# Мы будем пить вино из разноцветных чашек. Г А Л Ю цинация No.3

Галина Туз

- Ха! - пропал без вести, разыскивая брата на войне? Ох, не смешите меня! Да этот человек прошел башмаками по такому количеству судеб, даже не обернувшись, что подобное самопожертвование за други своя верится не просто слабо, а вообще никак. От очередной бабы решил сбежать - вот и весь его подвиг. Нет его среди нас, и все тут! - Марийка ставит алые гладиолусы в подходящую по цвету вазу, оборачивается и смотрит мне прямо в глаза с осуждением: неужели я поверила?

Марийка всегда в курсе всего, она золотой эталон местной совести. Хочешь узнать что-нибудь про себя или про других - вызывай Марийку.

Петруша молчит. Он, как Ореховая Соня, никогда не встревает в разговор. Ни к чему это ему, у него свои дела. Вот, не хватило одного золотого мазка на портрете Зяблика. Нужно добавить. Зяблик тут же позирует, смущается. Он - то в розовом, то в желто-красном, рябит в глазах. Но Петруше нравится, он любит яркие цвета.

И, без сомнения, все знает о предмете нашего разговора. Петруша склонен доверять Марийке, но не способен злословить.

Элен тоже поддерживает Марийку, потому что хорошо читает в человеческих душах. Ей, в общем-то, без разницы, кто там куда пропал и по какой причине, но она старается быть справедливой и поэтому ласково мне улыбается: "Ах ты мой солененький огурчик!", в смысле, зелена ты и наивна до неприличия.

"Хоть огурцом обзови, только в бочку не сажай", - думаю я, а вслух говорю примиряюще:

- Я же ищу не по собственной инициативе, так надо для учета кадров.

- Не там ищешь. Такие в воде не горят и в огне не тонут, - непохожие друг на друга близнецы Вадик и Жорик всегда говорят хором. Правда, стоит чему-то прозвучать ни в склад и ни в лад, они тут же расходятся по разным углам, как будто до этого никогда и знакомы не были.

- Это вообще не его епархия! Если он и среди нас, то никогда не учился в Литинституте! И Межиров не был его мастером! - запальчиво кричит Нино откуда-то извне. Она никак не может смириться с тем, что все здесь по-другому и важны иные вещи, не прежние.

Утерявший покой грустный Межиров появляется на миг, чтобы укоризненно покачать головой и исчезнуть.

Аэд возвышается над всеми, держа в руке положенный вообще-то рапсодам жезл. Примеряется, как бы половчее приложить Элен, дабы не заносилась чересчур. А то сильно много во всем понимает, особенно в гекзаметрах.

Залитое золотым светом пространство вмещает в себя всех нас, а еще - всех остальных.

Недавно прибывшая Лали по-хозяйски осматривается и удовлетворенно вздыхает. Она тоже в курсе того, о чем здесь идет речь. По роду своей деятельности она - Спасительница. Я же - неудалой Шукач, которого и в отсутствие всех остальных профессионалов использовать - во вред себе...


...Я многого не помню. Например, брала ли с собой зубную щетку, когда оставалась у него ночевать? Если не брала - то как обходилась? Если брала - то куда совала, готовясь уйти из дома? Как-то я сказала ему: "Приходи ко мне. Мы будем пить вино из разноцветных чашек: красной, синей и зеленой". "Сразу из трех?", - ответил он и не пришел, и с тех пор мне поручено его искать, а найдя, проникновенно посмотреть в глаза и сказать: "Что ж ты жизнь-то людям портишь, гад эдакий?". Взять на пушку то есть. Потому что жизнь испортить никому невозможно. Да и изменить ее к лучшему - тоже. Потому что жизнь - величина постоянная. Впрочем, как и смерть.