существуют как металлические деньги; во всех других пунктах они существуют лишь в форме притязаний на капитал. Накопление этих притязаний, согласно предположению, проистекает из действительного накопления, то есть из превращения стоимости товарного капитала в деньги и т.д.; и тем не менее накопление этих притязаний или титулов стоимости, как таковое, отлично и от действительного накопления, которым оно порождается, и от будущего накопления (нового процесса производства), которое опосредствуется выдачей денег в ссуду" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.25. часть II, с. 53-54).

И здесь я прерву цитирование из II части третьего тома "Капитала" с тем, чтобы остановиться на том, как функционирует в современной экономике фиктивный капитал, в частности на фондовых биржах.

Результатом капитализации дохода, приносимого ценными бумагами, является курс ценных бумаг, т.е. та цена, по которой они продаются на фондовой бирже.

Википедия (http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A0%D1%8B%D0%BD%D0%BE%D0%BA_%D1%86%D0%B5%D0%BD%D0%BD%D1%8B%D1%85_%D0%B1%D1%83%D0%BC%D0%B0%D0%B3) содержит следующую справку об истории развития бирж.

В 1531 году итальянские купцы создали подобие биржи в Брюгге, игравшем значительную роль в международной торговле. Биржа в Брюгге являлась международной, на ней уделялось большое внимание обслуживанию иностранных торговцев. Совершенствование техники биржевых операций привело к появлению таких понятий, как биржевой бюллетень, официальные биржевые курсы. В 1592 году на этой бирже впервые был обнародован список стоимости ценных бумаг, продававшихся на данной бирже. Этот год считается годом зарождения фондовых бирж как специальных организаций, занимающихся куплей-продажей ценных бумаг.

В XVII веке центр биржевой торговли переместился в Нидерланды, где на товарной бирже, возникшей в 1611 году, велась торговля ценными бумагами. В первый биржевой бюллетень этой биржи вошли 25 нидерландских займов и четыре вида английских государственных облигаций.

Первые негосударственные ценные бумаги в виде акций появились в XVII веке на Амстердамской бирже. Начало торговле акциями на бирже положила Ост-Индская торговая компания, которая объявила о подписке на участие в прибылях компании. Ост-Индской компании было передано право торговли в Индии, а также все права, которыми обладала в Индии Нидерландская республика. Это вызвало всеобщий интерес к бумагам компании, и Амстердамская биржа стала центральным рынком акций Ост-Индской компании. На бирже в Амстердаме практиковались сделки с ценными бумагами не только за наличный расчёт, но и срочные сделки, что послужило формированию спекулятивного биржевого рынка.

Одновременно с биржами в Бельгии и Нидерландах возникает рынок ценных бумаг в других европейских государствах. В конце XVII -- начале XVIII века в Англии начинают появляться всевозможные акционерные предприятия и акции этих компаний выходят на биржу. В это же время возникает и внебиржевой рынок (так называемый уличный рынок), сделки на котором лондонские брокеры заключали в кофейнях или прямо на улице. Широко распространившаяся торговля акциями привела к созданию и расцвету Лондонской биржи. В 1773 году лондонские брокеры арендовали часть Королевской биржи, организовав там Лондонскую фондовую биржу.

Во Франции формирование фондового рынка началось также в XVIII веке. В 1724 году в Париже по инициативе правительства была организована вексельно-фондовая биржа. Сделки на этой бирже разрешалось проводить только официальным маклерам. Спецификой первой французской биржи было отсутствие механизма гласного объявления цен и процедуры биржевой торговли. Позднее в 1777 году на этой бирже была организована специальная площадка для торговли ценными бумагами и введено правило открытого объявления цены. Организация и деятельность Парижской биржи были подчинены надзору со стороны правительства, что предполагало контроль за фондовым рынком страны.

С развитием рынка ценных бумаг в Германии, Австро-Венгрии, а также в США стали возникать как универсальные, товарно-фондовые, так и специализированные фондовые биржи.

Фондовый рынок в США возник практически одновременно с вступлением в силу Конституции США. В 1790 году федеральное правительство рефинансировало весь свой военный долг, включая долги штатов, путём эмиссии облигаций на 80 млн долл. Первая американская фондовая биржа возникла в 1791 году в Филадельфии. В 1792 году 24 ведущих брокера собрались на Wall Street для подписания Buttonwood Agreement, определившего порядок торговли ценными бумагами. Фактически была создана Нью-Йоркская фондовая биржа (NYSE). Юридически, как отдельная организация NYSE появилась только в 1817 году, когда нью-йоркские брокеры учредили New York Stock & Exchange Board (NYS&EB).

Для развития экономики требовалось создание эффективной транспортной инфраструктуры. Активно строились каналы и железные дороги. И это не могло ни найти отражения на фондовом рынке. В 1825 году штат Нью-Йорк разместил на NYSE облигации для финансирования строительства канала, который связал город Нью-Йорк с районом Великих Озёр. Облигации, кстати, весьма активно торговались на бирже. Более подробная информация о NYSE может быть получена по ссылке http://finam.whotrades.com/blog/rss?utm_medium=teaser&utm_source=mail&utm_campaign=traffic_news

По состоянию на 31 декабря 2010 года (в трлн. долларов США) в пятерку самых крупных фондовых бирж мира входили следующие (http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A4%D0%BE%D0%BD%D0%B4%D0%BE%D0%B2%D0%B0%D1%8F_%D0%B1%D0%B8%D1%80%D0%B6%D0%B0):

NYSE Euronext -- $15,970

NASDAQ -- $4,931

Токийская фондовая биржа -- $3,827

Лондонская фондовая биржа -- $3,613

Шанхайская фондовая биржа -- $2,717

Величина фиктивного капитал, повторяю, равняется сумме цен акций, облигаций и других ценных бумаг. При этом отношение между величиной капитала и величиной дохода здесь прямо противоположно тому, которое присуще действительному капиталу. При прочих равных условиях доход на действительный капитал -- прибыль-- зависит от величины самого капитала, функционирующего в производстве; напротив, величина фиктивного капитала не определяет величины приносимого им дохода, а сама определяется размерами дохода по ценным бумагам. Изменения величины фиктивного капитала лишь частично взаимосвязаны с изменениями величины действительного капитала. Так, с ростом капиталистического производства увеличивается и сумма акций, выпускаемых капиталистическими предприятиями. Однако фиктивный капитал обладает относительной самостоятельностью, причем фиктивный капитал увеличивается значительно быстрее, чем действительный. Главные причины этого таковы:

1. Падение средней нормы процента. Норма процента падает с развитием капитализма, а это влечет за собой стремление нейтрализовать эту тенденцию путем повышения курса ценных бумаг, используя спекулятивные операции. Природа торговли фьючерсами (концепция начальной и поддерживающей маржи для совершения сделки) предполагает возможность оперировать крупными средствами при наличии относительно небольших депозитов на брокерском счете. Кроме того, фьючерсные контракты позволяют трейдерам извлекать прибыль, как при повышении, так и при понижении спроса/ предложения на рынке. Таким образом, фьючерсная индустрия привлекает значительные объемы рисковых инвестиций.

2. Преобразование индивидуальных капиталистических предприятий в акционерные увеличивают объем фиктивного капитала в обществе без всякого увеличения действительного капитала.

3. Рост государственного долга.

4. Появление такого технического инструмента для совершения операций с фиктивным капиталом, как Интернет. Огромное количество инструментов, торгующихся на площадках десятков бирж, расположенных по всему миру, стали доступны для интернет-трейдинга с одного счета. Интернет дает возможность не упустить оптимальный торговый шанс. Спекулянты отслеживают рынки, каждый из которых характеризуется своей уникальной волатильностью, изменчивостью цен.

Итак, что же на самом деле собой представляет собой современный фиктивный капитал? Является ли он, как выражался К.Маркс, "простым титулом стоимости, чем-то вроде знаков стоимости, формой притязаний на капитал" или же является все-таки капиталом, который выполняет в процессе воспроизводства какую-то определенную позитивную функцию? Может ли существовать капиталистическая экономика без фиктивного капитала? Как фиктивный капитал взаимосвязан с реальным производством продуктов и услуг? Эти вопросы вольно или невольно возникают, когда во многих статьях читаешь, что пустые деньги, под которыми обыкновенно подразумеваются в изобилии печатаемые доллары, взвинчивают цены, в результате чего снижается покупательная способность большинства населения, соответственно сокращается ёмкость рынка и возникает искусственное "перепроизводство" товаров и продуктов питания. И все это рано или поздно приводит к финансово-экономическому кризису. Утверждается, что мыльный пузырь виртуальных "ценностей" в мире нарастает и лопаться он будет завтра гораздо громче, чем сегодня. Происходит рукотворный рост не подтверждённой товарным наполнением финансовой макулатуры. Поскольку её основой, наполняющей мировой мыльный пузырь, остаётся доллар, основным виновником современного кризиса является США и обосновавшаяся в этой стране вершина мировой финансовой пирамиды. Американский доллар обеспечен материальными ценностями по разным российским и зарубежным оценкам всего на 1,7-2,2 процента. Остальное - чистейшая макулатура. Достаточно двум-трём странам ввести золотое обеспечение своих национальных валют, и вся мировая экономика, базирующаяся на американском долларе, в одночасье обанкротится и рухнет. Рухнет, потому что долг США не только перед будущими поколениями, но и перед странами с обеспеченной золотым содержанием национальной валютой в 40-60 раз больше, чем возможность его погашения. Таковы типичные утверждения авторов многочисленных публикаций на тему современного финансового кризиса.

Начнем с вопроса: что могут означать слова "пустые деньги"? Вообще-то деньгами принято называть специфический товар максимальной ликвидности, который является универсальным эквивалентом стоимости других товаров или услуг. Как сообщается в Википедии (http://ru.wikipedia.org/wiki/Деньги) "В современных условиях в роли денег выступают не столько конкретные товары (например, золото или иные драгоценные металлы, из которых делаются инвестиционные монеты), сколько обязательства государства или центрального банка в форме банкнот. Самостоятельной стоимости такие деньги не имеют и являются эквивалентом лишь номинально. Государство обязывает граждан принимать банкноты и монеты в качестве законного средства платежа на данной территории<...> Внешнеторговые связи, международные займы, оказание услуг внешнему партнёру вызвали появление мировых денег. Они функционируют как всеобщее платёжное средство, всеобщее покупательное средство и всеобщая материализация общественного богатства". Сегодня такими деньгами считаются т.н. конвертируемые валюты, в первую очередь доллары США, евро, фунты стерлингов и т.п. валюты.

Из теории денег и практики хорошо известно, что цифровой номинал денег иллюзорен, а на самом деле важна только их реальная покупательная способность. Покупательная способность денег - это экономический показатель, обратно пропорциональный количеству валюты, необходимой для покрытия определённой потребительской корзины из товаров и услуг. Падение покупательной способности валюты называется инфляцией, рост покупательной способности -- дефляцией. Хорошо известно, и история бумажных денег это подтверждает, что инфляция может практически свести к нулю покупательную способность денег. Если реальная, действительная покупательная способность тех или иных мировых валют, например, доллара, значительно ниже его номинала (приближается к нулю), то их можно назвать пустыми деньгами. Если оценить покупательную способность доллара в золоте, то она за последние десятилетия, начиная с 1970 года, действительно упала более чем в 50 раз (35 долларов за тройскую унцию в 1970 году и 1921 доллар в сентябре 2011 года). Однако, несмотря на столь резкое обесценение доллара, он, тем не менее, продолжает оставаться главной расчетной валютой на всех рынках мира и составляет заметную часть валютных запасов ведущих стран мира, особенно Китая и Японии. Разве к доллару сегодняшнего дня, несмотря на его обесценение за последние десятилетия и огромный государственный и консолидированный долг США, правильно использовать выражение "пустые деньги"?

Если бы доллары были "пустыми деньгами", то, как объяснить тот бесспорный факт, что 50% мировых активов, 47% международных облигаций, 35% кредитов международных банков, 87% трансакций, 48% платежей по международным торговым операциям находятся в долларовой зоне?

В связи с развитием инфотехнологий, все большее применение в расчетах приобретают банковские карточки, с помощью которых совершаются платежи без использования наличных денег. Однако называть их "виртуальными" (в смысле фантомами) было бы явной нелепицей, ибо в их основе лежат действительные деньги. Все больше развивается т.н. интернет торговля товарами и услугами. Она опосредуется платежами, совершаемыми также через Интернет. Но эти платежи возможны только при одном условии, если владелец кредитной карточки имеет реальные деньги на своем счету в банке.

Если же говорить о ценных бумагах (включая акции), то их ликвидность на фондовом рынке определяется количеством совершаемых сделок (объём торгов) и величиной спреда (разница между максимальными ценами заявок на покупку и минимальными ценами заявок на продажу). Чем больше сделок и меньше разница, тем больше ликвидность.

Как сообщает Википедия, (http://ru.wikipedia.org/wiki/Ликвидность) "существует два основных принципа совершения сделок:

котировочный -- выставление собственных заявок на покупку или продажу с указанием желательной цены,

рыночный -- выставлением заявок для моментального исполнения по текущим ценам спроса или предложения (удовлетворение котировочных заявок с лучшей текущей ценой).

Котировочные заявки формируют моментальную ликвидность рынка, позволяя другим участникам торгов в любой момент времени купить или продать определенное количество актива. Вопрос будет в цене, по которой сделку возможно осуществить. Чем больше котировочных заявок выставлено по торгуемому активу, тем выше его моментальная ликвидность.

Рыночные заявки формируют торговую ликвидность рынка, позволяя другим участникам торгов купить или продать определённое количество актива по желаемой цене. Вопрос будет во времени, когда сделка произойдёт. Чем больше рыночных заявок приходится на инструмент, тем выше его торговая ликвидность".

Поскольку основные операции по покупке-продаже ценных бумаг осуществляются через коммерческие банки, то большое значение имеет их ликвидность. Она определяется наличием обязательных резервов. Коммерческий банк может обратиться в Центральный банк с просьбой о временной ссуде, которая будет рассматриваться как "дополнительная ликвидность". Наличие излишней ликвидности в банках стимулирует их к размещению средств, в том числе в ценные бумаги. Снижение банковской ликвидности может приводить к распродаже части активов, например, ценных бумаг. Кризис, начавшийся в 2007 году, показал, что большинство банков США и Евросоюза вынуждены были обратиться к Центробанкам (в США - к ФРС) с просьбой о получении временных ссуд, чтобы выстоять в условиях, когда они избавлялись от т.н. "токсичных" деривативов, т.е. обесцененных ценных бумаг.

Подводя итог, можно с уверенностью сказать, что фиктивный капитал, представленный банкнотами коммерческих банков, а также ценными бумагами (включая акции) не участвует в создании стоимости, однако в полной мере участвует в его перераспределении, получая процент от своего функционирования, являясь, как выразился К.Маркс, "титулом", "знаком" реального производительного капитала.

Фиктивный капитал является главным инструментом спекулятивных операций, о чем пойдет речь ниже (в параграфе 7.3.).

7.2. Глобальный финансовый капитал

Глобальный рынок капитала - это система, состоящая из функционирующего производительного, а также фиктивного капитала. Все возрастающей частью этой глобальной системы является финансовый капитал.

Захватив в ряде стран Европы в девятнадцатом веке сферу производства, капитал на этом не остановился. Следующим объектом монополистической экспансии стал денежный капитал, который функционировал в форме ссудного капитала, сделав банки специфическими капиталистическими предприятиями, покупающими и продающими денежный капитал. В этой сфере процессы концентрации и централизации шли так же быстро, как и в сфере производства. Такое развитие событий неизбежно привело появлению монополистического денежного капитала.

К началу XX века в сфере обращения денег сложились зрелые монополистические объединения, а капитал-монополия стал основным участником совершения сделок с деньгами. Монополии сферы производства и монополии банковского сектора стали активно координировать и объединять свой бизнес. В результате процессов их соединения, переплетения и сращивания возникло новое качество капитала. Он превратился в финансовый капитал. Как писал Р.Гильфердинг в своем произведении "Финансовый капитал" (Перевод с немецкого И.Степанова. Четвертое издание. Государственное издательство. М.: 1924), "...всё возрастающая часть промышленного капитала не принадлежит тем промышленникам, которые его применяют. Распоряжение над капиталом они получают лишь при посредстве банка, который представляет по отношению к ним собственников этого капитала. С другой стороны, и банку всё возрастающую часть своих капиталов приходится закреплять в промышленности. Благодаря этому он в постоянно возрастающей мере становится промышленным капиталистом. Такой банковый капитал, - следовательно, капитал в денежной форме, - который таким способом в действительности превращен в промышленный капитал, я называю финансовым капиталом" (с. 264-265).

В.Акулов, О.Акулова в книге "ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ" (Петрозаводск: ПетрГУ, 2002) дают следующую характеристику финансовому капиталу: "Финансовый капитал - капитал, возникающий на основе соединения, переплетения, сращивания монополистического промышленного и монополистического банковского капиталов. Соединение, переплетение, сращивание - это фактически шаги образования финансового капитала. Условно можно говорить, что сначала промышленные и банковские монополии в стремлении максимизировать собственную прибыль соединяли свой бизнес (это не приводило к объединению собственности, речь шла только об объединении функции). Затем эти процессы стали сопровождаться переплетением собственности, взаимным владением акциями и прочими формами переплетения капиталов на уровне уже капитала-собственности. И, наконец, произошло сращивание, когда два типа разных монополистических капиталов прочно срослись в единый капитал, с едиными интересами и едиными действиями.

Возникло действительно новое качество капитала. Финансовый капитал - не только монополистический по своей природе, но и охватывает все стадии процесса движения капитала и все самостоятельные формы не только капитала-функции, но и капитала-собственности. Финансовый капитал - это исторически новая форма организации капитала, в которой невозможно отделить производство, обращение товаров от производства и обращения денег, капитал-собственность от капитала-функции. Если это и возвращение к реалиям времен промышленного капитала, то только внешнее, так как финансовый капитал - это такое качество капитала, которое невозможно было в эпоху господства промышленного капитала".

Критикуя концепцию Р.Гильфердинга, сводившего понятие финансового капитала к подчинению промышленного капитала банковским, В.Ленин так определил сущность финансового капитала: "Концентрация производства; монополии, вырастающие из нее; слияние или сращивание банков с промышленностью - вот история возникновения финансового капитала и содержание этого понятия" (В.Ленин. ПСС., 5 изд., т. 27, с. 344). Сращивание банковских и промышленных монополий происходило в различных формах: ведение текущих счетов, осуществление расчётов и платежей клиентов, краткосрочного и долгосрочного кредитования, трастового дела, взаимного участия в акционерном капитале и личной унии. Наиболее тесные связи промышленных и банковских монополий осуществлялись через совместное владение ценными бумагами, или фиктивным капиталом. В.Ленин привёл данные кануна 1-й мировой войны 1914-18 гг., когда "...шесть крупнейших берлинских банков были представлены через своих директоров в 344 промышленных обществах<...>С другой стороны, в наблюдательных советах тех же шести банков был (в 1910 г.) 51 крупнейший промышленник..." (там же, с. 337). В 1970 директора трёх гросс-банков ФРГ имели 650 мандатов членов наблюдательных советов промышленных и других обществ.

Первоначально крупнейшие финансово-монополистической группы (ФМГ) формировались вокруг крупнейших фамильных состояний финансовых магнатов, например таких, как Рокфеллеры, Морганы, Дюпоны, Меллоны и т.д. Затем финансово-монополистические группы все больше стали тяготеть к определенным территориям, объединяя различные финансовые капиталы различных семейных кланов (калифорнийская, чикагская ФМГ и проч.)

Что касается трастовых операций банков (по хранению и управлению имуществом клиента по доверенности), то они стали интенсивно развиваться с 1920-х гг. двадцатого века, но наибольшего развития достигли лишь после 2-й Мировой войны. Например, в 1967 активы траст-отделов банков США, состоявшие главным образом из контрольных пакетов акций корпораций, составили 253 млрд. долл.

После 2-ой Мировой войны в условиях научно-технической революции усилилось сращивание банков и промышленных монополий в связи с ростом масштабов кредитных, расчётных и платёжных операций. Анализ балансов промышленных концернов капиталистических стран показывает, что практически нет предприятий, не использующих заёмный капитал. Произошла специализация на рынке ссудных капиталов. Быстрое развитие получили новые кредитно-финансовые институты: страховые учреждения, пенсионные фонды, инвестиционные компании, ссудо-сберегательные ассоциации и др. специализированные учреждения. Однако большинство из этих институтов либо непосредственно подчинено монополистическим банкам, либо теснейшим образом с ними срослось.

Важнейшей тенденцией, характерной для послевоенного этапа развития финансового капитала, является перерастание национальных рамок. Развитие международных монополий ведёт к усилению связей между ними и возникновению международных финансовых групп. Международные концерны развиваются не только путём открытия филиалов, приобретения контрольных пакетов акций. С 1960-х гг. наиболее характерными формами становятся слияния, кооперация и различного рода объединения монополий различных стран.

Как сообщает в своей статье "Глобальный кризис как кризис перепроизводства денег" Л.Гринин (журнал "Философия и общество". Выпуск N1(53)/2009), "Современные финансовые корпорации стали поистине гигантскими, в некоторых из них работают по всему миру десятки и даже сотни тысяч высококвалифицированных финансистов, что представляет собой совершенно новое явление, подобное возникновению гигантских монополий в конце XIX и начале XX в. Например, в уже упоминавшихся выше крупнейшем банке "Citigroup" работали 358 тыс. сотрудников, а в банке "Lehman Brothers" - около 30 тыс. Росту этих громадных финансовых корпораций способствовало появление новых финансовых технологий и увеличение объемов спекулятивного капитала. Именно финансовый сектор стал своего рода авангардом экономической глобализации, одновременно и стимулируя подъемы в местах, куда он перетекает, и вызывая кризисы в слабых национальных экономиках при его резких оттоках".

И еще одно новое явление, о котором пишет Д.Сорос. Оно заключается в том, что "глобализация финансовых рынков, начавшаяся в 1980-х гг., позволила капиталам свободно перемещаться по миру, затрудняя их налогообложение и регулирование. Это ставит финансовый капитал в привилегированное положение: правительствам приходится уделять нуждам международного капитала больше внимания, чем чаяниям собственного народа. Странам трудно сопротивляться этой тенденции. Но возникшая мировая финансовая система отличалась нестабильностью, так как была построена на ложной предпосылке, что финансовые рынки способны регулировать себя сами. Вот почему старая система развалилась и не может быть склеена заново. Международным рынкам необходимо международное же регулирование, но существующий его вариант основан на принципах национального суверенитета. Некоторые международные правила существуют, например Базельские соглашения о требованиях к минимальному капиталу. Неплохо поставлено взаимодействие между рыночными регуляторами. Но источником легитимности все равно являются суверенные государства. А значит, просто перезапустить заглохший механизм недостаточно; необходимо создать никогда прежде не существовавшее регулирование. При текущем положении вещей финансовая система отдельного государства поддерживается его правительством. Но каждое правительство прежде всего озабочено состоянием экономики собственной страны. В итоге развивается тенденция, которую можно назвать финансовым протекционизмом, который угрожает подорвать и даже разрушить международные финансовые рынки. Британские регуляторы больше не станут верить исландским властям, а страны Восточной Европы будут бороться с зависимостью от банков с иностранными владельцами. Итак, необходимо, чтобы регулирование стало полностью международным. Иначе международные финансовые рынки будут разрушены игрой на разнице между условиями регулирования на разных рынках. Бизнес будет мигрировать в страны с наиболее мягким регуляционным климатом, подвергая остальные государства неприемлемому риску. Успех глобализации объясняется тем, что государства были вынуждены отказываться от регулирования. Но этот процесс не пойдет в обратном направлении. Крайне сложно будет убедить различные страны согласиться на единые правила регулирования. У разных государств разные интересы, которые подталкивают их к разным решениям. Яркий пример -- Евросоюз, члены которого согласны по множеству позиций, но все равно не могут прийти к согласию по единым финансовым правилам. Что же говорить об остальном мире? В 1930-х гг. торговый протекционизм ухудшил и без того плохую ситуацию. В современной глобальной экономике рост финансового протекционизма представляет куда большую опасность" (BNE: Джордж Сорос Прогнозы: Будущее в форме буквы W 15.01.2010, 5 (2523). Перевел Антон Осипов. Печатается с разрешения Project Syndicate).

Движение мирового финансового капитала происходит в различных формах:

- государственных и частных финансов;

- рынка евровалюты;

- рынка прямых и портфельных инвестиций.

В структуре мирового финансового капитала можно выделить рынок денежных средств, рынок облигаций, рынок акций и ценных бумаг. Рынки денег и облигаций вместе составляют кредитный рынок, а на рынке акций продаются права собственности. Рынок денежных ссуд состоит из предоставления краткосрочных кредитов. Рынок облигаций -- это, как правило, средне - и долгосрочные кредиты. Краткосрочные кредиты дают возможность корпорациям и банкам за счет внешних займов восполнять временную нехватку оборотных средств. Средне - и долгосрочные кредиты используются для пополнения основного капитала, финансирования целевых программ и дефицита госбюджета. Оплата кредита может осуществляться по фиксированному или "плавающему" проценту.

Бесспорным лидером в экспорте капиталов стала Япония, на долю которой на рубеже 1980-- 1990-х гг. приходилось 53% вывозимого из всех стран капитала. Второе место в экспорте занимала Швейцария, на долю которой приходилось 8% вывозимого капитала.

Отличительной чертой последних десятилетий стало то, что США из крупнейшего в прошлом экспортера капитала превратился в самого крупного импортера, на долю которого приходится около 30 % импорта капитала. За США идут Великобритания (9 %) и Канада (8%)

В 1970--1980-е гг. резко возросли масштабы ссудных капиталов. Если в предыдущие десятилетия преобладали прямые инвестиции, то позднее доминирующей формой стала ссудная. В 1990-е гг. ситуация снова стала меняться, но уже в пользу рынка ценных бумаг, масштабы операций на котором более значительны, чем на рынке банковских ссуд.

Особенностью последних десятилетий является также то, что наибольшая интенсивность мирового рынка капиталов наблюдается в Западной Европе. Этому способствуют интеграционные процессы, снятие многих регламентаций, регулирующих экспорт и импорт капиталов. На Западную Европу приходится значительная часть американского и японского экспорта капитала. В конце XX века дальнейшее развитие получили еврорынки, элементами которых наряду с рынком евровалют стали рынки еврооблигаций и евроакций. Еврооблигации, как и другие элементы еврорынков, утрачивают национальную принадлежность, не имеют территориальной привязанности, могут быть размещены в международных банках. Иностранные облигации выпускаются не в стране-заемщике, а в стране-кредиторе, что обязывает эмитента подчиняться законам о регулировании рынка ценных бумаг, принятым в стране, где осуществляется эмиссия. Еврооблигации размещаются быстрее и с меньшими издержками, они не подвергаются регламентации со стороны национальных законодательств.

Дополняя и опосредуя мировую торговлю, вывоз капитала сегодня становится определяющей формой международных экономических отношений. Со второй половины XX века вывоз капитала непрерывно растет. Экспорт капитала опережает по темпам роста, как товарный экспорт, так и ВВП промышленно развитых стран. Ускорению миграции капитала сегодня способствуют: растущая взаимосвязь национальных экономик на основе интернационализации производства; углубление международной специализации и кооперирования; экономическая политика как промышленно развитых, так и развивающихся стран, направленная на привлечение иностранного капитала; стремление развитых стран перевести "экологически грязное" и трудоемкое производство в развивающиеся страны. Хотя значительная часть потоков иностранного капитала представляет собой перекрестные инвестиции между промышленно развитыми странами, большие объемы иностранного капитала поступают и из промышленно развитых стран в развивающиеся. Важной чертой, современного вывоза капитала стал рост миграции капитала между развивающимися странами и особенно "новыми индустриальными" и остальным миром. Существенные изменения происходят в формах вывоза капитала. С начала 1990-х годов во всем мире наблюдается беспрецедентный рост портфельных инвестиций. Высокими темпами растут и международные кредиты.

Если в середине 1970-х гг. в структуре экспорта частного капитала стран ОЭСР облигационные займы составляли 10 %, то в середине 1990-х гг. - уже 40%. Колебания такого огромного объема портфельного капитала, его приток или отток, могут фатально повлиять на экономическую ситуацию, поскольку он может "сбежать" в течение часов и дней, тогда как производственный инвестиционный капитал если и уходит из страны, то в течение месяцев или даже лет.

С середины XX века происходят изменения в отраслевой структуре иностранных инвестиций - перемещение вложений из добывающих отраслей в современные, наукоемкие, высокотехнологичные отрасли обрабатывающей промышленности и сферу услуг.

Одной из важнейших тенденций в вывозе капитала в послевоенный период стало активное вмешательство государства в этот процесс. Воздействие государств на миграцию капитала осуществляется путем стимулирования ввоза (вывоза) капитала на национальном и межгосударственном уровнях. Политика государства в отношении портфельных инвестиций строится на основе устранения всех возможных ограничений в его движении. Характерно, что вывоз капитала за границу регулируется в меньшей степени, чем приток иностранных инвестиций. При этом надо иметь в виду, что иностранный капитал не навязывается странам, а напротив, идет ожесточенная конкурентная борьба за его привлечение.

Академик С.Глазьев в своей статье "О кризисе глобальной финансовой системы" (Submitted by admin on Fri, 2008-12-19. Аналитика. http://alternativy.ru/de/node/718), характеризуя современное состояние мирового рынка капиталов, пишет: "Разворачивающийся в настоящее время кризис глобальной финансовой системы имеет три составляющих. Во-первых, саморазрушение финансовой пирамиды долговых обязательств США. Во-вторых, виртуализация финансовых операций, повлекшая недооценку финансовых рисков и отрыв финансового рынка от реального сектора экономики. В-третьих, обесценение финансового капитала в условиях исчерпания возможностей экономического роста на основе доминирующего технологического уклада и связанного с этим структурного кризиса экономики ведущих стран.

Масштаб диспропорций, накопившихся в глобальной финансовой системе, исключает возможность ее совершенствования без устранения глубинных причин кризиса. В частности, без списания обязательств по виртуальным сделкам с деривативами, устранения дефицита государственного бюджета и платежного баланса США. Поскольку эти меры пока не планируются, то очевидными следствиями кризиса будут: хаотическое обесценение значительной части финансового капитала; неконтролируемая девальвация доллара и утрата им положения единственной мировой резервной валюты, региональная фрагментация мировой валютно-финансовой системы.

Масштаб финансового кризиса намного превышает возможности национальных правительств по его купированию.

Объемы списаний обязательств 100 крупнейших мировых компаний и банков в результате финансового кризиса приближаются к 600 млрд. долл. Общее сжатие ликвидности может быть многократно более сильным в силу обратного действия кредитного мультипликатора. Уже сейчас общие объемы глобальных списаний оцениваются в 2,8 трлн. долл.

Для смягчения остроты столь масштабной проблемы требуются дополнительные источники ресурсов, намного превышающие бюджетные возможности ведущих государств. Общий объем чрезвычайных госрасходов США может превысить 1,5 трлн. долл., тем самым еще больше увеличивая размер американского государственного долга и бюджетного дефицита. В связи с этим очевидно, что инфляционное давление будет возрастать. Аналогичные риски могут возникнуть и для других стран, во многих из них рост цен уже ускорился почти вдвое по сравнению с соответствующим периодом прошлого года.

В течение ближайшего года сложившиеся тенденции будут поддерживать нестабильность на финансовых рынках, сохранять жесткими условия привлечения новых займов, замедлять темпы экономического роста в ведущих экономиках, негативно влияя на остальной мир. На самом фондовом рынке возможны периоды повышенной волатильности, что вынудит регуляторов использовать запретительные или ограничительные меры. Проблема ликвидности сохранится как для отдельных финансовых компаний ряда стран, так и для мировой финансовой системы в целом. Хотя предпринимаемые регуляторами меры по поддержанию рынков смягчают остроту ситуации, но весь масштаб списаний и потерь вряд ли станет ясен в ближайшие месяцы. Высока вероятность усиления инфляционных тенденций в первую очередь в самих США, поскольку планируемые меры поддержки американской экономики будут означать и рост бюджетного дефицита (он может превысить трлн. долл.), и увеличение госдолга (до уровня свыше 13 трлн. долл.).

Нестабильность финансовых рынков и всей экономики США повышает нестабильность американской валюты. В динамике ее курса могут проявиться понижательные тенденции. В настоящее время, в условиях кризиса ликвидности, обилие долларов в мире делает их наиболее доступными и востребованными, в связи с чем курс американской валюты повышается. Однако в среднесрочном плане кризисные процессы в американской экономике и связанные с этим тенденции - снижение процентных ставок, усиление инфляции и др. - должны оказать понижающее давление на курс доллара. Этому же будет способствовать возможное ослабление позиций доллара вследствие снижения спроса на эту валюту в мире".

Развернутый анализ проблем современного положения на мировом рынке капиталов дан также в работах И.Левиной "К вопросу о соотношении финансового и реального секторов" (Вопросы экономики, 2006, N 9. http://absopac.rea.ru/OpacUnicode/index.php?url=/notices/index/IdNotice:112639/Source:default) и "Мировой экономический кризис и сценарии посткризисного развития: марксистский анализ" (http://finanal.ru/001/mirovoi-ekonomicheskii-krizis-i-stsenarii-postkrizisnogo-razvitiya-marksistskii-analiz?page=0,1).

И.Левина в первой из вышеназванных статей приводит следующую информацию о масштабах финансового сектора мировой экономики: "В конце XX - начале XXI века масштабы финансового сектора экономики заметно возросли. Очевидно, что финансовое посредничество и финансовые институты играют сегодня более значительную роль, чем 20 - 30 лет назад.

Ежедневные международные потоки капитала в начале XXI века составили около 2 трлн. долл. В 2005 г. объем иностранных депозитов в коммерческих банках составил более 15 трлн. долл. (по сравнению с 10 трлн. долл. в 2000 г.) За последние десятилетия ежедневный объем сделок на мировом валютном рынке возрос с 1 млрд. до 1880 млрд. долл., а объем торговли товарами и услугами - всего на 50%. В результате в 2004 г. объем валютных операций в 70 раз превышал объем мирового экспорта товаров и услуг".

Такова статистика. Она, безусловно, впечатляет. Однако важно не просто констатировать гигантские структурные подвижки в экономических потоках, но и понять сущность этих явлений. И, как мне представляется, И.Левина сумела выработать на основе применения методологии марксистской политической экономии верную концепцию, объясняющую происходящие в глобальной экономике процессы.

И.Левина, приступая к анализу процессов, происходящих в секторе финансового капитала", пишет: "Возможность кризиса у Маркса - это возможность несовпадения актов купли и продажи, связанная с функцией денег как средства обращения, играющих роль знака всеобщего эквивалента. В отличие от количественной теории денег в марксистской теории деньги - товар, имеющий стоимость, а не просто некоторое количество знаков. С этим связаны причины возможного отрыва финансового сектора от реального, а также и то, почему этот отрыв приводит к образованию "пузырей". Последние не имеют в своей основе новой стоимости и потому не являются деньгами в точном смысле слова".

Таким образом, И.Левина считает, что определенная (и в настоящем времени весьма значительная часть) финансов не является деньгами, а только, как выразился К.Маркс, лишь их символами.

Этот финансовый капитал в последние десятилетия стал превращаться в относительно самостоятельное и самодостаточное явление.

В.Левина к мировым финансовым активам относит акции, негосударственные долговые обязательства, государственные долговые обязательства, банковские вклады, т.е. фиктивный капитал. Если в 1980 году сумма этих активов была примерно равна мировому ВВП (12 трлн. и 10 трлн. долл. соответственно), то в 2007 году первые превышали вторые в 3,5 раза (195 трлн. и 55 трлн. долл. соответственно - (см.: Harvard business Review - Россия. 2008. Окт. www. hbr-russia.ru).

Объясняя происхождение столь громадных сумм фиктивного капитала, В.Левина верно замечает, что самодостаточность этих финансовых активов относительна. Самодостаточность ее наблюдается на поверхности явлений экономической деятельности. На самом же деле, вслед за К.Марксом, который проник в глубину сущности капиталистических экономических отношений, следует считать, что деньги (как посредник обмена, бумажный или виртуальный знак) не есть богатство вне системы производства товаров.

"Все богатство, "вращающееся" в финансовых сферах, с точки зрения марксистской теории, - пишет В.Левина, - есть не более чем перераспределение стоимости, созданной в реальном секторе. При этом современное производство характеризуется столь высокой производительностью труда, что созданного в нем стоимостного богатства хватает на всех, в частности и на занятых в финансовом секторе. Финансовый же капитал как таковой (за вычетом деятельности, повышающей эффективность реального сектора) создает лишь фиктивное богатство, крайне своеобразную ложную социальную стоимость".

Итак, финансовый сектор выполняет функцию не созидателя богатства, а механизма перераспределения прибавочной стоимости, которая создается в сфере производства материальных и интеллектуальных ценностей. Вместе с тем, следует иметь в виду, что этот механизм выполняет также определенные функции управленческого характера и счетоводства. В первую очередь это касается деятельности государства и банков. Государство формирует бюджет, реализует общенациональные и региональные программы в области обороны, безопасности и социальной сферы. Банки же опосредуют движение ссудного капитала, а также процесс обращения вновь созданных товаров, необходимых для производителей реальных благ и обеспечивающих непрерывность общественного воспроизводства.

Как справедливо пишет В.Левина, "кризис резко меняет ситуацию: фиктивность создаваемого в финансовом секторе богатства начинает обнаруживаться с ужасающей быстротой. Вложения в финансовые активы и сами эти активы, выглядевшие очевидно общественно признанным богатством, превращаются в ничто. Фиктивные денежные ресурсы становятся тем, что они есть на самом деле - бумагой или виртуальной, существующей в воображении реальностью.

Это богатство исчезает с пугающей легкостью: суммарная рыночная капитализация всех компаний мировой экономики за 2008 г. сократилась на 30 трлн. долл., то есть почти вдвое<...>Так кризис доказывает правомерность трудовой теории стоимости и относительную самостоятельность денег, выступающих в своей функции средства обмена и - особенно - средства платежа (напомним: почти все финансовые активы в XXI в. так или иначе производны от кредитных обязательств)".

Далее В.Левина, как мне представляется, была сбита с толку рассуждениями В.Бузгалина и В.Колганова о том, что современный капитализм породил сложнейшую сеть, иррациональных и фиктивных форм капитала, сосредоточенных в т.н. превратном секторе экономики (ВПК, "индустрия досуга" и в особенности отрасли масс-культуры; гипертрофированная сфера бюрократического государственного и корпоративного управления), якобы создающего и присваивающего ложную социальную стоимость (что это за категория? - ВП).

В.Левина при этом исходит из устаревшего представления о структуре общественного производства. Дело в том, что в современной экономике наряду с отраслями по производству средств производства и средств потребления следует выделять и другие сектора экономики, а именно, по крайней мере, сферу НИОКР, ВПК и сферу услуг. Эти сектора экономики также создают материальные и духовные ценности, которые при капитализме имеют стоимость, а работники этих отраслей создают прибавочный продукт. Какая разница между легковым автомобилем и минометом? И тот и другой продукт является средством потребления: в первом случае - предметом личного потребления, во втором случае - общественного (государственного) потребления.

Г.Костин в своей статье "Финансово-экономический кризис в мире и в России" ("ЭФГ" N45 за 2012 год) так же, как и В.Левина подчеркивает возросшую роль, скажем так, "паразитических" отраслей в гонке за высокими прибылями и влиянии на "классический" процесс капиталистического воспроизводства. Он пишет, что "большую прибыль приносит не материальное производство, а торговля наркотиками, людьми, оружием, коррупция, проституция, азартные игры, терроризм и войны за доступ к дешёвым и стратегическим ресурсам.

Прибыль тем больше, чем более разрушительным, человеконенавистническим, аморальным бизнесом занимается тот или иной субъект экономики, неважно отдельный человек, предприниматель, чиновник, группа организованной преступности или целая страна. И эти негативные сферы деятельности, как бы ни возмущалось общество, что бы ни пыталась делать власть, при действующем в стране примате рыночной экономики и рыночного мышления будут иметь неоспоримое преимущество перед материальным производством, социальными программами и моральными устоями общественной жизни". Надежной статистики доходов, которые получают преступники в разросшейся сфере нелегального или полулегального бизнеса, не существует, но то, что они внушительные, сомнений у меня не вызывает. Г.Костин, безусловно, прав, что все перечисленные им виды "бизнеса" аморальны и не могут считаться отраслями, необходимыми для общественного производства и созидающими стоимость. Однако, не эти виды аморального "бизнеса" вызывают разрушительные экономические кризисы. Главным фактором, который приводит к нарушениям хода воспроизводства, является легальный спекулятивный капитал.

К числу т.н. превратных видов деятельности, вне всякого сомнения, следует отнести спекуляцию (в том числе и финансовую), а также многообразные формы посредничества. Эти виды деятельности обслуживают движение фиктивного капитала и выражаются в игре на фондовых, валютных и товарных биржах. Поскольку они приносят доход (за счет перераспределения прибыли), то, естественно, что они при современных средствах коммуникации, компьютеризации сложнейших расчетов с применением экономико-математических методов для прогнозирования конъюнктуры рынков, и наличии разветвленной системы бирж, покрывающих густой сетью весь земной шар, являются источниками быстро растущего оборота фиктивного капитала. К этому, как пишет В.Левина, следует добавить "...инсайдерскую информацию и другие параметры, позволяющие, например, "рейнмеркерам" (rain-makers - те, кто "делает погоду" на финансовых рынках, непосредственно управляя потоками активов) получать (в отличие от "обычных" акционеров) сверхприбыль; государственное регулирование; рыночную власть и другие формы нерыночного воздействия крупнейших корпораций и т. д.). Все это параметры, непосредственно являющиеся субъективными, зависят прежде всего от случайных соотношений и поведения рыночных агентов. Здесь характерный для рынка вообще отрыв цены от стоимости как бы возводится в степень. Материальная основа - движение общественного абстрактного труда, стоимости - оказывается столь далека от непосредственного процесса "оценки" фиктивного капитала (величины капитализации), что играет уже незначительную роль. И только в период кризиса выясняется, что этот капитал фиктивен. И выясняется это в совершенно очевидной и брутальной форме - резком падении котировок акций, спаде на фондовом рынке и т. п.".

В.Левина, обобщая сказанное о фиктивном капитале, приходит к интересному выводу: "Виртуальный финансовый капитал, достигнув невероятных еще двадцать лет назад масштабов, превратился в своеобразный "черный ящик", живущий относительно независимо от системы общественного воспроизводства. Это именно "черный ящик": изменения в его структуре и величине происходят столь быстро, он столь вездесущ, что познание его внутреннего строения, системы взаимодействий и т. п. представляет собой принципиально неразрешимую задачу. Известно лишь, что он некоторым образом (но не всегда) реагирует на некоторые внешние "раздражители" (регулирующие меры крупнейших государств и международных финансовых институтов). Теоретически и практически выверенной модели жизнедеятельности этого "ящика" нет. Как "черный ящик", он способен продолжать относительно стабильно функционировать, но может породить и финансовый кризис. Система непознаваема и нерегулируема". В этом выводе имеется большая доля истины, учитывая иррациональность спекулятивной деятельности дельцов этого действительно превратного сектора капиталистической действительности. К аналогичному выводу пришел и И.Ткачев, который в статье "Кризис поставил крест на классической теории экономики" (http://top.rbc.ru/econom "ics/06/02/2012/636381.shtml) пишет: "Банки давно не являются кредитными организациями в классическом смысле, привлекающими депозиты и выдающими ссуды, - они инвестируют в самые различные инструменты, принимая на себя дополнительный риск. Биржевая стоимость акций оторвалась от реального финансового положения компаний.

Яркий пример - грядущее IPO (англ. Initial Public Offering -- первая публичная продажа акций акционерного общества - ВП) социальной сети Facebook, которой прочат биржевую оценку в 100 млрд. долл. Коль скоро инвесторы готовы покупать акции перспективной компании исходя из такой капитализации, эта оценка является для них обоснованной. Однако для многих людей интуитивно странно, что интернет-компания с годовой чистой прибылью в 1 млрд. долл. может стоить в 100 раз больше. При капитализации в 100 млрд. долл. Facebook будет стоить дороже производителей компьютеров HP и Dell вместе взятых<...>Классический пример эпического провала математических финансовых моделей, вошедший во все современные учебники, - крах хедж-фонда Long Term Capital Management (LTCM), один из основателей которого Майрон Шоулз в 1997г. получил Нобелевскую премию за создание модели оценки деривативов. Эта модель определила направление математических финансов и сейчас широко используется портфельными инвесторами.

Фондом LTCM управляли блистательные специалисты по управлению рисками, и на протяжении первых лет своей работы он показывал впечатляющую доходность. Однако в августе 1998г., когда в России произошел дефолт, некоррелированные позиции фонда (на поддержании этой некоррелированности основывалась рисковая стратегия LTCM) резко стали высоко коррелированными, риск потерь повысился многократно. В итоге фонд потерпел крах, на своем примере доказав ограниченность самых гениальных финансовых моделей".

Здесь следует заметить, что т.н. "капитализация фирмы" есть рыночная оценка того фиктивного капитала, который находится в собственности той или иной корпорации. "Такой капитал по своей природе количественно и качественно неопределенен, - пишет В.Левина, - Он не может быть определен количественно, ибо в принципе неизвестно и не может быть даже приблизительно оценено, какова его действительная величина, то есть стоимость (выраженная, естественно, в денежном эквиваленте). Известна лишь постоянно изменяющаяся оценка, зависящая не от стоимости данного "товара" (товара-то как такового нет - есть лишь фиктивная производная от функционирующего капитала), а от производных второго, третьего и т. д. порядка факторов".

Пройдя через период некоторых ограничений в середине XX века, фиктивный финансовый капитал приобрел новую качественную характеристику. Как форма господствующего вида капитала, опирающегося на власть гигантских (распоряжающихся объемами общественного богатства, сравнимого с потенциалом средних государств) корпораций, сращенных к тому же с мощнейшими государствами мира, он еще более оторвался от своей материальной основы, капитала тех сфер, где создается стоимость, стал в значительной мере виртуальным. На практике это превращение приняло вид явления, названного учеными США и Европы финансиализацией. Этот процесс характеризуется следующими специфическими чертами. Во-первых, качественным и количественным сдвигом в пользу финансового сектора (растущие опережающими темпами объемы трансакций, отток в эту сферу человеческих и иных ресурсов). Во-вторых, едва ли не определяющим влиянием этого сектора на всю систему аллокации ресурсов и координации (направления потоков инвестиций, принятие решений, структура цен во всей экономике определяются ныне во многом конъюнктурой финансового сектора). Финансовые спекуляции все в большей мере становятся "регулятором" рынков всех видов. Наконец, вся система общественного воспроизводства приобрела многие специфические черты, среди которых резко возросшая зависимость этого процесса от случайных факторов, рисковость, нестабильность экономической системы - черты, давшие содержательные основания для того, чтобы назвать эту систему "казино-капитализмом". В результате сформировался особый тип человеческого поведения - ориентация на финансовые трансакции как главный способ жизнедеятельности. По мере развития финансиализации "homo finansus" становится едва ли не господствующим типом личности (причем это характерно не только для предпринимателей, но и для потребителей.

Как отмечает В.Левина, "управление фирмой для виртуального капитала заменяется игрой на биржах, где господствуют не собственники акций, а "рейн-меркеры". Он, говоря языком Ж.Делеза и Ф.Гваттари, "детерриториализован", не имеет "прописки", "земли", к которой он был бы хоть как-то привязан. Как таковой он легко уходит из-под любого - национального и международного - государственного регулирования. И в то же время он оказывается виртуален двояко - с "технологической" точки зрения (живет в компьютерных сетях) и с точки зрения вероятности. Виртуальный финансовый капитал - это, возможно, деньги, а может быть, просто фикция. Денежные агрегаты (особенно на уровне М3), становясь чем-то производным от виртуального финансового капитала, перестают быть всеобщим эквивалентом и превращаются в особый рисковый капитал, "капитал-риск"".

Л.Гринин в своей статье "Глобальный кризис как кризис перепроизводства денег" (Журнал: "Философия и общество". Выпуск N1(53)/2009) таким образом определяет роль фиктивного финансового капитала в процессе воспроизводства: "...несмотря на растущее господство фиктивного финансового капитала, денежные и их многократно дублирующие активы образуют огромный сектор, который должен производить деньги, доход. Сами по себе все эти активы лежать не могут, ведь они взяты у кого-то (кто должен получить на них свою долю прибыли) в кредит, в рост, во временное пользование и т. п. Даже их хранение, обслуживание, страхование требует больших затрат. Каждый день их бездействия - это огромные потери, если учесть, что крутятся многие триллионы долларов и евро. Чем больше таких активов, тем важнее их вложить в правильное место, заставить приносить прибыль. Подобно тому, что происходит при продаже товаров, происходит и при "продаже" денег: их продавцы конкурируют за наиболее выгодных клиентов, они ищут все новые технологии продвижения своих продуктов, они начинают буквально навязывать деньги. Когда вам звонят по телефону из банка и предлагают активировать кредитную карту или взять кредит, это и свидетельствует о перепроизводстве денег. Кредиторы-продавцы денег начинают конкурировать за возможности их вложения, они начинают иметь дело со все более ненадежными покупателями. При современных финансовых технологиях, при почти мгновенном перемещении гигантских капиталов в разных концах мира возникают такие движения, которые способны создать колоссальные изменения, огромный избыток свободных, но жадных к получению высокой прибыли, активов устремляется в те отрасли, которые кажутся наиболее доходными, включая сырье, недвижимость, строительство домов, акции и т. п. Все приходит в движение: доля накопления уменьшается, доля заимствования у будущего растет. Перепроизводство денег достигает максимума. Наконец наступает фаза, когда рост продажи денег приостанавливается. И тогда сильно усложненную систему начинает трясти. В результате подобно тому, как при переизбытке товаров они так или иначе уничтожаются (путем переоценки, списания, дешевых распродаж, морального устаревания или физического уничтожения, чтобы освободить склады), начинают уничтожаться перепроизведенные финансовые ценности".

Однако, несмотря на всю иррациональность фиктивного капитала и его растущее влияние на движение финансовых ресурсов в экономике, нельзя забывать ту простую истину, что процесс реального воспроизводства прекратить невозможно, ибо люди и все общественные структуры должны обеспечивать свое существование. Поэтому, несмотря на засилие на рынках фиктивного спекулятивного капитала, возникновение всякого рода "пузырей" и крах финансовых пирамид финансовая система вынуждена выполнять определенные полезные функции кредитования реального сектора, а не только быть сферой спекулятивных операций.

И еще одно принципиальное замечание, касающееся роли фиктивного денежного капитала в системе общественного воспроизводства. Л.Гринин глубоко ошибается, когда отождествляет процесс создания "символов" стоимости с производством реальных товаров и услуг. Его утверждение о том, что при т.н. производстве "денег", под которыми он имеет в виду все виды "ценных" бумаг и инструментов спекулятивного финансового рынка, создается стоимость и прибавочная стоимость, совершенно не соответствует действительности, антинаучно и заимствовано у авторов "Экономикс". Так Л.Гринин пишет: "...изменилась макроэкономическая ситуация и роль этого капитала. Если раньше он играл все же больше косвенную роль в перепроизводстве товаров, то теперь все большая часть ВВП и добавленной стоимости создается прямо в финансовом секторе (как мы видели выше). То есть деньги прямо порождают деньги, а сам продукт, товар, который продается, является по сути особой денежно-знаковой формой, которая превращается со все большим ускорением в прямую денежную форму. Иными словами, товар (Т) в знаменитой формуле Д-Т-Д' превращается из товара (Т) в деньги-товар (акцию, кредит, сертификат, вклад, дериватив и т. п.), который можно было бы обозначить как деньги-товар (Дт). В результате вся формула получения прибыли модифицируется в следующем виде: Д-Дт-Д'. И это не просто замена одного члена. Само получение прибыли в финансовом секторе идет по другим законам - законам обращения, спекуляции, в то время как процесс имеет черты именно массового производства, однако производства денег в виде особого рода товаров. В целом это небывалая ситуация, которая требует специального исследования". Конечно, исследовать нужно, однако имея при этом в виду, что то, что Л.Гринин называет Дт не является товаром, содержащим вновь созданную стоимость, как утверждают буржуазные экономисты.

7.3 Финансовые спекуляции

В мире в последние десятилетия существенно усилилась спекулятивность капиталистической экономики, особенно в финансовом секторе, что, несомненно, усугубляет ее стихийный характер. Как метко выразился Д.Сорос, "речь идет об искусственной деятельности, которая ничего не производит". Картину хаоса "украшают" не только проделки мелких спекулянтов, зарабатывающих себе денежки на хлеб насущный, но и крупные мошенники - настоящие акулы бизнеса, такие, как Б.Мэдофф - экс-глава знаменитой фондовой биржи Nasdag, который умудрился нанести ущерб клиентам своей гигантской финансовой пирамиды, исчисляемый в 60 миллиардов долларов. Так, в печати сообщалось, что потери нидерландского банка Fortis составили 1 миллиард евро, испанского банка BBVA (второго по величине в этой стране) оценивается в 300 миллионов евро, а британский HSBC лишился 1 миллиарда долларов и т.д. Стало известно о проделках еще одного миллиардера - бывшего исполнительного директора компании-производителя микросхем Broadcom Г.Николаса, который обвиняется американскими властями не только в финансовых махинациях, но и в хранении и продаже наркотиков. Сегодня в сфере финансов преобладают спекулятивные операции, достигающие, согласно оценкам экспертов, примерно 95% от общей суммы сделок.

Сумма вторичных долговых обязательств (деривативов), обращающихся на фондовых биржах, которые Д.Сорос образно назвал "токсичными", возросла в предкризисном, 2006 году до фантастической величины - 473 триллионов долларов США, превысив объем мирового ВВП в 10 раз! В прессе можно встретить и такую цифру, как 1500 трлн. долларов. Кроме того, только на валютном рынке ежедневно заключаются сделки на общую сумму свыше 3 трлн. долларов. Дело, в конечном счете, не в точности этих цифр, а в том, что гигантские объемы спекулятивных денег деформируют мировой финансовый рынок.

Деривативы вошли в моду на волне кредитного бума, став одной из самых распространенных форм передачи кредитных рисков другим инвесторам. Особую популярность приобрели контракты, предполагающие выплату премии тому, кто берет на себя риск невозврата по тому или иному кредиту (Credit default swaps). Впервые такой инструмент в 1997 году запустил в оборот JP Morgan Chase на общую сумму 9,7 млрд. долларов. Среди заемщиков были Ford, Wal-Mart, IBM и ряд других крупнейших американских компаний. Глядя на них, стали расти ряды покупателей данного вида деривативов. Продав свопы, JP Morgan, хотя и обязался платить премию, высвободил из резервного фонда сотни миллионов долларов. Этот процесс распространения деривативов, с одной стороны, стимулировал ажиотаж на рынке недвижимости, а с другой стороны, спровоцировал неуправляемый рост "токсичных" активов. Их сумма в конце первого полугодия 2008 года только в США составила около 182 трлн. долларов, из которых на кредитные контракты приходилось 15,5 трлн. долларов.

Кстати, в СМИ появилось сообщение (http://news.mail.ru/economics/15270015/?frommail=1) о том, что международный банк JPMorgan Chase, основанный в 1799 году и являющийся одним из мировых лидеров в сфере предоставления инвестиционных банковских услуг, активы которого оцениваются в 2 трлн. долларов, достиг предварительного соглашения с министерством юстиции США, согласно которому компания выплатит 13 млрд. долларов для урегулирования претензий американских властей. Переговоры, в которых кроме банка и Министерства юстиции США участвуют Комиссия по ценным бумагам и биржам, Министерство жилищного строительства и городского развития США и генпрокурор штата Нью-Йорк, нацелены на урегулирование претензий к деятельности JPMorgan в годы, предшествовавшие кризису 2008 года. JPMorgan продавал через дочерние структуры Bear Stearns и Washington Mutual проблемные ипотечные ценные бумаги, из-за чего в период мирового финансового кризиса покупатели понесли крупные убытки.

Конечно, у каждой палки два конца. Наряду с запуском коммерческими банками деривативов под необеспеченные кредиты, нельзя закрывать глаза и на такое явление в капиталистической действительности последних десятилетий, как стремление населения к потребительству за счет долговых обязательств, которые они не в состоянии выполнить при своих скромных доходах. Как говорил Д.Сорос в своем интервью французской газете "Le Nouvel Observateur" ("Моя правда о крахе". "http://wap.liberal.borda.ru/?1-2-0-00000073-000-0-0-1263533759), "Мы находимся в глазе циклона. Этот кризис по своему масштабу и длительности превосходит мои наихудшие опасения. Со временем он не позволит американским потребителям, которые, основываясь на оценочной стоимости своей недвижимой собственности, жили в кредит, потреблять больше, чем они производят. Однако исчезновение этой гарантии, спровоцирует падение оценочной стоимости недвижимого имущества, сведет к нулю их сбережения. Поэтому американским домохозяйствам придется изменить образ мыслей". Спекулятивный рынок - это не только выигрыши, но и горечь неотвратимых поражений. Однако соблазн оказаться в выигрыше деформирует психологию людей, заражая их вирусами эгоизма и стяжательства. И только кризисы в состоянии подействовать отрезвляюще на поведение массы обывателей, которые вынуждены перед лицом суровой реальности осознать свое бессилие.

Спекулянты получали огромные прибыли, пока цены на наиболее рискованные бумаги вроде ипотечных облигаций росли. Ненадежные схемы оказывались самыми доходными. К середине 2008 года в управлении хедж-фондов находилось около 2,5 трлн. долларов. С началом кризиса сотни их лопнули, так же как рухнули и некоторые мошеннические финансовые пирамиды.

Финансовый мир все больше отрывается от реальной экономики, нависая над ней, как грозовая туча. Теперь даже министры финансов и Центробанков стран, входящих в G-8, признают "фундаментальную слабость мировой финансовой системы". Эмиссия кредитных денег, в том числе электронных, связана не столько с реальными доходами, сколько с гипотетическими, т.е. возможными доходами заемщиков, еще не полученными в процессе реального производства. У многих заемщиков закладные под недвижимость не имеют достаточного обеспечения, являясь фиктивными. Таким образом, образуется кредитный "пузырь", способствующий возникновению кризисов, ибо в один прекрасный день он неизбежно должен лопнуть. Повторяю, банки приучают домохозяйства жить в кредит, способствуя движению капитала, который может существовать, только сбросив с себя товарную форму и превратившись в деньги с тем, чтобы начать новый цикл своего расширенного воспроизводства. Однако такая практика, как показывает беспрерывная череда циклических финансовых кризисов, чревата потрясениями.

Спекуляции в условиях быстрого роста мировой экономики распространились и на сырьевые рынки. Инвесторы с началом финансового кризиса в панике искали, куда можно вложить свои средства, выведенные из ненадежных финансовых активов. Их взоры обратились на такие товары, спрос на которые всегда высок: от продовольствия и нефти до золота. Летом 2008 года, перед тем как рухнуть, цены на нефть добрались до отметки в 150 долларов за баррель. У таких спекулятивных акций было несколько отрицательных последствий. С одной стороны, они еще больше усложнили положение на внутренних рынках высокоразвитых стран, которые по уши влезли в кризис, нанесли удар по экономически отсталым странам, увеличив число нищих и голодных, а с другой стороны, породили в ряде стран иллюзию благополучия на начальной стадии глобального кризиса, как это произошло в России (более подробно см. мою статью "О спекуляции" (lit.lib.ru/p/paulxman_w_f/).

Действительно, в настоящее время на каждый доллар, обращающийся в реальном секторе мировой экономики, приходится до 50 долларов в финансовой сфере. Финансовый капитал становится все более спекулятивным. Об этом свидетельствуют данные, характеризующие его структуру. Так, общий объем мирового рынка вторичных ценных бумаг приближается к 100 трлн. долларов, а годовой оборот финансовых трансакций достиг полуквадриллиона долларов (см. МЭ и МО, 1999, N 6. с.57). К концу ХХ века только 1-2 % от общей суммы мирового оборота валютных средств было связано с торговым оборотом или прямыми иностранными инвестициями, а остальное приходилось на краткосрочные капиталовложения.

Изобретательный ум спекулянтов придумывает разнообразные способы избежать рисков при сделках. Основной смысл коммерческой торговли на мировом рынке, которая осуществляется в значительной мере в форме сделок спот, заключается в стремлении участников получить прибыль на различиях в валютных курсах в географически разных валютных центрах, используя арбитраж. Арбитраж-операция, предполагает покупку валюты или другого актива (товара, ценных бумаг) на одном рынке, и ее немедленную продажу на другом рынке и получение прибыли в силу различия цены покупки и цены продажи.

Большая подвижность валютных курсов, сложность и огромные размеры валютного рынка привели к возникновению специфической группы рисков, которые необходимо учитывать в международных операциях. Валютные риски - группа рисков, возникающих в связи с использованием нескольких валют в международных сделках. Валютные риски делятся на две группы: риски, связанные с изменением в будущем валютного курса, и риски, связанные с расчетами. Поскольку арбитраж предусматривает покупку одной валюты и ее немедленную продажу на ином рынке, никакого иного риска, кроме риска непроходимости расчетов, не возникает. Другое дело со всеми остальными формами торговли валютой на мировом рынке, где существует риск изменения валютного курса за время осуществления конкретной операции. Такие риски нейтрализуются с помощью хеджирования.

Тему спекулятивных сделок, анализирует И.Корсунцев в своей статье "Современные технологии несут глобальную угрозу" (http://politeconomy.ng.ru/research/1999-11-02/7_virt_finance.html), при этом он постоянно ссылается на мнение Д.Сороса. Он, так же, как и Д.Сорос, считает, что акции имеют истинную (фундаментальную) ценность, отличную от их текущей рыночной стоимости. При этом он исходит из посылки, что рыночная стоимость акций стремится к своей фундаментальной стоимости и что котировки на фондовом рынке напрямую влияют на богатство компании. И.Корсунцев пишет: "Существуют и другие подобные факторы, влияющие на ресурсы компании, - рейтинги кредитоспособности, доверие к управляющему персоналу, отношение клиентуры и т.п. Котировки фондового рынка не являются пассивным отражением ценности акций, а являются активными ингредиентами процесса.

Фундаментальный анализ определяет, как реальная ценность акций отражается на их котировках, а принцип рефлексивности показывает, как складывающиеся котировки могут повлиять на реальную ценность акций. Возникает система подъема-спада котировок. Как считает Сорос, в некоторых случаях такая игра на фондовом рынке может предоставить практически неограниченные средства в кратчайшие сроки. Избыточные ликвидные активы могут создать спекулятивный "пузырь", способный вызвать полномасштабный спад на фондовом рынке".

И.Корсунцев считает, что спекулятивные операции "горячими деньгами" являются более рентабельными, чем инвестирование в материальные активы. Они могут приносить огромные доходы, если основной тренд определен правильно. И в силу этого система свободно плавающих обменных курсов валют является кумулятивно дестабилизирующей, стимулируя ажиотаж на валютных биржах. И.Корсунцев пишет: "...финансовые технологии и финансовые ресурсы окончательно превратились в элементы виртуальной реальности. Если в предыдущие эпохи денежные единицы как-то соотносились с их материальными эквивалентами (головами скота, нормированным весом драгоценных металлов и т.д.), то в настоящее время они стали полностью виртуальными, и вряд ли кто-либо сможет ответить на вопрос, что представляют собой доллар США, марка ФРГ, фунт стерлингов, иена, рубль. Эти совершенно условные единицы могут служить эквивалентом стоимости только по отношению друг к другу". Благодаря спекулятивным сделкам на валютных и фондовых биржах происходит надувание финансовых "пузырей", состоящих из фиктивных финансовых ресурсов, не имеющим под собой никакого реального обеспечения. И.Корсунцев сообщает, что "...по данным Ю.Г. Волкова и В.С. Поликарпова, с 1989-го по 1994 г. мировой рынок дериватов (вторичных ценных бумаг) вырос с 1,1 до 45 трлн. долларов, что составляет среднегодовой темп роста этой раковой опухоли на 59%, на порядки опережающий темпы роста материального производства. Множатся формы кредитования, возник удивительный феномен нелимитированного источника кредита. По сообщениям прессы, индекс Доу Джонса, отражающий стоимость акций 24 крупнейших компаний США, превысил показатель 11 000 и продолжает расти".

Анализ массовой спекуляции в финансовом секторе был бы неполным, если пройти мимо такого явления, как участие самих коммерческих банков в спекулятивных операциях. Об этом пишут не только журналисты в СМИ, но и заявляют официальные лица. Так новый председатель Госбанка России Э.Набиуллина откровенно заявила, что часть агентов экономической деятельности внутри страны может не платить налоги, отмывать незаконно нажитые и коррупционные средства и через банковскую систему все это проводить. Я выше уже выше писал о преступных махинациях частных лиц, а также о том, что банки, как, к примеру, JP Morgan, проводят широкомасштабные операции с фиктивным капиталом. Однако нет никаких сомнений в том (и тому есть подтверждения в СМИ), что банки принимают самое активное участие в отмывании денег, заработанных наркобизнесом и другими видами преступной деятельности.

Вот еще одна любопытная информация. К.Сарханянц в своем репортаже "Швейцария готовится раскрыть аферу мирового масштаба" (http://kommersant.ru/doc/2314021) сообщает: "Швейцарские регуляторы намерены провести расследование на предмет манипуляций валютными курсами на рынке Forex. В сговоре подозреваются многочисленные банки по всему миру.

Швейцарский регулятор банковских рынков FINMA заявил в пятницу, что намерен провести расследование в отношении нескольких банков на предмет возможных нарушений на рынке Forex. В пресс-релизе организации говорится, что "FINMA тесно сотрудничает с властями других стран, так как вовлеченными могут оказаться многочисленные банки по всему миру".

Регулятор в сфере конкуренции, WEKO также намерен провести предварительное расследование с целью проверить подозрения о сговоре банков для манипулирования курсами-ориентирами на рынке, чей ежедневный объем торгов составляет порядка $5 трлн.

В июне британский орган по контролю над деятельностью финансовых учреждений FCA уже заявлял, что проверял сообщения о том, что некоторые банки делятся информацией между собой о предстоящих покупках клиентов, чтобы повлиять на курсы-ориентиры. Однако о сотрудничестве FCA с швейцарскими регуляторами пока не сообщается.

Пока имена банков, чья деятельность привлекла внимание регуляторов, не сообщается. Известно, что крупнейшими дилерами на рынке являются UBS, Deutsche Bank, Citigroup и Barclays. Однако ни один из них не предоставил комментария по начавшемуся расследованию.

Если факт нарушений подтвердится, то манипуляции на Forex могут послужить поводом для второго глобального расследования, по масштабу аналогичного скандалу вокруг LIBOR. Напомним, что скандал с лондонской межбанковской ставкой предложения (LIBOR) привел к тому, что американские и британский регуляторы оштрафовали Barclays, Royal Bank of Scotland, UBS и Icap на общую сумму $2,7 млрд, а семи сотрудникам этих банков были выдвинуты обвинения. При этом количество обвиняемых может возрасти".

Один обозреватель как-то бросил фразу: "спекулянты покидают умирающий рынок". Напрасная и несбыточная надежда! До тех пор, пока существует капитализм, будет процветать спекуляция. Ее порождает стихия рынка и безудержная страсть получить доход, не занимаясь реальным делом. Такова объективная закономерность этого общественного строя, в какие бы одежды он не рядился. Система есть система. И выпрыгнуть из нее никому и никогда еще не удавалось. И когда обвиняют в развязывании текущего кризиса конкретных лиц, то это следствие непонимания той простой истины, открытой марксизмом, что объективные экономические закономерности неподвластны воле отдельных личностей. Сегодня главное место в списке виновников развернувшегося в 2007 году экономического кризиса отдано А.Гринспену, возглавлявшему ФРС США с 1987 по 2006 год. Основное обвинение заключается в том, что он поддерживал систему займов на покупку жилья для не совсем надёжных и, как выяснилось, некредитоспособных заёмщиков. Он дал пузырю недвижимости надуться, в то время как система ипотечных закладных слабо регулировалась государством. Конечно, объективные закономерности проявляют себя в конкретных поступках людей и по своей природе они многогранны, включая все аспекты жизнедеятельности, в том числе и ошибки правителей, и психологию масс. В списке виновников ипотечного кризиса 2007 года числится и Кэтлин Корбет, уволенная в 2007 году с должности главного исполнительного директора агентства Standard & Poor's. Тройка ведущих рейтинговых агентств, во главе с S&P не разглядела таящиеся в ипотечных облигациях риски и присваивала им самые высокие рейтинги ААА. В ходе расследования Комиссии по ценным бумагам США была опубликована переписка сотрудников S&P, в том числе такие слова: "Будем надеется, что мы все будем здоровы и на пенсии, когда этот карточный домик рухнет" и "Пусть даже корова придумает этот структурированный продукт, мы всё равно присвоим ему рейтинг".

Спекулятивные сделки процветали до А.Гринспена и сотрудников рейтинговых агентств, будут совершаться и после них. Спекуляция заводится в недрах капитализма так же, как черви в тухлом мясе.


Заключение


"Именно политэкономия отвечает, в конечном счете, на важнейшие вопросы человеческого бытия: что такое неравенство и равенство, что такое справедливость и несправедливость, что такое эксплуатация и сотрудничество? У человечества нет иного способа отвечать на эти фундаментальные вопросы иначе, чем с помощью нашей с вами науки".

А.Проскурин

"...от того, что Коперник был сожжен, Солнце не стало спутником Земли, вращающимся вокруг нее".

В.Архангельский

История человечества была естественноисторическим процессом, развивавшимся в результате взаимодействия воспроизводственного потенциала, общественных отношений и надстройки, пройдя через несколько общественно-экономических формаций в полном соответствии с марксистским учением - историческим материализмом. И это необходимо подчеркнуть, так как в социологии развелось огромное число лиц, считающих себя учеными, однако пренебрегающих самым элементарным правилом развития любой науки - опираться на достижения предшественников, которые прошли испытание временем, критикой и основательно обоснованы и подкреплены историческими фактами. Одним из таких научных достижений является формационная теория, создание которой принадлежит К.Марксу и Ф.Энгельсу.

К.Маркс и Ф.Энгельс, создавая свое материалистическое учение, наряду с выделением конкретных общественно-экономических формаций, применяли, если так можно выразиться, укрупненную, агрегированную периодизацию истории человечества, выделяя три этапа: 1) первичную формацию (архаические доклассовые общества); 2) вторичную формацию, или "экономическую", основанную на частной собственности и товарном обмене, включающую в себя, по выражению Ф.Энгельса, "три основные формы порабощения"; 3) коммунистическую формацию. В их произведениях встречается и такое выражение, как предыстория и история человечества, которая должна начаться с коммунистического способа производства. Полагаю, что такое укрупненное деление исторического процесса научно и вполне оправдано.

Факт универсальности закономерностей развития человечества не может не вызвать удивления. Взять хотя бы в качестве примера Китай, который около двух тысячелетий, до своего соприкосновения (только в последние два века до нашей эры) со Средней Азией и Индией, фактически был лишен регулярных контактов с другими развитыми странами. И, несмотря на это обстоятельство, как показывают неоспоримые данные археологии, переход племен нынешнего Северного Китая от каменного века к бронзовому, от первобытных общинных поселений к городам в основных чертах был таким же, как и у других древних народов: переход от каменных орудий труда к металлическим, использование деревянной сохи, бронзовых мечей и копий, запряженных лошадьми боевых колесниц и т. д.. Разве это совпадение не вызывает удивления?

Еще удивительнее схожесть процессов развития народов доколумбовой Америки, которые подобно народам Старого Света пришли к неолиту и земледелию, а за несколько сот лет до нашей эры -- к постройке городов, примерно же с начала нашей эры--к обработке металлов, выработали независимо от Евразии собственные системы письма (см., например, Игорь Буккер. "Тайны древних земледельцев Амазонии. http://www.pravda.ru/science/mysterious/past/14-11-2013/1182083-amazonia-0/).

Однако, несмотря на то, что в основе универсальности процессов развития того или иного этноса на разных континентах земного шара лежат объективные закономерности, тем не менее, история доказывает нам, что огромное значение в реальном движении исторического процесса играют факторы внешние, случайные и природные, отклоняющие процесс развития от типичной траектории. Наверное, совершенно, безупречно "чистых" траекторий развития народов в точном соответствии с формационной теорией не существовало и существовать не будет.

В монографии "К общей теории политической экономии" высказана мысль о том, что существует всеобщая закономерность перехода одного способа производства в другой (см. параграф 5.9. -www.koob.ru/paulman/.)

Все конкретные закономерности в силу взаимного воздействия друг на друга, между собой взаимосвязаны. И все они в совокупности, в системе связаны с основной экономической закономерностью, которая определяет переход одной общественно-экономической формации в другую.

Все всеобщие закономерности можно условно разделить на две группы: динамические и функциональные.

К первой группе закономерностей, определяющих развитие общественно-экономических формаций, следует отнести: закономерность зависимости экономических отношений от уровня развития производительных сил, закономерность расширенного воспроизводства, закономерность роста производительности труда, закономерность развития системы разделения труда, а также закономерность смены форм хозяйствования (натурального хозяйства - товарным, товарного - плановым).

Вторая группа - это остальные три закономерности (закономерности взаимосвязи стадий производства, закономерность пропорционального развития экономики, закономерности функционирования рынка).

Предлагаемая группировка всеобщих закономерностей в определенной мере условна и отнесение той или иной закономерности к первой или второй группе произведена исходя из превалирующих функций, свойственных той или иной закономерности.

Перед тем, как продолжать изложение проблемы о предпосылках и условиях возникновения социализма, необходимо сделать несколько методологических пояснений в отношении понятий "способ производства" и "общественно-экономическая формация".

В рамках любой общественно-экономической формации следует различать три способа производства, которые органически между собой взаимосвязаны, а также наличие разных экономических укладов, что означает, как правило, отсутствие в той или иной стране совершенно "чистых" (однородных) способов производства.

Следует различать следующие способы производства:

*технологический способ соединения рабочей силы со средствами производства, научно-техническими достижениями и природными ресурсами, эксплуатируемыми человеком (земля, водные пространства, полезные ископаемые, атмосфера, космос);

*социально-экономический способ производства всех видов благ и услуг, т.е. средств удовлетворения экономических потребностей членов общества;

*способ воспроизводства социума, или т.н. "надстроечные" явления: политика, право, общественное сознание, нравственность, межнациональные (этнические) отношения, религия, внутрисемейные (демографические) отношения, искусство, спорт и т.п.

Как следует из вышесказанного, все эти три способа производства соответствуют трем сферам общественно-экономической формации: воспроизводственному потенциалу (по привычной для многих терминологии - производительным силам), экономическому базису (экономическим отношениям) и надстройке. Все эти три сферы охвачены системой общественных отношений (по привычной терминологии - производственных отношений). Господствующие общественные отношения выступают системообразующим фактором социальной реальности (более детально все эти вопросы изложены в вышеупомянутой монографии "К общей теории политической экономии").

Следует также заметить, что в утверждении, которое нередко встречается в литературе, что люди, производя материальные блага, тем самым производят и определенный образ своей жизни, таится опасность искаженного понимания действительности. Как уже выше отмечалось, социально-экономический способ производства всех видов благ и услуг, т.е. средств удовлетворения экономических потребностей членов общества, безусловно, является базисом, основой общественного воспроизводства индивидов. Но не только он формирует образ жизни людей, не только он обеспечивает в полном объеме общественное воспроизводство социума. Этот процесс охватывает все виды деятельности человека (без какого-либо исключения), а не только его экономическую деятельность. Другими словами, признавая ведущую, основополагающую роль экономики в формировании общества со всеми его институтами, нельзя только ей приписывать все характерные черты и закономерности той или иной формации, только на ее счет относить образование структуры формации. Следует видеть и огромную роль надстройки.

Как первый способ производства - технологический - находится в сердцевине второго способа производства, так и второй способ производства является ядром третьего способа воспроизводства социума. Из этого соотношения вытекает положение исторического материализма о том, что экономические отношения, или господствующая форма собственности на средства производства, составляют реальный базис общества, а политические отношения, общественное сознание, нравственность и т.п. образуют надстройку, вырастающую на данном базисе и им обусловливаемую.

Связь экономического базиса и надстройки носит диалектический характер. Один раз, возникнув на определенном базисе, надстройка оказывает обратное и притом мощное воздействие на базис и развитие общества в целом. Это, в общем-то, азбучная истина философии исторического материализма часто противниками марксизма сознательно "забывается" и искажается в попытках представить это учение однобоко в форме грубого, примитивного материализма. Каждый читатель произведений К.Маркса и Ф.Энгельса может найти десятки мест, где они писали об активном влиянии государства, политических институтов, права, идеологии и различных форм общественного сознания, в частности, нравственности и религии на экономические отношения, в целом на общественное устройство.

И еще три принципиальных замечания.

Первое, что следовало бы отметить, это - поступательный характер и неотвратимость исторического прогресса. Это совсем не означает, что все народы последовательно прошли все ступени формационного процесса. Так, например, славяне, германцы миновали рабство и от первобытнообщинного строя перешли к феодализму. Случались и попятные движения, как это произошло с СССР. Исключения из общей закономерности в истории отдельных народов были обусловлены борьбой противоположных социальных сил в период революционных преобразований, воздействием внешних факторов и случайными обстоятельствами как объективного, так и субъективного характера.

Как отмечал К.Маркс, "...один и тот же экономический базис - один и тот же со стороны основных условий - благодаря бесконечно разнообразным эмпирическим обстоятельствам, естественным условиям, расовым отношениям, действующим извне историческим влияниям и т.д. - может обнаруживать в своем проявлении бесконечные вариации и градации, которые возможно понять лишь при помощи анализа этих эмпирически данных обстоятельств" (К.Маркс и Ф.Энгельс Соч. 2-ое изд. т.25. с. 354). Отсюда следует вывод: при изучении истории следует учитывать, что понятие "общественно-экономическая формация" отражает сущность исторического процесса, его единство, внутреннюю логику развития, которая может не совпадать с ее проявлением в событиях конкретной исторической реальности во всем их многообразии.

Во-вторых, все элементы надстройки обладают относительной самостоятельностью по отношению к экономическому базису, обеспечивая преемственность при переходах от одной формации к другой.

Общественно-экономическая формация - это развивающийся социально-производственный организм, имеющий особые закономерности возникновения, функционирования, развития и превращения в другой, более сложный социальный организм. Естественноисторический процесс развития человечества представляет собой череду последовательно сменяющих друг друга общественных формаций. Механизм перехода одной формации в другую К.Маркс описывал следующим образом:

"На известной ступени своего развития материальные производительные силы приходят в противоречие с существующими производственными отношениями, или - что является только юридическим выражением последних - с отношениями собственности, внутри которых они до сих пор развивались. Из форм развития производительных сил эти отношения превращаются в их оковы. Тогда наступает эпоха социальной революции. С изменением экономической основы более или менее быстро происходит переворот во всей громадной надстройке" (Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. т.13, с.6-7).

И, в-третьих, вечным двигателем роста и развития экономики являются потребности человека и представляющие их интересы. Средством же реализации беспрерывно (количественно и качественно) растущих потребностей является трудовая деятельность и в этом смысле можно говорить о том, что как воспроизводственный потенциал, так и общественные отношения являются формой проявления сущностных сил людей, объединенных в общество. В механизме функционирования общественного организма все начинается с человека, с его потребностей и, пройдя все стадии воспроизводства, процесс движения материальных и духовных продуктов возвращается к человеку, удовлетворяя его многообразные потребности. Круг замыкается, чтобы снова возобновить свое бесконечное движение.

Если рассматривать типы экономических отношений с позиций их связи с потребностями членов общества, то можно выделить два класса этих отношений.

Первый класс - это первобытнообщинный строй и коммунизм. Их роднит то, что экономика и в том и в другом случае нацелена на удовлетворение потребностей всех членов общества. Первый способ производства существовал, а второй является пока лишь идеей, хотя и научно обоснованной. Второе различие между ними состоит в том, что люди при первобытном способе производства вынуждены были жить по правилам коммуны из-за крайне неразвитых производительных сил, а коммунистическое общество может возникнуть только на базе самых высокопродуктивных и эффективных производительных сил. Но обе формации роднит одна важнейшая черта образа жизни людей: ограничение в потреблении. В первом случае - вынужденное, а во втором - добровольное.

Второй же класс возник тогда, когда рост производительности труда обеспечил производство прибавочного продукта, который стал присваиваться собственниками средств производства, а не непосредственными производителями. Три известные общественные формации обеспечили значительный прогресс в развитии производительных сил, создав тем самым возможность для самоликвидации на последней стадии развития данного класса экономических отношений - на стадии глобального капитализма. Все объективные предпосылки в области экономики на сегодняшний день уже созданы. Необходим политический акт, который снимет последнее препятствие на пути становления первой фазы коммунизма - социализма. В ХХ веке Великая Октябрьская социалистическая революция в России в 1917 году положила начало этому процессу.

Исторический процесс всегда отличался асинхронностью, неравномерностью и неравновесностью развития, что позволяет сделать вывод об определенной всемирно-исторической закономерности. Именно в этом смысле можно говорить о несовпадении теории с действительностью. Теория - это сгусток абстракций, которые отражают сущность явлений, реально протекающих процессов, совершающихся в соответствии с объективными закономерностями, которые, однако, в силу влияния различных условий и случайных факторов носят вариативный характер.

Начиная с XV -XVI веков западноевропейские страны, где уже зарождался капитализм, оказывали громадное влияние на колонизируемые народы, являясь мощным фактором, определявшим траекторию их развития, отклоняющуюся от идеально теоретической. Такое же влияние оказывала Россия и в дальнейшем СССР на процессы, протекающие среди народов Средней Азии и Сибири, а также Дальнего Востока.

Во время социальных и политических революций чрезвычайно возрастает роль надстройки, ибо преобразования в производительных силах и экономических отношениях всегда затрагивают коренные интересы классов и социальных групп, которые в первую очередь проявляют себя в политике и идеологии. Борьба разворачивается между реакционными надстроечными структурами, пытающимися сохранить прежний экономический базис, и прогрессивными политическими силами, идеологиями, нравственными нормами.

Повторяю, общественно-экономическая формация - это система, в которой на протяжении длительного времени сохраняется равновесие, обеспечивающее ее нормальное функционирование в рамках определенных общественных отношений. Однако функционирование - это не повторение уже пройденного пути, бесконечное хождение по кругу. В формационной системе беспрерывно совершается процесс развития, постепенное накопление потенциала, обеспечивающего в дальнейшем скачок в новое качественное состояние, в новое равновесное состояние, в новую систему общественных отношений. Иначе говоря, в формации все время присутствует возможность прогрессивных изменений, возникновения новых элементов системы. Хотя функционирование и не тождественно развитию, однако без него оно было бы невозможным. В системе рука об руку шествуют устойчивость и неустойчивость, определенность и неопределенность. При этом если устойчивость всегда относительна, то развитие, хотя бы и медленное, вначале по масштабам незначительное, - абсолютно. Именно такая диалектика взаимодействия противоречий является источником поступательного развития, прогресса общества. Однако здесь не лишне подчеркнуть, что одна последующая формация не отделена от другой абсолютно четкими границами. Каждая формация несет в себе не только остатки, но и весь прогрессивный потенциал старого способа производства и зародыши нового, которые являются предпосылками становления новой формации.

Рассмотрим объективные предпосылки становления социализма по каждому из способов производства в отдельности.

Сначала - по технологическому способу производства.

Начнем с науки, как важнейшей составной части потенциала воспроизводства. Речь идет о тех научных дисциплинах, которые напрямую или косвенно связаны с экономикой. Например, вряд ли астрономию, теоретическую физику, политологию, историю, этику, эстетику и т.п. науки можно относить к производительным силам, однако они, безусловно, являются составной частью потенциала воспроизводства общества. Однако здесь необходимо сделать одну существенную оговорку. Рабочая сила индивидов, которая участвует в создании знаний, не относящихся к экономике, но в то же время необходимых для развития самой науки и воспроизводства социума, является крайне важной для развития потенциала воспроизводства и, следовательно, является одной из предпосылок формирования нового общества, где роль знаний будет непрерывно возрастать. Именно с этих позиций следует оценивать динамику увеличения численности научных работников, занятых решением проблем фундаментальной науки и комплексов научных дисциплин, не обслуживающих непосредственно нужды экономики. И не только. Качество совокупной рабочей силы напрямую зависит от постановки в обществе образования и всей системы передачи знаний.

Таким образом, как мы видим, существует диалектическая взаимозависимость между уровнем развития потенциала воспроизводства и производительных сил. Развитие последних создает экономическую базу для развития потенциала воспроизводства, который в свою очередь является генератором и проводником знаний, необходимых для развития производительных сил.

Здесь уместно обратиться к мнению К.Маркса о роли науки в обеспечении общественного жизненного процесса, т.е. воспроизводства социума. Вот что он писал по этому поводу: "Природа не строит ни машин, ни локомотивов, ни железных дорог, ни электрического телеграфа, ни сельфакторов и т.д. Все это - продукты человеческого труда, природный материал, превращенный в органы человеческой воли, властвующей над природой, или человеческой деятельности в природе. Все это - созданные человеческой рукой органы человеческого мозга, овеществленная сила знания. Развитие основного капитала является показателем того, до какой степени всеобщее общественное знание (Wissen, Knowledge) превратилось в непосредственную производительную силу, и отсюда - показателем того, до какой степени общественные производительные силы созданы не только в форме знания, но и как непосредственные органы общественного, реального жизненного процесса" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.46. часть II. с.215).

Результаты научных исследований воплощаются в прогрессе средств производства, применяемых людьми в производстве средств удовлетворения своих экономических потребностей. В условиях современной научно-технической революции происходит процесс сращивания прикладной науки и производства - возникают научно-производственные комплексы, объединяющие работу исследовательских центров, университетов и предприятий.

Следующей сферой, где созревают объективные предпосылки возникновения новой формации, являются производительные силы, которые включают в себя: 1) рабочую силу, 2) землю и полезные ископаемые, 3) орудия труда, 4) производственные здания, сооружения и помещения, где осуществляется процесс производства, 5) технологию, 6) энергию и 7) предметы труда (сырье, материалы, полуфабрикаты).

Выступая на Международной научно-практической конференции "Октябрь 1917 года в судьбе мировой цивилизации (К 90-летию Октябрьской революции)" в городе Минск кандидат исторических наук В.Кадет сказал: "Мы вошли в ХХI век. Какие будут возможности в развитии производительных сил? Мы знаем, что в последней четверти XX века человечество столкнулось с пока непреодолимой чертой возможного в скорости, в силе, в сопротивлении материалов. Наши орудия труда, как часть производительных сил вошли в такую полосу развития, которая сдерживает их совершенство. Токарные автоматы имеют скорость 300-700 оборотов шпинделя и не больше. Производительность ткацких станков не более 5 погонных метров в час. Температурный барьер 3-4 тысячи C°, давления до 300-500 тысяч атмосфер и не более. Мощность двигателей морских судов достигла 300 тыс. л.с., и это предел.

В сельском хозяйстве скорость обработки почвы 4-5 км/час. Уборочные агрегаты достигли своего предела в скорости. Такое же положение мы наблюдаем в традиционных источниках энергии, в предельных возможностях основных биологических систем, являющихся главным источником продуктов питания для людей и сырья для промышленности. В этой части мы наблюдаем сокращение лесов, пастбищ для скота, пахотных земель, истощение ресурсов мирового океана.

Все это говорит о том, что назрела необходимость перехода к принципиально новым и качественно иным видам технологических процессов и орудий труда. Решить эту задачу без использования высочайших свойств материи и форм её движения будет невозможно" (Газета "ВПЕРЁД" N11 (163) 2007).

Действительно, какие существуют возможности развития производительных сил в обозримом будущем? На этот вопрос я попытался дать ответ в своей статье "Возможно ли заглянуть в будущее?" (lit.lib.ru/p/paulxman_w_f/).

Важнейшим из вышеназванных факторов развития, как потенциала воспроизводства, так и производительных сил (в их новом понимании) является труд (не только интеллектуальный, воплощенный в знаниях, опытно-конструкторских разработках, но и физический, преобразующий знания в продукты и услуги), а также труд, формирующий саму рабочую силу, начиная с самых первичных форм обучения, а также обеспечивающий ее нормальное функционирование. Интеллектуальный и физический труд, творчество человека, преобразуя мир, в то же время изменяет и самого себя (не только свою рабочую силу, но и себя, как личность).

За последний век качество рабочей силы значительно улучшилось благодаря образованию и повышению профессионального мастерства работников.

Следующий важнейший компонент производительных сил - это природные ресурсы и в первую очередь сельскохозяйственные угодья и леса. Вообще земля, которую К.Маркс назвал locus standi рабочего человека - это основа, базис, фундамент жизни человека, жизненное пространство, на котором человечество возникло, развивается, где протекает его деятельность. Земля - в сельском хозяйстве пашня, сенокосы, пастбища, т.е. средство производства продовольствия и сырья.

Землю, покрытую лесом - источником получения древесины и другого сырья, надо тоже относить к производственной сфере, поскольку лес используется и воспроизводится обществом. Наконец, недра земли содержат различные виды минерального сырья, являются средой, вмещающей их, ископаемые также служат средствами производства.

По данным статистики (http://uchebnik-besplatno.com/mirovaya-ekonomika-uchebnik/territoriya-selskohozyaystvennyie-ugodya.html), из общей площади поверхности Земли в 510 млн. км2 на долю суши приходится 149 млн. км2, остальное составляют океаны и моря. Общую площадь земельных ресурсов мира определяют в 129 млн. км2, или 86,5% площади суши (около 20 млн. км2 составляют ледяные пустыни Арктики и Антарктики). Сельскохозяйственные угодья занимают 51 млн. км2 и покрытые лесом площади - 38 млн. км2. В составе сельскохозяйственных угодий пашня и многолетние насаждения составляют 13,4 млн. км2, сенокосы и пастбища - 37,4 млн. км2. Таким образом, в среднем на душу населения в мире приходится 0,3 га пашни - основного источника получения продовольствия и фуража.

Вместе с тем на земном шаре насчитывается несколько миллионов квадратных километров земель, которые можно было бы использовать для нужд сельского хозяйства, но их освоение требует значительных капитальных вложений.

Большая часть обрабатываемой земли находится в Северном полушарии. Свыше половины ее расположено в Европе и Азии и 15% - в Северной Америке. В этих странах производится и основная часть продовольствия. Больше половины площади занято зерновыми культурами.

В последние десятилетия производство зерна и зернобобовых увеличилось. Значительный рост урожайности пшеницы, кукурузы и других культур в развитых и развивающихся странах произошел в 1960-е годы. Скачок в развитии сельскохозяйственного производства, получивший название "зеленой революции", был вызван совокупностью мер по селекции высокоурожайных сортов растений, мелиорации, применению удобрений. К этому позднее прибавилось и действие так называемой "серой революции" - все более широкого производи и использования сельскохозяйственной техники. Возможности дальнейшего роста урожайности и увеличения производства не исчерпаны. Однако интенсивный путь развития сельского хозяйства означает необходимость значительных затрат. На каждую дополнительную пищевую килокалорию, получаемую в условиях интенсивного сельского хозяйства, нужно затратить примерно 10 ккал для производства и доставки удобрений, мелиорации, работы сельскохозяйственных машин и т.д., что требует значительных вложений.

Положение дел с производством продовольствия в мире описано в моей статье "Голод" (lit.lib.ru/p/paulxman_w_f/). Приведу лишь одну выдержку из этой статьи: "Фрэнсис Лапе, Джосеф Коллинз и Питер Россет, написавшие книгу "Голод в мире: 12 мифов", считают, что на планете производится достаточно продовольствия, чтобы обеспечить каждому человеку рацион в 3500 килокалорий в сутки. Ныне в мире производится столько продуктов, что каждый человек может получить примерно 1,7 кг пищи в день - примерно 800 г продуктов, произведенных из зерновых культур (хлеб, макароны, каша и пр.), примерно 0,5 кг фруктов и овощей и около 400 г мяса, яиц, молока. Можно сослаться на авторитет еще одного специалиста по проблеме голода - экономиста Амартья Сен, получившего в 1998 году Нобелевскую премию. Он в 1981 году опубликовал книгу "Бедность и голод", в которой доказал, что в большинстве случае голод был вызван не недостатком еды, а проблемами с распределением продовольствия".

Рассмотрим теперь, какова ситуация с запасами полезных ископаемых, под которыми подразумевается фиксированное количество минеральных ресурсов, которые находятся внутри земной коры, на поверхности Земли, на подводных территориях морей и океанов, в подземных и поверхностных водах.

Наиболее ценными полезными ископаемыми в мире считаются уголь, нефть и газ. Благодаря сжиганию этих минеральных образований удается получать основную часть энергии во всем мире.

Добыча угля за 2010 год составила более 7 тысяч мегатонн по всему миру. Производство угля с каждым годом набирает обороты, в 2010 году оно выросло на 6,8%. Лишь 70 стран имеют достаточные запасы угля, которых, возможно, хватит на пару сотен лет. На базе угля вырабатывается 40% мирового объема электричества.

В настоящее время в мире добывается более 87 млн. баррелей нефти в день (около 5 млрд. тонн в год). Доля нефти в общем потреблении энергоресурсов составила 33,6% в 2010 году. В перспективе эта доля будет уменьшаться вследствие возрастания применения атомной и иных видов энергии, а также увеличения стоимости и уменьшения добычи.

Следует заметить, что нефть является важным сырьем для химической и нефтехимической промышленности, потребность в нефти увеличивается не только с целью повышения выработки топлив и масел, но и как источника ценного сырья для производства синтетических каучуков и волокон, пластмасс, ПАВ, моющих средств, пластификаторов, присадок, красителей, и др. (более 8% от объёма мировой добычи нефти). Среди получаемых из нефти исходных веществ для этих производств наибольшее применение нашли: парафиновые углеводороды -- метан, этан, пропан, бутаны, пентаны, гексаны, а также высокомолекулярные (10--20 атомов углерода в молекуле); нафтеновые; ароматические углеводороды -- бензол, толуол, ксилолы, этилбензол; олефиновые и диолефиновые -- этилен, пропилен, бутадиен; ацетилен. Нефть уникальна именно комбинацией качеств: высокая плотность энергии (на тридцать процентов выше, чем у самых качественных углей), нефть легко транспортировать (по сравнению с газом или углём, например), наконец, из нефти легко получить массу вышеупомянутых продуктов. Истощение ресурсов нефти, рост цен на неё и др. причины вызвали интенсивный поиск заменителей жидких топлив (http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9D%D0%B5%D1%84%D1%82%D1%8C).

В принципе наличие на Земле используемых в настоящее время природных ископаемых всех видов ограничено и человечеству придется искать другие методы получения, как источников энергии, так и исходных материалов для производства огромного многообразия продуктов для производственного назначения и личного потребления. Однако это обстоятельство не является ограничивающим фактором в составе производительных сил для смены капитализма коммунистической формацией.

Третьим важнейшим элементом производительных сил являются орудия труда. Собственно, они и определяют в значительной мере рост производительности труда рабочей силы. К.Маркс писал: "Употребление и создание средств труда, хотя и свойственны в зародышевой форме некоторым видам животных, составляют специфически конкретную черту человеческого процесса труда, и потому Франклин определяет человека как "a toolmaking animal", как животное, делающее орудия. Такую же важность, какую строение останков костей имеет для изучения организации исчезнувших животных видов, останки средств труда имеют для изучения исчезнувших общественно-экономических формаций. Экономические эпохи различаются не тем, что производится, а тем, как производится, какими средствами труда. Средства труда не только мерило развития человеческой рабочей силы, но и показатель тех общественных отношений, при которых совершается труд" (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд. т.23. с.131).

Орудия труда включают инструменты, машины, приборы, двигатели и т.п., с помощью которых в процессе производства обрабатываются предметы труда, изготовляется продукция. К.Маркс определял орудия труда, как "костную и мускульную систему производства" и считал их отражением уровня развития общественного производства (К.Маркс, Ф.Энгельс. Соч., т. 23, с. 191).

В условиях научно-технической революции возрастает значение таких орудий труда, как комплексы машин-автоматов, электронно-вычислительная техника, станки с числовым программным управлением, гибкие автоматизированные производства и другой прогрессивной техники. Впереди у человечества - огромная работа по завершению комплексной механизации во всех отраслях производственной и непроизводственной сфер. Предстоит также сделать крупный шаг в автоматизации производства с переходом к цехам и предприятиям-автоматам.

Современный этап автоматизации опирается на революцию в электронно-вычислительной технике, быстрое развитие робототехники, роторных и роторно-конвейерных линий, гибких производственных систем. Революционное преобразование орудий труда служит важнейшим условием обновления материально-технической базы общества, создавая одну из решающих предпосылок становления коммунистической формации.

Производственные здания, сооружения и помещения, где осуществляется процесс производства - это обычно наземные строительные сооружения для размещения производственных цехов, хранения продукции или содержания (в сельском хозяйстве) животных, производственные лаборатории. Здание включает в себя сети инженерно-технического обеспечения и системы (оборудование) инженерно-технического обеспечения. Здание может иметь также эксплуатируемые помещения в подземной части. "Строительные сооружения" понимаются в значении как "другие строительные сооружения, которые не являются зданиями", например, эстакады, автомобильные дороги, передаточные устройства (электросети, теплосети, газовые сети); инженерно-технические сооружения (мосты, дымовые трубы, мачты, радио и телевизионные башни и др.), подземные сооружения (туннели, подземные сооружения метрополитена, убежища и др.) и т.д. Хотя в производственном процессе их роль пассивная, однако от их доброкачественности и надежности зависит во многом его эффективность.

Качественные этапы в развитии технологий принято называть научно-техническими революциями.

Согласно Википедии, технология (от др.-греч. ????? -- искусство, мастерство, умение; ????? -- мысль, причина; методика, способ производства) -- в широком смысле -- совокупность методов, процессов и материалов, используемых в какой-либо отрасли деятельности, а также научное описание способов технического производства; в узком -- комплекс организационных мер, операций и приемов, направленных на изготовление, обслуживание, ремонт и/или эксплуатацию изделия с номинальным качеством и оптимальными затратами, и обусловленных текущим уровнем развития науки, техники и общества в целом.

Современную научно-техническую революцию принято связывать с созданием и применением высоких технологий (technology, high tech, hi-tech) -- т.е. наиболее новых и прогрессивных технологий современности. К высоким технологиям обычно относят самые наукоёмкие отрасли промышленности (электроника, искусственный интеллект, беспроводные технологии, робототехника, нанотехнологии, альтернативная энергетика, биометрия, электронные анализаторы, системы скрытого наблюдения, навигационные технологии, самолетостроение, ракетостроение, создание космических аппаратов, генная инженерия, гентерапия, микробиология). В связи с освоением новейших технологий в настоящее время быстро развиваются телекоммуникации, исследования космоса, создание автоматизированных систем диспетчерского управления (АСДУ), производство медицинского оборудования. Наиболее наукоёмкой отраслью производства в настоящее время является машиностроение (электротехника, электроника). Также наукоёмкой можно считать химическую промышленность, благодаря огромным возможностям усовершенствования технологий, внедрения новых технологий, получения новых материалов и веществ.

Однако основой всей экономики, как это было во все времена, начиная с первобытного общества, остается энергетика. Недаром ее называют базовой отраслью народного хозяйства. О перспективах этой отрасли подготовлен доклад Института глобализации и социальных движений (ИГСО) "ЭНЕРГЕТИЧЕСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ: проблемы и перспективы мировой энергетики", в подготовке которого я также принимал участие. Учитывая огромное значение энергетики для создания прочной базы экономики социалистического общества, приведу полностью те выводы, к которым пришли авторы данного доклада:

"Мировая экономика достигла предела развития на базе применения углеводородного топлива. Принявший затяжной характер кризис выражает исчерпание возможностей существующей энергетики. Она не позволяет добиться удешевления товаров и экономического роста. Дороговизна топлива обнаруживается всякий раз, как только правительствам удается добиться на время оживления в экономике.

Рост добычи сланцевого газа, поиск северных месторождений и попытки создать аналоговые виды топлива (биотопливо) выражают кризис энергетики, а не открывают путей к его смягчению. Вне высоких цен на нефть, эти направления не могли бы получить развитие. Удешевления генерации электроэнергии они обеспечить не в состоянии.

Мировой экономический кризис в силу корреляции будет способствовать снижению цен на углеводородное топливо, что станет отражением депрессии. Обострение глобального экономического кризиса остро поставит вопрос о необходимости его преодоления, а не снятия некоторых признаков кризиса в результате денежный вливаний.

Следующий экономический подъем на планете будет связан с революционными переменами в энергетике. Удешевление электроэнергии обеспечит снижение себестоимости товаров, рост применения робототехники, появление новых материалов и видов товаров. С другой стороны, кризис, через социально-политические преобразования, приведет к распространению долговременной политики поддержания спроса.

Дороговизна углеводородов и широкое применение дешевой рабочей силы низкой квалификации ("энергии мускулов") взаимосвязаны. Попытки неолиберальных правительств, за счет девальвации и мер "жесткой экономии", еще более снизят цену рабочих рук, разрушают потребительский спрос и расширяют материальную базу кризиса.

Атомная энергетика не обеспечила за последние десятилетия удешевления электроэнергии. Было продемонстрировано, что она сосуществует с нефтегазовой энергетикой как ее дополнение. Разнообразные планы постепенного вытеснения углеводородов альтернативными источниками не состоятельны с точки зрения стоящих перед экономикой задач. Биотопливо, геотермальная энергетика, гелиоэнергетика, ветроэнергетика и водородная энергетика не могут дать общего принципиального решения проблемы, а управляемый термоядерный синтез остается на базе научных исследований. Альтернативная энергетика выступает как дополнение к углеводородной энергетике, но не как ее замена.

Сырьевые и финансовые корпорации не заинтересованы в коренном энергетическом перевороте, грозящем обесценить многие инвестиции. Правительства, как политические агенты крупного бизнеса, не хотят вытеснения старой энергетики и субсидируют аналоговые проекты, но не исследования, ориентированные на качественное преобразование энергетики. Монополии и власть образуют консервативный блок, сознавая, что любые серьезные изменения в энергетике ставят под удар господство существующих сырьевых и энергетических монополий.

Главные черты новых решений в энергетике должны состоять в значительном снижении стоимости генерации, возможности получения значительно большего количества энергии, автономности генерации и снятии географических ограничений для работы устройств. Значение также имеет потребность в способах беспроводной передачи электричества в большом количестве на значительные расстояния с минимальными потерями. Для повышения производительности труда обилие дешевой энергии имеет решающее значение.

Революция в энергетике может произойти только после перехода экономического кризиса в фазу депрессии. Важным условием является ослабление или уничтожение политической власти западных финансовых корпораций, а также корпораций нефтегазовой сферы.

Российская электроэнергетика находится в состоянии упадка, а генерирующие мощности физически разрушаются. Качество кадров падает. Плачевное состояние отрасли отражает системный кризис отечественной науки, образования и промышленности. Сырьевые монополии стремятся обеспечивать себя недорогим электричеством через контроль над генерирующими компаниями, а население, малый и средний бизнес вынуждены все больше платить за энергию. При этом средства из электроэнергетического сектора выводятся.

Согласно планам правящего класса, Россия должна остаться периферийной по характеру экономики страной. Глобальный экономический кризис и начавшийся в России политический кризис нарушат эти расчеты и откроют путь для возрождения электроэнергетики уже на новой -- революционной базе.

Подлинная инновационная энергетика сформировалась как научно-технологическое направление практически независимо от официальных структур. Среди ее векторов выделяются: "холодный ядерный синтез", атмосферная электроэнергетика, вихревые теплогенераторы, магнитомеханический усилитель мощности, индукционные нагреватели, двигатели без выброса массы, плазменные генераторы электроэнергии, напряженные замкнутые контуры, энергоустановки на основе динамической сверхпроводимости.

В различных областях инновационного энергетического поиска уже получены определённые практически значимые результаты, в других исследования ведутся на уровне лабораторных или полупромышленных моделей. Государство и корпоративный сектор в России игнорирует практически все подобные работы.

Создание группой итальянских ученых во главе с Андреа Росси "катализатора энергии", генератора E-Cat пробивает брешь в обороне консерваторов. К представленному в конце октября 2011 года изобретению в мире приковано большое внимание. Вместе с "холодным синтезом" значительным потенциалом развития, вероятно, обладают исследовательские работы по получению накапливаемого в атмосфере планеты электричества (США, Бразилия) и КОРТЭЖ - технология российских ученых.

В ближайшие годы появятся и другие изобретения, радикально снижающие себестоимость энергии. Немаловажную роль в энергетической революции должны сыграть новые способы сохранения и передачи электроэнергии. В настоящее время ведутся работы над нанопроводниковыми аккумуляторами и беспроводной передачей электричества.

Учитывая имеющиеся наработки, общество может приступить к осуществлению крупных проектов в инновационной энергетике, чтобы создать и развить принципиально новые технологии генерирования энергии. Благодаря этому будет создано крайне важное условие выхода из тупика, как энергетической отрасли, так и всей экономики. Дальнейшая блокировка процесса в России лишь осложнит судьбу господствующих сырьевых монополий.

Объективно поставленной задачей революционной энергетики является вытеснение, замена старой энергетики. Стоит ожидать обесценивания значительных инвестиций, сделанных ранее. Консервативный финансово-сырьевой блок потерпит поражение. Перемены станут частью развития глобального кризиса, включая порождение им острых политических кризисов. Их разрешение обернется изменением государственной модели многих стран, социальной и экономической политики. Новая энергетика должна будет стать базовым звеном новой модели экономики".

И, наконец, последней позицией, которую следует рассмотреть в рамках технологического способа производства, являются предметы труда (сырье, материалы, полуфабрикаты). Предметы труда - продукты, вещи, которые подвергаются воздействию человека в процессе производства. Предметы труда бывают двух видов: материалы, непосредственно добываемые в природе и превращаемые в готовый продукт, и материалы (сырье), подвергшиеся предварительной обработке. Основные группы сырья: растительные культуры (например, хлопок), продукция животноводства (шерсть, кожа) и многочисленная группа минеральных веществ (бокситовая руда, цинк). Полуфабрикат -- изделие, которое подверглось первичной обработке, но нуждается в дальнейшей окончательной обработке, чтобы стать годным для потребления. По мере развития производства круг предметов труда постоянно расширяется.

Научно-техническая революция породила принципиально новое направление изменений в предметах труда: создаются новые, отсутствующие в природе материалы, с заранее заданными свойствами, в результате чего производство освобождается от ограниченности естественных материалов. Новые предметы труда (например, полимеры, синтетические смолы, термостойкие высокопрочные и другие материалы) играют революционизирующую роль в развитии многих отраслей экономики.

Подведем итог по первому, технологическому способу производства. Общий вывод по всем рассмотренным элементам производительных сил таков: научно-техническая революция формирует надежные предпосылки для становления новой общественно-экономической формации. Достигнутый уровень производительных сил вполне достаточен для перехода к социализму, что подтвердил как опыт СССР, других бывших социалистических стран, а также Китая, Вьетнама и Кубы. И что крайне важно - из года в год повышается уровень обобществления производства, а благодаря глобализации - уже в масштабах всего мира.

Вследствие развития производительных сил происходят изменения и в формах деятельности экономических субъектов, появляются новые элементы в организации производства, методах распределения, механизме обмена продуктами, в образе жизни индивидов, короче говоря, во всей системе экономических отношений. Происходит процесс созревания их нового качества.

Естественно, что и в социально-экономическом способе производства средств удовлетворения экономических потребностей членов общества, или, как принято писать в традиционной марксисткой литературе, в экономическом базисе также зреют объективные предпосылки становления коммунистической общественно-экономической формации. Сначала перечислим их:

- - концентрация капитала и разорение мелких предпринимателей;

- возрастание удельного веса средств производства, которые имеют коллективную или общественную форму потребления;

- централизация управления экономикой;

- развитие акционерной формы хозяйствования;

- развитие производственной кооперации;

- возрастающее применение методов планирования экономическими процессами, в частности с использованием возможностей экономико-математических моделей;

Отмечая влияние развития производительных сил или технологического способа производства на экономический базис, в то же время следует видеть и обратную связь - влияние системы экономических отношений на развитие производительных сил, т.е. причина и следствие в этом единстве меняются местами. Поскольку производительные силы развиваются более динамично, играя в развитии общества определяющую роль, то наступает период, когда данные экономические отношения превращаются в тормоз, замедляющий или даже препятствующий развитию производительных сил. Конфликт между производительными силами и экономическими отношениями разрешается социальной революцией, приводящей к смене всего общественного строя, или, говоря иначе, - общественно-экономической формации.

Таким образом, в недрах капиталистического способа производства зреют объективные фундаментальные предпосылки и условия для перехода к социализму. Революционные преобразования совершаются как в производительных силах, так и в системе экономических отношений. Неуклонно возрастает уровень обобществления воспроизводственного процесса, что убедительно доказывает последний общемировой экономический кризис, окончательно похоронив концепцию фундаментального либерализма. При этом, как никогда, возрастает роль субъективного фактора, который в современных условиях, когда "плод созрел" должен дать решительный толчок назревающему скачку из общества экономического грабежа и несправедливости в общество свободы и торжества общечеловеческих нравственных принципов.

Итак, исследование сложнейших проблем истории развития человечества, начиная с проблемы возникновения человеческого общества из царства животных, вплоть до проблемы формирования человечества, как единой общности людей на нашей планете, доказало научную ценность марксистской философии и политической экономии, в основе которых лежит диалектико-материалистический подход к познанию и практике. Само собой разумеется, и данная работа это подтверждает, что политическая экономия, как составная часть марксистского учения, нуждается в развитии, ибо непрерывно меняется объект исследования. Общественные отношения, в том числе и экономические, за последние два столетия претерпели существенные изменения, появились совершенно новые формы производственной и общественной деятельности людей. Однако их исследование может и должно основываться только на единстве диалектики и материализма. В семи главах второй части монографии я затронул те проблемы, которые отчетливо проявили себя именно на новой стадии развития капиталистической общественно-экономической формации, а именно на глобализации, изменении характера экономических кризисов, феноменальном разбухании спекулятивного финансового капитала, формировании прибавочной стоимости в связи с научно-технической революцией, подвижках в социальной стратификации, двойственной и противоречивой природе современного буржуазного государства и на т.н. проблеме конвергенции.

Я отдаю себе отчет в том, что проблемы, рассмотренные в данной монографии, далеко не исчерпывают всей актуальнейшей проблематики современного мира, который в своем развитии стоит сегодня на перепутье. В подтверждение этого вывода я в приложении N 3 привожу вступительную речь главного редактора ЭФГ А.Проскурина на открытии Первого Международного конгресса политэкономов-марксистов.


Библиография


## Глава 1

1. Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. 2-е изд.

2. Х.Барлыбаев. Журнал "Век глобализации" N2/2008.

3. Ж.Аттали "Карл Маркс. Мировой дух" (М., 2008).

4. Глобалистика: Энциклопедия / гл. ред. И.И. Мазур, А.Н. Чумаков. (М.: Радуга, 2003).

5. А. Свирин "Положительные последствия глобализации" (Википедия).

6. Б.Линдси."Глобализация. Повторение пройденного" (Альпина Бизнес Букс. 2006. (http://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=3349061).

7. Луиджи Марино "Цели борьбы итальянских коммунистов в эпоху глобализации" (ЭФГ,N 51-52).

8. О.Арин. "Мир без России" (М.: ЭКСМО, Алгоритм, 2002).

9. Кофи Аннан. (http://www.un.org./russian/whatnew/docs/sgress.htm).

10. Д.Сорос. "Открытое общество. Реформируя глобальный капитализм" (М.: 2001).

11. Д.Сорос. "Мыльный пузырь американского превосходства" (М.: Альпина Бизнес Букс, 2004).

12. Доклады ПРООН.

13. Г.Киссинджер. ("Комсомольская правда". Балтия. 16-22 января 2013 года).

14. Чак Хейгел. ("Комсомольская правда". Балтия. 16-22 января 2013 года).

15. Н.Бекетов. "Глобализация как процесс формирования информационно-экономического пространства: социальные аспекты развития мировой и национальной экономических систем". (Журнал "Век глобализации" N 1 2009. uchmag.ru/estore/e96417/?s=1499).

16. Н.Кульчицкая. Доклад "Модернизация экономики и глобализация" на IX Международной научной конференции (do.gendocs.ru/docs/index-164851.html).

17. В.Иноземцев. "Глобализация и неравенство: что - причина, что - следствие?" (Россия в глобальной политике. Т. 1. N1. Январь-март 2003).

18. И.Братищев. "Красному проекту" альтернативы нет". (ЭФГ.2012. N 43-44).

19. В.Ленин. "О лозунге Соединенных Штатов Европы". (ПСС. т.26. с.352-353).

20. Major Problems of United States Foreign Policy, 1954, с.215.

21. З.Бжезинский. "Выбор. Мировое господство или глобальное лидерство". (М.: "Международные отношения". 2001. с.123.).

22. Л.Эрхард. "Благосостояние для всех". (М.: Начала Пресс, 1991).

23. Г. Маринос. "Проблемы народа не могут быть решены на капиталистическом пути развития". (ЭФГ, N 51-52. 2012).

24. М.Тэтчер. "Искусство управления государством. Стратегии для меняющегося мира". (М.: Альпина Паблишир, 2003).

25. Э.Тоффлер и Х.Тоффлер. "Война и антивойна". (М.: Транзиткнига, 2005).

26. Статья "Киссинджер и депопуляция" (ЭФГ N 32 за 2012 год на основе следующего источника - http://imperialcommiss.livejournal.com/819096.html).

27. Д.Седов. "Мягкая сила" президента Обамы" (Фонд стратегической культуры (www,fondsk,ru), ЭФГ N 33-35 2012 г.).

28. Д.Лип. Доклад на конференции организации WWF - Всемирный фонд дикой природы. (Журнал "Живая планета -- 2012". www.wwf.ru/resources/publ/book/584?).

29. С. Амин. "Преодоление капитализма через кризис или капитализм в кризисе? Exiting the Crisis of Capitalism or Capitalism in Crisis?" (Эконометрика - выпуск 502).

30. А.Маслова. Статья "Виртуальная экономика как проявление виртуализации экономических отношений". (Журнал "Век качества" N 6, 2011).

31. Е.Травина. "Этнокультурные и конфессиональные конфликты в современном мире". (СПб: Изд-во С.-Петерб.ун-та, 2007).

32. О.Маляров. Статья "Государственный капитализм. Формационная теория. Переходный этап". (ЭФГ N 48.. 2012).

33. В.Колташов. Статья "После глобализации" (http://pglobal.org/speakers/).

34. Britannica Book of Year (Chicago Encyclopaedia Britannica Inc. 1992-1994).

35. Тойнби А. Дж. "Цивилизация перед судом истории". (М.: Айрис Пресс, 2003).

36. A.D.Bozeman, "Civilizations Under Stress", Virginia Quarterly Review, 51 (Winter 1975).

37. С.Хантингтон. "Столкновение цивилизаций". (М.: АСТ, 2003).

38. E.Durkheim and M.Mauss, "Notion of Civilization".

39. F.Braudel, On History.

40. M.Melko, Nature of Civilizations.

41. J.Wallerstain, Geopolitics and Geoculture.

42. C.Dawson, Dynamics of World History.

43. O.Spengler, Decline of the West.

44. International Encyclopaedia of the Social Sciences (New York: Macmillan and Free Press, ed. David L.Sills, 17 vols. 1968).

45. Н.Моисеев. "Судьба цивилизации. Путь Разума". (Издательство: М.: Языки русской культуры. 2000).

46. Г.Форд. "Моя жизнь, мои достижения. Сегодня и завтра". (Минск: Харвест, 2003).

47. Ю.Квицинский. "Время и случай. Заметки профессионала" (М.: Олма-Пресс, 1999).

48. П.Дейниченко. "XXI век. История не кончается". (М.: Олма-Пресс, 2000).

49. М.Леонард. "XXI век - век Европы" (Издательство "Хранитель". М.: 2006).

50. М.Новак. "Дух демократического капитализма" (Минск: 1997).

51. В.Белоусов и В.Бирюков. "Проблема циклических кризисов в современной макроэкономической теории ("Вестник МГУ Серия 6. Экономика. 2011. N1).

## Глава 2

-- В.Кузьменко. "Теория экономических циклов и глобальный финансовый кризис" (iee.org.ua/ru/publication/146/).

-- Доклад ПРООН за 1999 год.

-- Д.Сорос (http://wap.liberal.borda.ru/?1-2-0-00000073-000-0-0-1263533759)

-- Иван Ткачев. Статья "Кризис поставил крест на классической теории экономики" (http://top.rbc.ru/economics/06/02/2012/636381.shtml).

-- М.Ротбард. "Экономические депрессии: их причины и методы лечения" (М, Челябинск: Социум, 2002.с.150).

-- А.Бузгалин и А.Колганов. "Пределы капитала: методология и онтология. Реактуализация классической философии и политической экономии (избранные тексты)" (Москва, 2009).

-- Ник Бимс. (Веб Сайт http://www.wsws.org/ru/2009/mai2009/cri2-m09.shtml).

-- Д.Сорос. Интервью "Моя правда о крахе" ("Le Nouvel Observateur", Франция.(http://wap.liberal.borda.ru/?1-2-0-00000073-000-0-0-1263533759).

-- Р.Хазбулатов. "Глобальный финансовый кризис: причины и последствия" (Журнал: "Век глобализации". Выпуск N 2/2008)

-- Peter L. Bernstein, Introduction to Friedman and Schwartz, The Great Contraction. (Princeton 2008).

-- М.Вольф. (Financial Times, 29 октября 2008).

-- П.Штайнбрюк. (Newsweek 6 декабря 2008).

-- http://www.bankdelo.ru/mnenieexsperta/EvroDollar_copy.pdf

-- Бюро переписи населения США. (http://top.rbc.ru/economics/05/09/2012/667963.shtml).

-- Г. Полсон. (www.vestifinance.ru).

-- Рейтинговое агентство Fitch (http://top.rbc.ru/economics/11/09/2012/668996.shtml)

-- Евростат. Selected Principal European Economic Indicators. (http://epp.eurostat.ec.europa.eu/portal/page/portal/euroindicators/peeis).

-- Л.Гринин. Журнал "Век глобализации". (Выпуск N2/2008).

-- Эксперты ООН. (http://www.un.org/ru/development/surveys/docs/wesp2012.pdf).

-- С.Амин. Статья "Преодоление капитализма через кризис или капитализм в кризисе?" (http://www.anti-glob.ru) .

-- Департамента по экономическим и социальным вопросам ООН . (http://www.un.org/ru/development/surveys/docs/wesp2011.pdf).

-- А.Чумаков. Статья "Современный мир на пороге фундаментальных трансформаций" (Век глобализации. Выпуск N2/2008)

## Глава 3

1. К.Маркс, Ф.Энгельс. Соч.,2-е изд.

2. В.Ленин ПСС.

3. Ю.Чуньков. "Классы и классовая борьба сегодня" (ЭФГ N 48. 2012).

4. Г.Старченков. "Кто стоит на пути модернизации России" (ЭФГ N 42. 2012).

5. Ян Лазар. "Собственность в буржуазной правовой теории" (http://www.pravo.vuzlib.org/book_z150_page_15.html).

6. Burnham G. The Managerial Revolution: What is Happening in the World.- N.Y., 1941. Д.Бернхейм. "Режим менеджеров".

7. В.Лоскутов. "Акционерная собственность: кому принадлежит прибавочный продукт?". (ЭФГ N42. 2012).

8. http://news.mail.ru/economics/3608733/?state=90

9. А.Ковалев. Статья "Есть такая теория" (ЭФГ. N 51-52. 2012).

10. В.Беленький. Статья "Отстоять главное в марксизме" (belkras@list.ru).

11.К.Маркс, Ф.Энгельс. Избранные сочинения. (М.: Издательство политической литературы, 1985, Т. 3).

12. Ю.Шахин. Статья "Глобальные тенденции занятости" (ЭФГ N 47. 2012).

13.Г.Ардаев. (http://dic.academic.ru/dic.nsf/enc_philosophy/6853/%D0%9D%D0%90%D0%A0%D0%9E%D0%94%D0%9D%D0%9E%D0%93%D0%9E).

14. А.Арсеенко. Статья "Взлет и падение "американской мечты" (ЭФГ N 17 2013).

15. Р.Флорида. "Креативный класс: люди, которые меняют будущее = The Rise of The Creative Class and How It's Transforming Work, Leisure, Community and Everyday Life" (Классика-XXI, 2005).

16. А.Харчевников. Статья "Декабристы в белом" - трудящиеся нового типа"?!" (ЭФГ N 45. 2012).

17. С.Федоров. "От наемного труда к свободному. Производственное самоуправление или третий путь", изданная в 2001 году под его редакцией. (ЭФГ. N 31, 2012).

18. В.Наумов. Кооперация в Италии. (М.: Международные отношения, 1989).

19. Советская историческая энциклопедия. Т.13. (М.: 1971).

20. А.Скворцов. "Экономические интересы субъектов интеллектуального капитала". (http://www.rusnauka.com/25_NNP_2009/Economics/50538.doc.htm).

## Глава 4

-- К.Маркс и Ф.Энгельс.( Соч. 2-ое изд. т. 25.ч 2).

-- Академический словарь.

-- Толковый словарь.

-- Википедия.

-- Д.Розенберг. "Комментарии к "Капиталу" К.Маркса (М.: "Экономика" 1983).

-- В.Лоскутов. Статья "Марксизм и эволюционный путь развития социализма" (http://www.loskutov.org/Artcles/articles_8.htm).

-- В.Лоскутов. Статья "Собственники - это кто?".

-- В.Лоскутов. Статья "Акционерная собственность: кому принадлежит прибавочный продукт?" (ЭФГ. N 42. 2012).

-- В.Лоскутов. Статья "Теория собственности. От догматизации к деградации" (ЭФГ N 29.2013).

-- В.Лоскутов. Статья "Акционерные предприятия - формы, переходные от капиталистической собственности к общественной" (ЭФГ от 03.09.2012).

-- В.Лоскутов. "Основы современной экономической теории" (http://www.loskutov.org/FET/chapt_10.htm).

-- А.Бузгалин. Статья "Рантье-Депардье как российский гражданин или еще раз о правой мифологии и природе власти в России и США" (http://www.alternativy.ru/ru/node/4846).

-- М.Бартошек. "Римское право". (М.: 1989).

-- Экономическая энциклопедия. Политическая экономия. (М.: Советская энциклопедия, 1979).

-- В.Корниенко. "Личная собственность как социалистическое производственное отношение" (Киев, 1974).

-- В.Корниенко. "Товарные отношения и форма рабочей силы при социализме". ("Экономические науки", 1990, N 3).

-- В.Архангельский. ("Альтернативы", 2012-05-05).

-- П.Кругман. "Великая ложь". (М., 2004).

-- http://economics.pp.ua/aktsionernoe-obshchestvo.html

-- http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9A%D0%BE%D1%80%D0%BF%D0%BE%D1%80%D0%B0%D1%86%D0%B8%D1%8F

-- Д.Белл, В.Иноземцев. "Эпоха разобщенности: Размышления о мире XXI века". (М., 2007).

-- Т.Веблен, Й.Шумпетер, Дж.Гэлбрейт, Дж.Ходжсон, Р.Нельсон и С.Уинтер, другие институционалисты. "Эволюционная теория экономических изменений".


## Глава 5

1. P. A. Sorokin, Mutual convergence of the United States and the U.S.S.R. to the mixed sociocultural type, International Journal of Comparative Sociology 1(2), 1960.

2. А.Сахаров. "Размышления о прогрессе, мирном сосуществовании и интеллектуальной свободе", 1968.

3. А.Сахаров. "Конвергенция, мирное сосуществование". (http://www.sakharov-archive.ru/Raboty/Rabot_70.html).

4. Советский энциклопедический словарь. 1980.

5. К.Дервиш. Статья "Конвергенция, взаимозависимость и расхождения" ("Финансы и развитие" Сентябрь 2012. www.imf.org/external/russian/pubs/ft/fandd/2012/09/pdf/dervis.pdf?)

6. Доклад ПРООН 2013:Возвышение Юга: человеческий прогресс в многообразном мире (http://hdr.undp.org/en/reports/global/hdr2013/download/ru/).

7. В.Беленький. Статья "О марксистских основаниях теории конвергенции" (http://eifgaz.ru/kpm-belenky-44-12.htm).

8. В.Беленький. Статья "Критический анализ материалов 1 политэкономического конгресса стран СНГ и Балтии" (http://www.litsovet.ru/index.php/material.read?material_id=395486).

9. Г.Гумницкий. Статья "Нужно ли дополнить исторический материализм идеализмом" (ЭФГ N 45. 2012).

10. В.Добреньков, А.Кравченко. "История зарубежной социологии" (http://society.polbu.ru/dobrenkov_histsociology/ch82_all.html).

11. А.Ковалёв. Статья "Об извращении и возрождении марксистской политической экономии" ("ЭФГ" N 28/2012).

## Глава 6

-- А.Бузгалин и А.Колганов. "Трудовая теория стоимости: реактуализация" (eandreeva71 29.10. 2009).

-- .В.Бубнов "Антимарксизм. (Критика трудовой теории стоимости К. Маркса или о том, как пролетариат эксплуатирует капиталистов) и "Исторические парадоксы прибавочной стоимости" (samlib.ru/b/bubnow_w_a/?).

-- К.Маркс. "Экономические рукописи 1857-61 гг.", Ч.2, (М.:Политиздат.1980 г).

-- В.Беленький. "Отстоять главное в марксизме" (<belkras@list.ru>).

-- В.Архангельский. "Автоматизированное производство и прибавочная стоимость" (http://www.alternativy.ru/files/vaAutomat.pdf).

-- Пример автоматизации ацетиленового производства. (http://www.ngpedia.ru/id335095p1.html).

-- Пример автоматизации производства фотоаппаратов Canon.

(http://www.mignews.com/news/technology/world/140512_224544_70348.html=).

-- В.Петров. "Теорию прибавочной стоимости надо доработать". "ЭФГ" N 33, 34, 40-41 за 2011 г).

-- В.Петров. "Нужно коллективное мнение!" ("ЭФГ" N 20 за 2011 г.).

-- В.Петров. "К вопросу об исключительной роли живого труда в создании прибавочной стоимости" (ЭФГ N 43.2013).

-- Маркс К., Энгельс Ф. Соч.,2-ое изд. т. 23

-- Ф.Биншток. "Прибавочная стоимость В. Петрова" (ЭФГ N 3 3012).

-- М.Туган-Барановский. "Теоретические основы марксизма". (Изд. 3-е, стереотипное. М. Едиториал УРСС, 2003).

-- М.Туган-Барановский. "Периодические промышленные кризисы". (М., 1997. с. 263. См. также: Физиократы. Избранные экономические произведения).

-- В.Лебедев. "Начала новой политэкономии (междисциплинарный подход)" (СПб.: Изд-во Политехнического ун-та, 2013.Свидетельство о публикации N213093000344).

-- Д.Розенберг. "Комментарии к "Капиталу" К.Маркса" (Издательство "Экономика", 1983).

-- В.Бирюков. "От органического - к стоимостному!" (ЭФГ N48, 2012).

-- Википедия. (http://russian.rt.com/article/14324); (ttp://ru.wikipedia.org/wiki/Тенденция_нормы_прибыли_к_понижению_(марксизм).

-- Статья об образовании в США. (http://otvet.mail.ru/question/28383638).

-- В.Бирюков. Сборник статей "КАПИТАЛ" И ЭКОНОМИКС. ВОПРОСЫ МЕТОДОЛОГИИ, ТЕОРИИ и ПРЕПОДАВАНИЯ". Выпуск 5. Под редакцией В.Н. Черковца.

## Глава 15 "

Роль категории "строение капитала" в "Капитале" К.Маркса. (МГУ им. М.В. Ломоносова. Экономический факультет. Кафедра политической экономии).

-- М.Блауг. Монография "Экономическая мысль в ретроспективе" (Академия народного хозяйства при правительстве Российской федерации. Москва. Дело ЛДТ.1994).

-- К.Сорвин. "Закон тенденции нормы прибыли к понижению: философско-методологический очерк" (http://cat.convdocs.org/docs/index-169267.html).

-- Robert Paul Brenner: Boom and Bubble. Die USA in der Weltwirtschaft. VSA-Verlag Hamburg 2003. ISBN 3-87975-886-7.

-- Мюррей Смит. Brock University in St. Catharines, Ontario on 12 November 2008;

-- С.Одинцов. NIPA DATA; Графики по норме прибыли 1947--1987 в статье "Кардиограмма капитализма", опубликованная в мае 1993 года в малотиражной российской газете "Контраргументы и факты" (http://markcist.livejournal.com/7060.html?thread=155540).

-- Дж.Д.Сакс, Ф.Б Ларрен. Макроэкономика. Глобальный подход: Пер. с англ. (М., Дело, 1996, стр.33).

-- Л.Крылова.(http://slovari.yandex.ru/~книги/БСЭ/Тенденции%20нормы%20прибыли%20к%20понижению%20закон/).

-- Статья о внутренней противоречивости капиталистического способа производства (см.http://economics.pp.ua/zakon-tendentsii-normy-pribyli-k-ponizheniyu.html).

-- В.Красиков.http://www.alternativy.ru/ru/node/982#comment-8457).

## Глава 7

-- К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. 2-е изд.

-- http://ru.wikipedia.org/wiki/Банк.

-- J.W.Gilbart. "The History and Principles of Banking" London; 1834.

-- The Currency Theory Reviewed etc." (Edinburgh; 1845).

-- Д.Розенберг. "Комментарии к "Капиталу" К.Маркса" ("Экономика" М.:1983).

-- Википедия(http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%90%D0%BA%D1%86%D0%B8%D0%B8).

-- http://www.fibo-forex.ru/beginner/trade_futures.htm

-- http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A0%D1%8B%D0%BD%D0%BE%D0%BA_%D1%86%D0%B5%D0%BD%D0%BD%D1%8B%D1%85_%D0%B1%D1%83%D0%BC%D0%B0%D0%B3

-- http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A4%D0%BE%D0%BD%D0%B4%D0%BE%D0%B2%D0%B0%D1%8F_%D0%B1%D0%B8%D1%80%D0%B6%D0%B0

-- Википедия (http://ru.wikipedia.org/wiki/Деньги).

-- Википедия (http://ru.wikipedia.org/wiki/Ликвидность).

-- Р.Гильфердинг. "Финансовый капитал" (Перевод с немецкого И.Степанова. Четвертое издание. Государственное издательство. М.: 1924),

-- В.Акулов, О.Акулова. "ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ" (Петрозаводск: ПетрГУ, 2002).

-- В.Ленин. ПСС., 5 изд.

-- Л.Гринин. "Глобальный кризис как кризис перепроизводства денег" (журнал "Философия и общество". Выпуск N1(53)/2009).

-- Джордж Сорос. "Прогнозы: Будущее в форме буквы W" (BNE:15.01.2010, 5 (2523).

-- Д.Сорос. Интервью французской газете "Le Nouvel Observateur" ("Моя правда о крахе". "http://wap.liberal.borda.ru/?1-2-0-00000073-000-0-0-1263533759).

-- С.Глазьев. "О кризисе глобальной финансовой системы" (Submitted by admin on Fri, 2008-12-19. Аналитика. http://alternativy.ru/de/node/718).

-- И.Левина. "К вопросу о соотношении финансового и реального секторов" (Вопросы экономики, 2006, N 9. http://absopac.rea.ru/OpacUnicode/index.php?url=/notices/index/IdNotice:112639/Source:default) и "Мировой экономический кризис и сценарии посткризисного развития: марксистский анализ" (http://finanal.ru/001/mirovoi-ekonomicheskii-krizis-i-stsenarii-postkrizisnogo-razvitiya-marksistskii-analiz?page=0,1).

-- Harvard business Review - Россия. 2008. Окт. www. hbr-russia.ru

-- Г.Костин. "Финансово-экономический кризис в мире и в России" ("ЭФГ" N45 за 2012 год).

-- И.Ткачев. "Кризис поставил крест на классической теории экономики" (http://top.rbc.ru/econom "ics/06/02/2012/636381.shtml).

-- http://news.mail.ru/economics/15270015/?frommail=1

-- МЭ и МО, 1999, N 6.

-- И.Корсунцев. "Современные технологии несут глобальную угрозу" (http://politeconomy.ng.ru/research/1999-11-02/7_virt_finance.html).

-- К.Сарханянц. "Швейцария готовится раскрыть аферу мирового масштаба" (http://kommersant.ru/doc/2314021).

Заключение

-- В.Паульман. "К общей теории политической экономии" (www.koob.ru/paulman/).

-- В.Паульман. "Возможно ли заглянуть в будущее?" (lit.lib.ru/p/paulxman_w_f/).

-- В.Паульман. "Голод" (lit.lib.ru/p/paulxman_w_f/).

-- К.Маркс и Ф.Энгельс Соч. 2-е изд.

-- В.Кадет. Выступление на Международной научно-практической конференции "Октябрь 1917 года в судьбе мировой цивилизации (К 90-летию Октябрьской революции)" в городе Минск (Газета "ВПЕРЁД" N11 (163) 2007).

-- http://uchebnik-besplatno.com/mirovaya-ekonomika-uchebnik/territoriya-selskohozyaystvennyie-ugodya.html

-- http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9D%D0%B5%D1%84%D1%82%D1%8C

-- В.Колташов, Л.Бычкова, Г.Минаков, Б.Кагарлицкий, В.Паульман, А.Очкина. "Революция в энергетике". ("Исходные положения современной коммунистической теории. ИП-4 М.: 2013.).

-- И.Буккер. "Тайны древних земледельцев Амазонии". (http://www.pravda.ru/science/mysterious/past/14-11-2013/1182083-amazonia-0/).


Приложение N 1

Данный текст представляет собой отрывки из книги Джорджа Сороса, председателя Фонда Сороса и основателя Института открытого общества. "Новая парадигма финансовых рынков. Кризис 2008 года и что он значит". Опубликовано в газете Financial Times от 28.01.2009.


Раньше всякий раз, когда финансовая система была близка к краху, власти приходили на выручку, не позволяя перейти опасную грань. Того же я ожидал и в 2008, но этого не случилось. 15 сентября в понедельник было допущено банкротство американского инвестиционного банка Lehman Brothers без надлежащей подготовки. Это стало переломным событием с катастрофическими последствиями. Для начала, цена на кредитные дефолтные свопы, формы страховки от дефолта компании за долги, превысили все максимумы, так как инвесторы хотели застраховаться. AIG, страховая компания-гигант, держала огромные короткие позиции в кредитных дефолтных свопах и практически оказалась перед неминуемым банкротством. Уже на следующий день Генри Полсон, тогдашний министр финансов США, вынужден был изменить себе и прийти на выручку AIG. Но худшее было еще впереди. Lehman был одним из основных маркет-мейкеров на рынке коммерческих бумаг и крупным эмитентом краткосрочных обязательств. Его бумаги держал и независимый фонд денежного рынка Reserve Primary, а поскольку обратиться за помощью ему было не к кому, он был вынужден перестать выкупать свои бумаги по номиналу. Это вызвало панику среди вкладчиков: к четвергу отток средств из денежных фондов шел уже полным ходом. Затем паника распространилась и на фондовую биржу. Финансовая система пережила остановку сердца, и ее пришлось подключить к аппарату искусственного поддержания жизни. Как можно было позволить банку Lehman пойти ко дну? Ответственность за это целиком лежит на финансовых властях, в частности на Министерстве финансов и Центральном банке. Утверждение, что у них не было необходимых легальных инструментов для влияния на ситуацию - слишком слабая отговорка. В критической ситуации они могли и должны были сделать все, чтобы предотвратить крах системы. Именно это они раньше и делали. Но факт остается фактом - они позволили случиться тому, что случилось. Если копнуть глубже, дефолтные свопы также сыграли критическую роль в падении Lehman. Мое объяснение весьма противоречиво, и все три шага моей аргументации приведут читателя к неожиданным выводам. Во-первых, существует асимметрия в соотношении риска и прибыли в короткой и длинной позиции на фондовом рынке. (Длинная позиция означает владение активом, а короткая - продажу актива, которым вы не владеете). Длинная позиция предполагает неограниченный потенциал роста и лимитированный риск падения. Короткая - наоборот. Асимметрия выражается в следующем: потери при длинной позиции сокращают риски инвесторов, а потери при коротких позициях, наоборот, увеличивают риски. В результате, можно быть более терпеливым, находясь в длинной и проигрышной позе, чем в короткой и проигрышной позе. Эта асимметрия способствует сдерживанию коротких продаж на фондовом рынке. Следующий шаг - понять суть кредитных дефолтных свопов и рынка долговых обязательств, предлагающего удобный способ шортить облигации. На рынке дефолтных свопов асимметрия между риском и доходностью смещается в противоположное направление. Игра в короткую на облигациях путем покупки дефолтного свопа может принести ограниченные риски и неограниченную прибыль, напротив, продавая дефолтный своп, инвестор может получить лишь ограниченную прибыль и практически неограниченный риск. Таким образом, асимметрия поощряет спекуляции в короткую, что, в свою очередь, оказывает понижательное давление на котировки этих облигаций. Когда ожидается неблагоприятное развитие событий, негативный эффект может быть ошеломляющим, так как свопы котируются как варранты, а не как опционы: инвесторы покупают их не потому, что ожидают возможного дефолта, а потому, что ожидают повышения цены свопа в период действия контракта. Ни один арбитраж не сможет исправить эту неправильную оценку. Наглядный пример: государственные облигации США и Британии, чья нынешняя цена гораздо выше, чем та, что вытекает из свопов. Эти асимметрии очень трудно сочетаются с гипотезами об эффективности рынка, согласно которым котировки на ценные бумаги отражают известную всем информацию. Третий шаг - признание существования рефлексивности, т.е. возможности того, что неправильная оценка бумаг может влиять на фундаментальные показатели, которые и должна отражать рыночная цена. Этот феномен особенно ярко проявляется в бумагах финансового сектора, где возможность ведения бизнеса напрямую зависит от доверия. Это означает, что "медвежьи рейды", обрушающие цены на акции этих эмитентов, могут быть выгодными, что в свою очередь противоречит гипотезе эффективности рынка. Складывая вместе все эти три аргумента, приходим к заключению, что Lehman, AIG и другие финансовые институты были разрушены "медвежьими рейдами", при которых короткие продажи бумаг и параллельная покупка дефолтных свопов усиливали друг друга. Нелимитированная игра в короткую стала возможной после отмены в 2007 правила "аптика" (роста котировок - uptick rule), ограничившего медвежьи рейды, позволяя продавать в короткую, только если цена идет вверх. Безлимитная продажа облигаций была облегчена и рынком свопов. Вместе они превратились в летальную комбинацию. Это как раз то, что не смогла понять AIG, одна из самых успешных страховых компаний в мире. Их бизнес состоял в продаже страховки, и, когда они видели действительно неправильно оцененный риск, они старались быстрее застраховать его, в надежде на то, что диверсификация риска сокращает его. По их расчетам, в долгосрочной перспективе это должно было принести хорошую прибыль, однако, это разрушило их бизнес за очень короткий период. Моя аргументация поднимает и несколько интересных вопросов. Что бы было, если бы "правило аптика" было сохранено, а голые короткие продажи (при которых продавец заранее не берет взаймы бумагу), равно как и спекуляция на свопах, были бы запрещены? Банкротства Lehman можно было бы избежать, но вот что случилось бы с "токсичными активами", можно только предполагать. На мой взгляд, пузырь бы сдулся гораздо медленнее, не с такими катастрофическими последствиями, при этом последующие эффекты затянулись бы на более долгий срок. Ситуация была бы больше похожа на японскую модель. Какую роль сыграли собственно короткие продажи? Безусловно, они дали рынкам большую глубину и целостность, сделали их более гибкими. Но они же несут в себе и опасности. Поскольку медвежьи рейды могут быть самоокупаемыми, их следует держать под контролем. Если бы гипотезы об эффективности рынка были верны, то они бы стали главным обоснованием против введения каких бы то ни было препятствий. Таким образом, и правило "аптика", и разрешение только покрытых коротких продаж - полезные и прагматичные меры, которые бы отлично функционировали без каких-либо теоретических обоснований. Что касается кредитных дефолтных свопов, здесь бы я занял более радикальную позицию, чем многие. Превалирующая точка зрения: свопы должны торговаться на регулируемых биржах. Я считаю, что они являются токсичными активами и должны использоваться строго по предписанию. Они могут использоваться для страховки облигаций, но - учитывая их асимметричную природу - не для спекуляций против компаний и стран. Однако свопы не единственные выявленные токсичные активы. К ним можно отнести и разделенные обеспеченные долговые обязательства, и портфолио страховых контрактов, которые вызвали крах биржи в 1987 г., - и это только те два вида бумаг, которые нанесли наибольший вред. Выпуск биржевых активов строго регулируется властями (в частности, Комиссией по ценным бумагам и биржам), почему, например, не контролировать также выпуск деривативов и других синтетических инструментов? Если бы роль рефлексивности и асимметрии была выявлена раньше, это бы поспособствовало отказу от идеи эффективности рынка и заставило бы пересмотреть роль регуляторов. Сейчас, когда банкротство Lehman оказало на поведение потребителей и бизнес-кругов такой же шоковый эффект, как обвал банков в 1930-х, проблемы, с которыми столкнулась администрация президента Барака Обамы, даже серьезнее, чем те, с которыми столкнулся Франклин Рузвельт. Если в 1929 году общий объем непогашенных кредитов составлял 160%, а затем в 1932 году возрос до 260% от ВВП США, то сейчас в 2008 мы вступили в кризис с показателем в 365%, и соотношение, скорее всего, вырастет до 500%. И это без учета распространяющегося использования деривативов, которых не было в 30-х и которые серьезно осложняют текущую ситуацию. Из позитивных моментов у нас есть перед глазами история 30-х и указания Джона Мейнарда Кейнса, которым необходимо следовать. Лопнувший пузырь вызывает ограничения по кредитам, вынужденную ликвидацию активов, дефляцию, разрушение состояний, что может принять катастрофические размеры. В условиях дефляции общий вес накопленного долга может потопить банковскую систему и втолкнуть экономику в депрессию. Это то, что необходимо предотвратить любой ценой. Этого можно добиться, если "создать" деньги для возмещения нехватки кредитов, рекапитализировать банковскую систему и полностью или частично списать накопленные долги в строго регламентированном порядке. Это требует радикальных и необычных шагов. Для лучших результатов все три процесса быть совмещены. Если эти меры будут успешными и кредиты пойдут в экономику, дефляция сменится инфляцией, и власти должны будут перекрыть потоки излишних денежных средств так же быстро, как они их запустили. Избежать этой далекой от нормальной ситуации - дефляции, а затем депрессии, - не представляется возможным, но первая влечет за собой вторую, а затем снижает ее. Чтобы предотвратить сползание американской экономики в депрессию, г-н Обама должен прибегнуть к радикальным и комплексным мерам. Вместе с серьезным набором налоговых стимулов, эти меры должны включать полную и обязательную рекапитализацию банковской системы и тщательную реконструкцию ипотечной системы, включающую уменьшение стоимости ипотеки и прав выкупа заложенного имущества. Энергетическая политика также может сыграть важную роль в борьбе и против депрессии, и против дефляции. Американский потребитель не может больше служить мотором глобальной экономики. Зато альтернативные источники энергии и развитие технологий энергосбережения - могут, но только в том случае, если цена на обычное топливо сохранится достаточно высокой для того, чтобы оправдать инвестиции в эти отрасли. Для этого необходимо будет поддержать цены на обычное топливо, скажем, на уровне $70 за баррель, путем введения платы за выбросы углекислого газа и пошлин на импорт нефти. Наконец, необходимо реформировать международную финансовую систему. Не справляясь с задачей обеспечения общего игрового пространства, нынешняя система способствует тому, что страны оказываются под контролем международных финансовых институтов, в частности США, и действует в ущерб периферийным странам. Эти страны должны подчиняться рыночной дисциплине, правила которой диктуются из Вашингтона, в то время как сами США им не следуют. Насколько несправедливо устроена система, тоже показал кризис, начавшийся в Соединенных Штатах, но нанесший гораздо больший урон периферийным странам. Необходима помощь, чтобы защитить финансовые системы периферийных стран, включая и торговлю, некий организм, который бы располагал большими защитными фондами, доступными при малейшей необходимости и на короткий период времени. Правительства периферийных стран также будут нуждаться в долгосрочном финансировании, чтобы иметь возможность проводить противоположную экономическим циклам фискальную политику. Кроме этого, регулирование банковской системы должно согласовываться на международном уровне, равно как и рыночное регулирование. Национальные правительства должны согласовывать свою макроэкономическую политику во избежание серьезных колебаний валютных курсов и прочих неприятных моментов. Это очень сжатый и краткий перечень того, что будет необходимо сделать, чтобы преодолеть этот экономический цикл. Но он может дать представление о том, как серьезна задача. Мой инвестиционный год Позиции, которые я держал, были слишком велики для такого волатильного рынка. Несмотря на мои предположения, что я трезво оцениваю возможности прошедшего года, я был неправ в одном моменте, стоившем мне очень дорого: разрыва между развитыми и развивающимися рынками нет. Индийские и китайские биржи пострадали даже серьезнее, чем европейские. Поскольку мы не уменьшили свои позиции, в Индии мы потеряли даже больше денег, чем заработали годом раньше. Наш китайский менеджер в выборе активов оказался успешнее, нам также помогла правильная оценка юаня. Мне пришлось серьезно потрудиться, чтобы компенсировать эти потери, а также те, что повлекли действия наших внешних менеджеров. Это имело свой недостаток: я переторговал. Позиции, которые я держал, были слишком большими для растущей волатильности рынков, и, чтобы контролировать риски, я не мог идти против рынка серьезными объемами. Я был вынужден ловить мелкие движения. Поддерживать короткие позиции стало труднее. Несмотря на мой богатый опыт коротких продаж, несколько раз я вляпался и практически пропустил серьезное снижение в октябре-ноябре. Что касается длинных позиций, то я стоял на своем и потерял огромное количество средств. Под впечатлением от потенциала новой глубоководной добычи в Бразилии я приобрел большую стратегическую позицию в Petrobras; достаточно посмотреть, что она снизилась одномоментно на 75%. Мы также попались на развитии нефтехимической промышленности в Персидском заливе. Мы вышли из длинной позиции в CVRD, бразильском производителе железной руды, практически к концу существования пузыря на товарных рынках и зашортили других крупных производителей железной руды. Но мы упустили возможность на самом товарном рынке - отчасти из-за того, что я по опыту знаю, как трудно их торговать. Я также постепенно понял обратное движение доллара, и мы вернули большую часть нашей прибыли. Под руководством моего нового главы по инвестициям мы сделали деньги в Британии, где верно предположили, что краткосрочные процентные ставки будут снижаться, и зашортили фунт стерлинг по отношению к евро. Мы также сделали хорошие деньги, встав в длинную позицию на кредитных рынках после их обрушения. В итоге я понял, что позиции доллара зависят не от того, решают ли люди держать эту валюту, а от наличия у них возможности держать или сбрасывать свои долларовые обязательства. Так же, как жар свидетельствует о болезни, в известной степени позиции доллара свидетельствуют о состоянии финансовой системы. Это помогло мне предвидеть падение доллара в конце 2008. В результате мы закончили год, практически выполнив мой план по минимальной прибыли в 10%, и это после того, как большую часть года мы провели в красном.


Приложение N 2

Глобальный финансовый кризис: причины и последствия

Хасбулатов Р. И. (Журнал: Век глобализации. Выпуск N2/2008)


Причины кризиса

Общими причинами бушующего финансового кризиса, на мой взгляд, являются:

• Цикличность динамики мировой и национальных экономик развитых стран и усиление синхронизации этих процессов в основных центрах мировой экономики (в "Великой триаде").

• Глобализация мировой экономики и мировых финансов на общем фоне роста политической нестабильности и угроз вооруженных конфликтов в разных регионах мира - это усиливает неустойчивость мировой экономики и глобальное движение потоков капитала.

• Специфическое воздействие высоких цен на нефть на движение ссудного капитала, "отрыв" ценообразования на этот продукт от "классического" формирования цены и "давление" огромных массивов "свободных денег" на мировые финансовые центры, создание "мыльных пузырей" и соответственно необычайный рост масштабов фиктивного капитала.

• Формирование процессов, ведущих к уничтожению конкуренции в сфере крупного финансового капитала, рост глобального монополизма, подавляющего конкуренцию.

• Снижение эффективности и качества менеджмента в США, ЕС и Японии, неоправданные риски, допускаемые им в погоне за сверхприбылями.

• Кризис Бреттон-Вудских финансовых учреждений, созданных еще в конце Второй мировой войны для регулирования мировой финансовой системы, отсутствие адекватных современной обстановке наднациональных институтов регулирования движения финансовых потоков.

• Неадекватность методологической базы (либерально-монетарные подходы), находящейся в основе современной финансово-экономической политики большинства стран мира (развитых и переходных экономик).

Отметим и то обстоятельство, что во всей сфере общественно-экономической глобализации она наиболее мощно вторглась в область международных финансов, создавая обстановку крайней неустойчивости не только самой финансовой системы, но и общей глобальной экономической системы.

Признаки "болезни" стали обнаруживаться в Америке еще в 2007 г. в ряде секторов финансово-банковской системы. Но общие причины финансового кризиса, несомненно, таятся прежде всего в циклическом движении национальной и мировой экономики. Время от времени национальные финансово-экономические системы нуждаются в "очищении" (это касается рыночной экономики), перестройке агентов рынка, переходе на другие инструменты регулирования, новых технологиях. Это - устоявшаяся закономерность развития, по крайней мере, с XIX в. Предыдущий мировой деловой цикл завершился сильнейшим кризисом в 2001-2002 гг. Новый цикл начался с конца 2002 г., а если иметь в виду, что длительность циклов в послевоенные десятилетия составила в среднем временной отрезок в 8-10 лет, то очевидно, что мировая экономика находится в преддверии очередного циклического кризиса. И ныне бушующий финансовый кризис - это своего рода вступление мировой экономики в активную фазу, в собственно кризис в сфере реального производства. То обстоятельство, что он начался в области финансового сектора мировой экономики, - это, на наш взгляд, вполне объяснимое явление, связанное с множеством факторов, в том числе и в сферах изменений в области конкуренции, ценообразования на нефть, структуризации финансовых рынков и т. д. Все это играет в последнее десятилетие исключительное значение в плане деформации как естественного протекания цикла, так и с точки зрения общего движения мировых финансовых потоков капитала.

Особо важное значение во всех этих причинах имеет нефть и ценообразование на этот продукт. В результате динамичного роста экономики в основных центрах развитого сегмента мировой экономической системы (Северная Америка - Западная Европа - Япония), а также Китая, Индии и некоторых других быстро растущих экономик потребности нефти, обеспечивающей их рост, непрерывно возрастали. Это обстоятельство являлось постоянным фактором для спекулятивного повышения цен на жидкое топливо. Использовались разные мотивы для взвинчивания цен (постоянная нестабильность на Ближнем Востоке, где проходят международные коммуникации по доставке нефти в развитые регионы, партизанские рейды в Нигерии на нефтепромыслы, циклоны на юге Америки, в Мексиканском заливе, повышенные потребности китайской экономики и пр.), и все это служило поводом для повышения цен на нефть. В результате себестоимость барреля нефти "оторвалась" от ценообразования на нефть, соответственно прибыль нефтяных компаний составляет, по разным расчетам, от 250 до 450 %. И что знаменательно, произошел полный подрыв свободного ценообразования и соответственно конкурентной основы в этом секторе мирового хозяйства. В результате произошло следующее: с одной стороны, нефтяные компании и аккумулирующие их средства финансовые институты стали обладателями громадных массивов "свободных денег"; с другой стороны, эти "легкие деньги" перетекают в другие, прибыльные сферы хозяйства, в том числе в индивидуальное жилищное строительство, формируя повышенный спрос в периоды повышательной фазы в динамике цикла и, наоборот, оказывая отрицательное воздействие в стадии стагнации движения цикла. С третьей стороны, колоссальные прибыли порождают различного рода "финансовые пирамиды" и "финансовые пузыри", разрушают устойчивость отдельных звеньев финансовой системы, развращают менеджмент огромными дивидендами (даже за плохое управление). Все это подрывает принципы конкурентных механизмов в целом в бизнесе. Формирование крупных массивов "свободных денег" в свою очередь порождает мощную инфляционную тенденцию глобального масштаба, которая распространяется по всему миру. Обесценивание ведущих мировых валют - это устойчивая тенденция последних десятилетий, в решающей степени связанная с неолиберально-монетарными доктринами, проповедующими всесилие денег и денежного успеха в деятельности человека, маниакальной устремленностью современного бизнеса исключительно к наживе любой ценой при игнорировании общественных целей и морально-этических ценностей, свойственных западным обществам вплоть до 80-х гг. XX в. Отсюда, между прочим, и появление другой тенденции - снижение общего уровня менеджмента повсюду в мире, его деинтеллектуализация, увлечение чрезмерно рискованными финансовыми и иными деловыми операциями, на которые легко идут менеджеры, рассчитывая на получение быстрых и легких сверхприбылей.

Все эти процессы, среди которых особо важное значение принадлежит деформациям в ценообразовании и подавлению конкуренции как в нефтяном секторе, так и сопряженных с ним сферах, гигантские денежные массивы, которыми стали самовластно распоряжаться узкие круги финансово-промышленных групп, инфляция и неустойчивость цен на энергоносители, их "отрыв" от ценообразующих факторов вместе с глобальной политической нестабильностью ведут к подрыву мировой финансовой системы и ее отдельных звеньев. А это в свою очередь оказывает и прямое, и косвенное влияние на экономики стран в силу тесной взаимосвязанности различных звеньев мировой экономики и финансов. Указанные особенности динамики современного глобального делового цикла оказали свое влияние на специфическое развертывание мирового финансового кризиса, в том числе на систему американской ипотеки.

Почему кризис разразился в системе американской ипотеки?

Индивидуальное жилищное строительство в Америке занимает особо важное значение - и как сектор экономики, и как существенная часть всей социальной политики государства. На волне достаточно устойчивого развития на протяжении последних лет (впрочем, как и в предыдущие два десятилетия) правительство проводило целенаправленную экономическую политику в этой области, обеспечивая граждан страны сравнительно легким доступом к банковским кредитам через систему ипотечных банков. Такая политика - важнейшая составляющая всей социальной политики американского государства, направленная на обеспечение высокого уровня жизни населения страны. В высказываниях российских аналитиков, для которых бедность населения - привычное состояние, так же как и крайняя неэффективность социальной политики государства, преобладают легковесные суждения относительно того, что это была "неправильная" политика.

По их мнению, якобы "непродуманные действия" ипотечных банков Америки, связанные с обеспечением "легких денег", когда чуть ли не любой неимущий мог получить кредит с целью приобрести индивидуальный дом или квартиру, и послужили причиной обвала. На самом деле эта ипотечная политика была (и является при всех спадах и депрессиях) и продуманной, и ответственной; она, как мы отмечали выше, - составная часть всей американской социально-эконо-мической политики, преследующей среди прочих задачу сокращения разрыва между богатыми и бедными стратами, делая доступными ипотечные займы для любого работающего человека в Америке.

Главные причины развернувшегося кризиса находятся в иной плоскости - в об-ласти общего ухудшения воспроизводственных условий, в "затухании" темпов роста экономики, в спекулятивном движении больших массивов капитала и формировании "мыльных пузырей", буквально выколачивающих колоссальные прибыли на биржевых спекуляциях ценными бумагами. И, по моему глубокому убеждению, в исчерпанности самой модели экономической политики, основанной на неолиберально-монетарной идеологии. Отсюда - неадекватность политики новым условиям развития современного капитализма в его основных центрах (США -ЕС - Япония).

Кризисные проявления стали заметными еще в 2007 г., постепенно расширяясь со второй половины года, вторгаясь в "пограничные" (к ипотечной системе) финансово-банковские отношения. "Затухание" темпов экономического роста - это общий индикатор, складывающийся как следствие множества переплетающихся своего рода "мини-факторов", в том числе все более участившихся случаев нарушения бизнес-этики менеджерами в промышленной и банковской сфере. Это небезобидные "эпизоды", поскольку они формируют мощные импульсы в поведенческих действиях основного массива агентов свободного рынка - клиентов, подрывая их доверие. Падение доверия людей к финансовым институтам - это смертный приговор. Это и стало происходить в системе американской ипотеки. Отсюда - кризис платежей, проблема ликвидности и соответственно банкротство действующих в сфере ипотеки банковских и иных инвестиционных институтов. Гибель гигантских "Fannie Мае" и "Freddie Mac" стала потрясением для всего американского общества. Достаточно отметить, что суммарные активы этих двух ипотечных банков составляли около 6 трлн долларов (ВВП России - чуть более 1,2 трлн долларов), чтобы представить масштабы бедствия от их банкротства, если бы не государственное вмешательство.

Скорее всего, неожиданным для американцев был второй удар кризиса, который, вторгнувшись в инвестиционные банки, сокрушил такие столпы финансово-банковской системы, как знаменитые "Lehman Brothers" (существует около 160 лет) и "Merrill Lynch" (более 100 лет), входившие в первую пятерку ведущих инвестиционных банков США. Их акции обесценились, вызвав возмущение во всей мировой финансовой системе (в силу колоссальных масштабов деятельности по всему миру).

Правительство США и его финансовый сектор были вынуждены занять активную позицию, тем более в условиях приближающихся (ноябрь 2008 г.) президентских выборов. Кандидаты от республиканцев (Маккей) и демократов (Обама) неистово клялись, что только приход именно Маккея или Обамы в Белый дом может положить конец кризису.

Надо признать, действия американского правительства были достаточно энергичными. Так, "Lehman Brothers" был частично национализирован, - спасая от неминуемого банкротства, ФРС США (Центральный банк) предоставила ему многомиллиардные кредиты, притом что его страховые гарантии перешли под государственный контроль.

Но кризис есть кризис, у него своя динамика. Через несколько дней он обрушил третий сокрушительный удар - на этот раз по крупнейшей в мире инвестиционной группе "American International Group (АIG) Investments". Компании, входящие в эту группу, управляли активами на сумму более 753 млрд долларов по всему миру (более чем в 60 странах).

Кроме того, они контролировали кредиты и ипотечные займы на общую сумму более чем в 300 млрд долларов. Банкротство этого супергиганта в мировой финансовой системе (как и в случае с "Фэнни" и "Фрэдди") могло бы обрушить ее до основания. Этого американское государство не могло допустить. Поэтому и эта "группа" также была частично национализирована по такой же схеме, как "Fannie" и "Freddie". Затем настала очередь банкротств инвестиционных банков, которым также был брошен "спасательный круг" государством. По сути, все они также подверглись национализации. На грани банкротства оказались два прославленных банковских кита Америки - "Morgan Stanley" и "Goldman Sachs"; оба обратились с просьбой в ФРС об изменении их статуса - ныне они перестали быть инвестиционными банками, превратившись в обычные. Соответственно, ФРС поручило Федеральному резервному банку Нью-Йорка расширить кредитную поддержку этим двум банкам. Мощный и тоже, казалось, вечный, банк "Washington Mutual" начал срочные переговоры о своей продаже (на его депозитах хранятся средства частных вкладчиков на сумму свыше 300 млрд долларов). Этот банк стал 13-м американским банком, обанкротившимся в ходе нынешнего финансового кризиса. Крах этого банка стал одним из самых крупных банкротств в банковской сфере за всю историю США. Он был в ускоренном порядке взят под контроль федеральных властей, а его многочисленные подразделения приобретены группой банка "JPMorganChase". "JPMorgan Chase" в результате поглощения сети "Washington mutual" становится крупнейшим сберегательным банком США с объемом депозитов в 900 млрд долларов и 5400 отделениями. Таким образом, идет параллельный процесс - укрепление монополистического капитала, альянс государства и крупных частных корпораций.

Президент Буш признал, что вся экономика США находится под угрозой и необходимо спасать финансовую систему страны, а не отдельные корпорации и банки. Являясь сторонником "свободного предпринимательства в нормальных условиях", президент Буш признает, что сложившиеся в Америке условия не являются "ординарными", поэтому он не может пустить разрушительные процессы на "самотек", поскольку они спровоцируют глубокую и длительную рецессию. Это означало бы серьезный удар по благосостоянию американских граждан. "Если бы можно было сделать так, чтобы все безответственные компании Уолл-стрит могли обанкротиться, не оказав влияния на ваши семьи, я бы сделал это. Меры по спасению, которые мы принимаем, направлены не на Уолл-стрит, а на те улицы, где вы живете", - заявил президент, обосновывая "план Полсона" ("план-700").

Крупные финансисты, чувствующие себя уверенно, также включились в борьбу за преодоление кризиса. Так, один из богатейших людей современной Америки Уоррен Баффет через принадлежащую ему компанию "Berkshire Hatway" заключил сделку о покупке привилегированных акций "Goldman Sachs" на 5 млрд долларов, что значительно улучшило положение этого находящегося в затруднительной ситуации банковского гиганта. Это, конечно, также играет на стабилизацию финансово-банковской системы. Баффет также стал скупать акции промышленного гиганта "General Electric" на сумму в 3 млрд долларов, попавшего в затруднительное положение из-за финансового кризиса. Индексы, в том числе Доу-Джонс, пережили самое глубокое падение после террористических актов 11 сентября 2001 г. Затруднения такой знаковой корпорации, какой является "General Electric", иллюстрируют, что финансовый кризис перерастает в общий экономический. В Америке происходит резкое снижение потребительского спроса, многие американцы вынуждены вводить для себя жесткий режим экономии, сокращать приобретение товаров длительного пользования. Автомобильные корпорации, например, бьют тревогу по поводу падения объемов продаж индивидуальных домов, квартир, машин, других товаров длительного пользования повсюду в мире.

При этом следует отметить, что современную мировую финансовую систему с достаточной условностью можно называть "системой". Она состоит из разнородных подсистем, главными звеньями которой являются крупнейшие частные финансовые группы, банки, финансовые секторы промышленных, торговых и иных корпораций, действующие (и очень часто) в разнонаправленных векторах, вызывающих возмущения в системе. Финансовые спекулянты, ворочающие десятками миллиардов долларов, действуют исключительно по мотивам получения немедленной прибыли, перебрасывая гигантские ресурсы из одного финансового центра в другой, из отрасли (сферы) в отрасль, нанося могучие удары по условному равновесию самой системы, подводя ее к краю гибели. Так формируются "финансовые пузыри", когда цены на акции в десятки раз превышают реальную их стоимость. Рецессия в реальном секторе экономики развитых стран мира становится реальностью. Это, несомненно, отразится на ценах на нефть, что с неизбежностью затронет экономику России, ее модернизационные планы и социальные цели общества.

Великая депрессия 1929-1933 гг. породила кейнсианство

Приведем поучительные исторические параллели. Как известно, Великая депрессия 1929-1933 гг. положила начало концу классической либеральной экономической теории, проповедующей невмешательство государства в экономическую жизнь, и обозначила формирование мощной теоретико-методологической альтернативы - кейнсианства. Оно стало базой для экономической политики Запада, вплоть до кризиса 70-х гг., когда на смену снова "вернулись" неолиберальные подходы.

Ключевой тезис Дж. М. Кейнса состоял в утверждении о принципиальной невозможности современного капитализма развиваться без государственного регулирования. Современный мировой финансовый кризис еще раз подтвердил этот ключевой тезис знаменитого экономиста.

Разумеется, хозяйственная практика всегда идет впереди экономической теории. Глубокий упадок в промышленном производстве, разрушение банковской системы, банкротство корпораций, банков, торговых фирм и т. д. - все это привело к неизбежным попыткам американского государства в 30-е гг. оказать более существенное влияние на экономические процессы. Тем самым разрушались традиционные для развитых стран представления о роли государства в экономике, способах и формах его экономического вмешательства, что противоречило принципам классического либерализма, доминировавшего, по крайней мере, последние 200 лет в Западной Европе и Америке. Хотя, следует отметить, в ходе Первой мировой войны все ее основные участники, и особенно Германия, основательно преуспели в развитии процессов государственного вмешательства в экономику, когда стали укрепляться прямые функции в области государственного регулирования национальных хозяйств, расширился госсектор в народном хозяйстве страны. Но в послевоенные годы эта внезапно пробудившаяся экономическая функция оказалась постепенно свернутой, и, как представлялось, снова восторжествовал принцип традиционной либеральной экономики - и в США, и в Западной Европе.

Разрушительный кризис, начавшийся в США в начале 1929 г. (в странах Западной Европы он обозначился несколько раньше - во второй половине 1928 г.), а также приход к президентской власти Франклина Делано Рузвельта качественно изменили отношение государства к экономике. Следует сказать и то, что в те годы в экономической и даже политической жизни Америки доминировали представители крупных корпораций, которые открыто вмешивались в вопросы государственной политики, процветали протекционизм, коррупция, а правительство, как отмечала пресса тех времен, погрязло в склоках, связанных с патронажем разных групп бизнеса. Обстановку тех времен охарактеризовал сам президент Рузвельт следующим образом: "Правительство, которым управляют деньги, так же опасно, как и правительство, состоящее из преступников".

В такой обстановке Рузвельт предложил стране свой знаменитый "Новый курс", предполагающий решительный контроль государства над деятельностью большого бизнеса, его переориентацию на решение национальных задач и вывод экономики страны из глубокого кризиса. Эти задачи диктовали необходимость активного государственного регулирования макроэкономических процессов. А как травила "свободная пресса" Америки Рузвельта, обвиняя его в приверженности к коммунизму! Конечно, мощные американские корпорации, в течение двух столетий развивающиеся в духе доктрины Laissesfaire, то есть абсолютного либерализма, отвергали любую форму вмешательства в экономику, хотя сами были не в состоянии справиться с наступившим разрушительным кризисом. К счастью для Америки той эпохи, президент Рузвельт сумел преодолеть яростное сопротивление больших корпораций, привычный догматизм элитарных слоев общества и вывести страну из кризиса.

Суть рузвельтовской модели состояла в следующем: во-первых, отделить экономику (большие корпорации) от политики с точки зрения воздействия на нее корпоративных интересов; во-вторых, дать импульсы для развития смешанной экономики; в-третьих, обеспечить социальный характер государства. Это и является сутью и содержанием кейнсианства. Великий экономист ХХ в. Дж. М. Кейнс был основателем этого направления экономической мысли, "параллельной" классической. Она стала методологической базой экономической политики капиталистических стран 30-70-х гг.


Кейнсианство возвращается?

Первое десятилетие XXI столетия - это, конечно, не времена Великой депрессии, не послевоенные десятилетия - совершенно иные условия экономического развития по сравнению с ними. Но похоже на то, что при всей своей огромной мощи частные финансово-экономические корпорации не в состоянии самостоятельно справиться с проблемами глубоких спадов и депрессий, угрожающих самой современной капиталистической системе, без опоры на силу государства и его властно-регулирующие возможности. Кейнс оказался прав: снова необходима активизация экономической функции государства, без чего невозможны не только общее развитие страны, не говоря уже о выводе экономики и финансов из кризисного состояния, но и сохранение существующей системы. В условиях, когда процессы глобализации вторгаются прежде всего в финансовую подсистему мировой экономики, регулирование финансово-хозяйственных процессов через традиционное понимание "рынка" (когда предполагается конкуренция) становится иллюзорным. Здесь правят бал могучие финансовые, промышленные и иные корпоративные группы, контролирующие, как в случае с "AIG", активы в триллионы долларов, а конкуренция отходит на второй план - не она определяет их прибыли. Традиционная конкуренция действует уже лишь в секторах среднего и мелкого предпринимательства. Но даже "крупные" оказываются бессильными при несовершенном менеджменте. А в этой сфере в Америке обнаруживается много проблем - качество и эффективность менеджмента, как мы отмечали выше, резко снизились, причем это происходило параллельно тому, как возрастали доходы менеджеров в последнее десятилетие. Правительство Америки, озабоченное состоянием менеджмента, инициировало принятие закона "Сарбэйнс-Оксли" в 2002 г., после банкротства крупной нефтяной корпорации "Энрон". Закон усилил возможности государства и акционеров осуществлять контроль над операциями менеджмента. Но существенных позитивных изменений в этой области не произошло. Непрерывное снижение налогов на корпорации, что происходит в последние двадцать лет по мере развертывания неконсервативный волны, способствовало "возвращению" образов "праздного класса" Торстейна Веблена в американскую деловую жизнь. Менеджмент крупных корпораций как в Америке, так и в Европе, да и других странах, тем более в России, все чаще оказывается подвержен коррупции и разного рода мошенническим операциям. Это является не случайностью, а, скорее, закономерным отражением доминирующих в современных капиталистических обществах идей подчинения человеческой личности одному всесильному, хотя и Идолу, - власти Денег. Это откровенно развращает современное общество, делает его уязвимым в нашем беспокойном мире, в том числе в той жестокой борьбе, которая развязана альтернативными глобальными силами по всему периметру евроатлантической цивилизации.

Крупные финансовые игроки, исходя из только им понятных соображений, все чаще идут на необоснованные риски, легко манипулируют десятками и сотнями миллиардов долларов, "перебрасывают" их из одной сферы в другую, порою искусственно порождая предпосылки потрясений на финансовых рынках и банкротств. Все это перестает быть "частным делом бизнеса", приобретая опасные для общества масштабы, нанося сокрушительные удары по равновесию всей мировой финансовой системы. Вполне очевидно и то, что данные процессы противоречат самому понятию "рынок", он все более "размывается" внерыночным поведением самих агентов рынка. Соответственно формируется заметная тенденция к "нейтрализации" рынка как механизма аккумуляции и распределения финансовых ресурсов. Это, в частности, проявляется в сильнейшей деформации движения ссудного капитала по международным каналам.

Еще один показательный момент, который бросается в глаза, когда мы анализируем действия правительства США, пытающегося блокировать кризис, и реакцию большого бизнеса на эти действия. Американское правительство, традиционно ориентирующееся на либерально-монетарную идеологию в экономической политике, как было показано выше, вынуждено в своих практических шагах отказаться от этой традиции в пользу кейнсианской методологии и, в частности, осуществить национализацию целой группы финансовых компаний. Ежедневно происходит частичная или полная национализация банков - и в Америке, и в Европе, и в Азии. При этом крайне интересно, что в очередь за такой национализацией выстроились очень многие американские банки.

Против такой политики выступает часть общества: традиционалисты-неоконсерваторы из Республиканской партии, сегмент научно-экспертного сообщества Америки, не затронутая кризисом часть предпринимателей. В частности, отвергая "план Полсона", профессор Принстонского университета Пол Круг-ман обвиняет правительство в том, что оно "стремится решить не только проблему ликвидности, но и явно переплачивать в пользу крупных банков и их собственников, выбрасывая деньги налогоплательщиков". С ним солидарен профессор Чикагского университета Луиджи Зингалес. Последний в статье "Почему Полсон не прав" ставит вопрос: "Хотим ли мы жить в мире, где доходы частные, а убытки распределены на всех?"

Возможно, и эти суждения оказали свое влияние на американский конгресс, который 29 сентября отказался утвердить "план Полсона", что вызвало новый виток кризиса, обрушив индексы биржи на Уолл-стрит, в том числе Доу-Джонс и Макдак. Но здесь причины сложнее - для многих конгрессменов-республиканцев принятие антикризисного плана было ничем иным, как утверждением "американского варианта социализма". Один из республиканцев, член палаты представителей, так и сказал: "Большевистская революция обещала народу России хлеб и свободу, но дала лишь хлеб. Сейчас, когда перед народом Америки стоит тот же выбор, мы выбираем свободу!" Проголосовав "против", конгрессмены объявили для себя 3-дневные каникулы в честь еврейского нового года. В такой обстановке президент Буш решился на крайнюю меру - он "распечатал" стабилизационный фонд США (Exchange Stabilization Fund, ESF) объемом 51 млрд долларов, созданный еще в период Великой депрессии 1929-1934 гг. Однако 2 октября сенат утвердил представленный Белым домом план спасения финансовой системы США в ходе драматического голосования. Через несколько дней палата представителей, вернувшись к этому вопросу, также проголосовала за предложенный "план-700", или "план Полсона".

Все эти события, разворачивающиеся на наших глазах, подтверждают, что современный рынок (а в более общем плане - современный капитализм) - это далеко "не саморегулирующаяся система", он не в состоянии функционировать сам по себе, без активного государственного вмешательства. Это ключевая идея Дж. М. Кейнса, которая разводила его с либеральными теориями. Кризис возродил попытки теоретического осмысления не только происходящих событий, но и старый "великий спор" относительно судеб современной капиталистической системы: может ли она существовать без активного государственного вмешательства? Современные неоконсерваторы, к которым относится и сам президент Буш, полагают, что "вынужденный государственный дирижизм" - это временное явление, которое пройдет, когда завершится кризис. Противоположная точка зрения, которой придерживается значительная часть научно-экспертного сообщества и политической элиты (это современные реалисты-неокейнсианцы), достаточно твердо исходит из мнения исчерпанности позитивного потенциала крупного капитала как "саморегулирующейся системы". Она исходит из идеи невозможности нормального развития современной экономической системы без активного государственного экономического вмешательства, причем в направлении достижения большей социальной справедливости.

Правительство разработало обширный план спасения всей финансовой системы - это так называемый "План Полсона" (по имени министра финансов Генри Полсона). В соответствии с ним оно запросило конгресс выделить для этих целей 700 млрд долларов. В результате тяжелых дискуссий (и первоначального отклонения нижней палатой), внесения в "план" существенных изменений он был одобрен. Правительство Буша получило карт-бланш на реорганизацию всей финансово-банковской системы страны - через массированное государственное вмешательство. Это означает не что иное, как триумфальное возвращение кейнсианства, дискредитированное в 70-80-е гг., когда его заменила либерально-монетарная доктрина как методология экономической политики развитых стран мира. Таким образом, конкретно речь идет о двух взаимосвязанных явлениях-процессах.

Первый. Официальный конец неолиберально-монетарной идеологии в экономической политике США (и других стран).

Второй. Хотя само имя Кейнса не произносится, но содержательная часть всех антикризисных мер соответствует его известным рекомендациям в части использования потенциала государства как экономической силы, решительно вторгающейся в экономику "свободного рынка".

Отметим, что все эти действия, сохранив от разрушения финансовую систему могущественной Америки, не уберегли ее от наступающей рецессии в целом в экономике страны. Экономический рост прекратился, трудности испытывают ведущие промышленные компании. Они отражаются на населении, в частности, стала расти безработица.


Глобализация финансового кризиса и ответные меры государств

Процесс банкротств финансово-банковских институтов быстро перекинулся из Америки на другие страны и континенты, прежде всего в Европу - слишком велика степень "переплетения" экономики и финансов в современном глобальном мире, их взаимозависимость и взаимосвязь. Это заставило правительства ведущих европейских и других государств приступить к консолидации своих усилий. Центральные банки "великой триады" - Северной Америки, ЕС и Японии - 18 сентября 2008 г. выступили с заявлением о том, что они намерены осуществить массированную долларовую интервенцию (с целью решить проблему ликвидности банков) на общую сумму в 247 млрд долларов.

Председательствующий в ЕС президент Франции Н. Саркози, экстренно собрав в Париже глав всех ведущих стран (Великобритании, Германии и Италии) - своего рода "антикризисный саммит", - предложил план стабилизации европейского финансового рынка. Этот план предусматривал создание общеевропейского фонда на сумму около 300 млрд евро, средства из которого могли быть использованы для помощи проблемным европейским финансовым компаниям. Европейские эксперты проводили параллели между этим "Планом Саркози" и "планом Полсона". Однако "План Саркози" (поддерживаемый итальянским премьером Берлускони) был отклонен германским канцлером Меркель и британским премьером Гордоном. Первоначально крупные европейские державы считали возможным преодолеть кризис самостоятельно. И только мощные его удары, когда он стал сотрясать все здание системы, заставили страны ЕС перейти к реальному объединению усилий.

1-12 октября на саммите министров финансов G-7 в Вашингтоне был принят другой план, который предусматривает 5 пунктов:

Необходимо использовать все имеющиеся средства, чтобы поддержать системно важные финансовые институты, не допуская их банкротств.

· Обеспечить принятие всех необходимых мер для разблокирования кредитных и денежных рынков, гарантировать свободный доступ банков и других финансовых институтов к ликвидности и финансированию.

· Обеспечить банкам возможность привлекать капитал как из частных, так и из государственных источников в достаточных количествах для восстановления доверия и возобновления ими кредитования бизнеса и частных лиц.

· Обеспечить надежность национальных программ по страхованию вкладов через систему государственных гарантий.

· Принять дополнительные меры для возобновления деятельности вторичных рынков ипотечных и других ценных бумаг.

Эти общие принципы, которые, однако, выходят далеко за пределы Бреттон-Вудских соглашений, означают переход всей финансовой системы на качественно другой вектор развития. Это реально подтвердилось, когда было раскрыто содержание решений на указанном саммите G-7. В частности, министрами финансов "семерки" были приняты конкретные решения, свидетельствующие о глубоком переустройстве всей мировой финансовой архитектуры. В чем суть этих изменений? Назовем следующие 3 пункта.

Первое. Федеральная резервная система США (ФРС), Европейский центральный банк (ЕЦБ), Банк Англии, Центральный банк Швейцарии объявили о снятии всех (любых!) ограничений на предоставление ликвидности в долларах США национальным банковским системам до 30 апреля 2009 г. Спустя несколько часов после этого решения к нему присоединился Банк Японии.

Второе. Все пять перечисленных выше банков немедленно объявили о первых аукционах без ограничений (по суммам): 14 октября на срок до 7 дней проводит кредитный залоговый аукцион Банк Англии; 15 октября на тот же срок - банки Швейцарии и Японии; ЕЦБ в тот же день, 15 октября, начинает программу еженедельных аукционов. Все 5 банков объявили дополнительные аукционы на сроки 28 и 84 дня; процентные ставки будут фиксированными.

Третье. Европейский Центральный Банк (ЕЦБ) сообщил,что он принял решение проводить аукционы, на которых будет осуществляться неограниченное предложение долларов (для"снятия" проблемы ликвидности), по крайней мере, до января 2009 г. Если традиционная денежная политика ЕЦБ и других членов "семерки" строилась на ограничении предложения ликвидности, отныне единственным инструментом регулирования рефинансирования в долларах становятся фиксированные предаукционные ставки процента центральных банков. Это исключительно важное новшество.

Таким образом, все эти решения мировых финансовых властей переводят глобальную финансовую систему в принципиально иное качество. Главным инструментом регулирования провозглашается отныне не рынок, не его частные агенты, а государства и решения их финансовых властей. Это, как было сказано выше, свидетельство отказа от неолиберальной доктрины как методологической базы проводившейся на протяжении последних трех десятилетий финансово-экономи-ческой политики.

Одновременно с этими решениями страны ЕС приняли и свои национальные планы спасения финансовых систем, сконцентрировав для этого огромные финансовые ресурсы: Великобритания - 980млрд долларов; Германия - 643 млрд; Франция - 540 млрд; Италия - 200 млрд; Испания - 150 млрд; Швеция - 120 млрд долларов. Естественно, страны ЕС испытывают не меньшие трудности в экономическом развитии, чем США. Их рост также приостановился. Соответственно возрастают масштабы социальных проблем. Их предполагается решать уже не через всесильный рынок, а через государственную политику стимулирования.

Кризис Бреттон-Вудских учреждений и необходимость наднациональных институтов глобального регулирования

Малоэффективные попытки 14 центральных банков наиболее развитых стран мира объединить свои усилия для предотвращения более серьезной угрозы краха мировой финансовой системы показывают, что нужны какие-то иные, более мощные усилия, причем качественно иного свойства - для создания международной (наднациональной) системы регулирования глобальных финансово-экономических процессов. Надо признать, что бреттон-вудские институты, созданные для этой цели, бессильны в современных условиях, и необходимо начать немедленные консультации для поиска новых международных механизмов регулирования с четко выраженным наднациональным элементом. В противном случае мировая финансовая система разлетится в клочья, взрывая мировую экономику.

Кризис существующих механизмов национального и международного регулирования в достаточно отчетливой форме проявился в ходе азиатского кризиса 1997 г., когда от "услуг" МВФ отказалась целая группа азиатских стран, в частности Малайзия, которая, кстати, первой вышла из состояния кризиса. Но в те времена на эту важнейшую сторону проблемы в мировых финансовых кругах и научно-экспертном сообществе не обратили должного внимания.

Проблема осложнена тем обстоятельством, что фактически не существует наднациональных механизмов регулирования движения глобальных финансовых потоков.

Отметим при этом и то, что в глубоком кризисе находятся Бреттон-Вудские финансовые учреждения (Международный валютный фонд, Всемирный банк), призванные регулировать глобальные финансовые процессы. МВФ так и не "пришел в себя" после поражений в ходе азиатского кризиса 1997-1998 гг. Резко сузилась сфера деятельности Всемирного банка, руководство которого, вопреки уставным обязанностям, сравнительно недавно объявило о том, что его главными функциями становится "борьба с бедностью в слаборазвитых странах на рыночной основе" (2003 г.). Отсюда - его деградация. Бедность в мире стремительно расширяется, а в связи с наступлением мирового продовольственного кризиса она становится критической. В глубоком и затяжном кризисе находится ВТО. Она никак не может завершить начавшийся в Дохе (Катар, 2001 г.) очередной раунд всемирных торговых переговоров, имевший целью снять торговые барьеры между странами. Неразрешимые противоречия между богатыми странами Запада и группой развивающихся стран ("группа двадцати" во главе с Бразилией) сделали невозможным позитивное завершение раунда ВТО. Но при этом интересно, что первоначально развитые страны обвиняли развивающиеся в том, что последние оказывают "чрезмерную государственную поддержку сельскому хозяйству", и требовали сокращения этой поддержки. Но сами развитые страны оказывают своим фермерам государственную помощь в размере 300 млрд долларов ежегодно.

Таким образом, существующие международные регулирующие институты фактически нейтрализованы, они нуждаются не просто в глубоком реформировании, а в замене их на реальные наднациональные институты, которые могли бы действовать эффективно, адекватно современным условиям, осуществляя глобальное торгово-экономическое и финансовое регулирование.

Это еще один урок современного мирового финансового потрясения, которое, разумеется, далеко не завершено и, скорее всего, преподаст немало ценных уроков. Надо только уметь их извлекать. С этим в отечественной экономической политике (как, впрочем, и в других странах) дело обстоит непросто. В частности, начавшаяся в развитых экономиках мира рецессия обрушивает цены на нефть - со 150 долларов в июне до 70 долларов в октябре (за 1 баррель). По-видимому, в скором времени эта цена упадет ниже 50 долларов. Это, несомненно, окажет сильное воздействие на ситуацию в России.

Российский вариант государственно-монополистического капитализма

В первый период "горячей фазы" американского финансового кризиса, когда обанкротились "Фрэдди" и "Макки", российские специалисты-аналитики (экономисты) с изумлением наблюдали за тем, как руководители финансово-экономического блока правительства чуть ли не с пренебрежением высказывались в плане того, что "Россию американский кризис не заденет, у нас устойчивая экономика, большие золотовалютные резервы (600 млрд долларов), стабильная финансовая система" и т. д. Вскоре, однако, пришло отрезвление - понимание серьезности ситуации. К тому же общая финансовая обстановка в стране была не особенно радужной. Беспокойство ощущалось в действиях банкиров, непрерывном ужесточении кредитных линий, свертывании инвестиционных программ. А проблема с ликвидностью становилась напряженной. Нерезиденты еще с мая 2008 г. плавно выводили свои активы из России.

Ситуацию буквально взорвала 5-дневная российско-грузинская война на фоне начавшихся в Пекине Олимпийских игр (в начале августе) - вот когда начался бурный отток иностранного капитала из страны. По данным "Forbes", к середине сентября объем оттока составил свыше 20 млрд долларов (по официальным данным, эта величина составила около 5 млрд долларов). С учетом того обстоятельства, что финансовые рынки России все еще весьма слабы, а деньги, находящиеся в сфере их оборота, незначительны, вывод 20 млрд долларов - это очень большой денежный объем, отток которого имел три принципиальных значения.

Во-первых, этот отток подрывал позиции российских банков и в целом банковской системы, мгновенно усилил кризис доверия к банкам, в том числе уже со стороны российских клиентов.

Во-вторых, в условиях политической и финансово-экономической неопределенности, созданной не столько самой новой Кавказской войной, сколько ее последствиями (осложнениями с Западом), российская банковская система показала свою откровенную слабость и уязвимость.

В-третьих, особую нервозность обстановке придала огромная внешняя задолженность российских банков и компаний (в том числе государственных) на сумму в почти 500 млрд долларов (эта сумма почти эквивалентна сумме всего государственного резервного фонда).

В условиях взорвавшейся глобальной политической ситуации (в связи с российско-грузинской войной) российские должники стали чувствовать себя крайне "неуютно" по вопросам, связанным с этими огромными внешними долгами. Это привносило дополнительное смятение в банковские круги, стимулируя их панические действия. Естественно, ускорился и процесс изъятия гражданами своих вкладов, все острее становилась проблема ликвидности.

На этом фоне и произошли обвал фондового рынка, бегство иностранного капитала, обесценивание акций практически всех крупных корпораций и банков, растерянность в деловых (и неделовых) кругах. Далее мы видели лихорадочную деятельность высоких должностных лиц, финансовых властей, приведение в движение огромного массива ликвидных средств в качестве "подушки" для смягчения возможного более тяжелого удара со стороны мировой финансовой системы, находящейся в тисках кризиса.

В целом ответная реакция правительства была достаточно адекватной. В частности, три самых крупных банка России - "Сбербанк", ВТБ и "Газпромбанк" - получили 1,5 трлн р. на поддержание банковской системы страны. Эта "тройка" должна обеспечить в течение 3-х месяцев предоставление ликвидных средств другим банкам, которые нуждаются в такой наличности. (Другая задача - приоритетное кредитование малых и средних предприятий.) Помимо этого, Министерство финансов предложило банкам дополнительно 900 млрд р. (через аукционы), также на 3 месяца, для обеспечения ликвидности банковской системы (в общей сложности 75 млрд долларов). В целом, как я подсчитал, на антикризисные меры правительство выделило свыше 6 трлн р. Это огромные деньги, и то обстоятельство, что даже в условиях не столько кризиса, сколько предкризиса они оказались в распоряжении государства, безусловно, оказало позитивное воздействие на состояние общей банковской системы и предотвратило ее реальное обрушение. В самом конце сентября премьер Владимир Путин объявил еще об одной важной акции, предпринятой для стабилизации банковской системы, - предоставлении "Внешэкономбанку" 50 млрд долларов для обеспечения погашения иностранной задолженности российских банков. Это, несомненно, также увеличивает "запас прочности" последних в условиях продолжающегося мирового финансового кризиса, который, безусловно, затрагивает финансы и экономику России. Для вкладчиков гарантированы 100 % обеспечения их вложений до 700 тыс. р.

В то же время имеется удивительное сходство мер, принимаемых американским и российским правительствами. По признанию аналитиков и политических сил в самой Америке, "план Полсона" направлен на обеспечение интересов собственников банковских учреждений, хотя он в какой-то мере обеспечивает и интересы "среднего класса" - небогатых вкладчиков. "План Путина", как это показывает его анализ, также направлен на обеспечение интересов избранных банкиров и крупных акционеров.

В предыдущие десятилетия в отечественной экономической науке такую систему было принято называть "государственно-монополистическим капитализмом", а я сам написал десятки работ на эту тему. Не являемся ли мы очевидцами формирования специфического российского варианта государственно-монополистического капитализма?

Государственно-монополистический капитализм (ГМК) - это, кратко говоря, альянс государства и крупных корпораций с целью обеспечения условий воспроизводства самой системы и прибыльного (или, скорее, сверхприбыльного) функционирования монополизированного сектора экономики и финансов. Политика правящих кругов страны полностью подчинена этой общей стратегической задаче.

Рассмотрим всего лишь один аспект этой проблемы - влияние государства на обеспечение сверхдоходами частных и государственных компаний, действующих в добыче и переработке нефти, через ценообразование. При поддержке государства эти компании непрерывно вбрасывают в общество и пропагандируют совершенно ложную концепцию относительно "жесткой зависимости" внутренних и мировых цен на "жидкое топливо". Но профессиональные экономисты хорошо знают, что эта "жесткость" действует исключительно для стран-импортеров нефти, но никак не для экспортеров. Однако государство и нефтяные корпорации цинично вводят в заблуждение общество, игнорируя азбучные истины экономической теории, если последняя не соответствует интересам правящих и деловых кругов.

Результаты - просто трагические, на огромных просторах Российской Федерации более чем в 10 раз сокращены авиаперевозки людей и грузов по сравнению со временами социализма. Цинизм доведен до таких беспредельных высот (как и стоимость авиабилетов), что перелеты внутри России из города в город обходятся намного дороже, чем перелеты на аналогичные расстояния на международных авиарейсах иностранных компаний, и прежде всего из-за чрезмерной дороговизны авиационного топлива (превышающего цены в Европе, Америке или Азии). Авиакомпании разоряются, из-за низких доходов они закупают изношенные машины; отсюда - частые воздушные трагедии и гибель пассажиров.

Монопольно высокие цены на керосин, бензин, солярку и прочие компоненты создали огромное число проблем для сельского хозяйства - растениеводства, животноводства (мясо-молочной отрасли). В деревнях Подмосковья (в маленьких магазинчиках) или даже в богатейшем Краснодарском крае капуста, морковь, фрукты и овощи не местного производства, а завезенные из Израиля и Турции. Оказывается, из-за чрезмерно высокой себестоимости (как следствие сверхвысоких цен на топливо) выгоднее ввозить эту аграрную продукцию из дальних стран. То же самое относится к мясо-молочной продукции, а свежее молоко из российской торговли вообще исчезло уже давно, с периода перехода от социализма к капитализму. Цены на продовольствие в московских магазинах превышают цены в Нью-Йорке (сам проверял недавно). Такой вот специфический капитализм действует в современной России. Это и есть государственно-монополистический капитализм в его специфическом российском варианте.

Поэтому глубокий экономический кризис в России вполне вероятен, и вряд ли "перенасыщение банков" ликвидными средствами может более или менее серьезно в долгосрочном плане обезопасить экономику и финансы страны от негативных последствий мирового финансового и экономического кризиса (если он приобретет длительный характер). Российская экономика сильнейшим образом связана с мировой экономикой не только через поставки больших объемов нефти и газа на мировой рынок. В Россию поступают все возрастающие объемы продовольствия, поскольку отечественное сельское хозяйство разрушено и находится в лучшем случае в режиме стагнации. Все сложное технологическое оборудование и комплектующие: машины, инструменты и станки - по всему многочисленному перечню современных изделий доставляются в Россию из развитых западных стран; не создана элементная база. Сельскохозяйственная техника, машины по переработке аграрной и животноводческой продукции, энергетическое и электроэнергетическое оборудование, трактора, грузовые машины, подвижный состав для железной дороги, самолеты, весь набор электроники и многое-многое другое - все это импортируется из множества стран мира в Россию.

Экономика в целом характеризуется крайней степенью разбалансированности, когда для ее нормального функционирования импортируются целые звенья производств. Таким образом, импорт приобрел жизненно важное значение для функционирования российской экономики и продовольственного обеспечения населения. Соответственно, говорить об экономической самостоятельности России не приходится.

На наш взгляд, бушующий в мире современный финансовый кризис - это всего лишь прелюдия к вступлению в более мощный экономический кризис. Он во многом определяется циклическим развитием и национальной, и мировой экономики. Рецессия стала реальностью. Прежний деловой цикл в мировой экономике начался после преодоления мирового кризиса 2001-2002 гг. Если учитывать, что продолжительность динамики циклов в послевоенные десятилетия длилась 8- 10 лет, финансовый кризис конца 2007-2008 гг. можно рассматривать как прелюдию к более мощному кризису уже в сфере собственно производства и торговли. Отсюда - вступление мировой экономики (ее развитого сегмента) в фазу длительного замедления роста, рецессии и стагнации. Это неизбежно снизит потребности в жидком топливе в США, Японии и Западной Европе, что скажется на снижении ценового фактора, несмотря на сохраняющуюся потребность в нем со стороны Китая и Индии.

Россия окажется в центре будущего мирового экономического кризиса в силу чрезмерной зависимости от нефтегазового фактора, а также от импорта, возможности которого значительно сузятся. Следствием станет стагнация производства, падение темпов роста, ухудшение положения трудящихся слоев (производственных рабочих и инженеров, служащих, крестьянства).

Ясно одно - спады, стагнации производства и тем более кризисы в западных странах самым сильнейшим образом влияют на российскую экономику. Полностью освободиться от влияния иностранного рынка - это не может быть успешной целью ни для одной страны мира, да и вряд ли такая цель позитивна в современных условиях. Умелое использование процессов международного разделения труда, когда страна производит то, что определяется ее естественными преимуществами, - вот тот путь, который является наиболее рациональным для обществ, достигших успехов и процветания.


Приложение N 3

СДЕЛАЕМ ШАГ

Речь главного редактора ЭФГ А.Проскурина на открытии Первого Международного конгресса политэкономов-марксистов

Я рад приветствовать вас в этом зале. Сегодня здесь собрались те, кто никогда не бежал с поля научного ристалища и, в отличие от очень многих, никогда не изменял избранному цвету знамени. Иными словами, собрался не только интеллектуальный, но и нравственный цвет нашего научного сообщества.

Я очень рад видеть в зале лица некоторых своих преподавателей, тех, кто тридцать лет назад открывал для меня азы марксистской политэкономии. Надеюсь, что, приняв посильное участие в организации и проведении данного конгресса, я хотя бы отчасти оправдал те надежды, которые каждый хороший преподаватель возлагает на своих учеников.

Важность происходящего трудно переоценить.

Политэкономия наряду с философией не просто наука - это часть системы глобального целеполагания в социальной области.

Именно политэкономия отвечает в конечном счете на важнейшие вопросы человеческого бытия: что такое неравенство и равенство, что такое справедливость и несправедливость, что такое эксплуатация и сотрудничество? У человечества нет иного способа отвечать на эти фундаментальные вопросы иначе, чем с помощью нашей с вами науки.

Например, громадную ошибку совершил политэкономически весьма плохо оснащенный Хрущёв, когда ввел в социалистическую систему целеполагания некритически воспринятые цели капиталистической системы (уровень и, так сказать, товарную номенклатуру потребления). Задача - догнать и перегнать Америку по количеству автомобилей, холодильников и всего прочего на душу населения была одновременно и верной, и абсолютно ошибочной. Верной в том смысле, что социализм должен был стать наиболее привлекательной для жизни системой. Ошибочной в том, что из американского образа жизни, не мудрствуя лукаво, заимствовалась практически вся "линейка потребления". К примеру, наличие персонального автомобиля выглядит вполне логичным для капитализма, но более чем дискуссионно в социалистическом обществе (где оно с успехом могло быть заменено четко и комфортно работающей системой общественного транспорта, включая такси).

Поэтому именно политэкономия является методологической основой для понимания исторического процесса, именно она изучает закономерности, необходимые для ответа на вопрос: какова в конечном счете цель развития и каковы его подлинно научные критерии?

После контрреволюционного переворота 1993 года политэкономия находилась если не под запретом, то в упадке. В социальных науках восторжествовала самая настоящая, самая махровая реакция. Ответы на глобальные вопросы целеполагания, вытекающие из развития науки и кропотливо отыскиваемые учеными, сменились ответами волюнтаристскими, позитивистскими или откровенно антинаучными, заимствованными из религиозного мировоззрения.

Безусловно, стремление к истине окончательно не затухало даже в самые тяжелые годы, когда травились и ниспровергались все восходящие прогрессивные направления. В России существовало и существует немало кружков и научных сообществ, которые самоотверженно работали и продолжают работать над развитием политэкономической теории. Честь и хвала им, сумевшим сохранить и пронести священный огонь борьбы за истину во мраке бандитских 90-х и коррупционном болоте нулевых.

Смею надеяться и имею право утверждать, что "Экономическая и философская газета", наряду с общественным движением РУСО, движением "Альтернативы", Фондом Рабочей Академии, межпартийной группой "Коммунистическая теория", наряду с соответствующими отделами крупных компартий стран СНГ, относится к подобного рода творческим крепостям, в которых работа над теорией не прекращалась ни на день.

С момента создания "ЭФГ" (1989 год; в 1989-1993 гг. газета называлась "Развитие") широко предоставляла свои страницы политэкономам-марксистам, и многие из находящихся в этом зале являются нашими авторами. И я очень надеюсь на то, что те, кто пока не оказал нам этой чести, станут нашими авторами после конгресса.

С 1997 года в газете существуют сменяющие друг друга рубрики "Развитие" и "В гостях у макротеории", с 2005 года на сайте газеты открыта страничка, специально посвященная актуальным проблемам политэкономии.

Я горжусь тем, что мы вместе с вами, нашими авторами, прожили два этих труднейших десятилетия. И не просто прожили, но и боролись, и, хочется верить, кое в чем поспособствовали развитию теории.

Позвольте здесь и теперь очень кратко поразмышлять о некоторых узловых точках развития политэкономии, которые представляются мне существенными.

В этом зале наверняка прозвучат доклады, в которых будут затронуты тема крушения социализма в СССР и причины этого крушения. Будет много концептуальных подходов и разных точек зрения.

Я выскажу сейчас одну из них, свою. Закон о соответствии характера производственных отношений уровню развития производительных сил является фундаментальным открытием марксистской теории. Нет никаких оснований предполагать, что его действие заканчивается в социалистическом обществе и что в конце 80-х годов прошлого столетия он вдруг перестал действовать или стал действовать как-то по-иному, чем ранее.

Естественно, что для нас важен прежде всего политэкономический аспект проблемы. Вот несколько ключевых соотношений. Приведу пять из них.

Первое. Соотношение между необходимым и прибавочным продуктом, как на уровне одного работника, так и на уровне всего общества.

К примеру, если раньше для того, чтобы создать прибавочный продукт, необходимый для существования еще одного человека, условно -  эксплуататора, было нужно несколько работников, то теперь политэкономическая ситуация изменилась: один работник в состоянии создавать прибавочный продукт, необходимый для обеспечения жизнедеятельности нескольких человек (в теоретической перспективе это количество может стремиться к бесконечности). Во всяком случае, так обстоит дело в наиболее развитых странах, где выработка на одного работника на порядок превосходит объем заработной платы, приходящейся на долю этого работника. Многократно усиливая эксплуатацию, данная тенденция одновременно вносит важнейшие изменения в весь воспроизводственный цикл и коррективы в само понятие "эксплуатация", которую до сих пор было принято понимать строго, так сказать, пирамидально, то есть непременно как ситуацию, когда меньшинство эксплуатирует большинство.

Эту тенденцию, к сожалению, не успела полноценно отследить и проанализировать политэкономическая наука социалистического периода.

В то же время в США, например, реальный размер рабочего класса составляет в настоящее время не более 10-12 процентов от трудоспособного населения. Иными словами, рабочий класс противостоит в США некоему непроизводительному большинству. По крайней мере, такое описание проблемы не выглядит абсурдным.

Не потому ли в настоящее время левые партии в капстранах, продолжающие строить свои теоретические выкладки и прикладные политические технологии непременно исходя из наличия эксплуатируемого большинства, каждый раз проигрывают парламентские выборы?

Второе. С другой стороны, в каждой единице товара принципиально изменилось соотношение между стоимостью, создаваемой отдельным работником, и стоимостью, создаваемой совокупным трудом всего научно-технического сообщества. В любом высокотехнологичном товаре содержатся практически все научные достижения - от высшей математики и высшей химии до конкретных инженерных решений.

На данный момент мы не имеем адекватного категориального аппарата, позволяющего в понятной и логически безупречной форме описывать это соотношение.

Мы не умеем учитывать труд ученого, заключенный в каждом компьютере, композитном материале или космическом двигателе, тем более что пространственно этот труд может отстоять от своего продукта на десятки тысяч километров, а во времени - на десятки и сотни лет.

И мы не очень многое можем сказать о качественных и особенно количественных характеристиках эксплуатации этого высокотехнологичного или высокоинтеллектуального труда. Кроме самых общих фраз о том, что такая эксплуатация имеет место быть, хотя может и не быть связана ни с физическим напряжением, ни с материальными лишениями.

Третье. Вообще соотношение между массой стоимости, создаваемой в лабораториях и НИИ, и стоимостью, создаваемой в цехах и на конвейерах, между творческим и рутинным трудом изменилось кардинально. Это утверждение представляется мне не требующим особых доказательств.

Четвертое. Все вы прекрасно знаете, какое значение в современном мире приобретают информационные технологии и товары.

Позволю себе предположить, что новые информационные технологии и создаваемые ими продукты труда принципиально изменяют то звено воспроизводственного контура, которое нами по привычке называется обменом.

Поясню. Возьмем такой широко известный и распространенный в современном мире продукт труда, как программное обеспечение. Мировой рынок программного обеспечения превысил в 2011 году один триллион долларов и уже, вероятно, превосходит по объему мировые рынки нефти и вооружений или превзойдет их в самом ближайшем будущем.

Как распространяется программное обеспечение? Если отбросить пиратские способы распространения, то вроде бы любая программа распространяется обычным способом: ее можно купить и, соответственно, продать. Однако если всмотреться в процесс повнимательнее, то мы обнаружим, что в данном случае процесс обмена очень не похож на тот, к которому мы привыкли в сфере обмена вещей: Т-Д-Т.

Вещный товар, товар-вещь, будучи продан, переходит в полную собственность покупателя. Покупатель может им пользоваться, распоряжаться, продать третьему лицу, выбросить или уничтожить. На этом основаны товарное производство и товарно-денежные отношения.

В сфере информационных технологий дело обстоит совсем по-иному - программное обеспечение, перейдя в руки покупателя, тем не менее, остается и у продавца, который может продавать его снова и снова, бесчисленное количество раз.

Это принципиальный момент, отличающий сферу обращения и обмена в информационном обществе от товарного. Понятное дело, что процесс обмена (многие авторы предпочитают называть этот феномен "интеллектуальной рентой") второго, информационного рода (возникнув, впрочем, в глубокой древности, вместе с возникновением теоретического знания о любой практической деятельности) будет продолжать расширяться и в абсолютном, и в относительном измерении.

А из этого вытекают возможности принципиально иного понимания соотношения между стоимостью и ценой производства - одного из так и не решенных до конца теоретических вопросов. И этот момент классическая советская политэкономия, не говоря уже о классиках, не успела сколь-нибудь качественно проанализировать перед социальной катастрофой 1991 года.

Наконец, пятое. Все мы привычно произносим словосочетание "уровень развития производительных сил общества". Однако вместе с развитием производительных сил общества развиваются и средства уничтожения, контроля и подавления.

Стремительное, я бы сказал - экспоненциальное, развитие этой сферы в XX веке не только поставило человечество на грань тотального уничтожения, не только заставило выдвинуть целый ряд основополагающих концепций, ограничивающих классовую борьбу рамками мирного сосуществования государств с различным общественным строем, но и поставило перед нашей наукой вопрос: как следует изучать данный научный феномен? Следует ли выделять средства уничтожения и подавления в особый кластер явлений с политэкономической точки зрения или нет?

Каждое из описанных мной изменений в базисе требовало определенных и весьма существенных изменений в надстройке, в системе идеологических отношений по поводу как капитализма, так и социализма. Например, приведенный выше пример об изменении соотношения между необходимым и прибавочным продуктами, которые способен произвести отдельный работник, неизбежно требовал понимания того, что основной угрозой при капитализме может стать не только эксплуатация человека человеком, но и почти полное вытеснение человека из сферы рутинного труда. Отсюда вытекала и необходимость разработки возможных направлений противодействия этой тенденции.

Степень обобществления научного труда, заключенного в каждой единице товара, требовала принципиально иных подходов к управлению народным хозяйством и самой степени его обобществления. Возможно, если бы в 1965 году экономическая реформа пошла в том направлении, на котором настаивали академики В. Глушков и В. Немчинов и стоящий за их спинами Устинов, а не по варианту Брежнева - Косыгина - Либермана, мы бы сейчас жили в другой стране и при другом общественном строе.

(В самом общем виде реформа по Глушкову - Немчинову должна была привести к значительному усилению в управлении компоненты, связанной с деятельностью автоматических систем управления, то есть реформы, соответствующей внутреннему духу и перспективному направлению социалистического строительства. Любопытно, что уже в 1962-1963 гг. на базе ОГАС первоначально предполагалось ввести даже систему безденежных (безналичных) расчетов населения. Однако ученые-экономисты, уже воспринявшие ошибочную систему целеполагания и работавшие в ее рамках, навязали Брежневу и Косыгину вариант реформы, который вел в прошлое. На практике это в итоге выразилось в нарастании элементов, некритически заимствованных из капиталистической системы хозяйствования, прежде всего в наращивании феномена затратности в воспроизводственном контуре, что, в свою очередь, результировалось в фетишизации категории прибыли.

Реформа системы управления по Глушкову - Немчинову, выраставшая, можно сказать, образцово-показательно напрямую из нового уровня развития производительных сил, означала бы, во-первых, движение к более высокой стадии обобществления труда, то бишь к тому самому ленинскому обобществлению на деле.

Во-вторых, реформа Глушкова - Немчинова могла бы серьезно урезать власть бюрократической номенклатуры.

Строго говоря, одной из целей реформы по Глушкову - Немчинову могло стать полное уничтожение управленцев как социального слоя и замена их чем-то вроде нынешних сисадминов.)

Или, например, как уже было сказано, ускоренное развитие средств уничтожения требовало весьма серьезных компромиссов в международных отношениях, компромиссов, которые не всегда понятны и объяснимы с точки зрения той науки, в которой развитие средств уничтожения и подавления не осмыслено в качестве специфической научной проблемы.

Но самое главное - все эти изменения требовали основательного научного политэкономического анализа, который не был проведен вовремя, в нужный для общества момент.

Таким образом, новые моменты в производительных силах настоятельно требовали изменений в системе производственных отношений.

В этом смысле обновление было необходимо и неизбежно. И ни для кого не секрет, что движущей силой перестройки на первых порах стала именно научно-техническая интеллигенция. Именно она всеми силами поддержала перестройку.

В полном соответствии с законами диалектики она же, научно-техническая интеллигенция, но в той своей части, которая была сосредоточена в оборонном комплексе и силовых структурах, произвела на свет ГКЧП.

Иными словами, так проявилось и развернулось неантагонистическое, но, с моей точки зрения, очень специфическое именно для социализма, и особенно для этой фазы его развития, противоречие между творческим и рутинным трудом. Значительная часть КПСС, традиционно в значительной степени выражавшая интересы именно рутинного труда (рабочего класса), заняла в общем невнятную и двойственную позицию по отношению к столь же невнятной, спонтанной и плохо продуманной перестройке.

Увы, к сожалению, как это часто бывало в истории, энергию обновления обратили в свою пользу силы реакции, и вместо того, чтобы подняться на новую ступень социального развития, наше общество и наша страна низверглись в инферно капитализма. К власти пришли негодяи, разворовавшие и разрушившие могучую державу.

Вслед за путаным 1991 годом, в котором причудливо переплелись элементы антибюрократической революции и стремительно крепчавшей контрреволюции, переходным периодом 1991-1993 годов, который был потенциально наполнен возможностями возврата на социалистический путь развития, пришел кровавый 93-й, и контрреволюция окончательно восторжествовала.

Мы, кстати, не имеем сколько-нибудь внятной теории контрреволюций. Но история учит нас, что после английской, французской и других революций контрреволюции, реставрации и прочие временные отступления происходили практически всегда. Так что ничего сверхъестественного с нами не произошло. Просто мы должны понять и описать закономерности этих процессов и попытаться предотвратить их в будущем.

Итак, констатируем. К сожалению, наши (советские) социальные науки в нужный момент не дали нужного ответа на вызовы времени. А если такие ответы и давались, то они не были услышаны ни тогдашней властью, ни обществом.

Я далек от того, чтобы здесь заниматься самобичеванием. Все мы хорошо знаем, как трудно в условиях советского социализма было развивать политэкономическую науку, а не просто заниматься повторением уже пройденного.

В СССР, начиная со Сталина, появилась одна весьма интересная с научной точки зрения проблема, которая впоследствии превратилась в огромную проблему для всего общества и оказалась весьма разрушительной для государства.

При Сталине научно-концептуальное и организационное лидерство еще можно было считать совпадающим в одной личности, как бы кто к нему ни относился. Однако затем организационные лидеры компартий перестали быть лидерами научно-концептуальными, они перестали производить свой собственный интеллектуальный продукт, к примеру, в области политэкономии или философии. Ни Хрущев, ни Брежнев, ни Андропов, ни Черненко не были способны к подлинной теоретической работе, да и не стремились к ней.

В то же время организационная система советского общества была устроена так, что быть более крупным политэкономом или философом, чем генеральный секретарь, было практически невозможно. То есть ситуация, в которой, скажем, Л. Брежнев анализирует ошибки в своей практической деятельности, исходя из теоретических постулатов крупнейшего советского политэконома Н. Цаголова, была запредельно маловероятной.

При этом внутри партии, естественно, происходила какая-то теоретическая работа, из разных источников накапливалась информация, которая на поверхность явлений вырывалась в виде плохо осмысленных научным сообществом протуберанцев: то в виде реформы 1965 года, то в виде перестройки.

Иными словами, практика опережала развитие теории, организационная жизнь партии шла впереди исследовательской и концептуальной деятельности научного сообщества.

Таким образом, противоречие между производительными силами и производственными отношениями в данном случае выразилось в том, что между научным сообществом и организационными лидерами не была выстроена эффективная система взаимодействия. Общественные науки, вынужденные существовать в узком коридоре, определяемом организационными лидерами, в том числе и по этой причине оказались не в состоянии дать адекватный ответ на актуальные вызовы времени.

Естественно, что отсутствие правильных ответов и отсутствие системы донесения правильных ответов даже в тех случаях, когда они существовали, до лиц, принимавших организационные решения, породили пустоту, которая быстро заполнялась ответами неправильными - рынок всех спасет, ну и так далее... Дальнейшее всем нам хорошо известно.

Могучие организационные машины будущих компартий будут нуждаться в высококачественном, высокотехнологичном топливе. Они не смогут эффективно функционировать ни на дровах, ни на угле, ни на нефти с газом, и ни на каком другом топливе, состоящем из концепций и теорий досоциалистического прошлого.

Теория есть топливо для организационных машин. Именно она придает им скорость и мобильность. Она позволяет лидерам одерживать интеллектуальные победы в каждом поведенческом акте и в каждой словесной дуэли.

Вот поэтому одна из главных задач, которые ставила и ставит перед собой "ЭФГ" на будущее, - а у нас нет никакого сомнения в том, что эффективное будущее может быть только социалистическим, - создание системы эффективного взаимодействия между научным сообществом и организационными лидерами будущего социализма.

Кстати, появление в арсенале самой большой компартии на планете - Коммунистической партии Китая научной концепции развития в качестве отдельного и важного нововведения представляется вполне закономерным в свете вышесказанного.

Итак, вот основные цели конгресса, какими они видятся нам в "ЭФГ".

Первое. Инвентаризация реального состояния нашей науки.

Второе. Определение моментов, по которым мы все или большинство из нас согласны, которые не вызывают у нас принципиальных споров. Создание на основе этих согласованных моментов системы их донесения до общества, например, через систему учебы.

И наконец, определение важнейших направлений, по которым работа пока может идти только в режиме научного поиска, то есть направлений, по которым нет и еще не может быть единогласия и единомыслия. Здесь мы  согласны в лишь том, что в той или иной области исследований существует серьезная нерешенная проблема. А единогласие и единомыслие, надеюсь, появятся в будущем, когда та или иная концепция станет общепризнанной теорией.

При этом речь отнюдь не идет о научной всеядности или свободном допущении в наше строительное пространство заведомо буржуазных теорий и направлений.

Я уже неоднократно утверждал и еще раз подчеркну: для любой развивающейся теории, особенно для теории общественно-научной, проблема поддержания баланса между ее развитием и сохранением внутренней целостности является едва ли не главной из проблем.

Правильное и своевременное включение в пространство марксизма, в том числе в его политэкономию, тех или иных направлений есть уже огромный шаг по его развитию. В то же время ошибочное включение в общее число направлений таких, которые заведомо противоречат сути и духу марксизма, есть, несомненно, начало разрушения целостного теоретического пространства.

Невключение же под тем или иным предлогом в тело теории перспективных направлений развития ведет к ее закосневанию, а затем - к гибели или превращению в музейный экспонат.

В этом смысле одним из главных направлений работы Конгресса в области методологии является посильное определение допустимых границ нашей теории, определение основных направлений ее развития и формирование рекомендаций по своевременному включению/невключению тех или иных направлений в пространство марксизма.

Я надеюсь, что, собравшись вместе, ученые, политэкономы-марксисты сумеют сделать тот шаг вперед, который, возможно, им не удавалось сделать работая индивидуально или в рамках своих научных кружков и даже партий. Я не просто надеюсь, я верю в это.


1