Сартинов Евгений Петрович
Капкан для Альбатроса

Lib.ru/Современная литература: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Помощь]
  • Комментарии: 1, последний от 11/03/2009.
  • © Copyright Сартинов Евгений Петрович (esartinov60@mail.ru)
  • Обновлено: 17/02/2009. 297k. Статистика.
  • Повесть: Детектив
  • Оценка: 6.71*7  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Игорь Кижаев возвращается на родину с увесистым запасом самородного золота. Все хорошо, но на беду ему подворачивается молодая нимфоманка, которую ему приходиться защищать от всей орды местных бандитов...


  •    ЕВГЕНИЙ САРТИНОВ.
       КАПКАН ДЛЯ АЛЬБАТРОСА.
      
       Глава 1.
       Выглянув в единственное окно своего старого вагончика Кижаев убедился, что погода стремительно портится, тучи все больше опускаются к земле, прикрывая зарождающуюся луну. Это было ему на руку, полярный день ближе к осени хоть и сменился скудной темнотой, но все равно ночь была слишком коротка для того дела, что задумал Игорь. Не торопясь он приготовил ужин, плотно поел, напился крепкого, до горечи чая, выключил свет и стал ждать.
       Темнота опустилась на землю лишь в одиннадцать вечера. Солнечный диск исчез за горизонтом всего на два часа, и если бы не разыгравшаяся непогода, то близкая, холодноватых тонов заря высвечивала окрестности подобием среднероссийских сумерок.
       В половине двенадцатого Игорь оделся по полной форме, свернул дождевик в рулон и с трудом отодвинул в сторону большой квадратный ящик, служивший в его убогом жилище обеденным столом. Под ним в полу открылся черный провал подкопа. Его Кижаев начал копать две недели назад, когда убедился, что его явно, почти в открытую, пасут. Золото, намытое им за этот удачный сезон, не давало многим спать спокойно. Один раз они уже проверили вагончик, перевернув в нем все вверх дном, но Игорь никогда не хранил свою добычу в поселке. Кижаев знал кто охотится за его золотом, слишком маленьким было это небольшое селение за полярным кругом.
       Сначала он складывал землю в ящик, потом начал утрамбовывать ее в самом подкопе. На его счастье вечная мерзлота в этом месте залегала глубже, иначе вся идея с подкопом неизбежно пошла бы прахом. Вековой лед ему пришлось бы долбить не одну неделю. С кряхтением согнувшись Игорь пополз по длинному подземному ходу, стараясь не думать о метровом слое земли, готовом обрушиться и похоронить его в собственноручно вырытой могиле. В этот раз ему пришлось гораздо трудней чем прежде. За собой Игорь тащил большой рюкзак, скатку дождевика, и чехол с разобранным ружьем. Несмотря на просачивающийся снизу от мерзлоты холод он вспотел и к концу десятиметрового пути основательно устал. Наконец в свете электрического фонаря перед ним появилась желтоватая стена тупика. Среди глины торчал кончик деревянной палки, еще десять дней назад Кижаев воткнул ее в склон оврага, и сам поразился с какой точностью он вывел свой подкоп. Давали о себе знать навыки, полученные в шахтах полярной Воркуты. Подняв лопату с короткой ручкой Игорь в три удара разрушил полуметровую стенку и выбрался наружу. Холодный ветер сразу остудил его пылающее лицо порцией ледяного дождя, но не обращая внимания на непогоду Игорь вытащил всю свою амуницию и поспешно двинулся вниз по руслу оврага.
       Дождь разыгрался не на шутку, и уже через десять минут Кижаев брел по колено в воде. Уровень ее рос на глазах, Игорь еще больше прибавил ходу, а вскоре и побежал. Ему приходилось видеть этот овраг до верху полным воды, и если она поднимется еще на метр, то ему прийдется туго. К счастью вскоре перед ним открылся простор реки и перейдя по пояс вброд излучину ручья Игорь выбрался на берег Альчигана. Чуть передохнув, он спустился ниже по течению и за большой кучей наносника увидел деревянную лодку.
       "Слава богу! Илька не подвел. Только эвенком и можно доверять в наше время."
       В плоскодонке Кижаев обнаружил все то, о чем заранее договаривался с эвенком: лодочный мотор, бак с бензином, две запасные канистры с топливом и мешок сушеной рыбы.
       Быстро прикрутив к корме тяжелый "Вихрь" Игорь столкнул лодку на воду и орудуя шестом, направился вниз по течению. Вообще-то ему надо было в другую сторону, Северный Ледовитый океан Игоря не интересовал, но он боялся заводить мотор в такой близости от поселка. На вечной мерзлоте реки не могут пробить себе глубокое русло и широко разливаются по равнине, дробясь на многочисленные, мелководные протоки. Спустившись вниз метров на триста он обогнул большой остров, и лишь затем, под его прикрытием, дернул ремень магнето.
       Погоню он обнаружил через час после отплытия. Вдали, за спиной, вспыхнул и полоснул острым уколом света луч прожектора. Выматерившись Кижаев прибавил газу, часто и нервно оглядываясь назад. Вскоре он понял, что его преследуют на двух лодках. Плоскодонку Игоря быстро доставали, и это несмотря на то, что "Вихрь" Кижаева работал на полную мощность.
       "Валерик Семин и Трухно, только у них такие быстроходные лодки," - понял Игорь. Чуть рассвело и он посмотрел на чехол ружья, затем перевел взгляд на рюкзак. Кроме десяти килограммов золота там лежало еще кое что. Не отпуская рукоять газа Игорь запустил руку под клапан и достал толовую шашку. Зажав ее коленями он так же одной рукой достал из жестяной коробки из под чая детонатор, воткнув его в шашку и коротко обрезал ножом бикфордов шнур. Как раз в это время обе "Казанки" сблизились настолько, что с одной из них полыхнул выстрел карабина. Пуля расщепила одну из досок борта, но на это Игорь не обратил особого внимания, только поморщился. Обе "Казанки" так бросало на поднятой его лодкой волне, что попасть в него не удалось бы даже чемпиону мира по пулевой стрельбе. Все свое внимание Кижаев по прежнему сосредоточил на водной глади впереди лодки. Мели, перекаты, вот чего он опасался. Стоило ему обломить хоть одну лопасть, и он мог считать себя покойником.
       Большой, притопленный топляк он заметил всего метров за двадцать. Торцевой конец бревна чуть торчал на поверхности, временами совсем скрываясь в крупной волне. Кижаев не стал круто уводить лодку в сторону, он рисковал, тянул до последнего, и лишь метрах в двух от бревна чуть сдал в сторону. Развернувшись назад и прищурившись от яростного, секущего дождя, он увидел как откинутый в сторону поднятой его лодкой волной топляк на секунду всплыл прямо перед одной из "Казанок" и тут же нырнул под ее днище. Удар и рев взвывшего двигателя заставили его улыбнуться. Одна из лодок преследователей, обломав винты, вышла из игры.
       "Как в бильярде", - похвалил себя Кижаев.
       Но трое на второй "Казанке" отнюдь не хотели сбрасывать карты. С нее снова застучали выстрелы, хоть и неприцельные, но сильно нервирующие Игоря. Преследователи приблизились уже метров на пятьдесят, и тогда Кижаев решил, что пора и этим парням предъявить счет. Он достал из кармана зажигалку, все так же удерживая коленями толовую шашку, подпалил шнур, чуть скинул газ и, привычно отмечая время оставшегося горения, подпустил "Казанку" поближе. До нее оставалось метров двадцать не больше, когда Игорь решился и метнув шашку в сторону стремительно накатывающейся лодки, тут же выжал рукоять регулятора газа до упора.
       Глазомер у него был точен, да и подфартило, как деревенскому дурачку в картах. Веселая искра горящего огня опустилась точно в середину лодки. Никто из его экипажа не успел понять что это такое, тротил взорвался едва коснувшись дюралевого днища. Рвануло резко, мощно, обернувшийся Кижаев увидел как в свете вспышки из лодки полетели какие-то черные лохмотья, полыхнул разлившийся по воде бензин, и "Казанка" начала погружаться в воду. Вскоре в свете этого необычного костра над водой торчал только заполненный воздухом дюралевый нос лодки. Кижаеву показалось, что он слышал человеческий крик, но до конца он не был в этом уверен. Шум мотора перекрывал все посторонние звуки. Да ему было и не до этого. Впереди предстояла слишком большая дорога на материк.
      
       Глава 2.
       Нужного ему автобуса не было через чур долго. Кижаев, не по погоде вырядившийся в свой светлый плащ, поднял воротник уже не для форса, лишь бы согреть замерзшие уши.
       "Вот балбес, - думал он, тщетно борясь с дрожью организма. - И надо было мне этот плащик одеть, нашел перед кем выпендриваться, пред этой дурой в бигудях!"
       Игорь невольно вернулся к сегодняшней его неудачи. Всю сознательную жизнь щуплого Кижаева словно на аркане тянуло к женщинам атлетических комплекций. Наташа в этом случае была просто идеалом: на голову выше Игоря, с мощной грудью, крепкими бедрами и отдельной квартирой. Два первых свидания сошли вполне благополучно, Кижаев уже начал было подумывать о дальнейшей совместной жизни, но в этот день Наташа встретила его уже слегка поддатой и во всей красе показала свой торгово-нахальный характер. Они разругались в усмерть, и чтобы избежать рукопашной "с превосходящими силами противника", Игорь поспешно оставил "поле боя".
       "Что за сволочная эта женская порода, мало им просто иметь дома мужика, так нет еще обязательно надо держать его под каблуком. Самое хреновое, что и без них ни как обойтись нельзя."
       Философские рассуждения Кижаева прервало появление долгожданного автобуса. Ввинтившись в плотную толпу на задней площадке Игорь машинально продолжал думать о своем. На днях ему стукнуло тридцать семь, и "старый Альбатрос", так иногда величал себя "Кежа", всерьез начал подумывать обзавестись семьей. Он хорошо представлял себе будущую половину семейства, рослую, в его вкусе женщину лет на семь моложе себя, хозяйственную, спокойную, можно уже с ребенком. Это устраивало его, тем более, что о пеленках и подгузниках Игорь мог думать только с содроганием души. Наташа в этом смысле представлялась идеальным вариантом, но увы! Кижаеву по жизни не везло с женщинами. Не то чтобы он не пользовался у них успехом, скорее наоборот, но все эти "лави стори" кончались для Игоря большими жизненными катаклизмами, после которых ему иногда приходилось "делать ноги" не только из города, но и с одного материка на другой.
       Народ потихоньку рассеивался, вскоре его даже перестали толкать, и прямо перед собой Кижаев заметил молодую девушку, скорее даже девчонку, невысокую, в короткой кожаной куртке, с непокрытой головой. По привычке старого ловеласа Игорь сначала оценил крепкие, красивые ноги в темных колготках, потом перевел взгляд на лицо. Девица стояла к нему в полуоборота и Кижаев видел только ее профиль. Курносая, с аккуратным миленьким лицом она покосилась в его сторону большими темными глазами и тут же отвернувшись уставилась в окно. Небольшой кожаный рюкзачок на спине подтверждал, что юное создание еще посещает школу.
       "Ежик, - подумал Кижаев. - Обычный ежик".
       Ежиками Игорь называл подобных молодых девчонок, словно сотканных из юности, взбалмошенности и странной, непонятной ему агрессивности. На время он забыл о девице, и когда освободилось место Кижаев прошел вперед и уставился в темное окно.
       За двадцать лет его отсутствия в родном городе почти ни чего не изменилось, и он даже в темноте узнавал улицы и кварталы столь памятные по его бурному детству. Энск остался тихой провинцией, население за эти годы даже не выросло, а сократилось со ста тридцати тысяч, до ста двадцати. Игорь мог выбрать для своего постоянного места жительства любой другой город России, но его нестерпимо потянуло сюда, на родину, к немногочисленным родственникам, к заливным лугам и птичьей охоте, рыбалке по многочисленным протокам, к запаху поздних, антоновских яблок, какждый раз неумолимо возвращающий его в детство.
       На одной из остановок в автобус ввалились два молодых парня, одетых по инкубаторски однообразно в кожаные турецкие куртки, норковые шапки висящие на ушах, даже стрижкой и худобой похожие друг на друга. Немного поскандалив с кондукторшей они все таки заплатили за проезд и прошли на заднюю площадку. В автобусе было тихо и Кижаев невольно слышал все разговоры с задней площадки.
       - О, кого я вижу! - преувеличенно восхищенно воскликнул один из парней. - Лола, откуда это чапаешь?
       - От верблюда, - нехотя ответил чуть хрипловатый девичий голос и Кижаев понял что отвечает как раз та самая девчонка, больше на задней площадке ни кого не было.
       - Лолик, не хами, - игривым тоном продолжал парень. - Я слыхал тебя Серега кинул?
       - Это не он меня а я его кинула, - явно окрысилась девчонка.
       - Да ну не гони, ты его кинула, - в голос заржали оба парня. - Таких как Серега не бросают.
       Все эти разговоры показались Кижаеву неинтересными он снова задумался о чем-то своем. Из этого философского раздумья его вывели звуки донесшейся с задней площадки драки.
       - Ну-ка вы что там делаете, перестаньте счас же! - закричала кондукторша, лузгающая на переднем сиденье семечки.
       Игорь обернулся и увидел что те самые двое парней лупят девчонку. Та не оставалась в долгу, нанося яростные, не по возрасту и полу удары. Но увы, ростом и весом она ни как не могла потягаться с этими двумя акселератами. Немногочисленные мужчины только глянув назад тут же поспешно отворачивались, лишь кондукторша все продолжала вопить своим профисионально-пронзительныим голосом.
       Следующая остановка должна быть его, и Кижаев поднялся к выходу. Может быть он пустил все это вниз по течению, но один из парней оторвавшись от девицы обернулся лицом к Игорю и скользнул по худощавой фигуре мужика в странном светлом плаще снисходительно-издевательской ухмылкой. Парню было лет семнадцать, не больше, и он не знал что в свое время "Кежа" славился своими ударами ногой. Неторопливо расстегнув на плаще последнюю пуговицу Игорь неожиданно резко выкинув вверх правую ногу. Роскошный итальянский ботинок с такой силой заехал в нижнюю челюсть акселерата, что зубы его щелкнули как захлопнувшаяся мышеловка. Отшатнувшись в сторону парнишка опустился на колени и привалился головой к входной двери. Словно специально дождавшись этого автобус затормозил и с простуженым шипением открыл двери. Напарник поверженого переростка оторвавшись от избиения девицы с удивлением увидел как его друг нырнул в черный провал осенней ночи. С криком:
       - Лиха, ты куда! - второй парниша бросился за ним и уже на выходе получил от Кижаева добрый пинок в зад. Подобную гуманитарную помощь он не оценил и через пару секунд попытался вернуться в автобус чтобы рассчитаться с "доброхотом" той же монетой. Но пользуясь временным преимуществом в росте Игорь нанес все тот же свой коронный удар ногой в нижнюю челюсть. После этого парниша все таки решил покинуть автобус насовсем.
       За всеми этими разборками Кижаев упустил время и вынужден был проехать еще одну, лишнюю остановку. Вместе с ним собралась выходить и та самая девчонка. Она стояла рядом с Игорем по другую сторону поручня, на лице протянулись две явные полоски от слез, но самих их сейчас уже не было видно. Чуть припухшая нижняя губа, ссадина на тонкой шее, только это и показывало видимые потери. Кижаев не удержался и спросил:
       - Ты как?
       - Ниче, нормалек, - буркнула девчонка.
       Вышли они вместе, машинально повернули в одну сторону. Игорь вытащил сигареты, к его удивлению девчонка сделала тоже самое. Читать нравоучительные лекции по морали было не в стиле Кижаева, особенно этой современной, бешеной молодежи, поэтому он молча протянул свою зажигалку даме.
       - Ты куда сейчас? - спросил Игорь.
       - Домой.
       - А где твой дом? - снова спросил Кижаев, уже на ходу лишь затем, чтобы поддержать разговор.
       - Я в сорок шестом живу.
       - Вот как? - удивился Игорь. - Я тоже живу в сорок шестом.
       - Я знаю, в десятой квартире.
       - Точно, но откуда ты это знаешь?
       - А у нас все про всех знают. Ты на той неделе въехал. В этой квартире раньше два брата наркомана жили, года на три меня постарше. Один в прошлом году умер, другой с месяц назад.
       - А, то-то квартира в таком скотском состоянии. Я уж сомневался, люди ли там жили, скорее лошади. А ты в какой квартире живешь?
       - В сорок шестой. Легко запомнить, дом сорок шесть, квартира сорок шесть.
       Они подошли к дому, самой обычной пятиэтажке, у своего подъезда Кижаев слегка замялся, он не знал, провожать ли девчонку до квартиры или нет. С одной стороны это было в стиле проявленного им джельтменства, но с другой - потешно: разменявший четвертый десяток дядька провожает до дверей юное создание только недавно покинувшее детсад. Но девчонка решила все сама.
       - Чао, спасибо за помощь, - попрощалась она своим чуть хрипловатым голосом. При этом юная дама еще раз пристально глянула на этого худощавого парня, со скуластым, довольно симпатичным лицом, в странном светлом плаще с погончиками, поясом, большим воротником. При свете фонаря терялись морщинки у глаз и Китаев казался моложе своего возраста, даже небольшие усики над верхней губой не старили его, а наоборот, очень шли ему. Маленький, вздернутый вверх нос и чуть раскосые темно-карие глаза так же не придавали его лицу слишком серьезное выражение.
       Кивнув головой Кижаев прошел в подъезд, в нем как всегда было темно, он услышал рядом какой-то шорох, чуть подался в сторону, и тут же почувствовал сильный удар по голове. Слава богу что он пришелся вскользь, и хотя колени Игоря подогнулись, но сознание до конца он не потерял. Сочные удары по голове и спине подсказали ему что бьют ногами. Ответить Кежа не мог, руки и ноги были как ватные, он лишь опустил голову пряча лицо от ударов. А они продолжали щедро сыпаться, и последнее что слышал Игорь, был звучавший словно за тысячу километров звук милицейского свистка.
      
       Глава 3.
       В себя Игорь пришел уже на свету, оказывается он поднимался вверх по лестнице, но основным двигателем при этом служили не его ноги, а кто-то под его рукой, упрямо тащивший Кижаева вверх. Глянув себе под мышку Кежа увидел темно-русые волосы стрижкой карэ и понял кто именно транспортирует его до квартиры.
       - А это ты, - пробормотал он. - С-спасибо.
       - Иди лучше, - сердито буркнула девица. - Тяжелый как мешок с говном.
       От подобной характеристики Игорь несколько взбодрился, но у дверей квартиры его голова крутанула лихую внутреннюю карусель и скрипнув зубами он прислонился спиной к стене.
       - Чем это они меня так огрели? - спросил он не открывая глаз.
       - Трубой, - все в том же тоне недовольной примадонны заявила девчонка. - Если б я их свистком не спугнула вообще бы могли забить.
       - Так это ты свистела? - оживился Кижаев, шаря себя по карманам. - Спасибо. Открой дверь, а то мне глаза даже раскрывать больно. Тебя как зовут- то?
       - Лола.
       - Как? - удивился Игорь.
       - По паспорту Лариса, мать таким идиотским именем наградила. Все детство дразнили: Лариса-крыса. А сейчас зовут как хотят. Кто Лора, кто Лара, кто Лола. А тебя как зовут?
       - Игорь, можно Кежа.
       - Как? - удивилась Лола.
       - Кежа. Кличка у меня такая по жизни.
       Она открыла дверь, сама, без приглашения прошла в комнату, огляделась по сторонам.
       - Хорошая квартира, больше чем у нас, только засраная очень.
       Комментировать это высказывание Кижаев не стал. Он и сам знал что видит сейчас Лола в зальной комнате: ободранные до бетона стены, рулоны линолеума и обоев в углу, заляпанный краскопульт - все атрибуты большого ремонта. Оставив девицу осматривать квартиру Игорь прошел в ванну на ходу сдирая с себя одежду и уже через пять минут лежал наслаждаясь горячей водой. Вьехав в новое жилье Кежа первым делом сменил все трубы и сантехнику, а ванну поставил самую большую из всех, каких только видел в местных магазинах. При этом чтобы втиснуть ее Кижаеву пришлось даже слегка подрубить стенку. За долгую кочевую жизнь именно ванна и баня были признаны им самой большой бытовой роскошью.
       Дверь ванной он оставил открытой, и вскоре до ушей блаженствовавшего хозяина донесся отдаленный вопрос поздней гостьи.
       - У тебя перекусить ничего нет?
       - Посмотри в холодильнике. Кстати мне тоже сделай пару бутербродов, - крикнул в ответ Игорь, подливая под струю воды импортную шампунь с любимым запахом роз.
       Минут через десять дверь открылась на пороге с подносом в руках появилась Лола.
       - Нехилая у тебя ванна, - заметила она окидывая взглядом место блаженства своего нового знакомого. У того же из пены торчала лишь одна голова. Поставив поперек ванны доску Лола водрузила на него поднос. Кроме бутербродов на нем присутствовали две запотевших бутылки "Жигулёвского", единственно признаваемый Игорем сорт пива. Бутерброды же Лолка соорудила своеобразные. Намазав огоромные куски хлеба майонезом она сверху пристроила все три вида колбасы найденной у Кижаева: ветчинную, сырокопченую и докторскую. Ни мало не стесняясь она присела на край ванны и принялась в упор разглядывать своего защитника.
       - А по лицу не заметно что тебя так сильно отхайдакали.
       - Лицо я успел спрятать. Это те двое?
       - Да.
       - Кто они?
       - А, Жмуня и Пепел, ...
       Слово, которое девочка подобрала для определения характеристики парней, Кежа ни как не ожидал услышать из этих юных уст, даже со всеми скидками на испорченность нравов современной молодежи. Почему она записала парней в пассивные гомосекуалисты Игорь выяснять не стал. А Лола протянула руку и ткнув пальцем в татуировку на плече Кижаева спросила.
       - Это кто у тебя?
       - Альбатрос. Скиталец морей. Выколол когда служил в торговом флоте.
       - Так ты моряк?
       - Было и такое в моей жизни. Пару лет ходил в загранку, потом выперли.
       - За что?
       Игорь засмеялся.
       - За поступок несовместимый с моральный обликом советского моряка. Пришли мы тогда с Сан-Франциско, это год восемьдесят четвертый, все за шмотками на берег рванули, а меня не пускают, молод больно, у трапа поставили. Смотрю негритяночка одна ходит по пирсу, по сторонам поглядывает. Ну, перемигнулись мы с ней, я ей несколько зелененьких показал и провел на судно. Третий помощник капитана засек, собака. Так и турнули меня с морфлота.
       - Ну а как эта, негритянка?
       - Нештяк, вот только в жены бы я ее не взял. За неделю замучила бы до смерти.
       Когда и бутерброды и пиво кончились Лола ушла, но вскоре вернулась в костюме Евы и без малейшего смущения залезла в ванну к Кижаеву. Усевшись напротив Игоря она протянула свои ноги поверх его и с блаженным видом заявила:
       - Кайф! Завтра бы еще в школу не идти, вот это был бы полный отпад!
      
       Глава 4.
       В девять часов вечера в дверь квартиры Кижаева осторожно постучали. Игорь удивился. Звонок у него прекрасно работал и если бы в квартире был включен телевизор он бы не расслышал это осторожное постукивание. Вытерев с рук липкий обойный клей он подошел к двери и спросил:
       - Кто?
       Хотя ответила ему тишина Игорь все таки распахнул дверь. На лестничной площадке стояла невысокая, худущая девчонка непонятного возраста с длинным, сливообразным носом и большими, черными, еврейскими глазами.
       "Подаяние что ли просит?" - подумал Кежа, разглядывая вселенскую скорбь в глазах девчонки.
       - Это ты что ли тут как кошка скребешься? - спросил он.
       - Вы... Кежа? - запинаясь спросила девчушка.
       - Ну, я, - признался Игорь.
       - Я подруга Лолы... Она мне рассказывала про вас.
       - И что?
       - Она исчезла.
       - Как это исчезла? - не понял Кижаев.
       - Ее уже три дня нету. Ни дома, ни в школе.
       - Ты что, вместе с ней учишься? - Спросил Игорь раскуривая сигарету и присаживаясь на корточки.
       - Да, - все так же нерешительно призналась девчонка.
       - И как тебя зовут?
       - Инна.
       - Послушай, Инна, объясни все толком. Откуда ты знаешь что она исчезла? Может она уехала куда, заболела, попала в больницу?
       Инна отрицательно покачала головой.
       - Она моя лучшая подруга. Мы и живем рядом и учимся в одном классе, девятом "Б".
       - Постой, в одном классе, - удивился Кижаев. - Сколько же тебе лет?
       - Пятнадцать недавно исполнилось.
       - А Лолка что же, второгодница?
       - Нет, ей тоже пятнадцать, правда уже давно, в мае стукнуло.
       "Вот овечка, а говорила что шестнадцать! - подумал Игорь.- Так можно под статью подвести! Развратные действия в отношении малолеток, только этого мне еще не хватало!"
       - А мать ее что говорит? - допытывался Кижаев.
       Девочка отвела в сторону глаза и сказала:
       - Тетя Лена говорит, что она просто по рукам пошла. Но я знаю что это не так.
       - И что, она никуда не обращалась? Ни в милицию, никуда?
       Инна отрицательно мотнула головой. Чуть подумав Игорь поднялся на ноги и сказал:
       - Ладно, что нибудь придумаем.
       Видно в его голосе проскользнула явная нотка безнадежности, так что "ходячая скорбь" по имени Инна развернулась и ссутулившись пошла вниз по лестнице.
       Докурив сигарету Кижаев вернулся в квартиру и продолжил клеить в спальне обои. Всю эту неделю он вплотную занимался ремонтом. Зал был уже полностью готов, подвесные потолки, выпуклые германские обои бежевого цвета, импортный линолеум под наборный паркет - все соответствовало укоренившемуся понятию евроремонта. Оставалось завести только мебель. Пока из этого у Кижаева имелся только телевизор да большая промятая тахта, доставшаяся от прежних хозяев.
       Руки Игоря продолжали аккуратно мазать уже пропитанные куски обоев, но сам он невольно вспоминал события недельной давности.
       - Я тебе подобрал другое имя. Лолита тебе идет больше, - сказал Кижаев ей той ночью.
       Лариска подняла голову с подушки и спросила: - Почему Лолита?
       - Похожа. Ты кино что ли не смотрела?
       - Смотрела.
       - Ну и как?
       - Дребедень. "Эмануэль" лучше.
       - А кто ж тебя всему этому научил?
       - А тебе то чего?
       - Благодарность вынести хочу. Давно я так не отрывался.
       Кижаев не грешил душой. То что ему продемонстрировала эта малолетняя девчонка в полном объеме он получал раньше только у тридцатилетних сочинских путан, всю жизнь повышающих квалификацию в горячий сезон летних "гастролей". Казалось для Лолы в сексе не было никаких тайн или секретов. Больные ребра Кижаева не давали ему толком двигаться, но это ему и не понадобилось. Всю динамическую часть секса на себя взяла нежданная гостя, оставив "Альбатроса" морей в роли статичной фигуры.
       - Ну если тебе это в самом деле интересно... Теорию мне преподавала мамаша.
       - Это как? - даже приподнялся с дивана Игорь.
       - А вот так, - девушка отвечала лениво, не открывая глаз. Ее наконец то покинула так не нравившаяся Игорю дурная агрессивность. Ежик спрятал свои колючки. - Она ведь меня одна родила, в шестнадцать лет. Так что ей сейчас только тридцать, квартира у нас однокомнатная. Мать ширму поставила, да только дырку в ней сделать это раз плюнуть. Так что я уже лет в десять знала про это уже все.
       "Типично совковая чернуха," - подумал тогда Игорь, слушая "мемуары" его Лолиты.
       - Потом я подросла и меня переселили на кухню. До сих пор ненавижу эту кухню. Она у нас такая тесная, каждый вечер громыхаешь раскладушкой, и здоровые черные тараканы ночью бегаю по лицу.
       Она передернулась всем телом.
       - Потом я уже совсем матере стала не нужна. Мужики к ней приходят, а на меня зенки пялят. Ее это злило. Один такой, с широким пробором, - она показала рукой, и Игорь понял что мужик был лысый. - Зажал в коридоре, под халат рукой полез.
       Лола засмеялась.
       - А я в это время уже в сектушку ходила, на футбол, как дала ему коленкой по яйцам, он потом и с матессой ничего сделать не смог. Так и отвалил не кайфанув.
       - Ну, а кто ж тогда тебе преподавал практику?
       - Был один, - нехотя ответила Лариса. - Сейчас с наркотой связался, я его и бросила.
       - Что на иглу сел?
       - Наоборот, торгует ей, сволочь!
       - А ты не пробовала ни чего?
       - Ты что! - возмутилась девчонка. - Я что дура что ли? Я даже "план" пробовать не хочу, знаю что все с этого и начинают. Я уже двоих пацанов из своего класса похоронила, подружка одна вон совсем доходит. А этот козел весь город хочет посадить на иглу.
       - Серега что ли? - припомнив разговор в автобусе спросил Игорь.
       - Он, - нехотя ответила Лариса.
       - А кличка у него какая?
       - Да нету у него клички, Серега и все. Он один такой в городе, его даже Серым не звали, как обычно всех Сергеев. Серега и есть Серега.
       Она не по возрасту, как-то совсем по бабьи вздохнула, и Кежа понял что этот незнакомый ему Серега совсем не случайный парень в судьбе энской Лолиты.
       Вспоминая все это Кижаев продолжал клеить обои. В этот вечер он рассчитывал закончить со спальной комнатой, оставалась заклеить всего одну стену, но в самый разгар приготовлений Игорь вытер руки тряпкой и начал собираться на выход. Одев свитер и куртку он вышел на улицу и двинулся к третьему подъезду.
       "Ну и дурак же ты, Кежа, - думал он на ходу.- Далась тебе эта малолетка. Ну переспала она с тобой, и что? Из-за нее же тебе чуть череп не проломили. Вечно ты находишь на свою задницу приключения. Забыл как из Хатанги рвал когти по тундре с двумя банками консервов? А та и история в Воркуте? Как ее тогда звали, как-то мудрено. А! Инесса!"
       Дверь квартиры номер сорок шесть открыла высокая, довольно красивая женщина с коротко стрижеными светлыми волосами. Мать Лолиты смотрелась моложе своего возраста, с хорошей фигурой, чистым, белым лицом, какое бывает только у избранных природой счастливых женщин, не знающих что такое веснушки или пигментные пятна. Лишь одно сразу не понравилось Кижаеву - жадный взгляд одинокой женщины, каким Елена окинула его с головы до ног.
       "С такой надо как можно наглей", - решил он.
       - Извините, Лолу можно увидеть? - напористо спросил он.
       Выщипанные в ниточку брови женщины поднялись вверх.
       - Ее нет, а вы... вообще-то кто?
       - Я ее новый тренер по футболу, - с ходу нашелся Кижаев, и задал еще один вопрос. - Она не была на тренировках уже три дня, а скоро городские соревнования.
       Женщина хмыкнула.
       - Разве три дня? Мне казалось меньше. Я не знаю где эта противная девчонка, может у подружек где нибудь, а может к бабушке уехала. Скорее всего она у Инки ночует. Как прийдет я ей скажу что вы приходили. Может все таки пройдете, поговорим?
       Последнее слово она сказала уже совсем другим тоном, чуть-чуть добавив в голос грудное, вибрирующее звучание.
       - Нет, как нибудь потом, - отказался Игорь, и поспешно сбежал вниз, успев заметить гримаску разочарования на красивом личике Лолкиной маман.
       "Сучка, - подумал Кежа. - Дочь три дня домой не приходит, а у ней одни кобели на уме".
       Очутившись на улице Кижаев машинально двинулся к своему подъезду, мысленно убеждая себя в том, что сделал все что мог, и найти шальную девицу в стодвадцатитысячном городке так же нереально, как иголку в стоге сена.
       "Тогда она у меня переночевала, а сейчас может еще кого покруче нашла".
       Так бы он и свернул к своему подъезду, если бы не увидел впереди себя парня, фигура которого показалась ему знакомой.
       "Обана! Старый знакомый. Счас мы ему предъявим небольшой счет."
       В это время идущий впереди парень попросил у прохожего закурить, Кижаев обогнал его, свернул за угол дома, и, осмотревшись по сторонам, решил что это место вполне сойдет для предстоящего "суда присяжных". Две пятиэтажки выходили на этот пятачок глухими, торцевыми стенами, к тому же имелась лестница, ведущая в подвал. Он еще оглядывался по сторонам, когда сзади его послышались шаркающие звуки шагов. Кежа резко развернулся и со всей силы ударил ничего не подозревающего парня ногой в пах. Согнувшись напополам тот захрипел от боли и сделал попытку встать перед Игорем на колени. Подобного подхалимажа Кижаев не допустил. Схватив своего старого знакомого за воротник он поволок его вниз по подвальной лестнице и шваркнул головой о запертую металическую дверь. Голова, очевидно, не была жизненно важной частью этого организма, на этот удар парниша не обратил никакого внимания, продолжая нянчить обоими руками свои детородные органы.
       - Ты кто? - спросил Игорь, - Жмуня или Пепел?
       - Пепел, - с хрипом представился парень.
       - Ладно, познакомились.
       - Ты че, в натуре, мне все яйца отбил? - попробовал предъявить претензии Пепел.
       - Не пасха, новые купишь. Да и зачем тебе они? Такая гнида как ты детей иметь не должен.
       Пепел попытался ударить Кижаева, но тот быстро и резко стукнул несколько раз своего собеседника по мослистой роже. Еще в юности маленький кулак Кежи сравнивали с гирькой. Сейчас эта гирька быстро превратила физиономию Пепла в месиво. Из носа и разбитой брови текла кровь, один глаз быстро наливался опухолью.
       - У, с-сука... - скорее с отчаянием чем с ярость простонал Пепел.
       - Ну что, с тебя довольно?
       - Да, - прохрипел тот.
       - Ну ладно. Дружок то твой где?
       - Жмуня? На остановке, наверное, ждет.
       - Передавай ему привет. Скажи что больше вам тот номер не удастся, понял?
       Пепел через силу кивнул головой. Кижаев отпустил парня, тот подобрал шапку и первый выбрался вверх по лестнице наверх. Поразмыслив Игорь задал своей жертве еще один вопрос.
       - Эй, Пепел, ты не знаешь куда Лолка девалась?
       - Куда она может деваться? - откровенно удивился тот.
       - Три дня ее уже нет, ни дома ни в школе.
       - Ладно, я поспрашаю, если что, стукану.
       - Да уж постарайся. Где живу знаешь.
       Вернувшись домой Кижаев посмотрел на сьежившиеся от клея обои и плюнув пошел на кухню. Сто грамм водочки немного подняли его настроение, но до конца так и не вернули спокойствия.
      
       Глава 5.
       Приняв ежедневную ванну он уже собирался лечь спать, когда раздался звонок в дверь.
       - Кого это черт принес? - пробормотал Игорь, и надев трико, прошел в прихожую. Открыв дверь он увидел знакомую, перекошенную от заплывшего глаза физиономию Пепла.
       - Салютик, - приветствовал тот Игоря. - Нашли мы тут одного кента, он кое что знает про Лолку. Пупок, иди сюда.
       За его спиной Кежа увидел державшегося в некотором отдалении своего второго знакомца - Жмуню. Но разбираться ему сейчас было некогда. Пепел подтолкнул к Игорю невысокого пацана на вид лет десяти, в изрядно вытертой короткой куртейке и вязанной шапочке. Шмыгая сопливым носом тот начал рассказывать.
       - Я тогда со школы чапал, а впереди как раз Лолка чесала. Тут рядом с ней тормозит крутая тачка, ее кто-то позвал, ну... она подошла, что-то спросила, а из машины двое вышли, ее скрутили и сунули в машину.
       - Это когда было? - поинтересовался Игорь.
       - Да вот, дня три назад, - для подтверждения пацан обернулся к Пеплу. - Витек ногу сломал как раз в тот день, ты же помнишь?
       - Да, как раз три дня назад, - подтвердил Пепел.
       Кижаев машинально присел на корточки, вытащил сигареты, угостил всех своих гостей, включая малолетку.
       - А что за машина была? - спросил он.
       - "Фольксваген", цвет "мокрый асфальт".
       - Это не тот что каждый день около блинки стоит? - спросил осмелевший Жмуня.
       - Он, - подтвердил Пупок.
       - Это Валера Сытин! - в один голос воскликнули бывшие обидчики Кежи.
       - Кто такой? - поинтересовался он.
       - Сыч кликуха. Он из "бычков" Бизона, у Керима в ресторане раньше вышибалой работал. Он сейчас у Сереги первый корефан, - пояснил Пепел.
       - Ну, а сам-то Серега в этом деле закручен? - спросил Кежа.
       - А как же. Лолка же ему при всех на дискотеке по харе съездила.
       - Да ну! - удивился Кижаев. - Это за что же?
       Парни переглянулись.
       - А ты случаем, не в ментовке пашешь? - спросил Пепел.
       - Нет, - отрезал Игорь и, вставая, добавил.- Я сам за себя. Счас, подожди.
       Он скрылся в квартире и вскоре вынес на площадку три бутылки пива и бутерброд с колбасой, который сразу сунул пацану. Пупок впился в него зубами с алчностью голодного Дракулы.
       - Так за что же Лолка съездила по харе своего бывшего дружка?
       - Серега в городе всегда в авторитетах ходил, ну, среди нас, пацанвы. Парень был свой в доску, особенно до армии, а в этот год прилично так скрутился. Все молчали, а Лолка ему в глаза все выдала, да еще и горячую влепила.
       - И как же он скурвился?
       - Он к Бизону прибился, всю торговлю наркотой ведет, - пояснил Жмуня.
       - Квартиру купил, машину, - продолжил Пепел.
       - "Опель", золотистый металик ,- закончил рассказ своим писклявым голосом Пупок. Покончив с бутербродом он отобрал у Кежи бутылку и начал прихлебывать пиво большими глотками.
       - Но главное не это, - пояснил Пепел. - У него был друг, корешок еще с детства, Паша Зотов. Так вот Серега его Бизону сдал.
       - Как это сдал?
       - У Пашки на Бизона зуб вырос, тот его младшего брата на иглу посадил. А у Сереги со школьных времен еще обрез лежал. Ну, Пашка по старой дружбе подогнал к Сереге, забрал обрез и сказал зачем он ему нужен. Пока Пашка до дома Бизона дошел там его уже ждали. В момент замочили.
       - Ага, кровищи было! - эмоционально подтвердил Пупок. - В него, наверное, раз сто выстрелили.
       - Ну не сто, но раз двадцать это точно, - подтвердил Пепел.- Только этот разговор Сереги с Пашкой Лолка слышала. Серега сразу собрался и куда-то уехал. Ну а когда Пашку грохнули она все просекла.
       - Пашка нештяк парень был, - шмыгая носом заявил пацан.
       - Да и Серега раньше такой же был, - подтвердил Пепел.
       - Постой, а как ты этого Серегиного бугра назвал? - спросил Игорь.
       - Бизон. Бизяев Федор.
       Кижаев сморщил лоб, потом уточнил.
       - Он такой не сильно высокий, квадратный, еще ходит вперед так набычась?
       - Да! - хором подтвердили все трое.
       - И с бородой, - дополнил портрет пасторалью писклявый Пупок.
       Игорь рассмеялся.
       - Да, не думал что Федька так далеко пойдет. Раньше он все на подхвате был.
       - Ты знаешь его? - удивился Пепел.
       - В свои годы мы с ним вот как вы ходили, правда звали его тогда просто Бизя. Потом я отсюда уехал.
       - Бизон сидел лет десять, за мента. Сейчас первый номер в городе. Всех под себя подмял, лично грохнул Зяму.
       - У него целая кодла пацанов, такие все бивни, - широко раздвинув руки показал Жмуня. - Все их зовут "быками". - Круто живут, все на таких тачках, у самого Бизона "Ландкрузер".
       На некоторое время Кижаев задумался. Прислонившись к стене он докурил до конца сигарету, лишь после этого спросил.
       - А где стоит этот "Фольксваген"?
       - Да вот здесь, на углу Ленина и Кирова.
       - Тут идти две минуты, - пояснил Пепел.
       - Ладно парни, спасибо, - сказал Кижаев поднимаясь на ноги. Он пожал руку Пеплу, затем подал ладонь его другу, а когда тот протянул свою неожиданно коротко и резко ударил парня левой рукой под дых. Жмуня захрипел и согнулся. По прежнему пожимая его руку Кежа молча показал ему свой небольшой кулак. Тот согласно кивнул головой и заторопился вниз по лестнице вслед за своим корешком.
       Но его новый юный друг Пупок уходить не спешил.
       - У тебя еще колбасы нет? - спросил он Кежу.
       Игорь рассмеялся, распахнул дверь.
       - Ну заходи.
       Пропустив гостя вперед он развернул его за плечи лицом к кухне и дав легкого пинка направил на путь истинный.
       - Можешь съесть все, что найдешь в холодильнике.
       Когда через пять минут одевшийся потеплее Кижаев зашел на кухню, Пупок поглощал бутерброд размеров со школьный портфель. От тепла и пищи пацан раскраснелся и жмурился от удовольствия как мартовский кот. Глянув на курносую, конопатую физиономию пацана Игорь рассмеялся и спросил.
       - Тебе домой то не пора? Родители, наверное, волнуются.
       - Не-а! - замычал Пупок, и с трудом проглотив очередной кусок хлеба. - У меня еще пять братьев и две сестры. Я тут три дня дома не ночевал, так матуха этого даже не заметила.
       "Убивать надо таких родителей,"- подумал Игорь.
       - Ладно, пошли, на ходу доешь, - подогнал Кижаев пацана после того, как посмотрел на часы. - Покажешь мне эту тачку.
       На улице он спросил парня:
       - А как тебя на самом деле зовут?
       - Николай, - солидно назвался пацан и сунув руки в карманы куртки чуть оттопырил локти вперед, подражая манере Кижаева.
       - Ну а меня зовут Игорь, можно Кежа.
       Они пожали друг другу руки и пошли дальше.
       - И сколько тебе лет? - спросил Игорь своего невольного спутника.
       - Двенадцать.
       - Да ну? - удивился Кежа. - А я думал меньше.
       - Да у нас порода такая, что батя, что матуха, ростом не вышли.
       До нужного им места они действительно добирались не более пяти минут. Все это время Николай развлекался тем, что с периодичностью Биг-Бена взрывал небольшие петарды, оглашая ночной воздух диким грохотом.
       - У тебя они когда нибудь кончатся? - спросил Кежа, когда ему надоела вся эта пальба.
       - У меня еще две коробки, - похвалился пацан, закидывая в сторону очередной заряд.
       - Сколько же ты их накупил?
       - А я не накупил, я их свистнул, большую такую коробку. Сейчас уже мало осталось.
       На очередном перекрестке Пупок остановился и ткнул пальцем в приземистый "Фольсваген", стоящий у подъезда углового дома.
       - Вот она, та самая тачка.
       Оглядевшись по сторонам Кижаев спросил:
       - Как думаешь, тачка на сигнализации?
       - Ясен хрен! - даже удивился этому глупому вопросу пацан.
       - И что же нам делать? Впрочем, ты можешь идти домой.
       - Че я там не видел. Давай я лучше тебе помогу.
       - А что ты можешь делать?
       - А все что угодно.
       Игорь уже с интересом рассмотрел курносое, хитрое лицо пацана.
       - А не боишься? За то что я хочу сделать можно не только по шее получить, голову открутят.
       - Ну, - хмыкнул пацан. - Это еще посмотрим кто кому.
       - Ну что ж, Николай, - Игорь доверительно положил руку на плечи парнишки. - Значит тогда сделаем так...
       Валерий Сытин, по кличке Сыч, тридцатипятилетний рослый мужик с солидным животиком как раз собирался ложиться спать. Почесывая грудь он вошел в спальню, покосился на давно спящую жену и поморщился. Прошло пять лет после свадьбы, и Светка, родив ему двух пацанов, в полтора раза прибавила в весе, обзавелась вторым подбородком и воспринималась мужем как некий кухонный комбайн, не более. Валерия это бесило. Привыкший чувствовать себя неким сексуальным агрегатом он никак не мог удовлетворить собственную жену, за что ею нещадно попрекался, хотя на стороне отрывался с прежней лихостью.
       Долго размышлять об этом парадоксе ему не пришлось. Лишь только задница Валерия коснулась упругой кровати, как с улицы донеслось курлыкающее улюлюканье противоугонной системы его "Фольксвагена". Подпрыгнув как на батуте Сытин метнулся к окну. Около его машины стоял какой-то маленький пацан и явно ковырялся в дверном замке. Взобравшись на подоконник Валерий высунулся в форточку и закричал:
       - Ты, козел, я тебе сейчас уши оторву!
       Пацан покосился вверх и спокойненько продолжил свое черное дело. Сытин перешел на мат, слюна из его рта щедро летела на улицу. Но словесные угрозы ни как не действовали на хилого угонщика. Все так же с руганью хозяин крутой тачки метнулся к выходу, натягивая на ходу трико.
       - Ты чего разорался? - хриплым с спросонья голосом спросила его жена, приподнимаясь с постели.
       - Обстругаю как Буратино, - прорычал ее разряенный супруг.
       - Говорила тебе ставь машину в гараж! - крикнула уже вслед Валерке супруга.
       Сыч послал ее к родимой мамочке быстрым темпом, и, захлопнув дверь, понесся вниз по ступенькам.
       "Угнать не угонит, но замок, скотина, попортит", - думал он, перепрыгивая через три ступеньки. На первом этаже не было света, но автолюбитель скорости не сбавил, так на полном ходу он и споткнулся об растянутую Кежей проволоку и с грохотом врезался лбом в дверь, приподнялся было, но тут же снова лег, получив по затылку сильный удар тяжелым предметом.
       Кежа сделал ему общую анестезию тем же самым обрезком трубы, опробованным на собственной голове. Первым делом он нашарил на полу ключи и выйдя на крыльцо отключил проклятую бибикалку. После этого он вернулся в подъезд и с помощью Николая той же самой проволокой связал руки Сыча за спиной. Заведя машину Игорь подогнал ее вплотную к крыльцу и с трудом погрузил живой груз на заднее сиденье автомобиля.
       Задремавшая было жена Сытина услышав снизу звук отъезжающей машины слегка удивилась.
       "Чего это он, решил в гараж ее увести? А потом через полгорода в одном трико попрется? Отморозит себе весь агрегат."
       Но немножко поразмыслив Светлана решила, что так ему, козлу, и надо. Не хочет жену слушать, так пусть побегает ночью голяком. Все равно от него пользы как от того же самого легендарного козла. И перевернувшись на другой бок она преспокойненько уснула.
      
       Глава 6.
       Далеко отъезжать от города Кежа не стал, тем более что хозяин "Фольксвагена" начал проявлять признаки возрождения к жизни. Свернув к обочине Кежа открыл заднюю дверцу, и пользуясь тем, что Валера еще не до конца пришел в себя, отконвоировал бугая в лесопосадку. Там он позволил телу Сытина соприкоснуться с мокрой осенней землей, вытер со лба пот и начал задавать вопросы.
       - Ну, очухался?
       Валера ворочался на мокрой листве пытаясь встать на ноги, но этому мешали связанные за спиной руки и легкий "вертолет" оставшийся от нежданной ласки водопроводной трубы.
       - Куда Лолку дел? - спросил Кежа, и для наглядности пнул бугая ногой по ребрам. Тот застонал и на время оставил свои попытки принять вертикальное положение. Сердито сопя он начал свою речь полным собранием матерных слов российского народа, после чего пригрозил своему похитителю всеми видами невероятно жутких смертей.
       - Молчи, козел! - прикрикнул на упрямца Игорь, и снова пнул здоровяка по ребрам.
       - Я тебя... ты знаешь с кем связался?! - прохрипел Сытин, вывернув голову и пытаясь со своей холодной лежанки разглядеть в темноте лицо незнакомца.
       - А вот это меня совсем не колышет, - отрезал Кежа, и уже прицельно пнул упрямца по детородным органам. Тот в ответ взвыл от боли, шустро перекатился на спину и попытался ударить изувера ногами. Но Кежа легко увернулся и добавил носком кроссовок по все тем же болезненным органам рэкетира. После этого тот уже не помышлял о сопротивлении, а весь сосредоточился душой и телом вокруг самой важной детали своего организма.
       - Не скажешь где Лолка я тебе совсем яйца отшибу, - пообещал Кежа.
       - Нахрен она тебе нужна?
       - А тебе какое дело? Может удочерить хочу. Куда ты ее увез?
       - Куда-куда, на кудыкину гору!
       - Что, добавить еще?
       - Не надо! - поспешно отозвался здоровяк, пытаясь свернуться подобно питону в клубок. - Я скажу. На базе она, в сторожке.
       - Это на какой еще базе?
       - За кирпичным заводом, там железный ангар. Только я не знаю, жива она или нет.
       - Что, должны были ее убить?
       - Да. Бизон приказал, а парни говорят, что добру так пропадать, пусть немного у них поживет, все не так скучно.
       - Ну хорошо.
       И Кежа не торопясь отправился к машине.
       - Эй, стой, ты куда! А я? - завопил хозяин "Фольксвагена", с проворством и повадками червяка пытаясь подняться с земли. Скользкая листва и связанные руки не очень способствовали этому его благому желанию, и когда Сыч с третьей попытки все же поднялся на ноги и выбрался на дорогу, его любимое авто лишь издалека подмигнуло своему владельцу габаритными огнями.
       - Сволочь, догоню - убью! - жалобным голосом пообещал Валера, и трясясь от холода припустился в сторону города мелкой рысцой.
      
       Глава 7.
       Кежа со своим малолетним напарником добрался до Энска гораздо быстрей и комфортней.
       - Кирпичный, это старый кирпичный, или новый? Про какой он говорил? - спросил Кежа своего низкорослого экскурсовода.
       - Новый, ЦЛК. За ним склад, там кирпич во дворе на поддонах и большой такой железный ангар, полукруглый. Наши его "бочкой" называют.
       - Не помню, при мне его не было.
       - Там забор нехилый такой, сторожка и в нем постоянно два бугая дежурят. Пару раз они нас с парнями оттуда шугали. Один мне даже уши надрал, сволочь.
       - А что ж это за склад такой, если его Бизоновские быки охраняют?
       - Не знаю, говорят стройматериалы: краска, линолеум. Мы и хотели чего нибудь стырить, да не получилось.
       - Воровать нельзя, - поучительным тоном сказал Кежа, останавливая машину в полукилометре от кирпичного завода. - Это один из семи смертных грехов. Этот что ли склад?
       - Да.
       Выйдя из автомобиля они минут пять разглядывали большой серебристый ангар, ярко освещенный несколькими прожекторами. Бетонный забор огораживал довольно большую площадь вокруг него, в дальнем конце этого периметра, рядом с воротами, располагалась капитальная, как добрый дом, сторожка.
       - Так, и что нам теперь делать?
       - Может я пойду, посмотрю в окно что там внутри? - предложил Пупок. - Только там две собаки бегают, лай подымут.
       - Собаки это плохо, - сказал Кежа, и закурив начал прохаживаться вдоль машины, поглядывая на ярко освещенный склад. Под ноги ему попалось что-то увесистое, и нагнувшись Игорь поднял с земли пустую бутылку из под водки. Повертев ее в руках и даже понюхав горлышко он удовлетворенно хмыкнул.
       - У тебя петарды случайно не кончились? Знаешь что мы сейчас сделаем? Устроим твоим обидчиком небольшой фейерверк...
       Через пятнадцать минут три молодых, но весьма габаритных парня Вовик, Димка и Сергей, мирно игравшие в преферанс в теплой и даже уютной сторожке, услышали как две собаки, прописавшиеся на базе, сорвались с места и с истошным лаем рванулись куда-то за склад.
       - Что это они? - озабочено заметил Димка, пытаясь хоть что-то рассмотреть в запыленное окно.
       - Да ладно тебе, ходи давай! - с азартом перебил его Сергей. Вообще то он в этот день должен был отдыхать, но страсть к азартным играм заставила его бросить семью и коротать время в этой убогой сторожке. Но доиграть эту партию им было не суждено. С улицы донесся легкий хлопок небольшого взрыва и к ровному свету электрических прожекторов добавились половецкие пляски живого пламени.
       - Бля, горим! - заорал любопытствующий Дима, и бросился к двери. Вслед за ним последовали и оба его товарища. Зрелище открывшееся им с крыльца сторожки нельзя было назвать сильно веселым. Горела дальняя от них, торцевая часть ангара.
       - Пожарных надо вызвать! - дернулся обратно, к телефону картежник.
       - Совсем что ли охренел! Забыл что внутри! Бери огнетушитель! - закричал Димка, и сорвал с пожарного щита здоровущий огнетушитель. Два его товарища разбежались по территории в поисках таких же подручных средств пожаротушения. Через пять минут они уже с азартом и матами поливали дальнюю сторону склада обильной пеной. Природа была за них, припустил сильный дождь. В запарке борьбы с огнем добровольные пожарники не расслышали как мягко проурчал двигатель "Фольксвагена", вплотную подъехавшего к воротам базы. Ворвавшись в сторожку Игорь застал только дымящиеся в пепельнице сигареты да сброшенные на стол карты. Нервно оглянувшись по сторонам Кежа толкнул ногой дверь, ведущую во вторую комнату сторожки, и сразу увидел Ларису. Она, абсолютно голая, лежала на широкой, старомодной кровати свернувшись клубочком.
       - Лолка, вставай, пошли! - тряхнул девушку за плече Игорь, но та почти не отреагировала на этот его жест, только чуть приоткрыла глаза. Кежа еще пару раз потряс ее за плече, и лишь потом понял, что девушка совсем не спит. Он положил ладонь на тонкую Лолкину шею и почувствовал легкое биение пульса. Оглядываясь по сторонам Игорь заметил на столе, рядом с плиткой два одноразовых шприца. Изменившись в лице он повернул руку девушки внутренней стороной и сразу увидел следы от свежих уколов.
       - Вот суки! - пробормотал Кежа, сунул шприцы в карман и подхватив на руки Лолку поспешил к выходу.
       - Однако ты не такая уж и легкая, - пробормотал он, пинком открывая дверь из сторожки. Загрузив девушку на заднее сиденье Игорь, по прежнему не включая фар развернул "Фольксваген" в сторону города. Когда через десять минут мокрые и пропахшие гарью добровольные пожарные вернулись в сторожку, они не сразу обнаружили пропажу своей "живой игрушки". Приняв по сто пятьдесят грамм для сугрева и снятия стресса, они решили догнаться горячим кофе. Но нырнувший в соседнюю комнату с чайником в руках Сергей тут же вернулся обратно.
       - Бля, мужики, Лолка исчезла!
       - Как исчезла. Она же уже доходила? - не поверил Димка.
       - Нету, сам посмотри!
       Выскочив на улицу и пробежавшись по округе все трое снова сошлись в сторожке.
       - Прийдется звонить Бизону, - решил Димка.
       Сергей поежился.
       - Пожар-то ладно, потушили. Но за Лолку он нам яйца оторвет. Я, пожалуй, поеду домой.
       - Нет уж, оставайся, - криво усмехнулся Димка. - Кастрирует, так всех вместе.
      
       Глава 8.
       Сделав крюк Кежа остановился на дороге около лесопосадки. Нетерпеливо глянув на часы он поморщился и пробормотал:
       - Где этот пацан?
       Прошло минут пять, но Пупка все не было. Наконец он появился, взмыленный и запыхавшийся.
       - Ты чего так долго? Я уж думал не случилось ли что, может сам себя поджег.
       - Да не, просто я над этими чудаками прикалывался.
       Кежа на ходу дал своему подопечному подзатыльник.
       - Свиненыш, а если б они тебя там застукали?
       - Да не, им не до этого было, они там скакали как мухи на навозе.
       После этого Пупок перегнулся через спинку и поглядел на заднее сиденье.
       - Ого, Лолка все таки была там. А фигурка у ней нештяк.
       - Не подглядывай.
       - Чего это она, спит что ли?
       - Нет, обкололи.
       - И куда мы ее сейчас?
       - К одному хорошему человеку.
       Хорошего человека дома не оказалось, и Кежа развернул машину в сторону городской больницы. В приемном покое он постучал в окошечко и спросил сонную медсестру.
       - Скажите, а доктора Михайлова можно позвать?
       - Ну, допустим.
       - Позовите его, скажите Игорь Кижаев просит.
       Вскоре на крыльце показался рослый мужчина в белом медицинском халате. Александр Михайлов относился к странной породе людей, которые вырастая и даже старея все равно внешне остаются большими детьми. Ему уже стукнуло тридцать девять, но белая, гладкая кожа, правильные черты лица словно законсервировали его в отроческом возрасте. При этом красота доктора носила несколько сладковатый, чуточку томный характер. Александр был одним из немногих родственников Игоря, двоюродным братом по матери.
       - Привет, ты что это среди ночи? - спросил врач, пожимая руку Игоря.
       - Слушай, эскулап, я для тебя работенку привез, посмотри ее.
       И Кежа за рукав потащил опешившего доктора к машине.
       - Вот, смотри, - сказал он открывая заднюю дверцу "Фольксвагена".
       Увидел обнаженную девицу врач присвистнул, но спрашивать ничего не стал, просто поверил пульс и, подняв веко, заглянул в Лолкины глаза. После этого он сразу осмотрел Лолкины руки.
       - Где ты ее нашел?
       - Долгая история, ты лучше скажи, спасти ее можно?
       - Ну, а почему нет, - флегматично заметил врачеватель. - Типичная наркотическая кома. Это для нас дело привычное, таких иногда за ночь поступает человек пять. Сегодня, правда, спокойно. Давай, отнесем ее в приемный покой.
       - Нет, нельзя, понимаешь, вам самим житья потом не будет, - и Кежа в общих чертах обрисовал положение вещей.
       - Понятно, - кивнул головой Михайлов, потом ненадолго задумался и снова кивнул головой. - Хорошо, попробую сорваться на часок, авось ничего срочного не будет. Скажу чтобы меня Андронов подменил, он как раз на дежурстве в хирургическом.
       Доктор вернулся в больницу и вскоре вернулся в накинутом поверх халата пальто, с большим пакетом в руке. Усаживаясь на заднее сиденье он положил голову Лолки на свои колени и спросил:
       - Насколько я понял, к тебе везти ее нельзя.
       - Нежелательно.
       - Ну тогда поехали ко мне.
       Игорь чуть не рассмеялся. В этой флегматичной фразе был весь Санька. Доктор был очень положительный человек, не пил, не курил, не гулял налево. Но это не спасло его от житейских неприятностей. Два года назад от него, после пяти лет замужества, ушла жена, заявив что жить с ним, все равно что помирать от тоски. Разведясь с доктором Наталья ударилась в противоположный образ жизни и на пару с лучшей подругой стала завсегдатаем баров и ресторанов, временной, бескорыстной подругой залетных кавказских бизнесменов. Как показалось Игорю именно это больше всего удручало бывшего супруга Наташки. И хотя желающих подобрать бесхозного, сугубо положительного доктора было хоть отбавляй, Александр очень щепетильно относился к выбору нового спутника жизни.
       Для того чтобы уехать Игорю пришлось сначала согнать со своего места оккупировавшего его Пупка, усердно крутившего рулевое колесо и гудевшего при этом за два "КАМАЗа".
       - А это кто у тебя? - спросил доктор, кивая на малолетку.
       - Это мой личный адъютант, будущий террорист и поджигатель, Николай, по кличке Пупок.
       Пацан с важным видом пожал руку доктору.
       - А почему тебя зовут Пупок? - давясь от смеха спросил Михайлов.
       - А у меня фамилия такая, Пупков.
       - Ясно, - кивнул головой врач, а потом спросил Кежу. - Слушай, а откуда у тебя машина?
       - Да взаймы взял, правда без спроса. Счас отвезу тебя, да прийдется где нибудь бросить. Да, кстати, а что за девица была у тебя в квартире? Она меня даже на порог не пустила.
       - А, черт, совсем забыл. Тогда поехали в Курятник, на Кронштадскую.
       - Почему на Кронштадскую?
       - Там у меня дом отца, ты его не помнишь? Там можно и машину оставить. Я этот дом как дачу использую, летом там благодать, деревянный дом, в нем не жарко, сад хороший. Соседи тихии, хорошии, присматривают чтобы дом не разграбили так что вам никто мешать не будет.
       Курятником в Энске звали один из пригородов, прежнюю деревню, поглощенную Энском еще в незапамятные времена. Довольно большой частный дом с улицы показался Игорю теплым, но хозяин сунул ему в руки топор и приказал:
       - Иди, наруби дров.
       Найдя во дворе поленницу Кежа быстро переколол пяток чурбаков и вернулся с охапкой дров в дом. За хлопотами растопки старомодной русской печи Игорь лишь урывками наблюдал за самыми неприятными процедурами, промыванием желудка и кишечника своей подопечной. Лариса пришла в себя и расширившимися зрачками смотрела на то, что с ней делает доктор, повинуясь ему как заводная кукла, заторможенно и с трудом. Еще через полчаса она лежала в кровати и к белой руке Лолки тянулась прозрачная трубка системы.
       - Ну вот, не все так плохо как казалось, сейчас сделаем укольчик, поддержим сердце, потом еще для печени, и прокапаем глюкозу, почистим кровь. Это не раньше чем через час. Так ты говоришь, ее кололи против ее воли?
       - Да.
       - Это хорошо, значит стимула уйти в нирвану не было. Кстати, чем ее кололи?
       Кежа вытащил из кармана шприц, прихваченный в сторожке, и показал его врачу. Тот рассмотрел его на свет и удовлетворенно кивнул головой.
       - Ханка. Это не так страшно. Если б они кололи ее героином, то бы уже плотно посадили ее на иглу. Ну ладно, теперь отвези меня обратно в больницу.
       Оставив Пупка за старшего и на всякий случай проинструктировав его что делать если система закончить капать, Кежа отвез доктора на работу. На прощание тот сказал.
       - Я утром прийду. Пациентке нужно как можно больше пить, желательно минералки, молока, чаю.
       - Водки, пива, коньяка, - логично продолжил Кежа.
       Михайлов засмеялся, хотел что-то добавить, но тут на крыльце появилась медсестра и закричала сердитым голосом:
       - Александр Михайлович, тяжелый больной поступил, машиной сбило.
       Санька махнул рукой и поспешил на зов долга и совести.
       Кежа поехал обратно, за это время ему по пути два раза попались патрульные машины, но ни кто не пробовал остановить приметный "Фольксваген", и Игорь понял, что Валера Сытин решил не обращаться в милицию по таким пустякам, как угон собственной машины.
       Затарившись в киоске минералкой, чаем и шоколадом Игорь вернулся в дом на Кронштадской. Пупок безмятежно спал, устроившись в ногах у Лолки поперек кровати. Перекрыв капельницу и отсоединив иглу Игорь присмотрелся к своей нежданной пациентке. Нездоровая синюшность покинула ее лицо, щеки немного порозовели, похоже что теперь она просто спала. Немного успокоившись Кежа загнал машину во двор и немного подкрепившись шоколадом с минералкой завалился спать на старом, проваленном диване.
       Этой же ночью в Энске состоялся поздний разговор по сотовому телефону.
       - Да? - спросил голос.
       - Это я, - ответил звонивший. - Ты еще не спишь?
       - Как видишь нет. Что-то срочное?
       - Да нет, так, в виде прикола. Кежа вернулся.
       - Кежа?! - удивился первый участник разговора. - Я про него, честно говоря, забыл. И как он?
       - Ну ты не знаешь что ли своего дружка? Тут же ввязался не в свое дело, сильно обозлил моих парней. Я думаю завтра они свернут ему шею.
       - Что ж ты так жестоко к своему однокласснику? - с издевкой спросил потревоженный абонент.
       - Нехрен лезть куда не надо. К тому же тебе так же не очень выгодно его существование.
       - Ну, я так не думаю.
       - Зато я так думаю. Завтра мы его загоним под землю.
       Разговор прервался, а человек в двухэтажном доме из белого кирпича еще долго выхаживал по мягкому паласу, обдумывая сложившуюся ситуацию.
       "Кежа лишает всю нашу компанию равновесия. Конечно хорошо бы было натравить его на Бизю и его подонков, но что может один человек против системы? Ни чего. Нет, это бесполезно".
       Он взглянул на часы. Время было три часа ночи, и даже для него, стопроцентной "совы", было уже поздно. Пора было идти спать.
      
       Глава 9.
       Лолка приходила в себя медленно, Кижаев боялся ломки, но все это оказалось не так страшно. Девчонка не успела сильно подсесть на иглу, да и доктор Михайлов не оставлял ее своим вниманием. Гораздо трудней возвращалось к Лолите моральное здоровье. Часами она молчала, отрешенно глядя на потолок, ела мало и нехотя. Кижаев не спрашивал ее о том, что ей пришлось пережить в сторожке, обо всем догадывался и так.
       Все это время Кежа и носа не высовывал за ворота дома. По магазинам ходил Пупок, окончательно ставший полноценным членом этого странного коллектива. В доме не было ни телевизора, ни радио, и они с Кежей целыми днями резались в подкидного дурака найденной в сенях истрепанной колодой карт. Сначала Игорь частенько проигрывал, но потом понял, что его малолетний соперник просто напросто мухлюет и начал проверять каждую карту юного шулера.
       - Молокосос, - ворчал Кежа, отдавая обратно Пупку червовую десятку, данную вместо бубновой. - Кому ты хочешь всучить это дерьмо? Я и не с такими шулерами играл, раз пять кусков одному еврею проиграл.
       - Подумаешь, пять кусков, - фыркнул Николай, воровато косясь на Игоря, и одновременно пытаясь выудить из отбоя червовую даму. - Тоже мне, деньги!
       - Представь себе деньги, - завелся Кежа. - По тем временам на эти деньги целый "Жигуль" можно было купить.
       - Да ну?!
       - Вот тебе и да ну, и оставь в покое даму, все равно я помню что она уже отыграла свое.
       От безделья они даже организовали конкурс на самый громкий свист. Судить его должна была Лолка. Пупок свистел лихо, так что уши закладывало. Но и Кежа удивил всех выдав удивительно громкий, а главное переливчатый свист.
       - Как ты это делаешь? - спросил Пупок.
       - Показать?
       - Конечно.
       Тренировки продолжались больше часу, пока Лариска окончательно не взбесилась и не выгнала мастеров художественного свиста на улицу.
       - Идите к черту, у меня аж голова от вас разболелась!
       На третьи сутки остро встал вопрос дальнейшего существования на даче у доброго доктора. Нет, Айболит, так за глаза Пупок называл врача, не собирался их выселять, просто у Кежи кончались деньги. Их бы хватило на гораздо большее время, но Пупок, главный поставщик продуктов и товаров, в своих походах по магазинам потреблял дикое количество мороженого. Сопли у пацана не проходили, скорее наоборот, стали еще гуще и длинней, но он упорно грыз пломбиры и эскимо, крем-брюле и сластены под пронизывающим осенним ветром. Домой Николай приходил скукоженный и стучащий зубами, отпаивался Кежей горячим чаем и под ругань Игоря закидывался на теплую русскую печь.
       Кроме продовольственного вопроса еще остро встала проблема с одеждой для Лолиты. Все ее шматки остались в сторожке, и из женской одежды имелся только старый халат, найденный доктором из наследия жены. После долгих раздумий Игорь решил:
       - Надо съездить ко мне домой. Денег взять, да и посмотреть, как там, что к чему.
       - Я с тобой, - торопливо сказал Пупок, откладывая в сторону колоду.
       - А кто ее охранять будет? - спросил Игорь, кивая головой на девушку. Но Лариса сама подала голос.
       - Тоже мне, охранника нашел, Терминатора. Пусть едет.
       - Ну хорошо, только веди себя хорошо.
       После этого сурового наставления Игорь повернулся к девушке.
       - К матери твоей зайти, сказать что ты жива здорова?
       Лариса поморщилась.
       - Не надо, перебьется.
       Игорь понял, что ее задел рассказ Кежи о том, как мать встретила известие об исчезновении дочери.
       - Ну хорошо, может хоть ты отметишься у своих? - спросил он своего юного ординарца.
       - Не а, мне и здесь неплохо.
       - Беспризорники, просто дети подземелья, - осуждающе покачал головой Игорь.
       Уже в машине его посетило странное чувство тревоги. Оно поднималось откуда то изнутри организма, мелко дрожало в области солнечного сплетения, волной дурного страха пульсировало в голове. Непрерывно хотелось курить. Своим чувствам Игорь привык доверять, знал что его организм за долгие годы странствий и тревог стал чем-то вроде барометра, безошибочно показывающим предстоящую жизненную бурю. Так было в девяносто шестом в Воркуте, когда банда малолетних подростков встретила ночью Кежу и двоих его друзей по дороге от шахты. Из всех троих только он сумел чудом выжить после трех ударов арматурой по голове и длительной погони по пустынным улицам.
       Подъезжая к дому он выкинул в окно пустую пачку из под сигарет и остановил машину у торца пятиэтажки.
       - Вылазь, приехали, - сказал Кежа своему спутнику, но уже у подъезда он остановил пацана.
       - Знаешь что, сходи к киоску, купи сигарет. Домой не заходи, я не долго, жди у машины.
       - Лады, - просипел Николай, и неторопливо двинулся к ближайшему киоску, метрах в трехстах от дома.
       Поднявшись на свой этаж Кежа остановился у двери, прислушался. В квартире было тихо, но он еще подождал пару минут и лишь потом достал из кармана ключи.
       Первое что его поразило в собственной квартире, это запах. Явно пахло дерьмом. Включив свет Кежа присвистнул. В квартире был учинен самый настоящий погром. Все обои изрезанны, телевизор разбит, из подушки выпущен пух, диван вспорот по всей длине лежанки. На стене красовалась неряшливая, огромная надпись половой краской: "Ты покойник, падла!". На противоположной стене была другая надпись, но уже нецензурного содержания. Ну, а в самом центре зала располагался тот самый источник неприятного запаха. Судя по величине кучи над этим шедевром "ландшафтного искусства" поработало человек десять.
       - Ну, с-суки! Я вам это еще припомню! - пробормотал Кежа, и вспомнил о цели своего визита. Он поспешил на кухню, там так же все было перевернуто вверх дном, холодильник лежал на боку. Кежа поспешно сунул руку под крышку солидного кухонного стола, но тайник был пуст. Игорь выругался и подхватив табуретку поспешил в конец небольшого коридора связывающего кухню с прихожей. Открыв антресоли он запустил руку вовнутрь, отогнул лист дээспэ и с облегчением вздохнул. Мешочек с оставшимся золотом оказался на месте.
       В это время с улицы донесся визг тормозов. Самый обычный звук, но Кежу словно пружиной подкинуло. Закрыв тайник он выключил в кухне свет и подскочил к окну. Это были они, люди Бизона. Три машины, человек восемь широкоплечих, мордастых парней. Поспешно оставив машины они толпой вломились в подъезд. Кежа кинулся к входной двери, накинул цепочку и засунул ножку табуретки в ручку двери. После этого он поспешил в зал и открыл балконную дверь. Внизу, с этой стороны дома, никого не было. Никто из качков не думал, что их жертва может уйти через балкон, все же четвертый этаж. Но в метре от балкона находилась водосточная труба. Игорь вскочил на перилы, примерился и прыгнул. Руки его намертво обхватили холодный, спасительный цилиндр. Больше всего он боялся, что труба обвалится под ним, но она выдержала. Чуть переведя дух Кежа начал спускаться, уже слыша над своей головой мясистые удары тел о входную дверь. Очутившись на земле Кежа оглянулся по сторонам и, вопреки логики, двинулся к ближнему торцу дома, туда, где стоял "Фольсваген". Но увы, в нем уже во всю хозяйничал настоящий владелец. Валера Сытин увидев родной "Фольксваген" забыл обо всем на свете. Бросив своих напарников он открыл запасным ключом дверцу машины и с матами разбирался в нанесенном ему ущербе.
       - Пятьдесят километров наездил, сука! - бурчал он, парясь по бардачку и заглядывая за сиденьями. - А это что такое? Разного говна насовал...
       С этими словами он не глядя выбросил из салона обрезок ржавой водопроводной трубы. Ему не стоило так относится к этому куску материального мира. Во-первых, именно этот кусок железа в свое время отключил его сознание в родном подъезде. А во-вторых, отлетев труба ударила по коленке проходящего мимо человека. Кежа, а это был он, скрипнул зубами, еле удержался чтобы не взвыть в голос, и подобрал нежданный подарок судьбы. Вообще то он хотел скромно, без аплодисментов покинуть поле боя, но раз судьба преподносит такой подарок, почему бы им не воспользоваться?
       Сыч не успел вволю порадоваться своему любимому авто. Он вытаскивал напольный коврик с желанием его вытряхнуть, когда на его загривок с еще не прошедшей от прошлого удара Кежи шишкой, опустилась все таже ржавая труба.
       Игорь уже завел двигатель, когда щелкнул замок правой дверцы. Кежа вздрогнул, но это был всего навсего Пупок.
       - Рвем отсюда, - сказал он.
       - Слушаюсь, - хмыкнул Кежа, и включил первую скорость.
      
       Глава 10.
       Когда "группа захвата" убедилась, что в квартире хозяина нет и вывалила на улицу, первое, что они обнаружили, это Валеру Сытина, со стоном поднимающегося с земли.
       - Ты чего, Сыч? - обратился к нему один из пехотинцев Бизона.
       - С-сука, опять этот козел мою машину угнал.
       Ночные гонки по пустынным улицам сначала не дали никакого результата. В это время Кижаев находился в самом необычном месте. Не проехав и двух кварталов от собственного дома он неожиданно затормозил и свернул к обочине.
       - Ты чего? - удивился Пупок, довольно нервно поглядывая в зеркало заднего вида.
       - Слушай, это голубятня Афони? - Спросил Игорь, кивая головой на массивное сооружение на пустыре между городской и деревенской частью города.
       - Да.
       - Он что, живой?
       - Конечно.
       Игорь с удивлением посмотрел на своего спутника.
       - Он двадцать лет назад был старик стариком. Я думал он давно умер.
       Сооружение на которое Кижаев обратил внимание было весьма примечательным не только для Энска. Обычно голубятня представляла из себя небольшой железный домик с непременной скамейкой рядом и шестом для голубей. Но строение старого Афони было просто монстром в ряду подобных сооружений. Большое двухэтажное деревянное здание самой голубятни было отягощено еще и длинным, кирпичным пристроем, откуда и пробивался свет через небольшое, квадратное окошечко. Некоторые частные дома Энска по площади были меньше чем эта самая голубятня.
       - Как думаешь, он сейчас там? - спросил Кежа.
       - Свет есть, значит там.
       - Давай-ка зайдем на огонек.
       Сказав это Игорь отъехал чуть дальше и закрыв машину двинулся в сторону голубятни. За ним не очень охотно последовал и Пупок.
       Дверь в голубятню оказалась незапертой, и переступив порог Игорь невольно остановился. В его ноздри ударил забытый, специфичный запах голубятни. Пахло пылью, голубиным пометом, сеном, и это на секунду вернуло Кижаева в детство. Из этого состояния его вывел низкий, тяжелый голос хозяина голубиного дворца.
       - Ну, раз пришел, заходи, чего встал на пороге.
       Голос этот принадлежал рослому, кряжистому старику полулежавшему на старом, продавленном диване. На плечах старика сидели два белых голубя, еще одного он держал, поглаживая, в руках. Кроме фигуры Афоню отличало лицо, мощное, суровое, изрезанное глубокими морщинами. Кустистые брови и уголки глаз были как бы свалены чуть вниз, а линия узких губ словно повторяла этот изгиб. Кеже показалось что старик нисколько не изменился за прошедшие годы, даже не постарел. В послевоенные годы Афанасий Григорьич Петров был лучшим спортсменом города. Он занимался всеми видами спорта, прыгал в длину и высоту, толкал ядро и метал молот. Но лучше всего он играл в футбол. Более результативного нападающего не было за всю историю города. Это был девяностокилограммовый таран, крушивший любую оборону противника. Редко в каком матче он уходил с поля без гола. Его десятки раз звали попробовать силы в командах первой и даже высшей лиги, но Афоня не мыслил себя вне Энска. Для него просто не существовало других городов, был только Энск, его болельщики, обожавшие своего кумира, и голуби. Их он держал сотнями, и не только в Энске, но и во всей области Афоня считался первым голубятникам, или, как говорили у них: "коржатником". Каких пород у него только не было: дутыши и монахи, севастопольские тучерезы и космачи, а за его турманами и бухарскими приезжали из столицы. В послевоенные годы он мог бы сделать себе состояние на торговле голубями, но большей часть он их просто дарил, не считая деньги чем-то стоящим.
       Карьера Афони оборвалась в тридцать пять. Он играл бы и дольше, как Раздаев, как минимум до сорока. Но в одном самом обычном матче второй лиги отчаявшиеся остановить его защитники с двух сторон прыгнув на него в подкате умудрились сломать нападающему обе ноги. Правая срослась хорошо, а вот левая оставила ему возможность с трудом ходить от дома до голубятни. Именно после этого Афоня и воздвиг этот двухэтажный дворец для своих питомцев.
       Отработав пятнадцать лет во вредном цехе Афоня рано, в пятьдесят лет ушел на пенсию. Еще через два года у него умерла мать, и заядлый бобыль остался один. В своей квартире он появлялся лишь затем, чтобы помыться, да раз в три месяца перестирать белье. Готовить он никогда не готовил, питался исключительно всухомятку, предпочитая основным рационом хлеб и кильку в томатном соусе, запивая свою нехитрую пищу жидким чаем. На это у него уходило половина пенсии, вторую половину он тратил на корм голубям. То, что в столь поздний час у него появились гости, Афоню не удивило. К нему шли со всего города, выпить и спокойно посидеть в тепле и своеобразном уюте.
       - Привет, как здоровье, Григорьич? - спросил Кежа, усаживаясь в старое кресло напротив дивана. Старик с видимым недоумением посмотрел на него, потом перевел взгляд на Пупка.
       - Опять пришел, щенок! - резко обрушился Афоня на жавшегося за спину Кижаева Николая.
       - Что он такого сделал? - удивился Кежа.
       - Что-что, петарду на крышу закинул, а она же железная, так бабахнуло, что все мои галчата чуть с ума не сошли.
       Кежа улыбнулся. Привычка называть своих птиц галчатами сохранилась у старика до сих пор.
       - Он больше не будет, да ведь, Николай? - спросил Игорь, иронично глянув через плечо на своего "суворовца".
       - Угу, - подтвердил тот, не оставляя своей позиции за спиной старшего брата.
       - Что-то я тебя, парень, не помню, - признался Афоня, вглядываясь в лицо позднего гостя.
       - Я здесь двадцать лет не был. Может вспомните, Игорь Кижаев, Кежа, так меня тогда звали.
       - А, вон ты кто! Так бы ни за что не признал. А помнить помню. Ты тогда у меня частенько бывал. Ты, Бизя, покойный Бурый и этот, молодой Федосеев.
       - Да, Антон.
       - Вот-вот. Хорошие вы были ребята. Друзья то твои на виду, а тебя что-то не видно было.
       - Уезжал я, по свету мотался, а сейчас вот вернулся, решил здесь осесть.
       - Понятно. В свое время ты лихим парнем был. Это ведь ты тогда парней подбил на ментовку напасть?
       Кежа кивнул головой.
       - Было дело, - признался он. - После этого я отсюда деру и дал.
       Пупок слушал все это с округлившимися глазами.
       - Ну, а обратно сюда что вернулся?
       - Да, надоело по свету скитаться. Я вон даже мать не похоронил, в Антарктиде зимовал, на станции Восток. А оттуда зимой даже самолетом не улетишь...
       В это время со стороны улицы донесся гул нескольких моторов и свист тормозов. Пупок метнулся к двери, чуть приоткрыл ее и выглянул наружу.
       - Атас, Кежа, это эти козлы!
       Кежа сморщился.
       - Черт, как они не вовремя.
       - Что, менты? - спросил хозяин голубятни.
       - Хуже, быки вашего Бизона.
       - Ну лезьте тогда наверх и сидите тихо, - Афоня кивнул в сторону лестницы, ведущей на второй этаж. Поздние гости охотно последовали этому совету. Очутившись в темноте, среди многочисленных клеток с голубями Кежа присел на корточки и затаил дыхание. Рядом сопел его юный друг Пупок.
       - Не ерзай, - тихо шепнул ему Игорь, и услышал как скрипнула входная дверь. Судя по звукам вошедших было несколько.
       - Привет, Григорьич! - сказал кто-то из новых гостей.
       - Здорово, коль не шутишь, - буркнул голубятник.
       - У тебя никого лишнего нету?
       - А кого тебе надо?
       - Да такой хлипкий парень, с усами в синей куртке.
       - Кежа что ли?
       - Ну да.
       Игорь замер. "Неужели Афоня сдаст меня?" - подумал он. Даже Пупок рядом с ним перестал сопеть своим сопливым носом.
       - Был он здесь, поздоровался, посидел чуть-чуть и ушел.
       Новые гости явно оживились.
       - Давно?
       - Да нет, минут пять.
       - Слушай, может еще догоним? - спросил кто-то из них. - Пешком он далеко не уйдет.
       - Да, только надо рассыпаться. А не ездить всем стадом, - сказал все тот же командирский голос. - Спасибо, Григорьич.
       И вся многочисленная компания дружно покинула голубятню, на ходу обсуждая кому в какой район ехать. То, что быки Бизона не стали проверять голубятню более тщательно Кежу не удивило. Авторитет Афони в городе был непререкаем. Через этот птичий дворец прошли очень многие, например начальник электросетей города, позволяющий Афоне воровать электричество, да и все уголовные "пастухи" города. Даже менты не считали нычку старого голубятника чем-то вредным и опасным. Люди приходили сюда выпить, поговорить за жизнь. Забуянивших старик выпроваживал сам, когда силой, а чаще просто своим авторитетом. Еще в семидесятые годы одному приблатненому малому, схватившемуся за нож Афоня просто напросто сломал руку.
       Когда судя по звуку разъезжающихся машин угроза миновала, Афоня крикнул:
       - Эй, там, наверху, галчата, можете спускаться.
       Афоня с улыбкой глянул на пасмурные лица своих гостей.
       - Ну что, перетрухали, думали я вас сдам?
       - Было дело, - признался Кежа.
       - Плохо ты о старике думаешь, - сказал Афоня и тяжело хромая рассадил по клетка голубей, а затем откуда то из-за дивана достал початую бутылку водки и свой традиционный джельтменский набор: булку хлеба и банку кильки. Нарезая хлеб он спросил Кежу.
       - Чем же это ты так прогневал своего старого друга? Вон сколько их за тобой гоняется?
       - Да ввязался я тут в одну историю, - признался Игорь, принимая из рук старика стакан с водкой. Под выпивку разговор пошел хорошо, и Кижаев неожиданно для себя рассказал старику всю свою глупую историю.
       - Да, с бабами лучше не связываться, одна беда от них, - вынес свой вердикт старый женоненавистник. - Бизон сейчас самый крутой волчара в городе. Уже лет десять, как с тюряги пришел, так и кувыркается как хочет, и менты ничего с ним сделать не могут.
       - А за что он сидел?
       - А ты разве не помнишь? При тебе еще должно было быть. Как раз после того штурма милиции он одного мента из обреза замочил.
       Лицо Кижаева поневоле вытянулось.
       - Постой, как это замочил? Ведь тогда не он стрелял.
       - А кто?
       - Как кто, Антон.
       - Федосеев?
       - Ну да.
       - А ты откуда знаешь?
       - Так мы как раз втроем тогда от ментовки линяли, а этот гад упертый попался, топает за нами и не отстает. Забежали под арку, это на Пионерской, ну Антон развернулся и шмальнул из обоих стволов. Мать меня той же ночью за шкирку, билет до Мурманска и отправила к дядьке. Тот меня тут же на точку устроил, мотористом на метеостанцию. Ну, а дальше уж закрутило, я толком и не знал чем все это кончилось.
       - А кончилось тем, что за этого мента посадили твоего Бизона.
       - Да, вот как?
       - Выходит что он за молодого Федосеева сидел, - вынес свой окончательный вердикт Афоня.
       - Похоже что так.
       - Наверняка папа это все ему устроил.
       Кежа согласно кивнул головой. Афоня не зря называл Антона "молодым Федосеевым". В те времена папа Антона был председателем горисполкома. Он еще долго рулил городским хозяйством, а уйдя на пенсию сумел пропихнуть на свое место собственного сына. Судя по рассказам, донесшимся до ушей Игоря, его лихой друг после той заварухи резко остепенился, окончил институт и с помощью папы быстро преодолел ступени городской чиновничьей лестницы. Так что когда два года назад старый мэр города ушел на пенсию, его сменил человек с той же самой фамилией.
       - Теперь понятно почему Бизя такую силу набрал. Выходит, что мэр у него на крючке, - сказал Афоня.
       - Да, - согласился Кижаев, и вынес свой приговор. - И житья мне Бизон в любом случае не даст. Зачем ему лишний свидетель.
       По ходу разговора они допили бутылку, а вот почти вся килька исчезла в глотке ненасытного Пупка. Пацан прислушивался к неторопливому разговору взрослых и молчал как как та самя килька, только посверкивал черными глазами. Про события тех лет до него дошли только отголоски, превратившиеся в легенды. В конце семидесятых войны между районами города приобрели колоссальный масштаб. Самая большая драка произошла на центральной площади города, и участвовало в ней не менее трех сотен подростков. Конечно потом это все раздули, и до ушей Пупка донеслась цифра в целую тысячу. Милиции с трудом удалось остановить побоище и арестовать человек десять его участников. Но после того, как площадь опустела и там остались только раненые и двое убитых, произошло нечто беспрецедентное. Воспользовавшись тем, что основные силы милиции были на площади или гонялись по городу за одинокими подростками, группа парней в количестве пятидесяти человек напала на ГОВД и освободила своих друзей. При этом ребята порезвились от души, разбили все что можно было разбить, и даже подожгли саму дежурную часть. И вот теперь оказалось, что его опекун был ни кем иным, как организатором всего того переполоха. Авторитет Кижаева в глазах Пупка вырос немеренно. А мужики тем временем продолжали свой неторопливый разговор.
       - И чем Бизон промышляет теперь? Больно круто у него ребята упакованы, все на иномарках.
       - А чем у нас можно тут заниматься? Торгашей потихоньку трясет.
       - И все? - удивился Кежа.
       - Да нет, есть у него еще приработок. Ты же знаешь какие у нас в городе заводы?
       Игорь кивнул головой. Два завода Энска со времен Петра Первого выпускали взрывчатку и боеприпасы: патроны, снаряды, мины. С эпохой конверсии жизнь в них еле теплилась, но полигон за городом продолжал исправно сотрясать воздух глухими взрывами.
       - Тут ко мне тут всякие приходят, чего только не наслушаешься. - продолжал старик. - Как-то забрели и два машиниста тепловоза со сцепщиком. Судя по их разговорам с заводов с порожняком вывозят продукцию.
       Игорь кивнул головой. Только человек долго проработавший в заводе мог назвать боеприпасы "продукцией", либо "изделием". Любой, самый ушастый шпион ничего бы не понял из разговора двух подружек в автобусе, хотя то, про что они порой щебетали составляло немалую государственную тайну.
       - Пришел большой заказ на сто шестьдесят пятое изделие.
       - Ой как я его не люблю! По мне так лучше сто шестьдесят четвертое. А с этим ковыряться...
       Действительно, сто шестьдесят пятое изделие могло в лучшем случае убить одного человека, зато сто шестьдесят четвертон подбить танк и отправить к праотцам гораздо большее количество народу.
       - Да, это бизнес весьма серьезный, - согласился Игорь. - И часто они тырят продукцию?
       - Каждую неделю, иногда по целому вагону.
       Кижаев присвистнул.
       - Вот это размах. И куда все это идет?
       - Да мало ли куда. По всей стране пальба стоит, а уж черножопые вообще за это золотом отвалят.
       - Чеченцы?
       - Да все они там, у себя в горах, чеченцы.
       Афоня тяжело вздохнул.
       - По идее бы их прищучить надо, но у Бизона там, чувствуется, хорошая крыша.
       - Да, это верно. Так просто все это не провернешь.
       Они замолчали, потом Игорь спросил:
       - А как Антон, он в этом деле замешен?
       Афоня пожал плечами.
       - Да кто его знает. Дом ему еще папа построил, сам на "Волге" ездит.
       - И где этот его дом?
       - На Волгоградской, чуть подальше горбольницы. Он там один такой двухэтажный.
       Что повидаться со старым другом хочешь?
       - Да хотелось бы.
       - Смотри, власть и деньги портят людей. Знаешь как говорят: "Хочешь проверить друга, назначь его своим начальником".
       - Это верно, но все равно надо в этом городе искать какую-то крышу. Один я с этой бандой не управлюсь.
       Кежа глянул на часы, шел уже в первый час ночи.
       - Ладно, спасибо за приют и совет, пора двигать до хаты, - Кежа растолкал задремавшего пацана.- Вставай, охламон. Нам сейчас полночи до Курятника добираться.
      
       Глава 11.
       Сразу за порогом голубятни на них с радостным воем накинулся осенний ветер. К тому же начал накрапывать дождь. Оглядевшись по сторонам и не обнаружив ничего опасного они вышли на шоссе и двинулись в сторону своего далекого приюта. Но не пройдя и двадцати метров Кежа резко свернул в сторону и увлек за собой пацана. Спрятавшись за трансформаторную будку они проводили взглядом промчавшийся мимо знакомый "Фольксваген" и приуныли.
       - Вот черт, как прицепились. Я думал они давно перестали нас пасти. И как им не надоест? - удивился Кежа.
       На самом деле вся эта кутерьма действительно позарез надоела Бизоновским пацанам, но босс требовал найти Кежу любой ценой, и вынужденное патрулирование продолжалось.
       - Да, прийдется топать по грязи, - со вздохом признал Игорь. Ощущение беззащитности заставило его оглянуться по сторонам. У самых ног он заметил что-то продолговатое. Подняв с земли это нечто Кежа понял, что на самом деле это обрезок старой водопроводной трубы. Он хмыкнул, и подойдя поближе к одинокому фонарю внимательно осмотрел свою находку. И труба, и косо срезанный сваркой набалдашник фланца показались ему знакомыми.
       - Тебе это ничего не напоминает? - спросил он Пупка.
       - Это же та самая труба, - удивился пацан.
       - Это не труба, это какой-то бумеранг, - рассмеялся Игорь.
       Да, эта была та самая труба, специализирующаяся по человеческим черепам. В очередной раз завладев своей машиной Валера Сытин с матами закинул проклятую железяку как можно дальше. Но он никак не мог предполагать, что его самый заядлый враг именно в этом месте будет прятаться от его машины.
       Пробираться им пришлось по пустырям да переулкам, машины братвы Бизона продолжали курсировать по центральным, заасфальтированным улицам города. Эта прогулка по раскисшим от дождя дорогам не доставила много радости обоим путникам. К тому же дождь постепенно разошелся, но больше всего Кижаева донимал своим бурчанием его малолетний спутник.
       - Нет чтобы сразу ехать домой, надо было к этому старому хрычу завалится. Счас бы давно бы уж чаю напились и спать улеглись. А так нам шлепать еще два часа.
       - Ой, да не бухти ты! Не рассыпешься и не растаешь, не сахарный.
       - Ага, я и так простужен, горло болит.
       - Поменьше мороженого надо жрать, горло болеть не будет.
       На самом деле Кежа был доволен. Все то, что он узнал от старого голубятника было очень важно.
       "Если я все правильно понимаю, Антон на крючке у Бизи, или как его теперь зовут, Бизона. Но Антон не тот человек, чтобы терпеть такое долго. Парень он с гонором, почему же до сих пор не снялся с крючка? Власть у него большая, мог, например, на Бизона натравить ментов. Непонятно."
       Они шли уже минут сорок, и за это время им не попалась ни одна из машин пехотинцев Бизона. Все они предпочитали гонять по шоссе, брезгую неасфальтированными улицами и переулками. Свернув из очередного переулка Игорь остановился.
       - Ну, чего встал? - буркнул настроенный весьма мрачно Пупок.
       - Слушай, это ведь улица Волгоградская? - спросил Кежа.
       - Да.
       - А это горбольница, - и Игорь ткнул пальцем в большое четырехэтажное здание.
       - Конечно, ты что, мы же тут были недавно, когда Лолку привозили к доктору.
       - Да нет, я не про это. Если наколка Афони права, то вот это хоромы нашего мэра.
       И Кижаев показал в сторону большого двухэтажного дома из белого кирпича.
       - Ну и на кой черт он тебе нужен? Пошли, а то мы так с тобой до утра не доплюхаем.
       - Погоди ты! - отмахнулся Кежа. Его заинтересовало одиноко горевшее на втором этаже окно.
       - Кому не спится в ночь глухую, - пробормотал он, подходя поближе и вглядываясь в белесую пелену узорной тюли. После этого сунул два пальца в рот и лихо, затейливо свистнул. Чуть переждав и убедившись, что на этот свист ни кто не отреогировал Кежа пошарил по земле и подобрав небольшой камешек запустил им в освещенное окно. Свет тут же погас и тогда Кежа свистнул еще раз.
       - Так, - Игорь огляделся по сторонам и подтолкнул Пупка к автобусной остановке на противоположной стороне улицы. - Иди, подожди меня там.
       - Я с тобой.
       - Нет, это слишком опасно, я не знаю выйду ли я от сюда живым. На вот тебе, сходи в ларек, чего нибудь пожевать себе купи, - и Кежа сунул в руки пацана всю свою последнию наличность. Николай сразу оживился, но в довесок он получил еще и тяжеленную трубу.
       - Жди меня здесь, - успел шепнуть Кежа Пупку, уже слыша далекий скрип отворившейся двери. Пацан словно под землю провалился. Так что когда открылась калитка и тихий голос спросил: "Кежа?", - лишних свидетелей этого события не было.
       - Именно он, - признался Игорь, делая шаг вперед. Свет от фонаря осветил его лицо, и хозяин дома засмеялся.
       - Да, а манеры у тебя остались все теже: камнем в окно и двухпалый свист.
       Они обнялись, Антон Федосеев был на полголовы выше Игоря и гораздо шире в плечах.
       - Пошли, - сказал Антон, - Мои спят как сурки, пушкой не разбудишь.
       - А ты все так же маешься бессонницей?
       - Да это не бессонница. Просто ложится спать раньше двух часов ночи организм не позволяет. Знаешь эту теорию про сов и жаворонков? Так вот я стопроцентная сова. Зато днем могу дрыхнуть в любой позе, сидя, даже стоя.
       За разговорами они прошли в дом, поднялись на второй этаж. Обстановку особняка Игорь толком не рассмотрел, везде царил полумрак. Но комнату куда они попали можно было безошибочно назвать рабочим кабинетом. Обширные книжные шкафы, большой письменный стол, голубой экран работающего компьютера. В углу небольшой диван, пара мягких стульев.
       - Хорошо тут у тебя, - сказал Кежа, оглядевшись по сторонам. - Компьютер даже есть.
       Хозяин дома в это время открыл небольшой бар и достав бутылку водки и две рюмки поставил все это на стол.
       - Да, вот недавно к интернету подключились, пробую что это за хреновина.
       Кежа не удержался и угнездившись в рабочем кресле покрутился на нем из стороны в сторону.
       - Нравится? - спросил хозяин.
       - Неплохо.
       - Ну, осваивайся пока, я сейчас, - сказал Антон и спустился вниз, на первый этаж. Вскоре он поднялся вверх с нарезанной колбасой, хлебом и солеными огурцами.
       "Везет мне этой ночью на халявную выпивку", - подумал Кежа, пока Антон нарезал хлеб.
       - Ну давай, скиталец, за твое возвращение, - поднял первый тост господин мэр.
       Выпив они уставились друг на друга.
       - А ты почти не изменился, - сказал Антон, после этого затянувшегося сеанса игры в гляделки. - Но усы тебе не идут. Старят.
       - А вот ты изменился, - признался Кежа.
       - Сильно?
       - Очень.
       Да, Игоря поразило то, что его старый друг выглядел гораздо старше своих лет. Они были почти ровесники, разница в возрасте составляла два года, но Антон Ильич Федосеев выглядел на все сорок пять. В свое время Антон в среде его ровесниц считался первым красавцем. Буйная шевелюра, худощавое, продолговатое лицо с чувственными губами, темные, выразительные глаза и рослая, поджарая фигура младшего Федосеева разбили не одно девичье сердце. Сейчас все это ушло в небытие. Изрядно поредели волосы и плешь проглядывает на затылке, некогда худощавое лицо расплылось вширь, морщины прорезали лоб и лицо Антона Ильича, губы словно подсохли и уменьшились. В комплекции он изрядно прибавил, хотя явного живота не было видно даже в этом спортивном костюме. Но появилось что-то новое, внутренняя сила, странное, природное обаяние в этой улыбке, собирающей морщины у губ. Небольшая впалость щек, выразительные глаза, все это придавало господину мэру облик какого-то другого, уже знакомого Игорю человека. Кижаев внутренне напрягся и вспомнил где он видел такое лицо. На антарктическую станцию "Восток" как-то завезли кино, "Мужчина и женщина". Волей неволей они просмотрели этот неплохой фильм раз десять. Именно на того актера, Трентильяна, сейчас и походил Антон Федосеев.
       "Бабы на него и сейчас поди липнут как мухи на мед", - подумал Кежа.
       - Ты знал что я приехал? - спросил Игорь.
       - Да, Бизя вчера звонил, говорил что ты им где-то там дорогу перешел.
       - Есть немного.
       - И как, сильно достают?
       - Прилично, квартиру мне испохабили, чуть самого не грохнули.
       - Что ж ты такого натворил?
       - Долгая история.
       Антон налил еще, они выпили и Кежа задал вопрос ради которого он пришел в этот дом.
       - Антон, скажи, Бизя тебя держит на крючке?
       Мэр не задумался ни на секунду.
       - Да, - коротко признался он.
       - Это за того мента?
       Федосеев кивнул головой.
       - Да. Ты тогда все таки сумел слинять, а мы нет. Папа тогда уговорил Бизю взять на себя эту мокруху. За это мы и терпим его все это время.
       - И что, никак нельзя от него избавиться?
       Антон отрицательно покачал головой.
       - Он набрал слишком большую силу.
       - А милиция?
       Мэр рассмеялся.
       - Ты знаешь кто сейчас начальник ГОВД?
       - Нет.
       - Подполковник Самойлов. Двадцать лет назад он был начинающим оперативником, лейтенантом. Когда меня взяли именно он позвонил отцу, а затем подменил показания Бизи и заставил его взять все на себя. Так что я не на одном крючке, а на двух.
       - Они связаны с собой?
       - Да, у них общий бизнес.
       - Торговля оружием?
       Глаза Антона расширились.
       - Ты-то откуда знаешь?
       Игорь довольно усмехнулся.
       - Старые связи.
       Федосеев удивленно покачал головой.
       - Однако.
       Он налил еще, и уже выпив и закурив сигарету Игорь прищурился и спросил:
       - А если я тебя сниму с этих крючков?
       - Каким образом?
       - Не знаю, но с Бизоном мне прийдется бодаться до конца. Так что могу и тебе по старой дружбе помочь.
       - А я думал ты из Энска уедешь.
       - Куда?
       - Ну, не знаю, ты же вольная птица. Тетя Клава мне регулярно рассказывала про твои странствия.
       - Знаешь, все это тоже приедается. Захотелось пожить дома, жениться в конце концов. Я почти все деньги вложил в квартиру, ремонт, дело свое хочу открыть, автосервис, так что терять это все уже не охото.
       - И как же ты собираешься бороться с Бизоном и Самойловым?
       - Я же говорил, не знаю. Но ты мне сейчас как раз и подскажешь.
       Мэр улыбнулся, ткнул в пепельницу сигарету.
       - Однако у тебя самомнение. И как я тебе помогу?
       - Ну ты же знаешь всю эту канитель. Где у них слабые места. За оружие их можно хорошо пошустрить.
       - Можно. Я бы давно на них натравил ФСБ, но у Самойлова есть на меня компромат.
       - Какой?
       - Тот самый протокол, первый, с моей личной подписью.
       - И где он его хранит?
       - Дома, где же еще. У нас все таки не Швейцария. Он мне даже как-то по пьяне показывал ту бумажку. Был я у него на юбилее, сорокопятилетии. У него в спальне есть сейф за картиной Шишкина. Деньги там хранятся и эта вот бумаженция.
       Антон поморщился и докончил свой рассказ.
       - Нажрался он тогда как свинья, завел в спальню и говорит: "Хочешь в прошлое вернуться, смотри что у меня есть". Смеялся, с-сука!
       - И где его дом?
       - По Льва Толстого. Тоже из белого кирпича, двухэтажный. Спальня наверху.
       - А как его семья?
       - Сейчас они вдвоем с женой. Старший сын в Самаре служит, младший в милицейской школе учится.
       - А Бизон на тебя ничего такого не имеет?
       - Да нет, он для этого слишком туповатый. Он надеется что при нужде просто заложит меня и все.
       - А что там с этим оружием, как они умудряются вывозить его с завода?
       - Там директор на этом повязан. Филиповский. Сволочь редчайшая. Жадный, толстый, на баб падкий. Бизон на это его и поймал. Подсунул девок да снял его на камеру. Ворует и трясется, Бизя сам рассказывал. Они каждый месяц делают часть продукции сверхплана, его и гонят на продажу.
       - Причем целыми вагонами, - задумчиво заметил Игорь.
       Антон снова с изумлением крутанул головой. А Кежа задал очередной вопрос.
       - Так ты точно в этот деле с оружием не замешан?
       - Нет. Мне хватает других доходов. У меня тесть держит три магазина, я у него в доле. Правда это все не для публики.
       Он встал, прошелся по комнате, с задумчивым видом посмотрел в окно.
       - Я думаю можно подключить к делу с оружием Шлыкова.
       - А это кто?
       - Начальник местного ФСБ. Он здесь недавно, мне показалось что он не в восторге от нашего города, не прочь уехать из него. Можно помочь ему сделать карьеру.
       - Когда они вывозят оружие?
       - Обычно по средам, ночью. Бизон сам контролирует выгрузку.
       - И когда у нас ближайшая среда?
       - Тринадцатого.
       - Ха! Вот как раз тринадцатого его там не будет, - рассмеялся Кижаев.
       - Почему?
       - А ты разве не помнишь? Это же его день рождения.
       - Ах вот в чем дело! Да, это шанс. Натравить на него банду ФСБ, а самого убрать отдельно.
       - А куда они вывозят продукт?
       - Не знаю.
       Кежа вдруг вспомнил тот самый склад, охраняемый двумя бычками с автоматами.
       - А я, кажется, знаю.
       Мэр расхохотался уже во все горло, потом спросил:
       - Кежа, ты сколько времени в городе?
       - Ну, где-то почти месяц .
       - А знаешь больше меня. Постой.
       Он ушел, и вскоре вернулся с сотовым телефоном в руках.
       - На вот, возьми. У сына забрал. Запомни мой телефон, 7-36-91.
       - У Бизона тоже такой же есть?
       - Да, а как же. Сейчас это круто.
       - Его номер не помнишь?
       - 7-49-11.
       - Отлично. Ладно, что нибудь придумаем. У нас еще три дня в запасе до тринадцатого.
       Игорь вдруг вспомнил, что на улице его ждет Пупок.
       "Ну, теперь он меня с дерьмом съест, будет пилить до самого дома".
       - Тогда я пошел, - сказал он поднимаясь с кресла.
       - Тебе куда?
       - Да в Курятник, на Кронштадскую.
       - Далеко. Может тебя подвезти?
       - Не надо, прогуляюсь, может на ходу что придумаю.
       Странно, но несмотря на все договоренности и доверительность прошедшего разговора Игорь по прежнему не хотел посвящать старого друга во все тонкости своего положения.
       Они спустились вниз, вышли из дома.
       - Сколько человек примерно у Бизона? - напоследок спросил Кежа.
       - Штыков тридцать. "Быки". Кстати так они сами себя так называют. Да, представь себе! Хотя мне говорили он сейчас новых набирает, из совсем молодых. Их в народе даже прозвали "телятами". Забавно, да?
       - Ладно, иди домой, погода не для прогулок.
       Они пожали друг другу руки и мэр выпустил позднего гостя за ограду своего особняка.
       Кежа нашел своего "суворовца" на остановке. Пупок походил сейчас на замерзшего в блокадном Ленинграде воробья: маленький, съежившейся. Увидев своего "старшего брата" он с матами накинулся на Игоря.
       - Не, ты совсем охренел! Сидит там, водку лопает, а тут хоть подыхай на такой холодрыге!
       - А ты откуда знаешь что мы водку пили? - опешил Кежа.
       Николай кивнул головой вверх.
       - Вон, на крышу остановки залез, а там вы как на экране, сидят, колбасу трескают.
       - Ну пошли, глазастый мой!
       Уже по ходу он спросил пацана.
       - Ты себе то чего нибудь купил?
       - А как же, две порции эскимо.
       - Где же ты его нашел?
       - А тут кафешка недалеко есть, "Гладиатор", там мороженое круглосуточно.
       - Балбес! Как же тебе не будет холодно, если ты еще и мороженого нажрался!
       - Да ладно, не бухти! Мне еще десять копеек до крем-брюле не хватило. У тебя там в карманах ничего не завалялось?
       - Ну есть еще мелочь, но ты ведь замерз?
       - Ну и что, сейчас все равно по пути согреемся.
       - На, подавись! - и Кежа высыпал в ладонь пацана все оставшиеся медяки. Довольный Пупок сразу расцвел и с криком: - Я сейчас, я быстро! - побежал куда то за угол пятиэтажки.
       Игорь пошел вслед за ним, выглянул из-за угла и присвистнул. У дверей заведения с названием "Гладиатор" стояло несколько машин, в том числе и знакомый "Фольксваген". Вскоре из дверей трактира вышел довольный Пупок, на ходу глотающий мороженое чудовищными кусками. Парень искренно опасался, что его "опекун" может ополовинить крем-брюле, и хотел уничтожить любимое лакомство еще до встречи с Кижаевым. Еле дождавшись своего спутника Кежа схватил Пупка за руку, от испуга и неожиданности тот чуть не подавился своим мороженым.
       - Там что, этот Валера сидит?
       - Сыч? Да. Там их полно, и Серега, и Михей. Только самого Бизона нет.
       - Они там надолго, не знаешь?
       - Прошлый раз приходил их не было. Но набрались уже хорошо, сидят, анекдоты травят. Пиво при мне принесли, по здоровой такой кружке. Ну что пошли дальше?
       - Да нет, пожалуй мы лучше поедем, - сказал Кежа, доставая из кармана брелок с ключами от машины. Словно узнав родного человека немецкое авто тут же радостно взвизгнуло сигнализацией. Когда через двадцать минут понукаемая телефонными матами Бизона вся компания его сподвижников выползла из трактира, Валера Сытин глянул на стоянку и остолбенел. Его "Фольксваген" отсутствовал.
       - Падла, да что ж это за день такой! - с плаксивыми интонациями в голосе взвыл он. - Снова этот козел мою тачку стырил!
      
       Глава 12.
       До своего Курятника они бы добрались минут за десять, но буквально через две минуты Игорь выругался, на панели загорелась зеленая лампочка, кончалось горючее. Не то чтобы ему не хотелось идти дальше пешком, просто в планах Кижаева эта машина должна была сыграть важную роль.
       - Черт, прийдется ее бросить, - решил он.
       - Почему? - спросил Пупок.
       - Бензина нет и денег тоже.
       Пупок сердито засопел, ему явно не хотелось снова тащиться пешком, тем более бросать такую классную тачку.
       - А этого хватит? - спросил он протягивая Игорю пятьдесят рублей.
       - Где взял? - удивился Кежа.
       - Где взял, там больше нет.
       - Нет, ты давай, колись. Откуда деньги?
       - Да это в баре, - нехотя начал Пупок, зная что его наставник не одобряет вороватые манеры своего "воспитанника". - Там один кент рассчитывался, ну в дупель. Этот придурок деньги на прилавок вывалил и пошел, а я бармену кричу: "Дяденька, дайте мороженое!", а другой рукой делаю вот так.
       И Пупок изобразил как он одной рукой протягивает деньги, а другой сгребает чужую наличность с прилавка.
       - И что же, бармен не хватился что ты его грабанул? - не поверил Кежа.
       - Ну я же не все забрал. Этот там рублей двести вывалил.
       - Тогда поехали заправляться, финансист.
       Увы, на ближайшей заправки не оказалось горючего, и им пришлось ехать на окраину, там где по кольцевой дороге в объезд города неслись на громадных грузовиках отчаянные дальнебойщики. Залив полбака бензином, на большего денег не хватило, Игорь уже повернул машину в сторону города, но потом резко остановился и выключил не только фары, но и габаритные огни. По пустынному шоссе от города навстречу им неслись две пары фар. Это могло быть просто совпадение, но скорость ночных гонщиков показалась Кижаеву непозволительно большой.
       - Давай-ка отсюда рвать когти, - сказал он и развернул "Фольксваген" в сторону обводного шоссе. Сделав вокруг города петлю в двенадцать километров эта дорога снова приводила к окраинам Энска, а потом уходила уже дальше, до самой Москвы. Все так же не включая свет он прибавил скорости и успел скрыться за поворотом до того, как его преследователи подъехали к заправке. Высунувшись из окна один из бычков окликнул заправщика.
       - Эй, чучело, сейчас тут серый "Фолькс" не заправлялся?
       - Заправлялся, - меланхолично ответил тот подходя к машине.
       - Куда поехал?
       - Это еще вспомнить надо.
       - Я тебе сейчас помогу кулаком по башке! Не выпендривайся, говори как есть.
       - Ну туда, - рабочий показал рукой в сторону обводной дороги. - Хотел было в город ехать, да что-то передумал.
       - Ну смотри, если соврал, башку расшибу, - пообещал Валера Сытин, а это был он, и махнул рукой в сторону куда уехал "арендатор" его "Фольксвагена".
       - Вот жлобы, даже червонца не подкинули, - пробормотал раздосадованный "король бензоколонки".
       В это время Валера Сытин кричал в микрофон рации:
       - Серега, Перо, Мысик, он заправился на выезде и идет по кольцевой в сторону Жуковки. Перекройте там все, а мы его подожмем отсюда.
       Трал был закинут, но когда через пятнадцать минут все машины Бизона встретились на шоссе, их разочарованию не было предела. Чахлые рощицы не оставляли беглецам возможности укрыться в лесу, а осенняя грязь не позволяла свернуть в поле. Съехав на обочину "быки" устроили небольшое "производственное совещание".
       - Куда он делся? - гадали они.
       - Может свернул и попер в город через дачи?
       - Ага, скажешь тоже! Ты думай бестолковкой-то, по такой грязи и на "Фольксе"!
       - Нет, а че ты на "Фолькс" хвост подымаешь? Знаешь какая это тачка, я на ней в сентябре на уток ездил, - обиделся Сытин.
       - Не, Сыч, ты сравнил, я тоже тогда с тобой ездил. Тогда сухо было.
       - Может он через свалки срулил? Там метров триста по грязи, а потом бетон.
       - Не, мы бы тогда его засекли.
       - Слушай, а это чмо с заправки нас случаем не наколол?
       - Да нет, - отмахнулся Сытин. - Я эту рожу давно там вижу. Меня он знает, знает и то, что если че не так, я его размажу по асфальту.
       - Но все равно, поехали тряхнем его еще раз.
       - Ладно, - согласился Валера. - Только не все. Вы катитесь обратно, вдруг он действительно через свалку стрельнул, а мы вдоль дачь пошарим.
       Они разъехались, и Кижаев облегченно вздохнул. Он находился в это время всего-то совсем близко от дороги и добраться до него было гораздо проще, чем думали его преследователи. Верховое чутье на опасность у Кижаева было развито невероятно. Он завибрировал от самой заправки, напряженно всматриваясь вперед и по сторонам. На четвертом километре обводной дороги он резко затормозил и включив заднюю скорость сдал назад, до неприметного съезда дороги уходящей куда-то в поле.
       - Слушай, там сжигание еще есть? - Спросил он своего спутника.
       - Старое? - уточнил Пупок.
       - Да.
       - А как же, куда оно денется.
       И тогда Игорь решительно повернул машина на проселок. Старая шоссейка была разбита до фронтового состояния, но метров через триста они добрались до конечного пункта этого асфальтированного аппендикса. Сооружение к которому подъехал Кижаев называлось "Сжигание". Пятиметровой высоты земляные валы огораживали пятачок бетона чуть поменьше футбольного поля. Массивная бетонированная арка в свое время перекрывалась мощными воротами, увы, сгинувшими в тьме годов перестройки. Заехав во внутрь периметра Игорь остановил машину, вылез из машины и оглядевшись по сторонам довольно хмыкнул. В свое время это монументальное сооружение было предназначено для уничтожения некондиционных остатков взрывчатых веществ. Во времена детства они не раз наблюдали как к воротам этого строения подъезжал грузовик, грузчики начинали таскать ящики, потом над мачтой взвивался красный флаг и из-за валов показывался дым, когда еле видный, когда черный и густой. После отъезда рабочих они непременно проверяли пепелище и порой находили несгоревшии кусочки тротила, или белые "макаронины" снарядного пороха. Но еще в юношество Кижаева "Сжигание" забросили, решив что оно находится слишком близко от города, и построили новое, на полигоне в десяти километров подальше.
       - Сиди тут, я пока пойду посмотрю, - приказал Кежа и начал карабкаться на поросший пожухлой травой земляной вал. С его пятиметровой высоты он и наблюдал за встречей "на Эльбе" бизоновских подручных. Отъезд его загонщиков заставил Игоря поморщится. Машины разбились на две группы, значит не оставили надежды перехватить его.
       "Да, на кольцевой я сам себя загнал в ловушку", - подумал он и начал спускаться вниз. Пупок времени зря не терял, а усевшись за баранку усердно гудел, беспощадно дергая рычаг скоростей.
       - Э-э, так ты его выломаешь, брателло, - осадил его Игорь, усаживаясь на место пассажира. Закурив он пояснил своему воспитаннику. - Прийдется нам здесь пару часов покуковать.
       - Тогда б научил на машине ездить, - вскричал Николай, энергично работая рулем.
       - Это зачем еще?
       - Как зачем? Тебя возить буду. А вырасту стану пилотом "Формулы один".
       - Подрасти сначала, а то до педалей не достаешь.
       - Не болтай, смотри! И вообще, кто тебе деньги на бензин раздобыл?
       Кежа с ухмылкой посмотрел на потуги пацана, но потом ему стало жалко своего воспитанника, настолько рожица Пупка выглядела обиженной.
       - Ладно, так и быть, покатаешься сейчас здесь, надо только сиденье чуть подвинуть вперед.
       Уже включая зажигание Игорь спросил. - Ты хоть на чем-то до этого ездил?
       - А как же, на мопеде и на мотоцикле.
       - Молодец, у вас что же мотоцикл есть?
       - Да нет, стырили мы раз его у одного алкаша. Тот подъехал к магазину и пошел за водкой. А мы его в сторону оттолкали, провода замкнули и погнали. Старый "Восход". Эх и накатались мы тогда в карьере, пока бензин не кончился.
       Кижаев хмыкнул, подобные мемуары личного "суворовца" всегда его и забавляли и приводили в легкий шок. Он и сам в возрасте Пупка был далеко не подарок, но вороватость Николая поражала его своей органичностью.
       - Ладно, тогда поехали. Педалей тут две, тормоз и газ, это еще легче. Вот первая скорость, видишь, тут написано, рычаг вперед, и потихоньку дави на газ.
       В первый раз они чуть было не врезались в капонир, но потом дело пошло лучше. Сосредоточенно сопя Пупок выруливал по квадратной площадке, описывая круг за кругом. От напряжения он даже вспотел, и удивительно серьезное лицо этого сорванца забавляла Игоря гораздо больше чем все его прикольные истории. Две автомобильных покрышки валявшиеся на бетоне послужили ориентирами для более сложного маневра юного гонщика, "восьмерки". Отработал с ним Кижаев и остановку и троганье с места.
       Примерно через полчаса Кижаев велел ему остановиться.
       - Ну, хватит на сегодня, а то весь бензин сожжем. Молоток, хорошо у тебя получается.
       - Все, когда вырасту, точно стану пилотом "Формулы" один! - торжественно сделал вывод Пупок.
       - Это непременно, - подтвердил Кижаев откидываясь головой на подголовник и пытаясь вздремнуть. - Спи.
       Лишь через полтора часа он решил что выждал достаточно и вывел машину на обводное шоссе. Соваться в город через основные два выезда он не стал, а воспользовался тем самым вариантом, что обсуждали быки: через грунтовку на бетонку вокруг свалки, и минуя кладбище переулками до Курятника. Лишь в шестом часу утра они добрались до своего убежища на Кронштадской.
       Услышав шум подъехавшего автомобиля встречать их в одном халатике выскочила Лариса.
       - Нет, вы что там, совсем сдурели?! Я уж волноваться стала, думала что произошло.
       Игорь с удовольствием погладил девушку по спине. Вот такая, резкая, взволнованная она гораздо больше походила на прежнюю Лолку.
       - Да что с нами может случиться, тем более со мной Николай.
       Николай к этому времени уже закрыл ворота и важно подтвердил.
       - А как же, я любого из быков сделаю, ну и хрен что они выше ростом?
       - Пошли греться, Сталоне! Сопли вон до колен! - и дав ему подзатыльник Кежа погнал новоявленного Рембо в дом.
       Повествовать обо всем происшедшем за эти часы Игорь доверил своему "младшему брату", лишь иногда по требованию Ларисы не очень охотно дополняя красочную панораму прошедших битв мелкими деталями. Выслушав всю эту былину она встревожилась.
       - Так что нам теперь, отсюда носа не высунуть?
       - А ты что, хотела мамочку навестить?
       - Да нет, но все равно. Не век же нам тут сидеть.
       Напившись чаю раскрасневшийся Николай начал клевать носом еще за столом, так что Игорю пришлось закидывать его на свою любимую русскую печку. Кежа с Ларисою в первый раз за эти дни улеглись в одну кровать. Приставать к девушке Игорь не стал, чувствовал что той еще не до этого. Несмотря на все пережитое им обоим не спалось.
       - Ты как учишься-то? Поди двоечница? - спросил он.
       - Почему сразу двоечница? - сердито отозвалась Лариса. - По математике у меня вообще одни четверки. Учитель говорит у меня математический талант, если б я еще домашние задания делала, то бы мне цены не было.
       - А по остальным предметам?
       - Ну, там где что-то считать надо, это раз плюнуть. Физика там, химия. А вот где что-то рассказывать надо, это вообще лабуда. Все эти истории, литература. Особенно не люблю сочинения. Моя училка все за голову хватается: "Как ты сдавать экзамены будешь!". А я ей говорю: "Не бойтесь Антонина Николаевна, спишу". Она мне раз задала сочинение по Пушкину, а я ей в ответ написала: "Пушкина читать надо, а не писать про него черте что".
       - Ну и сколько она тебе поставила? - засмеялся Игорь.
       - Вообще то она мне всегда кол ставит. Но в тот раз поставила двойку и сказала: "В этот раз ты, Сотникова, получаешь оценку в два раза большую чем всегда. Это за то, что ты хоть что-то написала в тетради". Вообще меня все эти герои бесят. Этот, как его, у Тургенева, который приехал к папаше в отпуск и крякнул..
       - Базаров что ли?
       - Ну да. Че ему надо было, я так и не поняла. Понтовал, понтовал, подстрелил этого старого хмыря и сам вскоре загнулся. А Печерин этот? Девку выкрал, а потом нос воротит, падла. Ни себе, ни людям. И вообще он девкам ничего хорошего не принес, ни чеченке этой, ни девице той, как ее, он еще от нее всех пацанов отшил...
       - Княжна Мери.
       Лариса с интересом обернулась к Игорю.
       - Слушай, а ты что, отличником что ли был?
       - С чего ты взяла? Девять классов только и кончил.
       - И до сих пор всех этих чуваков помнишь?
       - Нет, просто мне лет пять назад пришлось на метеостанции перезимовать, а там была хорошая библиотека, но ни детективов, ни приключений, одна классика. Так поневоле, все и перечитал.
       Лариса разочаровано вздохнула, затем без перехода спросила.
       - И что нам теперь делать с Бизоном?
       - Слушай, давай спать, а? Завтра нам жрать нечего, а ты тут пристаешь с глупыми вопросами.
       Он отвернулся от девушки, Лариса стукнула Кежу кулачком по хребту, но тот только утробно хрюкнул в ответ и вскоре захрапел.
       Продовольственный вопрос решился сам собой. Утром пришел владелец дома и принес с собой кучу разного провианта, от обыденной картошки, до упаковки с лососиной нарезки.
       - Ты что это расщедрился? - спросил Игорь, глядя на это изобилие.
       - Да получку дали, надо хоть раз оторваться от пуза, - ответил доктор, подходя к еще валяющейся в постели Ларисе.
       - Как наш больной?
       - Нормально.
       - На ней уже пахать можно, - пискнул Пупок, уже пристроившийся рядом с едой.
       - А на тебе боронить, - резко отозвалась девушка.
       - Ого, прогресс очевидный, - обрадовался Александр, наклоняясь к девушке. Та, как обычно, спала голая, и хотя до этого доктор видел ее в образе Евы неоднократно, в этот раз Лариса засмущалась и потянула одеяло на себя.
       - Хорошо, рефлексы естественны, пациент приходит в норму.
       Сделав такой вывод доктор вернулся к столу, где Игорь мужественно боролся с атакующим провизию и что-то уже жующим беспризорником. В разгар этой веселой перепалки в кармане куртки Игоря остро зазуммерил сотовый телефон. Первым его выхватил Пупок, но по счастью он не понял как его включать и Игорь вырвал у него мобильник едва не оторвав при этом пацану руку.
       - Да, - сказал Кежа.
       - Игорь, это я, - судя по голосу это был господин мэр. - Я рассказал про тебя тому человеку, что обещал, позвони ему по телефону 7- 11-15.
       - Это мобильник?
       - Да, конечно.
       - Хорошо.
       - Всего хорошего.
       Когда Игорь окончил разговор рядом с ним стояла Лола. Вся ее поза и выражение глаз не предвещали ничего хорошего.
       - Откуда у тебя мобильник? - спросила она, пристально рассматривая своего опекуна.
       - Товарищ один дал на время попользоваться.
       - Что за товарищ?
       - Да так, ты его не знаешь.
       - А почему ты мне вчера не сказал про это?
       - К слову не пришлось. И вообще, что ты меня допрашиваешь? - возмутился Кежа.
       - А классно иметь мобильник, я когда вырасту буду крутым гонщиком с мобильником, - заявил Пупок, уже схвативший в руки телефон.
       - Дай-ка сюда, и вообще, помолчите все, мне нужно позвонить.
       Игорь набрал номер телефона, тот отозвался мгновенно.
       - Вам про меня недавно говорили.
       - Игорь?
       - Да.
       - Давайте встретимся.
       - Хорошо, только я бы не хотел появляться в городе.
       - Ну хорошо, давайте я подъеду к вам. Давайте свои координаты.
       - Угол Кронштадской и Осипенко, ровно в десять. Я буду в синей куртке.
       - А я на черной "Волге".
       - Окей, - согласился Кижаев.
       Уже за завтраком Лолка спросила его:
       - И куда это ты собрался?
       Игорю к этому времени изрядно надоел пристальный, буравящий взгляд своего "источника всех бед и мучений".
       - Ну, тебе это знать совсем не обязательно.
       - Что значит необязательно. Тебя сейчас там грохнут, а я так и останусь тут в одном халатике на голое тело. Что мне тогда делать-то?
       - А я откуда знаю. Будешь жить здесь, в городе тебе все равно нельзя появляться. Доктор, как честный человек на тебе женится, правда ведь, Саш?
       Врач от подобного предложения подавился картошкой, и минут пять вся троица его постояльцев дружно лупила несчастного эскулапа кулаками по спине. Когда стало ясно, что доктор все таки выживет, Кежа подвел итог всем своим "пятилетним планам".
       - Вот видишь, он чуть не задохнулся от счастья.
       Александр снова сделал попытку подавиться, потом хотел что-то сказать, протягивая руки к Кижаеву, но тот глянул на часы и заторопился.
       - О, мне пора, а то негоже опаздывать на первую встречу.
       - Куда ты все таки идешь? - настаивала Лариса.
       - Я ж сказал, вам это знать ни к чему.
       - Ага, сейчас тебя грохнут, и мы даже не будем знать кого за это благодарить.
       Игоря эта мысль проняла до самых пяток.
       - Вообще то логично, - пробормотал он. - Кто знает, может и он там с ними повязан. Ну ладно, скажу. Меня на черной "Волге" будет ждать некто майор Шлыков, начальник местного ФСБ.
       - А, знаю такого, - кивнул головой, обретший голос доктор. - Я ему месяц назад чирей на заднице вырезал.
       - Нет, в этом городе никого ничем нельзя удивить. Все друг друга знают, как в деревне, - бормотал Игорь, натягивая куртку.
       Погода в этот день мало чем отличалась от вчерашней, если не стала еще более поганой. Черная "Волга" уже стояла на перекрестке двух улиц, и Кежа припустился к ней чуть ли не бегом. Открыв дверцу он опустился на место рядом с водителем и обернулся в сторону хозяина "Волги".
       Бывают люди которые как не стараются, всегда вызывают к себе настороженность и некую неприязнь. Но есть другая порода людей, с первого взгляда вызывающая к себе доверие и расположение. Именно к таким относился и Шлыков. Коренастый, полуседой, с темными, чуть раскосыми глазами и густыми усами скобочкой, всем своим видом он напоминал добродушного, только начавшего стареть цыгана. Собравшиеся у глаз морщины и веселые искорки в самих глазах подсказывали что фээсбэшник человек веселый и компанейский. Игорю показалось, что для полноты впечатления ему не хватает трубки, но увы, Шлыков курил самую прозаическую сигарету.
       - Ну, не стоило так спешить, я всегда делаю скидку на наше российское разгильдяйство, - вместо приветствия сказал Шлыков. После этого он протянул руку Игорю и представился. - Семен Шлыков, майор ФСБ, начальник данного подразделения в нашем городе.
       - Игорь Кижаев, можно Кежа.
       - Господин мэр охарактеризовал вас весьма своеобразно, как человека, способного взорвать весь город.
       - Это я могу, в прошлом приходилось работать подрывником.
       - Нет, я не это имею в виду. Антон Ильич говорил, что у вас есть для меня очень взрывоопасный материал.
       - Ну, это можно назвать и так.
       Игорь закурил пару секунд подумал и начал рассказывать все, что вчера узнал от старого голубятника и от самого мэра. Все это произвело на майора неизгладимое впечатление.
       - Мы нащупали кое что, - признался он. - Неделю назад в Ингушетии задержали машину с патронами судя по маркировке с нашего завода. Произвели проверку, и ничего. По отчетности все сходится. Сейчас в связи с событиями в Чечне производство увеличивает выпуск продукции каждый месяц. На этой разнице легко делать неучтенную продукцию. Но если они вывозят ее строго по средам, то это для нас просто подарок. Остальное уже просто дело техники.
       - Но надо еще знать время и место выгрузки.
       - Время это просто, все эти передвижения заранее планируются с железной дорогой. Им же нужно подать тепловоз, обеспечить вывоз порожняка на станцию. Так что проблем тут не будет. Ну а место... место мы найдем. Это должно быть по ходу движения. Тепловоз не машина, в кусты не свернет. Кстати, Антон Ильич говорил, что у тебя возникли какие-то проблемы с Бизоном?
       Выслушав рассказ Игоря, майор откровенно заугорал.
       - Да, это ты, парень, что называется, попался. Теперь пока всех их под корень не сведешь покоя тебе не будет. Кстати, как звали этого бывшего ухажера твоей Лолиты?
       - Сергей.
       - Сергей? Это, наверное, Анохин. Он сейчас вроде пастуха для молодой поросли. По нашим данным он контролирует распространение наркотиков во всем городе.
       Игорь присвистнул.
       - Да, именно так, - подтвердил майор. - Сейчас на иглу подсаживается в основном молодежь, распространяет наркоту тоже такие же как они малолетки. За последние полгода в городе открылись еще две дискотеки где уже спокойно можно купить и "экстази" и "кислоту". Да-да, не удивляйся, мы стремительно догоняем столицу.
       - А что же милиция?
       - Меня тоже это интересует. Начальник отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков недавно въехал в новый двухэтажный дом. Это тебе ни о чем не говорит?
       - Все повязано?
       - Да, и твои данные о связи Бизона и Самойлова многое объясняют. Жданович, начальник ОБНОН, ставленник Самойлова. До этого с наркомафией довольно хорошо боролись, был такой капитан Малкин, личность легендарная. При нем наркоту изымали пудами, и такое было. Год назад его отправили на пенсию по состоянию здоровья, и тогда вынырнул вот этот Жданович. Успехи при нем только в жилищном строительстве.
       В конце разговора майор подвел итог.
       - Ну что ж, на все про все у нас три дня. Я буду рыть копытами землю, а твоя задача сидеть тихо и стараться не попасться по копыта Бизона.
       Как раз в это время мимо "Волги" пронесся серебристый "Опель".
       - О, долго жить будет парень, - кивнул вслед машине Шлыков. - Твой предшественник на ложе любви, Сергей Анохин. Видал какая машинка? А этой вот тачке, - он ударил обоими руками по баранке руля. - Уже пятнадцать лет. Снабжение ни к черту. Ладно, если что, звони.
       Уже на выходе он снова задержал своего собеседника.
       - Слушай, а все таки какой интерес мэра ворошить эту кучу?
       Кежа усмехнулся.
       - А вы это у него самого спросите.
       "А парень не прост и знает гораздо больше чем говорит, - подумал Шлыков, глядя вслед Кижаеву. - Но все таки грех не использовать такой случай".
       Нет, самому Шлыкову городок нравился. Рядом леса, реки, хорошая охота, рыбалка. Но подрастали дети, а перспектив для них в Энске не было никаких. Возможность выбраться хотя бы в областной центр подстегивала жена майора.
       - Ладно, попробуем прорваться, - пробормотал он, трогая машину с места.
      
       Глава 13.
       На эти три дня Кижаев нашел себе весьма странное занятие. Зайдя как-то в сарай он обнаружил в нем старенький "Москвич" модели четыреста двенадцать. Осмотрев его Игорь хмыкнул и отправился за справками к хозяину дома, как раз посетившего свою "дачу" с очередным медицинским осмотром.
       - Слушай, Санек, а что это у тебя там за "москвичек" в сарае пылится?
       - Это отцовский, с ручным управлением.
       - И что он, сломан?
       - Не знаю, барахлил он в последнее время, а как отец умер я к нему и не подходил. Ты же знаешь, что я к этому делу совсем не годен. Все хотел его на запчасти продать, да руки не дошли.
       - А ключи от него есть?
       - Поищи вон там на полке, - и дав направление поиска, доктор отбыл в направлении своего более благоустроенного жилья. Судя по мелким деталям его поведения Игорь понял, что Михайлов закрутил роман с неизвестной ему дамой весьма серьезно.
       Ключи от машины Игорь нашел в старомодной, еще совковых времен барсетке. Взяв в подручные бездельничающего Пупка Кижаев вплотную занялся реликтовым авто.
       - Зачем он тебе нужен? Во дворе вон какая тачка стоит, а ты с этой рухлядью возишься, - недовольно заметил съежившийся от холода Пупок.
       - Не бухти. Забыл что ли, что это не наша машина? Ты вообще хотел быть лихим водилой, так что начинай с азов. На вот, отнеси в дом аккумулятор, да не прижимай его к себе, это все таки кислота!
       Кижаев был хорошим механиком и через два часа машина завелась, а потратив еще пару часов на регулировку Игорь остался доволен собой и реанимированной машиной.
       - Она у него всего то наездила восемьдесят тысяч километров, - пояснил он Пупку. - Карбюратор я отрегулировал, сейчас еще с тобой тормоза прокачаем, и вечерком проверим ее на шоссе.
       С наступлением темноты они поменяли машины местами, загнав "Фольксваген" в сарай-гараж. Прокатившись по проселку Кижаев остался доволен своим новым транспортом.
       - Не, машина зверь, что еще надо.
       - Дай порулить, - попросил Николай.
       - Нет, это тебе не "Фольксваген", тут, брат, три педали. Есть еще и сцепление.
       Но выехав за город на заправку он все таки позволил пацану порулить минут десять катаясь по старому шоссе к все тому же заброшенному пункту сжигания. Пацан на удивление быстро схватывал все на лету. Именно здесь Игорю пришла в голову одна простая мысль.
       - Давай-ка сейчас съездим в одно интересное место. У нас где такая улица Льва Толстого?
       - В Зубовке.
       - Ага, понятно.
       Зубовка, точно такая же деревня на окраине Энска как и Курятник, находилась в противоположном конце города. По ночным улицам Игорь ехал осторожно и аккуратно, все таки никаких прав на это авто у него не было.
       Дом начальника милиции он определил сразу, только до него шел асфальт. Проехав чуть дальше Игорь заглушил мотор и сказав своему непременному спутнику:
       - Жди здесь, - вышел из машины.
       Дом подполковника оставлял внушительное впечатление. По прикидкам Кежи он был больше чем у самого мэра. Даже монументальный забор первого мента города прихватил метра два лишней земли и выпирал из ряда соседних домов. Но в самом доме горели только два окна на втором этаже. Подойдя поближе Игорь разбудил за кирпичным забором четвероногого охранника. Судя по лаю это было что-то среднее между бегемотом и динозавром. Хотя лаяло оно равномерно и без злобы, Игорь отошел в сторону. Он оглядывался по сторонам, но рядом не было ни чего подходящего, на что можно было залезть и заглянуть в окно. Но Кижаеву надо было увидеть хозяина дома, запомнить его лицо. Игорь уже хотел идти назад, но тут со стороны центральной улицы полоснули огни автомобильных фар. Кежа понял что машина едет в его сторону. Ему не оставалось ничего другого, как спрятаться за угол забора. Машина свернула к воротам, и по радостному скулежу собаки Игорь понял, что приехал столь нужный ему человек.
       Странно, но хозяин дома не выходил из машины. Прошло минуты две, скрипнула входная дверь, за забором послышались торопливые шаги и около машины появилась невысокая, полная женщина в накинутой поверх халата милицейской куртке. Открыв дверцу машины она недовольным голосом начала выговаривать своему супругу.
       - О, опять как свинья пьян! Вас с прокурором хоть вместе не своди. Первые алкаши в городе. Ну чего сидишь, иди в дом!
       Она помогла мужу выбраться из машины и Кижаев наконец увидел этого человека. Внешний облик у подполковника Самойлова выглядел впечатляюще. Рост не меньше ста восмидесяти сантиметров, комплекция тела скорее уже тучная, бочкообразная, шея равномерно переходило в загривок, а спереди свисало чем-то вроде зоба. Приметно было и лицо начальника ГОВД. Массивная голова была откинута чуть назад, отчего создавалось впечатление некой высокомерности. Объемные, мощные щеки, большой нос с горбинкой - все в этом теле было создано с запасом и избытком.
       Проводив неуверенно ступавшего мужа до входной двери супруга Самойлова уселась за руль и развернувшись на пятачке задом сдала машину в гараж.
       "Однако лихо водит мадам", - подумал Игорь. Когда мадам Самойлова скрылась в доме, он отправился к своему "Москвичу".
       Пупок, конечно, сидел на его месте и пытался выломать рычаг переключений из рулевой колонки. Согнав молодого нахала Кежа повел машину обратно в свой Курятник. В его голове все перемешалось - мэр, эфесбешник, Бизон, продажный милиционер. Надо было все это свести к одному непростому решению, как свести к нулю всю эту банду и в тоже время вывести из под удара Антона.
       На следующий день, ближе к вечеру, позвонил Шлыков.
       - Надо встретиться, давай на том же месте через десять минут.
       На этот раз Кижаев подошел вовремя.
       - Привет, - сказал он, плюхаясь на сиденье рядом с майором. - Как успехи?
       - Неплохо. Судя по всему завтра они в очередной раз вывезут крупную партию боеприпасов. И мы установили почему это происходит именно по средам.
       - Почему?
       - В этот день начальником караула военизированной охраны заступает некто Волчков, бывший комендант завода. Сейчас он на пенсии, но подрабатывает. Там у них что-то с выработкой часов, и вот как раз это дежурство по средам решает эту проблему. Волчков личный друг директора завода, так что это тоже многое объясняет. Нашел я и место где происходит разгрузка. В лесопосадке забетонирована небольшая платформа. Дуракам везет, так что я наткнулся даже на свидетеля, пенсионер один, бегает трусцой по тем местам. Он раза три летом видел как перегружали ящики с вагона на машину. Кстати, а куда затем увозят оружие, ты не знаешь?
       - Я почти уверен что на склад за ЦЛК.
       - Это тот ангар?
       - Да. Его охраняют не просто сторожа, а "быки" из стада Бизона.
       - Да, это весомый аргумент.
       Игорь чувствовал, что Шлыков чем-то озабочен, но чем не мог понять.
       - Как их будешь брать? Вызовешь ОМОН.
       - Нет, что-то я опасаюсь сообщать об этом наверх.
       - Что так? - удивился Кежа.
       Майор скосил на него свои цыганские глаза.
       - Славой не хочу делиться. Ну, а если честно, то кое чего опасаюсь. Мы тут послушали разговоры Бизона, похоже этот его склад что-то вроде перевалочной базы оружейной мафии в масштабах всей страны. Был один неприятный звонок, мне кажется я узнал этот голос... так что наверх сообщать не стоит. Возьмем их своими силами.
       - Ну и в чем же проблема?
       Шлыков снова улыбнулся.
       - А ты думаешь что у меня тут дивизия в резерве стоит? Нас всего-то десять человек, из них оружие носить могут только восемь. Так что нам бы задержать эту банду при разгрузке, большего мы не успеем. Но тут есть одна проблема. Ты оказался прав, Бизон завтра гуляет, он уже откупил "Лагуну", стол на тридцать человек. Если кто-то из грузчиков успеет звякнуть ему в кафе, то вся эта банда рванется на выручку и просто покрошит нас в капусту. Оружие у них есть, на каждого как минимум по автомату.
       - Ну хорошо, давай я тебя подстрахую.
       - Как это ты себе представляешь?
       - Это надо подумать.
       Они закурили, и после короткого раздумья Игорь предложил Шлыкову свой план.
       - А это реально, - согласился майор. - Конечно противоречит закону, но... Выбирать не приходится. Или мы их, или они нас. Две гранаты я тебе найду. На разборки между братвой тоже можно все свалить.
       - Ну и все, а дальше уж мое дело, - улыбнулся Игорь.
      
       Глава 12.
       Этот день для всех участников предстоящего события выдался хлопотливым как никогда. Шлыков еще раз съездил на место предстоящей операции, до мелочей попытался рассчитать ход предстоящих событий. К обеду он завез Кижаеву две лимонки, а затем заставил всех "живых" участников предстоящей операции заняться чисткой табельного оружия. Для чего все это делается он своим сослуживцам не говорил, сказал только чтобы предупредили родственников, что ночевать дома в этот раз им не прийдется. Делал это он по принципу: доверяй, но проверяй. Гораздо большее беспокойство у майора вызвало физическое состояние его подчиненных. Пять человек из отдела обладали весьма излишним весом, еще двое, наоборот, не выдались ни ростом, ни весом. С этой компанией им надо было задержать почти столько же боевиков Бизона, как раз не страдавших отсутствием физической подготовки. После длительных раздумий Шлыков решился на беспрецедентный шаг.
       ФСБ размещалось в одном здании с управлением городской милиции, так что далеко ему ходить не надо было. Пройдясь по кабинетам он нашел в одном из них высокого парня в штатском. На лице оперативника еще осталась желтизна несошедшего синяка.
       - Привет, Толик, - обратился к нему Шлыков. - Ну как, на судака в выходные пойдем?
       - Какие судаки, Михалыч! Народ как с ума сошел, за три дня четыре убийства.
       - Что так, маньяк?
       - Какой маньяк, бытовуха. Нажрутся денатурата и режут друг друга.
       - Жалко, а я себе только что новый спиннинг купил, игрушка.
       Толик завистливо вздохнул.
       - Поздравляю.
       - Зайди, посмотришь.
       И Шлыков покинул тесный кабинет сыщиков. Майор хорошо знал своего спутника по рыбалке и утиной охоте, старшего оперуполномоченного уголовного розыска Анатолия Иванова. Минут через десять в дверь его кабинета постучали.
       - Заходи.
       - Ну, показывай, - с азартом сказал Иванов усаживаясь на стул верхом.
       - Чего тебе показывать?
       - Как что, спиннинг, - удивился лейтенант. Длинное, носатое лицо оперативника удивительно забавно выражало это чувство. Темные, словно нарисованные брови взлетали домиком, на лбу собирались многочисленные морщины.
       - Ладно тебе с этим спиннингом, наврал я тебе, ничего я не покупал. Ты лучше скажи мне вот что, как там твои ранения, зажили?
       - Михалыч, ты что смеешься надо мной, что ли? У меня столько работы...
       Он сделал попытку встать со стула, но Шлыков рукой задержал его.
       - Погоди, не спеши?
       Майор уселся на край своего стола и тихо спросил:
       - Не хочешь с бизоновской шайкой посчитаться?
       Лейтенант настороженно взглянул на него. Две недели назад Иванов вместе с двумя друзьями из патрульно-постовой службы Павлом Кротовым и Виктором Синьковым остановили смертельно пьяного Барабана, одного из ближайших друзей Бизона. Перед тем как остановиться тот успел звякнуть по сотовому своему шефу, и через три минуты рядом с милицейским "Жигуленком" тормознули сразу три машины. Высыпавшие из него дюжие парни принялся избивать служителей правопорядка. Эти были пацаны, подростки семнадцати лет во главе с Сергеем Анохиным. Их было пятнадцать человек против троих, и никто из офицеров не решился применить оружие. Над всеми ими довлел груз многочисленных инструкций и запретов, к тому же все они были уверены, что если бы они достали свои пистолеты, то эти молодые наглецы неминуемо бы их отобрали. Кончилось все тем, что Барабан под шумок драки уехал, два товарища Иванова по неделе пролежали в больнице, и к тому же прокуратура отказалась завести дело об избиении милиционеров, сославшись на то, что в крови всех троих был обнаружен алкоголь примерно равный бутылке пива на каждого.
       - Что ты имеешь в виду? Какие нибудь разборки? - спросил Иванов.
       - Ну, что ты, Толя! Ты меня удивляешь. Я что, разве похож на пахана? Нет, дело вполне законное, есть возможность прищучить всю эту банду, Бизона, Барабана, и иже с ними. Только у меня сил мало. Вот я тебя и вербую.
       - А начальство знает?
       - Конечно нет.
       - И какова наша роль?
       - Грубая физическая сила. Будете изображать ОМОН. При первой же попытки сопротивления стрелять на поражение, ясно?
       - Это хорошо. Пашка-то пойдет на это дело, а вот Витька не знаю, он у нас самый спокойный.
       - Ты поговори с ними. Ты то точно пойдешь?
       Толик кивнул головой.
       - Значит завтра постарайся к шести вечера освободиться от всех дел, пусть там хоть полгорода друг друга перережут...
       - Пашка еще на больничном, а Витька вышел, по моему он завтра в день, - прервал его лейтенант.
       - Это хорошо. Тогда встретимся в шесть у моего гаража. У тебя камуфляж есть, а у твоих друзей?
       - У Пашки точно есть, а вот у Витьки, по мому, нет.
       - Так, у него рост где-то сто семьдесят пять, размер второй?
       - Примерно.
       - Ладно, найдем. Так что до завтра. С утра звякни мне насчет согласия твоих парней, и в гараже жду без дополнительного объявления.
      
       Глава 13.
       День тринадцатого ноября стремительно катился к вечеру, и Игорь нервничал все больше и больше. В этот вечер должно было решится все, но он так и не знал как снять с крючка друга детства Антона Федосеева. Днем он сгонял Пупка в ближайший магазин хозтоваров и тот купил по его заказу широкий скоч и длинную, тонкую, но крепкую веревку-шагат. Чуть поразмыслив Игорь велел Пупку размотать весь клубок и тщательно извалять веревку в грязи. На ругань Пупка он отвечал ухмылкой, а на его же недоуменные вопросы простой отговоркой: "Потом узнаешь, пока мажь, мажь". Закончив процесс окраски Кижаев велел "ординарцу" смотать шпагат обратно. После окончания всех процедур и веревка и Пупок представляли собой нечто одно целое, серое и грязное. Закинув обоих сушиться на печь Игорь занялся своим автопаркам. Проверив обе машины Кижаев снова начал ходить бесцельно по дому, маясь от ощущения своего бессилия. И Лариса, и Пупок приглашали его сразиться в картишки, но Игорю было не до того, и парочка его подопечных резвилась вдвоем, бессовестно мухлюя и передергивая карты. Но к четырем часам вечера это им надоело, в доме окончательно поселилась скука и тоска. Лариска зевала, а Николай ударился в воспоминания.
       - Иногда подойдешь к прилавку, деньги протягиваешь продавцу, кричишь ей: "Тетенька, дайте одну жвачку", пока она деньги пересчитывает, в это время левой рукой целую горсть сгребаешь.
       - Это как в баре что ли? - спросил Кижаев.
       - Ну да. Только один раз какой-то придурок в очках меня за уши оттаскал.
       - Продавец?
       - Да нет, просто стоял рядом, заметил, козел, и давай уши крутить. Я потом его подкараулил дня через два и грязью все его окуляры залепил.
       - Как тебе уши то до сих пор под корень не открутили не пойму.
       - Чего?! - обиделся Пупок.
       - Ну, на том складе тебя поймали уши крутили. И за жвачки тоже.
       - Ну и все! Подумаешь два раза. Да если б не эти собаки, меня бы вообще никто не поймал. Я ведь уже оттуда вылазил, такую большую банку с краской тащил, а они тут как разлаялись!...
       - Постой. Ты что ж, внутри склада был? - удивился Кежа.
       - А как же! Я тебе про что и толкую!
       - И что там была за краска?
       - Не знаю, я открыть не успел. Большая такая, квадратная банка, а крышка такой ручкой открывалась.
       Кежа перестал ходить и присел напротив парня.
       - Ручка говоришь? А эта банка, она такая квадратная, с закругленными углами?
       - Ну-да.
       - Из оцинкованного железа? И крышка такая кругла?
       - Ага.
       - Так это ты не краску тащил, эта штука называется пороховой ящик. Наверняка там какая нибудь взрывчатка была.
       Пупок неожиданно вспотел.
       - А эти, охрана, видели эту банку? - Продолжал пытать юного ворюгу Кижаев.
       - Нет, я успел ее обратно в дыру сунуть. Ну и потом концерт закатил, - он скривился и противным гундосым голосом заблажил. - Дяденьки не надо, я больше не буду! Ой, больно! Я только посмотреть хотел!
       Лариска передернулась всем телом.
       - Я бы тебя за один этот противный голос пристрелила бы.
       Но Игорь продолжал докапываться до истины.
       - Значит они не поняли что ты побывал внутри?
       - Не-а!
       - Поэтому они тебя и отпустили, а так бы точно грохнули.
       Николай недоверчиво посмотрел на своего наставника.
       - Ты думаешь?
       - Я знаю. Лучше скажи, когда тебе уши то крутили? Давно?
       - Да нет, дня за два до того мы с тобой познакомились.
       - А что там за дыра в этом ангаре?
       - А это с торца, того самого что мы поджигали. Там железо проржавело, его отгибаешь и пролазишь.
       - А я пролезть смогу?
       Пупок скептически осмотрел щуплую фигуру Кежи.
       - Не-а, толстый больно.
       Лариса засмеялась.
       - Ну ты разъелся, Кижаев.
       - Да там не пройдешь, эти собаки все равно учуют, - пессимистично продолжил Пупок.
       - А что за собаки-то? Породистые?
       - Да ты что! Два кобеля, не то лайки, не то шакалы.
       - Стой, они точно кобели? Не суки?
       - Нет.
       - Это хорошо...
       В это время сработал зуммер сотового.
       - Да.
       - Игорь, это Семен. У нас все идет по плану. Ровно в восемь вытаскивают состав.
       - Хорошо, я тоже готов. Кстати, а что со складом?
       - Пока ничего. Оставим его на закуску. Так я на тебя надеюсь?
       - Не сомневайся.
       Пряча мобильник в карман Игорь улыбался. Наконец-то мозаика его планов сложилась в один красивый узор.
       - Поехали, брателло, - сказал он своему младшему брату.
       - Куда?
       - Собак ловить.
       - А мне что делать? - спросила Лариса.
       - Как что, верить и ждать, - с пафосом сказал Игорь, потом сбавил тон до обыденного и сделал своей подруге заманчивое предложение. - Еще можешь помыть пол, приготовить ужин, постирать чего нибудь.
       Лолка недовольно скривилась.
       - Ну, во-первых готовить я не умею, убираться у нас всегда мамка убиралась, а стирать я умею только на машинке.
       - Да, не завидую я твоему будущему мужу, - под смех Пупка вынес окончательный вердикт Игорь.
      
       Глава 14.
       Насчет собак Кижаев помянул не ради красного словца. Выехав на "Москвиче" они с Пупком внимательно рассмотрели несколько собачьих свадеб и выбрали, по их мнению, самую красивую суку из всех Энских пушистых леди. К вящему разочарованию десятка псов белая болонка исчезла в салоне этого грохочущего чудовища. Вся задуманная Кижаевым операция едва не пошла прахом в самом начале. Старичок "Москвич" вдруг начал чихать, дергаться как паралитик. Игорь немедленно развернул машину к дому. Слава богу, до Курятника он дотянул, но в ограду его пришлось уже толкать. Игорю не хотелось светиться в Энске на приметном "Фольксвагене", но пришлось. Окраинами он проехал к памятному съезду в лесопосадке недалеко от бизоновской базы и заглушив машину взглянул на часы. Было уже без десяти семь. Игорь чуть подумал, и сказал.
       - Начнем пожалуй. Хватай мадам, пошли.
       Два безродных пса мирно дремали на крыльце домика, лениво шевеля лопоухими ушами. И вдруг шальной осенний ветер донес до их ноздрей восхитительный, ни с чем не сравнимый запах истекающей течкой суки. Словно два сорванных ветром листа псы сорвались с места и проскользнув в щель в воротах понеслись вслед за убегающей в ужасе бездомной болонкой.
       Вся эта собачья заваруха проскользнула мимо внимания двух дежурных "бычков". Под рев магнитофона и плеск пива они азартно резались в козла.
       Обойдя забор по периметру Кежа с его вечным спутником вышли к торцевой стороне забора. Именно здесь в бетонных плитах имелся большой треугольный пролом. Первым в него юркнул Пупок, затем с кряхтением протиснулся и Кежа. При этом он запачкал и руки и куртку. Тем временем Николай с довольным видом рассматривал почерневшую после пожара стену склада.
       - Классно я им ангар покрасил, - похвалил сам себя пацан.
       - Молодец-молодец, давай только, веди куда вел, поджигатель.
       Идти пришлось недалеко, именно ребро торца и подгнило, образовав небольшую, с палец толщиной щель.
       - Вот, и снизу там тоже проржавело, гляди.
       Николай потянул на себя потемневшее от копоти железо и действительно образовалась вполне приличная, не менее полуметра щель. Встав на четвереньки Игорь заглянул в склад, но там было темно.
       - Ну-ка, потяни посильней, - приказал он Пупку.
       Тот пыхтя напряг все свои силы и Игорь с трудом, разодрав куртку протиснулся вовнутрь ангара. Вытащив фонарик он включил свет и хотел уже было шагнуть вперед, но сзади раздался сердитый шепот Пупка.
       - Эй, а я?!
       - Останься там.
       - Да не хочу я!
       - Тьфу ты! Ну лезь!
       И Игорь нажал на самодельную калитку. Николай угрем проскользнул в щель и довольно заметил:
       - Ну вот, другое дело.
       По виду это был типичный склад заставленный ящиками и бочками, пройдя его из конца в конец Игорь действительно обнаружил у ворот ангара рулоны с отличным, импортным линолеумом, ящики с кафельной плиткой и пирамиду мешков с цементом.
       - Где ты ту краску в прошлый раз надыбал? - спросил Кежа.
       - Вон там, - и Пупок уверенно повел его вперед. Пройдя по целому лабиринту среди ящиков самого разного размера они вернулись к торцевой части ангара, но с другой стороны от своей лазейки.
       - Вот тут они стояли.
       Ничего похожего на пороховые банки Кежа не обнаружил, зато его заинтересовали большие, длинные ящики с темно-зеленой, армейской раскраской. Сунув Николаю фонарик Игорь вытащил припасенный гвоздодер и вскрыл один из ящиков. Пупок подсветив нутро ящика фонариком и Игорь присвистнул. Это была снайперские винтовки, СВД.
       - Шлыков был прав, СВД на наших заводов не делают, - пробормотал он.
       - Чего там? - спросил Пупок, тщетно пытаясь заглянуть вовнутрь высоко стоящего ящика. Игорь вытащил одну винтовку из ложементов и подал ее пацану. Тот чуть не захлебнулся от счастья слюной.
       - На держи.
       Кижаев по очереди начал вскрывать подряд все подозрительные ящики. В одном из них он обнаружил то что искал, патроны калибра 7,62 подходящие к найденной винтовке. Имелись еще ящики с противопехотными минами, одноразовыми гранатометами "Муха" и множество цинков с патронами к самым разным системам, от пистолета "Макарова" до крупнокалиберного пулемета. Как раз это обилие не удивило Игоря, он знал что это была "продукция" заводов его родного города. Но гораздо больше его обрадовал ящик с толовыми шашками и большая бухта бикфордова шнура.
       - Везет тебе, парень, - сказал он сам себе, потом обернулся к своему ординарцу. - Да поставь ты эту винтовку, потом ее возьмем, перед уходом.
       Пупок отчаянно мотнул головой и еще крепче прижал тяжелое оружие к груди.
       - Ну смотри, как хочешь.
       Сунув две толовые шашки себе в карманы куртки Кижаев отрезал от бикфордова шнура два куска метра по два и осторожно положил во внутренний карман взрыватели. Затем он взглянул на часы, снарядил одну из толовых шашек в ящике взрывателем и подсоединив бикфордов шнур начал отмерять его метрами, по привычке используя вместо эталона длину собственных рук. При этом Игорь автоматически переводил метры в минуты горения, стараясь не сбиться со счета. Наконец решив что шнура вполне хватит он обрезал пеструю ленту и начал равномерно раскладывать ее по бетонному полу. Для этого ему пришлось опутать новоявленной нитью Ариадны весь склад. Пупок с фонарем и винтовкой как хвост следовал за ним, поминутно норовя запутаться и упасть в Кижаевских кружевах.
       - Не мешайся под ногами, иди к дыре, скоро мы отсюда слиняем! - В конце-концов окрысился на пацана Кежа.
       Последним приобретением Игоря был гранатомет "Муха". Зачем он ему был нужен Игорь и сам не мог сказать, просто взял потому, что можно было взять.
       Наигравшись до одурения оба охранника вышли на крыльцо покурить.
       - Фу, блин, аж голова гудит, - признался один из них.
       Второй же явно чего-то не понимая вертел по сторонам головой.
       - Ты чего?
       - Собак не вижу. Куда эти шавки делись? Все время тут лежали.
       - Нафиг они тебе нужны?
       - Не скажи, прошлый раз когда ангар кто-то поджег, Серега говорил что они здорово лаяли. Да они, придурки, на это внимание не обратили.
       - Пошли пройдемся, посмотрим что к чему. Счас, я только стволы возьму.
       - И куртку мне прихвати.
       Вооружившись двумя короткоствольными автоматами АКМС они не торопясь двинулись к складу, на ходу строя догадки насчет того, какая гнида прошлый раз подожгла ангар. Обход был короткий и нерезультативный. В это время негаданные посетители странного помещения под железной крышей уже были далеко.
      
       Глава 15.
       Добравшись до "Фольксвагена" Игорь велел своему спутнику сесть на заднее сиденье, а сам открыл багажник, что-то поискал там и не найдя снова залез в салон.
       - Чистоплюй хренов, - недовольно сказал он, беря в руки винтовки. СВД он держал в руках первый раз, но зато имел дело с родственными карабинами "Тигр" и "Медведь".
       - Ты про кого это? - не понял Пупок.
       - А про хозяина этого авто. Даже ветоши в машине нет. Слушай, у тебя вроде майка трикотажная?
       - Ну да.
       - Сымай!
       Ничего не понимая Пупок начал раздеваться. Сняв вытертую не очень чистую майку, он протянул ее Кижаеву. Тот быстро разорвал ее на куски и пока пацан одевался Игорь разобрал винтовку на составные части.
       - Николай, тебе предстоит ответственная и важная задача снять со всех эти частей оружия лишний солидол. Смотри как это делается.
       Он быстро протер затвор, все остальное оставив юнге.
       - Понял?
       Пупок кивнул головой и спросил:
       - А пострелять мне из нее дашь?
       - Обязательно. От того как ты справишься с этим делом будет зависеть наша жизнь.
       После этого он сел за руль и повел машину к городу. Время от времени он посматривал в зеркало заднего вида на своего ординарца. Таким серьезным он его еще ни когда не видел. Сосредоточенно сопя забитым носом Николай тщательно протирал все запчасти винтовки.
       Не доехав квартал до бара "Лагуна" Игорь свернул во дворы и остановил машину. Глянув на часы он чертыхнулся. Было уже без десяти восемь, он явно опаздывал.
       - Бросай ружье, пошли, - приказал он Пупку.
       Бар "Лагуна" не считался самым престижным заведением подобного рода. Были точки и круче, ресторан "Парус" или кафе-бар "Гладиатор". Но "Лагуна" нравилась Бизону тем, что была не очень большой. Здесь как раз размещалась вся его банда, имелся биллиард и отдельные кабинеты. Подойдя к бару Кижаев сразу увидел приметный серый "Ландкрузер" Бизона. Кроме этой машины на стоянке стояли еще штук пять машин попроще, два "Форда", "Ниссан", круто навороченная "Нива". Серебристого "Опеля" Сергея Анохина на стоянке не было, тот пока что занимался своими делами на дискотеке и должен был подьехать попозже. Все таки парень хотя и считался любимцем Бизона, но пока еще не вошел в круг избранных друзей, проверенных временем и кровью.
       Машины стояли так, как и прошлый раз, лесенкой, под углом сорок пять в сторону дороги. В рассчете на это Кижаев и строил свой план. К огромному разочарованию Игоря стоянку охранял рослый крепыш в пятнистом полушубке. Равномерно прохаживаясь вдоль стоянки он слушал по плееру "Русское радио" и не торопясь потягивал с горла "Жигулевское" пиво. Так что пройдя по противоположной стороне улицы компаньоны свернули за угол ближайшей к бару пятиэтажки и уже оттуда наблюдали за этой неожиданной помехой в своем деле.
       - Черт, а?! Как не везет-то, - с досадой заметил Игорь.
       - А раньше такого не было, - авторитетно заметил Пупок. Действительно, охрану у "Лагуны" Бизон выставил сегодня в первый раз и как раз по поводу своего старого друга.
       Кежа зря так издевался в свое время над умственными способностями одноклассника. Федька не был таким шустрым как он сам, не обладал интеллектом и начитанностью Антона, но имел одно, весьма важное свойство - практичность и бычий напор. С хваткой бульдога он вцеплялся в собственную выгоду, находя ее в любой ситуации. В тюрьму он пошел со спокойствием неизбежности этого действия, словно в армию. В родне у него сидели почти все, и тот образ жизни, что наметил себе Бизя в будущем, не оставлял ему другого выбора. За неделю до этого он изнасиловал шестнадцатилетнюю девчонку, и в здании ГОВД во время штурма подростками находился как раз по этому поводу. Так что идти в зону за убийство милиционера было гораздо престижней, чем маячившая ему статья за изнасилование. Старший Федосеев согласился прикрыть дело по сто семнадцатой, и Бизя решил что игра стоит свеч. Точно так же вернувшись в родной город через десять лет уже Бизоном он почувствовал воздух перемен и решил что пришло его время. Федька не ошибся. Потихоньку, шаг за шагом он подмял под себя этот город, начал чувствовать себя в нем истинным хозяином, и появление Кежи в Энске воспринял как досадную помеху, неудачную шутку судьбы. Но подспудно он чувствовал что вся эта катавасия с бывшим другом может дорого ему стоить. В отличии от Антона Бизон не забыл пробивной силы Кижаева, и воспринимал его как ходячий кусок взрывчатки с подожженным фитилем.
       - Что ты хочешь-то? - не понял Пупок.
       - Мне надо подобраться к машинам, - пояснил Игорь.
       - Счас сделаем.
       В три приема они переместились за ствол огромного тополя метрах в десяти от ближайшего автомобиля. После этого Пупок уже не таясь двинулся к секьюрити и подойдя чуть не вплотную в упор уставился на охранника. Опешив от подобных знаков внимания парень сдвинул наушники и спросил:
       - Тебе чего?
       - Чего-чего, бутылку.
       - А, ты про эту, - засмеялся крепыш, и глянул на свет фонаря состояние наполняемости многоразовой тары. - Еще половина, так что жди, брателло.
       Воспользовавшись тем, что беседуя охранник повернулся к нему спиной, Кежа пригнувшись бесшумно проскользнул последние десять метров и упав на асфальт быстро заполз под днище "Лендкрузера". А чинная беседа двух крепышей продолжалась.
       - Это уже третья за вечер, две я в урну бросил.
       - Да. Ну я возьму их.
       Пупок краем глаза видел маневр своего наставника и уже спокойно двинулся к урне рядом с входной дверью в бар. Парню было скучно, и он двинулся вслед за ним.
       - Сегодня бухало дармовое, - сказал он. - Бизон гуляет.
       - Да? Эх там наверно и жратвы!
       - Ну, а ты что думал, сухари грызут? Два фазана целиком с перьями, четко так сделано, икра красная, икра черная, балычок, шашлычок.
       Пупок с шумом втянул в себя слюну.
       В это время лежа под машиной Кижаев приматывал к заднему мосту внедорожника скотчем лимонку. К чеке ее он привязал шпагат, осторожно чуть разогнул усики. Затем Игорь аккуратно уложил бухточкой метров двадцать веревки, а конец ее привязал к железной трубе ограждения. Закончив с этим Игорь пополз дальше. У него было всего две гранаты, и надо было решить как ими воспользоваться.
       "Если что они рванут отсюда то в самых вместительных машинах. Но в лесопосадке грязь, значит надо заминировать еще и "Ниву", - решил он.
       - Блин, ты меня что-то завел, так жрать захотелось, - признался охранник Пупку, и залпом допив пиво сунул бутылку в руки пацана. После это он скрылся в баре и появился только минут через десять, с початой бутылкой пива в руке. После ста грамм водки парню было жарко, и расстегнув полушубок секьюрити закурил и начал прохаживаться вдоль машин.
       В это время Кежа и его юный друг уже находились за углом ближайшего дома.
       - Черт, вымазался как свинья! - приглушенно выругался Игорь, рассматривая в скудном свете далекого фонаря испачканную куртку и руки.
       - Почему как? - ухмыльнулся Пупок.
       - Поговори мне еще, уши точно откручу, - буркнул Кежа, но тихий сигнал зуммера прервал эту перепалку.
       - Игорь, как дела? - спросил далекий голос Шлыкова.
       - Все по плану.
       - Хорошо, мы уже начинаем.
      
       Глава 16.
       Все дальнейшие события развивались практически одновременно, порой независимо друг от друга, иногда вытекая друг из друга.
       Ровно в восемь часов вечера к воротам товарного склада подъехал большегрузный трейлер. Переговорив с водителями один из охранников взялся за мобильник.
       - Бизон, это Волына с базы.
       - Ну, - буркнул уже изрядно поддатый Бизон.
       - Тут тачка за грузом пришла, накладные в порядке.
       - Ну и какого хрена ты мне звонишь?! - взорвался бригадир. - У тебя что телефона Балыка нет?
       Кежа видел только последствия этого разговора. Из бара вышли четыре человека и быстрым шагом направились к одному из "Фордов".
       - Бля, нашли время когда приехать, - на ходу возмущался один из них. - Посидеть с пацанами нормально не дадут!
       - Ладно, не бухти, сейчас сгоняем за Балыком, потом на базу, всего-то делов.
       Кижаев ничего не понял, оцепенев он следил за тем, как развернувшийся автомобиль понесся по дороге на выезд из города.
       "Неужели те с железки все таки успели дать сигнал? Но почему поехали только четверо и совсем в другую сторону?"
       - Ну-ка, принеси мне гранатомет, - велел Игорь своему оруженосцу.
       - Что принести? - не понял тот.
       - Ну ту зеленую трубу.
       - А-а!
       В эти же самые секунды в шестом расширении железной дороги маневровый тепловоз подтащил четыре вагона к лесопосадке, дал гудок и остановился. Его давно ждали, рядом с бетонированной платформой стоял "ЗИЛок" и две иномарки.
       - Сдай чуть назад! - Заорал один из встречавших машинисту. Тот машинально просигналил, вагоны с грохотом дернулись и нехотя подались чуть назад.
       - Я тебе посигналю еще, падла! - заорал один из "бычков" машинисту. Все вынужденные грузчики были под мухой и кроме того в изрядном раздражении.
       - Эти суки там сейчас фазанов едят, - сказал один из них другому.
       - А ты откуда знаешь что фазанов?
       - Да я заезжал сегодня утром, Арик мне по секрету шепнул.
       - В прошлом году фазаны были, в этом тоже. Что-то Арик халтурит.
       - Да не, они лебедя хотели приготовить, в натуре! Послали двух парней в зоопарк в Железногорск, те приезжают, а там балда! Какой-то придурок за два дня до этого последней паре шеи посворачивал...
       За разговорами они открыли ворота вагона, внутри него зажгли большую переносную лампу. ЗИЛок подъехал к нему вплотную, и с дружными матами невольные грузчики начали перетаскивать ящики из вагона на грузовик. Всех пехотинцев Бизона бесило то, что их используют в этой неблагодарной роли, они давно предлагали своему бригадиру скинуться и нанять грузчиков. Но Бизон был непреклонен.
       - Нехрен делать. И так слишком много народу знают про этот состав. Вам полезно иногда размяться, а то салом заросли как кабаны.
       В самый разгар разгрузки машинист тепловоза почувствовал непреодолимое желание посетить родную природу.
       - Пойду я схожу, что-то крутит, - сказал он своему помощнику.
       - Что, понос прошиб? - Засмеялся тот.
       - Наоборот, вчера "шарлак" пили, пересолили его. Теперь не выдавлю никак.
       Шеллачный лак, закупаемый за валюту в Индии, шел на покраску патронов и снарядов, но среди местного населения использовался просто как один из видов пойла. Для отделения ненужного организму продукта индийских пчел использовалась соль, а оставшийся напиток хоть и имел солоноватый вкус, но ценился среди знатоков примерно так же, как коньяк против водки. Отойдя метров на десять вглубь лесопосадки машинист снял штаны и присев начал тужиться. Увы, выпитый вчера соленый спирт не давал произвести эту простую и естественную процедуру. Убедившись, что и в этот раз ему не светит счастье, железнодорожник натянул штаны, но застегнуть их до конца не успел. Он почувствовал как в висок ему уткнулось что-то твердое и тихий, но уверенный голос приказал.
       - Стоять. Не дергайся.
       Грубые мужские руки толкнули его к ближайшему дереву и на запястьях машиниста защелкнулись наручники.
       - На колени, - велел все тот же голос. Когда онемевший железнодорожник выполнил команду, невидимый ему человек пригрозил. - Пикнешь хоть слово - убью.
       После этого водитель тепловоза услышал тихие, удаляющиеся шаги. В этот момент произошло то, ради чего он и отошел в лесопосадку. Увы, машиниста это уже не обрадовало.
       Кузов "Зилка" был уже наполовину полон, когда из темноты ночи появились фигуры в зеленом камуфляже и черных масках на голове.
       - Руки вверх! Всем стоять, не дергаться!
       Никто и не дергался, настолько все было неожиданно. Не сильно церемонясь люди в камуфляже с нашивками "ОМОН" на спине, быстро согнали всех шестерых "грузчиков-любителей" к стене внутри вагона. В тепловозе дернулся было сбежать помошник машиниста, но и его, и сцепщика быстро успокоил невысокий, пузатый крепыш все в том же камуфляже.
       - Куда, - сказал он, поднимаясь в кабину и направляя на беглецов автомат. - Ну-ка назад!
       Всю сцену задержания непрерывно снимал на камеру единственный человек без маски.
       "Все, вроде, идет нормально," - подумал Шлыков, наблюдая как его люди шмонают "бычков" Бизона. И майор накаркал. Распределяя роли своего немногочисленного войска он поручил присматривать за водителем грузовика самому старому из своих подчиненных, майору Николаенко. Ни кто не ожидал неприятностей с этой стороны. Но водитель грузовика не был профессиональным шофером. Машину Бизон под это дело одалживал у одного предпринимателя, и вел ее свой человек, из тех же "бычков", Васька Харченко. Сначало Николанко все делал как надо. После команды к захвату он открыл дверь и сунув под нос водителю пистолет велел тому выходить. Поставив шофера в стойку майор быстро прошмонал его и убедившись, что оружия у парня нет, как-то сразу расслабился. Минут через пять он не выдержал и, тяжело отдуваясь, снял маску. Увидев круглое, добродушное лицо пятидесятилетнего мужика Харченко понял, что этого человека ему можно не бояться. В свои двадцать пять он уже дважды сидел, и идти в зону по новой ему ни как не хотелось. Подумав несколько секунд Харченко решился и со всей силы врезал ребром ладони по переносице своего конвоира. Тот утробно всхлипнул и коротко простонав опустился на колени. Харченко не теряя времени прыгнул в кабину и повернув ключ зажигания выжал сцепление.
       Никто из "спецназовцев" сразу не понял что произошло. Когда загудел двигатель "Зилка" Шлыков сначала просто удивился. Но когда машина тронулась с места он крикнул:
       - Пашка, останови его!
       Пашка Меншиков, самый молодой из его команды, стоял напротив двери вагона. Подстегнутый окриком начальника он разбежался и прыгнул в удаляющийся кузов машины. Ногами он попал на самый краешек платформы, силой инерции его отшвырнуло назад, но уже падая он успел пальцами зацепится за опущенный борт и повиснуть на нем.
       Первым движением Шлыкова было кинуться на помощь парню, но сбоку от него послышался шум и обернувшись майор увидел, что псевдогрузчики атакуют его людей. Их было шестеро на шестерых. Свой пистолет Шлыков давно уже сунул в кобуру и теперь очень пожалел об этом. Он не успел вытащить свой "Макаров" когда на него обрушилось тело самого крайнего из боевиков. И массой и молодостью "бычок" превосходил майора. Свалив фээсбешника он с ревом начал наносить удар за ударом по лицу Шлыкова. Тот уже не помышлял об оружии, только прикрывался руками. Поняв что удары не доходят до цели детина просто принялся душить майора. В это время одному из бычков удалось ударом кулака отключил одного из "псевдоомоновцев", и уже вдвоем они напали на капитана Лыхова, пытаясь вырвать из его рук автомат. Два сослуживца Иванова лупцевались с противниками, одна пара каталась по полу в через чур тесных объятиях. Лишь забившийся в угол оператор в каком-то ступоре продолжал снимать все происходящее в вагоне. Все решил один человек. Увидев лицо своего противника Иванов сразу вспомнил его. В свое время, когда его избивала банда подростков он стоял в сторонке и покуривая весело беседовал с Барабаном. Это взбесило лейтенанта. Ударом ноги отбросив соперника к стенке он перехватил с плеча автомат и сдернув вниз защелку предохранителя дал по противнику короткую очередь.
       Грохот выстрелов в замкнутом пространстве вагона прозвучал отрезвляюще. Бросив полузадохнувшегося Шлыкова его противник с разбегу прыгнул в угольную черноту ночи. Это успел сделать еще один из бизоновских "бычков", но ему повезло меньше. Привлеченный звуками выстрелов подоспел до этого приглядывавший за железнодорожниками капитан Макарцев. Беглеца он подстрелил на лету, как дикую утку. Все остальные бычки к этому времени уже снова стояли у стенки. Сидя на полу Шлыков растирал руками шею.
       - Толя, - прохрипел он, - бери своих парней и ищите грузовик и этого...
       - За мной, - скомандовал Иванов своим друзьям.
       Найти человека в черном осеннем лесу так же просто как братьев по разуму в нашей вселенной. Гораздо проще найти грузовик. Они обнаружили его в полукилометре от вагона. У "Зилка" горели фары, но двигатель заглох и бампер грузовика упирался в ствол большой березы. Осторожно подкравшись к кабине Иванов рывком распахнул дверцу, и к его ногам вывалилось тело беглеца. Судя по разбитому лицу и тяжелому дыханию Харченко сломал нос и грудную клетку при столкновении с деревом.
       - Так, этот готов, а где же Меншиков?
       И откуда-то далеко, из темноты, слабо донеслось:
       - Ребята!
       Все трое бегом рванули на звук этого голоса, шаря по земле лучами фонариков. Лейтенанта они нашли метрах в тридцати от машины, чуть в стороне от дороги. Тот лежал на спине и по болезненно искривленному лицу было ясно, что с ним не все в порядке.
       - Что у тебя, Паш? - склонился над ним Иванов.
       - Ребята, я кажется... обе ноги сломал.
       - Как же это тебя угораздило?
       - Да я хотел его взять живьем... как в кино, залезть в кабину... но он меня скинул. Правда и сам он потом не вписался в поворот...
       - Чудак, полоснул бы его очередью прямо из кузова и всего делов. Тоже мне, Рэмбо!
       Иванов доложил по рации обо всем происшедшем Шлыкову и получил приказ везти неудачников в больницу.
       Перенеся пострадавшего к машине они осторожно погрузили постанывавшего лейтенанта в кузов, туда же закинули и водителя. Машину повел Синьков, а сам Иванов остался в лесу.
       - Попробую я этого козла еще поискать.
       Он не знал что к этому времени Банан, так все звали сбежавшего боевика, уже выбрался на дорогу и тормознув первую попавшуюся машину велел везти себя в "Лагуну".
      
       Глава 17.
       Всего этого Кижаев, конечно, не знал. Когда из притормозившей десятки выскочил человек и торопливо пробежал в бар, он только чуть-чуть встревожился.
       "Все что ли там нормально?- подумал он, вытащил было мобильник, но звонить раздумал. - А если у них там сейчас все в самом разгаре?"
       Но телефон зазвонил сам.
       - Игорь?
       - Да.
       - У нас один сбежал.
       - Давно.
       - Минут десять назад.
       Игорь прикинул по времени.
       - Он здоровый такой, в сером свитре?
       - Да.
       - Сейчас один такой прошел в бар, подъехал на попутке.
       Шлыков выругался.
       - Теперь вся надежда только на тебя, Игорь.
       В эту секунду распахнулась дверь и на улицу начала вываливаться целая толпа разгоряченных выпивкой и злостью парней.
       - Все, они выходят, я начинаю, - сказал Кижаев и отключил телефон.
       Уже не прячась, бычкам было не до него, он прошел от угла дома к тополю и начал наблюдать за всем происходящим оттуда. Да, Шлыков не ошибался, их было много, очень много. Не таясь они прямо на стоянке начали разбирать оружие, вытаскивая его из под сидений, из багажников. Здесь были автоматы, пара помповых ружей, мелькнуло даже "Узи". В дверях бара толпилось несколько длинноногих красоток, вышедших проводить кавалеров, да заодно и покурить.
       - Девчата, через полчасика мы вернемся! - крикнул один из бычков, передергивая затвор автомата.
       - Засекаем, - отозвалась от двери одна из девиц.
       Под эти шутки и прибаутки человек восемь, не меньше, загрузились в объемный "Ландкрузер", пятеро уселись в "Ниву". Они уже тронулись с места, когда Игорь увидел Бизона. Он сильно изменился за эти годы, раздался вширь, отпустил бороду, но не узнать его Кежа не мог. Мощный загривок и чуть склоненная голова в самом деле делали его похожим на царя американских прерий. Сейчас он был в одной рубашке, в левой руке держал короткое помповое ружье. Взмахнув им Бизон что-то крикнул и уселся в приземистый "Ниссан".
       - Ч-черт, не туда, - пробормотал Игорь. - - Дай-ка сюда эту штуку, - сказал он Пупку, отбирая короткую трубу гранатомета. Повозившись несколько секунд он привел "Муху" в боевое положение. Краем глаза он продолжал наблюдать за отьехавшими машинами. "Ландкрузер" проехал метров тридцать когда вытянулась в струну и дернувшись опала первая веревка. Вскоре тоже само произошло и с "Нивой". Обе машины продолжали мчаться по шоссе с максимальной скоростью, а Кижаев уже ловил в прицел выезжавший со стоянки "Ниссан". Он затаил дыхание, и в это время метрах в ста от бара блеснула вспышка. Взрывом "Ландкрузер" подбросило в воздух. Грохот этого взрыва еще не успел затихнуть, когда рвануло снова. Горящая "Нива" продолжала нестись по шоссе, и две машины с лязгом слились в один поминальный костер.
       Увидев все это водитель последней машины притормозил, подставив бок своего автомобиля под прицел Кижаева. Тот затаил дыхание и плавно нажал на спуск. До цели было всего метров тридцать и белая полоса порохового заряда с громким шелестом атакующей змеи ударила чуть подальше задней двери, туда, где должен был быть небольшой квадратик лючка бензобака. Взрыв разнес машину с тайкой силой, что самому Кижаеву показалось будто кто-то врезал ему по лицу горячим кулаком. Один из осколков японского авто со свистом врезался в ствол тополя сантиметрах в десяти над головой Игоря. Гул огня догорающей машины не смог заглушить отчаянный визг высыпавших из бара женщин. Зато Пупок прокомментировал все по другому.
       - А ништяк, мне все понравилось!
       - Пошли отсюда, а то подумают еще что мы во всем этом виноваты, - сказал Игорь, и прислонив трубу гранатомета к стволу дерева быстрым шагом двинулся к своей машине.
       Уже в ней он набрал номер телефона Шлыкова и коротко доложил.
       - Все, можешь не волноваться. Бизон и его стадо тебя больше не побеспокоят.
       - Ты что их - всех?! - удивился майор.
       - Ну а что по мелочам -то размениваться? Корчевать так всех.
       После этого он набрал номер господина мэра.
       - Да, Федосеев слушает.
       - Антон, один крючок я откусил.
       - Кто?
       - Бизон.
       - Слава богу!
       - Ну ладно, продолжим. Пока.
       Кижаева беспокоило то, что не было ничего слышно со стороны склада.
       "Неужели шнур оказался бракованным? " - думал он. - "Все может быть, один обрыв и все к чертям. Пупок там как слон топтался, один раз наступил и мандец всей моей операции".
       А на базе все шло своим чередом. Когда "Форд" подъехал к воротам склада, там уже стоял большегрузный трейлер. Оба водителя и экспедитор давно гоняли машину по этому маршруту, так что больших церемоний не было. Первым из машины вышел Шохов, бумажный червь, голова и мозг Бизоновской банды. Бухгалтер всего картеля, щуплый молодой парень в очках, он даже в армии не служил, получив за искривление позвоночника белый билет, а от менее интеллектуальных напарников по бизнесу кличку Балык.
       - Здорово, что там у тебя?
       Вглядевшись в накладные Шохин по привычке начал бормотать. - Так, унитазы, гвозди, сантехника, мыло...
       За всем этим стояли совсем другие вещи. По накладным на унитазы отпускались противотанковые мины, противопехотные шли как раковины, гвоздями называли патроны, а мылом именовали толовые шашки. Убедившись, что документы в порядке и получив самое главное, маляву с короткой надписью: "Отдай, уплачено", Шохов кивнул головой.
       - Хорошо, давай заезжай, только развернись сразу здесь, а не как в прошлый раз.
       Водитель хохотнул и завел двигатель. Бригада невольных грузчиков последовала за кладовщиком как стайка цыплят за мамой-клушкой. Отперев ворота ангара Шохов приказал открыть их пошире, а сам включил свет и начал пробираться вглубь склада.
       - И че мы каждый раз надрываемся таскаем их туда обратно. Нет чтобы здесь, у двери оставить! - бурчал один из бычков, снимая в преддверии потовыжимающей работы куртку.
       - Конспирация, не знаешь что ли.
       - Да какая к херам конспирация, кто нас здесь тронет?
       Тем временем к распахнутым воротам ангара натужно газуя пятился трейлер. Когда двигатель его смолк из глубины склада выскочил Шохов. Не обращая ни на кого внимания он со всех ног припустился бежать и миновав грузовик исчез в темноте.
       - Чего это он? - выразил общее удивление один из "бычков" и первый двинулся вглубь склада. Вслед за ним тронулись и все остальные, в том числе и захваченные общим порывом любопытства дальнебойщики. Шедший впереди миновав угол очередного лабиринта вдруг резко остановился. Он увидел точно то же, что и кладовщик, огонек съедающий бикфордов шнур и подбирающийся к желтым квадратикам толовых шашек. У Шохова было время затоптать огонь, но он очень испугался.. Эти парни могли это сделать, но у них на это уже не было времени.
       Мощнейший взрыв разорвал крышу склада, "розочкой" выгнув железные конструкции, но основная ударная волна прошлась по трубе ангара как по стволу орудия, так что массивный "КамАЗ" отбросило метров на пятьдесят словно простую щепку. От людей находившихся внутри склада почти ни чего не осталось.
       Услышав отдаленный, но все равно мощный взрыв, Кижаев с облегчением вздохнул. Похоже что и эта его затея все же удалась.
      
       Глава 18.
       Между тем три жутких взрыва в самом центре города не остались не замеченными, на редкое для Энска зрелище начал стремительно стягиваться народ..
       В это время Кижаев, сидя в машине, обдумывал предстоящие действия. Из этих раздумий его вывел Пупок.
       - Слышь, Кежа, отдай мне эту штуку насовсем. Тебе ведь она не нужна.
       Игорь обернулся назад и у него глаза в буквальном смысле полезли из орбит. Его "суворовец" держал в руках трубу от гранатомета.
       - Ты че, сдурел что ли?! - только эти слова из уст Кежи прозвучали достаточно цензурно, дальше шел длинный, нецензурный монолог с поминанием всех родителей Николая начиная от Евы, и кончая неудачным абортом, после которго только и мог появится такой человек как Пупок. - Нахрен ты взял ее? Я специально там оставил, вот, хапуга!
       Кижаев завел машину и несколько нервно повел ее по переулкам Энска. Сделав полукруг он снова вернулся к "Лагуне", но уже с другой стороны дороги. Все это время ему надоедал Пупок.
       - Ну Кежа, зачем тебе эта хреновина нужна? Отдай мне, представляешь как перед пацанами рисанусь с гранатометом!
       Но злой Игорь был непреклонен.
       - Не гони пургу, недоносок. Это подсудное дело. Лучше сходи, посмотри что там творится. Много ли народу, милиции.
       Пупок без звука выполнил эту просьбу. Вернулся он минут через десять.
       - Ну что?
       - Народу - страх! Ментов жуткое количество. Четыре пожарки, три скорые.
       - Да, похоже нам тут ловить нечего.
       И Кижаев развернул машину в сторону зарева за кирпичным складом. Быстро добравшись до уже обжитой лесопосадки он перебрался на заднее сиденье и начал собирать тщательно протертые детали СВД.
       - Молодец, хорошо поработал, - похвалил он своего напарника. Но уже через полминуты он был готов его убить. Пропала пружина толкателя.
       - Да здесь она была, вот только что! Не сьел же я ее, - плаксивым голосом кричал Николай.
       - Не сьел - не сьел! А куда она делась? Без нее это не винтовка, а куча железа.
       Говоря это Кижаев нервно посматривал в сторону горевшего склада. На фоне зарева были видны пожарные машины, милицейские "Уазики". Ангар полыхал весело и с энтузиазмом, языки пламени вырывались сквозь развороченную крышу на четырехметровую высоту. Импортный линолеум, тонны обоев, сотни литров краски, все это не давало потухнуть этому невольному поминальному костру. Пожарные приближаться к складу не решались, внутри него продолжали рваться патроны, а иногда и нечто более внушительное.
       Пружину они все таки нашли, закатилась под сиденье. Собрав винтовку и снарядив магазин патронами Игорь приказал Пупку:
       - Сиди здесь, я пошел.
       - Я с тобой! - затянул свой обычный рефрен Николай.
       - Нет. Тебе будет другое задание, возьми гранатомет и выкинь его так, чтобы ни кто не нашел. И сотри перед этим с него все отпечатки пальцев. Понял?!
       - Так точно!
       - Смотри мне!
       Когда фигура Кижаева скрылась в темноте шутовская гримаса Пупка сменилась недовольной миной. Со вздохом он долго протирал зеленый цилиндр смертоносной "Мухи". Затем лицо его озарилось хитрой улыбкой.
       А Кижев в это время чертыхаясь пробирался по лесопосадке, поскальзываясь на прелой листве и рискуя выколоть о невидимые в темноте сучья себе глаза. Наконец он решил, что позиция вполне нормальная для предстоящего дела и обломав несколько веток пристроил на развилке молодой березы свою винтовку. Оптика была прекрасна, все что творилось рядом со складом он видел как на ладони. За массивным забором базы, метрах в ста от пожара, присели перекурить два расчета пожарных, подальше, у дороги, в полукилометре от склада, сгрудились несколько милицейских машин. Игорь долго рассматривал как в свете горящих фар мелькали темные тени человеческих тел, но не увидел среди них ни кого похожего на нужного ему человека.
       "Ничего, все равно он должен сюда приехать", - подумал Игорь, и другая мысль озаботила Кижаева. За свою кочевую жизнь ему приходилось стрелять из массы всякого оружия, начиная от пугача, до танка. Сам себя он считал стрелком неплохим, если не больше. Тем более сейчас ему помогала оптика. Но вот винтовка была совсем непристреляна. Кижаев долго колебался, но потом все таки решился, прикинул направление ветра и начал искать какую нибудь цель. Это оказалось довольно сложным делом. В темноту стрелять не будешь, а в свете фар постоянно мелькали люди. Пару раз он наводил ствол СВД на проблесковые маячки пожарной машины, но решил совсем то не наглеть. В конце концов он выбрал небольшой электрощиток на столбе рядом с ангаром метрах в пятистах от него и засадил пулю точно в середину этого темного квадрата. Сделав выстрел он настороженно оглядел всю присутствующую публику, но ни милиционеры, ни пожарные не проявили ни какого беспокойства. Тогда он уже смело сделал по щитку еще три выстрела и вполне удовлетворился кучностью своей стрельбы. Еще раз осмотрев в прицел местность Игорь улыбнулся и все таки пальнул по маячку на крыше пожарки. Сидевшие под прикрытием забора пожарные тут же подскочили и начали что-то кричать в сторону машины. Как оказалось в ее кабине не взирая на опасность безмятежно спал шофер. Кижаеву пришлось разбить и второй маячок, лишь тогда оба пожарных расчета пригнувшись побежали подальше от склада, а за ними отползли к дороге и обе пожарки.
       Время шло, как заметил Кижаев патроны в ангаре начали рваться заметно реже, это путало всю его игру, но лишь в десять ночи со стороны города подъехал кортеж из четырех машин. Среди множества новых людей Игорь мгновенно рассмотрел две знакомые фигуры, Антона Федосеева и подполковника Самойлова. Вдвоем они вышли вперед, и в свете фар начали обсуждать что-то с двумя пожарными. Вскоре те исчезли из виду, остались только эти двое. Судя по тому, что оба они закурили - все необходимые приказания были даны, оставалось только полюбоваться на необычное и редкое для Энска зрелище.
       В прицеле винтовки оба чиновника были как на ладони. Расстояние вряд ли превышало триста метров. Секунд двадцать Игорь тщетно пытался прицелится, потом опустил ружье и полез в карман.
       - Где интересно наш новый эфесбешник, неужели до сих пор спит, - сказал Самойлов, пристально рассматривая пожар.
       - Ты уже третий раз спрашиваешь, - отозвался Федосеев. - Что тебя так волнует Шлыков?
       - Работать надо, вот что.
       - Если бы он работал, ты бы сейчас сидел в тюрьме.
       Подполковник хитро скосил глаза.
       - Ты тоже.
       - Ну не пугай. Сколько лет прошло.
       - Да, время прошло, но со своим креслом тебе точно бы пришлось расстаться...
       Эту пикировку прервали тихий зуммер мобильника.
       - Да, Федосеев слушает.
       - Антон, отойди чуть назад, ты мне мешаешь.
       Мэр невольно оглянулся по сторонам, потом сказал: - Хорошо, я скоро.
       - Что там? - не оглядываясь спросил Самойлов.
       - Жена звонит, волнуется.
       - Передай ей привет.
       - Непременно.
       Сказав это Федосеев сделал два шага назад, отвернулся от к машинам, словно пытаясь рассмотреть цифры мобильника. В это времени Кижаев уже поймал голову подполковника в прицел, затаил дыхание. А тот словно почувствовал опасность, выкинул сигарету и пристально глянул в сторону лесопосадки. Игорь сдвинул перекрестье прицела чуть в сторону от правого глаза и плавно потянул на спуск. Все таки винтовку он пристрелял идеально, темная точка пулевого отверстия появилась точно на переносице, затем тело главного милиционера города с грацией мешка завалилась назад.
       Ни кто из присутствующих на пожаре сразу ничего не понял, кроме, конечно, господина мэра. Звук выстрела поглотил очередной взрыв в ангаре, кроме того ни кто не обратил внимание, что в последний момент своей жизни Самойлов смотрел не на пожар, а в сторону. Мгновенно вокруг тела подполковника поднялась суматоха, мэр закричал: - Отвести людей еще дальше, дальше!
       Когда все переместились еще метров на триста назад от пожара, у мэра снова зазвонил телефон.
       - Ну как? - спросил Игорь.
       - Лихо.
       - Теперь надо сделать вот что...
       Выслушав инструкции Кижаева Антон нашел среди людей хлопотавших вокруг тела Самойлова одного из его заместителей, майора Артамонова.
       - Игорь Андреевич, съездите лично к Анне Владимировне, только не говорите сразу о том что он мертв. Вы же знаете что у нее больное сердце. Скажите, например, что подполковник ранен.
       - Я думал его надо отвезти сразу домой.
       - Нет. Везите в морг.
       - Хорошо.
      
       Глава 19.
       Милицейский "уазик" встретился Кижаеву метрах в ста от дома Самойлова. Игорь успел заметить в окне одутловатое лицо вдовы подполковника.
       - Молодец, Тошка, выполняет обещания, - пробормотал Кежа, и уже совсем внаглую свернул к воротам двухэтажного особняка. Заглушив двигатель он прихватил "фомку", после короткого препирательства оставил Пупку винтовку и пошел знакомиться с хоромами первого милицейского чина в Энске.
       Больше всего он опасался двух вещей: то что дом будет подключен к сигнализации, и собаки, так внушительно гавкавшей на него в прошлый раз.
       Собака действительно оказалась внушительная, самая настоящая Московская сторожевая, вот только сторож из нее был никакой. Встречая Артамонова Анна Владимировна примотала цепь за забор и теперь могучая псина могла только наблюдать за торжественным шествием непрошеных гостей. Собака то ли понимала что не достанет воров, толи от природы попалась такая малахольная, но она даже не гавкнула в сторону Кежи и его спутника.
       "Да, с такой массой она бы эту цепочку порвала одним рывком", - подумал Игорь, косясь на пушистого секьюрити. Пупок же откровенно пытался спрятаться за своего "старшего брата".
       - Да не путайся ты под ногами, иди нормально, - прикрикнул на него Кижаев, поднимаясь на крыльцо. Дверь он открыл быстро, просто отжал язычок замка "фомкой". Они уже входили в дом когда пес все таки выразил свое возмущение кратким утробным гавканьем. Осмотрев дверь Игорь удивленно хмыкнул. Он не нашел и следа проводки сигнализации.
       "Неужели они не боялись воров? Чахлый замочек, деревянная дверь. Хотя если хозяин сам главный вор в городе, то что ему?"
       Даже не заглянув на первый этаж Игорь начал подниматься наверх, сзади сосредоточенно сопя топал "оруженосец". Спальня подполковника ему понравилась, широкая, большая комната с импортным светло-бежевым гарнитуром. Обои и навесной потолок так же были подобраны в тон гарнитуру, толстый палас покрывал почти весь пол.
       "А что, нештяк, красиво смотрется. Ну, у меня примерно так же будет, подумаешь, евроремонт? - подумал Игорь, не искушенный в современных веяньях в архитектуре. - Я значит, все правильно у себя делал".
       Удивило его только то, что супруги спали на разных кроватях. Но размышлять о парадоксах супружеской жизни хозяев дома Игорю было некогда. Картину, про которую говорил Антон, ему искать не пришлось. Пейзаж Шишкина "Мишки на лесоповале" был в спальне единственный. Без особых церемоний сняв и бросив растиражированный шедевр на кровать Кижаев осмотрел дверцу сейфа и присвистнул. Он ожидал встретить нечто самодельное, для него и прихватил "фомку". Но это был добротный, фирменный, и очень солидный сейф. Кижаев не знал что этот сейф вообще то был выписан для ГОВД, но Самойлов тихо пристроил его для собственных нужд.
       От этих невеселых размышлений Кижаева отвлек какой-то щелчок. Глянув в сторону развалившегося на кровати Пупка Игорь мгновенно вспотел, потом резко бросился на пол, чуть отполз, затем вскочил и с матами подскочил к своему воспитаннику, вырывая из рук винтовку.
       - Ты чего делаешь, балбес?!
       - Чего-чего, смотрю.
       - Ты знаешь что ты сейчас сделал?
       Пупок с вытянутым лицом отрицательно мотнул головой.
       - Ты ее снял с предохранителя! А ствол, падла, развернул на меня!
       И от полноты обуревавшего его чувства Игорь дал Николаю увесистый подзатыльник.
       - Ну ты мне же давал обещание пострелять из нее! - вскричал оскорбленный Пупок.
       - Да, и сам встать вместо мишени! - съехидничал Кежа. - Сходи лучше к машине, принеси мою сумку. Да осторожней там, все таки взрывчатка. А потом, может быть, и постреляем.
       Наблюдая из окна как пацан роется в машине в поисках сумки Игорь поморщился. Фонарь, стоящий на другой стороне улицы высвечивал все происходящее у ворот дома как днем.
       Когда Пупок вернулся в дом с сумкой Кижаева, тот отложил ее в сторону и подвел своего "суворовца" к окну.
       - Пожалуй мы с тобой все же немного постреляем.
       Разбив прикладом стекла Игорь положил ствол винтовки на одно из хитросплетений решетки и прищурившись глянул в прицел. Потом он передал винтовку пацану.
       - На, бери. Вот так, приклад вплотную к плечу, видишь ту лампочку на фонаре?
       - Конечно.
       - Тогда поймай ее в перекрестье, затаи дыхание и тихонько потяни на спуск.
       Пупок все сделал как надо. Звук выстрела и отдача ошеломили его, но когда Николай повернулся к Кижаеву, глаза пацана чуть-чуть уступали по размерам линзам оптического прицела.
       - Попал, - почему-то трагическим шепотом сказал он.
       Игорь выглянул наружу и удивленно хмыкнул. Лишившийся светового конуса опечаленный столб еле проглядывался в ночной тьме.
       - Молодец, получается.
       - А можно я еще вон тот фонарь расшибу? - и Пупок кивнул в сторону следующего столба.
       - Попробуй, - согласился Игорь, отходя к сейфу. Пока он возился с толовой шашкой Пупок выстрелил еще дважды. Судя по недовольному ворчанию в первый раз он промазал, а потом все таки разбил и этот фонарь.
       - Все, кончай пальбу и бегом из дома, - сказал Кежа, поджигая короткий бикфордов шнур.
       Понукать в этот раз пацана не пришлось, он несся впереди Кижаева как листок в бурю. Но уже покидая дом Пупок споткнулся о порог и упал. Уже об его тело запнулся и Кижаев, загремев вниз головой по ступенькам. Поднявшись он отмахнулся от активизировавшего пса и подбежав к крыльцу сдернул в сторону сидевшего на пороге и почесывающего ушибленную голову Пупка.
       - Заткни уши, - приказал Кижаев, прикрывая ладонями данную часть тела. Только Пупок последовал его примеру, как грохнул взрыв. Сила его была такова, что одну из половинок входной двери сорвало с петель, сверху полетели выбитые стекла.
       - Пошли, - велел Игорь и первый рванулся вперед.
       - Это что, со ста грамм тротила? - на бегу спросил его Николай.
       - С двухсот. А ты что хочешь, это же замкнутое помещение, волна идет как в трубе.
       Первое что они увидели в спальне, это были деньги. Часть из них еще кружилась в воздухе, но большая уже успокоилась и равномерно расстелилась по паласу.
       - Вот это да! - с таким восторженным криком Пупок накинулся на все это изобилие. А Игорь торопливо рылся в недрах покореженного сейфа. Там он нашел табельный пистолет Самойлова, патроны к нему, и большую кожаную папку.
       - Кежа, а это что доллары? - спросил продолжавший ползать на четвереньках Пупок. Тот мельком глянул на новоявленного миллионера и коротко кивнул головой.
       - Да. На вот, возьми еще, - и Кежа кинул своему воспитаннику еще две пачки зелененьких.
       Убедившись, что больше в сейфе ничего толкового нет, Кижаев прихватил папку и скомандовал: - Все, уходим.
       Пупка ему пришлось тащить буквально за шиворот, тот все никак не мог оторваться от внезапно нахлынувшего изобилия. Выбежав из дому они чуть было не забыли на крыльце свою винтовку.
      
       Глава 20.
       Отъезжать далеко они не стали, свернув в тихий переулок Игорь остановил машину. Включив в салоне свет он открыл папку и начал перебирать находившиеся там бумаги. Это было интересное чтиво. Практически там был компромат на всех крупных чиновников Энска. Кижаева позабавили фотографии толстого, усатого мужика в окружении двух голых девиц. Кроме того в папки находилось много чисто бухгалтерских документов, которые Игорь сразу отложил для Шлыкова. Компромат на Антона находился в небольшой полиэтиленовой папке. Кроме скромного листка с собственноручной записью Антона там находился еще и официальная справка о причастности Антона Федосеева к паевому участию в трех торговых фирмах.
       - Ну, Антоша, теперь я про тебя знаю все, - пробормотал Кежа.
       Подумав немного он разделил всю документацию на две части, рассовал ее по разным карманам и выкинул папку в придорожный кювет. Лишь теперь он увидел вдалеке блики мигалок и расслышал отдаленный вой заполошных сирен.
       - Что-то долго они чухались, - пробормотал он, но поразмыслив понял, что к этому он так же чуть-чуть причастен. Все таки работой он ментов сегодня загрузил по самые уши.
       События в городе между тем развивались своим чередом. Майор Шлыков прибыл на место пожара через пять минут после смерти своего основного критика, подполковника Самойлова. Артамонов, уже отправившийся к машине чтобы ехать к вдове своего начальника не удержался от язвительного восклицания:
       - Не может быть! Где это вы были, майор, в "Гладиаторе" что ли засиделись?
       Ехидство его было не случайно. Лицо Шлыкова украшал солидный фингал.
       - Представьте себе нет. Где Самойлов?
       - Вон, грузят в машину, можете пойти попрощаться.
       Пока Шлыков тормознув медиков рассматривал рану подполковника, Артамонов накинулся на Иванова и его друзей.
       - Где вы были лейтенант?! В городе происходит хрен знает что, а вы являетесь к самому концу! Через полчаса чтобы объяснительные были на моем столе!
       - Отставить, майор, - остудил его пыл Шлыков. - Все три офицера были в моем распоряжении при задержании крупной партии боеприпасов вывозимых с завода. Кстати, я отстраняю всех вас от руководства ГОВД. Временно я буду исполнять обязанности начальника ГОВД.
       - Вы не имеете права! - вспыхнул раздражительный, резковатый в жизни Артамонов.
       - Имеет, - подал голос еще один подошедший от "Волги" человек. - Майор предоставил достаточно доказательств для того, чтобы я подписал подобное распоряжение.
       Это был прокурор города Истомин. Именно к нему после захвата вагона поехал Шлыков. Видеопленка операции оказалось достаточно красноречивой, чтобы убедить лучшего друга Самойлова подписать все предложенные Шлыковым ордеры на аресты и предложенные распоряжения по управлению милиции.
       - Так что через полчаса я жду от вас письменное объяснение смерти подполковника Самойлова, - приказал Шлыков.
       - Вообще то я хотел отправить майора к вдове подполковника, - подал голос Федосеев.
       - Хорошо, значит через полтора часа, - не унимался Шлыков.
       - Слушаюсь, - нехотя козырнул майор, и отошел к одному из "Уазиков".
       Шлыков рассказывал господину мэру про перепитии прошедшей операции с вагоном, когда раздался какой-то шум, и освещеном прожекторами секторе появился лейтенант Иванов буквально тащивший за собой какого-то человека. Вид его был жалок, лицо словно искорябала стая кошек, от одежды остались какие-то лохмотья.
       - Кто это у тебя, Толя? - окликнул его майор.
       - Вот, в лесопосадке нашел. Отошел по большой нужде, сижу, притих, естественно. Вдруг, слышу, кто-то ломится сквозь кусты. Ну я его и прицепил.
       - Так кто это?
       - Шохов, кличка Балык. Бизоновский счетовод.
       За спиной Федосеева кто-то присвистнул.
       - Какие люди в Голивуде!
       - И что он тут делал в такое время? - спросил мэр.
       - Ну, рассказывай, как тут очутился? - Иванов встряхнул щуплого бухгалтера как тряпичную куклу, но тот молчал. Он и хотел бы рассказать все как было, но шок после пережитого лишил его речи. Бухгалтера все таки догнала взрывная волна, минут пять он лежал без чувств, а когда очнулся, увидел в двух шагах от себя горящий "КамаЗ". Фургон чуть не накрыл его, и своему спасению Шохин был обязан резвости своих ног да везению. Мало понимая что творит, счетовод Бизона отполз в сторону, а потом битый час плутал по лесопосадке, сталкиваясь с деревьями и сто раз меняя направление своего движения. Ко времени нечаянной встречи с Ивановым Балык окончательно выбился из сил и наконец-то понял, что надо идти в сторону противоположную зареву пожара.
       - Обыщи-ка его, - велел Шлыков лейтенанту.
       Тот быстро обшмонал нетвердо державшегося на ногах интеллигента, но нашел у него в карманах очень немного.
       - Вот, бумаги только какие-то, - сказал он, подавая накладные майору. Тот отошел к ближайшей машине, присел и в свете фар подробно изучил всю найденную документацию. Когда он вернулся к своим сподвижникам его лицо освещала довольная улыбка.
       - Ну, Толик, удачно тебя понос прохватил. Эти бумажки, - он потряс накладными и запиской. - Самое важное из того что мы сегодня приобрели. Эх и прищучу я кое кого в вашем УВД! Совсем обнаглели, оставлять свои автографы на таких вещах.
       Федосеев ехал в мэрию, когда в его кармане снова подал голос мобильник.
       - Да, Федосеев слушает.
       - Антон, можешь спать спокойно. Все бумаги у меня. Хочешь на них посмотреть?
       - Конечно.
       - Когда встретимся?
       - Да хоть сейчас.
       - Где?
       После короткого раздумья мэр решился.
       - Давай на "Съезжей", около моста.
       - Идет, минут через пять я буду там.
       "Съезжей" называлась асфальтированная площадка около железнодорожного моста, место безлюдное и удобное для подъезда. Когда приватизированный Кижаевым "Фольксваген"подъехал к мосту, черная "Волга" уже поджидала его. Игорь не торопясь подошел к машине мэра, открыл дверцу. Антон курил, и, как показалось Кижаеву, чуть нервничал. Это проглядывало в том, как он затягивался и через чур часто стряхивал пепел.
       - Привет, давно не виделись, - весело приветствовал господина мэра Игорь. Ощущение того что все закончилось переполняло душу "Альбатроса" легкомысленной радостью.
       - Да, целых трое суток, - заметил Антон пожимая руку Кижаеву.
       - Ну, как тебе суматоха что я заварил?
       - Более чем впечатляет. Как ты только успеваешь везде.
       - Жить захочешь, не так крутиться будешь.
       После предварительного обмена любезностями Антон спросил:
       - Ну, привез?
       - Конечно. Кстати, там не только твое сочинение на вольную тему, но и еще кое что.
       Документы Антон схватил с жадностью голодного пса, глотающего брошенный добрым мясником кусок печенки. Лишь глянув на справку о своем благосостоянии он небрежно отложил ее в сторону и впился взглядом в чуть пожелтевший листок бумаги.
       - Вот он, якорь!
       - Почему якорь? - удивился Кежа.
       - Потому что держал мою судьбу на месте. Я бы многое по другому в городе повернул, да вот это мешало. А теперь я ни от кого не завишу. Шлыков вычистит город от бандитов, посадим продажных ментов, и вот тогда я действительно буду хозяином города.
       - И что ты будешь делать?
       - Да планов много, привлекем сюда крупный капитал, инвестиции в наши заводы, года через три ты Энск не узнаешь. А тогда можно будет побороться и за кресло губернатора. К этому времени от Бурмистрова народ устанет, все таки десять лет на одном месте, так что шансы у меня будут.
       - Однако ты замахнулся, - мотнул головой Кижаев. - Почему сразу не в президенты?
       Антон с улыбкой взглянул на старого друга.
       - Потому что я прагматик, а не идиот.
       - Хорошо, я за тебя рад. Ну, я пошел. На сегодня у меня, вроде бы, все, так что охото отоспаться. На, возвращаю тебе мобильник.
       Игорь с некоторым сожалением отдал телефон, он уже чуточку привык к подобным преимуществам прогресса.
       - Бывай. Заходи если будут еще какие проблемы, - предложил Федосеев.
       - Ну если приспичит, то конечно.
       Они пожали друг другу руки, Игорь вылез из машины и двинулся к своему "Фольксвагену". Он уже взялся на за ручку дверцы, когда сзади раздался выстрел. Тело Кижаева кинуло вперед, он ударился лицом о крышу машины и медленно сполз на асфальт.
      
       Глава 21.
       В наступившей тишине щелкнул замок дверцу "Волги", Антон Ильич Федосеев медленно приблизился к лежавшему на земле телу. Не выпуская из рук оружие он присел на корточки и попытался рассмотреть лицо бывшего друга.
       - Понимаешь, Игорь, - пробормотал он. - Друзей в нашем деле не бывает. Ты обломил два крючка, но ты сам как раз третий крючок. А я не хочу ни от кого зависить. Так что прости.
       "Надо его добить, - подумал Антон. - Как в кино, контрольный выстрел. Только надо посмотреть, не осталось ли у него чего".
       Он перевернул тело Кижаева, начал шарить по карманам. На мост влетел скорый поезд, и в этом грохоте господин мэр не услышал как открылась дверца "Фольксвагена" и тяжелый удар водопроводной трубы обрушился на его затылок.
       Первый раз Кижаев пришел в себя когда кто-то подхватив под мышки втаскивал его тело на заднее сиденье машины. Нестерпимо болела голова, тело онемело и почти не повиновалось ему.
       - Тяжелый как мешок с дерьмом, - пробормотал над его ухом странно знакомый голос, но последующий толчок снова болезненно ударил по мозгам Кижаева и погрузил его в темноту.
       Второй раз он очнулся уже по дороге, тело начало его слушаться, но головная боль осталась, и Игорю не хотелось не только двигаться, но и думать. Судя по покачиванию под ним сиденья "Фольксваген" куда то ехал, но куда, зачем, Кеже было уже все равно. Вскоре машина остановилась, щелкнула и захлопнулась дверца машины. Через пару минут рядом с машиной раздались возбужденные голоса, и Кежа увидел над собой знакомое лицо доктора Михайлова.
       - Ого, кровищи много натекло, - заметил он.
       - Да ты че, говорю насквозь башку ему прострелили!
       - Ну, если б насквозь, то бы он глазами не хлопал. Давай-ка помоги мне.
       Кижаев почувствовал как его за щиколотки тянут из машины, к этому времени он окончательно овладел своим телом и даже сумел устоять на ногах.
       - Хорошо, уже хорошо, теперь пошли, пошли! - приободрил его доктор.
       Используя Пупка и Александра как два костыля Игорь добрался до приемного покоя. Усадив Кежу на кушетку Михайлов промокнул кровь ватой и осмотрев рану на голове Игоря хмыкнул.
       - Везет тебе, парень. Сантиметром левей и тебя бы сейчас отправили в домик во дворе.
       Во дворе больницы стояло только одно строение - морг, так что намек Кежа понял. А доктор с монотонностью радио продолжал ставить диагноз.
       - А так пуля только чиркнула по твоей бестолковке. Надо будет потом просветить твой черепок на рентгене, но сейчас он у нас, как всегда, сломан, так что прийдется отложить все на потом. Машь! Обработай рану этому герою и перевяжи его.
       Отдав команду Михайлов убежал куда-то наверх. Пышногрудая медсестра быстро выстригла рядом с раной волосы, промакнула все йодом, и успокоила зашипевшего от боли Кижаева.
       - Это ерунда, кусок кожи содрало. Сегодня у нас как в Чечне, все везут и везут. Трое раненых, один с переломами ноги, а уж морг под завязку забили. Всех хирургов вызвали на работу.
       Когда Кижаев окончательно начал походить на раненого Чапаева перед последним заплывом, вернулся доктор.
       - Ну, как себя чувствуешь? - спросил он.
       - Как после нокаута. Меня разок так вырубали на городских, помнишь? Вот и сейчас такое же состояние.
       - Ляжешь к нам?
       Игорь мотнул головой и сморщился от плеснувшей внутри черепа боли.
       - Нет, лучше дома отлежусь.
       - Ну смотри, а то у нас сотрясения хорошо лечат.
       - Дома вылечишь. Поеду я домой.
       - Машину-то сможешь вести?
       - Конечно.
       Потом Кижаев удивленно сморщился и спросил:
       - Слушай, а кто меня сюда привез?
       - Как кто? Он.
       И доктор кивнул на Пупка. Тот гордо сопел от счастья. Еще бы, такие удивленные глаза он у Кежи еще ни никогда не видел.
       - Как же это ты?
       - Как-как! Завел да поехал, - солидно отозвался Пупок. - Вот затащить тебя в машину, это было трудно. А так, вести машину, плевое дело.
       - Да? Ну ты даешь, парень.
       - Я же говорю, когда вырасту стану пилотом "Формулы один".
       Тут Кижаев вспомнил про кое что еще.
       - Слушай, а этот что, уехал?
       - На "Волге"?
       - Да.
       - Нет, я его так хорошо по темечку трубой огрел, он поди до сих пор там на берегу валяется.
       - Так ты его... стукнул?! - высоко подняв брови спросил Игорь.
       - Ну да. Он подошел, над тобой наклонился, в этот момент я его и саданул. Он там рядом с тобой и лег.
       Кижаев сделал попытку засмеяться, но обхватил голову руками и выдавил какое-то куриное кудахтанье.
       - Господина мэра... трубой по голове...- с трудом выдавил он сквозь это подобие смеха, а потом испуганно прикрыл рот ладонью. Михайлов так же оглянулся по сторонам, но в приемном покое не было ни кого. Маша, сделав свое дело, скрылась где-то в глубине больницы.
       - Так это в тебя сам мэр стрелял? - спросил доктор.
       - Для кого мэр, а для кого просто Антон, друг детства. Бывший, - добавил Игорь, и попытался закурить. Он сделал только одну затяжку, а потом с отвращение загасил сигарету. А Пупка просто распирало от совершенного им подвига.
       - Смотри что я у него надыбал! - и Николай вытащил небольшой, тупорылый, блестящий хромировкой револьвер.
       - Ух ты, дай-ка посмотреть, - Игорь протянул руку, но пацан оружие ему не доверил.
       - Ага, знаю я тебя. Сейчас скажешь тебе еще рано, это оружие. Ты и так не дал мне из гранатомета пальнуть.
       - Нет, но из снайперской же ты пострелял!
       - Да чего там, всего три раза!
       Доктор откровенно угорал над этим диалогом.
       - Николай, не хами, дай револьвер, я только посмотрю. Посмотрю и верну.
       - Побожись!
       - Честное пионерское!
       - Сань, свиделем будешь, - по свойски обратился к врачу молодой нахал. Александр на такое обращение не обидился, со смехом кивнул головой.
       Пупок нехотя отдал свое оружие напарнику. Кежа с любопытством осмотрел револьвер, с помощью Александра прочел надпись на боку:
       - "Бульдог". Однако круто, эта марка идет еще от пистолета Шерлока Холмса, - сказал начитанный доктор.
       Крутанув барабан Игорь понюхал дуло. Из него откровенно тянуло сгоревшим порохом, и Кижаеву внезапно стало плохо. Он наконец осознал насколько близко в этот раз находился рядом со смертью.
       "И ведь ни чего в этот раз не чувствовал. Даже мысли такой не мелькнуло что Тошка может продать, сука. Старею, что ли?"
       Протянув револьвер своему воспитаннику, он сказал:
       - На, только не играйся с ним.
       Обрадованный Пупок спрятал оружие в карман.
       - Ну мы поехали, - сказал Кежа, поднимаясь с кушетки.
       - Может все таки подождешь и я найду попутную скорую?
       - Не надо. Я еще живой.
       Выйдя на крыльцо Игорь первым делом глянул на дом Федосеевых. Ни одно окно в нем не светило, и Кежа только пробормотал себе под нос: - Ну падла, все равно ты мне еще попадешься.
       Поразмыслив он решил, что господин мэр подождет, ни куда он от него не денется. Единственным желанием Игоря было добраться до дома и упасть в кровать. Бурный вечер отзывался усталостью каждой клетки его организма.
      
       Глава 22.
       Но Кижаев зря расчитывал на скорый отдых. "Фольксваген" начал чихать едва они отъехали метров сто от больницы. Глянув на панель Игорь выругался.
       - Вылазь, приехали, бензин кончился.
       Пупок повиновался молча, он знал что ближайшая бензозаправка находится на противоположном конце города. Но при этом он попытался прихватить с заднего сиденья СВД.
       - Ты чего, охренел что ли!? - Накинулся на него Кижаев. - Так и попрешь по городу с винтарем наперевес.
       - Ну и что, народу все равно нету, - буркнул пацан, пытаясь повесить винтовку по рейнджерски, на шею. Уже молча отобрав оружие Игорь швырнул СВД на заднее сиденье и дав подзатылок своему "суворовцу" подтолкнул его вперед.
       - Пошли, человек с ружьем.
       Николай нехотя поплелся за ним, поминутно оглядываясь на оставленное авто.
       - Опять сейчас полночи топать до Курятника, - пробурчал он, но сильно развить эту тему ему не пришлось. Кежа первый увидел на приближающейся машине знакомые огоньки таксомотора. Придерживая рукой аквариумообразную голову он выскочил на дорогу и тормознул старенький "Жигуленок".
       - Шеф, до Курятника!
       - Пятьдесят, - буркнул шофер, но увидев лицо и перебинтованную голову будущего клиента торопливо добавил. - Сто. Деньги вперед.
       - Хоть двести, - заявил Кежа, усаживаясь на переднее сиденье. - Николай, дай человеку деньги.
       Пупок порылся в своих безразмерных карманах, наконец вытащил какую-то бумажку.
       - Во!
       Кежа вовремя перехватил руку пацана.
       - Ты чего, сдурел! Это же доллары. Наши ищи, деревянные.
       Таксист совершенно обалдел слушая этот диалог. В это время он обычно встречал Московский поезд, развозивший челноков с многочисленными сумками, и совсем не ожидал встретить на обратном пути таких выгодных клиентов. Пупок долго еще рылся в карманах, вытаскивая то доллары, то пятисотки. Сотенную он нашел уже подъехав к дому.
       - Спасибо, шеф, всего тебе самого хорошего.
       Отъехав метров триста таксист снова увидел на шоссе человека с поднятой рукой.
       - Шеф, в "Гладиатор", - еле выговаривая слова сказал новый клиент, плюхнувшись на переднее сиденье. Сотенная бумажка в его руке еще больше подняла настроение таксиста.
       "Что сегодня в городе творится? Миллионеры что ли какие то в Энск приехали? Надо будет еще покататься".
       Если бы Кежа видел лицо нового пассажира такси, то очень бы удивился. Это был его старый, добрый знакомый, Валера Сытин. Владелец общего с Кижаевым "Фольксвагена" уже третий день находился в крутом запое. Как всегда в таком состоянии его тянуло к женскому полу, и он прошелся по всем старым адресам, из-за этого не попав на именины Бизона.
       Но Кижаеву сейчас было не до этого. Войдя в ограду он прямиком направился к дому, а вот Пупок вильнул резко влево, к сараю. Он искренно опасался что проспавшись его "наставник" все же отберет и револьвер, и еще кое что из трофеев Николая. Уже припрятав все свои сокровища Пупок довольный направился к крыльцу, но проходя мимо окна машинально взглянул в него, и тут же отпрянул в сторону. Сцена увиденная им внутри дома не очень его вдохновила. Несколько молодых, здоровых парней весело и азартно пинали Игоря Кижаева.
       То что его ждет не мягкая постель, а большие неприятности, Игорь понял лишь переступив через порог дома. Чьи-то сильные руки помогли ему быстрей достигнуть середины комнаты, а нога в мягком итальянском полуботинке встретившись с лицом Кижаева в самом конце этого полета вызвала целый сноп искр из глаз Игоря. Это только герои ненормальных американских боевиков способны после таких примочек без промедления начать крушить своих врагов вместе с небоскребами. Кижаев еще переживал предыдущую неприятность, когда две пары сильных рук подхватили его с пола и уже кулачные удары посыпались на его лицо и туловище. Когда и это закончилось Игорь смотрел на мир всего одним, правым глазом. Левый стремительно затягивала могучая опухоль.
       То что он увидел этим глазом не очень обрадовало его. Их было как минимум человек шесть, молодых, здоровых парней в одинакового фасона клетчатых рубашках, самых модных на этот день среди энской молодежи. Лишь один среди них был одет совершенно по другому. Светло-бежевый костюм и белоснежная рубашка дополнялись светло-коричневыми туфлями из мягкой кожи, уже достаточно знакомыми левому глазу Кежи. Внешний облик щеголя достаточно соответствовал столь изысканному наряду. Парень был очень красив. Рост не менее ста восмидесяти, худощав, поджар, правильные черты лица, голубые глаза и русые, роскошные волосы, и при всем этом чисто природное, идущее изнутри обаяние. Как-то сразу Кижаев понял, что это и есть знаменитый Серега, Сергей Анохин, бывший хахаль Лолки и фаворит покойного Бизона.
       Тот в этот момент так же любовался своим преемников в Лолкиной постели.
       - Это и есть тот самый Кежа? Я думал там жлоб ростом под потолок, а это какой-то обмылок, - ухмыльнулся он.
       - Он самый, Жмуня его нам точно срисовал.
       "Козел, мало я его бил", - запоздало пожалел Игорь.
       Между тем Сереге явно хотелось порисоваться. Он подошел поближе и не расставаясь с привычной ухмылкой уставился на Кижаева.
       - Ну что, падла, думал Бизона замочил и теперь самый крутой в Энске? Бизон и так давно в тираж вышел, наел сала как кабан, только на прошлом авторитете и держался. А у нас ведь есть парни и покруче чем эти мудаки. Да ведь?
       Парни державшие Кижаева одобрительно заржали. Но Игоря волновало совершенно другое.
       - Где Лолка? - прохрипел он.
       - Что, соскучился? Покажите ему подружку.
       Из спальни два парня за руку выволокли Ларису. Та жалобно всхлипывала, лицо ее опухло от побоев, громадная опухоль прикрывала правый глаз.
       - О, как вы хорошо вдвоем смотритесь! - восхитился Сергей. - Два глаза на двоих, чего еще надо для оставшейся жизни. У тебя левый, у нее правый.
       Рассматривая личико Кижаева Анохин подошел слишком близко к Игорю, даже чуть присел. Ни Жмуня, ни Пепел подобной ошибки бы уже не совершили. Использовав руки конвоиров как опору Кежа откинулся назад и своим знаменитым ударом ногой со всей силы врезал новому Энскому боссу по подбородку. Зубы Сергея клацкнули как сработавший капкан на волка, он отшатнулся назад, схватился руками за челюсть и прямо как был в своем пижонском костюме задом уселся на грязный, заплеванный пол. Впрочем, Игорь уже этого не видел, красивый этот пейзаж заслонили кулаки молодого поколения энских братков. Минут пять Кижаеву было не плохо, а очень плохо, единственное что спасло его от смерти, это энтузиазм и азарт избивавших его парней. В этой популярной процедуре хотели участвовать все, этим самым мешая своему соседу и товарищу. Когда первоначальный пыл остыл, Кижаев увидел своего основного врага уже стоящего на своих ногах, но с окоровленным носовым платком у рта. Лицо его было бледным от злости, нижняя губа опухла, рот кровил, и когда он начал говорить, Игорь был готов поклясться своим единственным зрячим глазом, что у Сергея не хватало в нижней челюсти пары зубов.
       - Ладно, хотел я вас просто грохнуть, но теперь вы у меня долго умирать будете...
       Он хотел было добавить что-то еще, но тут в руках одного из "телят" заработала рация. Торопливый голос взволнованно зачастил:
       - Серега, у соседа стог сена загорелся, там уже пожарные подъехали, линять нам надо отсюда, засекут!
       Анохин раздумывал недолго.
       - Ладно, засекут, не засекут, это уже не важно. Мы их не здесь замочим, а сделаем по другому. Подгоняй машины, отвезем их на Чулагу, свяжем спина к спине и пустим в реку, пусть перед смертью поплавают. Свяжите им руки.
       Игорь похолодел. Температура воды в реке в это время не превышала пяти градусов тепла, а в секцию моржевания он как-то записан не был. По своему богатому полярному опыту он знал, что означает подобное купание при такой температуре.
       "Максимум минут пять, потом сосулькой пойдешь на дно", - подбил итог предстоящего ему заплыва Кижаев.
       Бельевую веревку нашли прямо тут же, на кухне. Один из братков не очень умело связал обоих пленников.
       Парни начали шумно и торопливо одеваться и по одному выходить во двор. Вскоре зашумели моторы автомобилей, и Серега кивнул конвоирам Игоря.
       - Выводите его.
       В сенях почему-то не оказалось света, и когда конвоир справа неожиданно споткнулся и с чертыханием упал, Игорь не сразу понял проишедшие изменения в его жизни.
       - Блин, почему света нет, я чуть ногу не сломал! - ругался браток. Лишь выйдя на улицу Игорь понял, что карман его куртки оттягивает странная тяжесть. Локтем нащупав свое приобретение Игорь понял, что это не что иное как револьвер господина мэра.
       "Пупок расстарался", - понял он. Признаться, Игорь совсем забыл о пацане, и лишь теперь порадовался за своего соратника, избежавшего его горькой участи. Теперь у него появился кое какой козырь, не туз, конечно, но и шестерка при таком раскладе хороша. Надо было лишь ей хорошо воспользоваться.
       Выйдя во двор Игорь увидел, что действительно через два дома от них пылал громадный стог сена. Судя по бликам мигалок уже подъехали пожарные, а голоса и крики людей подсказали Кижаеву, что сейчас вокруг пожара собралась вся улица.
       - Так, не дергайся, понял, - сказал за спиной Игоря голос Сергея и что-то по ощущениям похожее на ствол пистолета уперлось в спину Кежи.
       Их с Ларисой по очереди вывели со двора и усадили на заднее сиденье серебристого "Опеля". За руль Сергей усадил одного из своих парней, сам он все еще переживал утрату двоих зубов, время от времени прикладывая ко рту носовой платок. Весь исход незванных гостей дома двадцать восемь произошл настолько быстро, что никто из зрителей пожара не понял что за кавалькада отвалила от дома Михайловых. Тем более не до этого было пожарным. Этот вечер и ночь показалась им одним сплошным огненным кошмаром.
       Кроме "Опеля" в распоряжении Сергея и его команды были еще две машины, "девятка" и красная "Нива". Своих "телят" покойный Бизон держал в черном теле, лишь Сергею было доверено купить иномарку. В "девятке" было трое парней. Зато в "Ниву" уселись четверо. Никто из них не ожидал в ближайшем будущем от жизни никаких неприятных сюрпризов, но совсем по иному думал Николай Пупков. Еще у окна наблюдая за всеми событиями в доме он понял, что пятью патронами восьмерых человек он никак не замочит. И тогда Пупок начал искать пути спасения своего старшего брата. Подпалив стог сена и сунув револьвер в карман Кижаева он сейчас думал о том, чтобы еще такого сотворить для спасения друга. Когда последний из "телят" покинул ограду Пупок подбежал к забору. Разглядывая в щелку машины Серегиной братвы, он сунул в карман куртки руку и вытащил из нее толовую шашку, тихо стыренную им у Кижаева еще в доме подполковника. Воткнув в шашку запал Николай торопливо поджег шнур и кинул этот небольшой подарок через забор на крышу отъезжающего автомобиля. С "Опелем" Сергея или с "девяткой" этот его номер бы не прошел, на покатой крыше не удержалось бы ничего, но шашка попала на крышу "Нивы", украшеную для красоты пластиковым антикрылом. Все пассажиры машины отреагировали на стук по крыше одинаково, с недоумением подняв вверх глаза. Хозяин машины, Валера по кличке Фитиль, чертыхнулся, но останавливаться не стал, две остальных машины сильно вырвались вперед.
       - Козлы, камнями что ли кидаются, - сказал он, озираясь по сторонам.
       Когда далеко сзади "Опеля" рвануло огнем и грохотом, ни кто из его пассажиров ничего толком не понял. Сергей остановил машину и выйдя на улицу пару минут наблюдал как горит машина с его людьми. Воспользовавшись этим Кежа тихо шепнул на ухо Лолке:
       - Развяжи мне руки.
       Та сначала с недоумением уставилась на него, потом поняла и потихоньку начала нащупывать пальцами хитросплетения бельевой веревки на запястьях своего друга. Чтобы не вызвать подозрения Игорь сделал вид, что ему очень плохо и привалился на плече Ларисы.
       Наконец Сергей махнул рукой своим подельникам в "девятке". Вернувшись в машину он с раздражением сказал своему спутнику:
       - Козел этот Фитиль! Сколько говорил ему, не вози с собой гранату, тем более снаряженную, так нет! Мудак!
       - Ты думаешь из-за этого рвануло?
       - Ну, а из-за чего!? Хреново что из вас никто армейских портянок не нюхал, там бы у вас быстро уважение к оружию вдолбили.
       Хотя парни были заняты разговором, но Лариса уже столь откровенно шурудила его морские узлы, что Игорь начал опасаться за всю эту авантюру. По счастью им повезло.
       - О, менты, - сказал Сергей и выключил в салоне свет. Мимо них пронеслись два "Уазика", но увы, Игорь только слышал знакомый шум вожделенной машины. Чтобы хоть как-то занять время и отвлечь внимание от потуг Ларисы, Кежа задал вопрос давно уже мучивший его.
       - Откуда вы узнали где мы живем?
       - Дяденька один подсказал, - под ржание напарника ответил Сергей.
       - И что за дяденька?
       - Не знаю, по трубе звякнул.
       Игорь оживился.
       - По мобильнику?
       - Ну да.
       - И что он сказал?
       - Сказал что ты прячешься на Кронштадской.
       "Антон, - понял Игорь. - Только он знал про Кронштадскую".
       Это было действительно так. Прийдя в себя Антон Федосеев увидел вдалеке желтые огоньки удаляющейся машины. Для него это означало только одно, Кижаев остался жив и представлял собой еще большую угрозу. Ощупав затылок господин мэр обнаружил на нем огромную шишку.
       "Как это можно, кто? И почему он оставил меня в живых?"
       Еще большее недоумение у него вызвало исчезновение револьвера.
       "Так почему он меня не убил? "
       Именно это недоумение и порождало в душе Антона Федосеева наибольший страх. Он и знал Кежу, и в тоже время уже не понимал мотивов его поведения, непредсказуемых и непонятных. Долгие годы чиновничьего прагматизма напрочь выели из его души то детское, безалаберное начало, объединявшее их в те давние годы. Торопливо кинувшись к своей машине Антон с облегчением обнаружил на переднем сиденье папку с добытыми ему Кежей документами и торопливо сжег все бумаги.
       "Если он поехал в милицию, то у него не будет ни каких доказательств", - думал Антон, машинально ставя себя на место Игоря. - "Жалко Бизон гробанулся, теперь Кежу и не кому остановить. Хотя... Как-то он давал мне один телефон".
       Торопливо перелистав записную книжку он нашел то, что искал, телефон Сергея Анохина. Тот в это время был еще на дискотеке в Доме Культуры. Собравшись со своими "теленками" в одной из комнат он обсуждал гибель Бизона и открывавшиеся после этого перспективы. Не прерывая разговора Сергей поднес телефон к уху и услышал незнакомый голос.
       - Сергей?
       - Да.
       - Вы хотите знать кто убрал Бизона?
       - Ну и кто?
       - Есть такой Кежа...
       - Знаю, - прервал Сергей. - Искали мы его недавно, но не нашли.
       - Он прячется на Кронштадской, это в Курятнике.
       - А кто это говорит?
       - Неважно, - и голос в трубке замолк.
       Добраться до Курятника и найти улицу с таким редким названием было делом десяти минут. Примерно столько же ушло на установление нужного им дома. Единственным недостатком Кронштадской улицы была ее небольшая протяженность, всего каких-то сорок домов. Для Энска с его километровыми улицами Кронштадская казалась большим переулком. Сначала они хотели провести самый обычный осмотр заходя в каждый дом, но тут им подвернулся знакомый местный наркоман.
       - Эй, как тебя там? - окликнул его Сергей.
       - Чалик, - напомнил парень угодливо изгибаясь.
       - Ты здесь живешь?
       - Да, вон в десятом доме.
       - Не видал ни разу здесь "Фольксваген", цвет "мокрый асфальт"?
       - Видел, - оживился парень. - Сегодня вечером. Цвет, правда не разглядел, темно было, но тачка точно не наша.
       - И где?
       - А вон, из того двора выехала, двадцать восьмой дом.
       - Санек, ну-ка, загляни туда! - велел Сергей.
       - Э, Серега, сыпани хоть пару доз, крутит уже, - взмолился Чалик.
       - Фитиль, выдай ему дозу, и этого хватит.
       Перепрыгнув через забор Санек подкрался к окну и увидел внутри дома Лариску. Первый раз в жизни она сознательно, без понуканий мыла пол. Через пять минут он оказался затоптан "стадом" Сергея больше прежнего. А еще через три минуты подъехал на такси Кежа.
       "Значит он не знает кто его навел, - думал Игорь. - Если они сейчас меня грохнут, то будет обидно, что Антон останется в стороне. А так хоть эти могут на крючок его привесить".
       - Так ты не знаешь кто тебе звонил? - переспросил Кижаев владельца "Опеля".
       - Нет.
       - Зато я знаю.
       Оба парня на секунду обернулись назад, но потом снова уставились на дорогу.
       - И кто же это такой добрый?
       - Наш мэр.
       - В самом деле? - в голосе Сергея слышалось удивление.
       - Именно он.
       - И за что же он тебя так не любит?
       - Слишком многим мне обязан.
       - Значит это ты для него замочил Бизона?
       - Выходит так.
       Сергей довольно засмеялся.
       - И не только для него. Ты мне дорогу расчистил. Давно я этому дураку говорил, что пора завязывать с оружием. Хлопот много, а толку мало. Вагон с продукцией стоит столько же, сколько два кило героина. Фигня. Провезешь промокашку с ЛСД, и навар больше чем с "Камаза" патронов. А вот и Чулага, скоро вы у нас поплаваете.
       "Да, похоже сдачи ГТО нам с Лолкой все таки не избежать", - подумал Игорь, но в этот момент почувствовал как ослабла хватка его пут. Он сразу сунул руку в правый карман и большим пальцем взвел курок "Бульдога".
       Обе машины одновременно остановились на мосту. Чулага была маленькой речушкой, и дорога эта вела в самый отдаленный райцентр, так что можно было не опасаться проезжающих машин и лишних свидетелей.
       Первой темой обсуждения все приехавших на мост стал взрыв "Нивы". Вывалив из машин они наперебой начали обсуждать версии происшедшего.
       - Серега, что с машиной Валерки случилось, ни хрена не пойму!?
       - Хрен ли там не понятно, он всегда две гранаты с собой возил, вот они и рванули!
       - Как это они могут рвануть, ты мне скажи!..
       - Хватит базарить! - прервал спор Анохин. - Мы не за тем сюда приехали. Менты скажут что там рвануло, а вам, придуркам, на будущее урок. И так слишком много с собой таскаете. Нахрен вот тебе, Чапа, автомат?
       Парень, на которого напустился Сергей в самом деле стоял с самым настоящим АК-47.
       - А че, классная пушка, - хмыкнул тот.
       - За эту пушку тебя упекут лет на пять ни за хрен собачий, даже если и пальнуть из нее не успеешь! Я вообще с собой ствол не ношу, ты же знаешь. И хрен ко мне кто из ментов придерется. Давай, вынимай этих, - мотнул он головой в сторону своего "Опеля".
       Сергей подошел к перилам, глянул вниз. До воды было метров пять, и темная гладь реки могильной чернотой выделялась среди серых в ночи берегов. За его спиной парни грубо выволокли из салона Лолку, потом принялись за Кижаева. Тот держал руки так, словно у него сильно прихватил живот. Парень, рванувший его за шиворот, не ожидал ни каких сюрпризов, поэтому когда очутившись на свежем воздухе Кежа ткнул дулом пистолета ему в живот, тот даже не понял что это такое. Выстрел в упор откинул тело невежи метра на два, а Игорь уже ловил на мушку следующего из его врагов, того самого, с автоматом. Он единственный имел в руках хоть какое то оружие. С трех метров промахнуться трудно, тем более такому хорошему стрелку как Кижаев. Парень упал выронив автомат, следующим выстрелом Игорь прикончил последнего из команды "девятки", просто окаменевшего от неожиданности всего происходящего. Зато шофер "Опеля" понял все, и хотя сам имел пистолет рванул со всех ног в темноту. Кежа выстрелил ему вслед, но лишь вторая пуля догнала его беглеца, так что когда Сергей Анохин оторвался от речного пейзажа и повернулся лицом к народу, его встречало только черное око револьверного дула.
       Игорь знал, что патронов у него больше нет, но это мало волновало его. Он опасался только одного, как бы не очухался кто нибудь из подстреленных им парней. Один из них, тот самый невежа, хрипел на земле зажимая рану на животе. Постанывал и автоматчик, зато остальные двое лежали очень смирно.
       - На колени, и руки за голову, - приказал Игорь Анохину. Тот молчал, не говорил ни слова, но и не двигался. - Кому говорю, на колени, сука! - уже дурным сержантским голосом заорал Кижаев.
       И Сергей медленно опустился на колени, потом заложил ладони за затылок. Игорь тут же подскочил к нему с боку, сунул ствол револьвера чуть повыше уха и когда почувствовал как окаменело тело его врага, смачно и резко ударил его в эту же точку рукоятью пистолета.
       Когда Анохин пришел в себя руки его были связаны за спиной. Застонав он попробовал подняться, и Лолка с Игорем помогли ему сесть прислонив спиной к перилам моста. К этому времени Кижаев уже убедился, что ни кто из остальных "телят" не представляет для него большой угрозы. Четверо были уже мертвы, доходил и этот, с простреленными кишками. Сменив пустой револьвер на более надежный автомат Калашникова, Кижаев продолжил разговор с Сергеем.
       - Ну что, парень, чуть-чуть у тебя не пролезла эта с затея с моим купанием. Что мы будем делать дальше?
       - Не знаю, - прохрипел в ответ тот.
       - Не знаешь, а мне кажется знаешь, - и он ткнул дулом автомата Сергею в висок. Анохин сделал попытку отползти в сторону, но на это у него небыло ни сил, ни пространства. Сцену всего разговора освещали горевшие фары "девятки".
       - Лолка, что мы с ним делать будем, пристрелим или в реку кинем?
       - Яйца ему отстрели, - буркнула девушка, кутающаяся в кожаную куртку Сергея.
       - А потом?
       - А потом он сам сдохнет.
       - Да можно и так.
       И ствол автомата переместился в промежности Сергея.
       - Не надо! - взмолился тот. - Не хочу!
       - Мало ли что ты не хочешь. Мы зато хочем. Тебя за одну наркоту надо кастрировать.
       - Я же не виноват, все это начал Бизон, - торопливо и с жаром заговорил Сергей. - Я уже принял все дело у него. Он все наладил, и поставку и сбыт. Там все так хитро устроено, это надежней чем в банке, никто никогда не сможет их накрыть.
       - Ну и что же там такого хитрого? Где ты хранишь всю свою наркоту?
       Сергей скривился, но сказал.
       - Запорожская семь, квартира весемнадцать.
       - Сколько там и чего?
       - Там килограмм геры и марок много...
       Мирный разговор старых друзей прервало нежданное появление на ближайшем пригорке двух пар автомобильных фар. Судя по реву двигателей обе машины очень спешили. Кижаев насторожился и потянул потянул девушку за рукав.
       - Уйдемка со света.
       Они отбежали в сторону и присели за капотом "Опеля".
       - Кто это еще может быть? - пробормотал Кежа, передергивая затвор автомата.
       Но пускать его в ход не пришлось. Черная "Волга", резко затормозившая около них, показалась Кижаеву знакомой, хотя человека, первого выскочившего из нее Игорь узнал не сразу.
       - Живой!? - удивленно воскликнул Шлыков.
       - А какой же еще? - буркнул Кижаев, с некоторым удивлением рассматривая побитое лицо майора. Сейчас они выглядели как братья по одному несчастью. Говорить длинными монологами Игорю мешали разбитые губы. Впрочем, поговорить толком им не удалось. Из-за спины майора выскочил Пупок и с криком: "Кежа!" - повис на шее Игоря.
       - Ну у тебя и сын, просто фауст-патрон какой-то, - покачал головой Шлыков. - Всю милицию поднял на уши, отца, кричит, убивают, подайте мне сейчас же майора Шлыкова!
       "Не дай боже иметь такого сына, лучше сразу застрелиться", - подумал Игорь, но все таки погладил новоявленного сыночка по голове. А тот был готов взорваться от восторга.
       - Ну, как я их всех сделал, а?!
       - Молоток, - похвалил Кежа, - Майор, у вас при КГБ нет суворовского училища? Рекомендую, человек-невидимка, ниндзя доморощенного разлива, полностью обученный террорист. Способен стрелять, взрывать, а страшней всего когда у него в руках водопроводная труба.
       К беседующим подошел Иванов.
       - Четыре трупа и этот вот орел, - доложил он майору кивая головой на попрежнему сидящего у ограждения Сергея.
       - Это кто? - спросил Шлыков у Кежи.
       - Сергей Анохин, ну ты помнишь такого, пастух бизоновских "телят". Кстати, я его тут пугнул хорошо, назвал он один адрес где они хранят наркоту. Запорожская семь, квартира восемнадцать.
       - Запорожская семь квартира восемнадцать, - повторил запоминая Шлыков.
       - Постой, это же адрес Ждановича, его прежняя квартира, - удивился Иванов.
       - Начальник ОБНОН? - удивился майор.
       - Ну да, сейчас он себе дом выстроил, но эта квартира так и осталась за ним.
       Шлыков тяжело вздохнул.
       - Эта ночь когда нибудь кончится? Иванов, бери пару человек, этого орла и на полной скорости лети к прокурору. Пусть дает санкцию на обыск квартиры и на арест Ждановича.
       - Хорошо, - кивнул лейтенант, и махнул рукой своим подчиненным. Когда Анохина проводили мимо них, Лолка неожиданно выпрыгнула вперед и резко ударила ногой в пах своему бывшему интимному другу. Тот вскрикнул от боли и захрипев согнулся в три погибели. Только руки конвоиров не дали ему упасть на землю. Милиционерам было не до церемоний, и они волоком дотащили его до своей машины.
       - Девушка чем-то обижена? - спросил Шлыков.
       - Да, не обращай внимание, старые счеты. Это он заслужил.
       Сказав это Кижаев почувствовал слабость и сполз на землю, прислонившись спиной к радиатору "Опеля".
       - Ты что, Кежа? - удивился Пупок.
       - Да... хреново что-то... Давно меня так долго и дружно не пинали.
       - В больницу тебя надо, - решил майор. Он обернулся и скомандовал одному из своих подчиненных. - Николай, останься здесь, я скоро пришлю людей, запротоколируешь тут все, потом этих в морг, машины в отдел.
       - Ясно.
       - Поехали, калеки.
       Уже в машине Шлыков спросил Игоря.
       - Ты зачем склад то взорвал?
       - Да, так получилось.
       - Х-хэ, артист. Стольких улик меня лишил.
       Дальше они ехали молча, лишь у самой больницы Игорь полез в карман и достав бумаги Самойлова протянул их майору.
       - На, может здесь что ценное найдешь.
       Остановив машину у крыльца больницы Шлыков полистал архив покойного подполковника и довольно хмыкнул. К этому времени босая Лариса в сопровождении Пупка уже скрылась в дверях приемного покоя.
       - Что-то похожее я искал, - признался Шлыков. - Но ты меня опередил. Расчетная книга Самойлова, тут, практически, реестр всех его люди. Вот, оказывается, кто бомбанул сейф Самойлова. Тебе-то что там нужно было?
       - Да дурак был. Слишком верил одному человеку.
       Он машинально покосился в сторону дома господина мэра и вдруг увидел свет в знакомом окне на втором этаже. Занятый разбором бумаг майор не обратил внимание на этот взгляд своего невольного помощника.
       - Ну ладно, я пойду, может врачи хоть касторкой угостят, - сказал Игорь, открывая дверцу машины.
       - Смотри-ка ты, он еще шутит, - засмеялся фээсбешник. - Ну давай, сегодня отлеживайся, а завтра встретимся, поговорим подробней.
       Отъезжая от больницы Шлыков думал уже о другом.
       "Надо подкинуть эти бумаги в сейф Самойлова в ГОВД, ключи от него у меня есть, все замы пока в разгоне, надо провернуть это дело как можно быстрей."
       Он бы очень удивился, если бы увидел как переменился его подопечный лишь машина майора скрылась за поворотом. Из дверей приемного покоя как раз выскочил Пупок.
       - Ну ты что там застрял, Сашка ждет тебя!
       - Подождет, ты лучше сходи к машине и принеси винтовку. На вот тебе ключи.
       Подобные распоряжения Пупок исполнял беспрекословно и с особым рвением. Игорь только и успел ему крикнуть вслед.
       - Принеси ее к остановке.
       Когда через пять минут Николай притащил СВД к остановке Кижаев разглядывал горящее напротив на втором этаже окно.
       - Принес, хорошо. Как ты только сюда забирался, не пойму.
       - Да вот, смотри, - и с ловкость обезьяны Пупок через пару секунд очутился на крыше, использовав для подмоги ствол стоящего рядом с остановкой дерева. Кежа хмыкнул, подал своему напарнику винтовку и с трудом, со стонами и кряхтением повторил тарзаний подвиг "приемного сына".
       - Черт, - выругался он уже наверху. - Все ребра болят.
       Поднявшись во весь рост он поднял винтовку и приложив ее к плечу заглянул в оптический прицел. Антон Федосеев был дома. Десять минут назад он приехал из мэрии и еще в возбужденном состоянии поднялся в свой кабинет. Все это время он ждал, проявится ли где нибудь Кижаев. Но Игорь исчез без следа, и друг его детства решил, что все таки его затея с тем звонком удалась. Сидя в кресле Антон Ильич смотрел на лежащий перед ним листок белоснежной бумаги.
       "Вот точно такая же бумажка в свое время испохабила мне жизнь. Какой-то листок бумаги, десять грамм чернил, а словно кандалы на ногах, ни ступить, ни вздохнуть без спроса. Конечно, не стоило стрелять тогда в того мента, но кто я тогда был? Пацан, молодой дурак с большими амбициями. Хорошо что все они остались там, в отдельной камере КПЗ..."
       Кижаев опустил вниз флажек предохранителя, с такого расстояния он видел все морщинки на лице его бывшего друга. Можно было стрелять, но что-то мешало Игорю. Наконец он понял.
       - Коль, ну-ка свистни как я тебя учил, - попросил он Пупка.
       Тот вложил два пальца в рот и резкий, с переливами свист разрезал ночную тишину. Мэр города Энска Антон Ильич Федосеев так же услышал его. Не веря своим ушам он вскинул вверх голову, и Кежа увидел его глаза, выражение изумления на лице бывшего друга. Игорю оставалось немного, он легонько потянул скобу спуска и отдача в плече подсказала ему, что пуля отправилась в свой короткий полет. Зазвенело разбитое стекло и мертвое тело мэра города Энска откинулось назад, а потом завалилось набок.
       - Ну вот и все, пошли, слазим, - велел Игорь.
       С кряхтением и стонами он спустился вниз, отдал винтовку Пупку и приказав ее выкинуть подальше двинулся к больнице. На крыльце его уже ждала встревоженная Лариса.
       - Вы куда пропали?
       - Да никуда мы не пропадали, так отошли немного по делам.
       - Пошли, Сашка ждет.
       - Какой он тебе Сашка, он тебе в отцы годится.
       - Ты мне тоже в отцы годишься, не хочешь ли чтобы я и тебя по имени отчеству называла?
       - Нет, не хочу.
       Михайлов недолго разглядывал своего родственничка.
       - Так, сейчас ляжешь в пятую палату, там было еще одно место...
       - Никуда я не лягу, Саня. - прервал его Игорь. - Меня и не так порой лупили. Мне бы сейчас в ванну на полчасика, и больше мне ничего не нужно.
       Доктор хмыкнул, потом пошарил в кармане и выложил на стол связку ключей.
       - Вот этот от нижнего замка, этот от верхнего. Адрес ты знаешь.
       - А эта, твоя новая не будет против?
       Михайлов поморщился.
       - Ее уже нет.
       - Что, не сошлись характером?
       - Скорее темпераментом.
       - Понятно. Ну тогда мы пошли.
       - Погоди, может "скорую" сейчас поймаем.
       Но как назло все медицинские машины оказались в разъезде.
       - Ладно, мы пойдем потихоньку, тут же не так далеко.
       Они двинулись по дороге, Лариска шлепала по асфальту в безразмерных больничных тапочках, Игорь так же не спешил по причине болезненно переносящего каждое движение организма. Лишь Пупок носился вокруг сладкой парочки с энтузиазмом хорька в курятнике.
       - А здорово я этих в "Ниве" рванул, а?
       - Молодец-молодец, - проворчал Игорь, косясь в сторону дома Антона. Во всех окнах особняка горел свет, рядом с воротами стояло несколько машин. Когда Игорь обернулся и посмотрел вперед, его чуть не хватил удар. Пупок вынырнул из кустов со снайперской винтовкой в руках.
       - Ты что, охренел! - накинулся на воспитанника Игорь. - Тут пол-ментовки в ста метрах от нас, а он с винтарем разгуливает!
       - Ну не бросать же ее тут! - возмутился Николай.
       К этому времени они уже подошли к сиротливо стоящему на обочине "Фольксвагену".
       - Ключи давай, - буркнул Кежа, нервно посматривая назад. Открыв дверцу он полой куртки торопливо протер винтовку и бросил ее на переднее сиденье.
       - Все, уходим, и как можно быстрей.
       В этот раз им снова повезло. Свернув за угол Игорь увидел знакомый желтый огонек с черными шашечками.
       - Такси! - вскричали они в три голоса.
       - Шеф. На Комсомольскую!
       - Сотня!
       - Идет, - согласился Кижаев, загружаясь на переднее сиденье.
       Водитель узнал его только по куртке и повязке на голове.
       "Ненормальный какой-то этот миллионер. Где он только приключения находит на свою задницу? Если дело так и дальше пойдет, то к утру его точно грохнут".
       Такси не успело свернуть за угол, как из-за поворота показался еще один человек. Это был Валера Сытин, окончательно изгнанный из "Гладиатора" по причине индивидуального де-фолта и позднего времени. Он мало что понимал в происходящем, тем более не соображал куда несут его ноги. Но даже в таком состоянии Валера мгновенно узнал свой любимый "Фольксваген". Неуверенной рысцой он побежал к машине, открыл дверцу и плюхнулся на переднее сиденье.
       - Ну уж хрен я теперь кому тебя отдам, - пробормотал он, пытаясь завести двигатель. Увы, это ему не удалось. А тут еще что-то твердое мешалось под задницей.
       Валера попытался вытащить это нечто, но оно оказалось через чур большим, и Сытину пришлось выбраться из машины, а потом уже разобраться со странной железякой.
       - Это еще что за фигня, - пробормотал он, вытаскивая на свет божий винтовку. Сыч почти понял что это он держит в своих руках, но тут его ослепил свет вывернувшегося из-за угла "Жигуленка" патрульно-постовой службы.
       - Глянь, - закричал сержант-водитель, показывая напарнику на странную сцену у дороги.
       - Оба, вот это удача!
       Когда из подлетевшей машины выскочили три мента и заорали дружным хором: - Брось оружие! - Валера даже в состоянии крайней степени опьянения понял, что случилось что-то крайне неприятное. Он убедился в этом через пару минут, когда уже упакованный в наручники услышал как довольный сержант докладывал по рации своему начальству.
       - Так точно, задержан с оружием в руках, скорее всего он и есть убийца мэра.
       Волосы протрезвевшего Сыча начали медленно подниматься дыбом. Но он еще не знал, что у него в багажнике лежит труба от гранатомета, из которого расстреляли его большого друга Бизона. Пупок так и не привык расставаться с оружием, хоть уже и бесполезным, отслужившим свое.
      
       Глава 23.
       В это время Игорь уже отмокал в ванне доктора. Она была не столь объемной как в квартире Кижаева, но когда Лолка пожелала составить ему компанию, места ей тоже хватило. Впрочем, о сексе не помышлял ни кто. Сидя друг напротив друга они разглядвали свои посиневшие, с разбухшими губами, перекошенные физиономии.
       - Да, жуть какая-то, - пробормотала Лолка. - Я тоже такая же красивая?
       - Можешь не сомневаться, даже к зеркалу не подходи, - развеял ее сомнения Кижаев.
       - Жрать будете? - спросил Пупок, появляясь в ванной с огромным бутербродом в руках.
       - Ты еще спрашиваешь, давай, тащи быстрей.
       Вскоре Пупок притащил два бутерброда размерами гораздо поменьше чем у него самого.
       - Эх, пива нет, - пожалел он, усаживаясь на край ванны.
       - Алкоголь вреден для растущего организма, - пробормотал Игорь, вычитанную где-то фразу.
       - Не пыли, папаша, лучше подлей еще, - ухмыльнулся наглец, засовывая в рот последний кусок колбасы и уворачиваясь от подзатыльника названного родителя. Кежа только и успел плеснуть вслед ему водой.
       Когда через полчаса они выбрался из ванны, Пупок прямо в одежде спал в зале на диване, сжимая в руке недоеденный бутерброд.
       - Я теперь понял что чувствует отбивная перед тем как ее начинают жарить, - пробормотал Кижаев, укладываясь в кровать. Лариска, единственная его слушательница, молча пристроилась рядом, натянула на голое тело одеяло и прижавшись к Игорю сказала, едва выговаривая слова.
       - В общем так, Кижаев, я подумала и решила, что выйду за тебя замуж.
       - Чего это так? - ухмыльнулся Игорь. - Боишься что ни один двухглазый на тебя больше не позарится?
       - Нет, просто ты мне нравишься, с тобой хорошо, надежно.
       - А если я не захочу тебя взять в жены?
       Лолка сочно зевнула, подтянула к себе одеяло и уже совсем сонным голосом заявила:
       - Тогда я пойму в ментовку и накатаю на тебя телегу... Скажу, - она снова зевнула. - Что ты меня изнасиловал. А за малолеток дают от пяти лет и выше, я узнавала.
       Через пару секунд она спала. Все сказанное ей можно было принять за шутку, за временную причуду капризной девчонки. Но Кижаев слишком хорошо знал упрямый характер своей боевой подруги. Покосившись на спящую на его руке девушку он вздохнул и начал подбивать некоторые итоги.
       "Так, и что мы имеем после всей этой бодяги, а, Альбатрос? Ты кажется хотел иметь жену не моложе двадцати пяти лет, желательно с большим ребенком и покладистым характером. Хозяйственную, хорошо готовящую. Что мы имеем сейчас? Приемного сына в лице Пупка, и жену в виде энской Лолиты. Готовить не умеет, стирать не любит, убирается под пистолетом. Правда в постели хороша, но зато прийдется ходить в школу на собрания и писать за нее сочинения. Какой ужас! И отказаться нельзя. Она ведь посадит, она может. Капкан, брат!"
       Он покосился на свою малолетнию ловушку, вздохнул, и попытался уснуть. Как ни странно, но это ему удалось.
       март- апрель 2000 года.
      

  • Комментарии: 1, последний от 11/03/2009.
  • © Copyright Сартинов Евгений Петрович (esartinov60@mail.ru)
  • Обновлено: 17/02/2009. 297k. Статистика.
  • Повесть: Детектив
  • Оценка: 6.71*7  Ваша оценка:

    Связаться с программистом сайта.