Зелинский Сергей Алексеевич
Параллели зазеркалья (new, 2025)

Lib.ru/Современная: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Помощь]
  • © Copyright Зелинский Сергей Алексеевич (s.a.zelinsky@yandex.ru)
  • Размещен: 05/03/2026, изменен: 05/03/2026. 146k. Статистика.
  • Статья: Проза
  • Романы-размышления,философская проза
  • Скачать FB2
    •   СЕРГЕЙ ЗЕЛИНСКИЙ
      
      
      
      ПАРАЛЛЕЛИ ЗАЗЕРКАЛЬЯ
      
      
      2025
      
      (C) C.А.Зелинский. Параллели зазеркалья. Роман.
      
      Текст печатается в авторской редакции.
      Все права защищены. Любая часть данной книги может быть воспроизведена в любой форме только с указанием автора, Сергея Зелинского (владелец авторских прав - Сергей Алексеевич Зелинский).
      
      О книге
      Связь между прошлым и будущим всё равно будет существовать. И наша задача - выявить эту связь, понять её, и, если необходимо - или принять на вооружение, или простить.
      
      
      Аннотация
      Дело в том, что я, конечно же, чувствовал.
      И чувствовал, вероятно, много больше, нежели чем вообще способен был что-то понять, а тем более изменить. Ведь сама по себе жизнь есть ничто иное как иллюзия, некая проекция нашей мысли.
      Другими словами, мы лишь то, что о себе думаем. Окружающие люди способны видеть нас не такими, как видим себя мы. Причём разные люди могут и видеть нас по-разному.
      Я часто задавался тем или иным вопросом и ответа фактически не находил. При том что ответ незримо скрывался внутри меня. Вопрос был извлечь его наружу, то есть перевести в сознание. Но вот так ли это было необходимо.
      
      
      
      
      Сергей Зелинский
      Параллели зазеркалья
      роман
      
      
      "Всему своё время..."
      (Эккл. 3-1)
      
      "Научные истины всегда парадоксальны, если судить на основании повседневного опыта, который улавливает лишь обманчивую видимость вещей".
      К.Маркс.
      
      "...противник ваш диавол ходит, как рыкающий лев, ища кого поглотить...".
      (1Пет.5:8).
      
      Связь между прошлым и будущим всё равно будет существовать. И наша задача - выявить эту связь, понять её, и, если необходимо - или принять на вооружение, или простить.
      Сергей Зелинский. Параллели зазеркалья.
      
      "Я думаю, что потенциал человека рождается при самом рождении, - а после распространяется уже на всю жизнь. А род и генетика - служат попросту оставшемуся.
      Всё от Бога.
      Всё по судьбе.
      Сергей Зелинский. Мгновение вечности.
      
      
      
      
      Пролог
      Мне становилось поистине всегда спокойно и значимо, когда я начинал что-то новое.
      Остальные шарахаются в страхе да мечутся из стороны в сторону, а я спокоен и твёрд, ибо что-то новое - это всегда надежда что ты наконец-то сможешь: а) завершить старое; и б) сказать то, о чём ещё не говорил.
      И разве это не прекрасно? Прекрасно! Вот и я о том же Вам говорю.
      Ну а дальше расскажу подробней.
      И пусть, как говорил герой бессмертного фильма Тарковского, нам всем повезёт.
      
      
      Часть 1
      Глава 1
      Отчего-то всё равно всего кажется мало.
      Может так распоряжается какой-то особенный ход времени.
      Или это просто лишь временно так, чтобы потом измениться и всё стало бы иначе.
      Кто знает. Но точно, что всему своё время, как сказал Экклезиаст. И он ведь был прав.
      
      
      Глава 2
      Само понимание истины, конечно, всегда может показать любопытным.
      Но в то же время - это всё и какое-то ненадёжно-маленькое, что ли. Так, что значение всего и неуловимо как будто.
      Но оно есть. Точно, что существует.
      И это правда.
      
      
      Глава 3
      Отчасти кажется, что вечность, помноженная на фактор реальности, играет какую-то свою партию во всём скрипичном ансамбле поиска истины.
      И ведь на деле зачастую и действительно происходит что-то своё.
      Ну а мне это как минимум интересно, потому как вносит нечто новое.
      
      
      Глава 4
      Я всячески стремился успеть к своим параллелям бытия.
      Мне казалось, что это правильно.
      А ещё я знал, что так будет легче. Легче, проще и понятнее.
      И это правда.
      
      
      Глава 5
      Почти сродни что в истине - жило счастье.
      И счастье это казалось таким честным и правильным, что и сама по себе истина была как судьба. (Судьба в таком представлении - это как нечто очень близкое и родное. Почти как мама. Мама ведь тоже пришла в вашу жизнь по судьбе. И каждый из нас родился именно в той семье, где на это было предрасположенность свыше - чтобы родились именно вы.) А потому, когда происходит нечто и порой невероятное даже - так это ничто иное как отчасти что та же самая судьба. (Ну или в данном контексте - уже следствие её.)
      
      
      Глава 6
      Когда мы с вами тем да иным образом приобщаемся к истине - она есть суть всего того честного и доброго, что, пожалуй, ещё только существует, ну или может существовать.
      Тогда как всё остальное - есть суть обман да нелепица. Пожалуй, истинная нелепица.
      И это правда.
      
      
      Глава 7
      Мало-помалу - медленно, но верно - продвигался я к своей цели. Какая она была и что меня ждало впереди - было ещё далеко не ясно и непонятно. Но то, что цель существовала - факт. И то, что я к неё шёл - был точно такой же факт. Просто факт, который быть может не сразу становился понятен и ясен, но то, что он существовал - на это ни у кого не возникало никаких сомнений. И это было правда.
      
      
      Глава 8
      Вся и ситуация, и жизнь складываются зачастую таким образом, что мы оказываемся не в силах понять всё и вся.
      Но точно, что это как минимум нам ещё предстоит. А значит...
      А значит и жизнь наладится, и ситуация изменится.
      Аминь.
      Ну или традиционно (и в наших книгах, и по жизни) - amen.
      
      
      Глава 9
      Всякий раз словно находились необратимые дела, которые мешали, раздирая, казалось бы, существование наше на кусочки небытия - хотя всё равно они парадоксально оставались бытиём.
      И вопрос не вопрос о возможности наказания, и ответ не ответ на что и как я хочу, как когда-то (лет двадцать назад, - двадцать один, в две тысячи четвёртом к нашему сегодняшнему две тысячи двадцать пятому) писал я в своих стихах...
      
      ***
      Разом смолкли шаги и остались в прошлом желания,
      Череда подконвойных ночей навевала тоску.
      И вопрос - не вопрос о возможности наказания,
      И давно не просился ответ чего я хочу.
      
      Постулат недоказанных истин, набивших оскомину,
      В пелене бесконечных этапов моя ли судьба,
      Из себя изгонял я предательскую истомину,
      И хотелось все бросить, да сослаться что жизнь такова.
      
      На запреты извне - ложились запреты внутри себя,
      Неразбавленным словом пытался спасти пустоту.
      А свобода совсем вроде как рядом была,
      Только видимо дверь открывал я все время не ту...
      
      
      Глава 10
      Мне отчего-то кажется, что не всё, далеко не всё необходимо воспринимать как ту истинную правду, с которой живут и которую принимают на вид. Это ведь, как говорится, лишь быть может даже какая-то тень всего и вся - что фактически или совсем не соответствует действительности, или лишь соответствует ей отчасти. Тогда как действительная реальность - она вообще порой устремляется в такие миры мироздания, что, казалось бы, и невозможно чтобы найти, отыскать, догнать, опознать, и совершить прочие действия. Просто потому, что мир вообще другой чем нам кажется. А всё, о чём говорим мы - есть лишь великая инсинуация разума.
      
      
      Глава 11
      Самое трудное делать вещи, которые ты делал ещё недавно - и они кажутся привычными, но если недавно ты был как недавно, а тут на тебя обрушились всевозможные звания и почётные да занимательно-уважаемые и обязывающие к статуту должности. И ты вроде как тот же самые - но на самом деле уже герой. Вот ведь как бывает (обычно эта внезапность происходит, когда награда неожиданно нашла своего героя. Который стал героем ещё лет двадцать назад и уже смирился с чем-то, а тут наконец-то правда восторжествовало. И ведь не сказать, что это плохо. Просто психологически неожиданно и требует некоторые усилия собраться.)
      Присвоили звание заслуженного...
      
      
      Глава 12
      История не всегда сама способна выдвинуть своих героев.
      Ну хотя бы просто потому, что она не знает кто им будет.
      А потому молчит.
      Молчит, заметим, до поры до времени. Ждёт, отчасти, пока герои начнут выдвигать себя.
      
      
      Глава 13
      Неудержимое желание писать всё равно и всегда действовало по-своему.
      А потому я уже фактически не препятствовал (возникновению) такого желания. А значит...
      А значит и ничто не могло меня остановить.
      
      
      Глава 14
      При этом я неудержимо продолжал двигаться вперёд. Движение - это жизнь. И когда сама по себе жизнь начинала выглядеть такой, которая нужна, то почему бы и нет. Особенно на фоне того непонимания большинства, у которых ссуженный мозг вследствие неразвитости оного. (В жизни ведь нужно не только пить и есть, но и как минимум хоть какое-то время уделять физкультуре, не говоря уже о спорте, и науке.)
      
      
      Глава 15
      Возможно что как раз именно мы. Штат Алабама, возьмём на содержание вас и вашу семью... Штат Кентукки тоже вроде как был бы прав.
      А? Что? (Сразу) Майями Бич. Флорида. Окей, я всё понял...
      Из разговора будущего.
      
      
      Глава 16
      Иногда мне казалось, что я точно вот-вот должен приблизиться (даже приближаюсь) к той доле истины, в которой поистине купается сама судьба.
      И это было так, и это было правда. Вот разве что отдалялось при этом всё. А когда вроде как и способно было привлечь, в том числе, и самого себя - случалась какая-то то ли оказия, то ли ещё какая (случайная, почти непременно всегда случайная) ошибка.
      Ну и словно начиналось всё сначала...
      
      
      Глава 17
      Почти всегда судьба сама помогает вам - если вы действуете правильно.
      В случаях, когда вы полагаете что она не помогает - значит вы не разглядели тот или иной знак.
      
      
      Глава 18
      На деле мы, конечно же, никогда не знаем, что с нами происходит. Большинство поступков бессознательно, а всё вообще из-под сознания, просто в разное время была поставлена та или иная установка и произошёл код активации.
      
      
      Глава 19
      Очень многое описано в моих научных книгах, и их как минимум следует правильно читать (ну или хотя бы вообще читать).
      
      
      Глава 20
      Всё, о чём мы говорим сейчас - было заложено когда-то. Наши действия в сию секунду продиктованы исключительно прошлой информацией. Просто её в подсознании очень много, и какая выйдет наружу зависит от того или иного триггера, запускающего код активации.
      И это очень важно понимать.
      
      
      Глава 21
      Вероятностный фактор личностного роста, особенно в программе понимания будущего, есть нечто такое, к чему, по сути, необходимо как минимум стремиться.
      Но даже если всё и не столь сложно, то тогда следует как минимум понимать, что всё, по сути, идёт своим чередом. В том числе и каждого из нас понимание или непонимание бытия. (Главным образом - отношение к нам других.)
      
      
      Глава 22
      Как будто мы мало что понимаем. А если и выдвигаемся за рамки постижения бытия, то в итоге это всё равно выглядит каким-то затуманено-прекрасным, таинственным и совсем-совсем как будто неизвестным и неважным. Ну словно бы даже таким, каким, по сути, и не надо чтобы было.
      
      
      Глава 23
      Я продолжал жить в какой-то своей матрице. С одной стороны, я видел, что есть, конечно же, другой мир. Но именно мой мир, мир, заметно отличавшийся от других, втягивал меня всё с новой и с новой силой.
      После чего становилось понятно, как будто что-то, но на деле это всё не имело никакого значения. Да и, по сути, наверное, даже не оказывало никакого влияния.
      
      
      Глава 24
      Я всё время готов был сделать прорыв. Ожидал его как манны небесной и верил, что непременно именно он приведёт меня к тому знаменателю истины, к которому я стремился.
      Более того. Я фактически считал, что давно уже нащупал алгоритм поведения его, а это значило, что мне не должно было помешать ни время, ни судьба. Чтобы потом...
      Чтобы потом всё закончилось порой самым нелепым и печальным образом.
      И это факт.
      
      
      Глава 25
      Я верил в собственное предназначение, наверное, настолько же, насколько верит каждый, чтобы не сойти с ума. Я не кричал, что я избранный, я знал таких избранных, которые после заканчивали не очень хорошо, но я столь же хорошо знал, что непременно должен был сделать задуманное в течение жизни, у меня был определённый алгоритм действий, и я их делал. Плохо, хорошо, - это другой вопрос, и он не имеет значения к цели, потому что должна была выполнена задача, и она будет выполнена, иначе ничего иного не получится, не выйдет, да, как говорится, и вообще.
      
      
      Глава 26
      Новостная повестка мира не меняется от понимания как миропонимания, так и судьбы. На первое место всё-таки выходит всё то важное и не по-детски признанное, как то, что является, быть может, и вообще судьбой. Ведь не секрет, что жизнь зачастую состоит из тех иллюзий мира, в которых мир купается, пытаясь поверить отчасти даже самому себе.
      Но и это ещё не всё. Я понимал, что существуют вещи, которые пусть и не являются настолько близкими и глубокими, но которые непременно самые необходимые из тех, которые существуют. И это мне казалось настолько правильным, что фактически, пожалуй, и не должно быть как-то иначе. Просто потому, что не должно быть иначе совсем. И потому, что правдиво и честно было бы признать существование, в том числе, и меня, и вас, и того парня. А признав - выделить всем достаточное довольствие, чтобы люди спокойно жили и занимались созидательным трудом. А не думали как выжить и тратить талант в угоду чему-то непонятному, вместо того, чтобы творить.
      Хотя, на мой взгляд, трудности закаляют и Ницше было прав, говоря, что нас не убивает - делает сильнее.
      А это значит, что мы действительно закаляем характер (в том числе и путём выживания), когда обрушиваются на нас всё те страдания, которых, по сути, и быть-то вовсе не должно. Но которые непременно есть. То бишь - существуют.
      
      
      Глава 27
      Текст новой визитки это лишь очередной вариант - один из десятков, а то уже и сотен. Всего не напишешь, а что напишешь - надо сжать порой до неузнаваемости. Поменяется в который раз ещё всё и вся. Ну вот пока так.
      
      
      Глава 28
      Непонятно - необъяснимое чувство собственного неудовлетворения поистине мешало мне всю юную и молодую жизнь, и моя борьба с подобным была поистине безмерна и отчасти даже любопытна. Ибо побеждали то я, - то оно; но у меня была фора - я знал, что победа за мной.
      Ну а то что постоянное перемалывание себя, постоянная борьба с собой, постоянное стремление выжить - это факт.
      С годами чуть поотпустило. Но это скорее всего потому что ты уже ближе к смерти, а значит легче понимаешь бренность существования, оценивая, что всё это фактически ничто - в сравнении с бесконечностью.
      Это раньше ты придаёшь себе слишком великое значение. А тут порой лишь бы только выжить.
      
      
      Глава 29
      В действительности это, конечно же, больше мистика, нежели чем реальное понимание всего да вся. Но то, что я фактически творил чудо - было факт. Просто мне всё равно было столь скромно, что не во всём я мог признаваться. Такая вот черта характера (или как мой друг и один из учителей академик Барабин говорит - комплекс провинциала, - имея разумеется в том числе и себя, мы с ним одна пара всё-таки - единые целые), но тут уж не попишешь.
      Хотя и в действительности всё можно изменить да исправить. Над чем, собственно, и работаем-с.
      
      
      Глава 30
      Возможно жизнь саму - если попытаться этак рассчитать по пальцам - мы и не сможем принять и (или) понять. Но то, что всё это вполне возможно будет привести себя ко всё тому же единому знаменателю - факт, почти запрограммированный самой историей.
      
      
      Глава 31
      Понимание не понимаемого иной раз вносило свой раскардак в роль той да иной фирмы, тем более что само по себе понимание зачастую уходило куда-то вдаль вечную и казалось, что попросту не должно возвращаться. Тогда как оно безусловно возвращалось, и подобное отчасти тоже казалось чем-то важным и значимым. Ну хотя бы потому, что это ведь и действительно просто.
      
      
      Глава 32
      Ты словно приближаешься к счастью, а оно отталкивает тебя назад. И происходит подобное не потому, что нечто так или этак неоднозначно или не верно да неправильно, нет. Просто ситуация иной раз начинает выходить из-под контроля. Это как бы русская такая забава - рулетка. Когда всё непредсказуемо и почти наверняка может быть и так, и так.
      
      
      Глава 33
      Я рано познал судьбу. Речь идёт о поиске её. О попытке осмысления. В большинстве случаев люди подолгу пребывают в незабытье бытия, только потом очнувшись, словно бы интуитивно угадав, что всё течёт, всё изменяется.
      
      
      Глава 34
      И мне всё это нравилось.
      Нравилось сейчас, когда мне пятьдесят два. Наверняка в тридцать и сорок это бы вызывало отвращение, а в двадцать может и не заметил бы вовсе.
      
      
      Глава 35
      На удивление и это тоже правда. Сама по себе правда, конечно, мало походит на истину, ибо скорей всего служит подтверждением сиюминутных чувств. Но то, что сейчас возникали такие ощущения - вероятней всего было это именно так. Да, пожалуй, что и точно что так. Ну а почему бы и нет?
      
      
      Главам 36
      Конечно, я порой удивлялся, как само по себе время - свободно и, казалось мне, холодно - входит внутрь бытия, распадаясь там на частицы пространства времени.
      Парадоксально, конечно, кажется иной раз, но ведь правда.
      
      
      Глава 37
      Несмотря ни на что, ты должен сам выходить из масштабов восприятия собственных мыслей. Часто наше подсознание значительно опережает всё, что ещё только способно осилить сознание. Именно потому необходимо в том числе и искренне верить в собственный труд. И это важно понимать. Быть может даже столь же важно, как и вообще жить. (Никто никогда не задумывается как жить, он просто живёт, когда дышит или ест. Но при этом начинает задумываться, когда его мысли опережают время, не вписываясь в модель бытия. А надо попросту перерасти в том числе и себя. И тогда всё будет в порядке.)
      
      
      Глава 38
      Возможно, что незримая история небытия ушла в пропасть времени почти одновременно с течением времени.
      Но вот мне отчего-то кажется, что всё это ещё не конец.
      А то может быть и самое настоящее начало...
      
      
      Глава 39
      Достаточно тяжёлая и топорная лапа действительности бытия часто невольно указывает не на те источники поиска истины.
      Тем более что и само оно - зачастую ушло в тень событий. Событий, коим пока оно не может найти место и ответ. Но понимает при этом, что это всё лишь из-за слабости души.
      И это правда.
      
      
      Глава 40
      Мне, конечно же, всегда традиционно удобнее приземляться к правде.
      Но я понимаю, что мой звездолёт стремится к истине.
      
      
      Глава 41
      Иногда становилось затуманено-запутанно почти что всё да вся.
      Но это как бы одна и этакая поверхностная сторона вопроса. На деле, конечно же, всё обстояло иначе и по-другому. А это означало лишь то, что надо было всегда и во всём идти каким-то своим путём. Путём - отчасти, пожалуй, и недоступным остальным. Путём, которым фактически идёт и всё человечество, быть может разве что не осознавая подобное...
      
      
      Глава 42
      Когда как будто бы разом всё да вся становилось ясно и понятно - это или вы достигли состояния просветления (сатори, дзен, инсайт), или же наоборот, что-то такое перед вами случилось, что должно было ещё произойти, и судьба готовит вас к каким-то новым свершениям.
      И то и другое может быть, к слову, одновременно. Просто на каком-то этапе вы всегда интуитивно угадываете движение вперёд, после чего перед вами вспыхивает та истина, которой всё это время не хватало.
      
      
      Глава 43
      Иногда казалось даже ужасным моё замедление в чём-либо. И это при том, что я порой одновременно изучал несколько десятков наук. Всё благодаря памяти, конечно, и дару свыше. Но всё-таки это часто и самого меня обескураживало. Понимаете?
      
      
      Глава 44
      Дело в том, что я, конечно же, чувствовал. И чувствовал, вероятно, много больше, нежели чем вообще способен был что-то понять, а тем более изменить. Ведь сама по себе жизнь - есть ничто иное как иллюзия, некая проекция нашей мысли.
      Другими словами, мы лишь то, что о себе думаем. Окружающие люди способны видеть нас не такими, как видим себя мы. Причём разные люди могут и видеть нас по-разному. Я часто задавался тем или иным вопросом и ответа фактически не находил. При том что ответ незримо скрывался внутри меня. Вопрос был извлечь его наружу, то есть переведя в сознание, но вот так ли это было необходимо.
      
      
      Глава 45
      Понимание любого факта фактически способно привести в столпотворение всё и вся, и при этом вызвать нечто похожее на невероятного рода даже интеллектуальный шок или ужас от осознания себя другим. Ну так вы и есть другие. Вы или мы тут без разницы, потому что почти одновременно со всем этим на первый план выходит нечто такое, после чего будет действительно и хорошо, и правильно.
      Но и это ещё не всё. Понимание фактического счастья есть ведь тоже загадка. Та загадка, с которой, с одной стороны, приходится считаться, а с другой - весь мир всё-таки больше и действительно иллюзия, нежели чем реальность. И когда нечто такое случается, почти тотчас же перед нами появляется что-то удивительно открытое. Новое и открытое. И ты живёшь в такой новизне и поистине не ведаешь, насколько должен и дальше продолжать в ней находиться.
      
      
      Глава 46
      Писать становилось тяжело, потому как бессознательно постоянно путалось с сознанием.
      После чего начинался хаос души и страдание сердца.
      
      
      Глава 46
      Конечно, знал я поистине дьявольскую силу искусства.
      И когда это приходило (она или оно), то почти тотчас же вспыхивала передо мной звезда истины.
      И дальше уже ничего не нужно было делать, а лишь только следовать за ней.
      
      
      Глава 47
      Иногда передо мной всплывало какое-то чудо. Чудо-юдо, почти по сказочнику-Ершову, чудо-юдо рыба-кит.
      Ну да вот оно ведь действительно было.
      И становилось понятно, что никуда оно не уйдёт.
      Станет таким как есть, верным и преданным.
      А потому целесообразнее просто понравится друг другу и поскорее полюбиться. А иначе будет не жизнь.
      (Поистине я понял сейчас в который раз, что несу зашифрованные слова, чтобы тот, кому действительно по судьбе - увидел мои книги, прочитал, нашёл то самое место - для каждого оно своё, ибо пароль и код активации, и после перенёсся именно туда, где будет счастлив. Поэтому мои книги всегда останутся жить в человечности, они дают людям не только надежду, но и действительно код активации. Ведь даже черед тысячу лет после моей смерти этот код сработает.)
      
      
      Глава 48
      Вся жизнь поистине экклезиастовски-шопенгауэрски-ницшеанская пустота и томление духа.
      И тут действительно ничего невозможно было поделать, кроме как просто принять всё и вся.
      И это правда.
      И это истина.
      А значит, - и непременно что это так, - это значит, что это истинная правда.
      И это так.
      
      
      Глава 49
      Связь между прошлым и будущим всё равно будет существовать. И наша задача - выявить эту связь, понять её и, если необходимо - или принять на вооружение, или простить.
      
      
      Глава 50
      Я окунался, словно в белую горячку, сметая все границы бытия.
      И это было не порой, это нам всем так или иначе нравилось.
      Но вот сама жизнь иной раз расставляет всё на свои места. А значит и становится почти одновременно и понятно, и непонятно то, к чему принадлежит истина. Но мы ведь помним самое главное - это ключ ко всем ларцам - истина принадлежит к правде.
      И это так.
      
      
      Глава 51
      Теперь мне хотелось времени замедления вспять.
      Я понимал, что в большинстве случаев подобное невозможно и как минимум вызовет необъяснимые реакции.
      Но я всё равно продолжал делать оное, потому что верил в исключительность (и не самого себя, а той истины, которую - как все фанатики - пытался донести до человечества пусть и в лице узкого круга.)
      
      
      Глава 52
      Почти необъяснимое желание всё равно продолжать движение. Чтобы, наверное, где-то там, в облаке, испытать свою истину.
      И это настолько де верно, как и то, что я будучи мальчиком восьми - десяти лет играл в шахматы с самим министром экономики (сельского хозяйства) всего Советского Союза...
      
      
      Глава 53
      Мы часто заполняем подсознание чем-то не нужным и совсем порой даже вредным. Потому очень правильно дифференцировать всё входящее туда, распределяя, отбирая, и убирая всё лишнее.
      И вот когда у вас это начнёт получаться, тогда, по сути, можно будет и заняться чем-то непременно важным и необходимым. (То есть мы сначала очищаем, а после заполняем важным и нужным.)
      
      
      Глава 54
      Мне очень и очень кажется (я почти даже уверен), что должна родиться та единственная судьбоносная теория, которая позволит не разбредаться на тысячи идей, а сосредоточиться на одной (всё другое объединив с ней). Тогда, полагаю я, и будет тот результат, который ожидается.
      
      
      Глава 55
      Хотели бы вы каким-либо образом приблизиться к тому пониманию истины, к которому всяческим мы стремимся всю жизнь. Вероятней всего да, если вы философ или даже филосОф, как писал великий Гёте (в бессмертном Фаусте). А потому...
      А потому перед вами поистине открыты все тайны мироздания. И впереди истина. Та самая истина, которая, по сути, и есть правда.
      
      
      Глава 56
      Я словно намеренно расставлял ловушки самому себе. И мне может и казалось, конечно, что это всё должно было быть так, но, с другой стороны, ведь так, по сути, никогда и не было. А значит и всё то, что единожды когда-то существовало - со временем рассыпалось как детский песочный замок. Именно детский, такой, которого, вероятно, уже никогда не будет. И как раз именно такой, который способен в себя был вместить всё и вся. И это правда.
      Равно как и правда всё остальное. Мир вообще весьма относителен и зависит большей частью от того, как мы на то смотрим. Можно ведь смотреть и так, чтобы поистине не замечать. А можно и смотреть на всё обращая внимание и замечая.
      
      
      Глава 57
      Возможно, конечно, что всё это когда-нибудь сдвинется с мёртвой горы всего того понимания бытия, которое за этим скрывается (зачастую в своей смысловой октаве истины).
      Но почти совершенно точно, что ничего невозможно из того, что ещё - почти когда-нибудь - будет или же способно быть. Тогда как истина как таковая очень часто присутствует рядом с нами и среди нас. И всё, что нам необходимо - дотянуться до неё. Понять её. Понять и... простить ведь она, зачастую, так долго искала, скрывала и плакала. Плакала почти что навзрыд. Плакала от того, что не всегда была возможность и вообще добраться до неё (а значит и до нас). Плакала, потому что плачь невольно является оружием нашей беззащитности. И одновременно с этим - подтверждением нашей правоты. (Правота равно правда. Все хотят правды, даже если они откровенные лжецы. Но ложь лишь на время подчинила их. Если они стремятся к истине. А истина - всегда правдива.)
      
      
      Глава 58
      Иногда кажется, что нечто невидимое и странное бродит по окрестностям вашего (нашего... исключительно нашего...) городка, внося суматоху в сплетни торговок и в умы предпринимателей. У первых и у вторых на первом месте бизнес. Но каждый из них по-своему распоряжается собственным мозгом. А равно способностями и etc.
      Не всегда хочется пояснять (тем более мне) написанное. Потому мы с вами сделаем так, как когда-то Сократ. Когда он выступал в амфитеатре, возникла некоторая путаница. Люди то ли поняли, то ли не поняли его, но все дружно сказали, что не поняли. Сократ сказал, что раз все не поняли, тогда нет смысла что-то объяснять. Во второй раз его выступления они сговорились и решили (что и сказали) давайте, мол, половина скажет поняли, а половина не поняли. Сократ сказал, что пусть те, кто понял - объяснит тем, кто не понял. Так, вероятно, и в нашем с вами случае. (Хотя я уверен, что есть те, кто понимает быстрее, чем я пишу. И это по настоявшему мои ученики и продолжатели всего и вся. Хотя первым в рай вошел убийца и разбойник. Потому я могу ... хотел написать ошибаться или заблуждаться. Но нет, это слово не подходит, ибо оно противоречит самому богу, который двигает словами да строчками вместо меня. А значит тут скорей всего вернее Экклезиастовское: всему своё время.)
      
      
      Глава 59
      Конечно, иной раз лишь начинается нечто - и вот-вот мы уже будто бы даже не замечаем, как уводит это всё в какие-то необратимые дали бытия. Бытие, наше сознание, что может быть лучше или хуже столь любимых с детства явлений, потому как рождают они тем самым жизнь, а жизнь - это мы (ибо это столь же верно, как библейское царство божие внутри вас есть). А вообще и становится многое понятно или непонятно, или необъяснимо тоже отчасти по каким-то порой нелепым и радостным событиям времени. Времени - умноженном на пространство истины. И уж точно что оно, время, нас ждёт, непременно ждёт. Просто потому, что время - это в том числе и судьба. Наша судьба. А она зачастую столь важна нам (и мы ответственны перед ней), что угадывается как минимум удивительная составляющая всего и вся (часто только не истины, ибо отчего-то последняя проходит стороной, но так может быть всегда и не в этот раз, ибо когда-то ведь должно нам повести), отчего мы вроде как и смотрим куда-то, но вот думаем или не думаем об этом чём-то - по сути, большой вопрос.
      
      
      Глава 60
      Зачастую всегда нечто что-то важное и отчаянно-прекрасное склоняется ко всему, что перед нами. И тогда поистине замирает мир. А всё, что доселе... Всё, что доселе ещё будто бы казалось живым и прекрасным - увядает. Увядает, чтобы переродиться в ещё более прекрасное и таинственное. И таким образом происходит круговорот в природе. Живая жизнь со временем неизменно умирает и превращается в прах, чтобы дать жизнь чему-то новому. И так происходит, что это новое оказывается непременно лучше старого. Да это ведь и должно быть так. А как же ещё иначе...
      
      
      Глава 61
      Почти всегда непременно важно какое-то своё единение разума. Единение с чем? С истиной, конечно же. Мы ведь, как и все философы, всю жизнь ищем истину. А порой так и умираем, не отыскав.
      
      
      Глава 62
      Когда пишется - надо писать. Не всем так пишется, полагал я и фактически всё время проводил или в размышлениях, или в творческих озарениях и записывании оного. Помимо прочего были другие дела, в том числе и поиск пропитания (главным образом денег на оное и обычное рутинное приготовление пиши), но это было почти как обычные физиологические процессы и потому во внимание не принималось, отступая перед... Да, ещё конечно же, третьим и непременно важным и продолжительным по времени пунктом было учение. Я учился всю жизнь. Мой покойная мама меня ещё четверть века назад к моим сегодняшним пятидесяти называла вечным студентом, а я ведь и до сих пор учусь и это видимо самым удивительнейшим образом вошло и сформировало меня, так что уже скоро мы стали единым целым (и это казалось столь удивительным и прекрасным, что, мысленно произнося сейчас это про себя, я поднимаю высоко голову и радуюсь, что это всё так и действительно так).
      
      
      Глава 63
      Сама по себе жизнь непременнейшей волной играет в счастье бытия, одаряя радостными сказками всё вокруг. И что это как непременное счастье. Что это как не радость спасения всего и вся, и поистине ведь становится очень прекрасно и замечательно, когда происходит нечто подобное.
      А ещё мне казалось, что всё это действительно так, и потому ни за что не хотелось возвращаться во всю ту рутину, в которой я доселе жил (если только жил), а на деле, конечно же, и не жил даже, но точно, что намечал (продумывал и искал пути-лазейки) границы к раздвижению горизонтов, - в том числе, и горизонтов границ. После чего мне становилось легко и свободно, и вся жизнь словно текла по привычному ей кругу, - тире, - распорядку вещей. Так что становилось и светло и понятно, что всё это так и только так.
      
      
      Глава 64
      На фоне жизни каких-то почти немыслимых столпотворений разума, вероятней всего выделяется та самая жизнь, которая быть может и не свойственна ещё всему и вся (в том числе и нашей судьбе, - в плане судьбы каждого из нас, ведь у каждого она своя и идёт столь же своим чередом), но почти что наверняка угадывалась та самая истина, которая может и ругать, и баловать, и значит каждый способен поистине на претворение каких-то своих собственных идей, - в том числе и идей сверх-разума (почти как сверхчеловека великого Ницше).
      
      
      Глава 65
      Иногда мне становилось печально, иногда больно, но сейчас это уже - слава богу... слава богу... - не имело того значения, как это было раньше. С возрастом всё-таки видимо психика вымаливает какое-то своё прощение у бога. Становится легче, а значит и становится приятней жить. Понимая, что всё равно всё рано или поздно закончится, ты ведь так много хочешь ещё успеть сделать. Сделать быть может даже того, что ты ещё никогда раньше не делал. И почти наверняка понимаешь, что всё это и действительно очень и очень прекрасно и своевременно правильно. Правильно и верно, верно и правильно. И это так.
      
      
      Глава 66
      И, тогда уже, почти в завершающей фазе бытия (спасибо что вернулись), мы говорим вам (и нам... и нам...), что непременно и верно всё было сделано, верно и правильно. И как раз с таким стимулом по жизни необходимо идти, а ошибки уже корректировать по ходу понимания того, что сама по себе жизнь много будет вносить и радости, и горести и ещё, пожалуй, чего-то такого, что и словами-то не опишешь, потому что мысль всё равно будет опережать любое слово, а когда мысли идут поистине в пляс - становится по-видимому уже и много-много-много чего интересного (да важного, да нужного) в проекции к происходящему.
      А то быть может и наоборот. Сама эта проекция станет выглядеть совсем не такой как надо. А вот если надо. А вот если - и действительно... действительно... - непременно надо. Что же тогда?
      А тогда... А тогда попросту будет самое настоявшее счастье. Оно ведь непременно случится и произойдёт. И мы все, - и вы, и я, он и она и за того парня, - будем свидетельствовать о том, что всё это непременно важно, нужно и обязательно необходимо. Понимаете? Поистине, не в этом ли счастье?! Необходимо. Необходимо это то, от чего тебе (мне, тебе, им, всем нам) хорошо.
      А значит, когда подобное случается - поистине расцветает и само счастье.
      Аминь.
      Ну или наше традиционное amen...
      
      
      Часть 2
      Глава 1
      Здравствуйте.
      
      
      Глава 2
      Я знал, что непременно и верно (то "верно", которое станет "важно") должен прийти успех.
      И успех этот будет знаменовать мою жизнь.
      Фактически уже сейчас у каждого из вас, кто читает эти строчки, случился душевный прорыв. Всё начало разрешаться самым загадочным для вас образом, а на самом деле мы просто разом все оказались подключены к единой матрице бытия (коллективному бессознательному - общественному подсознанию) и, подзаряжаясь там, черпаем и силу себе, и удаль, и знания да умения и каждому что лично ему недостаёт. Не о таком ли коммунизме говорили наши классики Маркс-Энгельс-Ленин?! И не это ли действительно служит той моральной долей успеха, который сам успех, собственно, и проецирует на всё остальное?!
      
      
      Глава 3
      Иногда я вытягивал... нет, надо сначала.
      Очень часто я сдавал экзамены. Вот. И иногда я вытягивал то счастливый билет, то нет. Но сдавал всё равно всегда все экзамены только на твёрдую "пять". Такой мой принцип по жизни, и я хотел бы чтобы вы от меня тоже зарядились этой энергией удачи.
      Аминь.
      
      
      Глава 4
      - Ради чего?
      - Что?
      - Фильмы, пребывая в трансе, хочешь смотреть ради чего?
      - Чтобы лучше понять.
      - Что понять? То, что и так понятно.
      - А ты ради чего в трансе пишешь свои книги?
      - Для тех, кто ищет свой путь. И от моего пути - сможет отталкиваться, чтобы найти свой. Это вечность. Ради этого стоит жить.
      - Здорово...
      
      
      Глава 5
      Иногда мы почти не знаем себя, не знаем, что дурны и невежественны. Но для этого ведь нужно брать кого-то за модель и, отталкиваясь от него, идти дальше.
      И это даже не то что хорошо или правильно, правда всё равно у каждого своя, а это скорей всего как раз именно та истина, которой нам всегда недоставало.
      
      
      Глава 6
      Фактически мы всё равно так да иначе будем продвигаться к истине, к поиску истины, к той видимо по сути форме истины, которой нам все эти годы так и недоставало. А вот когда мы найдём её... Нет, конечно, тогда, когда найдём там будет другой разговор (и получится точно, что он), но вот мне кажется... Отчего-то мне кажется, что для того, чтобы пришёл он к нужному нам совершенству, поистине должно пройти время. То самое время, которое и лечит, и калечит и, наверное, приводит к каким-то порой необратимым изменениям психики, но ведь нисколько не следует забывать, что если всё в мире от бога - то значит и по судьбе. А раз так, к чему тогда выводить теории и тем более роптать, если изначально попросту так запрограммированно быть (помните библейское - у вас и волосы все на голове сочтены).
      Так что быть может и действительно не стоит предаваться излишним размышлениям (ибо оные есть суть сомнения, по крайней мере почти всегда рано или поздно в них перерастают) и попросту жить. Жить, подчиняясь, в том числе, и мыслям своим, - интуиции, то есть, - Богу, другими словами если. (Ведь все мысли у нас от Бога... Равно как и отсутствие оных.)
      Аминь
      Amen.
      
      
      Глава 7
      Я писал и освобождал тем самым собственное подсознание для приёма новой информации.
      Ну а кроме того, я так или иначе избавлялся от полу-паттернов поведения, полу-установок и полу-архетипов (когда-то я установил, что не всегда будет полноценной та информация, которая попадает в подсознание - а туда попадает всё, что мы слышали, видели и прочее - так вот там она не набрала дополнительную энергетику, а значит будет наполовину, после чего должен произойти код активации и она превратится в полный архетип или паттерн повеления, а значит всплывёт в сознание из подсознания - ведь в сознании сейчас исключительно у нас то, что раньше было заложено в подсознание и тем или иным образом всплыло).
      Таким образом там накапливается многое из всего. А когда вы включаете автоматическое письмо (разработанный мной метод Письмо-терапия) и попросту пишите обо всём, не думая - вы тем самым очищаете своё подсознание, а значит в последующем и сознание ваше уже не будет испытывать тех ненужных потрясений, которые в ином случае его ожидали бы.
      
      
      Глава 8
      В какой-то мере я почти одновременно был и поражён, и удивлён происходящим. Создавалось невольное впечатление, что кто-то нас намеренно опережает. И это, конечно, ещё бы не было так, но точно, что это и так, и потому что.
      Ну а также зачем это всё и также всё прочее...
      
      
      Глава 9
      Иногда кажется, что сама судьба способствует тем да иным вывертам сознания. И так вполне легко можно было бы подумать, если не знать то, что думать так попросту не следовало. Я не скажу, что это ошибочно или не ошибочно, всё дело в том, конечно, как на всё смотреть, но точно, что подобное нисколько не приблизит нас к пониманию сути вопроса. А ведь, согласитесь, к этому мы все и стремимся. (Причём касается любых вопросов разумеется.)
      
      
      Глава 10
      Как всегда, приступая сначала, какое-то время необходимо было (требовалось... просто требовалось...) элементарно "расписываться" (по типу как спортсмены разминаются перед тренировкой, так и ткут писать, писать, писать...). И это вполне нормально и даже понятно (ну а почему нет), единственно всё-таки что всё было не совсем так или не просто так. Почему? Об этом речь фактически на страницах книги. Как этой, так и других, и будущих, и предыдущих. Потому как периодически в процессе осмысления поднимаются те да иные вопросы. Ищется истина (ну или вопросы поднимаются в поисках оной, а значит она всё-таки и действительно ищется; другой вопрос, что не всегда находится, но видимо на то и поиск).
      
      
      Глава 11
      Иногда почти непонимающая (сама себя) истина приходила и оказывалось, что даже не то что она себя не понимает и, разумеется, не понимает тогда никто, а само её существование происходит отчего-то поистине свыше. Когда случаются (поистине случаются) те да иные загадки бытия, которые фактически достаточно при этом быстро и разрешаются. Да и как иначе, тем более что правда... Сама по себе правда, - то, что мы понимаем под таковой, - конечно же, ещё не несёт в себе всего того маргинального и на кого-то действительно удручающего воздействия, какова она безусловно есть сама по себе. Понимаете, тут ведь, на мой взгляд, достаточно с одной стороны спорный, а с другой стороны чёткий и понятный вопрос. И то, почему происходит это всё именно так, является какой-то особого рода точкой соприкосновения в том числе и с вечностью. Понимаете? А это уже, согласитесь, вообще получается порой удивительно. Удивительно и прекрасно я бы даже сказал. Ну а почему бы и нет?!
      
      
      Глава 12
      Возможно, что мы и не способны будем изменить всё значение бытия...
      
      
      Глава 13
      А может и сможем.
      
      
      Глава 14
      Вероятнее всего вы сейчас, как и я когда-то, не представляете в какой реальности (или ирреальности) пребываете, - но точно, что возвращаться в итоге придётся на эту землю, а значит лучше услышать алгоритм возвращения от меня.
      Собственно, все мои книги служат ключом к вашему возвращению назад. Я ведь -забочусь о вас. И это правда.
      
      
      Глава 15
      Периодически я попадал в какое-то своё измерение бытия. И чем больше там находился, тем фактически печальнее и удивительнее становилось всё вокруг. Вернее, вокруг-то как раз оставалось таким, как и было всегда, изменялось моё отношение к этому (по типу как меняется отношение к чему-то, когда мы находимся в изменённых состояниях сознания, когда словно бы и действительно всё по-другому).
      
      
      Глава 16
      Я продолжал жить обычной жизнью, но сама по себе жизнь уже, конечно же, становилась необычная.
      Мне вообще иной раз казалось, что всё самым удивительнейшим образом изменялось (порой это действительно было так и в реальности; хотя, пожалуй, скорее правильнее написать - в параллельной реальности). Но на удивление, как бы то ни было, но всё было и действительно именно так, только иначе. Только по-другому. Только не так как у других.
      Я с детства, с самого рождения уже отличался от других и тем, что очень рано начал писать и читать, и тем, что в три года перестал говорить и начал только через несколько лет и до подросткового возраста очень сильно заикался, а потом просто сильно заикался ещё до совершеннолетия, после чего стал говорить бегло и много, словно компенсируя недостающее и фактически утомляя других многочасовыми диалогами, которые после мне самому надоели, но я окончательно их, конечно, не прекратил, а разбавил творчеством (написанием книг) - сначала это были стихи и статьи в газетах и журналах, а когда подошёл к возврату Христа - меня как будто прорвало и начал писать книги. В итоге, если свою первую книгу я писал больше года (ещё после покойный отец спрашивал, когда же ты напишешь, уже год пишешь, ему очень хотелось с мамой почитать - дописал я книгу когда его и маму убили), то после за год уже писал несколько, а то и несколько десятков книг в иные годы.
      
      
      Глава 17
      Я пытался уйти в другое измерение. Но точно также я знал, что мне во что бы то ни стало всегда надо вернуться обратно. Жить среди демонов и духов я долго не мог. Мой мир всё-таки был мир сознания, а не подсознания. Единственно, в какое-то время границы, конечно, начинали смещаться, но это нисколько уже не имело того значения, которое кто-то вкладывал в это, потому как мы вообще слишком излишне много обращаем внимание на мысли и взгляды других, забывая, что каждый человек по-своему уникален, а значит точно также уникальны и мы.
      
      
      Глава 18
      На фоне удивительной реальности мир казался и таким, вероятно каков он и был, и в то же время совсем другим, таким, каков он, наверное, мог быть в самом разном воображении. И также как некоторые книги после прочтения мы забываем, а какие-то навсегда остаются в памяти, также и этот мир - собственно, то, что видели мы - мог быть различным и постоянно меняться даже у одного человека. Понимаете, это одно из удивительнейших свойств мозга, когда всё происходило именно так. И даже когда что-то образуется и появляется, это "что-то" всё равно выглядит не всегда именно таковым. Вернее, оно-то, конечно, едино и одно, но вот видим мы в разное время его всё-таки под разными углами. Да, собственно, как и любой предмет виден по-разному при утреннем свете, при дневном, при свечах и при лампочке Ильича.
      
      
      Глава 19
      Планомерно и верно я всё равно приближался к той своей истине, к которой, конечно же, всё это время стремился. Точнее даже, стремился я ко всему тому, что мне и так было всегда нужно (а порой даже и необходимо), но как-то за годы бытия я научился... Подумал сейчас, что это даже не то, что научился соизмерять потребности с возможностями, а скорее перешёл на некий уровень философского понимания жизни, когда многое уже было не важно, что-то не нужно, а что-то и могло подождать. (Хотя признаюсь, что в денежном эквиваленте я всё равно тратил очень и очень на мой взгляд много и в идеале хотел бы, конечно, уместиться хоть в несколько тысяч долларов в месяц, но к сожалению, никак не удавалось и выходило намного, порой даже и очень намного больше. Причём я всё время в чём-то нуждался и действительно ограничивал себя, и порой очень и очень серьёзно.)
      
      
      Глава 20
      Я конечно же верил и знал, что всё происходящее не только не напрасно, но и принесёт свои плоды радости, понимания и удачи.
      Но и даже когда что-то становилось поистине тяжело, - а то и очень даже тяжело, - всё равно рано или поздно (скорее рано, нежели поздно) наступало время, когда всё должным (и порой самым обстоятельным образом) урегулировалось. А значит и всё на свете действительно (почти - действительно, почти - и правда - действительно), становилось (возвращалось... возвращалось...), на круги своя, - а сама по себе жизнь подчинялась тем законам истины, с которыми, собственно, она и была, - и была, пожалуй, что даже и рождена.
      
      
      Глава 21
      Тайна... Эта почти непременная и таинственная тайна окутывала меня. И тогда мне казалось, что наступает поистине совсем другое время. Время радости и удачи. Время невероятных открытий и исполнения всех желаний детства. Вы понимаете о чём я говорю?
      
      
      Глава 22
      Я конечно допускал, что невольно нет-нет да и путался в программах понимания бытия. Мне всё время отчего-то казалось, что они, конечно же, существуют, реально существуют, но при этом невольно нарушается ритм существования как раз всей той долей невольной случайности, которой был доселе (фактически... почти фактически...) преисполним разум. А значит и всё то, о чём становилось возможным сказать, - как бы уже это сказать, - уходило в пропасть бытия. Да ещё и почти ту самую, из которой нет возврата. (Почти отовсюду, конечно, можно возвратиться, было бы только время и возможности, - большей частью личные да финансовые, но иногда это и действительно невозможно.)
      
      
      Глава 23
      Будь то истина, или честность, или ещё что-то, конечно, всё это не всегда предусматривало какое-то логическое понимание.
      Да и логика, по сути, не всегда (и далеко не везде) была нужна, потому что мир большей частью не логичен и ирреален.
      И вот как раз это следовало бы нам всем понимать.
      
      
      Глава 24
      Почти концептуальное единство всей той радости жизни, при которой приходило действительное понимание всего и вся, конечно, порой значительно роднилось со всем тем, что было, и даже не то что было, но и намечалось быть.
      И при этом, конечно же, загадочность жизни всё-таки в той да иной мере превалировала. По крайней мере, не всегда становилось понятно и ясно всё, да и то, что вроде как было понятно - уходило порой (порой... порой...) в какую-то (может относительно почти и далёкую - и недалёкую) незримую тень бытия. А значит, собственно, возвращение не всегда так-то чтобы и ожидалось.
      Что, в свою очередь, порой и вовсе (весьма и весьма) запутывало ситуацию (весьма и действительно порой весьма и весьма).
      Но отчего-то всегда (фактически всегда) в скором времени всё (самым удивительнейшим) образом разрешалось. Да ещё и так, что видимо и действительно не о чем было волноваться да переживать.
      
      
      Глава 25
      Вероятнее всего удивительные, - почти удивительные, - и бесспорно занимательные параллели разума незримо спускались на мою голову. А значит всё, что мне невольно оставалось - замечать (лицезреть... лицезреть...) сей поистине бездумный миг природы.
      Ну и, должно быть, - наслаждаться радостью.
      
      
      Глава 26
      Почти непременно ты шёл назад, и почти во всех случаях обратно.
      
      
      Глава 27
      И я хотел бы сейчас засвидетельствовать предыдущие строчки.
      Ибо это есть правда.
      
      
      Глава 28
      Практически мы все помним тех, кого убивали...
      
      
      Глава 29
      Практически легко и сразу наше подсознание внушает нам те мысли да идеи, которые начинаем применять и использовать в сознательной жизни и это великое чудо и правило, потому что действительно так происходит.
      
      
      Глава 30
      На самом деле, конечно же, всё много глубже. Но именно тот факт, что всё это находится (пребывает... пребывает...) в подсознании, фактически и указывает нам на нечто порой и даже быть может трансцедентальное.
      И это правда.
      
      
      Глава 31
      Связь между прошлым и будущим всё равно будет существовать. И наша задача - выявить эту связь, понять её, и, если необходимо - или принять на вооружение, или простить.
      
      
      Глава 32
      Главное, конечно, что мы выжили. Остальное... с остальным разберёмся. Позже.
      
      
      Глава 33
      Я ощущал невероятную лёгкость и понимание ситуации. Всё пребывало под моим непосредственным контролем. Фраза избитая да расхожая, но на удивление точно всё объясняющая если вдуматься в звук и энергетику каждого слова (на русском языке, на котором я пишу, на другом, вероятно, будет зависеть от гениальности переводчика передать всё чётко и точно также).
      
      
      Глава 34
      Я понимал, что ещё не всё, собственно, могу, потому как после каких-то открытий мозг пребывал в состоянии стресса и требовалась определённого рода реабилитация. Что всё суть время, а значит после и приходилось словно бы начинать всё сначала, ибо сначала необходимо было войти в рабочий режим (настроиться на него), а после уже запускались какие-то механизмы настоящей работы. Которая, собственно, конечно же, таковой ещё не была. А лишь только намечалась.
      
      
      Глава 35
      Возможно нечто такое, конечно, ещё и не выглядит настолько важным и значимым как о том хотелось бы видеть. Но почти наверняка однозначно случается определённого рода прорыв в измерении сознания. И даже если предполагать, что всё это проистекает в ключе какого-то поистине немыслимого заданного цикла, то всё происходит то, что, вероятно, и происходит. Ну или то, что непременно должно произойти. То есть, по сути, это всё есть фактически ничто. Какая-то наша фантазия, а что ещё вернее, инсинуация разума. Того разума, который немыслимо закладывается во всё то, чем владеет человечество. И того самого разума, что, конечно же, это человечество из себя представляет. Да иначе и невозможно де, скажете вы, и это заблуждение, ибо в действительности возможно вообще всё. Другой вопрос, что мы в большинстве случаев не знаем: как и что должно быть. Ну и равно как... Как это должно быть.
      
      
      Глава 36
      Непонятность всего, конечно же, вызывает в большинстве случаев не иначе, как заблуждение. И даже поистине заблуждение, признался бы я, тогда как в действительности оказывается всё ещё более запутанным, нежели чем оно может быть. И таким образом часто оказывается, что то, о чём мы думаем, совсем таковым и не является. Тогда как какое-то пустое заблуждение часто походит на фантом разума. На то необъяснимое, к чему явно располагает. И на то необъяснимое, к чему, быть может, и вообще стремится.
      
      
      Глава 37
      О важности каких-либо открытий, конечно, сложно судить так, чтобы разом. Но совершенно верно, что всё это есть та непременная сила, на которой фактически зиждется всё и вся. А когда оказывается, что мы ничего не понимаем, в таком случае готов наступить и вовсе поистине хаос человечества. Но не человечества как людей, а всего лишь хаос разума, хаос в мыслях. (Хотя и такой хаос способен привести порой к необратимым последствиям...).
      
      
      Глава 38
      Иногда хотелось по-настоящему к чему-то прилепиться. Но я ведь был прилеплен ко всему. За год я стал академиком (в пятьдесят один) и защитил десять докторских диссертаций (пятьдесят один - пятьдесят два). Что к моим тридцати пяти дипломам о высшем образовании (до пятидесяти) и звании почётного профессора (в сорок девять) и почётного доктора (в сорок девять) философии было существенно.
      
      
      Глава 39
      Как будто бы ты действительно понимаешь, что происходит. Но вот на каком-то этапе понимания действительности вдруг оказывается, что это всё... Ну даже не то чтобы фикция, а просто точно, что не то, что есть на самом деле. А потому просто оказывается, что может ничего подобного и нет. Не существует. А то и попросту, быть может даже, не бывает такого. Понимаете? Не бывает и всё. А на вопрос: что же тогда есть - можно ответить, что ничего и нет. Бред и томление духа. Ну или такие фантазии души, перед которыми и поистине да действительно всё остальное кажется весьма и весьма запутанным и словно неузнаваемым.
      Ну а то и вовсе всего этого действительно не существует. Ну или как минимум - нам всё кажется. Да, быть может, и не только нам.
      
      
      Глава 40
      Чем старше я становился, тем, с одной стороны, легче для моего понимания казалось всё, а с другой всё ещё больше, - и порой самым невероятнейшим образом, - запутывалось. Ибо оказывалось, что чего-то такого, на что был расчёт - этого в действительности не существовало. Ну а то, чего не было - то вполне разумно, что было. Понимаете?! Ведь это так, именно так. Да и не только так, но как раз это всё и есть суть истина. Та самая, которую всё это время мы ищем. Просто истина, вероятней всего, имеет несколько форм измерения. Да и действительно, не в одной ведь ей надо быть представленной. Ну а то что... Ну а то, что какая она должна быть, да, вероятней всего, как раз именно всякая. И у каждого своя.
      
      
      Глава 41
      Фактически выходило, что судьба словно намеренно изменяла, в том числе, и понимание себя. А когда становилось словно бы и невмоготу - уходила куда-то вдаль дальнюю, вдаль бесконечную; так, что быть может и совсем становилось вскоре невмоготу молчать. Но вот вопрос в том, что молчать было надо. Даже можно сказать необходимо. Ведь не всё так просто становилось для понимания, тем более что втайне ты, конечно же, давно уже понимал всё и вся. Говорить не собирался просто. Потому что вроде как и так всё было более чем понятно.
      И хотя за понятийной ясностью скрывалось порой само человечество, сама по себе истина (наверняка... наверняка...) скрывалась где-то там. Там, откуда, как считалось, не было возврата. И там, где вообще, по большому счёту, было всё точно, что не ясно и необъяснимо-непонятно. И это было так, и это было правда.
      
      
      Глава 42
      Несмотря ни на что я продвигался к истине. И я знал, что она будет. Я уже не раз её находил, просто растворялась она на страницах, будучи замаскированной за множеством, казалось бы, потусторонних факторов, а на самом деле всё это явно прикрывало всё и вся. Вот только вероятно, что невозможно и необъяснимо становилось нечто такое, после чего всё потустороннее уходило будто бы вдаль дальнюю, вдаль вечную, вдаль какую-то быть может даже и порой совсем безоблачную, и неясную. (Неясную, конечно же, только сначала, после чего появлялся порой и вовсе необъяснимый факт, что это всё какое-то непременно важное и необходимое, - а оно таковым никогда не было. Но проходило ещё какое-то время и всё действительно испарялось. Да так, что ещё по прошествии какого-то времени уже и вовсе невозможно было сказать - было ли подобное когда-то или нет.)
      
      
      Глава 43
      Постепенно менялось сознание. Но и всё то, что угадывалось, поистине не всегда попадало в ракурс прицела значимости в соответствие с концепцией бытия. Ну хотя бы потому, что всё ведь и правда нет-нет да и уходило в даль дальнюю. И тут даже не то что попробуй догони, а, скорее, так ли надо было догонять...
      
      
      Глава 44
      Поистине, ты ведь никогда не знаешь, что скрывается за тем или иным характером.
      Когда-то мне удавалось разговорить очень известных и авторитетных людей.
      И это при том, что я сам был когда-то определённого рода авторитетным человеком.
      Но это всё не считается. Эти люди поистине остаются в своём статусе отчасти только ещё и потому, что умеют интуитивно угадывать врага.
      Я их научил. Априори (ошибочно) стал врагом кому-то сам.
      Надеюсь они всё-таки не такие тупые и когда-нибудь разберутся.
      
      
      Глава 45
      Я продолжал жить и продолжал верить в какое-то своё предназначение. Да ведь это и правильно, и справедливо, и тем более понятно, - невольно рассуждал я, - ведь если даже после мысленного проговаривания подобного мне становилось лучше, так отчего же мне не считать так?! Тем более что именно так ведь всё и было.
      
      
      Глава 46
      Фактически я почти одновременно и верил, и не верил в то, что происходит. Но и когда даже мне во всё подобное не верилось - всё равно ведь тогда я приближался к той самой истине, стремлением постижения которой было преисполнено всё во мне. Да и я сам, разумеется, да и я сам...
      
      
      Глава 47
      Иногда нечто почти загадочное норовило вползти в мою душу, - но так вот, замечу, было в юности и в молодости, но, когда время перевалило далеко за сорок - всё это словно бы разом прекратилось. То ли дьявол искушает только молодых, то ли я искупил вину своим многолетним терпением, но как бы то ни было, факт оставался фактом, и на протяжении множества лет я словно и шёл вперёд, - и даже точно, что продвигался, - но при этом во всём подобное словно не чувствовалось. Ну а когда... Да там само собой всё произошло как-то. Бог управил, как всегда говорю я, научившись у моего близкого друга Ивана Ивановича, отца Ивана, настоятеля одной из лучших церквей в нашей стране и действительно моего близкого друга и ученика, - он у меня боксом отзанимался десятки лет под моим руководством, - поистине гений, если ещё что сказать о нём, - так вот... А впрочем да, Бог управил, лучше ведь и не скажешь. (Давно как профессор философ и академик заметил я, что всё в итоге действительно происходит как в Писании. Надо только не просто читать Священное Писание, но и обязательно читать всё время, - то бишь перечитывать...).
      Аминь.
      Amen.
      
      
      Глава 48
      Поистине... Вот что поистине всегда как-то по-особенному - и почти одновременно - и нравилось мне и нет (условно нет), так это всё то понимание бытия, которое буквально обрушивалось на голову сознания. Но ведь и даже тогда, когда поистине образовывалось нечто условное, - я всегда...
      Я всегда.
      
      
      Глава 49
      Иногда ты просто обязан жертвовать - ради истины. Пусть даже и не изданной и лишь только в перспективе, - но поистине всё это так. Смотреть и анализировать легче, нежели чем писать и понимать. Когда два-три ночи, бежать за догоном на каком-то этапе жизни уже становится опасно для жизни. А потому лучше тихой сапой сойти. Тем более (благо... благо...) что есть что сказать.
      
      
      Глава 50
      Я позиционировал себя, - и это (поистине... поистине...) было всё, что вмещала в себя жизнь.
      При этом явно чего-то мне всегда недоставало - и это поистине как раз было всем тем, что мне и было нужно и необходимо.
      
      
      Глава 51
      Сознание какой-то истины фактически ещё лишь только походило на правду. Но одновременно с этим во всём этом угадывалась как раз та самая правда, которой всё это время всем нам так недоставало. А это значило что и всё происходящее было подвержено ей, и даже то, что ещё лишь только намечалось. И всё потому, что правда жизни всё-таки была одна. Чтобы что-то кто-то не говорил, - сей есть единый и нерушимый факт. И это так.
      
      
      Глава 52
      Всегда и во всё (и везде... везде...) мне казалось, что незримо присутствовал как раз тот разум, которого нам так недоставало. Но и даже если я когда-либо заблуждался (ошибался... ошибался...), это всё почти однозначно было - и было это так. Как? Да так, как оно было.
      
      
      Глава 53
      Несмотря ни на что я всё время шёл вперёд. И движения эти только на первый взгляд могли походить на хаотичность действий, ибо в действительности они очерчивали собой (и разделяли, безусловно и разделяли) всю ту параллель разума (и сознания разумеется), которая лишь только когда намечалась.
      Другими словами, они уже сами собой символизировали истину. И истина это была правда.
      
      
      Глава 54
      Когда приходит осознание какой-то общей и почти даже патологической усталости, перед всеми нами поистине вспыхивает та самая радость, которой всё это время недоставало. Но вот даже и тогда, когда это происходило, перед нами нет-нет, да и появлялось незримое око справедливости и самого что ни на есть душевного равновесия. Вернее, оно символизировало это. И это было правда.
      
      
      Глава 55
      Я почти всегда хотел следовать своему предназначению. Да не я один. Вероятней всего, мы все так хотели. Вот только не у всех получалось. А почему? А потому что где-то были не совсем верно выбраны приоритеты, где-то что-то недоучили, не прочитали, смалодушничали и не смогли. Поиск истины (и, что самое главное, приближение к оной) всегда требовали чего-то несравненно большего и значимого, нежели чем то, что вполне когда-то и было бы возможно (и допустимо).
      
      
      Глава 56
      Мне всегда казалось, что всё это и действительно намечалось лишь только тогда, когда приближалось поистине счастье бытия. Да и последнее, как ни крути, всё-таки было тем важным, нужным и необходимым, из-за чего фактически закончилось то самое понимание истины, к которому всеми силами некогда я ещё стремился. И ведь это всё не только удивительно, но и правда. Почти та самая правда. Все эти годы которой нам недоставало, а на деле оное и действительно оказывалось как минимум важным и необходимым уже почти непосредственно для всех нас.
      Ну а с другой стороны, почему бы и нет, почему бы и нет...
      
      
      Глава 57
      Почти скоморошными (семимильными... семимильными...) шагами я шёл вперёд. И когда достигал истины, - ну или это я так думал, что достигал, - передо мной поистине открывалась, с одной стороны, правда, а с другой, - с другой стороны, - почти самая отчаянная ложь. И мне, - представляете, - мне предстояло сделать выбор.
      Но делал я его безошибочно, потому как мной в такие минуты руководил сам Господь Бог. Вы и сами можете попробовать, каждому из вас лишь нужно войти в своё подсознание, отпустить разум, и... И как кривая судьбы управит.
      То бишь - как направит господь Бог.
      Аминь.
      Amen.
      
      
      Глава 58
      И это правда.
      
      
      Глава 59
      А ведь и саму жизнь, пожалуй, ты способен начать словно бы по-новому. Да ещё так, что почти однозначно не происходит ни от чего, а только лишь от какого-то почти парадоксального внутреннего стремления к справедливости. К правде, получается, что к правде.
      И вот когда такая правда всеми силами бытия высвечивается перед нами, то почти однозначно что и вспыхивает всей волей души истина. Почти наверняка ведь та самая истина, которая все эти годы и спасала, и выручала нас. А ещё...
      А ещё она поистине за нас ратовала. Сдавая невольные экзамены судьбы, без которых, должно быть (этак смело предполагаю я) и не было бы ничего. Теперь уж точно от слова "совсем").
      
      
      Глава 60
      Я поистине всячески стремился найти (отыскать... отыскать...) своё счастье.
      И счастье это - я чувствовал это - было всегда рядом. Рядом, пока не случилась какая-то оказия судьбы. А значит и всё то, чего нам пока что ещё недоставало - не начинало выглядеть так, что словно бы и не прикасайся к этому. (Точнее, если прикасайся, конечно, но лишь если можно чуть позже и... Ну там будет всё выходить словно невпопад. А вас будут уверять, что подобное в порядке вещей. Ну или, - если совсем умный попадётся управляющий, - нужно будет немного подождать.
      Абсурд? Абсурд. И я о том же...)
      
      
      Глава 61
      Жизнь, конечно же, распахивает свои перед нами парадигмы истины. И, тогда уже, от нас как будто лишь требует распознать "своих" (и попасть, тем самым, в свою лунку). Но вот на деле не всё, - далеко не всё, - так просто. А это значит, что понимание собственного бытия зачастую (и часто, очень часто) невольно становится важнее, нежели чем поистине вся та истина, с которой все эти годы (десятилетия!) соприкасались.
      И это правда.
      И это почти та самая настоящая правда, которую мы неким таинственно-загадочным образом и не распознавали доселе.
      Аминь.
      Amen.
      
      
      Глава 62
      Возможно, - я говорю, что лишь только всё возможно (а раз всё, почему бы и оное тогда нет), - становится поистине удивительным тот факт, что всё то, что ещё недавно казалось каким-то (ну чем-то сродни что не тем чем надо), вдруг ни с того ни с сего обретало силу поистине уникальную; силу поистине бессознательного разума. И вот когда всё это было так, - становилось помаленьку, - то вдруг и действительно оказывалось что совпадает множество кодов бытия. А сам разум истины становился... Вернее нет, скорее нет чем да, в общем сам разум истины неожиданно вдруг был тем, кем, по сути, и должен был бы быть. Истиной.
      И это правда.
      
      
      Глава 63
      Возможно это всё покажется фарсом и каким-то почти невиданным доселе маразмом, но почти наверняка что всё в жизни происходило как раз именно так. По крайней мере точно, что со мной.
      
      
      Глава 64
      Почти поистине верна поговорка, что никогда не знаешь, что найдёшь, что потеряешь, но я ведь на протяжении всей жизни (по крайней мере, для своих сегодняшних начала пятидесяти лет) лишь только находило, - а если что и казалось, что убывало, то возвращалось с такой сторицей, что только мечтать впредь оставлять чтобы убыло - дабы в стократ вернулось.
      И это было правда, самая что ни на сеть истинная правда. Да и к чему мне что-либо скрывать, ибо в каждой свой строчке я напишу историю рода. А это значит, что лично я песчинка, и многие десятки, и сотни, и десятки и сотни тысячи, размножаясь, будут жить после меня, а потому я всегда писал правду и только правду. Ибо сама по себе правда это истина, а истину любой философ нет-нет, да и способен найти, - разве что он лишь на самом деле хочет оного, а не способен.
      Аминь.
      
      
      Глава 65
      И это всё, конечно же, понятно, - ну или сродни того что понятно, - но почти наверняка (точно... точно...), что про исходит всё нале повествовании, - да и уходит оно в даль верную, - как раз потому что у моей дочери сегодня день рождения, - двадцать восьмой день, - и я хотел бы увековечить его в истории.
      Аминь.
      Amen.
      
      
      Часть 3
      Глава 1
      Почти удивительно, конечно, но то, что мы с Вами видим в батискафе - ещё не есть наша жизнь.
      
      
      Глава 2
      Вероятней всего, я до конца ещё не понимал всего величия, открывавшегося передо мной в течение жизни. И при этом всё это фактически было почти самая настоящая судьба. Да, это слово "почти" невольно всегда вставлялось невпопад да не попадя, - хорошо хоть не попадья, как пошутить бы могли в духе бессмертного Александра Сергеевича, - но при этом фактически достаточно точно я угадывал происходящие события. И мне они были весьма полезны, - замечу, что это действительно так, - ну хотя бы потому, что всё это и действительно весьма и весьма оказывалось важно и значимо. И это так, и это правда.
      
      
      Глава 3
      Первые главы как всегда шли на какую-то раскачку, чтобы потом уже взвизгнул мотор, как заводился во времена моего детства мотороллер, когда надо было несколько раз почти вхолостую нажать ногой и рукой одновременно, а потом заурчал, заворчал он, закричал фактически, и можно было садиться, и ехать. (Едем, едем мы в соседнее село на дискотеку, - невольно слышится из окна проезжающих авто. Какие времена - такие и нравы. Ну или вернее, такая и общая деградация общества.)
      
      
      Глава 4
      Порой я стремился запрыгнуть в вагон уходящей реальности. И хоть там мне могло быть достаточно некомфортно... И даже может я вообще мог оказаться не на своих местах, - что я крайне не любил, - тем не менее мне как минимум следовало подчиниться этой общей волне бытия. И я это понимал. А, подчинившись, фактически если не смириться, - то... смириться с происходящим. А если быть точнее - смириться с происходившим не по нашей вообще, быть может, и земной даже воле.
      
      
      Глава 5
      Достаточно много неразумно-немыслимого словно окутывает наше подсознание, - внушая нам что-то своё, - а после мы сами, словно безропотные кролики да овечки бредём на пути к собственному беспамятству о том, кто мы есть. А если в нас и среди нас возникает голос хищника и настоящего зверя - таких нас попросту отстреливают. Ведь механизм отлажен и совсем не нужен лидер в стае - особенно в стае, идущей на убой. Да и не в стае, - а скорее в отаре...
      
      
      Глава 6
      Вероятней всего, то поистине счастье личностной истины, - о которой так много было сказано в моих других книгах, - когда сбудется, то наступит мир всеобщего благоденствия. И когда случится так, то будет и действительно правда. Да ещё и та самая правда, которая почти напрямую зависит, в том числе, и от нашего человечества. И это так, и это верно. Фактически настолько верно, насколько всё выглядит как раз именно так, как мы того хотим. (Как хочет наше подсознание, да и сознание, ну и фактически, как того хотим мы - Николай второй... Аминь и царство ему небесное. Неважно как жил и каким был, а важно как принял смерть и стал сразу святым. Аминь Николаю второму и его семье. Все святые. Аминь. Первый человек в рай вошел разбойник, аминь. Аминь всем дуракам и неучам. А равно рафинированным интеллигентам. Вам, тварям, нет места в царствие небесном. Аминь, гады. Господи, прости меня, но ты сам плеткой разгонял негодяев, вот и я так же воюю с дураками. Аминь. Да будет так. Amen.)
      
      
      Глава 7
      Происходящее, конечно, почти одновременно и касалось, и не касалось нас, но намного удивительнее было то, что я невольно чувствовал во всём какую-то особого рода запрограммированность. Так, что словно почти одновременно подобное и проходит, и становится действительно чем-то важным, нужным, необходимым. И при этом... И при этом лично вас словно никто не спрашивает. Но отмечают (свыше... свыше...) при этом заметили ли вы, вашу реакцию, оценку, которую мысленно дали, ну и вообще, на ментальном уровне словно замечая и отмечая всё и вся.
      
      
      Глава 8
      Возможно достаточно многое и не становится таком уж камнем соприкосновения. Тем более достаточно внимательно если посмотреть на всё и вся, перед нами поистине вспыхивает и нечто такое, чего раньше ещё никогда и не было. Ну а если было... Ну а если было, то это ведь как минимум чудо. Чудо, поистине чудо, не иначе что так.
      
      
      Глава 9
      Становясь старше (взрослея...), я начинал ощущать нечто поистине новое и удивительное, что точно ещё не испытывал раньше. И это что-то было из разряда такого, чего ещё быть может и нет даже. И не существует (да и не существовало никогда). Но когда мы начинаем что-то понимать (скорее догадываться), перед нами поистине вспыхивает всё то непонятое да недопонятое, что было когда-то, - но совершенно точно, что обязательно должно быть и что, по сути, было. Понимаете?
      
      
      Глава 10
      Вообще-то с годами я научился радоваться жизни. Удивительно, конечно, всё это, юность, молодость и относительная зрелость (этак до сорока-сорока пяти) даёт тебе какой-то особого рода задор, но при этом...
      
      
      Глава 11
      А ведь иногда становилось поистине удивительно, загадочно и приятно. И даже то, чего ещё быть может и не было, предваряло собой такие события бытия, перед которыми и сама истина меркла иной раз, а иной и расцветала. И полярность было невозможно расставить и фактически всё это было так. Просто выходило, что сама жизнь весьма любопытное и отчасти случайное понятие, возникающее на нашем пути бытия, - но даже осознавая это, философски осознавая, - ты очень хочешь жить. Жить так, как никто никогда не жил, вернее, ты ведь даже не думаешь об этом, потому что хочешь просто жить, но перед тобой возникают множество всего и вся, и ты, - тогда уже, - наслаждаешься этим, понимая, что это нечто точно твоё - и твоё навсегда. Вот ведь как оно бывает, однако.
      
      
      Глава 12
      Допущение или недопущение всего того, с чем мы бывало иногда лишь только выходили на перипетии бытия - всё это равнялось фактически нулю, потому как ничто настолько нас не обольщало, как истина, - приближение к ней, изначальный поиск её, - да и вообще, вся та удивительного рода трагикомедия, с которой ты, наверное, и жил всё это время, просто разве что не замечал. И это тем более удивительно, - вернее, в ещё большей степени удивительно, насколько и верно.
      
      
      Глава 13
      Фактически я наслаждался происходящим моментом. И это было действительно удивительно, потому что было мне сейчас пятьдесят два с половиной (конец февраля две тысячи двадцать пятого года, родился в тысяча девятьсот семьдесят втором, в конце мая пятьдесят три, получается пятьдесят два и девять месяцев, - о-го-го), но вот раньше, когда было много моложе, сколько всё-таки разного рода ереси (вносящей беспокойство) намешивалось в голову. Причём чем моложе был - тем дурости было больше. Тревожность, сомнения, прочая ересь, заставившая, впрочем, окончить множество факультетов по психологии и в итоге стать доктор психологии, - но вот когда я стал доктором - все болезни как раз прошли. Вот в чём удивительнейший парадокс, однако.
      
      
      Глава 14
      Возможно, - я сейчас лишь только предполагаю, - возможно, что конечно всё и не есть та самая истина, к которой мы все так стремимся. - вернее, она-то как раз та самая, и пути к ней идут вроде как правильные, - да вот не задумывались ли вы, что само восприятие по достижении её изменится. И станет совсем-совсем не таким, как это должно быть. Или нет? Или да? Не есть ли это как раз именно та - недостающая - парадигма истины? Или?.. Или?! Или! Вот именно.
      
      
      Глава 15
      В жизни каждому из нас приходится принимать множество решений. И подавляющее большинство из них ошибочные. Но по молодости мало кто задумывается об этом, а после глупость уже входит в привычку и априори вы свою жизнь проживаете не по своему потенциалу. Потому что дураки.
      И это факт.
      Извините.
      
      
      Глава 16
      Вероятнее всего, что мы сами иной раз даже не удосуживаемся к какому-то пониманию всего и вся. А когда начинается что-то такое, чего не может быть - каемся.
      
      
      Глава 17
      Конечно, очень многое и начиналось по-своему, и как-то по-особенному предполагало, что получается (или может получиться).
      И при этом, конечно же, большинство всего ещё далеко не было тем нужным и важным, каково оно, вероятно, позже становилось. В молодости вообще всегда всё весьма относительно. И лишь только по прошествии времени неожиданно и разом становится на круги своя. И даже если предполагалось что-то - это что-то почти тотчас же оказывалось этаким правильным и нужным. Ну а если не предполагалось (что, разумеется, тоже имело место быть), то становилось весьма и весьма загадочным. Ну или забавным.
      
      
      Глава 18
      При этом я, конечно же, нисколько не хотел, чтобы происходили какие-то изменения. Ну да это, впрочем, понятно, чем старше мы становимся, тем больше тянет нас к устоявшемуся порядку, без всяческих инноваций.
      Впрочем, как раз в моём случае бывало и иначе. Я вполне мог поменять направление мысли, просто потому, что как раз не хотел застаиваться в прошлом - а держать (что там держать, задумался сейчас, нос, наверное, чтобы нюхать ветер, но это литературная ерунда какая-то получается, лучше гоголевского носа ничего нет и не будет никогда создано про нос, но в общем тут смысловая октава по ветру держать себя, а вы уж каждый для себя подберите пожалуйста удобное слово или словосочетание).
      Таким образом я вполне готов был к любого рода изменениям.
      
      
      Глава 19
      По сути, мне никак было не запустить тот маховик разума, при котором поистине всё начинает как-то само сходиться, так что посмотришь ещё через время и перед тобой единый - сродни часовому - механизм, все шестерёнки крутятся каждая в своё время, отсутствует любого рода хаос, и лишь только одна гармония и уважение друг к другу и, в первую очередь, в том числе к себе.
      В ином случае... Да, случается ведь и в ином случае. Но если раньше (по молодости), я бывало ещё переживал и, - после, - решал каким-нибудь кардинальным способом (эту проблему), с возрастом - особенно после пятидесяти - стал предвидеть всё и заранее исключать. А то, что не исключалось - так оно и не приходило (ибо свыше тоже помогали мне на ментальном уровне убеждать чудаков не совершать не нужного).
      
      
      Глава 20
      Отключив несколько лет назад телефон, я оказался в удивительной гармонии собой. Я давно уже понимал, что телефон зло (если не вы сами звоните и от вас не ждут звонка), телефон мне всегда приносил слишком большую растрату психической энергии, и фактически я на девяносто девять и девять процентов ограничил пользование им - мне можно было только писать на мессенджер (ватсапп) или, на крайний случай, послать смс (для тех, кто знал мой длинный номер - в рекламе всегда был короткий). Душевное спокойствие, друзья, поистине самое главное. (Люди, конечно, удивлялись как так я не пользуюсь мобильным телефоном, ведь это так удобно, а мне неудобно - когда кто-то звонит мне без спросу или приходит домой - и тем и тем я не отвечаю и не открываю. Всё должно быть только по договорённости.)
      
      
      Глава 21
      Разум человека порой способен к таким парадигмам правды (да истины), что кажется ещё немного, и ничего похожего уже и не будет этак чтобы вовсе. А оно нет - появляется. И появляется (возникает при этом словно ниоткуда и после туда же уходит - в никуда) Чтобы после появиться вновь. А когда появляется - радует. Именно радует, нисколько не огорчает и говорит ни о чём всё это, кроме как о том едином счастье, по сути, к которому и стремится человечество. Ну и почему бы нет, спрошу я вас, и вы скажете мне, что всё это так и действительно, почему бы даже и не так.
      
      
      Глава 22
      Раньше всё равно было иначе. Всё было много лучше (и молодость, и здоровье, - здоровье - это когда в глазах проходящих мимо женщин вы читаете то что обычно читается, - и финансовое положение, - по финансам вообще загадка, оно всегда было достаточно стабильное и колебалось вокруг трат в месяц в районе нескольких тысяч долларов, - я жил всегда достаточно скромно, причём основные траты это книги и образования - мои пятьдесят дипломов о высшем образовании и полтора десятка докторских вкупе с почти полусотней тысяч книг (купленных за всю жизнь) тому подтверждение, в общем всё заметно отличалось в юные и зрелые годы, но именно потому я понял, что главным является не реальное положение дел, а наше отношение к этому, - то бишь всё дело в голове (кто бы мог сомневаться, - многие об этом говорят, конечно, но не знают что с этим делать, а я знаю).
      
      
      Глава 23
      Многое странно. Люди, с которыми ты когда-то общался - одни остаются (и ты также общаешься), а другие уходят так, что даже имён не вспомнить. И когда-то дружили (и тогда бы жизнь готов отдать). видимо кто-то свыше (наш ангел-хранитель перед Господом Богом уравнивает всё и вся, чтобы поистине всё было для нашего высшего блага).
      
      
      Глава 24
      Ситуацией в жизни часто правят слухи. Но и они, пожалуй, ничто ещё не могут изменить, если ситуация уже так да иначе да устаканилась...
      
      
      Глава 25
      Связь между прошлым и будущим всё равно будет существовать. И наша задача - выявить эту связь, понять её и, если необходимо - или принять на вооружение, или простить.
      
      
      Глава 26
      И это всё было правда.
      
      
      Глава 27
      Ты, наверное, можешь, конечно, вскричать о многом, - и попросить, чтобы тебе дали именно того, что ты хочешь. Но только вот желания молодости и зрелости разнятся. И порой даже весьма. А значит и то да иное понимание всего и вся нисколько не будет (способно... поистине способно...) обозначать то да иное, ну хотя бы просто потому, что всего этого никогда и не может быть в действительности. Ну разве что самую малость...
      
      
      Глава 28
      Конечно, - и, вероятней всего, всё это правильно и точно, что должно быть именно так, - но вот вдруг оказывалось, что почти ничего с годами мы уже не помним, - а это значит, что оное забывалось и что мы знаем как учёные, - доктора, профессора да академики, - почти по-сократовски ничего и не знаем. И как сказал Экклезиаст (за несколько веков до рождения Христа), во мной мудрости много печали и большое знание приумножает скорбь. Поистине, когда я изучал великих философ мира, - а Монтеня я прочитал в двенадцать лет - "Опыты", - других (Маркса, Энгельса, Шопенгауэра, Сократа, Платона, Достоевского и прочих) - до шестнадцати, - и после того же Шопенгауэра и Ницше с Марксом, Лениным, Энгельсом и Достоевским, - а равно множеством других, тем же Витгенштейном, - прочитывал и перечитывал поистине до ... Хотел написать до конца своей жизни, а прожил полвека всего, умирать не собираюсь, хотя, конечно, кто и как его знает, но даже если что - до ста доживу и восстановлюсь полностью. Надеюсь ничего и не случится. Аминь. (Да будет так). Amen.
      
      
      Глава 29
      Иногда мне казалось, что всё это случайно. И не то, чтобы с неба свалилось, нет, совсем нет, в детстве я ведь иначе всё воспринимаю, а вот позже, уже после пятидесяти - пол жизни как никак - всё вдруг оказалось совсем и совсем даже оп другому. Ну чтобы понимать - не так, как это может и должно было быть.
      
      
      Глава 30
      Порой быть или стать - путались мы в простых словах, которые для кого-то наверняка имеют столь важное значение, что готовы они тем самым изменить и всю жизнь, но это ведь пустота и томление духа, как думал Кафка, и это так, именно по Кафке была одна из диссертаций и до сих пор он словно живёт рядом, а если живёт - значит мы рядом, вернее, это значит, что мы не только все рядом, - но значит что и происходит всё именно так, как тогда, - ведь Кафка живёт в подсознании, а рано или поздно всё, что в подсознании переходит в сознание, а значит и управляет нашей с ваши жизнью, направляя её.
      
      
      Глава 31
      Почти многое из того, что должно быть - никак не совершалось в точности как раз из-за того, что так быть должно. Ну, в знак протеста, что ли, от всякого рода долженствования...
      
      
      Глава 32
      А (и) ведь всё правда.
      
      
      Глава 33
      Когда мы подходим к тому да иному пониманию истины, - а рано или поздно, в том числе и с тысячекратными повторениями, - мы всё равно будем манифестировать данную тему, ибо она как раз та, вокруг которой крутится вся философская мысль, да и вообще любая наука; ведь что как не разгадка истины лежит в транскрипции понимания всего.
      
      
      Глава 34
      Иногда мне казалось, что необходимо как-то иначе и по-другому. Но, с другой стороны, всё это порой не выглядело так чтобы настойчиво неверно. А это почти однозначно значило что...
      Да... Что-то - да значило.
      
      
      Глава 35
      В той да иной доле понимания истины обычно всегда находится всё то нечто, что иной раз лишь только прогнозирует ту да иную долю поиска истины, но при этом оказывается совсем даже не нужным и не важным относительно всего - отчасти даже только приближающегося к ней.
      И при этом я достаточно точно понимал, что всё ведь и действительно простирается в гранях неизменного счастья; как счастья истины (когда вы нашли её), так и счастья поиска истины, что, иной раз, быть может кажется ещё более важным и интригующим, - ибо, согласитесь, когда вы ещё не обладаете чем-то, но приближаетесь и вот-вот станете - намного интересней и понятней, нежели чем... Ну вы поняли меня.
      
      
      Глава 36
      Иногда казалось, что я не только нащупывал, но и точно приблизился к той самой истине, без которой фактически невозможно и какое-либо существование бытия.
      И при этом... И при этом всякий раз, когда я проделывал это, передо мной явно возникала какая-то нерешённая проблема прошлого (незакрытый гештальт). После чего...
      После чего всё фактически возвращалось на круги своя и приходилось начинать сначала.
      
      Впрочем, я и начинал сначала. Да и фактически я ведь всегда начинал сначала, потому как понимал, что ничего другого мне не нужно. Понимаете?
      
      
      Глава 37
      Всё-таки иной раз нет-нет да и устанавливается почти незримая связь между всем тем, что продвигает человечество, и теми радугами жизни, в которых купается порой и само бытиё.
      
      
      Глава 38
      Порой быть может покажется удивительным, но всё то, чего мы когда-либо ещё только боялись (опасались... опасались...), сейчас выходит поистине на первый план нашего бытия, после чего кажется, что и ничего ведь как будто невозможно, - а вот как раз возможно, именно возможно, точно, что возможно, - да и вообще, наверняка перед нами поднимается (как флагом) та парадигма правды, за которой мы все и пойдём. Ну а почему нет?! Как раз, на мой взгляд, именно да, да, да.
      
      
      Глава 39
      Всё ведь истина,
      И всё ведь правда.
      А безыстинна
      Лишь для порядка.
      
      Так уймите
      Своё беспокойство.
      И прочтите
      Тему геройства.
      
      
      Глава 40
      Мне всё время (периодически... отчасти периодически...) засвечивалась истина, - да так, что я мог её достать одной рукой - да руки вот только коротки.
      Аминь.
      Amen.
      
      Глава 41
      Каждый раз словно чего-то недоставало. То соли, то спичек, то женщины хорошей (они чаще всего давно замужние), то быть может и девушки (бесшабашные они, как показывает практика, и легко вас променяют на других - кто больше заплатит).
      
      
      Глава 42
      Конечно, не всегда понимание истины, - то да иное, - способно перейти какую-то даже порой и мыслимо немыслимую границу бытия, дабы пройти всю парадигму правды и оказаться в границах истины. И то ли ещё будет, хочется воскликнуть, но в действительности всё оказывается не так, как оно есть.
      
      
      Глава 43
      Безусловно, всё то, что оставалось - было как нельзя лучше (то что в просторечии называется "кстати") и что поистине так порой нам радует глаз, когда мы пребываем уже в преклонных годах или воспоминаниях о том. Какие мы тогда были ого-го.
      
      
      Глава 44
      Конечно... Конечно почти одновременно и да, и, конечно, почти одновременно и нет, но всеми силами (фибрами души, писал я когда-то в молодости, после отказался, сейчас вспомнил, по-моему, что-то не то), всеми силами тянуло меня к ... счастью.
      
      
      Глава 45
      И это правда.
      
      
      Глава 46
      Вероятней всего я сейчас сам подгонял сани ездока. Но ведь снег, который так любил бессмертный Александр Сергеевич...
      
      
      Главам 47
      Иногда казалось, что события сами способны переходить границы бытия. Да, зачастую, ещё и так, что кажется, что ничего такого вроде как и не происходит да не случается, а ведь поистине случается самое важное и главное - случается истина. Почти та самая, которой все эти годы нам всем так недоставало. Почти та самая, имя которой было прорыв и звезда. Как в известном фильме Гайдая ("Иван Васильевич меняет профессию", - название дурацкое в своей излишней простоте детской наивности, но фильм гениальный), так что, получается у Вас два мужа? (недоумённо спрашивает милиционер?) Получается два... (расплывается в улыбке главная героиня) ...
      
      
      Глава 48
      И ведь всё как никогда удивительно...
      
      
      Глава 49
      Конечно, какое-то, - определённого рода, - затуманенное событие бытия почти однозначно не способны этак сразу и разом вывести из цепочки нелепой задуманности. Но вот то, что иногда нечто подобное случается (да происходит), почти однозначно говорит о том, что фактор игры и действительно играет роль. Пусть и роль, конечно, несколько преувеличенную, и даже, быть может, роль не существующую, но ведь и факт поистине остаётся фактом, а значит и само по себе сознание (или, лучше сказать, осознание) часто ведёт не к тому (благими намерениями вымощена дорога в ад как известно...).
      
      
      Глава 50
      Человеческий разум, конечно же, зачастую не способен понять всё то величие в том числе и самого себя, а потому человек нет-нет да и ищет (начинает искать как минимум рано или поздно) какие-то подтверждения тому, с чем он порой лишь только сталкивается (только сталкивается...). Тогда как подобное всё есть непременный мизер в сравнении тем, чего, - а) на деле не существует, б) что ещё только возможно быть. И при этом ни того ни другого нет и никогда не было. Да и даже не намечалось. Понимаете весь парадокс? А на деле ведь и парадокса как такового нет, просто мы все пребываем в каком-то зашоренном видении всего и вся, живём штампами, стереотипами да какими-то ложными условностями, - навязанными нам когда-то кем-то - порой даже исторически, после чего передаются из поколения в поколение - тогда как то, что в действительности - мы не видим и не замечаем, подменяя это теми или иными (наложенными) кальками, лекалами да образцами, - образцами, заметьте, того, чего нет и никогда не было.
      И это при том, что оно было, конечно, но было замечено и не увидено, переведено не так, ошибка в общем, и всё ведь так и есть, - как ни странно, как, пожалуй, и ни странно...
      
      
      Глава 51
      Порой мы не слишком много можем для кого-нибудь сделать, но то, что этого нет и не было (по сути, никогда не было), говорит уже само за себя; после чего становится поистине страшно (ну или почти одновременно и страшно и радостно) за происходящее. И две парадигмы правды, две параллели истины, две, - почти одновременно, - радости и горести бытия (пламя и лёд, инь и ян, бог и дьявол, зима и лето, весна и осень, солнце и луна, - и так далее и тому подобное, ведь самая планета построена на противоречиях - и равноудалённых друг от друга обстоятельствах, - а значит мы просто непременно должны с этим считаться.
      
      
      Глава 52
      Иногда даже и порой затуманенные способности разума (ну или шопенгауэровской воли, если так будет проще, хотя, как помним, Ницше поддержав своего учителя, после опровергнул его в своём представлении, конечно, да и учитель это не тот кто непосредственно учил, а тот, которого последователем он стал, - у меня таких десятки учителей - академиков, нобелевские лауреаты есть даже к слову, и всех я действительно считаю своими учителями - но учителями по разным наукам из моих почти полсотни высших образований и дюжины докторских, так вот порой иногда и затуманенности разума предполагают поистине то да иное, а на деле (да поистине) случается и вовсе хаос, после которого непонятно что, непонятно где, непонятно зачем всё это происходит, - и ведь на самом деле непонятно, - потому что то, что происходит (случается... случается...) и чему свидетелями (порой невольными) мы становимся, на деле, конечно, далеко превалирует за какой-то даже относительно ясный и понятный интерес. Ну хотя бы потому, что это всё так и есть - и это правда.
      
      
      Глава 53
      Есть в мире что-то такое, - мысль... мысль...- что мы не замечаем, но оно поистине проходит незримо между нами, рядом с нами, одновременно с нами, и даже порой вместо нас.
      И вот это "нечто" мы должны (порою даже обязаны) улавливать - и тогда будет всё перед нами таинственно и правильно. И одно - не будет противоречить другому.
      Аминь.
      
      
      Глава 54
      Я так стремился всегда убежать от самого себя, - при этом, понятно, отвергая советы других (по типу "мы сами с усами"), - что лишь после пятидесяти двух лет (и уже моём приближении к пятидесяти трём, три месяца осталось, сейчас конец февраля две тысячи двадцать пятого, я родился двадцать девятого мая тысяча девятьсот семьдесят второго), три месяца, - так вот... (А вот так вот или и так понятно, или всё это необходимо было, чтобы я написал другое. Аминь.)
      Amen.
      
      
      Глава 55
      Порой (иной раз... иной раз...) мы совсем не знали да не ведали где истина.
      При том что как раз истина была там, где в тот раз были мы.
      Парадокса?
      Абсурд:
      Да нет, - скорее реальность.
      Та самая реальность - с которой столкнутся люди уже после нас, в двадцать втором и в двадцать третьем столетии...
      
      
      Глава 56
      Кстати, я заметил, что подавляющему большинству вообще на всё "всё равно". Но ведь это и не страшно, потому что мир создаёт свои великие творения для ценителей. А таких единицы. Масса ничто, ибо она тупа и нелепа. Единица подчиняет себе массу, дописывая нули. Десять, миллион, миллиард, триллион, далее...
      
      
      Глава 57
      Не всегда, далеко не всегда становилось понятно, что в действительности мы все сами хотим. Такова отчасти природа человека, особенно человека ищущего, когда мысленно он перебирает множество вариантов и ещё сам не знает на каком остановится, потому как в разных потоках сознания становится актуальной и разная информация. А потому...
      Подумал я сейчас, что в действительности почти все сто процентов людей живут какими-то штампами да стереотипами. Так им легче, так им понятней, так им привычней. Но мне всегда хотелось делать что-то наоборот. А потому всегда было очень тяжело с социализацией...
      
      
      Глава 58
      Иногда ведь и действительно я нет-нет да и уходил в даль вечную (и даже можно сказать, что даль бесконечную).
      Но при этом так ещё совсем не правильно было говорить, потому как очень многое из того, что только домысливалось - далеко не таковым казалось в действительности. А часто что и сама действительность попросту исчезала, стоило только начать понимать, что к чему и что да как.
      Понимаете?
      
      
      Глава 59
      Конечно, не всегда казалось, что полное счастье - есть счастье именно такое, какового всё это время недоставало.
      Но при этом понимал я, что всё, конечно же, было не так (ну или не совсем так). А потому отчасти оставлял за собой право и просто появиться, считай, не вовремя, - но без устраивания сцен, а словно в чёрных очках (незримых... и незримо...) пройдя мимо.
      
      
      Глава 60
      Иногда казалось, что правда начинает запутываться в истине.
      Правда и истина - как говорил Маяковский (перефразируя его "Партия и Ленин") близнецы-братья. Кто более истории ценен. А у нас тогда кто более ближе к истине или к правде, когда они ведь и действительно близнецы.
      
      
      Глава 61
      А ещё бывает всего одна буква в фамилии, а столько эмоций...
      
      
      Глава 62
      Понятно, что в каких-то параллельных измерениях бытия мы, наверное, способны угадывать весь тот отчасти беспардонный ужас (ну или разум... разум...), который просачивается вокруг да около.
      Но ведь в действительности, наверняка всё это не совсем так (или порой даже совсем не так). Ну хотя бы от того, что всё в мире, иной раз, весьма и весьма относительно. Да и даже не касается напрямую участников происходящих событий. А, зачастую, проходит всё бессознательно, а значит это всё (и нам, и им) лишь только кажется.
      Кажется.
      Кажется...
      
      
      Глава 63
      Порой становилось до отчаяния непонятно что к чему. На рассвете стоял на заре и свистели пули. А пули-то свистеть не могли. Неужели кажется, подумал я, и вдруг рядом раздался взрыв. Осколки прошестели мимо. Этого тоже не может быть, подумал я, как словно подхватило меня что-то (одновременно с очередной хлопушкой), и после я оказался засыпал чернозёмом.
      Ну это уже и вовсе чёрт-те что, - подумал было я, как боковым зрением заметил (этак в три дэ, а то и, пожалуй, в пять дэ) заметил, что рядом со мной были трупы.
      Вот те раз, подумал я и проснулся.
      Страшный сон, однако, произнёс кто-то, а я лишь подумал в этот раз что проснулся, и это главное.
      
      
      Глава 64
      Поистине, очень часто и само время путается в показаниях разума.
      И сколько ты (ты, я, он, она, - мы... мы...), и сколько ты не пытайся распознать все допустимые границы бытия, поистине ничего никогда не удаётся ведь.
      
      
      Глава 65
      Иногда от отчаяния ему (мне... мне...) хотелось плакать.
      Но вот что касается меня, я, к слову, старался никогда не доводить себя до подобного рода ситуации.
      И не потому, что мне было себя жаль, нет. Просто не любил я всякого рода слёз. Будучи по природе излишне сентиментальным (и скрывая это), я понимал, что при невольном допущении подобного и сам расплачусь (причём откровенно и всерьёз). А, учитывая, что люди звери (равно как и тупые скоты), я знал, что они непременно - рано или поздно - (скорее рано, чем поздно) - воспользуются этим (приняв моё благородство за слабость), а потому попросту не смел себе позволить проявлять слабость, а значит и откровенность.
      А потому, будучи бургомистром, я наказывал и наказывал этих сволочей. Кои, конечно же (этак философски и априори) были невиновны, но их природа человеческая была такова, что их попросту необходимо было уничтожать. Почти как унтерменьш...
      
      
      Глава 66
      Иногда, конечно, чисто психологически можно опускаться, - но вот весь вопрос, что считать этим самым словом... Ведь в советское время даже академики, профессора и доктора наук не брезговали:
      - Скажите, а товар ещё будет? (многозначительно подмигивая, или, скорее, как у него получалось, перемигивая с глазу на глаз, из-за чего получался поистине клоун, но в галстуке и в пиджаке, а потому как минимум интеллигентный клоун))
      - Нет, - отвечала какая-нибудь тётя Таня или какая-нибудь иная дура, носившая имя после "тётя".
      
      
      Глава 67
      - А ведь мир после этого не закончился. - невольно подумал я.
      - Ещё бы, - ответило мне чьё-то эхо.
      И я поистине уже не понимал что это было: то ли это моего подсознания, то ли чья-то речь, слышавшаяся мне, то ли просто это всё давно (и надолго) засело в моём подсознании и мне лишь всё только кажется. А потому призму и призму бытия я нет-нет да воспринимал с частицей расстройства.
      Но почему тогда нет запятой, подумал я, после словосочетания "нет-нет" и перед "да", - ведь она по правилам русского языка должна быть, - но... Но после понял я, что у нас ведь и не только русский сейчас (собственно, проговариванивание темы), а сугубо философия, филология, и моя оптимальная психология. Аминь.
      Ну или амен, амен, амен.
      Amen.
      
      
      Глава 68
      И это фактически была та самая правда, которой все эти годы недоставало.
      Аминь.
      Да будет так.
      Amen.
      
      
      Часть 4
      Глава 1
      Связь между прошлым и будущим всё равно будет существовать. И наша задача - выявить эту связь, понять её и, если необходимо - или принять на вооружение, или простить.
      
      
      Глава 2
      Мне всё-таки казалось, что это всё будет удивительно прекрасным и столь же откровенно чудотворным. И даже когда перед нами встаёт что-то, что нужно именно нам - необходимо это всё брать как раз сейчас и ни часом позже. Просто потому, что хороша ложка к обеду. (За нас всё давно уже придумали, главное, следовать этому и вносить маленькие инновации, потому как жизнь продолжается.)
      
      
      Глава 3
      Фактически я гордился всем этим. Гордился, в том числе, и прожитой жизнью. И это при том, что я ещё живу.
      
      
      Глава 3
      Конечно, я шёл в направлении к счастью и буквально к нему всегда стремился.
      И вот когда оказывалось так, что словно не понимал (ну или недопонимал чего-то), почти тотчас же оказывалось, что на всё есть и действительно порой удивительная причина отчего это так. А сама жизнь...
      Ну а сама жизнь - она ведь непременно продолжалась. Причём всегда продолжалась. Просто порой находились моменты, которые словно сбивали в сторону.
      Но так было не всегда. А что было всегда? Правильно! Всегда была задача, которую я ставил перед собой. Сначала ставил, а после решал. И, - как учила покойная мама (убили в её пятьдесят семь лет и мои тридцать один, а через пару месяцев мне самому уже пятьдесят три, - если доживу, конечно, отец не дожил, его убили вместе с женой, моей матерью, в его пятьдесят шесть за две недели до нового дня рождения, пятидесятисемилетия, - равно как до этого убили и всех его десятерых родных братьев, - он был одиннадцатый ребёнок в семье и всех убили, отец ещё шутил, мол, интересно, всех братьев убили, я что-то один остался, сам умру или убьют, - убили...).
      
      
      Глава 4
      Иногда нечто подобное, - какое-нибудь особого рода вИдение, - впихивалось (пыталось... пыталось...) в те да иные мои "раздумия" да мысли - да вот оно ведь действительно лишь только пыталось, а потому не всегда и выходило. И это отчасти весьма правильный алгоритм жизни, ибо очень многое пытается извне навязать нам себя - но далеко не всё мы принимаем (большинство отвергаем).
      
      
      Глава 5
      Жизнь вообще многим кажется той чередой соблазнов, коей они должны воспользоваться. Но вот вопрос в том, что я не все. И делаю, и совершаю поступки, за которые сам несу ответственность. Не перекладывание вины на другого - это самое важное в жизни. Потому как тогда, когда придёт и радость - вы сами её получите сполна (в полной мере да степени). А это значит, что Вы сами будете решать с кем её - радостью (а часто и дивидендами от оной) - поделиться.
      Аминь. Что означает - да будет так.
      Amen.
      
      
      Глава 6
      Мне всегда казалось, что я обязательно способен успеть добиться многого и важного.
      А ещё я всегда наслаждался текущим моментом и медитировал на ту ситуацию, которая была сейчас, принимая всё как должное, если хорошее - как благодать божью, а если не очень хорошее - как искуплением малым злом - зла большего. И вот с такой нехитрой философией жил, да и не только жил, но и постигал жизнь с самого детства. Ну или, пожалуй, подобного рода понимание пришло с годами, с возрастом. В детстве да юности (большей частью даже юности) мы ведь наоборот, по молодому заблуждению да общей ошибочности ворчим на жизнь. Тогда как на самом деле всё конечно иначе и по-другому, чему подтверждение наши зрелые годы, когда мы понимаем, что всё, по сути, ерунда - было бы здоровье. Да оно и понятно, дело идёт к старости и к смерти, а значит невольно ты уже отбрасываешь всё лишнее да ненужное, и...
      
      
      Глава 7
      Достаточно часто мне казалось, что словно всё этак разом остановилось и потеряло свою какую-то природную активность.
      И при этом ничего такого в действительности не происходило, потому как порой мне очень хотелось, чтобы изменялось что-то, и когда оно изменялось, - справедливей сказать: подвергалось изменениям, - то всё действительно становилось на круги своя (возвращалось... возвращалось...). А значит и ничего такого уж страшного и опасного не было. Да, по сути, ведь и не могло быть. (Ну разве что возникновение какого-то экстраординарного случая, который может и не уместен порой бывает вовсе...)
      
      
      Глава 8
      Я часто двигался не туда. Но двигался. Запомнил поздравительные слова второго и основного русского моего издателя книг (книги сейчас большей частью издаются за границей, Германия, Канада, Сингапур, в России, к сожалению, пока лишь переиздание, десятое или сотое уже по счёту, не при помню), так вот запомнились его слова на мой день рождения, по-моему на мои сорок лет, которые я отметил пышно в Москве на Таганке, куда тогда меня поздравить приехали несколько сотен артистов со всей страны - он сказал - Вы настолько талантливы и харизматичны, что способны повести за собой миллионы. Даже если, поправился, Вы пойдёте не в ту сторону...
      
      
      Глава 9
      Невольно замечал я, что годы не только уходят, но уходят порой катастрофически. А взамен им ничто словно и не предлагается. Ну этак нечто новое, непонятное и пустое... А это значит... А ведь это значит, что...
      
      
      Глава 10
      Всё в мире должно пройти своё испытание, всегда считал я. И это испытание была отчасти сама судьба. Та самая судьба, которой всё это время всем нам так не хватало. Та самая судьба, которая нет-нет да и захватывала саму жизнь. Мою жизнь, понимаете? Мою - по сути - жизнь.
      
      
      Глава 11
      Когда я был счастлив...
      
      
      Глава 12
      Мне иногда хотелось достаточно громко смеяться от радости.
      Ну или сожалеть над всем тем отчасти несостоявшимся, что, по сути, лишь только должно было прийти в будущем.
      Вопрос тогда - почему не пришло? Думаю, что этот вопрос поистине мы должны оставить где-то в далёком прошлом. Быть может даже там, где никогда и ничего даже не было. Даже не было... Даже - не было.
      
      
      Глава 13
      Всякий раз, начиная новую книгу, я спешил её закончить и начать новую. Этакий бег в бесконечности бытия (по сути - белка в колесе).
      И при этом я знал, что это в конечном итоге принесёт облегчение всем людям. Такой подход.
      Да будет так.
      Аминь.
      Amen.
      
      
      Глава 14
      А я всё невольно думал и думал о том, куда простирались все эти границы бытия и на сколько ещё будет возможно отодвинуть всемирный разум, попросив его хоть немножечко ещё помолчать - в преддверии, поистине в преддверии чуда.
      Но на деле всё чаще образовывался какой-то хаос. Хаос души, хаос тела, хаос поистине всех тех возможностей, о которых, быть может, мы даже и не представляли. Но они точно были.
      
      
      Глава 15
      Иногда мне казалось, что всё выглядит действительно заоблачно затуманено и нет возможности вернуть всё назад.
      А в действительности ведь есть, точно, что есть. Просто порой нет ресурсов. А если бы они были...
      
      
      Глава 16
      Конечно, не всегда сама жизнь так-то уж чтобы способна оказывалась вносить какие-то свои коррективы куда бы то ни было. И при этом...
      И точно также при этом всегда был определённого рода раздрай во всём и во вся. Ну хотя бы потому, что непонятно и неясно было то, что порой ещё только способно казаться каким-то точным и до конца ответственным. Да и на деле это всё смахивало больше на какое-то подобие ошибки, нежели чем на ту да иную правду. Истинную правду. Правду, касаемую, быть может, и самой жизни.
      
      
      Глава 17
      Каким-то образом всякий раз происходило нечто, что невольно отбрасывало меня назад. Да, так это, конечно, всё было. Но и то, чего ещё не было, всё это нисколько не означало что произойдёт всё (хотя бы со временем) именно так, как кто-то того желает. Кто? Кто был этот кто-то? А разве это не мы сами часто бываем тем, кого наделяем какими-то непонятными и необъяснимыми мыслями, делами да поступками. Тогда как на деле всё ведь зачастую совсем и совсем иначе. Порой даже и вовсе всё иначе. Просто не так, далеко не так, как это, быть может, должно когда-либо быть. А потому и совсем не стоило может даже задумываться об этом. А всё, что необходимо - следовать какому-то, особого рода, плану. При том что каков этот план и в чём он выражался - никто не знал. Никто, в том числе ни вы, ни я. Я вообще писал исключительно бессознательно, следуя потоку сознания. Ну а вы, вероятней всего, так и мыслите. Иначе мы с вами давно бы уже были в раю.
      Правда ещё раньше туда пришёл бы кто-то другой.
      Кто?
      А кто его знает...
      
      
      Глава 18
      На удивление, когда-то раньше всё было и правда как-то по-другому. Не сказать что легче, но сказать что тяжелее - тоже не смог бы.
      И тогда получается, что перед нами поистине проходит нечто что-то такое затуманенное да удивительное, то, чего, быть может, и невозможно было даже понимать, знать, во что можно было бы верить, да и вообще, всё чаще всего больше было туманного, нежели чем понятного.
      
      
      Глава 19
      Иногда раздирало меня и вовсе нечто противоречивое и точно, что необъяснимое даже. И поди догадайся что это было. Явно какие-то противоречия. Но какие? И насколько это всё, конечно, коррелировало со всем тем, что было внутри меня. Внутри всего того, что вроде как вполне явно существовало, но при этом было настолько загадочно-затуманенным, что далеко не всегда удавалось и действительно узнать всё да вся. И что наверняка, всё это отчасти напоминало какую-то ошибку. Вернее, то ли ошибку, то ли нечто такое, что и существовать, по сути не могло. Не могло - потому что не было способно.
      Но и всё равно при этом явно начиналась какая-то загадочно-удивительная истина, которая так или иначе вела к удаче. Удаче и по отношению к каким-то нашим (вашим да моим) достижениям, удаче и касательно просто определённого рода светочи жизни. Почти той самой, о которой всё больше можно было говорить, нежели чем молчать. Молчать, иной раз, даже и не то чтобы молчать или сомневаться, а молчать просто потому, что молчание - это ещё, в первую очередь, и как раз та самая недоговорённость, которой всё это время всем нам так недоставало. Хотя и, конечно же, всё подобное было лишь и действительно тем недостающим, без которого всё и не могло выглядеть верным, истинным да правильным. Ну хотя бы от того, что так попросту должно было быть.
      
      
      Глава 20
      Несмотря ни на что, я продолжал верить, что нахожусь на правильном пути и со временем обязательно должен был прийти к тому знаменателю, которого порой так недоставало.
      И удивительно, всё это ведь и действительно было (или казалось) так. Хотя может ведь и правда, что было.
      
      
      Глава 21
      Сама по себе жизнь конечно нет-нет да и пытается затуманить разум то ли какой-то неведомой рассудительной вежливостью, то ли и вовсе чем-то необъяснимо-забавно-загадочным. Но почти наверняка что это всё порой настолько туманно и нелепо, - я бы даже сказал невыносимо-нелепо, - что, по сути, ничего толкового да ясного можно было бы и вовсе не говорить. Ну разве что казался мне поистине какой-то туман в голове и прочие инсинуации разума. Так что то, что вроде как если и было когда-то - постепенно превращалось в песок небытия. А уж оттуда этот самый песок растворялся, иной раз, и вовсе неизвестно куда. И это было правда. Быть может даже истинная правда.
      
      
      Глава 22
      Стремление всегда и во всё взять вверх - почти всегда (и непременно это так) приводит к каким-то особого рода инсинуациям разума, которые, быть может, даже если и не замыкаются на чём-либо действительно необходимом, то точно, что со временем всё исчезает куда-то. Чтобы уже оттуда... Ну, пожалуй, чтобы оттуда уже не выползти уже оттуда. Да и кто, по сути, знает, что это такое. Пустота да томление духа, не иначе что так.
      
      
      Глава 23
      Вероятнее всего, достаточно многое мне ещё только казалось, что это всё так. Да и в действительности так или не так это было - я ведь попросту (то есть, до конца) не знал. Но уже предполагал при этом, что очень многое могло вообще, по сути, пойти не по правилам. То бишь не до конца так, как я того хотел. А то и вовсе, быть может, не так. Ну хотя бы потому, что становилось что-то непонятно-необъяснимое и немаловажное. Да и вообще, если разобраться, что-то случается порой точно, что идёт не так как это всё того требуется. И это правда.
      
      
      Глава 24
      В жизни достаточно часто мы нет-нет да и начинаем вдруг подменять какие-то правдивые понятия ложными. Хотя, конечно, правда и ложь - это всё относительно и смотря с какой стороны смотреть и как о том договориться. Это также как на войне французов с немцами - когда напали немцы, то их матери молили бога, чтобы выжили они (а это значит убили французов), а французские матери молили бога об обратном. И там и там мать и сын. И там и там правда, но вот только у каждого она своя и чаще всего побеждает в мире та правда, о которой договорится большинство. Чисто философский вопрос, не иначе как.
      
      
      Глава 25
      Достаточно часто всё оказывается далеко не таким оправданно-искренним как, вероятно, мы то ожидали. И даже если предположить, что всё есть правда (даст ист фантастишь), и если предположить, что это всё есть (почти одновременно с этим) и ложь (ну а почему не предположить, тем более если всё относительно), то в таком случае тогда перед нами явно назревает определённого рода конфликт, истинную природу которого нам никак и не разгадать. (Да ещё и непонятно: надо ли разгадывать.)
      
      
      Глава 26
      Достаточно часто то ли я сам запутывал себя, то ли так да иначе невольно погружался в какую-то достаточно любопытную, на мой взгляд, загадочность.
      И вот когда становилось что-то непонятно (часто это уже означало что необъяснимо-непонятно), то почти тотчас же я отгадывал эти ребусы судьбы. Ну или же близился к отгадке.
      
      
      Глава 27
      Сама по себе истина порой складывалась в те самые загадочные дали, которых первоначально вроде как ещё и не было на горизонте (и даже как будто бы они не намечались), а после становилось на удивление понятно, почему да отчего всё складывалось как раз именно так, как это то было необходимо. Да и сама по себе судьба очень часто по-своему расставляла ловушки бытия. (Ловушки бытия - в поисках счастья.) Да и, пожалуй, что можно было бы не уточнять всё, потому как всё равно происходит всё не иначе как агрессивно и неправильно. (Часто агрессивно; в большинстве случаев неправильно.)
      
      
      Глава 28
      Я думаю, - и так мне отчего-то точно кажется, - что удастся осуществить задуманное ещё при (своей) жизни.
      Просто потому, что я так хочу.
      А это значит, что как раз именно так всё и будет.
      
      
      Глава 29
      Следует понимать, - немного приоткрою тайну бытия, - что в мире всё взаимосвязано и имеет причинно-следственную связь. Ничто не образуется само по себе, - разве только с момента основания мира, а далее почти всё исключительно взаимосвязано. Почему "почти" - потому что нет-нет да и вкрапливается (ибо всегда возможен) форс-мажор. Но это действительно исключения. А так всё очень даже взаимосвязано. Притом, что в каждом случае всё всегда сугубо индивидуально, но и даже в общем плане не знает никто что суть есть правда (недаром если десяток философов собрать в одном зале, то будет хаос, а если сотню - то будет хаос в десятой степени, и далее в геометрической прогрессии в зависимости от, в зависимости от...)
      
      
      Глава 30
      Я словно и сам не понимал, что (и главное: куда?) спешил.
      Но то что спешил - было точно.
      
      
      Глава 31
      Основная ошибка человечества при общении - что они вежливость и интеллигентность воспринимают за слабость. За это их будет бить судьба, а при жизни старался всегда ударить и я. Чаще всего психологически (наказав дурака), но иногда и реально (недаром я был тем, кем был и достиг того, что достиг...)
      
      
      Глава 32
      Люди вообще мне всегда казались весьма и весьма удивительными. Чаще всего они сами влезали в какие-то ситуации, способные вызвать проблемы. (Проблемы пока что ещё на первом этапе весьма фигуральные, а потому и проблемы весьма относительные. Но те да иные индивиды катастрофически охотно влезали туда. И всё для того, чтобы после покаяться и попроситься обратно. Мама, возьми меня обратно. Парадокс? Парадокс. Но все мы - и вы, и я - должны знать, что нам с этим парадоксом жить.
      
      
      Глава 33
      Вероятнее всего, в той да иной манере нам всем угадано достаточно многое. И вот насколько всё это становится иной раз предопределенно - за это поистине угадывает само время. Быть может даже то самое время, которого всем нам так всегда недоставало. И почти наверняка то самое время, при котором я, быть может, и сам не знал куда и как податься. (Хотя вот я как раз оное всегда знал. И чем старше становился, тем чётче очерчивался путь. А по молодости да, юношеские годы - они поистине почти у всех шатания и поиск себя.)
      Впрочем, что касается поиска себя, это всегда привносило особого рода комфорт в ситуацию вокруг меня (да и вокруг каждого из вас, тут не надо обольщаться).
      И вот когда нечто подобное происходит (зачастую лишь только начинает происходить), тотчас же (ну или почти тотчас же) перед нами вспыхивает всё и вся. И становится... И становится... И становится почти порой и вовсе непонятно ничего. Ну а на деле, конечно, явно и понятно всё. Согласитесь?!
      
      
      Глава 34
      Иной раз мне казалось, что вот-вот и всё почти разом закончится.
      Но проходило время, и видел я, что оное продолжалось.
      Что это по-настоящему было - я не знал. Догадывался, быть может, но знать, чтобы знал - не знал. Хотя...
      Я хотел сказать, что отчасти мы ведь, пожалуй, и все знали, что это и как да к чему. Вот только видимо сама по себе судьба нет-нет да вспыхивает какими-то иными красками бытия. Так, что, пожалуй, и ничего уже быть может и не скажешь.
      Ну разве что задумаешься...
      
      
      Глава 35
      Мне иногда начинала нравиться практически откровенная ерунда. И даже казалось, что она удачная вроде как, и даже создавалось впечатление, что правильно всё и верно, а на деле этак раз - и непонятности какие-то возникают. А то и даже вирус словно заползает и начинает неожиданно менять всё, словно создавая на базе чего-то правильного и истинно верного - свою какую-то версию то ли глупости, то ли которой печали.
      Да и на деле ведь всё так точно происходит и даже кажется, а вот нет и всё. Нет - и всё. Нет - и...
      
      
      Глава 36
      Почти непреклонная судьба со временем нет-нет да и изменяет собственные правила. И это в порядке вещей, и это правильно, ибо тем самым как раз она даёт возможность всем нам понять модель правильной линии поведения, модель вообще понимания вселенной. И когда действительно случается чудо - это чудо невольно как раз и направлено на всё да вся. На всё - и вся. На всё - через вся - ко всему.
      Аминь.
      Amen.
      
      
      Глава 37
      Мне всегда становилось и понятно, и по-своему значимо всё то происходящее, что, пожалуй, лишь только ещё становилось возможно.
      Но и даже если предположить, что это всё именно так, иногда (порой... порой...) нет-нет да и вкрапливалось нечто такое, без чего, по всей видимости, и вовсе нельзя. И это иной раз было настолько странно, что я даже не знал, что сказать.
      
      
      Глава 38
      Вполне возможно, что и не всегда мы все приходим к какому-то единому знаменателю. И при этом... И при этом всё (да и всегда) ведь более-менее ясно и понятно.
      А ещё... А ещё очень и очень даже обоснованно.
      И это правда.
      
      
      Глава 39
      Аминь.
      
      
      Глава 40
      Amen.
      
      
      Глава 41
      И ведь это тоже было правда. Правда все ваши сомнения и невольные оговорки (равно, вероятно, как и от - говорки).
      Да и вообще, по сути, всё то, с чем вы привыкли жить - убирает другая жизнь, более молодая.
      Да, она может глупа, излишне глупа, быть может даже, но нет-нет да рулил ведь она, однако.
      Ну или позволяет (делает вид) что всё именно так. А на деле.
      На далее...
      Да чёрт с ним, что в этом, большей частью вымышленном "на деле", ведь мы все видим то, что "по факту".
      Аминь.
       Amen.
      
      
      Глава 42
      Вероятнее всего всё то, что когда-то было лишь только намечаемо нами - поистине свершалось, преобразовываясь и постепенно превращаясь в нечто поистине важное и необходимое. И лишь только казалось что-то, что никак не укладывалось в отпечаток времени (рамок бытия, собственно понимания даже), после чего становилось понятно, что впереди нас ждёт что-то поистине важное и необходимое. Ну а также нужное, безусловно нужное.
      
      
      Глава 43
      Всё то, о чём бывало мы лишь только намечали разговор - почти всегда тотчас же случалось (происходило... происходило...). И подобное становилось возможным потому что мир не стоял на месте и всё вокруг было взаимосвязано. Понимаете? Всё, что пребывает вокруг нас - взаимосвязано. Причём столь крепко и сильно, что, надавливая на одно - начинает изменяться другое.
      
      
      Глава 44
      До конца законы мироздания нами ещё не изучены. Но это та область изучения, которой занимаюсь я всю жизнь, подходя то с позиции философии, то с позиции теологии, то с позиции мистики (магии, эзотерики). И то и другое, и третье имеет право на существования, потому как когда-то было единым целым и называлось метафизика. А после разделилось на части, и каждую часть забрали себе то мистики, то ученые, то богословы.
      
      
      Глава 45
      Когда вы начинаете искренне заблуждаться - вы сами того ведь не замечаете. Равно как не замечает и никто другой.
      А если вы ещё обладаете приятными обертонами речи, то всё подобное невольно приводит вашего слушателя к гипнотическому состоянию.
      А если вы ещё и обладаете харизматичной внешностью - то к гипнотическому состоянию приводите и зрителя, помимо слушателя.
      Ну а если вы ещё и ярко выраженный пассионарий - то тут уже и рассуждать, как говорится, не о чем.
      
      
      Глава 46
      Фактически я пытался каждый раз нащупать нечто своё, и столь же этот каждый раз передо мной явно вспыхивало всё то нечто, чего мне по-настоящему недоставало. Всегда недоставало. И на удивление, конечно, но всё это было именно так. Ну или почти именно так, ибо, по сути, ничего страшного не происходило. Да и с помощью письмо-терапии Зелинского (учёный, открывший метод исцеления, им открыта ещё матрица повреждения и многое другое) я излечивался буквально от всего и вся, оставляя негатив, а с ним и возможные психосоматические болезни в прошлом.
      
      
      Глава 47
      Поистине, всегда ведь всё порой лишь только начинается и каждый из нас даже не знает в действительности своего явного предназначения. Так что вроде как и видите вы ещё что будет или должно быть, а на деле ничего такого нет порой и вовсе. А когда иное нечто - так тогда и случаются загадки различные да неизвестные (то бишь неразгаданные), а может и какие-то даже ясные и чёткие (по типу как те, что приходят к вам во снах, в снах - с их искажённой реальностью и поистине чем-то уникальным, важным, необходимым и родным да, непременно и родным.)
      
      
      Глава 48
      Фактически я всё время ловил какого-то своего особенного вдохновения. Так, что те, кто лишь только предполагали что-то подобное - уходили прочь. А те, которые намечали нечто необъяснимое - раскладывались передо мной порой в ужасно даже немыслимых поклонах. Но мы ведь должны помнить, что это всё явно выражает суть, в том числе, и нашего самовыражения себя - в отношении (окружающего) нас бытия. А значит всё, что мы делаем, это правильно и исключительно верно.
      
      
      Глава 49
      Вероятнее всего, это самое насущное и действительно поистине правильное всё то, что становится перед нами (и кажется столь явным, что иных вариантов уже как больше и не нужно, и не важно).
      А если и вспыхивает что-то, то, по всей видимости, это будет самым, что ни на есть, нужным и правильным, что только могло быть. Понимаете? И тут важно действительно понимать, но понимать не то что действительно знать, а понимание именно в ключе этакого ментального да трансцедентального знания. Понимание - как норма и порок, понимание - как истина и запрет, понимание - как хаос и удача - понимание отчасти и действительно такого рода понимание, когда всё перед нами поистине вспыхивает во всей парадигме правды.
      Аминь.
      Поистине, аминь, ну или традиционно - amen.
      
      
      Глава 50
      Как раз поистине словно бы и распаковывается человек (индивид... индивид...), а на деле ведь никаких дисгармоний и не происходит (и ни в плане исцеление - тире - избавления от разного рода социологических несчастий, и ни в плане чего-либо ещё - запрещённого и отчасти находящегося (пребывающего... пребывающего...) под запретом.
      Ну и значит это, что всё верно, чётко и правильно.
      И это ведь, по сути, и действительно именно так.
      Аминь.
      Amen.
      
      
      Глава 51
      Вероятнее всего, - если "конечно", - перед нами поистине вспыхнет та отчасти самая истина, которой все эти годы (как бы - явно... достаточно явно...) недоставало.
      И при этом почти понятно, что подобное недостижимо. Ну или затруднительно, - поначалу, - а после....
      
      
      Глава 52
      Мне казалось, я нащупал правильный путь. И путь это был столь честный и искренней, что мне ничего не оставалось, как следовать ему.
      
      
      Глава 53
      Иногда становилось понятно как будто всё. А иногда в поиске своего философского камня я продвигался медленнее обычного. Но ключевое слово было "продвигался". А любого рода движение вперёд это всё-таки очень и очень важно. Порой даже самое важное что было - это движение. Движение вперёд. При том что, если как раз образовывалось замедление, так оно играло на руку, потому что совсем скоро научился я понимать, что какая-либо заминка была всегда перед прорывом, перед открытием чего-либо. И это тоже ведь было удивительно и правильно. А ещё очень и очень даже верно и честно, что всё было именно так.
      
      
      Глава 54
      Вообще, я не склонен был ничего менять, потому что кто часто меняет что-то - тот всё-таки мечется почём зря. А любого рода метания со временем приводят к душевному кризису. Потому что становится как будто непонятно и невозможно отчего и почему всё именно так, а не иначе. (Тем более что "иначе" тебе вроде как это и не нужно было, и не важно было, и совсем-совсем порой и не - необходимо было. Вот ведь в чём вопрос то.)
      
      
      Глава 55
      Часто мы не знаем да не ведаем хорошо или плохо что-то у нас получается. Но почти однозначно лишь точно, - и действительно достаточно точно, - знаем, что, вероятней всего, именно так всё и должно быть. Ну и значит всё действительно будет именно так. Хотя бы потому что иначе это быть невозможно. Мы сами того не хотим. А мы ведь мыслью всегда программируем себя. Программируем своё будущее. Программируем свою жизнь. Жизнь мы программируем через, сначала, закладывание установок в подсознание, а после всё, что было в подсознании - переносится в сознание (само, какой-нибудь код активации и оное уже там), а через сознание происходит реализация в жизни.
      То есть в действительности всё, конечно же, просто (и даже проще простого). Потому я всегда говорил, что нужно понимать, что вы вкачиваете внутрь своего разума, потому как всё, что вы видите, слышите, чувствуете, мимо чего проходите и улавливаете, казалось бы, только второстепенными органами чувств или восприятия - всё незримо - сначала откладывается в подсознании (в бессознательном психики), а после переходит в сознание, а значит и начинает влиять на вашу жизнь, фактически жизнь формируя и подчиняя.
      
      
      Глава 56
      Когда-нибудь жизнь, конечно же, станет совсем другой.
      Какой она будет - понятно, что никто не знает. Ни я, ни вы. Но то, что человеку свойственно вкладывать в слова и мысли другого - свой смысл (отличный, иной раз, и далеко отличный от того, что тот говорил или о чём думал) это бесспорный факт, который принимается как аксиома - то бишь, не требует доказательства.
      
      
      Глава 57
      Не всегда активно, разумеется, даётся какое-то понимание истины. Но совершенно верно, что она есть и приходит к нам в том виде, в каком мы её способны понять (осознать и понять). А значит и жизнь как таковая должна всегда измениться, потому как жизнь любого человека - есть непреложное следствие его поступков и чего-то ранее сделанного (в том числе и его мыслей, получается). А потому и всё, что происходит - в этом как бы виной и все мы сами. Как в отношении самих себя, так и в отношении наших близких или тех, с кем мы даже иной раз косвенно пересекаемся. И это так, и это правда, и это совершенно точно и действительно верно.
      
      
      Глава 58
      Всё в мире относительно и часто столь ничтожно, что фактически ни о чём и невозможно даже говорить, кроме как понимать всё то так называемое понимание, которое зиждется на правде и справедливости.
      
      
      Глава 59
      Часто я намеренно инсценировал события, которые должны были произойти по тому или иному сценарию (вся жизнь - научный эксперимент) и тем самым дать мне столь необходимый жизненный опыт. Тот самый опыт, который в последующем способен будет поистине перевернуть всё и вся - и дать такие перспективы и возможности жизни, которых конечно же и нет и, вероятно, никогда не будет.
      
      
      Глава 60
      Достаточно часто всё намечалось печально и запутанно. И даже когда перед нами вроде как вспыхивала истина, - а какая она ни была бы, истина есть истина, - и тогда всё в итоге становилось словно совсем-совсем иначе. По-другому. Не так, разумеется, что не так, как то должно быть.
      Но вот если мы попытаемся начать разбираться: а как оно должно быть - то точно, что не найдём ответа. Да и любые даже попытки его, по сути, приведут не иначе как к какой-нибудь ошибке (часто даже концептуальной ошибке), а потому и всё то, что порой лишь только намечается - уходит почти непременно в даль дальнюю, даль вечную. Тогда как всегда ведь возможны и исключения из правил. Только вот они часто весьма и весьма туманны. Весьма да весьма. Предлоги одинаково хорошо и "и" и "да", и "да" и "и". Поистине, как у Маяковского в поэме о Ленине близнецы-братья, кто более матери-истории ценен, мы говорим партия, подразумеваем Ленин, мы говорим Ленин, подразумеваем партия. Действительно сильная личность в истории. Вообще в истории все сильные личности, которые смогли перевернуть её ход. (При этом такие личности в истории могут нести в себе понятно и деструктивное начало. Но на небе изначально есть свет и тьма, добро и зло, жизнь и смерть и так далее и тому подобное, а потому... А потому.)
      
      
      Глава 61
      Пожалуй, очень часто иной раз начинает случаться нечто такое, что словно бы и необходимо нам, но, конечно же, никак не отображается - ни в действительности, ни по факту - относительно того, что вроде как и так понятно, и так есть, и так существует.
      Но вот чем больше я начинал (со временем... со временем...) вкрапливаться в проблему, тем больше видел да замечал, что всё, по сути, происходит порой и совсем-совсем иначе. И не то, что это даже становится возможным или только кажется, - порой ведь всякие (те да иные) экзекуции разума проходят мимо, но вот точно, что всё и действительно (на самом деле) иначе. По-другому. А значит...
      Да порой ведь это и ничего не значит. Простая констатация факта, не иначе как. И не всегда (и не везде) надо искать скрытые смыслы. Просто потому, что их может и не быть там, где вы намереваетесь их искать. Человеку вообще всегда свойственно ошибаться, помните эту древнегреческую пословицу-поговорку ("Errare humanum est").
      
      
      Глава 62
      Поистине, всегда случается и возможно чудо. Чудо как в отношениях между людьми, так и чудо в личной жизни каждого. И, тогда уже, всё, что будет необходимо, это попросту слушать. Понимать и слушать, я бы даже сказал. Хотя можно и наоборот - слушать, и только потом понимать. Равно как вполне возможно и одно без другого.
      
      
      Глава 63
      Конечно судьба нет-нет да и всяческим (тем да иным) способом да образом стремилась привести (ну или свести) всё к единому знаменателю. Но вот насколько всё это было возможно - вопрос. Насколько в итоге удалось - вопрос. Да и вообще не факт, что нечто подобное вообще могло бы когда-нибудь удастся. Ну хотя бы потому, что в большей мере да степени всё продолжало быть инкогнито интересно. И это как минимум интересно, конечно. Ведь на деле никто в действительности и не знает да не ведает (по-настоящему если, этак по гамбургскому счету) что происходит в этой самой, невольно повторюсь, действительности.
      Вот так-то вот.
      
      
      Глава 64
      Я всегда продолжал верить в своё собственное предназначение.
      И несмотря ни на что - это так.
      И я каждому советую делать тоже самое что и я. Ведь чем больше мы живём, тем больше понимаем, что удача бывает приходит совсем-совсем не спросясь. Да и к тем, к кому даже самые серьезные аналитики да эксперты не предполагали. Ну так это ведь всё по законам того, кто сотворил мир. Помните кто первым вошёл в рай?..
      
      
      Эпилог
      Я думал было, что всё окончено.
      А как всегда оказалось, что всё лишь только начинается.
      Продолжение следует...
      
      Сергей Зелинский
      23/24 декабря 2024 - 11/12 марта 2025 года
      
      
      
      Сергей Зелинский
      Параллели зазеркалья. 2025 год
      
      
      (C) C.А.Зелинский. Параллели зазеркалья.
      
      
  • © Copyright Зелинский Сергей Алексеевич (s.a.zelinsky@yandex.ru)
  • Обновлено: 05/03/2026. 146k. Статистика.
  • Статья: Проза
    • Связаться с программистом сайта.