Красногоров Валентин Самуилович
Женщина, которой не было

Lib.ru/Современная: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Помощь]
  • Оставить комментарий
  • © Copyright Красногоров Валентин Самуилович (valentin.krasnogorov@gmail.com, krasnogorovtheatre@gmail.com)
  • Размещен: 01/02/2026, изменен: 01/02/2026. 215k. Статистика.
  • Пьеса; сценарий: Драматургия
  • Современная
  • Скачать FB2
    •  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    В истории есть удивительный эпизод, породивший множество легенд: однажды женщина, выдав себя за мужчину, была избрана римским папой. Правление папессы оказалось одним из наиболее успешных и продолжительных за многие столетия. С ее именем связаны коронование короля франков императором, борьба с исламским вторжением, поддержка миссии Кирилла и Мефодия. Рассказ об ее жизненном пути, об ее любви и страданиях, об ее головокружительном восхождении на вершину мировой общественной пирамиды и составляет содержание пьесы. Исполнительнице главной роли предоставляется редкая возможность сыграть и женщину, и мужчину, действуя не в банальных фарсовых перипетиях, а в серьезной нестандартной и психологически непростой ситуации. Ей предстоит создать образ значительной и необычной личности, совершающей исторически значимые поступки. Не случайно на этот сюжет собирался написать пьесу Пушкин. 7 мужских, 3 женских роли, массовка. Имеется и киносценарий на сюжет этой пьесы.

    •   
      
      

    Валентин Красногоров

      
      
      
      
      
      
      
      

    Женщина, которой не было

    Пьеса в трех действиях

      
      
      
      
       ВНИМАНИЕ! Все авторские права на пьесу защищены законами России, международным законодательством, и принадлежат автору. Запрещается ее издание и переиздание, размножение, публичное исполнение, помещение спектаклей по ней в интернет, экранизация, перевод на иностранные языки, внесение изменений в текст пьесы при постановке (в том числе изменение названия) +без письменного разрешения автора или его законного представителя.
      
      
      
      
      
       Контакты
       Ларри Фейнберг/ Larry Feinberg
       Официальное представительство драматурга Валентина Красногорова
       Official representation of dramatist Valentin Krasnogorov
       e-mail: krasnogorovtheatre@gmail.com
       WhatsApp +7-915-269-32-67; +1-973-668-64-83
       http://krasnogorov.com/ Для каждого театра, для каждого зрителя.
       For every theater. For every soul in the audience.
      
      

    Предисловие

       В истории папства есть удивительный эпизод, породивший множество слухов, преданий и споров. Как известно, римским папой может быть только мужчина. Однако легенда утверждает, что однажды женщина, выдав себя за мужчину, была будто бы избрана папой и успешно занимала Святой престол в течение нескольких лет. Одни ученые поддерживают эту версию, другие опровергают ее. Для нас стопроцентная достоверность существования папессы не имеет значения.
      
       Женщина стала папой в 9-м веке. Это было время, когда наследники знаменитого Карла Великого боролись между собой за корону Священной Римской Империи и за власть в Европе. Это был век, когда Кирилл и Мефодий начали распространять христианство среди славян, а церковь еще не была разделена на католическую, православную и протестантскую. Это было время, когда папство только еще начинало свою многовековую борьбу за духовную и светскую гегемонию в Европе. Папы короновали монархов и отлучали их от церкви, но и светские властители смещали пап и сажали на престол св. Петра своих ставленников. Внутри папского двора также было неспокойно: как правило, папам удавалось править не долее нескольких лет или даже месяцев, после чего они умирали от кинжала или яда. Тем более удивительно, что правление папессы оказалось одним из наиболее успешных за многие столетия.
       История донесла до нас лишь важнейшие результаты деятельности этой исключительной женщины (коронование короля франков императором, борьба с исламским вторжением в Италию, поддержка миссии Кирилла и Мефодия и пр.). О личной жизни папессы, о ее характере, о ее дороге к власти ничего неизвестно. Поэтому рассказ о ее жизненном пути, о ее любви и страданиях, о ее головокружительном восхождении на вершину мировой общественной пирамиды может быть лишь предметом художественного вымысла, основанного на реалиях того времени.
       О папессе снят фильм (на мой взгляд, очень посредственный) и написана плохая пьеса (быть может, не одна), трактующие эту историю весьма поверхностно. Я стремился соединить в моей драме историзм, приключенческую струю, интеллектуальность и остроту действия.
       Исполнительнице главной роли предоставляется редкая возможность сыграть и женщину, и мужчину, действуя не в банальных фарсовых перипетиях, а в серьезной нестандартной и психологически непростой ситуации. Ей предстоит создать образ значительной и необычной личности, совершающей исторически значимые поступки. Не случайно на этот сюжет собирался написать пьесу Пушкин, не успевший осуществить свой замысел.
       Этот сюжет положен также в основу написанного мною киносценария.
      
      
      
      
      
      
      
      
      

    Действующие лица

      
       Иоанна
       Лоренцо, ее опекун
       Гвидо, герцог Фриули
       Леон, его брат
       Формоз, епископ
       Анастасия, герцогиня ломбардская
       Ламберто, родственник Лоренцо
       Мефодий, монах
       Никколо
       Управительница
       Бартоломео, нотариус
       Слуга
       Учитель фехтования
       Секретарь
       Слуги, члены свиты, гости, стражники, бандиты
      
       Действие происходит в Италии в 870-882 гг. в загородных усадьбах и дворцах Рима.
       Действие первое
      
       Сцена 1.
       Скромный дом, окруженный парком. Парк, в свою очередь, обнесен высокой стеной, за которой открывается прелестный итальянский пейзаж: горы и долины, покрытые виноградниками. На широкой террасе сидят двое: Лоренцо - просто одетый почтенный господин и управительница - уже немолодая женщина в платье, похожем на монашеское одеяние. Они слушают девушку, которая поет под звуки арфы. Еще не закончив пение, она, увлеченная музыкой, оставляет арфу и начинает плавно кружиться в танце. Наконец Лоренцо прерывает пение.
      
       ЛОРЕНЦО. Достаточно. Подойди ко мне. (Целует ее в лоб.) Ты продолжаешь свои занятия?
       ИОАННА. Да.
       ЛОРЕНЦО. Какой урок у тебя был сегодня последним?
       ИОАННА. География.
       ЛОРЕНЦО. Очень хорошо. Что ты знаешь, например, о географии Италии?
       Девушка подходит к карте, висящей на стене.
       ИОАННА. Весь юг Италии и Равенна до недавнего времени находились под властью Византии, но теперь большая часть земель захвачена арабами. Центральные области принадлежат римскому папе. Северная часть называется Ломбардией. С тех пор, как Карл Великий сто лет назад завоевал ее, она считается владениями франков. В состав Ломбардии входят несколько практически независимых княжеств, из которых наиболее могущественными являются три герцогства: Сполето, Фриули и Беневенто...
       ЛОРЕНЦО. Совершенно верно. Сполето, Фриули и Беневенто... Теперь скажи мне...
       Девушка зажимает ему ладонью губы.
       ИОАННА. Мой дорогой опекун, я так рада вас видеть! Вы разрешите, наконец, вас обнять и поцеловать?
       ЛОРЕНЦО. (Улыбаясь.) Ну конечно, радость моя.
       Девушка весела и беззаботна.
       ИОАННА. Тяжела ли была дорога? Почему вы так редко приезжаете? Как вы себя чувствуете? Почему вы всегда так суровы?
       ЛОРЕНЦО. Потому что жизнь сурова, мой дружочек.
       ИОАННА. Жизнь прекрасна! Посмотрите на эти цветы! На эти холмы!
       Опекун смотрит вокруг. Действительно, жизнь прекрасна.
       ЛОРЕНЦО. Скажи, тебе хорошо здесь?
       ИОАННА. Да!
       ЛОРЕНЦО. Занятия не слишком утомляют?
       ИОАННА. Нисколько. Да и что еще мне делать?
       ЛОРЕНЦО. Тебе не скучно?
       ИОАННА. Мне нет времени скучать. Правда, иногда хочется увидеть мир. Я ведь не выхожу за пределы этой ограды.
       ЛОРЕНЦО. Скоро ты увидишь мир. Не уверен, правда, что он тебе понравится.
       ИОАННА. Вы хотите забрать меня отсюда?
       ЛОРЕНЦО. Может быть. Ты не рада?
       ИОАННА. Не знаю... Я здесь счастлива.
       ЛОРЕНЦО. Можешь пока идти к своим цветам.
       Лоренцо целует девушку в лоб, она уходит. Он обращается к управительнице.
       ЛОРЕНЦО. Довольны ли учителя моей воспитанницей?
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Сверх всякой меры.
       ЛОРЕНЦО. Как ее латынь?
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Безупречна.
       ЛОРЕНЦО. Греческий?
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. В равной степени.
       ЛОРЕНЦО. Древнееврейский?
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Свободно читает на этом языке Священное писание.
       ЛОРЕНЦО. Теология?
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Превзойдет любого епископа.
       ЛОРЕНЦО. Риторика?
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Не уступит самому Цицерону.
       ЛОРЕНЦО. История?
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Выше всех похвал.
       ЛОРЕНЦО. География?
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Великолепно.
       ЛОРЕНЦО. Генеалогия?
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Знает наизусть родословные всех дворянских родов Италии.
       ЛОРЕНЦО. Юриспруденция?
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Необычайно обширные познания.
       ЛОРЕНЦО. Этикет и манеры?
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Безукоризненны.
       ЛОРЕНЦО. Охотно ли она занимается? Надо ли ее принуждать?
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Нет, она готова сидеть над книгами с утра до вечера. Ее надо останавливать.
       Лоренцо испытующе смотрит на управительницу.
       ЛОРЕНЦО. Послушай, мне не нужна лесть, мне нужна правда. Я все проверю. Я проэкзаменую ее сам.
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Я говорю вам истинную правду. Ее способности необычайны. Учителя признаются, что они ей уже не нужны. Однако осмелюсь задать вопрос, сударь: зачем обыкновенной сельской девушке такое блестящее образование? Думаете, это поможет ей найти хорошего жениха?
       ЛОРЕНЦО. Скорее помешает.
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Тогда зачем эти многолетние занятия, зачем армия учителей?
       ЛОРЕНЦО. Так мне захотелось. Ответь еще на один вопрос... Нет ли у нее...
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Нет.
       ЛОРЕНЦО. Откуда ты знаешь, что я хотел спросить?
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Вы хотели узнать, не появился ли в ее жизни мужчина. Так я вам отвечаю: нет.
       ЛОРЕНЦО. Ты уверена?
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Я ручаюсь. Я наблюдаю за ней очень тщательно. Иоанна не покидает усадьбу. Она необыкновенно талантливая, но совершенно неискушенная и неопытная девушка. Вы ее так тщательно прячете, что она совсем не знает людей и будет в миру беззащитна.
       ЛОРЕНЦО. Ты права. Я подумаю об этом. Мне пора. (Поднимаясь.) Позови ее, я хочу с ней попрощаться.
       Управительница уходит. Вбегает Иоанна и виснет на шее опекуна.
       ИОАННА. Не уезжайте! Вы же только что приехали! Почему вы всегда торопитесь?
       ЛОРЕНЦО. Я очень скоро вернусь. Тебя ожидают большие перемены.
       ИОАННА. Побудьте здесь хотя бы один день!
       ЛОРЕНЦО. Не могу, дружочек. Дела.
       ИОАННА. Позвольте, я вас хотя бы немного провожу.
       ЛОРЕНЦО. Мне бы не хотелось, чтобы ты выходила за эти стены.
       ИОАННА. Не беспокойтесь, со мной ничего не случится.
       ЛОРЕНЦО. Нет, оставайся здесь.
       Опекун уходит. Девушка машет ему рукой. Оставшись одна, она садится с книгой в руках на скамейку. Внезапно перед ней появляется красивый, богато одетый дворянин. Он очень учтиво обращается к девушке.
       ДВОРЯНИН. Синьорина, я счастлив с вами познакомиться.
       Девушка вздрагивает от неожиданности.
       ИОАННА. Кто вы? Как вы тут оказались?
       ДВОРЯНИН. Очень просто - перелез через ограду.
       ИОАННА. Зачем?
       ДВОРЯНИН. Я услышал, как вы недавно пели, и мне захотелось узнать, кому принадлежит этот чудесный голос.
       ИОАННА. Здесь нельзя находиться посторонним.
       ДВОРЯНИН. Да, лезть через чужой забор нехорошо, но вы так красивы, что я не жалею о своем поступке.
       ИОАННА. Уходите, дом охраняется. Слугам велено не щадить никого.
       ДВОРЯНИН. Слуг я не боюсь, но, если вы прикажете, я уйду по первому вашему слову.
       ИОАННА. Так уходите!
       ДВОРЯНИН. Вы сердитесь на меня?
       Девушка не отвечает.
       Меня зовут Гвидо. А вас?
       ИОАННА. Иоанна.
       ГВИДО. Редкое и красивое имя.
       ИОАННА. Библейское. Оно означает на древнееврейском "божья благодать".
       ГВИДО. Вполне вам подходит. Почему ваши родители прячут вас? Впрочем, они правы: такой алмаз надо скрывать от посторонних глаз.
       ИОАННА. У меня нет родителей. Меня воспитывает опекун.
       ГВИДО. Кто был ваш отец?
       ИОАННА. Не знаю.
       ГВИДО. А как зовут вашего опекуна?
       ИОАННА. Тоже не знаю. Я зову его просто "опекун".
       ГВИДО. Вы окружены тайной.
       ИОАННА. Никакой тайны. Я самая обычная девушка.
       Гвидо берет Иоанну за руку. Девушка пытается высвободиться, но Гвидо не отпускает ее.
       ГВИДО. Нет, Иоанна, ты не обычная. Я еще не встречал такой красавицы, как ты.
       ИОАННА. Перестаньте, я не привыкла к таким речам.
       С крыльца слышен голос Управительницы, зовущей Иоанну.
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Иоанна! Где ты?
       ИОАННА. Мне пора возвращаться.
       ГВИДО. Мы еще увидимся?
       ИОАННА. Не знаю.
       ГВИДО. Я приду сюда завтра в это же время.
       Гвидо быстро целует Иоанну и, прежде чем она успевает опомниться, скрывается. Иоанна направляется к дому.
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Где ты пропадала?
       ИОАННА. Я... Я провожала опекуна.
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. (Лукаво улыбаясь.) Ну, и о чем же вы с ним говорили?
       ИОАННА. Он сказал, что скоро в моей жизни произойдут большие перемены.
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Это означает, что он собирается выдать тебя замуж. Давно пора. Ты хочешь замуж?
       ИОАННА. Не знаю.
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Раньше ты на этот вопрос всегда отвечала "Не хочу". Ты повзрослела.
       ИОАННА. Может быть. Я пойду к себе, хорошо?
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. (Целуя ее.) Конечно, дорогая. Ты устала, тебе пора отдохнуть.
       Иоанна уходит. Управительница с ласковой улыбкой смотрит ей вслед.
      
       Сцена 2.
       Прошли сутки. Девушке они показались очень долгими. Кажется, впервые в жизни она долго и внимательно всматривалась в себя в зеркало. В нарядном белом платье она сидит на скамье в отдаленном уголке парка. В ее руках книга, она пытается читать, но думает совсем о другом: она вспоминает встречу с мужественным рыцарем. Внезапно перед ней появляется Гвидо. Девушка роняет книгу.
       ГВИДО. (Беря ее за руку.) Ты здесь! А я так боялся, что ты не придешь!
       ИОАННА. (Смущенно.) Я всегда гуляю в это время.
       ГВИДО. Одна? А где же слуги?
       ИОАННА. Уехали в город за провиантом. Дома осталась одна управительница.
       ГВИДО. Перейдем лучше в другую часть парка, чтобы она нас не увидела.
       Иоанна и Гвидо переходят в другое место.
       Иоанна, всю ночь я думал только о тебе. А ты ждала меня?
       Иоанна молча кивает.
       Твоя красота просто сводит меня с ума.
       Гвидо увлекает девушку все дальше от дома. Она не сопротивляется, но недоумевает.
       ИОАННА. Куда вы меня ведете?
       ГВИДО. Я хочу тебя. Не будем терять время, нас могут увидеть.
       Гвидо одной рукой крепко обнимает ее, другой задирает ей платье. Девушка потрясена.
       ИОАННА. Что ты делаешь?
       ГВИДО. Молчи, я хочу тебя.
       ИОАННА. (Вырываясь.) Как ты можешь? Мы же почти не знаем друг друга. И мы не обвенчаны.
       ГВИДО. (Усмехаясь.) Вот, ляжем вместе, и обвенчаемся.
       ИОАННА. Не подходи ко мне!
       Гвидо приближается к девушке, как зверь к добыче. От его прежней учтивости не осталось и следа. Иоанна пускается бежать, однако из-за кустов тотчас появляются двое слуг Гвидо. Они хватают девушку, валят ее на землю и крепко держат. Гвидо грубо насилует Иоанну. Его слуги продолжают держать ее и зажимают ей рот. После того, как все кончено, они по знаку хозяина снова скрываются в кустах. Гвидо одевается.
       Тем временем к крыльцу подходит приехавший опекун и входит в дом. Девушка, придя в себя, с омерзением смотрит на Гвидо.
       ИОАННА. Зачем ты это сделал?
       Гвидо пожимает плечами. Он получил то, что хотел, он устал. Теперь и ему самому приключение кажется не столь уж забавным. Девушка не отрывает от него взгляда.
       Я ведь была готова полюбить тебя. Может быть, уже любила. Зачем ты это сделал?
       Гвидо не отвечает.
       Ведь мы могли бы пожениться.
       ГВИДО. Пожениться? Не смеши меня.
       ИОАННА. Что тут смешного?
       ГВИДО. Знатный синьор не может жениться на бедной сельской девчонке.
       ИОАННА. Я не бедная. У моего опекуна есть эта усадьба и слуги...
       ГВИДО. А есть ли у него города, крепости, замки, леса, угодья, войска? Моя семья происходит от королей и римских патрициев, а ты даже не знаешь своих родителей.
       ИОАННА. И поэтому можно было надо мной надругаться?
       ГВИДО. Оставь. Ты потеряла девственность и думаешь, что ничего страшнее этого нет на свете. Потому что ты слабая изнеженная девочка. А я мужчина. Знаешь ли ты, что значит быть мужчиной? Подчинять своей воле и власти людей. Быть сильным. Приходить и брать. Мстить своим врагам. Думать не о нарядах и сплетнях, а о делах, войнах, подвигах, славе. Не только мечтать о влиянии, власти и богатстве, но и уметь добиваться их.
       Гвидо кончает одеваться.
       Прощай. А о девственности не плачь, она недорого стоит. Иные женщины мечтают лишиться ее, но им это не удается.
       Иоанна не отвечает. Гвидо хочет уйти, но, поколебавшись, останавливается.
       Ты, наверное, сейчас ненавидишь меня?
       ИОАННА. Да. Но еще больше я ненавижу и презираю себя.
       Гвидо снимает со своей руки кольцо и кидает его Иоанне.
       ГВИДО. Возьми себе это кольцо. Когда ты узнаешь его цену, оно тебя утешит.
       Иоанна берет кольцо.
       ИОАННА. Скажи, кого мне благодарить за этот подарок? Или ты стыдишься назвать имя славного потомка королей и патрициев?
       ГВИДО. Я никого не стыжусь и никого не боюсь. И уж, во всяком случае, не тебя. Со мной ищут дружбы император Византии и короли западных стран. (Смеется.) Отомсти мне, если сможешь.
       ИОАННА. Так кто же ты?
       ГВИДО. Я - Гвидо Фриули. Тебе что-нибудь говорит это имя?
       ИОАНН. Да.
       ГВИДО. Тем лучше. Прощай. (Скрывается.)
       Иоанна бредет к дому. Управительница встречает ее у порога.
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Где ты была? Мы тебя повсюду ищем. Боже мой, как ты выглядишь! Что с твоим платьем?
       ИОАНН. Зацепилась за колючий куст, упала, поцарапалась. Ничего страшного.
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Приехал твой опекун.
       ИОАННА. Скажи ему, что я плохо себя чувствую и выйду к нему только завтра утром.
       Однако Лоренцо уже вышел на террасу и слышал ее слова.
       ЛОРЕНЦО. Что с тобой, моя девочка?
       ИОАННА. Ничего. Упала, ушиблась.
       ЛОРЕНЦО. Но сейчас тебе лучше?
       ИОАННА. Сейчас лучше.
       ЛОРЕНЦО. Правда, лучше?
       Иоанна заставляет себя улыбнуться.
       ИОАННА. Правда.
       ЛОРЕНЦО. Нам надо с тобой серьезно поговорить. Может быть, отложим эту беседу?
       ИОАННА. Нет, почему же. Я готова выслушать вас. Только дайте мне сменить платье и привести себя в порядок.
       Иоанна выходит. Опекун обращается к управительнице.
       ЛОРЕНЦО. Возможно, тебе придется скоро распрощаться с Иоанной.
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Вы нашли ей мужа?
       ЛОРЕНЦО. Да, пора устроить ее судьбу.
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Я люблю ее как дочь. Разве я не могу служить ей и после ее свадьбы?
       ЛОРЕНЦО. Нет, ты останешься здесь хранить это имение. Я буду продолжать тебе платить. Или, если хочешь, найди себе другое место.
       УПРАВИТЕЛЬНИЦА. Я останусь.
       ЛОРЕНЦО. Если мы уедем, поблагодари учителей и щедро расплатись с ними.
       Иоанна возвращается. Управительница кланяется и уходит. Опекун обдумывает, с чего начать важный разговор.
       ЛОРЕНЦО. Ты изучала историю дворянских родов и знаешь, что семья Сполето - одна из самых знатных и богатых в Италии. Двадцать три года назад у герцога Сполето родилась дочь. Мать умерла сразу после родов. Интересы семьи требовали, чтобы у герцога был сын, а не дочь. Поэтому девочку сразу увезли, а окружающим объявили, что сын герцога отправлен к родственникам на воспитание. Я думаю, ты догадываешься, кто была эта девочка.
       ИОАННА. (С надеждой.) А вы - мой отец?
       ЛОРЕНЦО. Нет, покойный герцог был моим братом. А я епископ, мой сан не позволил мне вступить в брак.
       ИОАННА. Значит, я ваша племянница?
       ЛОРЕНЦО. Да.
       И так как Иоанна молчит, он продолжает:
       Ты не рада этому?
       ИОАННА. (Обнимая опекуна.) Я бы предпочла, чтобы вы были моим отцом... Теперь я знаю, кто вы. Вы - князь Сполето, епископ Лоренцо, правая рука папы Адриана.
       ЛОРЕНЦО. Да, это так.
       ИОАННА. Видите, не зря вы заставили меня изучать родословную знатных семей. Но почему все-таки надо было меня прятать? И почему вы даже мне не раскрывали, кто вы? И почему вы приезжаете сюда тайком?
       ЛОРЕНЦО. Дослушай до конца. В нашем роду были князья мира и церкви, мы ставили и смещали римских пап. Я и сам чуть не стал папой. Но в последние годы над нами взял верх могущественный герцог Фриули и его клан.
       Иоанна, которая слушала до сих пор рассеянно, становится внимательной.
       ИОАННА. Герцог Фриули? Гвидо?
       ЛОРЕНЦО. Ты слышала о нем?
       ИОАННА. Кто не слышал о нем?
       ЛОРЕНЦО. Я хочу вернуть роду Сполето блеск и могущество. Но беда в том, что в нашей семье почти нет сейчас взрослых мужчин.
       ИОАННА. Я все еще не понимаю, причем тут я.
       ЛОРЕНЦО. Я хочу, чтобы ты притворилась мужчиной.
       ИОАННА. Я? Зачем?
       ЛОРЕНЦО. Так надо. Я объясню тебе позднее.
       ИОАННА. И сколько времени мне придется притворяться?
       ЛОРЕНЦО. Всю жизнь.
       ИОАННА. Вы шутите!
       ЛОРЕНЦО. Нисколько.
       ИОАННА. Притвориться мужчиной трудно даже на час или на неделю. Но на годы...
       ЛОРЕНЦО. На всю жизнь.
       Иоанна пытливо смотрит на опекуна и видит, что он очень серьезен.
       ИОАННА. Скажите, вам это очень нужно?
       ЛОРЕНЦО. Я вынашиваю этот план много лет. Это нужно мне, это нужно нашей семье, это... Одним словом, это очень важно. Клан Фриули губит Италию. Мы должны их одолеть. Ты согласна?
       ИОАННА. Вы знаете, я не могу вам отказать.
       ЛОРЕНЦО. Я не хочу тебя неволить. Если ты не готова, скажи. Я найду тебе подходящего жениха и выдам замуж.
       Иоанна задумалась. В ее памяти снова всплывает сцена унижения, которое она испытала только что, и снова звучат слова Гвидо: "Знаешь ли ты, что значит быть мужчиной? Подчинять своей воле и власти людей. Быть сильным. Мстить своим врагам..."
       ИОАННА. Я согласна.
       ЛОРЕНЦО. Прежде чем соглашаться или отказываться, подумай хорошенько. Это серьезный шаг. Женщина в тебе умрет, вместо нее родится другой человек. Тебе придется изменить прическу и голос. Ты должна будешь научиться носить другую одежду, по-другому сидеть и по-другому двигаться. Это непросто, но не это самое трудное. Главное - ты должна научиться думать по-мужски, поступать по-мужски, чувствовать по-мужски. Всю жизнь тебе придется быть начеку, чтобы не выдать себя ни поступком, ни словом. У тебя никогда не будет мужа и вообще мужчин.
       ИОАННА. Они мне не нужны, - отвечает Иоанна жестко.
       ЛОРЕНЦО. У тебя не будет детей. У тебя не будет семьи.
       ИОАННА. Я не хочу и никогда не выйду замуж.
       ЛОРЕНЦО. Подожди, не говори мне ничего сейчас. Дай мне свой ответ завтра.
       ИОАННА. Мне не нужно ждать завтрашнего дня. Я уже сказала, что согласна.
       ЛОРЕНЦО. Хорошо. Тогда я перевезу тебя в другое место, где никто тебя не знает. Ты будешь там учиться.
       ИОАННА. Чему?
       ЛОРЕНЦО. Быть мужчиной. (Берет ее за руку.) Идем.
       ИОАННА. Прямо сейчас? Но мне надо собраться, взять одежду, книги...
       ЛОРЕНЦО. Тебе незачем собираться. Твои здешние вещи тебе больше не понадобятся. А книги для тебя там уже приготовлены. Отсюда уедет женщина, туда приедет уже мужчина. (Протягивает ей коробку.) Здесь твоя новая одежда. Переоденешься в карете.
      
       Сцена 3.
       Просторная комната в новом убежище Иоанны. Вдоль стен зеркала. Входят Иоанна с узелком в руках и Лоренцо. Девушка уже в мужской одежде, волосы ее коротко острижены. Их встречает слуга.
       СЛУГА. Добро пожаловать, господа.
       ЛОРЕНЦО. Вот дворянин, о котором я тебе говорил. Он перенес тяжелую болезнь, ослаб и нуждается в одиночестве. Пойдем, я дам тебе остальные распоряжения.
       СЛУГА. Слушаюсь, сударь.
       Лоренцо и Слуга выходят.
       ИОАННА. (Одна перед зеркалом. Голос ее может звучать "за кадром".) Я мужчина. Я - мужчина... Что это значит - быть мужчиной? Они сильнее - это понятно. Но что еще? Они не лучше женщин, не умнее, но они другие. О чем они думают? О подвигах и славе или о миске с мясом и луковой похлебкой? Говорят, что мужчинами движет разум, а не сердце. Значит, надо научиться все время себя охлаждать и думать только о пользе... Нет, все это слишком умно и сложно. Сначала надо освоить простые вещи. Как мужчины ходят? Как подносят ложку ко рту? К сожалению, я росла среди женщин. У меня нет опыта. Как мне всему научиться? Как не выдать себя? Я видела только своих учителей и опекуна. И еще одного мужчину, который вел себя жестоко и грубо. Но все ли мужчины такие, как он? (Из ее головы не выходят слова Гвидо.) "Мужчины мстят своим врагам". А женщины, выходит, должны прощать? А если я не хочу прощать и хочу мстить?
       Лоренцо возвращается.
       ЛОРЕНЦО. Мне пора, дорогая. К сожалению, я должен оставить тебя одну.
       ИОАННА. Подождите! Мне страшно.
       ЛОРЕНЦО. Не бойся, ты справишься. Я верю в тебя.
       ИОАННА. Посмотрите хотя бы, похожа ли я на мужчину.
       Иоанна делает несколько шагов. Зеркала отражают ее мягкую плавную походку.
       ЛОРЕНЦО. (Улыбается.) Нет, каждый твой шаг объявляет на весь свет, что ты женщина.
       Иоанна снова делает несколько шагов, стараясь ступать тверже.
       А теперь ты не идешь, а маршируешь.
       Девушка садится.
       Ты сидишь, как робкая барышня, сложив ручки на коленях. Это ужасно.
       Иоанна старается принять небрежную позу: широко раздвигает ноги, кладет руки на подлокотники, откидывается на спинку кресла.
       ЛОРЕНЦО. Так, кажется, лучше. Во всяком случае, развязнее.
       ИОАННА. У меня никогда ничего не получится.
       ЛОРЕНЦО. У тебя получится. Только тебе, как и прежде, придется учиться с утра до поздней ночи.
       ИОАННА. А что потом?
       ЛОРЕНЦО. Потом я скажу, что ждет тебя дальше. Я готовлю тебя к великой судьбе. И ты ее достойна.
       ИОАННА. (Разворачивая узелок.) Что делать с платьем, в котором я покинула усадьбу?
       ЛОРЕНЦО. Сожги его. И вместе с ним сожги свое прошлое. Иоанны больше нет.
       Лоренцо целует Иоанну в лоб и уходит. Иоанна некоторое время тренирует перед зеркалом "мужские" повадки, потом берет свое платье, хочет, было, уничтожить его, но потом складывает и прячет. Входит Слуга. Иоанна вздрагивает.
       СЛУГА. К вам пришел...
       ИОАННА. (Прерывая.) Запомни: чтобы ни ты, ни кто другой не входил ко мне без моего позволения.
       СЛУГА. Слушаюсь.
       ИОАННА. Никогда. Ты понял?
       СЛУГА. Да. Я только хотел доложить, что к вам пришел человек.
       ИОАННА. Я не желаю никого видеть.
       СЛУГА. Его послал Ваш опекун.
       ИОАННА. Пусть войдет.
       Слуга вводит мужчину и уходит. Мужчина кланяется.
       Кто вы?
       МУЖЧИНА. По поручению вашего опекуна я буду обучать вас фехтованию.
       ИОАННА. Меня? Ну хорошо... Приходите завтра.
       УЧИТЕЛЬ. Я сожалею, но мне приказано начать сегодня. Начнем прямо сейчас.
       ИОАННА. Сейчас?
       УЧИТЕЛЬ. Почему нет? Возьмите меч. Встаньте вот так... Левую руку назад... А теперь нападайте. (И, видя, что Иоанна не движется с места, командует.) - Нападайте, нападайте... Смелее!
       Иоанна крайне неумело делает несколько выпадов.
       Хорошо. Теперь защищайтесь.
       Тренер нападает на Иоанну, та пытается отразить удары, но меч падает у нее из рук. Однако тренер продолжает атаку, он всерьез преследует ее. Испуганная девушка пытается увернуться, подпрыгивает, пригибается, отскакивает в сторону, пока наконец учитель не прекращает преследование. Иоанна, тяжело дыша, утирает пот.
       ИОАННА. Вы чуть не убили меня.
       УЧИТЕЛЬ. Сударь, фехтование - это не игра. Или, если вам угодно, игра, но игра со смертью. Этим искусством надо владеть в совершенстве. Обсудим первые результаты. Вы не в силах держать меч. Дайте вашу руку.
       Иоанна машинально отводит руку, но, спохватившись, протягивает ее тренеру.
       Так и есть. У вас очень слабая и нежная кисть. Как у женщины.
       Иоанна выдергивает руку.
       ИОАННА. Я не хочу учиться фехтованию.
       УЧИТЕЛЬ. Во-первых, сударь, я имею относительно вас четкие инструкции. Хотите или нет, вы будете учиться. Я отвечаю головой за ваши успехи. А во-вторых, мы живем среди людей, понимаете? К сожалению, среди людей, а не волков. Надо уметь за себя постоять.
       В глазах Иоанны снова возникает сцена ее унижения.
       ИОАННА. (Хмуро.) Вы правы. За себя надо уметь постоять. Но я никогда не смогу научиться.
       УЧИТЕЛЬ. Не падайте духом. Силу можно и нужно тренировать. Вот, возьмите.
       ИОАННА. Что это?
       УЧИТЕЛЬ. Железная трость. Всегда носите ее с собой. Однако главное в бою - не физическая сила, а хладнокровие и разум. Надо быстро думать. Быстрее, чем твой противник. И вы это сумеете. Вы еще не умеете нападать, но зато прекрасно уклоняетесь от ударов. Вы гибкий, ловкий, быстрый, наблюдательный. Защита даст вам преимущество над соперником.
       ИОАННА. На одной защите далеко не уедешь.
       УЧИТЕЛЬ. Полноте! Для победы нужен только один точный удар. Всего один. Запомните это. Берите меч, продолжим.
       Учитель и ученица обмениваются еще несколькими ударами.
       Хватит на сегодня. Следующий урок завтра.
       Учитель кланяется и уходит. Позвонив в колокольчик, входит слуга.
       СЛУГА. К вам пришли.
       ИОАННА. Я устала... Я устал, хочу отдохнуть.
       СЛУГА. Сейчас никак нельзя. Вас ожидает учитель верховой езды. И оседланная лошадь.
       ИОАННА. Но я никогда в жизни не садился на лошадь!
       Слуга разводит руками, показывая, что он ни при чем.
      
       Сцена 4.
       Несколько недель спустя Иоанну навещает опекун.
       ЛОРЕНЦО. Я рад, что тебя навестил. За эти недели ты достигла изрядных успехов.
       ИОАННА. Вы смеетесь надо мной. На самом деле я просто в отчаянии.
       ЛОРЕНЦО. Учителя признают, что ты физически слабый юноша и временами странно себя ведешь, но им и в голову не пришло, что ты женщина. Разве это не победа? Продолжай занятия. Однако пора сделать и следующий шаг.
       ИОАННА. Что теперь?
       ЛОРЕНЦО. Ты почти всю свою жизнь провела взаперти. Настало время идти в люди. В лавки и трактиры. На рынки и улицы. Пей вино. Играй в кости. Волочись за женщинами. Изучай жизнь. Учись чувствовать себя свободно в любой компании. Будь непринужденней. Перестань каждую минуту контролировать себя. (Встает, чтобы уйти.)
       ИОАННА. Вы уже опять меня покидаете? Я очень по вас скучаю.
       ЛОРЕНЦО. Я тоже. Я еду по поручению папы в Византию, так что мы увидимся лишь через несколько месяцев. Будь умницей. (Целует Иоанну и уходит.)
       Слуга вводит синьора Бартоломео - очень пожилого добродушного господина.
       ИОАННА. Синьор Бартоломео? Какая честь! Зачем вы себя утруждали? Я сам собирался вас посетить и только ждал вашего позволения.
       БАРТОЛОМЕО. Да, я получил ваше письмо, но, оказавшись здесь неподалеку, решил сам заглянуть к вам. Я вам не помешал?
       ИОАННА. Как можете помешать вы, столь знаменитый юрист, мне - ничем не примечательному человеку?
       БАРТОЛОМЕО. Вы явно преувеличиваете мою известность. Откуда вообще вы узнали о моем существовании?
       ИОАННА. Не скромничайте, мэтр. Все знают, что вы ведете дела самых знатных и богатых семей Рима. Ведь вы составляете контракты и завещания даже для великих герцогов Фриули!
       БАРТОЛОМЕО. Это верно. И Гвидо, и брат его Леон пользуются моими услугами. Но зачем я понадобился вам? Вы молоды, писать завещание вам еще рано... Я полагаю, речь идет о брачном контракте?
       ИОАННА. Нет, у меня дело совсем иного рода. Но у вас усталый вид. Присядьте, отдохните. Выпьем по стакану вина. (Усаживает старика в кресло и наливает вино.)
       БАРТОЛОМЕО. Спасибо, вы очень приветливый молодой человек. Мне действительно надо перевести дух. Так что у вас за дело?
       ИОАННА. Я немного обучался юриспруденции, но чувствую, что мои знания недостаточны. Если бы такой опытный и знающий нотариус, как вы, согласился взять меня на некоторое время в помощники, то я не только готов работать бесплатно, но и был бы рад платить за учебу.
       БАРТОЛОМЕО. Дельный помощник мне, действительно, нужен... Но вся юридическая документация ведется на латыни. Ты знаешь латынь?
       ИОАННА. Да, синьор. Читаю, пишу и говорю.
       БАРТОЛОМЕО. Превосходно. Для начала приведешь в порядок мой архив. У меня уже не хватает на это сил.
       ИОАННА. Благодарю, синьор. Мне очень повезло.
       БАРТОЛОМЕО. Когда ты сможешь приступить к работе?
       ИОАННА. Сегодня, если вы не возражаете.
      
       Сцена 5.
       Прошло несколько месяцев. Бодрым энергичным шагом Иоанна входит в свою комнату и встречает в ней Лоренцо. Она радостно спешит к нему. Опекун обнимает воспитанницу.
       ЛОРЕНЦО. Добрый день, Иоанна, я рад видеть тебя... А ты очень изменилась.
       ИОАННА. Простите?
       ЛОРЕНЦО. Я говорю - ты очень изменилась.
       ИОАННА. Вы к кому обращаетесь?
       ЛОРЕНЦО. (Несколько озадаченно.) К тебе, Иоанна.
       ИОАННА. Извините, синьор, меня зовут Иоанн. Вы действительно считаете, что я изменился? К лучшему или худшему?
       Оба смотрят друг на друга и начинают смеяться.
       ЛОРЕНЦО. Ты прав. Иоанны больше нет. Есть Иоанн. Я вижу, ты готов. Едем в Рим.
       ИОАНН. Сначала все-таки объясните, наконец, зачем я должна играть роль мужчины и для чего вы везете меня в Рим.
       ЛОРЕНЦО. Я объясню. Только обещай не удивляться тому, что я скажу.
       ИОАНН. Я уже давно ничему не удивляюсь.
       ЛОРЕНЦО. Все-таки приготовься выслушать меня спокойно. И не возражай мне сразу.
       ИОАНН. Вы знаете, я повинуюсь вам во всем.
       ЛОРЕНЦО. Вот и хорошо. Я хочу, чтобы ты стала папой римским.
       ИОАНН. Вы с ума сошли!.. Извините, я не хотела вас обидеть. Что за странный план!
       ЛОРЕНЦО. Он давно и хорошо продуман. Я готовлю тебя к этому долгие годы.
       ИОАНН. Но это же невозможно!
       ЛОРЕНЦО. Возможно все, если есть воля и желание. И когда этот план исполнится, ты поднимешься над всеми людьми на земле. Перед тобой склонятся князья и короли. Когда ты будешь проходить по улице, люди будут становиться на колени.
       ИОАНН. Зачем мне это нужно?
       ЛОРЕНЦО. Тогда я скажу по-другому. Ты сможешь принести много пользы нашей семье, Риму и Италии. Положение непростое. С севера нам угрожают франки, с востока - Византия, с юга - арабы. А мы в это время заняты лишь внутренними распрями. Риму нужен сильный папа.
       ИОАНН. А как становятся папой?
       ЛОРЕНЦО. Ты разве не знаешь?
       ИОАНН. Кажется, он считается римским епископом и потому его выбирают представители римских граждан, знати и духовенства.
       ЛОРЕНЦО. Формально это так. На практике кланы и партии пускают в ход интриги, подкуп, оружие, угрозы, в них вмешиваются Византия и короли франков, и сами выборы превращаются в спектакль, который спланирован заранее. В результате папу вот уже много лет ставит либо семья Сполето, то есть мы, либо клан Фриули. В последние годы верх брали Фриули. Теперь с твоей помощью мы должны взять реванш. Но борьба будет нелегкой. Очень нелегкой. Скорее всего, мы снова проиграем.
       ИОАНН. Кто из Фриули хочет стать папой? Гвидо?
       ЛОРЕНЦО. Нет. Он глава клана, но не годится в духовные лица. Его мечта стать императором. Он храбр, силен, владеет четвертью Италии, но плохой политик. Гвидо дает деньги и солдат, а всей кухней руководит его старший брат Леон.
       ИОАНН. Значит, папой хочет стать Леон?
       ЛОРЕНЦО. Тоже нет. Гвидо не хочет, чтобы брат превзошел его влиянием. Их кандидат - епископ Формоз.
       ИОАНН. А что люди думают о Гвидо?
       ЛОРЕНЦО. Он считается самым блестящим кавалером в Италии. Можно сказать, эталон мужчины. Многие стремятся быть похожими на него.
       ИОАНН. Что ж, теперь у меня будет образец для подражания... Как же нам бороться против столь сильных противников?
       ЛОРЕНЦО. Тебе еще рано бороться против них - они влиятельнее самого римского папы, а тебя никто не знает. Веди пока жизнь знатного молодого аристократа, осматривайся, узнавай Рим, и пусть Рим тебя узнает. Спустя некоторое время мы сделаем тебя для начала епископом.
       ИОАНН. Сразу епископом? Это возможно?
       ЛОРЕНЦО. Для юноши из столь знатной и богатой семьи возможно.
       ИОАНН. А зачем мне становиться епископом?
       ЛОРЕНЦО. Это даст тебе право избираться в папы.
       ИОАНН. А когда выборы?
       ЛОРЕНЦО. Нынешний папа стар и немощен. Я думаю, у нас есть год или два, не больше. На днях мы устроим прием в честь твоего прибытия. Надо показать тебя Риму.
       ИОАНН. Сказать честно, мне очень страшно.
       ЛОРЕНЦО. Мне тоже.
       Действие второе
      
       Сцена 6.
       Лоренцо устраивает в своем дворце прием, чтобы показать племянника Риму. Рядом с ним стоит Иоанн в костюме богатого дворянина. Среди прочих гостей к ним подходит Формоз - епископ с умным и хитрым лицом.
       ФОРМОЗ. Приветствую вас, синьор Лоренцо. Для меня большая честь, что вы, столь влиятельное лицо и правая рука папы, не забыли пригласить такого незначительного человека, как я.
       ЛОРЕНЦО. Не скромничайте, дорогой Формоз, все уверены, что вы будете следующим папой.
       ФОРМОЗ. А это и есть ваш племянник, о неожиданном появлении которого говорит весь Рим?
       ИОАНН. Моя скромная персона не стоит того, чтобы о ней говорили, ваше преосвященство.
       ФОРМОЗ. Зато славные дела вашего знаменитого дяди того стоят. Какое будущее вы себе готовите?
       ИОАНН. Я лишь провинциал и во всем полагаюсь на своего дядю.
       ФОРМОЗ. И правильно делаете. (Отходит.)
       ЛОРЕНЦО. Присмотрись к нему. Он будет твой главный соперник.
       ИОАНН. Кто он?
       ЛОРЕНЦО. Епископ Формоз, умный и изворотливый хитрец. Его продвигают в папы братья Фриули. А вот, кстати, и они...
       Входят Гвидо и Леон Фриули. Лоренцо обращается к Гвидо.
       ЛОРЕНЦО. Позвольте вам представить, синьор Гвидо, моего племянника.
       Гвидо бросает на молодого человека равнодушный взгляд. Иоанн обращается к нему очень вежливо.
       ИОАНН. Я рад знакомству с человеком, слава о котором гремит во всей Италии.
       ГВИДО. (Рассеянно.) Удовольствие взаимно. (Отходит к другим гостям.)
       ЛОРЕНЦО. (Тихо, Иоанну.) А это его брат Леон, он очень влиятелен. Погляди, сколько за ним тянется сторонников... Синьор Леон, позвольте представить вам моего племянника Иоанна, князя Сполето.
       Леон бесцеремонно рассматривает Иоанна. Тот смущается и бледнеет.
       ЛЕОН. Не знал, что у вас есть племянник.
       ЛОРЕНЦО. Сын моего брата воспитывался в деревенской глуши, в смирении, трудах и благочестии. Простите ему недостаток светского лоска и должных манер.
       ЛЕОН. (Сухо.) Рад знакомству, синьор. (Отходит в сопровождении своих сторонников.)
       ИОАНН. (Взволнованно.) По-моему, Леон что-то заподозрил. Он на меня так пристально смотрел...
       Леона сменяет красивая, молодая, богато одетая женщина.
       АНАСТАСИЯ. Добрый вечер, ваше преосвященство.
       ЛОРЕНЦО. Добрый вечер, принцесса. Это мой племянник, князь Сполето. Прошу любить и жаловать. Иоанн, это Анастасия, принцесса Беневенто, самая красивая, обаятельная и богатая девушка в Италии.
       Молодая женщина с интересом смотрит на Иоанна.
       АНАСТАСИЯ. Где вы прятали это сокровище?
       ЛОРЕНЦО. В провинции, подальше от соблазнов Рима. Старался воспитать его в трудах и благочестии.
       АНАСТАСИЯ. Очень похвально (Протягивает Иоанну руку.) Буду рада видеть вас у себя в доме. (Отходит к другим гостям.)
       ИОАНН. Она тоже на меня как-то странно смотрела. Наверное, догадалась.
       ЛОРЕНЦО. (Улыбаясь.) Перестань трепетать. Она просто заинтересовалась тобой как мужчиной.
       ИОАНН. Она еще не замужем?
       ЛОРЕНЦО. Нет, но собирается.
       ИОАНН. И кто ее жених?
       ЛОРЕНЦО. Гвидо.
       ИОАНН. Он ее любит?
       ЛОРЕНЦО. Разумеется. Она владеет герцогством Беневенто, самым большим в Ломбардии, и принесет ему в приданое столько городов, крепостей и денег, что ее нельзя не полюбить. И когда Гвидо женится на Анастасии, он не уступит по могуществу королю.
       ИОАНН. Их брак - это только предположение?
       ЛОРЕНЦО. Нет, это дело решенное.
       ИОАНН. Тогда их клан нам будет не одолеть.
       Лоренцо подзывает к себе одного из гостей, красивого молодого дворянина.
       ЛОРЕНЦО. Ламберто, подойди сюда. Познакомься со своим троюродным братом Иоанном. Иоанн, это член нашей семьи, Ламберто Сполето.
       Молодые люди обмениваются рукопожатиями и поклонами. Лоренцо отпускает родственника.
       Можешь идти, Ламберто. Развлекайся, танцуй.
       Ламберто отходит. Лоренцо обращается к Иоанну.
       Это единственный на сегодня взрослый мужчина в нашей семье. Кроме тебя.
       ИОАНН. А почему вы не захотели выбрать в папы его самого?
       ЛОРЕНЦО. (Коротко.) Потому что он не годится. Но мне пора пригласить гостей к столу.
       Лоренцо уводит гостей. Иоанн пытается заговорить с Леоном.
       ИОАНН. Синьор Леон, можно вас на одну минуту...
       Леон делает вид, что не слышит, и хочет уйти вместе с остальными гостями в столовую.
       Синьор, буквально на одну минуту.
       Леон останавливается. Вместе с ним останавливается и один из членов его свиты.
       ЛЕОН. (Очень холодно и высокомерно.) Что вам угодно?
       ИОАНН. Я бы хотел поговорить о деле, которое, возможно, вас заинтересует.
       ЛЕОН. Но не здесь же, и не сейчас.
       ИОАНН. А когда?
       ЛЕОН. К сожалению, в ближайшие недели, а, может быть, и месяцы, у меня не будет времени.
       ИОАНН. И, тем не менее, я решаюсь настаивать.
       ЛЕОН. Молодой человек, я знаю, вы росли где-то в глуши, но все же могли слышать, хотя бы от своего дяди, что наши семьи, мягко говоря, не в лучших отношениях.
       ИОАНН. Синьор, мне об этом ничего не известно. Но я много слышал о ваших заслугах и талантах, о вашей доброжелательности и вежливости, и потому никакие политические разногласия не уменьшат моего огромного уважения к вашему знатному роду и к вам лично.
       Леон с интересом смотрит на собеседника.
       ЛЕОН. Неплохо сказано. Что ж, вы просили одну минуту. Столько времени я для вас найду. Но не больше.
       ИОАНН. (Взглянув на спутника Леона.) Я бы хотел поговорить с вами наедине.
       Леон изумлен требованием юнца.
       ЛЕОН. Однако, молодой человек... Вы понимаете, с кем говорите?
       ИОАНН. Извините, синьор, я молод, неопытен, никого в Риме не знаю и очень нуждаюсь в советах и руководстве. Потому я и решился обратиться к Вам. И в подтверждение искренности своих слов я хочу сообщить вам нечто важное. Одному только вам.
       По знаку Леона его спутник покидает комнату.
       ЛЕОН. Продолжайте.
       ИОАНН. Уважая вашу занятость, я сразу перейду к делу. Будучи скромным любителем науки, можно сказать, книжным червем, я посвятил в своей глуши немало времени истории, генеалогии и юриспруденции. Когда я изучал, среди прочего, историю славного рода Фриули, мне показалось странным, что ваш отец завещал титул, герцогство и достояние не своему старшему сыну, то есть вам, а вашему младшему брату Гвидо. Между тем, все знают, что отец вас очень любил.
       ЛЕОН. К чему вы клоните? И какое вам дело до истории нашей семьи?
       ИОАНН. Не столь давно я помогал разбирать архивы одному почтенному нотариусу, и среди прочих пергаментов мне попался вот этот документ.
       Леон вертит в руках пергамент.
       ЛЕОН. Извините, я не очень силен в латыни.
       ИОАНН. Это подлинное завещание вашего отца, в котором наследником признаетесь вы, а не синьор Гвидо.
       Леон поражен.
       ЛЕОН. Что значит "подлинное"?
       ИОАНН. А это значит, что ваш брат заставил нотариуса подделать завещание. Вы, если помните, в момент смерти отца находились с посольством у короля франков.
       ЛЕОН. Верно.
       ИОАНН. А когда вернулись, Гвидо уже владел герцогской короной.
       ЛЕОН. Имя нотариуса?
       ИОАНН. Вы его знаете - Бартоломео. Его мучила совесть, но он был запуган синьором Гвидо. Недавно нотариус - увы - скончался, но по моей просьбе оставил заверенное свидетелями письмо, где подтверждается то, что я сказал. Возьмите, пожалуйста, и это письмо.
       Леон рассматривает документы.
       ЛЕОН. Молодой человек, это очень серьезное обвинение. Вы понимаете, чем рискуете, если оно не подтвердится?
       ИОАНН. Ваш брат - весьма достойный рыцарь. Однако вас я уважаю еще больше. И это уважение, а также стремление к справедливости побудили меня доискаться до истины. Не смею вас больше задерживать, синьор. В любом случае вы можете считать меня своим преданным другом.
       ЛЕОН. Постойте... Вы говорите, что изучали юриспруденцию. Что, по-вашему, мне следует предпринять?
       ИОАНН. Прежде всего, пригласите опытных юристов и попросите их установить и засвидетельствовать подлинность документов. Потом обратитесь в суд и верните себе герцогство.
       ЛЕОН. Вы не знаете Гвидо. Он уважает силу, а не право. Решение суда для него - пустая бумажка. Что она стоит против армии, крепостей и денег? К тому же, если он возьмет Анастасию с ее приданым, он станет неодолим.
       ИОАНН. Постарайтесь расстроить этот брак.
       ЛЕОН. Как я могу это сделать?
       ИОАНН. Не падайте духом, синьор. Гвидо силен - но разве вы бессильны? Разве у вас нет сторонников? Разве правда не на вашей стороне? В конце концов, призовите на помощь папу.
       ЛЕОН. Папа сделает то, что укажет ему Гвидо. Разве вы этого не знаете?
       Иоанн, глядя Леону в глаза, очень отчетливо произносит:
       ИОАНН. Значит, надо избрать другого папу.
       Иоанн кланяется и уходит. Леон остается один в глубокой задумчивости.
      
       Сцена 7.
       Богато убранные покои во дворце Анастасии. Праздничный стол, цветы. Девушка, очень тщательно одетая, радостно приветствует Иоанна, который, войдя, в нерешительности задерживается на пороге.
       АНАСТАСИЯ. Входите, входите! Что вы остановились?
       ИОАНН. Простите, принцесса, я, наверное, ошибся днем или часом. Вы приглашали меня на праздник...
       АНАСТАСИЯ. Совершенно верно, на маленький домашний праздник. И вы пришли вовремя.
       ИОАНН. А где же остальные гости?
       АНАСТАСИЯ. Остальные гости будут позже. А на этот час я пригласила только вас.
       ИОАНН. Это для меня большая честь, принцесса.
       АНАСТАСИЯ. Перестаньте быть таким чопорным. И зовите меня просто Анастасия.
       ИОАНН. У вас прелестное платье.
       АНАСТАСИЯ. Спасибо. Я еще не успела надеть к нему драгоценности. Вот, тут у меня шкатулка с разными побрякушками. (Раскрывает шкатулку с драгоценностями.) Не знаю, что выбрать. Может, вы посоветуете? Впрочем, такие глупости вас, конечно, не интересуют.
       Иоанн не без интереса перебирает вместе с Анастасией кольца и ожерелья.
       ИОАНН. Очень красивые вещи. Но лучшая драгоценность - это вы сами.
       АНАСТАСИЯ. О, оказывается, вы умеете говорить и комплименты.
       ИОАНН. Я все-таки не могу понять, почему вы пригласили меня раньше других гостей.
       АНАСТАСИЯ. Бог мой, что тут понимать? Я просто хочу познакомиться с вами поближе, пока не пришли скучные и болтливые гости, которых я с трудом переношу. Ведь недаром сказано, что во всяком собрании глупцов больше, чем разумных людей, и большая часть всегда перевешивает лучшую. Садитесь, рассказывайте.
       ИОАНН. О чем?
       АНАСТАСИЯ. О себе, конечно! Для чего же я вас пригласила? Мы уже не раз встречались на различных приемах, но в сутолоке не могли сказать друг другу и двух связных слов.
       ИОАНН. Обо мне, право, нечего рассказывать.
       АНАСТАСИЯ. Почему же тогда о вас говорит весь Рим? И, что странно, у вас почти нет врагов. Даже в семействе Фриули. Мне передали, что Леон отзывается о вас очень лестно.
       ИОАНН. Приятно это слышать.
       АНАСТАСИЯ. Любителям поэзии вы читаете наизусть Овидия и Горация, ученым цитируете Плиния и Геродота, юристам толкуете кодекс Юстиниана и римское право, а нашим невежественным епископам объясняете смысл священного писания. Откуда вы такой взялись?
       ИОАНН. У меня очень строгий опекун. Всю жизнь он продержал меня в деревне, воспитывая в труде и послушании.
       АНАСТАСИЯ. Эту басню про деревню я уже слышала. Где вы на самом деле провели свою юность? В Константинополе, при дворе императора? Или у короля франков?
       ИОАНН. В Италии, в деревне.
       АНАСТАСИЯ. Вы упрямец и молчун.
       ИОАНН. Но я действительно провел детство и юность в деревне. (Задумчиво.) Это было хорошее время. Рано утром меня будило пение птиц, солнце розовым светом освещало холмы, окутанные туманом, а на цветах еще лежала роса... Как бы я хотел туда вернуться...
       АНАСТАСИЯ. Какое у вас лицо... Таким вас я еще не видела.
       ИОАНН. Анастасия, расскажите лучше вы о себе.
       АНАСТАСИЯ. Вот уж о ком действительно нечего рассказывать. Обыкновенная дворянская девушка, как все. Немножко вышиваю, немножко читаю по складам, немножко бренчу на арфе - вот, видите, стоит в углу? Живу прескучно, но все мы живем, как можем, если не можем жить так, как хотим... Что еще сказать о себе? Очень люблю наряды. Вот, пожалуй, и все.
       ИОАНН. Все ли?
       АНАСТАСИЯ. Все. Да, я еще хорошо танцую. Пожалуй, с совершенством большим, чем полагается честной женщине.
       ИОАНН. Я бы мог к этому портрету кое-что добавить.
       АНАСТАСИЯ. Да? Очень интересно.
       ИОАНН. Вы могли бы рассказать, что в ваших жилах течет королевская кровь, что ваш дед спас Рим от нашествия врагов, а прапрадед признан святым, и много церквей в Италии построены в его честь. Вы могли бы рассказать, что ваша мать, рано овдовев, прославилась скромным образом жизни и добрыми делами.
       Анастасия не сводит с Иоанна удивленного взгляда.
       АНАСТАСИЯ. Как вы все это узнали? Живя в деревне?
       ИОАНН. Да. Кроме того, я знаю, что вы хорошо правите своим огромным княжеством, что вы умны и образованны.
       АНАСТАСИЯ. Почему вы так решили?
       ИОАНН. Вольно или невольно, в нашей краткой беседе вы трижды процитировали латинских классиков: Ливия, Теренция и Саллюстия. Зачем же уверять меня, что вы читаете по слогам?
       АНАСТАСИЯ. (Поражена.) Вы... Это просто невозможно...
       ИОАНН. Кроме того, вы невероятно красивы. Впрочем, это знают все. Я бы хотела быть похожей на вас... Я хочу сказать, что если бы я был женщиной, я бы хотела... я бы хотел... Извините, я запутался в грамматике.
       АНАСТАСИЯ. Ничего, я поняла вас.
       ИОАНН. И еще я думаю, что вы одиноки, и что вам трудно жить без отца и без матери.
       АНАСТАСИЯ. Вы знаете и это?
       ИОАНН. Я сам рос без родителей... Но у меня есть опекун. Без него я был бы ничто.
       АНАСТАСИЯ. (Печально.) А у меня нет ни опекуна, ни даже друзей. Только поклонники. Вы согласитесь быть моим другом?
       ИОАНН. Я уже ваш друг.
       Долгое молчание. Иоанн первым нарушает его.
       Извините, по моей вине вы загрустили. Давайте сменим тему разговора. Или, лучше, спойте мне что-нибудь, а я вам подыграю.
       Иоанн пересаживается к арфе и с нежностью перебирает струны. Анастасия не может прийти в себя от изумления.
       АНАСТАСИЯ. Вы - мужчина - играете на арфе?
       ИОАНН. Чуть-чуть. Научился от деревенской скуки. Боюсь, что уже все забыл.
       Иоанн играет задумчивую мелодию, напоминающую ему о минувших днях. Анастасия сначала слушает, потом не удерживается и начинает петь. Музыка стихает. Анастасия стряхивает оцепенение.
       АНАСТАСИЯ. Это было прекрасно.
       ИОАНН. Да. Вы пели изумительно. А теперь, извините, мне пора. Я бы не хотел встречаться с другими гостями. Вашему жениху не понравится наша дружба.
       АНАСТАСИЯ. Вы боитесь его?
       ИОАНН. Нет, но я боюсь, что у вас будут из-за меня неприятности.
       АНАСТАСИЯ. Я хочу, чтобы вы поняли: я пока сама распоряжаюсь собой и не обязана перед кем-либо отчитываться.
       ИОАНН. В таком случае я остаюсь.
       АНАСТАСИЯ. (Решившись.) Иоанн, раз уж мы об этом заговорили... Через месяц я должна выйти замуж за Гвидо. Что вы на это скажете?
       ИОАНН. Он вас любит?
       АНАСТАСИЯ. Говорит, что да.
       ИОАНН. Давно?
       АНАСТАСИЯ. Давно.
       ИОАНН. А вы его?
       АНАСТАСИЯ. Не знаю. Боюсь, что нет.
       ИОАНН. Зачем же вы выходите за него замуж?
       АНАСТАСИЯ. А за кого еще мне выходить? Все в один голос твердят, что это самый завидный жених в Италии... Почему вы молчите?
       ИОАНН. Сказать вам откровенно? Не выходите за него.
       АНАСТАСИЯ. Почему? Он, по крайней мере, богат, знатен, храбр и красив.
       ИОАНН. Свое богатство и титул он украл у Леона и скоро потеряет. Храбрость он использует для бесчестных дел. Красоту, чтобы покорять женщин без разбора.
       АНАСТАСИЯ. Почему вы так думаете?
       ИОАНН. Я не думаю, я знаю.
       АНАСТАСИЯ. Узнали, сидя в вашей деревне?
       ИОАНН. Да.
       АНАСТАСИЯ. Клан Фриули, всегда такой сплоченный, действительно раскололся на два лагеря: Леон против Гвидо. И, хотя Гвидо всемогущ, люди начинают перебегать от него к Леону. Это странно.
       ИОАНН. Им не нравятся надменность и своеволие вашего жениха.
       Голос Иоанна звучит жестко и холодно. Анастасии становится не по себе.
       АНАСТАСИЯ. Вы безжалостны и пристрастны.
       ИОАНН. Я ваш друг и хочу вам добра. Впрочем, если вы уже сделали выбор, нет смысла продолжать этот разговор.
       АНАСТАСИЯ. А если я еще не сделала выбора?
       ИОАНН. Тогда подумайте над моими словами.
       Молчание.
       АНАСТАСИЯ. Иоанн, скажите, а каковы ваши личные планы? Вы собираетесь жениться?
       ИОАНН. Анастасия, я не хочу скрывать... На днях я принимаю духовный сан и с ним - обет безбрачия.
       Девушка, оцепенев от неожиданного известия, застывает, затем с трудом произносит.
       АНАСТАСИЯ. Сейчас должны прийти гости. Но я должна с вами поговорить еще раз. Не будем пока принимать никаких решений. А сейчас дайте мне побыть одной. Но обязательно возвращайтесь. Вы слышите? Обещайте.
       ИОАНН. Хорошо, я приду.
       Иоанн уходит. Анастасия пытается успокоиться и взять себя в руки. Один за другим собираются гости. Среди них - Лоренцо, Ламберто, Леон, Формоз и другие. Последним входит Гвидо. Он вручает Анастасии букет.
       ГВИДО. Анастасия, в этом наряде вы просто великолепны.
       АНАСТАСИЯ. (Она рассеянна и все время ищет кого-то взглядом.) Да. То есть спасибо.
       ГВИДО. Однако вам следует срочно заказать другое платье.
       АНАСТАСИЯ. Да. Спасибо.
       ГВИДО. Дорогая, вы слушаете меня?
       АНАСТАСИЯ. Что? Да, конечно.
       ГВИДО. Я сказал, что следует заказать новое платье.
       АНАСТАСИЯ. Новое?
       ГВИДО. Платье, в котором вы будете венчаться
       АНАСТАСИЯ. С кем?
       ГВИДО. Со мной конечно.
       АНАСТАСИЯ. С вами?
       ГВИДО. Почему это так вас удивляет? Я уже назначил день свадьбы. На ней будет присутствовать сам папа.
       Анастасия возвращается к реальности.
       АНАСТАСИЯ. Вы немного поторопились, Гвидо.
       ГВИДО. Напротив, я терпелив и ждал слишком долго. Ведь я люблю вас очень давно.
       АНАСТАСИЯ. Меня или мое герцогство?
       ГВИДО. Не будьте колкой. Вам это не идет.
       АНАСТАСИЯ. Гвидо, примите то, что я вам сейчас скажу, как можно спокойнее. Я не выйду за вас замуж.
       ГВИДО. Что случилось?
       АНАСТАСИЯ. Ничего.
       ГВИДО. До вас дошли слухи, что Леон хочет отобрать у меня герцогство?
       АНАСТАСИЯ. Гвидо, вы ничего не поняли.
       ГВИДО. Это вы ничего не поняли. Свадьба состоится через неделю.
       АНАСТАСИЯ. Она не состоится никогда.
       ГВИДО. Меня нелегко заставить отступиться от своих планов.
       АНАСТАСИЯ. Меня тоже. Я не выйду за вас.
       ГВИДО. Вы меня еще не знаете. Я введу в Рим войска и возьму вас в жены силой.
       АНАСТАСИЯ. Вот теперь я действительно начинаю узнавать вас. Давайте прекратим этот разговор.
       ГВИДО. Мы еще продолжим его.
       Гвидо отходит от Анастасии и пьет стакан за стаканом вино. Глаза девушки продолжают искать Иоанна. Наконец она замечает его. Лицо ее светлеет.
       АНАСТАСИЯ. Наконец-то! Я уж думала, что вы не вернетесь.
       ИОАНН. Я же обещал.
       АНАСТАСИЯ. Сейчас начнутся танцы. Вы, конечно, умеете танцевать?
       ИОАНН. Немного.
       АНАСТАСИЯ. Есть ли что-нибудь на свете, чего вы не умеете? Скажите, где находится эта ваша волшебная деревня, где вы всему научились? Я тоже хочу там жить. (Понижая голос.) Особенно, если вы поедете туда со мной.
       Молодые люди танцуют. Глаза Анастасии блестят, она очень оживлена. В этот момент на плечо Иоанна ложится тяжелая рука Гвидо.
       ГВИДО. Довольно. Оставь ее.
       Анастасия бросает на Гвидо гневный взгляд.
       АНАСТАСИЯ. Как вы смеете? Я сама пригласила этого кавалера!
       Гвидо, не обращая на девушку внимания, продолжает наседать на Иоанна.
       ГВИДО. Ты слышишь, что я тебе сказал, ублюдок? Исчезни. Сейчас и навсегда. Ты не думай, что я слеп.
       И так как Иоанн продолжает молча стоять, Гвидо вытаскивает из ножен меч.
       Я вынес тебе приговор и могу привести его в исполнение немедленно. Ну?
       Иоанн молчит. Анастасия пытается удержать жениха.
       АНАСТАСИЯ. Гвидо, если вы посмеете нанести ему хоть одну царапину...
       Гвидо молча отодвигает девушку в сторону и обрушивает на соперника страшный удар, который мог бы оказаться смертельным, если бы Иоанн вовремя не уклонился от него. Гвидо снова заносит меч. Присутствующие следят за ссорой. Иоанн побледнел, но сохраняет хладнокровие.
       ИОАНН. Синьор, ваш поступок не делает вам чести. Ведь я безоружен.
       ГВИДО. Тем хуже для тебя.
       Гвидо наносит удар, и снова Иоанн увертывается. Леон пытается удержать брата.
       ЛЕОН. Опомнись, ты слишком много выпил. Это ведь настоящее убийство.
       ГВИДО. (Отталкивая Леона.) Не мешай.
       Гвидо наступает на противника, теснит его. Иоанн уклоняется от ударов, то прячась за колонну, то прыгая через стол, то спасаясь бегством вверх по лестнице. По знаку Лоренцо Ламберто вынимает из ножен свой меч и вручает его Иоанну, когда тот пробегает мимо него. Тогда-то и начинается настоящий поединок. Гвидо разъярен, Иоанн владеет собой, но и в его глазах сверкает злость.
       ЛАМБЕРТО. (Наклоняясь к Лоренцо.) Ваш племянник не нанес еще ни одного удара. Он учился фехтованию? Сейчас Гвидо убьет его, как цыпленка.
       Лоренцо не отвечает. Гвидо продолжает атаковать. Пассивность противника в конце концов усыпляет его бдительность, и тогда Иоанн, воспользовавшись его промахом, наносит ему быстрый удар в пах. Гвидо страшно кричит и падает, корчась от боли. Иоанн наклоняется над ним.
       ГВИДО. Мерзавец, ты поразил меня в самое чувствительное место!
       ИОАНН. (Шепчет.) Ты меня тоже.
       Иоанн бросает меч. Раненого Гвидо уносят. Все расходятся, остаются лишь Формоз, Иоанн и Лоренцо.
       ФОРМОЗ. Скажите, Лоренцо, как можно посвящать вашего племянника в епископы после этого скандала? Его надо судить, а не посвящать в сан. Я потребую, чтобы папа не утвердил его назначения.
       ЛОРЕНЦО. Вы знаете, что Иоанн не хотел поединка. Не он его начал. Не он его спровоцировал. Гвидо напал на него безоружного, и мой племянник лишь защищался. Папа примет нашу сторону.
       ФОРМОЗ. Посмотрим. (Уходит.)
       ЛОРЕНЦО. Иоанн, объясни, что произошло? Надо ли было допускать эту ссору накануне посвящения тебя в духовный сан? Боюсь, ты все испортил.
       Иоанн, похоже, не слишком озабочен.
       ИОАНН. Дядя, все не так страшно. Итальянцы любят подраться, и хорошая дуэль с сильным противником только поднимет мою популярность.
       ЛОРЕНЦО. И все-таки эта ссора - наш крупный провал.
       ИОАНН. Это наше крупное достижение. Подумайте сами: непобедимый клан Фриули дал трещину. Его глава искалечен и опозорен. Его брак с лучшей невестой Италии расстроен. Гвидо вообще теперь не сможет жениться и иметь детей. У него не будет наследников. У него нет будущего. Его сторонники от него рано или поздно отвернутся. И, самое главное, порядочная девушка не вручит теперь свою судьбу подлецу. Разве одного этого не достаточно?
       ЛОРЕНЦО. Все это верно... Однако я чувствую, тут таится что-то еще, чего ты не договариваешь... Я прав?
       Иоанн не отвечает.
      
       Сцена 8.
       Вожди клана Фриули - Гвидо и его брат Леон - ведут между собой разговор на повышенных тонах.
       ЛЕОН. Не смей меня оскорблять!
       ГВИДО. А я и не оскорбляю. Я просто хотел тебе напомнить, кто ты и кто я.
       ЛЕОН. Ты мерзавец!
       ГВИДО. А ты ничтожество.
       ЛЕОН. Напал на безоружного мальчишку и строишь из себя храбреца. Уже три месяца из-за этого над тобой потешается весь Рим. Кастрат.
       ГВИДО. (Берясь за меч.) Только посмей повторить...
       Входит Формоз. Братья умолкают.
       ФОРМОЗ. Я только что из папского дворца. Адриан плох и долго не протянет.
       ЛЕОН. Значит, пора думать, кто будет следующим папой.
       ФОРМОЗ. Что значит "думать"? Разве между нами не решено уже, что следующим папой буду я?
       ГВИДО. Разумеется, решено.
       ЛЕОН. Расстановка сил не так проста, как была прежде. Лоренцо усиленно продвигает своего племянника. Он уже стал епископом и быстро набирает популярность.
       ФОРМОЗ. Надо еще выяснить, что это за племянник, и откуда он взялся. Мне он внушает подозрения. Он похож на евнуха.
       ЛЕОН. (Усмехаясь.) Не произносите при моем брате слова "евнух".
       ГВИДО. Леон, хоть ты и мой брат, но если ты не придержишь язык, я тебя не пощажу.
       ЛЕОН. Я давно оценил твои братские чувства.
       ФОРМОЗ. Почему Иоанн так замкнут, почему никого не допускает к себе? Может, у него физический дефект?
       ЛЕОН. Человек столь высокого положения и не должен быть доступен всем и каждому. Дефектов у него нет: он прекрасно сложен. Таких мужчин еще надо поискать. Недаром им увлеклась Анастасия. (Ласково.) Не правда ли, Гвидо?
       Гвидо скрипит от злости зубами.
       И, как вы помните, он великолепно фехтует. (Ядовито.) Гвидо может это подтвердить.
       ГВИДО. (Бросая на Леона злобный взгляд.) Скоро я его уничтожу.
       ЛЕОН. Но пока он еще жив.
       ГВИДО. Почему мы вообще обсуждаем шансы этого юнца? Семь лет назад мы не пустили в папы даже хитрого лиса Лоренцо. Куда уж соваться его племяннику?
       ЛЕОН. У него появилось немало сторонников.
       ГВИДО. И, я вижу, ты - один из них.
       ЛЕОН. Его поддерживает и Византия.
       ФОРМОЗ. Зато на нашей стороне Ломбардия и Германия.
       ГВИДО. Какое нам дело, на чьей стороне иностранцы? Ведь голосуют римляне.
       ЛЕОН. Но римлян можно купить на византийское золото.
       ГВИДО. В день голосования я введу сюда свою армию. И тогда посмотрим, кто проголосует против моей воли.
       ЛЕОН. Гвидо, пора понять, что не все решает сила.
       ГВИДО. Сила решает все.
       ЛЕОН. Тогда пора понять, что она, быть может, уже не на твоей стороне.
       ГВИДО. Леон, мне кажется, ты переметнулся к Сполето. Не забывай, мы - одна семья, семья Фриули.
       ЛЕОН. Верни мне мое герцогство, и я об этом вспомню.
       ГВИДО. Я тебе уже не раз говорил - не отдам. Оно мое. Проси у меня что-нибудь другое.
       ЛЕОН. Я не буду у тебя ничего просить, я возьму свое силой. Той самой, которую ты потерял.
       ГВИДО. Я пока ничего не потерял.
       ЛЕОН. Кто теряет мужскую силу, тот теряет и всякую другую.
       ГВИДО. Еще слово, и я тебя убью.
       ФОРМОЗ. Господа, не горячитесь. Всегда можно прийти к соглашению.
       ЛЕОН. А вас, Формоз, я прямо хочу спросить: кому вы присудите герцогство, если станете папой?
       ФОРМОЗ. (После долгого колебания отвечает уклончиво.) Я решу этот вопрос по справедливости.
       ЛЕОН. А какое решение вы считаете справедливым?
       Формоз молчит. Леон встает.
       Тогда мне не о чем с вами больше говорить.
       Леон уходит. Формоз очень озабочен.
       ФОРМОЗ. Его нельзя терять.
       ГВИДО. Ерунда, позлится и вернется. Куда он денется? За ним никого нет.
       ФОРМОЗ. Вы не правы. Выборы мы, конечно, выиграем во всех случаях, но раскол нам может повредить.
       ГВИДО. Что ты предлагаешь?
       ФОРМОЗ. Надо ему пообещать то, что он просит.
       ГВИДО. Ты в своем уме?
       ФОРМОЗ. Я говорю "пообещать". Это вовсе не означает "выполнить".
       ГВИДО. А если он потребует письменного обязательства, публичной клятвы?
       ФОРМОЗ. (Ухмыляясь.) Слово папы освобождает от всякой клятвы.
       Криво улыбается и Гвидо.
       ГВИДО. Все это слишком далеко и неопределенно. А Леон создает мне проблемы уже сейчас.
       ФОРМОЗ. А мне - Иоанн.
       ГВИДО. Что же делать?
       ФОРМОЗ. Есть старый простой проверенный способ: нет соперника - нет проблемы.
       ГВИДО. Ты предлагаешь... родного брата?
       ФОРМОЗ. И этого племянничка тоже. Или вы не хотите отомстить?
      
       Сцена 9.
       Иоанн у себя дома, в одеянии епископа, читает книгу. Постучав в дверь, входит слуга.
       СЛУГА. Ваше преосвященство, к вам пришел греческий монах по имени Мефодий. Прикажете впустить?
       ИОАНН. Пусть войдет.
       Входит Мефодий. Ему около 40 лет. У него умное усталое лицо ученого. Иоанн встречает его очень приветливо.
       Добро пожаловать, коллега.
       МЕФОДИЙ. Простите, что я отвлекаю вас от ваших занятий, но я счел долгом поздравить вас с получением сана епископа. Все говорят, что ваше благочестие, ученость, трудолюбие, знатность и скромный образ жизни делают вас достойным этого сана.
       ИОАНН. Спасибо. Похвала из уст такого знаменитого ученого, богослова и лингвиста мне особенно лестна.
       МЕФОДИЙ. Значит, вы знаете, кто я?
       ИОАНН. Разумеется.
       МЕФОДИЙ. Я хочу просить вас о помощи.
       ИОАНН. Меня? Кто я такой, чтобы суметь вам помочь?
       МЕФОДИЙ. Все понимают, что вы на пути к папскому престолу.
       ИОАНН. До него мне еще очень далеко. У меня слишком много врагов и слишком мало друзей.
       МЕФОДИЙ. Вот давайте об этом и поговорим. Но сначала я расскажу немного о себе. Двенадцать лет назад мой младший брат Константин и я, тогда совсем еще молодые и неопытные люди, отправились на Волгу, к хазарам, с целью обратить их в христианство. Миссия эта провалилась, но во время путешествия мы увидели, какие колоссальные возможности таит в себе огромная территория между Волгой и Эльбой, населенная, в основном, славянами. Они еще язычники, но их короли и князья начинают осознавать преимущества христианства. Поэтому спустя два года мы с братом, принявшим в монашестве имя Кирилл, отправились по поручению византийского императора в Моравию распространять там христианство. Мы изобрели для славян алфавит.
       ИОАНН. Я слышал о вашем подвиге.
       МЕФОДИЙ. Мы провели в Моравии и Болгарии несколько лет, но затем нас стали теснить немцы, которые не хотят греческого влияния на своих восточных границах. Четыре года назад мы прибыли в Рим, чтобы попросить у папы покровительства и поддержки, но святой престол до сих пор не может определить свою позицию. Мой бедный брат так и умер здесь, не дождавшись решения папы.
       ИОАНН. Почему же папа колеблется?
       МЕФОДИЙ. Скажу откровенно - у него есть для этого много серьезных причин. Он не хочет портить отношения с германским королем. Он боится усиления Византии на востоке. Кроме того, он не хочет, чтобы богослужение там шло на славянском языке. Это ослабит зависимость славян от Рима.
       ИОАНН. А почему бы, действительно, славянам не молиться на латыни, как это делают во всей Европе?
       МЕФОДИЙ. Дело в том, что итальянцы, испанцы, франки в той или иной мере понимают латынь, эти языки сходны. Для славян же латынь - это тарабарщина. Она станет для них заслоном на пути к христианству.
       ИОАНН. Что вы хотите от меня?
       МЕФОДИЙ. А что подсказывает вам ваше сердце?
       ИОАНН. Поддержать дело, которое вы начали вместе с братом.
       МЕФОДИЙ. Ну, вот и склоните к этому папу. Ваш дядя и вы обладаете достаточным для этого влиянием. Я хочу вручить вам подарок.
       Мефодий преподносит Иоанну массивную книгу.
       ИОАНН. Что это?
       МЕФОДИЙ. Библия на славянском языке. Мы с Кириллом трудились над переводом много лет.
       Иоанн бережно перелистывает фолиант.
       ИОАНН. Благодарю вас. Я постараюсь, чтобы папа назначил вас архиепископом Моравии и разрешил служить литургии на славянском языке.
       МЕФОДИЙ. А я обещаю, что за это Византия поддержит вас в будущей борьбе за папский престол. Император Василий богат и могуществен. Помогите нам, и у вас будет меньше врагов и больше друзей.
       Они улыбаются и пожимают друг другу руки.
       Иоанн выходит проводить Мефодия. Входит Анастасия. Она беспокойно ждет прихода Иоанна. Когда он наконец появляется, она не знает, как себя вести: то ли броситься к нему на шею, то ли встретить его холодно и сдержанно. Иоанн первым прерывает неловкое молчание.
       ИОАНН. Как хорошо, что вы пришли. Я написал вам несколько писем после того злосчастного инцидента, но вы не ответили ни на одно из них. Вы сердитесь, что из-за меня потеряли жениха?
       АНАСТАСИЯ. Я отказала ему еще до вашей ссоры. Но я пришла сюда, чтобы поговорить совсем о другом.
       Анастасия умолкает, но, поколебавшись, смело задает прямой вопрос:
       Почему вы отказались от меня?
       ИОАНН. Анастасия...
       АНАСТАСИЯ. Я молода, знатна, влиятельна и богата. И вы сами говорили, что я умна, образованна и красива. Так почему же вы отказались от меня?
       ИОАНН. Анастасия, клянусь вам, вы лучшая девушка, которую я когда-либо встречал. Но...
       АНАСТАСИЯ. Не клянитесь, я и так все знаю. Вы метите в папы. Не так ли? Иначе зачем вам было становиться епископом?
       ИОАНН. Я не мог иначе. Не сердитесь на меня.
       АНАСТАСИЯ. Как и у всех мужчин, честолюбие у вас оказалось сильнее любви.
       ИОАНН. Я ведь с самого начала сказал, что могу быть только вашим другом.
       АНАСТАСИЯ. Зачем пустые слова? Скажите ясно и просто, что всего важнее для вас почет и власть. Так знайте: вас не изберут папой. Вы еще не знаете, каким я пользуюсь влиянием. Скоро вы почувствуете это. Вы пренебрегли мною... Вы... (Гнев и слезы не дают ей говорить. Она резко поворачивается и направляется к выходу.)
       ИОАНН. (Пытаясь ее удержать.) Анастасия!...
       АНАСТАСИЯ. Оставьте меня! (Уходит.)
       Иоанн остается один. В комнате появляется мужчина в темном плаще. Он неслышно крадется к Иоанну. Услыхав шорох, тот оборачивается.
       ИОАНН. Кто вы?
       МУЖЧИНА. (Обнажая меч.) Ваш друг.
       ИОАНН. (Беря в руки трость.) Что вам нужно?
       МУЖЧИНА. Я очень сожалею, но я получил заказ убить вас. Вас и синьора Леона. Просили начать с вас. Говорят, вы святой человек, так что вам нет нужды молиться перед смертью.
       ИОАНН. Что ж, исполняй заказ.
       У молодого епископа в руках только трость, и это придает бандиту смелости. Но он не знает, что трость эта - железная и что ее держит крепкая рука. После первого же удара о трость, клинок в руках бандита ломается. Убийца обращается в бегство. Иоанн кладет трость и переводит дух. Входит взволнованный Лоренцо.
       ЛОРЕНЦО. Иоанн! Иоанн!.. (Увидев перевернутые стулья.) Что здесь произошло?
       ИОАНН. Ничего. Маленький урок фехтования.
       ЛОРЕНЦО. Забудь про фехтование! Разве ты не знаешь, что случилось?
       ИОАНН. Я вижу только, что вы очень взволнованы.
       ЛОРЕНЦО. Умер Адриан. Сразу после похорон состоятся выборы нового папы. Столько лет мы готовились к этому моменту, и вот наступает решающий бой!
       ИОАНН. Думаете, мы выиграем?
       ЛОРЕНЦО. Трудно сказать. Формоз и Гвидо одних выборщиков купили, других запугали, третьих устранили.
       ИОАНН. А что Леон?
       ЛОРЕНЦО. Пока колеблется. Хуже всего, что против тебя Анастасия, а за ней чуть ли не половина римских голосов. Византия нас поддержит, но король франков всегда против Византии и, стало быть, будет против нас. Наши шансы невелики, но попытаться можно.
       ИОАНН. А если проиграем?
       ЛОРЕНЦО. Тогда будем ждать смерти следующего папы. (Тяжело дыша, держится за сердце.) Только, боюсь, сам я умру раньше, и тебе придется бороться уже одному.
       Иоанна ласково гладит руку Лоренцо и прижимается к ней щекой.
       ИОАНН. Может, пока не поздно, мы откажемся от этой затеи?
       ЛОРЕНЦО. После стольких трудов и усилий?
       ИОАНН. Дядя, я никогда с этим не справлюсь, никогда! Да я и не хочу этого. Давно ли я лишь любовалась цветами и плела из них венки? А теперь мне надо думать о Византии, Германии, Ломбардии, крещении славян, войне с арабами, интригах соперников, мятеже епископов и о тысяче других вещей. Зачем вы вовлекли меня в это предприятие? Освободите меня. Я хочу домой! Я хочу в свой сад!
       Лоренцо кладет руку Иоанне на плечо.
       ЛОРЕНЦО. В детство не возвращаются. Пути назад нет.
       ИОАНН. Это ведь чистое безумие! Я только женщина, и больше ничего!
       ЛОРЕНЦО. Главное не то, что у нас между ног, а то, что на плечах. Голова у тебя светлая. Работоспособность поразительная. Образование прекрасное. Ты хорошо подготовлена. Прости, подготовлен. Поверь мне, таких людей, как ты, не найти сегодня в Риме.
       ИОАНН. У меня нет опыта.
       ЛОРЕНЦО. Научишься. Теодора была всего лишь цирковой артисткой, а, став царицей, помогла Юстиниану превратить его страну в могущественную империю. Императрица Ирина твердой рукой правила Византией двадцать лет. Чем ты хуже?
       ИОАНН. Но им не нужно было притворяться мужчинами! Они законно занимали трон!
       ЛОРЕНЦО. Оставь сомнения. Поворачивать назад поздно.
      
      
       Сцена 10.
       В Латеранском дворце собрались епископы, римская знать, представители городских общин и приходов, чтобы избрать, как тогда было принято, нового папу. Во главе присутствующих - Гвидо, Леон, Анастасия, Лоренцо. За каждым из них стоят их сторонники. Формоз заканчивает свою речь.
       ФОРМОЗ. Я не буду говорить о своих заслугах - они и без того всем известны. Моя преданность вере и святому Риму не нуждается в доказательствах. Если вы изберете меня папой, то не раскаетесь. Я сумею щедро отблагодарить каждого вас.
       Слова Формоза встречаются гулом одобрения. Слово берет Лоренцо.
       ЛОРЕНЦО. С давних пор повелось, что папу выбирают духовенство и лучшие граждане Рима. Выбирают представителя древнего и уважаемого рода, человека знатного, образованного, способного поддержать достоинство святого престола в непростых условиях, в которых находятся сейчас Рим и Италия. Поэтому я уверен, что вы поддержите Иоанна. Он молод, это правда, но уже успел заслужить уважение и римского народа, и иностранных государей.
       Формоз прерывает Лоренцо.
       ФОРМОЗ. Разве этот молодой человек не способен сам рассказать о себе? Пусть скажет, откуда он появился в Риме? Кто он такой? Что такого он успел сделать, чтобы вдруг стать первым лицом в христианском мире?
       Длительное молчание. Все взгляды устремляются на Иоанна. Он поднимается со своего места.
       ИОАНН. Я полагаю, что кандидаты на папский престол должны сегодня говорить не о своих былых заслугах и благочестии - в них никто не сомневается,- а о том, что они собираются сделать. Потому что положение папства и Рима катастрофическое. Епископы Франции, Германии, Испании и даже Италии стремятся к независимости от папы. На севере потомки Карла Великого воюют между собой за раздел и передел Европы, что приводит к хаосу и может вовлечь в пучину и наш город. Константинопольский патриарх, а с ним и все восточные церкви вообще отказываются признать римского папу. Император Византии Василий относится к нам недружелюбно. Юг Италии захвачен арабами, они господствуют на море и угрожают уже самому нашему городу. Мы в смертельной опасности. Между тем, у нас нет ни своего войска, ни своего флота, ни крепких стен. И если я предлагаю свою кандидатуру, то не для того, чтобы устраивать пышные праздники и раздачи по поводу своего избрания, а чтобы спасти ваше имущество, вашу жизнь и жизнь ваших детей. Мне кажется, я знаю, как это сделать, и мы сделаем это все вместе.
       Молчание. Речь произвела впечатление. Лоренцо решает воспользоваться благоприятным моментом и приступить к голосованию.
       ЛОРЕНЦО. Уважаемые выборщики, у каждого из вас в руках имеются два креста, один - золотой, другой - серебряный. Кто за то, чтобы папой был избран Формоз, прошу поднять золотой крест, кто за Иоанна, поднимите серебряный.
       Собравшиеся поднимают кресты, кто - золотой, кто - серебряный. Многие из тех, кто подняли сначала серебряный крест, под свирепыми взглядами Гвидо поспешно убирают его и сменяют золотым. Чаша весов склоняется на сторону Формоза. Он и Гвидо обмениваются торжествующими улыбками. Однако Леон и Анастасия со своими сторонниками еще не проголосовали. Леон, посовещавшись с приближенными, дает знак своей партии поднять серебряные кресты. Шансы сторон почти уравниваются. Иоанн и Анастасия смотрят друг на друга. После долгого колебания Анастасия поднимает серебряный крест, и ее примеру следует немалое число других участников собрания. Победа Иоанна очевидна.
       После подсчета голосов и короткого совещания старших епископов Лоренцо торжественно провозглашает официальную формулу избрания:
       В соответствии с волей Рима, объявляем тебя, Иоанн Восьмой, епископом Рима, наместником Иисуса Христа, наследником Князя апостолов, Верховным понтификом Церкви, Патриархом Запада, Примасом Италии и Архиепископом Римской области.
      
       Эти слова встречает шумный гул приветствий.
      
      
      
      
       Действие третье
      
       Сцена 11.
       Канцелярия в Латеранском дворце - резиденции папы. Иоанн, одетый просто, как и прежде (только массивный золотой крест на груди говорит о его высоком сане), диктует секретарю письма.
       ИОАНН. Напиши Карлу, королю франков, что охлаждение отношений не выгодно ни ему, ни нам. Мы нуждаемся в защите от сарацинов, а Карлу нужно одолеть своих соседей в Европе. Напиши, чтоб если мы заключим союз, и он поможет нам войсками против арабов, я короную его императором.
       СЕКРЕТАРЬ. Слушаюсь, ваше святейшество.
       ИОАНН. Подготовьте посольство к императору Византии Василию. Напиши, что мы согласны на примирение с константинопольским патриархом. Напомни ему, что у нас есть общий враг - арабы, и потому нам следует объединить свои силы. Напиши, что я хочу построить собственный военный флот для защиты наших берегов и прошу прислать из Византии корабельных мастеров. Всем известно, что они лучшие в мире. Приготовьте императору и патриарху богатые дары.
       СЕКРЕТАРЬ. Кто возглавит посольство?
       ИОАНН. Мой дядя.
       СЕКРЕТАРЬ. Миланский епископ сообщает, что он раскаивается в своем неповиновении и готов впредь выполнять все ваши распоряжения.
       ИОАНН. Епископы в Европе полагают, что если они перестанут подчиняться папе, то обретут независимость. Надо составить им послания, каждому поименно в отдельности, что они заблуждаются. Отделившись от нас, они попадут в зависимость от своего сеньора, ближайшего графа или барона. Надо объяснить им, что в одиночку каждый из них - ничто, а объединенная церковь - это сила. Если они признают верховную власть папы, я дам им защиту.
       СЕКРЕТАРЬ. Я принесу вам проект послания на утверждение.
       ИОАНН. Что еще на сегодня?
       СЕКРЕТАРЬ. Архиепископ Зальцбургский схватил Мефодия в Моравии и заключил в его тюрьму. Немцы сами хотят распространять христианство в славянских странах, на свой манер.
       ИОАНН. Я уже послал в Зальцбург своего легата с требованием немедленно освободить Мефодия. Архиепископ не осмелится меня ослушаться. Напиши, что я подтверждаю разрешение проводить богослужение на славянском языке.
       СЕКРЕТАРЬ. Обычно папа после своего избрания устраивает для жителей Рима большой праздник. Прошло уже немало времени, а вы все еще не назначили день для этого.
       СЕКРЕТАРЬ. Я объехал стены Рима. Они обветшали, местами обвалились. Насколько мне известно, они не восстанавливались более четырехсот лет. Прикажи немедленно составить смету, пригласить каменщиков и начать работы. А народу объявите, что деньги, отложенные на праздник, будут на этот раз израсходованы на укрепление Рима.
       СЕКРЕТАРЬ. Римляне вряд ли будут довольны.
       ИОАНН. Они будут еще менее довольны, когда сарацины начнут уводить их в рабство, насиловать их жен и грабить их лавки.
       СЕКРЕТАРЬ. Осмелюсь напомнить, что принцесса Анастасия ждет вашей аудиенции.
       ИОАНН. Проводи ее сюда и скажи, что я сейчас приду.
       Иоанн выходит. Секретарь вводит в кабинет Анастасию.
       СЕКРЕТАРЬ. Присядьте. Его святейшество сейчас примет вас.
       АНАСТАСИЯ. Тебе нравится с ним работать? Что ты о нем думаешь? Только честно.
       СЕКРЕТАРЬ. Его трудолюбие поразительно, знания и память невероятны. Он исключительный человек. И очень умеренный в своих вкусах и привычках. У прежнего папы были десятки личных слуг, а Иоанн совершает туалет, бреется, одевается и обслуживает себя сам.
       АНАСТАСИЯ. Ты хочешь сказать, что он святой?
       СЕКРЕТАРЬ. Не знаю. Лучше сказать, что он не такой, как все. Скромный, доброжелательный, но очень замкнутый. Любит уединение. Никто не смеет входить в его личные покои.
       Входит Иоанн. Секретарь кланяется и удаляется. Анастасия хочет поцеловать Иоанну руку, но тот останавливает ее.
       ИОАНН. Дорогая, забудьте этикет. Ведь мы же друзья. Это я должен поцеловать вам руку в благодарность за вашу поддержку.
       АНАСТАСИЯ. Не будем говорить об этом. Я пришла попросить у вас прощения. После долгих месяцев размышлений я поняла, что не имела права на вас сердиться.
       ИОАНН. Анастасия...
       АНАСТАСИЯ. Не надо ничего говорить. Я не сразу, но поняла, почему вы отказались от меня. Вы с детства готовили себя - или вас готовили, не знаю - к другому, высшему, призванию. Вот почему вы не такой, как все.
       ИОАНН. Не в этом дело. Просто есть обстоятельства, которые сильнее нас.
       АНАСТАСИЯ. Мне нельзя было вставать у вас на пути. Вам было предназначено стать главой христианского мира, а кто я?
       Поколебавшись, Анастасия продолжает, опустив глаза.
       Я только хотела вас спросить, Иоанн... В брак со мной вы вступить не можете, это понятно... Но ведь не секрет, что у римских пап были... подруги... И что папы этого почти не скрывали... И даже имели детей...
       ИОАНН. Этот путь для меня невозможен. Да и для вас тоже. Простите меня.
       АНАСТАСИЯ. Это вы простите. Я грешная женщина, а вы, должно быть, святой.
       ИОАНН. Ах, Анастасия, если бы вы только знали... Я в сто раз грешнее, чем вы, и за это наказан. Я сижу один в этом дворце, как в клетке, в страшном одиночестве, без друзей, и никого не смею к себе приблизить...
       АНАСТАСИЯ. Но почему?
       ИОАНН. Потому что такова моя судьба.
       АНАСТАСИЯ. (Поднимаясь.) Я пойду.
       ИОАНН. Подождите. Что вы намерены теперь делать?
       АНАСТАСИЯ. Не знаю. Ударюсь в разгул. Или пойду в монастырь. Еще не решила.
       ИОАНН. Анастасия, позвольте мне как другу дать вам совет. Вы не просто знатная и красивая женщина. Вы владеете огромным герцогством. Лица вашего ранга заключают браки не по любви, а из государственных соображений. Поверьте, время залечивает любые раны. Само ваше имя означает "воскрешение". Так возродитесь же к новой жизни.
       АНАСТАСИЯ. Как?
       ИОАНН. Я не нуждаюсь в богатстве. Если вы выйдете замуж за моего родственника Ламберто, я передам ему герцогство Сполето. Объединение владений даст вашему супругу такую силу, что он сможет претендовать на императорскую корону.
       АНАСТАСИЯ. Почему же вы сами не выбрали этот путь?
       ИОАНН. Я же сказал, есть обстоятельства, которые сильнее нас.
       АНАСТАСИЯ. Ламберто... Он же переменчив и бесцветен. Я не буду с ним счастлива.
       ИОАНН. Королевами становятся не для того, чтобы быть счастливыми. Впрочем, будем надеяться, что Ламберто - достойный человек.
       АНАСТАСИЯ. Да, он красив, храбр, честолюбив. Как многие другие. В Риме есть только один человек не такой, как все...
       ИОАНН. Не надо об этом.
       АНАСТАСИЯ. (Поднимаясь.) Хотя бы обнимите меня на прощанье.
       Иоанн не трогается с места. Анастасия берет его за руку.
       Вы такой молодой, но уже такой...охлажденный. Я уверена, что в глубине души вы теплы и доверчивы. Или были таким. Что с вами случилось? Вас кто-то обидел? Предал? Вас что-то мучает? Доверьтесь мне!
       ИОАНН. (Помолчав.) До свидания, дорогая. Примите мой совет.
       АНАСТАСИЯ. Значит, надежды нет?
       ИОАНН. Нет.
       АНАСТАСИЯ. Ни сейчас, ни в будущем?
       ИОАНН. Никогда.
       АНАСТАСИЯ. Страшное слово. Ну, что же, тогда я последую вашему совету и выйду за Ламберто.
       ИОАНН. Это разумное решение.
       АНАСТАСИЯ. Так я хоть стану вашей родственницей и смогу часто видеться с вами.
       ИОАНН. Я могу прямо сейчас объявить ему о вашем согласии?
       АНАСТАСИЯ. Если хотите.
       Иоанн вызывает секретаря .
       ИОАНН. Пригласи сюда синьора Ламберто.
       Секретарь с поклоном уходит.
       Теперь, Анастасия, я смогу называть вас своей сестрой.
       АНАСТАСИЯ. Этими словами обычно кончаются другие отношения. Но у нас они и не начинались.
       Входит Ламберто.
       ИОАНН. Ламберто, я позволил себе выступить в роли свата и хочу сообщить, что принцесса Анастасия согласна вступить с тобой в брак.
       ЛАМБЕРТО. (Поораженный.)Я не верю своему счастью!
       Он действительно не верит своему счастью. Еще недавно этот ничем не примечательный молодой человек был захудалым родственником в семье Сполето, а теперь ему достались два герцогства и самая красивая невеста Италии!
       ИОАНН. Поздравляю. Вас обоих ждет большое будущее. Дерзай, Ламберто, теперь ты добьешься многого.
       ЛАМБЕРТО. (Гордо.) Я надеюсь.
       ИОАНН. Только пусть у тебя не закружится голова.
       ЛАМБЕРТО. (Анастасии.) Позвольте вас поцеловать.
       Анастасия отшатывается, но затем, пересилив себя, подставляет жениху щеку. Входит Секретарь.
       СЕКРЕТАРЬ. Братья Фриули пришли выслушать ваш приговор по их спору о наследстве.
       ИОАНН. Пусть войдут.
       АНАСТАСИЯ. Позвольте вас покинуть, ваше святейшество.
       Жених и невеста уходят, Ламберто - радостный и торжествующий, Анастасия - опечаленная и подавленная.
       Иоанн надевает тиару и мантию и садится на трон. Входят Гвидо и Леон. У дверей застывает папская стража.
       ИОАНН. (Взяв в руки грамоту.) Мы рассмотрели решение судебной коллегии о передаче герцогства Фриули от синьора Гвидо синьору Леону и утверждаем его. Приговор вступает в силу немедленно. (Вручает приговор Леону.) Герцог Леон, я поздравляю вас.
       ГВИДО. А если я не подчинюсь? Хватит ли у вас силы взять мои замки и крепости?
       ИОАНН. Если вы не подчинитесь, я отлучу вас от церкви и предам анафеме, а ваших вассалов освобожу от присяги на верность и прокляну тех, кто окажет вам поддержку. Но вы подчинитесь.
       Гвидо, презрительно ухмыльнувшись, хочет уйти, но стражники преграждают ему путь. Иоанн продолжает.
       Вы, Гвидо, обвиняетесь вашим братом в подлоге завещания, в незаконном пользовании его имуществом, в попытке покушения на его жизнь и других преступлениях. Поскольку вы являетесь теперь подданным герцога Леона, он заключает вас под стражу.
       ГВИДО. Родной брат?
       ЛЕОН. (Усмехнувшись.) Родной брат, которого ты предал и которого ты замыслил убить.
       ГВИДО. Жаль, что я этого не успел. Что теперь? Ты меня казнишь?
       ЛЕОН. Это мы решим на семейном совете.
       Стражники уводят Гвидо. Иоанн обращается к Леону.
       ИОАНН. Синьор, когда-то я вам сказал, что справедливость на вашей стороне и что она будет восстановлена.
       ЛЕОН. Вы сдержали слово, ваше святейшество.
       ИОАНН. Давайте же прекратим застарелую и бессмысленную вражду между нашими семьями.
       ЛЕОН. Я готов.
       Иоанн и Леон протягивают друг другу руки. Входит Секретарь.
       СЕКРЕТАРЬ. Ваше святейшество, ваш дядя зовет вас. (И прибавляет, понизив голос.) Боюсь, что он при смерти.
      
       Сцена 12.
       Старый опекун лежит в постели, окруженный врачами, приближенными и слугами. Увидев Иоанна, Лоренцо улыбается, преодолевая боль.
       ИОАНН. Как он?
       СЛУГА. (Шепотом.) Надежды нет.
       Иоанн обращается к присутствующим.
       ИОАНН. Уйдите все.
       СЛУГА. Но, ваше святейшество...
       ИОАНН. Я сказал - уйдите все! И не смейте сюда входить.
       Врачи и слуги почтительно удаляются. Иоанн наклоняется к больному.
       Как вы себя чувствуете?
       ЛОРЕНЦО. Прекрасно. К тебе приходила Анастасия?
       ИОАНН. Да. Она выходит замуж за Ламберто. И мы помирились с Фриули.
       ЛОРЕНЦО. Подумать только, как многого мы добились. Ламберто теперь станет королем. Семья Сполето возвысилась, раздоры прекратились. Ты стала папой и правишь разумно и твердо. Я горжусь тобой. Теперь я могу умереть спокойно.
       На глазах у Иоанны слезы.
       ИОАННА. Отец, дорогой, не покидайте меня!
       ЛОРЕНЦО. "Отец"? Откуда ты знаешь?
       ИОАНН. Я всегда это знала. Кто еще мог так любить, так заботиться?
       ЛОРЕНЦО. Поцелуй меня на прощанье.
       Лоренцо умирает. Иоанна, плача, падает ему на грудь.
       ИОАННА. Отец, не уходи, не оставляй меня! Ведь теперь я совсем одна на свете! Если бы ты знал, как мне трудно! Не покидай меня! Не уходи! Не надо!..
      
       Сцена 13.
       Ночь. Иоанн выходит из дворца. Дорогу ему преграждают трое вооруженных мужчин в темных плащах и низко надвинутых шляпах. Иоанн замедляет шаг, останавливается, хочет повернуть назад, но и с обратной стороны путь перекрыт бандитами. Он вынимает меч, медленно пятится, прижимается спиной к стене. Бандиты окружают Иоанна плотным полукольцом. Начинается неравная схватка.
       В этот критический момент на улице показывается дворянин в сопровождении вооруженных слуг.
       ДВОРЯНИН. Эй, что тут происходит?
       ПРЕДВОДИТЕЛЬ ШАЙКИ. (Хмуро.) Беседа друзей.
       ДВОРЯНИН. Разрешите присоединиться?
       ПРЕДВОДИТЕЛЬ ШАЙКИ. Тебя это не касается, приятель. Шагай мимо.
       ДВОРЯНИН. Убирайтесь прочь, мерзавцы!
       Дворянин и его спутники обнажают мечи и наступают на разбойников. После жестокой схватки бандиты, оценив обстановку, пускаются наутек.
       ИОАНН. Благодарю вас, синьор. Вы спасли мне жизнь.
       ДВОРЯНИН. Э, да ты ранен! Тебе нужна помощь?
       ИОАНН. Пустяки, легкая царапина.
       ДВОРЯНИН. Нет, парень, одного я тебя не оставлю. Ты ведь едва на ногах держишься. Да и эта сволочь может вернуться. Давай-ка я отнесу тебя домой. (Берет Иоанна на руки.) Куда тебя доставить? (Увидев, что с раненым творится что-то неладное.) Что с тобой?
       ИОАНН. (Он очень смущен.) Не знаю. Голова кружится.
       ДВОРЯНИН. Обхвати меня за шею, так будет лучше.
       Иоанн, поколебавшись, обнимает своего спасителя.
       ДВОРЯНИН. Держись крепче. Где ты живешь?
       ИОАНН. Тут, рядом.
       ДВОРЯНИН. На Латеранском холме? Но ведь здесь живут одни попы. Как ты туда попал?
       ИОАНН. Случайно.
       ДВОРЯНИН. Я понимаю. Судя по тому, как ты славно дерешься, ты не из их компании. Кто тебе подослал этих молодцов? Небось, чей-нибудь ревнивый муж, а? (Смеется.)
       ИОАНН. Синьор, мы уже пришли.
       ДВОРЯНИН. (Бережно опускает Иоанна и ставит его на ноги.) Ну, прощай. И будь впредь осторожнее.
       ИОАНН. Я вижу, что и вы ранены. Зайдите ко мне в дом, чтобы я должным образом мог выразить свою благодарность.
       ДВОРЯНИН. Не стоит, я очень спешу. Мне предстоит длинная дорога, а дома ждут жена и дочь. В наших краях шалят сарацины, и мне бы не хотелось надолго оставлять семью без защиты.
       ИОАНН. Скажите хотя бы, как вас зовут.
       ДВОРЯНИН. Зачем? Вряд ли мы встретимся. Не думай о благодарности, ты бы на моем месте поступил точно так же.
       ИОАНН. В таком случае, счастливого пути домой, синьор.
       Дворянин уходит. Иоанн на мгновение задерживает его слугу и вручает ему кошелек.
       Как зовут твоего господина?
       СЛУГА. Синьор Никколо из Остии.
       Слуга проворно прячет кошелек и пускается догонять хозяина. Иоанн долго смотрит им вслед.
      
       Сцена 14.
       Гвидо, грязный и обросший, потерявший свой лоск и самоуверен к нему священника.
      
       СВЯЩЕННИК. Мне сказали, что вы хотите исповедаться перед казнью.
       ГВИДО. Да, святой отец.
       СВЯЩЕННИК. Я слушаю вас.
       ГВИДО. Я обманул своего брата и не исполнил воли отца.
       СВЯЩЕННИК. И потому будете казнены. Этого требует Леон. Он боится вас и не верит вам. Продолжайте.
       ГВИДО. Я дважды, по наущению Формоза, посылал к римскому папе убийц.
       ИОАНН. (Откидывая капюшон.) За это я прощаю вас.
       ГВИДО. (Пораженный.) Это вы?
       ИОАНН. Да, я сам решил принять от вас покаяние. Если, конечно, вы захотите покаяться.
       ГВИДО. Я грешен перед вами. Тогда, у Анастасии, я чуть не убил вас. Я был пьян и не управлял собой.
       ИОАНН. За это вы уже наказаны. Помните ли вы за собой еще какие-нибудь грехи?
       ГВИДО. Пожалуй, нет... Я, конечно, не был ангелом, но и злодеем тоже не был. Просто мне не повезло. Был богат, влиятелен, счастлив - и вдруг разорен, унижен, оскоплен, осужден.
       ИОАНН. И вы никогда не думали, почему так произошло?
       ГВИДО. Я же говорю - не повезло.
       ИОАНН. Без причины? Вы не чувствуете за собой никакой вины?
       Гвидо пожимает плечами. Иоанн настаивает.
       Вспомните, не приходилось ли вам брать силой юную неопытную девушку.
       ГВИДО. У меня было столько девушек... И разве можно понять, когда они притворяются, а когда сопротивляются всерьез?
       ИОАНН. Вы действительно не помните?
       Гвидо пожимает плечами. Иоанн продолжает.
       Как-то, довольно давно, одна девушка рассказала мне на исповеди, что подверглась грубому насилию с вашей стороны.
       ГВИДО. Я не знаю, о ком идет речь. Возможно, она отдалась добровольно.
       ИОАНН. И поэтому двое ваших слуг крепко держали ее.
       ГВИДО. Она лгала.
       ИОАНН. В качестве платы вы дали ей это кольцо. Щедрый подарок. На нем ваш вензель и герб. Вы узнаете его?
       ГВИДО. (Мрачно.) Да. Теперь я вспоминаю. Где она теперь?
       ИОАНН. Она умерла. Покончила с собой. Ее больше нет на этом свете.
       ГВИДО. Я не думал, что дело обернется так...
       ИОАНН. Это была совсем юная девушка с открытым щедрым сердцем, готовая вас полюбить. Вы же не только надругались над ее телом, но истоптали ей и душу. Уходя, вы сказали ей со смехом: "Отомсти мне, если сможешь" и оставили ее лежать в грязи.
       Иоанн поднимается.
       Возьмите свое кольцо.
       Иоанн уходит.
       ГВИДО. Это она! Черт возьми, это она! (В ярости стучит кулаками в дверь.) Это она! Будь я проклят! Это она!
      
       Сцена 15.
       Кабинет Иоанна в папском дворце. Секретарь докладывает о текущих делах.
       СЕКРЕТАРЬ. Восстановление стен Рима закончено. Когда вам будет угодно устроить празднество по случаю этого важного события?
       ИОАНН. Праздновать будем, когда отразим арабов.
       СЕКРЕТАРЬ. Епископы рекомендуют вам на время военных действий покинуть Рим. Ради вашей безопасности.
       ИОАНН. Вы советуете мне бежать? Чтобы за мной бросился бежать весь город?
       СЕКРЕТАРЬ. Простите. (Перебирает документы.) Мы нашли наконец этого Никколо из Остии, которого вы приказали разыскать.
       ИОАНН. Много же времени вам для этого понадобилось. Кто он такой?
       СЕКРЕТАРЬ. Обедневший дворянин. Лицо незначительное. Родители хотели сделать из него священника и дали ему хорошее образование, однако Никколо предпочел стать солдатом. Служил во флоте византийского императора, был капитаном корабля, побеждал на море сарацинов. Потом вернулся в Италию, женился. Сейчас сильно бедствует.
       ИОАНН. Приготовьте ему, его жене и дочери богатые подарки.
       СЕКРЕТАРЬ. У него нет жены и дочери.
       ИОАННА. Вы не ошибаетесь?
       СЕКРЕТАРЬ. Около года назад, во время последнего арабского набега, его семью вырезали, а поместье уничтожили.
       ИОАНН. Вот как? И где же он теперь?
       СЕКРЕТАРЬ. Он от горя покинул Италию, скитался где-то в далеких краях и лишь недавно вернулся. Поэтому мы так долго его и искали. Прикажете что-нибудь для него сделать?
       ИОАНН. (Уйдя в свои мысли.) Не надо. Иди. И никого ко мне не впускай.
       Оставшись одна, Иоанна долго сидит в задумчивости, затем отпирает один из шкафов, достает оттуда простое скромное платье, в котором она когда-то покинула свой дом. Иоанна в сомнении смотрит на него: слишком долго она не носила женскую одежду. Надев платье, она подходит к зеркалу, садится, встает, делает несколько шагов, снова садится... Видно, что она недовольна собой: движения стали слишком резкими, походка чересчур твердой... Она потеряла женственность. Ей снова надо учиться.
      
       Сцена 15.
       Усадьба близ Остии, небольшого портового города в устье Тибра. Усадьба разорена, дом сожжен, сад вытоптан. На скамье за грубым деревянным столом сидит Никколо и пьет вино. Входит Иоанна в женском платье.
       ИОАННА. Могу ли я видеть синьора Никколо?
       Никколо растерянно поднимается со своего места.
       НИККОЛО. К вашим услугам.
       ИОАННА. Я приехала сюда по поручению своего брата. Где мы можем поговорить? Дело весьма важное.
       НИККОЛО. Я бы пригласил вас в свой дом, синьора, но, к сожалению, он почти разрушен.
       ИОАНН. Я знаю. Когда я расспрашивала, как к вам проехать, мне рассказали о вашем несчастье. Я вам очень сочувствую.
       НИККОЛО. Спасибо.
       ИОАННА. Мужайтесь, жизнь не кончена. Я сама недавно лишилась отца и знаю, как тяжело терять близких. Вам надо чем-то себя занять. Это поможет вам найти себя.
       НИККОЛО. Я надеялся провести остаток дней в семье, в тихой усадьбе среди цветов за чтением книг... А теперь жизнь кончена.
       ИОАННА. Здесь, в Остии, стоит недавно созданный римский флот, чтобы преградить арабским кораблям вход в Тибр, к Риму. Я слышала, что папе нужны опытные моряки, такие как вы.
       НИККОЛО. Откуда вы знаете, что я служил во флоте?
       ИОАННА. Рассказали крестьяне, когда я спрашивала к вам дорогу. Почему бы вам не предложить свои услуги?
       НИККОЛО. Был бы у меня корабль, я бы отомстил убийцам... Впрочем, не стоит говорить обо мне. Расскажите лучше, что за поручение вы привезли от своего брата. Как, вы сказали, его зовут?
       ИОАННА. Марк.
       НИККОЛО. (Пытается вспомнить.) Я не думаю, что мы встречались. Вы не ошиблись?
       ИОАННА. Как-то на одной из улиц Рима вы спасли его жизнь от наемных убийц.
       НИККОЛО. Да, кажется, что-то было... Год или полтора назад... Такой худощавый молодой человек... Впрочем, это сущая безделица. Как вы меня нашли?
       ИОАННА. Брат узнал, что вы живете в Остии. Остальное было нетрудно.
       НИККОЛО. А почему он не приехал сам?
       ИОАННА. К сожалению, он очень нездоров. Узнав о вашем несчастье, он попросил выразить свое соболезнование и вручить вам эту скромную сумму денег на восстановление поместья.
       Иоанна вручает Никколо увесистый кошель. Изумленный Никколо раскрывает его и видит, что он наполнен золотыми монетами.
       НИККОЛО. Но здесь же втрое больше, чем нужно для восстановления имения! Это огромная сумма!
       ИОАННА. Кто вам сказал, что жизнь моего брата стоит меньше?
       НИККОЛО. Оставьте эти деньги себе. Судя по вашей одежде, вы не очень богаты.
       ИОАННА. Это деньги не мои, а моего брата. А он поручил отдать их вам.
       НИККОЛО. Я не могу просто так принять деньги от незнакомого мне человека только за то, что как-то вечером я пару раз взмахнул мечом...
       Никколо хочет вернуть деньги, но Иоанна отказывается.
       ИОАННА. Оставьте. Я не могу их взять.
       НИККОЛО. Тогда я поеду к вашему брату в Рим. Я должен сам его увидеть, с ним объясниться...
       ИОАННА. Это невозможно.
       НИККОЛО. Почему?
       ИОАННА. Потому что... Потому что он умер.
       НИККОЛО. Умер?!
       ИОАНН. Да. Совсем недавно. И я выполняю его последнюю волю. Вы должны ей подчиниться.
       Пораженный Никколо молчит. Иоанна продолжает.
       Вашу погибшую семью не вернуть. Но возродите то, что можно - ваше гнездо. Скоро к вам прибудут опытные каменщики и садовники. Они быстро восстановят вашу усадьбу. Платить им не нужно.
       НИККОЛО. Но я не могу...
       ИОАННА. Не будьте слишком щепетильны. Мой брат, в отличие от меня, был очень богатым человеком. Впрочем, так или иначе, деньги ему теперь уже не нужны. Всего доброго.
       НИККОЛО. Подождите!.. Я увижу вас еще раз?
       ИОАНН. Не знаю. Может быть.
       Иоанна быстро уходит. Озадаченный Никколо остается на дороге.
      
       Сцена 17.
       Папская канцелярия. Входит Никколо. Он неуверенно подходит к секретарю.
       НИККОЛО. Я Никколо из Остии. Гонец привез мне приказание прибыть в папскую канцелярию...
       СЕКРЕТАРЬ. Да-да, я знаю. Не приказание, а приглашение. Садитесь, синьор.
       НИККОЛО. Возможно, произошла какая-то ошибка.
       СЕКРЕТАРЬ. Никакой ошибки. Мне велено вручить вам это письмо.
       Удивленный Никколо вертит пакет в руках.
       НИККОЛО. Вы знаете, что в нем написано?
       СЕКРЕТАРЬ. Да. Папа предлагает вам возглавить его военный флот.
       ИОАНН. Мне?!
       СЕКРЕТАРЬ. Вам.
       ИОАНН. Почему именно выбор пал на меня?
       СЕКРЕТАРЬ. Не мне толковать решения Святого престола.
       НИККОЛО. Тут что-то не так. Я могу поговорить с его святейшеством?
       СЕКРЕТАРЬ. Святой престол так высоко вознесен над простыми смертными, что даже князьям, королям и архиепископам не всегда удается приблизиться к его подножью. Вы согласны принять флот?
       НИККОЛО. Это очень неожиданно. Мне надо подумать...
       СЕКРЕТАРЬ. Думать некогда. Флот сарацинов готовится отплыть к Остии, чтобы по Тибру подняться к Риму и захватить него. Их сухопутная армия тоже близко. Судьба страны висит на волоске. (И, видя, что Никколо все еще колеблется, секретарь добавляет, глядя ему прямо в глаза.) Разве вам не хочется отомстить убийцам?
       НИККОЛО. (Берет пакет.) Я еду в Остию, к кораблям.
      
      
       Сцена 18.
       Усадьба Никколо. Вечер. Дом и парк уже восстановлены. Никколо бодр и подтянут. Входит Иоанна, на этот раз нарядная и женственная. Удивленный Никколо спешит ей навстречу.
       НИККОЛО. Вы здесь!
       ИОАННА. Я случайно оказалась в этих местах и решила к вам заглянуть.
       НИККОЛО. Я уж и не надеялся вас увидеть.
       ИОАННА. А вы этого хотели?
       НИККОЛО. Я ждал вас все время. Правда, вот уже несколько недель я здесь почти не бываю, но я дал слугам указание немедленно известить меня, если вы приедете. Я бы прискакал немедленно.
       ИОАННА. Где же вы пропадаете?
       НИККОЛО. Неподалеку, в гавани. Готовлю флот к битве. К счастью, по распоряжению папы именно на сегодняшний вечер мне дали отпуск до утра, чтобы перед сражением привести в порядок дела в имении. Иначе вы бы меня не застали.
       ИОАННА. (Улыбаясь.) Видите, какое счастливое совпадение.
       НИККОЛО. Да, в последнее время со мной творятся удивительные вещи. Сначала ваше неожиданное появление и непомерное вознаграждение за мою ничтожную услугу. Затем армия рабочих строит заново мое имение, и оно теперь много лучше, чем было. Потом папская канцелярия предлагает мне высокий пост. Я чувствую, что все это связано, но не могу понять, как. Кто-то решил вернуть меня к жизни. Не вы ли?
       ИОАННА. При чем тут я?
       НИККОЛО. Я ничего о вас не знаю. Я не успел даже спросить, как вас зовут.
       ИОАННА. Иоанна.
       НИККОЛО. Кто вы? Откуда вы родом? Где вы живете?
       ИОАННА. Вам нравится ваш новый дом?
       НИККОЛО. Очень. Правда, самого главного здесь не хватает.
       ИОАННА. Чего именно?
       НИККОЛО. Хозяйки.
       ИОАННА. Так поищите ее.
       НИККОЛО. Мне кажется, я уже ее нашел.
       ИОАННА. В чем же дело?
       НИККОЛО. Надо спросить ее, не меня.
       ИОАННА. Так спросите.
       НИККОЛО. Скоро сражение. Кто знает, чем оно кончится... Но если я вернусь живой, я спрошу ее.
       ИОАННА. Что ж, дело мужчины - сражаться, участь женщины - ждать.
       Никколо берет Иоанну за плечи и привлекает к себе.
       НИККОЛО. А ты будешь меня ждать?
       Вместо ответа Иоанна обнимает его.
       НИККОЛО. Ты теперь единственное, что у меня есть в жизни.
       ИОАННА. А ты у меня.
       НИККОЛО. Ты мне так и не сказала, кто ты.
       ИОАННА. Я же сказала - Иоанна.
       НИККОЛО. Это не ответ. С тобой связана какая-то тайна, я это чувствую.
       ИОАННА. Никколо, я скажу тебе сейчас что-то очень важное. Если ты хочешь, чтобы мы были вместе, никогда не расспрашивай меня, кто я и откуда. Считай, что я упала с неба.
       НИККОЛО. Так оно и есть
       ИОАНН. Я тебя люблю, я твоя, я счастлива. Что еще тебе нужно?
       НИККОЛО. А вдруг ты снова исчезнешь? Как я тебя найду?
       ИОАННА. Я сама тебя найду. И мы проведем остаток дней в семье, в тихой усадьбе среди цветов за чтением книг. Как ты мечтал.
       НИККОЛО. Ты запомнила мои слова?
       ИОАНН. Да. Прощай. Береги себя.
      
      
       Сцена 19.
       Папский дворец. Иоанна у себя взаперти смотрится в зеркало, примеряет наряды и украшения. Голос "за кадром" передает поток ее тревожных мыслей.
       ИОАННА. Уйти, скрыться, исчезнуть... Все бросить и убежать к нему... Но это безумие. Да и любит ли он меня? Я всегда боялась, что все узнают, что я не мужчина. Но, оказывается, я и не женщина. Я никто...Я разучилась быть женщиной. Или никогда не умела. Я не знаю, что должна делать женщина, чтобы привлечь и удержать мужчину... Я не умею одеваться. Не умею носить украшения. Не умею пользоваться косметикой. Не умею болтать милых глупостей, которые им так нравятся. Не умею кокетничать. Я серьезная, деловая и нудная, как мужчина. Я все время опиралась на разум, и теперь не знаю, что делать, когда заговорило сердце... Что делать? Мне всегда не с кем было разговаривать, только с самой собой. Но что теперь я могу сама себе посоветовать?
       (Берет серьги.) Какие милые серьги... Но у меня даже не проколоты уши, я не могу их надеть. (Откладывает серьги в сторону, берет ожерелье, смотрится в зеркало.) Чтобы носить такое ожерелье, надо обнажить шею и плечи, а я привыкла скрывать свое тело.
       Иоанна начинает одеваться.
       Завтра решающее сражение, а я думаю не об Италии, не о судьбах Рима, а только о нем. Это стыдно, но я ничего не могу с собой поделать. Я слишком долго была мужчиной, хочется снова стать женщиной. Я хочу быть мамой, а не папой. Я хочу, чтобы в доме смеялись дети...
       Иоанна кончает одеваться. На этот раз на ней не костюм дворянина и не мантия священника, а воинские доспехи. Она собирает украшения в шкатулку, прячет наряды и говорит вошедшему на ее вызов секретарю.
       Я готов ехать к войску.
      
       Сцена 19.
       Прошло несколько дней. Иоанн за своим рабочим столом разбирает и сжигает бумаги. Секретарь вводит в кабинет Ламберто и с поклоном удаляется.
       ЛАМБЕРТО. Ты звал меня?
       ИОАНН. Да.
       ЛАМБЕРТО. Я и сам спешил к тебе. Такого триумфа не знал еще ни один папа. Арабы разгромлены на суше и на море. Тебя называют спасителем Рима, во всех трактирах и на всех перекрестках говорят только о тебе. А ты, вместо того, чтобы шумно праздновать победу, сидишь здесь в одиночестве.
       ИОАНН. Садись, Ламберто. Как поживает Анастасия?
       ЛАМБЕРТО. Ну, если честно, то Анастасия сама по себе, а я сам по себе... Но наши владения вместе, а это главное. Зачем ты меня звал?
       ИОАНН. Нам надо поговорить. Возможно, ты меня никогда больше не увидишь.
       Ламберто поражен.
       ЛАМБЕРТО. Что это значит?
       ИОАНН. Я не хочу больше быть папой.
       ЛАМБЕРТО. Ты не хочешь быть папой?!
       ИОАНН. Я устал. Мне надоели заговоры, интриги, политика... Я понял, что нельзя переделать мир. По крайней мере, сейчас.
       ЛАМБЕРТО. Я что-то тебя не понимаю. Ты сейчас в зените своей славы. Ты вернул блеск папству, победил арабов, примирил Рим с Константинополем, распространил христианство на Запад и Восток, возложил императорскую корону на короля франков, восстановил богатство и достоинство своего рода, сокрушил наших соперников... Чем ты недоволен?
       ИОАНН. Да, я исполнил все, что хотел от меня мой опекун. Теперь я свободен.
       ЛАМБЕРТО. Что значит "свободен"?
       ИОАНН. Это значит, что я скоро исчезну. Если это произойдет, не ищите меня. Объяви, что меня закололи кинжалом, а труп бросили в Тибр. В наше подлое время этому никто не удивится.
       ЛАМБЕРТО. Зачем тогда ты вообще стал папой? Что тебя заставляло?
       ИОАНН. Что? Не знаю. Уважение к опекуну, стремление кому-то что-то доказать, глупое желание мести... Это была ошибка. Но еще не поздно ее исправить.
       ЛАМБЕРТО. Нет, я этого не допущу. Ты мне нужен.
       ИОАНН. Зачем?
       ЛАМБЕРТО. Я еще не всего добился. Я хочу стать королем Италии, а может, даже и императором. Ты возложишь на меня корону, как ты короновал Карла... Нет, я не дам тебе уйти.
       ИОАНН. Интересно, как ты можешь мне помешать?
       ЛАМБЕРТО. Я оцеплю твой дворец и поставлю при тебе охрану. И тебе придется подчиниться. Я теперь самый могущественный князь во всей Италии.
       ИОАНН. Надеюсь, ты не забыл, благодаря кому?
       ЛАМБЕРТО. Благодаря тебе. Но есть обстоятельства, когда родственные отношения и благодарность не принимаются в расчет. Ты в моих руках.
       ИОАНН. Ты хочешь сказать, что берешь меня в плен?
       ЛАМБЕРТО. Можешь называть это и так.
       ИОАНН. Глупый Ламберто... Ты не лучше Гвидо. Мне жаль тебя. Я мог бы сокрушить тебя в один день, но мне уже все равно. Иди. И передай мой прощальный привет Анастасии.
       Иоанн выходит. Ламберто хлопает в ладоши. Появляются два стражника.
       ЛАМБЕРТО. Охраняйте его святейшество. Не позволяйте ему покинуть дворец. Ему угрожают заговорщики.
       ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК. Будет исполнено.
       ЛАМБЕРТО. И к нему не пропускайте никого.
       ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК. Но если его святейшеству будет угодно распорядиться...
       ЛАМБЕРТО. Теперь здесь распоряжаюсь я. Через час папскую стражу заменят мои солдаты. И пеняйте на себя, если вы нарушите мой приказ. Вы поняли меня?
       ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК. Так точно.
       Ламберто уходит. Стражники занимают указанный им пост.
       ВТОРОЙ СТРАЖНИК. Этот князь что-то затевает.
       ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК. Видимо, так. Но наше дело сторона. С ним шутки плохи.
       ВТОРОЙ СТРАЖНИК. Да, он жесток, как бешеная собака.
       Открывается одна из дверей, и из нее выходит женщина. Она в одежде служанки, в руке узелок, на голове платок. Стражники вскакивают и преграждают ей дорогу.
       ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК. Стой! Кто ты такая?
       ИОАННА. Я мыла полы в покоях его святейшества.
       ВТОРОЙ СТРАЖНИК. А теперь вернись и помой окна.
       ИОАНН. Я их уже вымыла.
       ВТОРОЙ СТРАЖНИК. Нам велено никого не выпускать, так что сиди здесь.
       ИОАННА. Но я уже сделала все, что от меня требовалось.
       ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК. И все-таки тебе придется здесь переночевать.
       ВТОРОЙ СТРАЖНИК. Вместе с нами.
       Стражники гогочут.
       ИОАННА. Меня муж убьет, если я останусь здесь на ночь.
       ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК. А я тебе говорю - велено никого не выпускать.
       ВТОРОЙ СТРАЖНИК. (Примирительно.) Бог с ней, пусть идет. В конце концов, нам приказано не выпускать только папу.
       ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК. А может, она и есть переодетый папа. (Смеется.)
       Его товарищ поддерживает шутку.
       ВТОРОЙ СТРАЖНИК. Да, откуда мы знаем, что ты не переодетый папа? Докажи, что ты женщина, тогда мы тебя пропустим.
       Иоанна, помедлив, разрывает себе на груди платье. Стражники от неожиданности умолкают.
       ИОАННА. Ну, может, вам показать еще что-нибудь? Смотрите, я пожалуюсь на ваши бесчинства.
       ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК. Черт с тобой, иди.
       Иоанна запахивает грудь платком и уходит навстречу любви, свободе и счастью.
      
      
       Эпилог
      
       В декабре 882 г Иоанн Восьмой был объявлен убитым. Римская церковь в течение полутора веков не могла найти лидера, равного Иоанну, и вплоть до Григория Великого папство переживало самый унизительный период в своей двухтысячелетней истории.
      
       Мефодий умер через два года после исчезновения Иоанна. И католическая, и православная церкви признали Кирилла и Мефодия святыми.
      
       Город Фриули, основанный еще Юлием Цезарем под именем Форум Юлия (откуда и пошло название герцогства), процветал до 1420 года, после чего он был присоединен к государству Венеции. Фриули, равно как Сполето и Беневенто, существует и поныне.
      
       Епископ Формоз все-таки добился своего: спустя девять лет после ухода Иоанна он был избран папой. Ламберто Сполетский тоже достиг своей цели: в 892 г. он стал королем Италии и был даже провозглашен императором Священной Римской империи. Его супруга разделила с ним трон. Формоз, продолжая борьбу против семьи Сполето, попытался лишить Ламберто короны. Однако Ламберто остался императором и сумел отомстить Формозу даже после смерти этого изворотливого папы. Тело Формоза было вынуто из могилы, водружено на папский трон, и над трупом был устроен суд. После того, как труп был осужден, его бросили в Тибр.
      
       Иоанна и Никколо жили долго и счастливо.
      
       Легенда о папессе жива до сих пор.
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
      
       21
      
      
      
      
  • Оставить комментарий
  • © Copyright Красногоров Валентин Самуилович (valentin.krasnogorov@gmail.com, krasnogorovtheatre@gmail.com)
  • Обновлено: 01/02/2026. 215k. Статистика.
  • Пьеса; сценарий: Драматургия
    •  Ваша оценка:
    Связаться с программистом сайта.