Флоря Александр Владимирович
В. Шекспир. Как вам это понравится

Lib.ru/Современная литература: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Помощь]
  • Оставить комментарий
  • © Copyright Флоря Александр Владимирович (alcestofilint@mail.ru)
  • Обновлено: 01/11/2014. 169k. Статистика.
  • Пьеса; сценарий: Драматургия
  • Скачать FB2
  •  Ваша оценка:

      АКТ ПЕРВЫЙ
      СЦЕНА ПЕРВАЯ
      Сад возле дома ОЛИВЕРА
      Входят ОРЛАНДО и АДАМ
      
      ОРЛАНДО
      Ежели я чего-то понимаю, Адам, то дело в следующем: по отцовскому завещанию на меня приходится какая-то нищенская тысяча крон. А ты еще говорил, что по благословению моего родителя братец должен был меня воспитать как следует. С того самого и пошли мои неприятности. Брату Жаку он дозволил ходить в школу, и теперь об его учености рассказывают мифы. Что до моей доли, то мне было дадено натурально домашнее воспитание. То есть меня держали дома, а воспитывала меня, значитца, сама натура. Куда это годится для джентльмена моей породы! Брат Оливер до сих пор держит меня в яслях, ровно какого-нибудь бугая. Подумай только, ведь жребий его жеребцов и то лучше моего: им ведь, окромя корму, дают еще и навыки, учат всяким штуковинам, хотя держать берейтора - дорогое удовольствие! А мне, своему единокровному брату, он предоставил расти, как сорной траве, так что я ему обязан воспитанием не больше, чем какая-нибудь тварь, которая ищет пропитания в назёме. И вот он за эту ничтожную милость, которую оказывает мне, пыжится изо всех сил, чтобы отнять у меня то, что дала сама природа. Заставляет харчеваться вместе с батраками, вообще оттирает меня от моего законного места и чем дальше, тем больше подрывает мое достоинство. Вот какое он дал мне воспитание! Вот что смущает меня, Адам, и вот от чего просыпается во мне и начинает говорить дух моего отца. Это же холопство! Это невыносимо, наконец! Но я ума не приложу, что можно сделать.
      АДАМ
      А вот хозяин, ваш брат.
      ОРЛАНДО
      Спрячься где-нибудь, Адам, и ты сам услышишь, как он шокирует меня.
      Входит ОЛИВЕР
      ОЛИВЕР
      Ну-с, чем вы занимаетесь, сэр?
      ОРЛАНДО
      Ничем. Не шибко я грамотный, чтобы ходить на занятия.
      ОЛИВЕР
      Значит, сэр, вы заняты тем, что убиваете время?
      ОРЛАНДО
      Занятно! Черт возьми! Скорее я вместе с вами убиваю вашего бедного брата, - смертным грехом праздности. Вот чем я занят.
      ОЛИВЕР
      Пресвятая дева! Грехов вам не занимать, ибо все они от праздности и родятся.
      ОРЛАНДО
      Прикажете пасти ваших свиней и вместе с ними набивать чрево рожками? Только сначала, сударь, покажите отцовское имение, которое я расточил, прежде чем дошел до такой нищеты.
      ОЛИВЕР
      Вы забыли, где находитесь, сэр?
      ОРЛАНДО
      Отнюдь. Я в саду вашей милости.
      ОЛИВЕР
      Вы помните, кто стоит перед вами?
      ОРЛАНДО
      Как же! Ваша милость во весь рост. Я-то помню. Чего нельзя сказать о вашей милости, которая могла бы вам подсказать, что я ваш младший брат, что я одной с вами крови. Обычай народов ставит вас надо мной по праву первородства. Но столь же почтенный обычай не отменяет нашего родства, хотя бы двадцать братьев стали между нами. Мы должны были поделить людское почтение к нашей фамилии, но вы подоспели раньше и присвоили всё.
      ОЛИВЕР
      Что, щенок?
      ОРЛАНДО
      Не лайтесь, не лайтесь, сударь: вы сами того же помета.
      ОЛИВЕР
      На что замахиваешься, подлец?
      ОРЛАНДО
      Я не подлец, а младший сын рыцаря Роланда дю Буа, и трижды подлец тот, кто назовет такое происхождение подлым. Не будь ты моим братом, я вырвал бы твой язык, которым ты порочишь сам себя.
      АДАМ (выходя из-за дерева)
      Не надо ссориться, добрые господа! Ради памяти вашего отца, помиритесь!
      ОЛИВЕР
      Прочь с дороги!
      ОРЛАНДО
      Нет, сударь, извольте еще кое-что выслушать! Отец вам завещал дать мне настоящее воспитание, а вы растили меня среди поселян, вытравляя из меня рыцарские качества. Дух отца восстает во мне, и я не намерен больше терпеть. Поэтому или дайте мне возможность обучаться всему, что необходимо для дворянина, или возвратите ту малость, которая мне была завещана, и я отправлюсь на поиски своей планиды.
      ОЛИВЕР
      И что ты будешь делать, когда все промотаешь? Впрочем, сэр, будь по-вашему. По крайней мере, в одном: даю вам добро на то, чтоб вы избавили меня от своей особы.
      ОРЛАНДО
      Не раньше, чем вы отдадите мое добро.
      ОЛИВЕР
      И вы убирайтесь с ним, старый кобель!
      АДАМ
      Значит, за все труды меня так наградили! Вот я уже и кобель! Вот я уже и старый! Но что правда, то правда, я даже все зубы потерял на вашей службе. Небо упокой моего старого доброго хозяина: уж он-то не угостил меня такими поносными словами!
      ОРЛАНДО и АДАМ уходят.
      ОЛИВЕР
      Вот как! Он начинает отбрасывать тень против меня! Ну, я тебя укрощу! А тысячи крон тебе не видать. Эй, Дени!
      Входит ДЕНИ
      ДЕНИ
      Чего изволите, ваша милость?
      ОЛИВЕР
      Карл, герцогский борец, пришел поговорить со мной?
      ДЕНИ
      Да, ваша милость. Уже давно ждет-с.
      ОЛИВЕР
      Пригласите его.
      ДЕНИ уходит.
      Завтра состязания. Это более чем кстати.
      Входит КАРЛ.
      КАРЛ
      С добрым утром, ваша милость.
      ОЛИВЕР
      Милейший Карл, что нового при новом дворе?
      КАРЛ
      При новом дворе новостей нет. Старый герцог, вы знаете, изгнан своим младшим братом; за ним последовали три или четыре дворянина - из преданности, которую новый герцог объявил предательством. Впрочем, он пожелал им доброго пути. А их лены и доходы взял в казну.
      ОЛИВЕР
      И Розалинда, дочь прежнего герцога, последовала за отцом?
      КАРЛ
      Отнюдь. Ее кузина, дочь нового герцога, так привязана к ней (их вместе воспитывали с колыбели), что она отправилась бы в изгнание вместе с Розалиндой или умерла бы в разлуке. Поэтому герцог оставил племянницу при дворе и содержит ее, как родную дочь - слишком уж эти мамзели дружка дружку любят.
      ОЛИВЕР
      А где нашел пристанище прежний герцог?
      КАРЛ
      Говорят, в Арденнском лесу. И он, и ватага лихих людишек вместе с ним. Прямо аглицкий Робин-Гуд, только в старости. Хотя, говорят, туда каждый день прибывает молодежь. Живут - не тужат, совсем как в золотом веке.
      ОЛИВЕР
      Если не ошибаюсь, завтра вы устраиваете состязания в честь нового герцога?
      КАРЛ
      Так точно, сэр. Потому я и осмелился прийти к вам. Мне передали по секрету, будто ваш младший брат Орландо намерен явиться в маске ко двору герцога и принять мой вызов. На карте моя репутация, и любому, кто станет бороться со мной, я, будьте уверены, сломаю какой-нибудь, извините за выражение, член. И хорошо, если этим ограничится. Ваш брат еще в таком нежном возрасте... Мне ведь придется причинить ему членовредительство ради моей репутации. Прошу вас: или убедите молодого человека отказаться от своего намерения, или не обижайтесь, если я ему что-нибудь сломаю против моей воли.
      ОЛИВЕР
      Благодарю тебя, Карл, за столь глубокое почтение и постараюсь не остаться в долгу. Когда я узнал о затее моего брата, к каким только доводам я не прибегал, чтобы его переубедить, но это, Карл, самый дубинноголовый юнец во всей Франции. У него такие претензии! Он не допускает достоинств ни в ком, кроме своей персоны, да еще самым подлым образом злоумышляет против меня, брата своего. Так что смело можешь переломать ему абсолютно все члены - от лодыжки до хребта. И учти: если ты не отделаешь его на славу, то уже не отделаешься от него, пока он не изведет тебя ядом или каким-нибудь другим предательским способом. Уверяю тебя - я не могу об этом говорить без слез, - наш век не знал человека столь молодого и столь же заблудшего. Мой братский долг - вскрыть его. Я выражаюсь не в анатомическом, а в психологическом смысле, подразумевая вскрытие не нутра, а натуры, - иначе мне придется краснеть и плакать, тебе же - бледнеть и изумляться.
      КАРЛ
      Сердечно рад, что пришел к вам. Ну, если он завтра объявится, я ему воздам! То есть, я хотел сказать: задам. Чтобы мне больше призов не видать! Небо да хранит вашу милость!
      ОЛИВЕР
      До свидания, милейший.
      КАРЛ уходит.
      Как раздухарился этот долборылый мордоворот! Я позабочусь о том, чтобы он не успокоился. Надеюсь, что завтра с моими неприятностями будет покончено. Клянусь спасением души, брат - единственный человек, которого я ненавижу. Он кроток и благороден, хотя нигде не учился и не воспитывался. Его все любят, особенно моя челядь, с которой он водится с детства. Из-за него никто не любит меня. Но скоро этот борец внесет ясность во все. Пойду поищу мальчишку и раззадорю его как следует.
      Уходит.
      СЦЕНА ВТОРАЯ
      Лужайка перед герцогским замком.
      Входят РОЗАЛИНДА и СЕЛИЯ.
      СЕЛИЯ
      Розалинда, сестрица, пожалуйста, улыбнись.
      РОЗАЛИНДА
      Селия, дорогая, сейчас я выказываю больше удовольствия, чем в прежние времена, а ты хочешь, чтобы я выглядела еще веселее! Уж не научишь ли ты меня, как забыть изгнанного отца и вспомнить о каких-то необыкновенных изысканных развлечениях?
      СЕЛИЯ
      Вот и видно, что ты любишь меня гораздо меньше, чем я тебя. Если бы мой дядя, а твой отец-изгнанник изгнал моего отца и твоего дядю, а меня удерживал бы при дворе, уж я-то постаралась бы возлюбить дядюшку - прямо как отца родного. И ты могла бы постараться, но ты не любишь меня - вот и все.
      РОЗАЛИНДА
      Хорошо, я забуду о своем положении, осчастливленная переменой твоего.
      СЕЛИЯ
      Ты же знаешь, у моего отца детей больше нет и не будет, и, вот тебе крест, когда он умрет, его наследницей окажешься ты. Все, что он отобрал у твоего отца силой, я верну тебе полюбовно, клянусь честью. Чтобы мне превратиться в чудище! Поэтому, Роза, милая Роза, утешься.
      РОЗАЛИНДА
      О, сестрица, тогда я, пожалуй, не только утешусь. Я бы не отказалась и потешиться. Ты ведь любишь потехи?
      СЕЛИЯ
      Потехи люблю, но потешаться над любовью... Ты можешь предаться любовным играм, но так, чтобы не проиграла твоя честь.
      РОЗАЛИНДА
      Какой же игре мы тогда предадимся?
      СЕЛИЯ
      Игре с судьбой, чтобы милая кумушка вращала свое колесо ко всеобщему удовольствию.
      РОЗАЛИНДА
      Это замечательно! Ведь Фортуна распределяет свои дары слишком несуразно. А уж если дело касается нас, бедных женщин, тут она просто слепнет.
      СЕЛИЯ
      Что правда, то правда. Честных женщин Фортуна обычно мастерит неизвестно какими инструментами, а красивых нередко совсем лишает чести.
      РОЗАЛИНДА
      Не совсем так. Судьба у тебя вторгается в пределы естества. Фортуна распоряжается удачей, а красоту или уродство дает Природа.
      Входит ПРОБИР
      СЕЛИЯ
      Что значит "не совсем так"? Разве Фортуна не может отнять красоту, данную Природой, и швырнуть в огонь? Или вот сейчас Природа побуждает нас шутить над Фортуной, а Фортуна посылает к нам шута. Природа оттачивает наше остроумие, а Фортуна срезает нас.
      РОЗАЛИНДА
      И что обиднее всего, Фортуна избрала для этого обрезания такой тупой ланцет.
      СЕЛИЯ
      А если это проделки не Фортуны, а Природы? Вдруг она усомнилась в том, что наше остроумие божественно, и подбросила нам для его проверки этот пробирный камень? Хотя Природа вряд ли создала бы такого дурака: на нем же пробы негде ставить. Он больше похож на существо из пробирки. - Эй, пробирное существо, куда пробираешься?
      ПРОБИР
      Ваш отец послал меня за вами, сударыня.
      СЕЛИЯ
      Он назначил тебя послом?
      ПРОБИР
      Никак нет. Просто он сказал, чтобы я посол за вами, клянусь моим благородием.
      СЕЛИЯ
      Где ты набрался таких слов, дурак?
      ПРОБИР
      У одного рыцаря. Мы ели блинчики, и он клялся своим благородием, что они еще туда-сюда, и клялся своим же благородием, что соус - ни то ни сё. Я же, напротив, настаивал, что соус еще туда-сюда, но блинчики - черт знает что! Если прав был он, то я заблуждался, но если прав оказался я, то он ложной клятвы не давал.
      СЕЛИЯ
      Как это понимать, ходячая энциклопедия?
      РОЗАЛИНДА
      Да, объясни нам, разнуздай свою мудрость.
      ПРОБИР
      Сначала поклянитесь вашими бородами, что я нахал.
      СЕЛИЯ
      Клянемся нашими бородами, которых нет, что ты нахал.
      ПРОБИР
      Будь я таковым, я поклялся бы в том же своим нахальством, которого нет. Если мы клянемся тем, чего у нас нет, разве мы даем ложную клятву? То-то же! Вот и рыцарь клялся своим благородием, которого у него отродясь не бывало.
      СЕЛИЯ
      Ты на что это намекаешь?
      ПРОБИР
      На того, кто получает всякие блага от вашего родителя.
      СЕЛИЯ
      Кто пользуется благами моего родителя, тот обладает и благородием. Ты завираешься, дурак. Ужо зададут тебе таску!
      ПРОБИР
      Вот тоска-то! Не дают дуракам высказаться про глупости умников!
      СЕЛИЯ
      Твоя правда, шут. С тех пор как дуракам запретили выдавливать из себя ту каплю ума, что у них еще осталась, из умников так и полилась дурость. Смотрите, к нам движется Де Комильфо.
      РОЗАЛИНДА
      Рот его наполнен новостями.
      СЕЛИЯ
      Которыми он воспитает нас, как голубь - своих птенцов.
      РОЗАЛИНДА
      И мы будем воспитанными-превоспитанными, как две горлицы.
      Входит ДЕ КОМИЛЬФО
      Bon jour, monsieur Де Комильфо. Какие новости?
      ДЕ КОМИЛЬФО
      Прекрасные принцессы, вы пропустили нечто весьма яркое.
      СЕЛИЯ
      Простите, какого же цвета?
      ДЕ КОМИЛЬФО
      Простите - что какого цвета?
      СЕЛИЯ
      Нечто.
      ДЕ КОМИЛЬФО
      Как вас прикажете понимать?
      РОЗАЛИНДА
      Как вам позволит остроумие и велит фортуна.
      ПРОБИР
      Или фатум.
      СЕЛИЯ
      Глубочайшая мысль, выкопанная тупым совком!
      ПРОБИР
      Мне остроумие ни к чему.
      РОЗАЛИНДА
      И не надо! Твоя тупость - залог чужой остроты.
      ДЕ КОМИЛЬФО
      Сударыни, я в потерял нить. Я ведь шел сюда рассказать вам о замечательном поединке, поскольку вы пропустили его начало.
      РОЗАЛИНДА
      Рассказывайте всё!
      ДЕ КОМИЛЬФО
      Всего, ваша светлость, и не расскажешь! Это невозможно, ибо всего еще не было. Вы пропустили начало, сейчас объявили перерыв, окончание же поединка вы сможете увидеть сами, поскольку он продолжится именно здесь.
      РОЗАЛИНДА
      Итак, продолжение, окончание... А начало уже погребено? Или вы его все же откопаете?
      ДЕ КОМИЛЬФО
      Начнем с того, что старик и три его сына...
      СЕЛИЯ
      Так это начало поединка или сказки?
      ДЕ КОМИЛЬФО
      Три славных рыцаря...
      РОЗАЛИНДА
      С одним девизом на щитах: "Обреченные приветствуют тебя".
      ДЕ КОМИЛЬФО
      Сначала вышел старший брат. Карл тотчас же хватил его оземь и сломал ему три ребра. Едва ли несчастный выживет. Среднего и младшего постигла та же участь. Так они и лежат без сознания, а старик отец рыдает над ними, и зрители плачут от сострадания
      РОЗАЛИНДА
      Еще бы!
      ПРОБИР
      Просите, сударь, это и есть то самое "нечто", которое пропустили прекрасные принцессы?
      ДЕ КОМИЛЬФО
      Да, то самое, о котором я рассказал.
      ПРОБИР
      Это нечто! Видно, быть мне дураком до конца дней. Я не понимаю, зачем принцессам любоваться сокрушением ребер.
      СЕЛИЯ
      Успокойся, я тоже этого не понимаю.
      РОЗАЛИНДА
      Неужели кому-то по нутру игра в кости таким манером? Неужели хряск раздробленных костей музыкальнее дроби кастаньет? Неужели нам понравилось бы присутствовать при этом?
      ДЕ КОМИЛЬФО
      Придется, если вы останетесь. Основной поединок должен состояться именно здесь, и он сейчас начнется.
      СЕЛИЯ
      Да, все идут сюда. Что ж, задержимся и посмотрим.
      Трубы.
      Входят ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК, дворяне, ОРЛАНДО, КАРЛ и свита.
      ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК
      Быть посему. Если молодой человек не желает слушать увещеваний, мы умываем руки.
      РОЗАЛИНДА
      Этот юноша хочет бороться с Карлом?
      ДЕ КОМИЛЬФО
      Да, сударыня.
      СЕЛИЯ
      Он слишком юн. Но держится бодро.
      ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК
      Ба! Что я вижу! Мои дочь и племянница желают присутствовать при поединке?
      РОЗАЛИНДА
      Да, ваша светлость, пожалуйста, позвольте нам.
      ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК
      Не думаю, что вы получите удовольствие. Силы слишком неравны. Я из одного христианского человеколюбия пытался отговорить юнца, но он глух ко всем доводам. Разве что вам удастся его вразумить - что ж, попытайтесь.
      СЕЛИЯ
      Де Комильфо, будьте добры, пригласите его.
      ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК
      Я отойду из деликатности.
      ДЕ КОМИЛЬФО
      Господин соискатель, принцессы просят вас подойти.
      ОРЛАНДО
      Благодарю за честь и радостно повинуюсь.
      РОЗАЛИНДА
      Юноша, вы действительно вызвали на поединок Карла?
      ОРЛАНДО
      Не совсем так, прекрасная принцесса. Это он вызывает всех желающих, а я, как другие, решил противопоставить его силе свою молодость.
      СЕЛИЯ
      Молодой храбрец, не слишком ли вы безрассудны? Вы уже видели жестокие доказательства силы Карла. Взвесьте свои силы, поймите опасность вашей затеи, найдите равного противника. Ради вас самих, не рискуйте! Просим вас.
      РОЗАЛИНДА
      Просим вас! Мы уговорим герцога отменить поединок, и ваша честь не пострадает.
      ОРЛАНДО
      Пожалуйста, не карайте меня, допуская, что я могу оказаться ничтожеством. С другой стороны, мне самому неприятно отказывать таким прекрасным дамам. Лучше поддержите меня своими добрыми взглядами и верой в победу. Если я буду побежден, то не потеряю чести. И славы не потеряю, потому что еще не завоевал ее. Если погибну, тоже ничего не потеряю, потому что еще не жил. И друзей не потеряю, потому что их еще нет. Да и, положа руку на сердце, мир тоже не потеряет ничего. Может быть, даже выиграет, если я занимаю чужое место. Пусть придет человек более достойный. Мой уход ничего не нарушит в мире, потому что я ничего не создал и ни с чем себя не связал.
      РОЗАЛИНДА
      О, если бы я умножила ваши силы за счет своих, хотя и слабых!
      СЕЛИЯ
      И я тоже!
      РОЗАЛИНДА
      Всем сердцем желаю вам удачи и молю небеса, чтобы мы ошиблись в худших своих опасениях!
      СЕЛИЯ
      И да сбудутся все желания ваших сердец!
      КАРЛ
      Ну, где отчаянный удалец, который желает вернуться в лоно матери-земли?
      ОРЛАНДО
      Здесь, сударь, но он не имеет столь извращенных желаний.
      ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК
      Деретесь до первого падения одного из вас.
      КАРЛ
      Ваша светлость, вы упорно пытались спасти его от первого падения, а на второе он и сам не будет напрашиваться.
      ОРЛАНДО
      Сначала дело, сударь, потом веселье. Хорошо смеется тот, кто смеется последним.
      РОЗАЛИНДА
      О юноша, да поможет тебе Геркулес!
      СЕЛИЯ
      Будь я невидимкой, подставила бы подножку этому верзиле!
      КАРЛ и ОРЛАНДО борются.
      РОЗАЛИНДА
      О славный юноша!
      СЕЛИЯ
      Если бы мои глаза метали стрелы молний, я знала бы, кого повергнуть наземь!
      КАРЛ падает.
      Крики восторга.
      ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК
      Довольно! Довольно!
      ОРЛАНДО
      Ваша светлость, дозвольте продолжить! Я только раззадорился!
      ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК
      Что скажешь, Карл?
      ДЕ КОМИЛЬФО
      Он потерял дар речи, ваша светлость.
      И вряд ли скоро сможет говорить.
      ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК
      Убрать его. Кто ты, герой безвестный?
      ОРЛАНДО
      Я - младший сын Роланда дю Буа.
      ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК
      Зачем ты сын его, а не другого?
      Свет мнил, что он достойный человек,
      Но мне он глубоко антипатичен,
      Возможно, я приблизил бы тебя,
      Происходи ты из другого дома.
      Юнец, ты мог бы пригодиться мне,
      Когда бы ты носил иное имя.
      Всех благ.
      ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК со свитой и ДЕ КОМИЛЬФО уходят.
      СЕЛИЯ
      На месте моего отца
      Могла бы так я поступить, кузина?
      ОРЛАНДО
      Я младший сын Роланда дю Буа,
      И даже старшим сыном Фредерика
      Я стать бы не хотел.
      РОЗАЛИНДА
      А мой отец
      Роланда чтил, как собственную душу.
      Любил его. И Франции народ
      Согласен был с отцом. Я даже рада,
      Что не назвался юноша - не так
      Молила б я его не откликаться
      На вызов Карла.
      СЕЛИЯ
      Милая сестра,
      Идем-ка, поблагодарим героя,
      Ободрим и поддержим. Мой отец
      Завистлив и надменен. О, как стыдно!
      (Орландо)
      Великолепны были вы, мессир.
      Вы превзошли все ожиданья наши,
      Вы оказались рыцарем в бою,
      И если вы таким же кавалером
      В любви себя проявите, тогда
      Завидна будет участь вашей дамы.
      РОЗАЛИНДА (снимая с шеи цепочку)
      От дамы с незавидною судьбой
      Возьмите этот талисман на память.
      Хотела б я вам больше подарить,
      Но, к сожалению, не в состоянье.
      Идем, кузина.
      СЕЛИЯ
      Славный шевалье,
      Прощайте. Да, идем.
      ОРЛАНДО
      Да что со мною!
      Не побежал за ней. Стою, как пень.
      Спасибо даже не сказал - как будто
      Остолбенел!
      РОЗАЛИНДА
      Смотри, он нас зовет.
      И где теперь моя гордыня? Видно,
      Вслед за величием ушла она.
      Вернусь. Вы звали нас, отважный рыцарь?
      А вы боролись очень хорошо.
      Не только над противником победу
      Вы одержали.
      СЕЛИЯ
      Ты идешь, сестра?
      РОЗАЛИНДА
      Да, разумеется. Прощайте, сударь.
      РОЗАЛИНДА и СЕЛИЯ уходят.
      ОРЛАНДО
      Но что, что так связало мой язык?
      Она ведь поощряла к разговору.
      Над силой Карла восторжествовав,
      Своею слабостью сражен Орландо.
      Возвращается ДЕ КОМИЛЬФО
      ДЕ КОМИЛЬФО
      Мессир, позвольте добрый дать совет:
      Не надо здесь задерживаться. Вами
      Все, разумеется, восхищены.
      Все искренне вас полюбили, сударь.
      Все - но, увы, не герцог Фредерик.
      Ему чужая честь невыносима.
      Он чересчур капризен и гневлив -
      Определений более пристойных
      Я для него не в силах подобрать.
      ОРЛАНДО
      Спасибо, сударь. Но спросить позвольте:
      Которая из этих двух девиц,
      Смотревших на борьбу, - дочь Фредерика?
      ДЕ КОМИЛЬФО
      По поведенью - ни одна из них,
      А по происхожденью - та, что ниже.
      Что ниже ростом - я хотел сказать.
      Дочь герцога-изгнанника - другая.
      Пока ее оставил Фредерик
      Как компаньонку Селии. Девицы
      Привязаны друг к дружке с малых лет,
      Порой родные сестры... или братья
      Друг друга не способны так любить.
      Но быть им вместе, думаю, недолго:
      На Розалинду герцог разозлен
      За то, что общество ее жалеет
      И высоко за добронравие чтит.
      Помимо этого, она - живое
      Напоминанье о своем отце.
      Конечно, я хотел бы ошибиться,
      Но, полагаю, скоро Фредерик
      Приличья окончательно отбросит,
      И бедной девушке несдобровать.
      Теперь прощайте. Или до свиданья,
      Когда придут иные времена.
      ОРЛАНДО
      Спасибо вам. До скорого свиданья.
      ДЕ КОМИЛЬФО уходит.
      Да, в полымя попал я из огня!
      Повсюду мне готова западня:
      От герцога и брата жду гонений,
      Но, Розалинда, ты мой добрый гений!
      Уходит.
      
      СЦЕНА ТРЕТЬЯ
      Зал во дворце.
      Входят СЕЛИЯ и РОЗАЛИНДА.
      
      СЕЛИЯ
      Розалинда, сестрица! Храни нас Купидон! Неужели ни слова?
      РОЗАЛИНДА
      Даже междометия, вроде "тубо", чтобы отдать команду собаке.
      СЕЛИЯ
      Зачем бросаться междометиями, да еще цыкать на собак! Полайся лучше со мной. Убей меня своей логикой.
      РОЗАЛИНДА
      Обрушив логику на тебя, я, таким образом, ее утрачу. Это убьет нас обеих.
      СЕЛИЯ
      Ты по-прежнему тоскуешь по отцу?
      РОЗАЛИНДА
      Скорее по возможному отцу моего ребенка. О, сколько терний в этом пошлом мире!
      СЕЛИЯ
      Это скорее волчцы, брошенные в тебя ради смеха праздными пошляками. Таков закон природы: к прекрасному вечно липнет всякая дрянь. Особенно если ходить неторными тропами.
      РОЗАЛИНДА
      Я стряхнула бы репьи с платья, но в сердце у меня засели шипы.
      СЕЛИЯ
      Так вырви их.
      РОЗАЛИНДА
      Знать бы еще, как это делается!
      СЕЛИЯ
      Махни рукой.
      РОЗАЛИНДА
      На него или ему?
      СЕЛИЯ
      Как ты можешь бороться со своими чувствами, если сама не знаешь, чего тебе хочется?
      РОЗАЛИНДА
      Мои чувства борются со мной - на стороне отважного атлета.
      СЕЛИЯ
      Разве ты с ним борешься? По-моему, ты не против, чтобы он уложил тебя на обе лопатки. А серьезно: неужели младший сын Роланда дю Буа покорил тебя?
      РОЗАЛИНДА
      Мой отец любил Роланда.
      СЕЛИЯ
      И, следовательно, дочь своего отца обязана любить Роландова сына? Да, ты воистину убьешь меня своей логикой! Мой отец ненавидел Роланда, ненавидит его сына - и что же? Я обязана ненавидеть Орландо?
      РОЗАЛИНДА
      Ни в коем случае - ради меня!
      СЕЛИЯ
      О, это, конечно, веский довод: argumentum ad hominem.
      Входит ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК со свитой.
      РОЗАЛИНДА
      Я люблю его по достоинству. Ты любишь меня - вот и полюби его. - Сюда идет твой отец.
      СЕЛИЯ
      Смотрит зверем. Что-то будет!
      ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК
      Мадмуазель, укладывайте вещи -
      И убирайтесь вон.
      РОЗАЛИНДА
      Я, дядя?
      ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК
      Вы,
      Племянница. К кому же обращаться,
      Когда не к вам? Так: через десять дней
      Должна быть ты за двадцать миль отсюда.
      Иначе - смерть!
      РОЗАЛИНДА
      Но в чем моя вина?
      Когда сама себя я понимаю,
      Не потеряла памяти, не сплю,
      Не грежу наяву и не безумна,
      То не было и в мыслях у меня
      Хоть чем-то посягать на вашу светлость.
      Себя не показала я ни в чем
      Изменницей - ни в деле и ни в слове.
      ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК
      Не показала! Да ведь ты сейчас
      Показываешь это каждым словом!
      Изменники все так и говорят,
      Что, мол, они, как ангелы, невинны.
      Тебе не доверяем - вот весь сказ.
      РОЗАЛИНДА
      Но ваше недоверье - не измена
      Моя. Улики нужно предъявить.
      ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК
      Родство с твоим отцом - уже улика.
      РОЗАЛИНДА
      А вы с ним разве не были в родстве?
      Но свергли брата и конфисковали
      Его имения. Одно родство
      Не означает верности. А впрочем,
      Когда б и означало, то ко мне
      Всё это отношенья не имеет.
      Отец мой никому не изменял,
      И я, хоть от него не отрекаюсь,
      Не изменила тоже никому.
      Почтенный дядя, вы меня лишили
      Всего, но я не стала вам врагом.
      СЕЛИЯ
      Послушайте, мой государь...
      ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК
      Молчи уж!
      Ее оставил я из-за тебя.
      Не то б она с отцом не разлучилась
      И разделяла тяготы его.
      СЕЛИЯ
      Отец, я вас об этом не просила.
      Вы сами так решили, государь,
      А я тогда была еще ребенком,
      Но выросла с ней вместе, и вполне
      Ее узнала - и теперь ручаюсь:
      Когда она изменница - и я
      Изменница. Как может быть иначе?
      Не расставаясь сутки напролет,
      Мы с нею не играли, не учились,
      А лишь интриговали против вас.
      Ведь мы сроднились, словно лебедицы,
      Влекущие Венеры колесницу.
      ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК
      Вот дура-то! Ведь думает всерьез,
      Что изучила нрав тихони этой
      Лишь только оттого, что с ней росла!
      Молчальница! Несчастная овечка!
      Она и ничего не говорит,
      А все ее, бедняжечку, жалеют
      И косятся с презреньем на тебя:
      Мол, ты ее величия лишила,
      Хотя она величие твое
      Бессовестно крадет на самом деле -
      Вот этой бессловесностью своей.
      Так помолчи и ты. Пойми хотя бы:
      Она исчезнет - засияешь ты.
      Короче: я решенья не меняю.
      Она к изгнанью приговорена.
      СЕЛИЯ
      Гоните и меня, мой повелитель,
      Жить не могу я без общенья с ней.
      ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК
      Вы дура! Всё, племянница, довольно
      Я вас терпел! Но честью вам клянусь,
      Что если вы задержитесь - умрете.
      Тому порукой герцога слова.
      ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК и свита уходят.
      СЕЛИЯ
      Ну, как тебе понравится, кузина?
      Вот ты могла бы жить с таким отцом?
      Уж лучше я с твоим! Давай меняться!
      Давай! Куда ты, бедная, пойдешь?
      Ну, ободрись!
      РОЗАЛИНДА
      А разве есть причина?
      СЕЛИЯ
      А разве нет? Ведь я пойду с тобой,
      Согласно моего отца приказу.
      РОЗАЛИНДА
      Он не приказывал тебя изгнать.
      СЕЛИЯ
      Неужто любишь ты меня так мало,
      Что понимать способна лишь слова -
      И то буквально? Раз мы нераздельны -
      Изгнать нас можно только лишь вдвоем.
      Отец, как видно, подыскал другую
      Наследницу - но что мне до того?
      Итак, он изгоняет нас обеих.
      Поэтому давай составим план:
      Куда нам следовать, каким манером
      Что взять в дорогу. Думать не моги,
      Что я тебе позволю в одиночку
      Все приключенья пережить! О нет!
      Пусть, побледнев от скорби, плачет небо,
      А мы не будем. В общем, говори,
      Что хочешь - я иду с тобою вместе.
      РОЗАЛИНДА
      Куда же мы пойдем?
      СЕЛИЯ
      В Арденский лес.
      И там отыщем дядю.
      РОЗАЛИНДА
      Но опасно
      Девицам отправляться в дальний путь.
      Воров, конечно, золото прельщает,
      Но мы получше золота с тобой.
      СЕЛИЯ
      А нам одеться нужно победнее,
      Раскрасить лица умброй - и тогда,
      Я полагаю, нас никто не тронет.
      РОЗАЛИНДА
      Уж лучше я мальчишкой наряжусь:
      Рост у меня для женщины изрядный.
      Возьму стилет, рогатину - и пусть
      Как женщина, я трепещу от страха,
      Его сокроет мужественный вид.
      Такими ведь бывают и мужчины.
      СЕЛИЯ
      И как же называть тебя, мой друг?
      РОЗАЛИНДА
      Я буду Ганимед - как виночерпий
      Юпитера. Мифический герой
      Мне подойдет для самовыраженья.
      А ты какое имя изберешь?
      СЕЛИЯ
      Зови меня Нонграта. Подходяще
      Для изгнанной принцессы.
      РОЗАЛИНДА
      Может, нам
      Шута позвать с собой? Всё веселее,
      Да и спокойней.
      СЕЛИЯ
      Ну, его и звать
      Нам не придется: сам на край вселенной
      За мною побежит - лишь поманю.
      Теперь идем в дорогу собираться.
      Мы лишь необходимое возьмем,
      И, главное - побольше бриллиантов!
      Обдумаем, когда нам выступать
      И как вернее избежать эскорта.
      Нас герцог хочет покарать, а мы
      Выходим на свободу из тюрьмы.
      Уходят.
      
      АКТ ВТОРОЙ
      СЦЕНА ПЕРВАЯ
      Арденский лес.
      Входят СТАРЫЙ ГЕРЦОГ, АМЬЕН, несколько дворян
      в охотничьих костюмах.
      
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Товарищи, огромна власть привычки.
      Судите сами: разве дикий лес,
      Когда мы притерпелись к жизни вольной,
      Не сделался прекраснее дворца,
      С его помпезностью опустошенной?
      И разве этот мир лесных трущоб,
      Опасней джунглей каменных столицы?
      Страдаем мы не больше, чем Адам,
      Нас злобно угрызает зуб мороза
      И лютый ветер хлещет. Но, дрожа,
      Я вызов их улыбкою встречаю
      И говорю: "Спасибо вам, друзья!
      Вы добрые советники: не льстите
      Показывая ясно, кто мы есть".
      Таится в бедах опыт драгоценный,
      Как будто в жабьей голове - брильянт.
      Язык лукавой лести мы забыли
      И внемлем мы молве лесной листвы,
      И речи быстроструйных рек, и складным
      Рассказам скал - и видим смысл во всем.
      Нет, я не знаю жизни лучше этой!
      АМЬЕН
      И мы ее не знаем, государь!
      И я скажу без лести, ваша светлость:
      Лишь вам доступен сладостнейший стиль,
      Чтоб выразить с изящной простотою,
      Сколь провиденье милостиво к нам!
      О, это словно речь самой природы!
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Идемте на охоту, господа!
      Хотя - ах, сколь же мне досадно, право,
      Тиранить автохтонов этих мест -
      Наивных и доверчивых оленей,
      Терзая им округлые бока
      Ужасными, щербатыми стрелами!
      ПЕРВЫЙ ДВОРЯНИН
      Да, между прочим, меланхолик Жак
      Произносил кощунственные речи
      Как раз про ахтофтонов. Он назвал
      Вас узурпатором похуже брата -
      Прошу прощенья. Будто вы тиран,
      Поработивший девственную пущу
      И истребляющий ее зверей.
      Сегодня мы к нему с monsieur Амьеном
      Подкрались - он как раз под дубом лег.
      Нагие корни дуба погрузились
      В лесной ручей, и вот туда забрел
      Олень-подранок. Верите ли, герцог:
      Несчастный зверь стонал и так дышал,
      Что шкура чуть не лопалась с натуги.
      Оленьи слезы падали в поток.
      И так рыдая дуралей мохнатый
      Пред Жаком-меланхоликом стоял,
      А слезы крупные с водой сливались.
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      И Жак не произнес моралите
      По поводу весомому такому?
      ПЕРВЫЙ ДВОРЯНИН
      Ну, как же! Сотню максим он изрек!
      Посетовал, что бесполезно слезы
      Поток питают. "Словно тот бедняк,
      Что богачу оставил всё наследство", -
      Заметил наш философ. О друзьях,
      Покинувших несчастного, который
      Один к ручью явился умирать,
      Промолвил Жак: "Не стоит удивляться:
      Так в одиночку умирают все".
      И тут промчались табуном олени -
      Довольные и гладкие - ничуть
      Собрата бедствием не озаботясь.
      "Несется стадо жирных буржуа! -
      Сказал с презреньем Жак. - Скачите мимо
      Печальных зрелищ и чужих невзгод!
      Что вам до неудачника-банкрота -
      Ведь вы же процветаете! Пока".
      И так он бичевал без снисхожденья
      Развратный быт столиц и городов,
      Несовершенства сельского уклада,
      Но более всего досталось нам:
      Что мы сживаем со свету животных,
      Незваными явившись в рай земной,
      Который дан зверью самой природой.
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      И в этом состоянье вы его
      Оставили?
      ВТОРОЙ ДВОРЯНИН
      Да, проливавшим слезы
      Над плачущим оленем.
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Отвести
      Меня туда. Люблю поспорить с Жаком.
      Когда он разъярен на целый свет,
      В нем бродит много интересных мыслей.
      ПЕРВЫЙ ДВОРЯНИН
      Я вас немедля провожу к нему.
      Уходят.
      
      СЦЕНА ВТОРАЯ
      Дворец.
      Входят ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК и несколько дворян.
      
      ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК
      Как может быть, чтоб их никто не видел?
      Конечно, этого не может быть!
      Нашлись изменники среди придворных
      И помогли негодницам бежать.
      ПЕРВЫЙ ДВОРЯНИН
      Насчет негодниц ничего не знаем.
      А что касается принцесс, то их
      Спать уложили фрейлины, а утром
      Постели опустелыми нашли -
      Оставшимися без своих сокровищ.
      ВТОРОЙ ДВОРЯНИН
      Куда-то скрылся и ущербный шут,
      Который тупостью своих фантазий
      Так часто вас пытался развлекать.
      Еще нам рассказала камеристка
      Гисперия, что невзначай она
      Услышала, как девушки хвалили
      Борца, который Карла одолел:
      Какой атлет! А уж какой красавец!
      Так почему бы не предположить,
      Что, где б ни оказались эти трое,
      Они всегда окажутся втроем?
      ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК
      Так, этого красавца и атлета
      Немедленно сыскать и привести.
      А если вы Орландо не найдете,
      Тащите Оливера! И живей!
      Что стали? Позабудьте о покое,
      Покуда не изловим этих дур!
      Уходят.
      
      СЦЕНА ТРЕТЬЯ
      Перед домом Оливера.
      Входят с разных сторон ОРЛАНДО и АДАМ
      ОРЛАНДО
      Кто здесь?
      АДАМ
      Вы - молодой хозяин? Вы -
      Живой портрет почившего Роланда?
      Зачем вы здесь? Зачем так любят вас?
      Зачем вы так во всем великолепны
      И совершены? Главное: зачем
      Вы это совершенство проявили?
      Как вы решились победить борца,
      К кому благоволит капризный герцог?
      Молва о том опередила вас.
      Известно вам: тираны ненавидят
      Людей за их достоинства - так вам
      Все ваши добродетели враждебны,
      Хотя на вид священны. Что за мир,
      В котором все понятья извратились
      И где добро переродилось в яд!
      ОРЛАНДО
      Да в чем же дело?
      АДАМ
      Юный несчастливец!
      Бегите! В этих стенах вам не жить -
      По крайней мере, с братом - если братом
      Он может называться. Нет и нет!
      Какой он сын почтенному Роланду!
      Из зависти он хочет в эту ночь
      Спалить ваш флигелек, а не удастся -
      Измыслит он другое что-нибудь.
      Увы, мой господин, я сам всё слышал.
      Бегите! Это бойня, а не дом!
      ОРЛАНДО
      Куда бежать, Адам?
      АДАМ
      Куда хотите,
      Но только прочь отсюда, и скорей!
      ОРЛАНДО
      Что ж, побираться мне? Иль на большую
      Дорогу выйти с подлым кистенем?
      Другого ничего не остается:
      Ведь я не обучался ремеслу.
      А попрошайничеством и разбоем
      Я не займусь. Не годен ни на что -
      Не лучше ли совсем уйти из жизни?
      Пусть брат - предатель крови, кровь прольет.
      АДАМ
      Нет, не бывать тому! За годы службы
      Скопил я крон пятьсот. Я полагал,
      Найти в них санитаров и кормильцев,
      Когда я одряхлею и меня,
      Как рухлядь, выбросят без сожаленья.
      Но, раз уж вышло так, возьмите их.
      Когда Всевышний воронов питает
      И пташек, что не сеют и не жнут,
      Ему доверюсь. Забирайте деньги,
      А мне позвольте вашим быть слугой.
      Да, я старик, однако бодр и крепок.
      Я смолоду себя не отравлял
      Вином и не распутничал бесстыже.
      Короче, я от молодых ногтей
      Не занимался саморазрушеньем.
      Мой возраст как ядреная зима -
      Таков мой организм, я извиняюсь, -
      Мороз здоровый лишь на пользу мне.
      Позвольте, я последую за вами.
      Я лучше молодого послужу
      И с вами разделю все испытанья.
      ОРЛАНДО
      Ты как ветхозаветный патриарх.
      Тобою управляют долг и совесть,
      Тебе противны подлость и корысть.
      Таких людей почти уж не осталось.
      Теперь не служат - выгоду блюдут.
      Расчета нет - не будет и усердья.
      А ты готов служить всего верней,
      Когда корысти вовсе нет! Конечно,
      Я - дерево сухое для тебя,
      Как ни ходи за мной, плодов не будет.
      Но все ж - идем! Мы кров найти должны,
      Еще твоей не истощив мошны.
      АДАМ
      Так я тебе служить, как прежде буду
      И за тобой последую повсюду.
      Я, словно в рай, попал сюда юнцом
      И в семьдесят покину этот дом.
      За счастьем гнаться молодым пристало,
      А в семьдесят как всё начать сначала?
      Но если на дороге я умру,
      По крайней мере, послужу добру.
      Уходят.
      
      
      СЦЕНА ЧЕТВЕРТАЯ
      Арденский лес.
      Входят
      РОЗАЛИНДА в образе ГАНИМЕДА, СЕЛИЯ в роли пастушки НОНГРАТЫ и ПРОБИР.
      
      РОЗАЛИНДА
      О бог мой Юпитер, укрепи дух своего Ганимеда!
      ПРОБИР
      Что до меня, укрепи мои ноги - о душе я и сам позабочусь.
      РОЗАЛИНДА
      Если бы не мужской костюм, я разревелась бы, как девчонка, но положение обязывает. Камзол и штаны должны подавать добрый пример юбке. Итак, выше голову, милая Нонграта.
      СЕЛИЯ
      Увы, я не могу сделать ни шагу. Жаль, что вам придется считаться с тяжелым положением слабой женщины.
      ПРОБИР
      Допустим, слабая женщина бывает и в более тяжелом положении. А считаться нам с вами - зачем же? Кто из нас кому задолжал?
      РОЗАЛИНДА
      Вот мы и в Арденском лесу.
      ПРОБИР
      Да, вот мы и в Арденском лесу. Вот мы и дома... Только не у себя. А во дворце - не все дома, потому что мы здесь. Я подразумеваю, что во дворце отсутствуем не только мы, но и те, которые двинулись за нами. Лучше бы я не трогался с места, но раз уж тронулся, нужно радоваться. Кто тронулся, того всё устраивает.
      РОЗАЛИНДА
      Очень здравое замечание, милый Пробир.
      Входят КОРИН и СИЛЬВИЙ.
      Однако сюда идут - молодой человек и старик. И у них какой-то важный разговор.
      КОРИН
      Таким путем ты приведешь ее
      К презренью.
      СИЛЬВИЙ
      Что ты понимаешь в чувствах!
      КОРИН
      Куда мне! Я ж ни разу не любил!
      СИЛЬВИЙ
      Корин, я этого не утверждаю,
      Но ты любил так много лет назад,
      Что смысла нет и говорить об этом.
      Но пусть ты был способен на любовь
      Когда-то в молодости - на такую,
      Что и не снилась нам, - ну, что ж, тебе
      Такая, как моя, любовь не снилась!
      Ты делал глупости из-за любви?
      КОРИН
      О, тысячи! Но я забыл, какие.
      СИЛЬВИЙ
      Тогда, выходит, ты и не любил.
      Иначе все мельчайшие детали
      Очаровательных безумств любви
      Запечатлел бы в памяти навеки!
      Ты не любил! Когда ты не терзал
      Людских ушей и перед каждым встречным
      Свою подругу ты не восхвалял,
      Ты не любил! И если ты внезапно,
      Гоним тоской, не оставлял друзей,
      Ты не любил! О Феба! Феба! Феба!
      Уходят.
      РОЗАЛИНДА
      Чуть тронула я рану пастуха,
      И вот сама я тронута глубоко!
      ПРОБИР
      А что я - тронутый, это всем известно. Каких только глупостей я не вытворял из-за Джейн Смайлик! Однажды разбил о камень свой кинжал, который вместе со мной бывал у нее каждую ночь. Я был готов целовать ее валек и вымя коровы, которое она тягала своими бархатными ручками в очаровательных цыпках. Я облобызал чечевичный стручок, извлек из него два шарика и вручил своей любимой на память. Да, все мы, смертные, совершаем такие дурачества. Все смертные - глупы, зато и глупость не бессмертна.
      РОЗАЛИНДА
      Ты хоть осознаешь, какую умную вещь сказал только что?
      ПРОБИР
      Я не осознаю своего ума, пока он не обрушивает на мою голову какие-нибудь неприятности. И вообще, мы не знаем себя, пока не узнаем чего-то другого.
      РОЗАЛИНДА
      Да, пожалуй.
      Не зная пастухов, понять могла ли,
      Что я страдаю в жанре пасторали?
      ПРОБИР
      И я. Но, как признаться в том ни жаль,
      Изрядно постарела пастораль.
      СЕЛИЯ
      Будь добр, спроси у старика: быть может,
      Он нам продаст какой-нибудь еды.
      Я голодна - нет сил.
      ПРОБИР
      Эй, старый дурень!
      СЕЛИЯ
      Молчал бы лучше, молодой дурак!
      Он не одной профессии с тобою.
      КОРИН
      Кто звал меня?
      ПРОБИР
      Те, кто тебя важней.
      КОРИН
      Ну, разве что важней меня. А так-то
      Неважный вид у вас.
      РОЗАЛИНДА
      Шут, помолчи!
      Привет, старик почтенный.
      КОРИН
      Добрый вечер.
      РОЗАЛИНДА
      Есть в этих райских кущах человек,
      Который нас пригреет и накормит?
      А мы уж не останемся в долгу:
      Мы благодарность выразим не только
      Словами, но и золотом. Сестра
      Совсем уж обессилела в дороге.
      КОРИН
      Жаль бедной девы, жалко и того,
      Что беден я и дать могу немного.
      Я здесь батрак, пасу чужих овец
      И даже не стригу. А мой хозяин -
      Такой, я извиняюсь, мироед,
      А для таких, как он, гостеприимство -
      Хотя б во искупление грехов -
      Превыше сил. К тому ж свою кошару,
      И мызу, и овец он продает.
      Он сам в отъезде. Прямо и не знаю...
      И так уже мы впроголодь живем,
      Что будет дальше - страшно и подумать.
      Но постараюсь я пристроить вас
      И покормить. Я угощу собрата
      Чем Бог послал - хотя и маловато.
      РОЗАЛИНДА
      И покупатель есть?
      КОРИН
      Хотел купить
      Тот парень, что сейчас ушел отсюда.
      Но он теперь любовью увлечен
      И, видимо, ему не до покупок.
      РОЗАЛИНДА
      Вот и прекрасно. Значит, возражать
      Не стал бы он, когда за наши деньги
      Ты приобрел бы это всё для нас?
      СЕЛИЯ
      А мы тебе и плату увеличим.
      Ах, как хочу я поселиться здесь!
      КОРИН
      С покупкой этой трудностей не будет.
      Именье только нужно осмотреть,
      И если всё придется вам по вкусу,
      Мы тотчас же его приобретем.
      А я, как прежде, буду овчаром.
      Уходят.
      
      СЦЕНА ПЯТАЯ
      Лес.
      Входят АМЬЕН, ЖАК и другие.
      АМЬЕН (поет)
      Лежать на травке, под кустом -
      Как можно не мечтать о том?
      От пагубных привычек
      Сюда, где пенье птичек -
      Скорей, скорей, скорей!
      Здесь нет врагов,
      Хоть лес суров.
      Сюда, под сень ветвей!
      ЖАК
      Браво! Бис! Умоляю, продолжайте.
      АМЬЕН
      Но мои песни вызывают у вас приступы меланхолии, monsieur Жак.
      ЖАК
      Меланхолии мне и нужно. Я упиваюсь желчью, извлекаю желчь отовсюду, как ласка высасывает яйца. Пожалуйста, еще!
      АМЬЕН
      Но я не в голосе. Неужели вам это доставляет удовольствие?
      ЖАК
      Мне нужны песни, а совсем не удовольствие. Пожалуйста, спойте еще один куплет вашего ариозо. Это ведь так называется?
      АМЬЕН
      Называйте, как вам понравится, monsieur Жак.
      ЖАК
      Да, имя - лишь условность. А суть вещи не зависит от меня. Иное дело - мое отношение к этому. Так вы будете петь?
      АМЬЕН
      Спою, но не ради удовольствия - ни вашего, ни своего, - а только по вашему настоянию.
      ЖАК
      Буду вам признателен. Хотя выражение признательности напоминает мне реверансы двух дрессированных обезьян. Если же человек меня благодарит непритворно, это выглядит так, будто я ему подал милостыню, и он унижается передо мной, как самый жалкий нищий. Это неприятно. Ладно, пойте, а кто не хочет, прикусите языки.
      АМЬЕН
      Хорошо, я закончу песню. А вы, господа, пока накройте стол. Герцог желает трапезничать под этим самым деревом. Кстати, он весь день искал вас, господин Жак, и всё безуспешно.
      ЖАК
      Зато я весь день успешно скрывался от него. Он слишком любит диспуты. Когда я в меланхолии, в голове у меня бродит множество мыслей - не меньше, чем у него. Но я благодарю того, кто мне их посылает, и не выставляю напоказ. Начинайте, трубадур вы наш, начинайте!
      АМЬЕН (поет, остальные подхватывают припев)
      Покинуть свой унылый дом -
      Как можно не мечтать о том!
      И, чтоб не быть с душою врозь,
      Мой друг, все лишнее отбрось
      Скорей, скорей, скорей!
      Здесь нет врагов,
      Хоть лес суров.
      Сюда, под сень ветвей!
      ЖАК
      Представьте, мне вчера пришла странная охота к рифмам, и я сымпровизировал куплет как раз на этот мотивчик.
      АМЬЕН
      Покажите, а я живо перейму.
      ЖАК
      Извольте.
      (Поет)
      С сумою шляться нагишом -
      Как можно не мечтать о том!
      Подставить тело всем ветрам -
      Имущество, покой - к чертям!
      Бедлам! Бедлам! Бедлам!
      Когда ты сам осла ослей,
      Тогда, дружище, не робей,
      Тогда скорей под сень ветвей,
      Ступай смелей к ослам!
      АМЬЕН
      Простите, а что такое "бедлам"?
      ЖАК
      Это английское название рая для идиотов. Пойду я лучше спать. Но, если не удастся, я буду обречен размышлять о казнях египетских и об избиении младенцев.
      АМЬЕН
      А я разыщу герцога, и будем ужинать.
      Расходятся.
      
      СЦЕНА ШЕСТАЯ
      Лес.
      Входят ОРЛАНДО и АДАМ
      
      АДАМ
      Мой добрый хозяин, я не могу дальше идти. Я умираю от голода. Здесь я лягу, и здесь будет моя могила. Мне стыдно быть обузой. Прощай, добрый хозяин.
      ОРЛАНДО
      Скоро же ты записал себя в покойники. Мужайся, Адам! Не умирай раньше смерти! Ты еще поживешь. Воспрянь духом, не теряй надежды. Если нам встретиться хищник, то либо он съест меня, либо, что вернее, мы съедим его сами. Твое воображение ближе к смерти, чем бренное тело. Ради меня, держись, Адам! Кто хочет - тот может. Еще раз докажи свою преданность. Останься здесь и не впускай сюда смерть! А я отправлюсь на добычу и если вернусь с пустыми руками, тогда ты получишь полную свободу. Но умереть раньше - значит ответить неблагодарностью на мои старания. Ты повеселел - вот и ладно. Я скоро вернусь. Только сначала перенесу тебя в другое место, здесь сыро. Если эта пустыня не совсем пуста, мы не умрем от голода. Не грусти, Адам!
      Уносит АДАМА.
      
      
      СЦЕНА СЕДЬМАЯ
      Лес.
      Накрытый стол.
      Входят СТАРЫЙ ГЕРЦОГ, АМЬЕН и другие дворяне-изгнанники.
      
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Похоже, он совсем уж озверел.
      Я подразумеваю: стал оленем.
      Его не видно в образе людском.
      ПЕРВЫЙ ДВОРЯНИН
      О государь, недавно было видно.
      Он здесь сидел и вместе с нами пел.
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Он - олицетворение разлада -
      Увлекся музыкой? Всему конец!
      Разрушится гармония вселенной.
      Найти его немедленно! Я с ним
      Желаю говорить.
      Входит ЖАК.
      ПЕРВЫЙ ДВОРЯНИН
      Вот сам он, кстати.
      Избавил нас от поисков.
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Monsieur!
      Вы, как всегда, со всеми в диссонансе!
      Мы в меланхолию погружены,
      Разыскиваем вас, с ног сбились прямо,
      А вы бежите общества друзей
      И веселитесь. Что вас рассмешило?
      ЖАК
      Шут! Пестрый шут пришел в наш грустный мир!
      Шута в лесу я повстречал. Он грелся
      На солнышке и костерил злой рок
      В отборных выраженьях и с отменным
      При этом остроумием, хотя
      Он только шут, вот честное вам слово,
      Чтоб больше мне куска ни проглотить.
      Сказал я: "Эй, дурак!", а он ответил:
      "Нет, сударь, я еще не в дураках:
      Кто счастлив - тот дурак, а я не счастлив".
      Он на часы карманные взглянул
      Рассеянно, потом заметил тонко:
      "Уж десять. Девять было час назад.
      А через час одиннадцать настанет.
      "Тик-так" - глядишь, состарился на час,
      "Стук-стук" - и час еще один промчался.
      И час за часом мы теряем вес,
      И все же нам час от часу не легче.
      И созреванье наше, и распад
      Одновременны - в этом суть рассказа
      О жизни нашей. Так вертится мир,
      Так бьют часы. Удары их смертельны".
      Шут, не шутя, всё это изложил,
      Но я развеселился, как ни странно,
      Как будто бы в груди запел петух
      И пробудил меня от долгой спячки.
      Над этими ударами часов
      Я битый час смеялся. Вот философ!
      Вот истина в наряде шутовском!
      Вот истинное благородство мысли!
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Откуда взялся он?
      ЖАК
      О славный шут!
      Он при дворе служил и уверяет,
      Что там его сумели оценить
      Очаровательные две девицы.
      А впрочем, он типичнейший сухарь.
      В его мозгу, изрядно зачерствелом,
      Образовалось множество каверн,
      И там скопились крохи наблюдений,
      Которые он щедро выдает,
      Мешая с афоризмами. Хотел бы
      Я стать шутом! О, мне б его колпак!
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Что ж, это можно.
      ЖАК
      И не сомневайтесь:
      Я буду счастлив. Только уговор:
      Забудьте, что меня считали умным -
      Мысль эту выдерите из мозгов,
      И с нею - остальные заблужденья.
      Как ветер, должен быть свободен я,
      Всех овевать, на лица не взирая.
      Таков характер истого шута.
      И тот, кого я больше всех задену,
      Пускай и рассмеется громче всех,
      А почему - я думаю, понятно,
      Как дважды два, как то, что путь прямой
      К спасению ведет. Сколь ни противно
      Дурацкое глумление сносить,
      Его разумней будет не заметить.
      Кто обижается на дурака,
      Разоблачает собственную глупость,
      И тут выходит, что дурак умен,
      Раз полусловом и полунамеком
      До существа дотронулся. Итак,
      Друзья, скорее дайте мне колпак!
      Шутом я должен обрядиться, чтобы
      Прочистить мира грязную утробу.
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Воистину - не мозг, а черт-те что!
      Воображаю, что вы совершите.
      ЖАК
      Держу пари, лишь пользу.
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Нет, лишь грех,
      И тяжкий. Судишь ты, как власть имущий,
      Всё человечество - а кто ты сам?
      Животное? Ну, разве что. Ведь прежде
      Ты и несдержан, и бесстыден был.
      Немало ты постранствовал по свету,
      Собрал коллекцию мерзейших язв
      И низких зол - чтоб вылить эту мерзость
      Без сожаления на бедный мир.
      ЖАК
      Отнюдь! Я обличаю грех гордыни,
      На лица не взирая - то есть лиц
      Не вижу пред собой и не касаюсь.
      Сама гордыня, словно шторм, кипит,
      Потом, перебесившись, затихает -
      Зачем клеймить конкретных гордецов?
      Я прозреваю суть, а не явленья.
      Или, допустим, я могу сказать,
      Что бюргерши рядятся, как принцессы -
      Кого я этим самым оскорблю
      Из бюргерш - назовите поименно.
      Скорей они уж сами назовут -
      Но не себя, конечно, а соседок,
      На них похожих, словно близнецы .
      Хотя столь глупой женщина бывает,
      Что углядит злокозненный намек
      В любом моем невинном замечанье
      И выкрикнет: "Купила я сама
      Свои наряды! Вам-то что за дело
      До женских платьев?". Мне-то дела нет:
      Я не людей - пороки порицаю.
      Кто оскорбил ее? Она сама.
      А безупречных дам упрек не тронет.
      Он мимо пролетит, как дикий гусь,
      Которого никто и не заметит.
      А это что за гусь?
      Входит ОРЛАНДО с мечом.
      ОРЛАНДО
      Не нужно есть!
      ЖАК
      Совсем? Так мы еще не приступали.
      ОРЛАНДО
      И не приступите, не дав куска
      Голодному!
      ЖАК
      Уж не тебе ли, кочет?
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Ты от отчаянья так осмелел?
      Ты презираешь нормы этикета
      Или тебе неведомы они?
      ОРЛАНДО
      Вы прямо в точку первым же вопросом
      Попали. Стал отчаянным таким
      Я от отчаянья. Лишь уязвленный
      Нуждой, я о приличиях забыл
      И превратился в дикаря, однако
      Рожден в цивилизованной стране
      И мне известны добрые манеры.
      Эй, руки уберите от плодов!
      Сначала страждущему помогите,
      От голода не дайте умереть,
      Не то - умрете сами.
      ЖАК
      Да, придется!
      Он невменяем.
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Изложите нам
      Свое прошенье. Дружелюбным тоном
      Вы большего добьетесь. Так чего
      Угодно вам?
      ОРЛАНДО
      Еды!
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Садитесь с нами.
      ОРЛАНДО
      Так просто? Я-то думал, что в глуши
      Все люди глухи и звероподобны:
      И потому повел себя как зверь.
      Но кто вы, обитатели пустыни,
      Живущие как будто вне времен
      Под мирной сенью древ меланхоличных?
      Была известна вам иная жизнь?
      И благовест вам слышать доводилось,
      И вы по праздникам ходили в храм,
      И пировали с добрыми друзьями,
      И помогали ближнему не раз,
      И даже плакали от состраданья,
      И милосердье проявляли к вам?
      Прошу великодушного прощенья
      За отвратительный поступок мой.
      Сгорая от стыда, я меч свой прячу.
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Да, помним мы иные времена:
      И в храм под колокольный звон ходили,
      И бражничали в дружеском кругу,
      И даже плакали от состраданья
      Священного. Пожалуйте к столу.
      Всё, чем богаты, мы разделим с вами.
      ОРЛАНДО
      Тогда я вас по-дружески прошу:
      Немного с трапезой повремените
      И накормите страждущего - нет,
      Вы не о том подумали. С собою
      Привел я, словно молодой олень,
      Оленя старого: слуга почтенный
      Из преданности путь мой разделил.
      Он слишком изможден. Ему сначала
      Подайте руку помощи, а сам
      Я до тех пор к еде и не притронусь.
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      И это всё? Святая простота!
      Пускай поест ваш добрый камердинер.
      Ступайте сей же час за ним. К еде
      Без вас мы не притронемся.
      ОРЛАНДО
      Спасибо.
      Благословенны будьте, господа!
      Уходит.
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Да, мы не более других несчастны,
      И не трагедию досталось нам
      Сыграть на этом мировом театре.
      На свете повести печальней есть.
      ЖАК
      Весь мир - театр, и люди в нем - актеры.
      Идут на авансцену - отыграть
      Семь актов всё одной нелепой драмы
      И навсегда уйти в кромешный мрак.
      В начале действия бутуз щекастый
      Плюющийся у мамки на руках,
      Бессмысленно ревущий и вопящий.
      А вот уже, как яблочко румян,
      Капризный отрок шагом черепашьим
      Плетется в классы. Третье амплуа -
      Любовник (на героя не похожий),
      Расходующий силы невпопад
      На сочиненье нудных серенад.
      А вот уже герой, а не любовник:
      Как леопард, лохматый кондотьер -
      Бретер, безбожник, бабник. Ради славы,
      Взрывающейся мыльным пузырем,
      Полезет в жерло пушки. Просто жизнью
      Он не бывает удовлетворен
      И тратит пыл на поиск приключений.
      А вот судья с холеной бородой -
      Высокомудрых изречений кладезь
      И пожиратель жирных каплунов -
      На целый свет презрительно взирает.
      Актер преображается опять -
      Он Панталоне - зол и привередлив,
      Тощ и сквалыжен. Мужественный бас
      Перерождается в фальцет младенца.
      Старик в очках, со связкою ключей,
      Чулки, в которых щеголял когда-то,
      Для ног иссохших стали широки.
      И вот финал, а в нем - одни убытки.
      Поток метаморфоз почти иссяк,
      Младенчество второе наступает:
      Без глаз, и без зубов, и без ума -
      Безо всего.
      ОРЛАНДО вносит АДАМА
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      А вот и вы! Сложите
      Почтенный груз. Кормите старика.
      ОРЛАНДО
      Вас за него благодарю сердечно.
      АДАМ
      Да, извините, я настолько слаб.
      Что сам едва могу сказать спасибо -
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Не извиняйся, ясно всё и так.
      Вы ешьте, не смущайтесь. Мы не станем
      Вам докучать расспросами. Кузен,
      Быть может, вы нам что-нибудь споете?
      
      АМЬЕН (поет)
      Зимний ветер! Вей и вой!
      Нам не страшен норов твой.
      Это ведь стихия.
      Лишь от стужи мы дрожим.
      Ты суров, но ты незрим.
      Хуже люди злые.
      
      Жребий свой благослови
      И чащобы эти:
      Счастья, дружбы и любви
      Нет на подлом свете!
      Провидению хвала,
      Что, лишая крова,
      Нас хранит в юдоли зла
      От всего мирского!
      
      Сколь, мороз, ни свирепей,
      Что нам в ярости твоей?
      Возмущаться нечем.
      Ты сковал поверхность вод,
      Но куда страшнее лед
      В сердце человечьем.
      
      Жребий свой благослови
      И чащобы эти:
      Счастья, дружбы и любви
      Нет на подлом свете!
      Провидению хвала,
      Что, лишая крова,
      Нас хранит в юдоли зла
      От всего мирского!
      
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Так, говорите, вы Роланда сын?
      Я сам бы мог об этом догадаться:
      Одно лицо, живой портрет отца.
      Я герцог, и отец ваш благородный
      Мне другом был. Я вам сердечно рад
      И вам, слуга, достойный уваженья.
      Друзья мои, займитесь стариком.
      А вы мне расскажите обо всем.
      Уходят.
      
      АКТ ТРЕТИЙ
      СЦЕНА ПЕРВАЯ
      Входят ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК, несколько дворян и ОЛИВЕР.
      
      ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК
      С тех пор его не видели? Мессир!
      Мессир! Я что, по-вашему, младенец?
      Но создан я из кротости самой,
      Иначе ты мне брата заместил бы
      Для мести. Ты одним уж виноват:
      Что он в отсутствии, а ты в наличье.
      Но я же не тиран и сумасброд,
      И потому ответишь ты за брата,
      Когда его не сыщешь днем с огнем,
      Хоть под землей, до истеченья года.
      Иначе берегись! А мы пока
      Секвестр наложим на твое именье.
      И сам ты в черном списке с этих пор.
      ОЛИВЕР
      Но, государь, я ненавижу брата
      Всю жизнь! И разве сторож я ему?
      ГЕРЦОГ ФРЕДЕРИК
      Тем хуже, фарисей, тем хуже, каин!
      (Дворянам)
      Я не желаю видеть подлеца!
      Арест на всё имущество - немедля!
      А негодяя вытолкать взашей!
      Уходят.
      СЦЕНА ВТОРАЯ
      Лес.
      Входит ОРЛАНДО с листом бумаги.
      
      ОРЛАНДО
      В стихах лишь силу страсти изолью.
      Смотри, Луна, в тройном венце светило,
      На дивную охотницу свою,
      Что для меня всю прелесть воплотила.
      О Розалинда! Это имя тут
      Как символ чистоты впишу навеки,
      И люди хронику любви прочтут
      На деревах лесной библиотеки.
      Пиши, пиши, Орландо, на стволах
      Хвалу, невыразимую в словах.
      Уходит.
      Входят КОРИН и ПРОБИР
      КОРИН
      Ну-с, мэтр Пробир, как вы живете-поживаете на лоне природе?
      ПРОБИР
      Поживать на лоне природы - еще куда ни шло, но постоянно жить там невозможно. Мне по душе уединение, но не одиночество. Первое - радостно, а второе - гадостно. Жить вдали от света мне по сердцу, но от темного царства - с души воротит. Ее целомудренность питает мой дух, зато истощает плоть. Пастух, ты имел дело с Софистикой?
      КОРИН
      С этой распутницей! С этой капризной бабелиной, которая сама не знает, чего хочет! Нет, я дружу с Философией. Учусь у нее здравому смыслу. Она говорит, что когда у тебя болит нутро, ты не здоров; что если у тебя нет денег, то не будет и приятелей; что под дождем мокнут, в огне горят, а не наоборот , что на тучных пастбищах скот имеет привес, что ночь наступает, когда уходит солнце, что ежели ты дурак от природы или от учения, значит, виноваты семья и школа.
      ПРОБИР
      Ну, ты философ, натурально! Я бы сказал - натурфилософ. А быть придворным философом тебе не посчастливилось?
      КОРИН
      По правде говоря, не посчастливилось.
      ПРОБИР
      Раз не посчастливилось, значит, быть тебе в аду.
      КОРИН
      Дурь какая-то! С какой стати, сударь?
      ПРОБИР
      Будешь непременно. Философ ты с одного боку - вот тебя с одного боку и пропекут, как яйцо.
      КОРИН
      Только за то, что я не был придворным философом? Где же здесь логика?
      ПРОБИР
      Железная логика. Раз ты не был придворным философом - значит, не был придворным. Если не был придворным - не знаешь приличий. Если не знаешь приличий - значит, ведешь себя неприлично. А это уже грех. А за грехи попадают в ад. Так что, пастух, подумай о душе.
      КОРИН
      Никакая это не логика, Пробир. Придворные манеры в деревне так же неуместны, как при дворе - деревенская простота. Вот вы говорили, что придворные, когда встречаются, не кланяются друг другу, а целуете руки. Если бы пастухи здоровались таким манером, это было бы очень неопрятно.
      ПРОБИР
      Аргументируй!
      КОРИН
      Так ведь мы всё время с овцами возимся, а руно их - жирное, сами знаете.
      ПРОБИР
      А у придворных ладони потеют. Чем, по-твоему, человеческий пот лучше овечьего жира? Слабоватый аргумент. Давай объясни как-нибудь получше, почему простолюдинам нельзя целовать руки.
      КОРИН
      Да потому что они грубые!
      ПРОБИР
      Тем чувствительнее будут поцелуи! А придворные как раз должны отличаться чувствительностью. Изобрети поосновательнее аргумент!
      КОРИН
      Извольте. У нас руки в дегте: мы им лечим овец. И вы требуете, чтобы мы целовали деготь! У придворных-то руки надушены мускусом.
      ПРОБИР
      О невежда! Просто болван в сравнении с живым существом! Да если бы ты знал из чего этот мускус делается? Из пота африканской кошки! Послушай умного человека и рассуди: насколько деготь более приличного происхождения! Напряги свой ум, пастух!
      КОРИН
      Как бы я ни пыжился, куда мне до вас! Ваш ум изворотливый, как у придворного.
      ПРОБИР
      А в ад не хочешь? Безумец! Просвети его, Господи, не ведает, что творит!
      КОРИН
      Ведаю, ведаю! Живу, не тужу, не осуждаю никого, не досаждаю никому и всем выражаю почтение. Не скорблю по чужой удаче и радуюсь, когда мои овцы щиплют траву и кормят ягнят.
      ПРОБИР
      О кладезь глупости! А разве ты не случаешь скотов? Стыдись! Ты отдаешь бедных молоденьких ярочек на растление старым рогоносцам - да еще безо всякого брачного контракта! Да еще за деньги! Значит, ты наживаешься на сводничестве и скотоложстве! Да если ты за одно это не угодишь в ад, значит, пастухи угодны самому дьяволу.
      КОРИН
      Смотрите: молодой Ганимед, брат моей хозяйки.
      Входит РОЗАЛИНДА с листом бумаги.
      РОЗАЛИНДА (читает)
      Есть ли у обеих Индий
      Лал, подобный Розалинде?
      Средь земных Цирцей и Цинтий
      Нету равных Розалинде.
      Много дивных есть картин, да
      Их затмила Розалинда
      Взором целый свет окиньте.
      Пойте славу Розалинде!
      Всех земных богинь отриньте,
      Поклоняйтесь Розалинде!
      ПРОБИР
      Да я могу извлекать из себя такие импровизации восемь лет кряду, за вычетом еды и сна! Размер стоп несколько однообразен. А стихи гремят, как сабо двух торговок, бегущих на базар.
      РОЗАЛИНДА
      А не убежать ли тебе отсюда, шут?
      ПРОБИР
      А я попробую - дурной пример заразителен. Только немного усовершенствую ритм.
      Если лань к оленю льнет,
      Это нежность Розалинды.
      Вот бежит за кошкой кот -
      С грациею Розалинды.
      Плащ от бури не спасет,
      Но укроет Розалинда.
      Кто грешит, наказан тот
      Будет вместе с Розалиндой.
      С горькой цедрой сладкий плод -
      Не сравнится с Розалиндой.
      Рвущий розу, обретет
      И шипы - и Розалинду.
      И стихи двинулись иноходью. Где вы подобрали эти болезненные вирши?
      РОЗАЛИНДА
      Молчи, вздорный шут. Я нашел их на дереве.
      ПРОБИР
      Воистину: узнаешь дерево по плодам его!
      РОЗАЛИНДА
      Если к этому дереву привить тебя, а потом мушмулу, оно даст самые скороспелые плоды, которые сгниют, не успев созреть. Ибо в этом и заключается главное свойство мушмулы.
      ПРОБИР
      Интересный способ. А возможный или нет - покажет природа.
      Входит СЕЛИЯ с листом бумаги.
      РОЗАЛИНДА
      Тихо! Идет сестра и что-то читает. Лучше отойдем.
      СЕЛИЯ (читает)
      Этот лес и нем, и дик,
      У него пустынный вид.
      Дам я дереву язык -
      И оно заговорит:
      
      В миг вмещаются века,
      Дни ползут, года летят,
      Жизнь, как прежде, коротка,
      И враждебен брату брат -
      
      Бор глаголет обо всем,
      Вторит бор словам моим.
      И в речении любом
      Розалинды образ зрим.
      
      Это имя нанесу
      На любой древесный ствол,
      Чтобы всяк, кто есть в лесу,
      С изумлением прочел,
      
      Что средь женщин он найдет -
      Хоть мечтать не смел о том -
      Воплощенье всех красот
      В милом облике земном.
      
      Так синод всевышних сил,
      Взяв создание одно,
      В Розалинде совместил,
      Что другим поврозь дано.
      
      Спорит прелестью очей
      С Клеопатрою она,
      Красота Елены в ней
      Блудом не замутнена .
      
      Аталанты чистота,
      Честь Лукреции - и так,
      Каждая ее черта -
      Женщины великой знак.
      
      Ей совершенством быть во всем,
      А мне навек - ее рабом.
      РОЗАЛИНДА
      О боги! Что можно Юпитеру, немилосердно для пастуха - простите: пастора. Навязать пастве такую пространную проповедь и не предупредить: "Запаситесь терпением"! Это жестоко.
      СЕЛИЯ
      Вы здесь, друзья? Пастух, отойди подальше. И ты, Пробир.
      ПРОБИР
      Отступим, пастух. Это называется "почетное отступление": не с трофеями - так не вовсе с пустыми руками.
      КОРИН и ПРОБИР уходят.
      СЕЛИЯ
      Слышала? Ну, и как тебе стихи?
      РОЗАЛИНДА
      Несколько неровные. В конце немного спотыкаются.
      СЕЛИЯ
      Ну, концы-то с концами сведены неплохо.
      РОЗАЛИНДА
      Но окончательный вывод... Однако!
      СЕЛИЯ
      А тебя не удивляет, что твое имя красуется на всех деревьях?
      РОЗАЛИНДА
      Меня уже ничто не удивляет. По-моему, им исписаны даже пальмы. А стихи... Если верить Пифагору, моя душа могла обитать в теле гаммельнской крысы, но не помню, чтобы я подвергалась заклинаниям такой силы. Впрочем, не помню, чтобы я была крысой.
      СЕЛИЯ
      С трех раз угадай, чьи это проделки.
      РОЗАЛИНДА
      Неужели мужчины?
      СЕЛИЯ
      Да. Но у него на шее медальон, который носила одна женщина. Что, краснеешь, милочка?
      РОЗАЛИНДА
      Что ты имеешь в виду?
      СЕЛИЯ
      О Господи! Гора с горой не сходятся, но во время землетрясения могут столкнуться. А люди...
      РОЗАЛИНДА
      Да говори же яснее - кто он?
      СЕЛИЯ
      Как? Ты до сих пор не догадалась?
      РОЗАЛИНДА
      Да нет же!
      СЕЛИЯ
      Это чудо из чудес, восьмое чудо света. После всех моих намеков? Что же ты краснеешь?
      РОЗАЛИНДА
      От напряжения. Думаешь, если я вырядилась в камзол и штаны, то в них же облачилось и моя сущность? Отвечай! Для меня каждый миг неизвестности безбрежен, словно Южный океан! Да говори! Будь ты заикой, это имя выплеснулось бы из твоих уст, как шампанское из узкогорлой бутылки: или всё, или ни капли. Ну, не томи, я истомилась жаждой.
      СЕЛИЯ
      Твою жажду утолит упоительный мужчина.
      РОЗАЛИНДА
      Что это за мужчина? Истинное ли подобие божие? Его голова хороша сама по себе или только в шляпе? Есть ли у него борода?
      СЕЛИЯ
      Пока только намечается.
      РОЗАЛИНДА
      Пошли ему Бог большую, если он окажется благодарным. А пока она не отросла, скажи, что это за лицо.
      СЕЛИЯ
      Лицо, тебе знакомое. Это юный Орландо, победивший Карла и покоривший тебя.
      РОЗАЛИНДА
      Шутки в сторону! Говори, как порядочная девушка!
      СЕЛИЯ
      Вот как порядочная и говорю: это он
      РОЗАЛИНДА
      Орландо?
      СЕЛИЯ
      Орландо!
      РОЗАЛИНДА
      Ужас! И я в камзоле и штанах! Но, значит, ты видела его? Что он делал? Говорил что-нибудь? Как выглядел? Куда шел? Как его сюда занесло? Спрашивал ли обо мне? Где он живет? Как вы расстались и где его найти? Отвечай одним словом!
      СЕЛИЯ
      Если ответить на все сразу одним словом, которое вместило бы столько смысла, нужен рот Гаргантюа. Если отвечать на каждый вопрос одним словом - "да" или "нет", - времени уйдет больше, чем на катехизис.
      РОЗАЛИНДА
      Но он знает хотя бы, что я здесь, и в мужском обличье? А сам он такой же красивый, как тогда, в день поединка?
      СЕЛИЯ
      Отвечать на вопросы влюбленных - все равно что считать атомы во вселенной: занятие бесконечное. Ну, хорошо, я тебя угощу, а ты вкушай. Я застала Орландо лежащим под дубом, словно желудь.
      РОЗАЛИНДА
      О древо Юпитера, приносящее такие плоды!
      СЕЛИЯ
      Мадемуазель, все-таки позволите говорить мне?
      РОЗАЛИНДА
      Говорите.
      СЕЛИЯ
      Он лежал, подобный раненому рыцарю.
      РОЗАЛИНДА
      Если бы не слово "подобный", это было бы ужасное зрелище. А так - прекрасное.
      СЕЛИЯ
      Придержала бы ты язык. У тебя все время какие-то заскоки. Орландо был в костюме охотника.
      РОЗАЛИНДА
      Это внушает тревогу! Мое сердце будет его мишенью!
      СЕЛИЯ
      Ты своим контрапунктом мешаешь мне петь.
      РОЗАЛИНДА
      Но я же все-таки женщина и не могу петь только в унисон! Но говори дальше, дорогая!
      СЕЛИЯ
      Так ведь ты не даешь! И не надо. Он сам идет сюда!
      РОЗАЛИНДА
      Спрячемся и понаблюдаем за ними.
      Входят ОРЛАНДО и ЖАК.
      ЖАК
      Благодарю за приятное общение, но мне гораздо приятнее общаться с самим собой.
      ОРЛАНДО
      В этом я ваш единомышленник. Но из элементарной вежливости благодарю вас за общение.
      ЖАК
      Бог да пребудет с вами. Пусть лучше он, чем я.
      ОРЛАНДО
      И в этом я с вами согласен.
      ЖАК
      Доброе пожелание напоследок. Перестаньте калечить деревья. И не уродуйте их своими юродивыми стихами.
      ОРЛАНДО
      Сделайте одолжение: не уродуйте моих стихов своей декламацией.
      ЖАК
      Значит, ваш предмет называется Розалиндой?
      ОРЛАНДО
      Да, если вам угодно выражаться именно так.
      ЖАК
      Мне это имя не по вкусу.
      ОРЛАНДО
      К моему прискорбию, тот, кто ее крестил, не справился о ваших вкусах.
      ЖАК
      Какого она роста?
      ОРЛАНДО
      Достаточно высока, чтобы дорасти до моего сердца.
      ЖАК
      Ваши ответы лаконичны, как надписи на перстнях.
      ОРЛАНДО
      А ваши вопросы вычурны, как надписи на обоях.
      ЖАК
      Ваш ум быстрее ног Аталанты. Я готов изменить мнение о вас в лучшую сторону. Может, мы присядем и будем порицать этот дурной мир.
      ОРЛАНДО
      Я дурно знаю этот мир, чтобы дурно говорить о нем. Из того, что мне знакомо, самое дурное в этом мире - я сам.
      ЖАК
      И хуже всего - ваша любовная дурь.
      ОРЛАНДО
      Но я не отдам ее за весь ваш ум. И что вы ко мне пристали?
      ЖАК
      За неимением шута, которого я, собственно, искал.
      ОРЛАНДО
      Загляните в ручей - может, увидите там шута, чье общество будет вам приятно.
      ЖАК
      Вы намекаете, что я увижу себя?
      ОРЛАНДО
      Себя и никого другого. Шута или круглый нуль.
      ЖАК
      Счастлив проститься с вами, господин Любовь.
      ОРЛАНДО
      Счастлив проститься с вами, господин Неудовлетворенность.
      ЖАК уходит.
      РОЗАЛИНДА (Селии)
      Сейчас я его разыграю. Прикинусь нахальным лакеем. Эй ты, охотник! Слышите меня?
      ОРЛАНДО
      Слышу отлично. Что вам нужно?
      РОЗАЛИНДА
      Э... Который час?
      ОРЛАНДО
      Уместнее спросить, какое время суток. Какие часы могут быть в лесу?
      РОЗАЛИНДА
      Живые, разумеется. Значит, нет в этом лесу ни одной живой души, ни одного настоящего влюбленного. Он поминутно вздыхал бы - и так можно было бы отсчитывать минуты.
      ОРЛАНДО
      Тогда ваш живой человек превратился бы в автомат.
      РОЗАЛИНДА
      Очень пригодный, чтобы измерять ленивый ход времени.
      ОРЛАНДО
      Вы, наверное, хотели сказать: стремительный бег времени? Разве не так будет вернее?
      РОЗАЛИНДА
      Отнюдь! Всё зависит от личности человека. Время движется по-разному с разными людьми: с кем-то иноходью, с кем-то рысью, с кем-то галопом. А с некоторыми вовсе стоит на месте. Я в этом разбираюсь.
      ОРЛАНДО
      Тогда, пожалуйста, скажите, для кого оно плетется рысью?
      РОЗАЛИНДА
      Для девицы между обручением и венчанием. Эти семь дней стоят семи лет. Можно сказать, для нее ползет.
      ОРЛАНДО
      А для кого движется иноходью?
      РОЗАЛИНДА
      Для попа, не знающего латыни, и богача, не знающего подагры. Первый спокойно спит, не думая о науке, второй - о медицине. Поп не изводит себя учением, богача не изнуряет нищета. Для них время идет.
      ОРЛАНДО
      А для кого мчится галопом?
      РОЗАЛИНДА
      Для вора, которого тащат на виселицу. Он едва отрывает ноги от земли, а время для него летит.
      ОРЛАНДО
      Для кого же оно стоит?
      РОЗАЛИНДА
      Для стряпчего на каникулах. Заняться ему нечем, он всё больше спит, и для него времени как бы не существует вовсе.
      ОРЛАНДО
      Где вы живете, обаятельный юноша?
      РОЗАЛИНДА
      Мы с сестрой-пастушкой обитаем вон в той хижине, что на краю леса, как оборка на юбке.
      ОРЛАНДО
      С самого рождения... обитаете?
      РОЗАЛИНДА
      Да, как кролики, которые живут там, где родятся.
      ОРЛАНДО
      Такую манеру речи, как у вас, трудно приобрести в провинции.
      РОЗАЛИНДА
      Не вы первый это замечаете. Меня воспитал дядюшка, благообразный старик, живший в городе. Он знал манеры и любовь тоже. Он рассказывал мне об этой любви. Слава Богу, я не женщина и не знал никакой любви. Как говорил старик, всё зло от этого.
      ОРЛАНДО
      А в чем он обвинял женщин прежде всего?
      РОЗАЛИНДА
      Думаете, в чем-то одном? Все их ущербные черты стоят друг друга. В сущности, это мелочи, каждая из которых, может быть преувеличенной и тогда выглядит ужасным преступлением, пока рядом не вырастает еще ужаснейшее.
      ОРЛАНДО
      Например?
      РОЗАЛИНДА
      Зачем это вам? Во враче нуждаются больные. Разве что расскажу вам про одного одержимого человека. Он ходит по лесу, калечит деревья, уродует их своими юродивыми стихами. Этот язычник, дающий деревьям языки, поклоняется какой-то Розалинде и весь лес превратил в капище. Он вырезает имя этой своей Розалинды на коре или развешивает на ветвях тексты, написанные в экстазе. На шипы татарника он накалывает оды, на ветви ежевики вешает элегии. Так он славословит свою богиню. Вот этому сочинителю я прописал бы лекарство от неистовства.
      ОРЛАНДО
      Пропишите, друг мой: я - тот неистовый сочинитель.
      РОЗАЛИНДА
      Вы? Боюсь, вы действительно сочинитель, но не тот. У вас не заметно ни одного симптома любовного исступления.
      ОРЛАНДО
      Каковы же эти симптомы?
      РОЗАЛИНДА
      Во-первых, провал... Нет, не бойтесь - провал щек. У вас ничего проваленного не видно. Во-вторых, голубые... нет, не глаза - тени под глазами. Ничего голубого тоже не просматривается. Замкнутость в себе - этого уж точно нет. Ну, нечесаная борода - признак для вас пока несущественный. По молодости лет, у вас не больше растительности на подбородке, чем наследства у младшего брата. Идем дальше: спущенные чулки, набекрень - нет, пока только шляпа, рукава расстегнуты, шнурки развязаны - так влюбленный демонстрирует пренебрежение к своему внешнему виду. А вы демонстрируете обратное. Вы в полном аккурате, это буквально вопиет о любви, но - к самому себе.
      ОРЛАНДО
      Рассудительный отрок, поверь, что, несмотря на всё это, я страстно влюблен.
      РОЗАЛИНДА
      Поверить? Пусть лучше поверит предмет вашей страсти. Возможно, Розалинда в это и поверит, но признается - едва ли. Так уж устроены женщины - я знаю их натуру. Они склонны к бессовестному самообману. Так это действительно ваши стихи?
      ОРЛАНДО
      Клянусь белоснежной рукой Розалинды, я сам их написал!
      РОЗАЛИНДА
      Забавное изречение! И вы влюблены именно, как об этом глаголют ваши произведения?
      ОРЛАНДО
      Никаким произведениям и никаким глаголам не выразить содержания моих чувств - разве что силу.
      РОЗАЛИНДА
      Сила есть - ума не надо. Итак, чем у нас лечат безумных? Карцером и кнутом. И если этим мерам подвергают не всех, только потому, что влюбленность заразительна и принимает характер пандемии, которой подвержены даже ее лекаря. Но я попытался бы излечить вас, не прибегая к таким сильным средствам.
      ОРЛАНДО
      А у вас уже есть опыт таких излечений?
      РОЗАЛИНДА
      Небогатый, но есть. Одного несчастного я спас таким образом. Он должен был вообразить, что я и есть предмет его любви. То есть, что я - это она. Бедняга должен был ежедневно меня очаровывать. А я разыгрывал капризную даму с причудами - то задумчивую, то неприступную, то сантиментальную, то взбалмошную, то наивную. Я изводил его своим непостоянством, я смеялся и рыдал. Подобно женщинам и детям, увлекался любыми чувствами, не испытывая ни одного по-настоящему. Я выказывал то любовь, то презрение, то приманивал его, то отвергал, то жалел, то высмеивал. В итоге безумно влюбленный стал просто безумным и принял схиму. Не бог весть что, но согласитесь, что любовь потеряла для него всякое значение. Так что если вы очистить от любви сердце и печень, хотите быть здоровым, как баран, я берусь вылечить вас.
      ОРЛАНДО
      Но я не хочу быть здоровым, как баран.
      РОЗАЛИНДА
      А придется. Только называйте меня Розалиндой. Приходите каждый день в мою хижину, и мы будем разыгрывать любовь.
      ОРЛАНДО
      Ну, разве что ради любви я испытаю это средство. Где твой дом?
      РОЗАЛИНДА
      Идемте со мной, я вам покажу. А вы объясните, как найти вас. Идет?
      ОРЛАНДО
      Идет, сострадательный юноша!
      РОЗАЛИНДА
      Нет, Розалинда. Привыкайте. - Сестра, ты с нами?
      Уходят.
      
      СЦЕНА ТРЕТЬЯ
      Лес.
      Входят ПРОБИР и ОДРИ.
      За ними издали наблюдает ЖАК.
      ПРОБИР
      Поспеши за мной, милая Одри. Мы вместе будем пасти твоих козочек. Что скажешь, Одри? Нравится тебе мое сложение?
      ОДРИ
      Ахти! Какое такое солжение?
      ПРОБИР
      Сложение элегантных любовных элегий на лоне природы. Я готов их слагать, как Овидий среди готов. Или гетов - не помню.
      ЖАК (в сторону)
      Обломки учености в недостойном вместилище! Это похуже Юпитера в лачуге Филемона и Бавкиды.
      ПРОБИР
      Когда поэзия и остроумие не находит отклика, это просто убийственно - как большой счет за скромный обед в таверне. Жаль, что боги не создали тебя более поэтичной!
      ОДРИ
      А "поэтичная" - это какая? Значит ли это "порядочная девушка"? Или честная?
      ПРОБИР
      По совести, вряд ли. Чем лучше поэзия, тем дальше она от действительности. Поэтому поэтичные речи влюбленных - так сказать, неверны.
      ОДРИ
      Вы такой странный человек... Хотите, чтобы я была неверной, да еще богов приплетаете!
      ПРОБИР
      А как же. Ты клялась, что ты честная девушка. Но будь ты поэтичной, я мог бы надеяться, что это ложная клятва.
      ОДРИ
      Так вы хотите, чтобы я была нечестной?
      ПРОБИР
      Честная красотка - это, пожалуй, приторное создание. Вроде меда, смешанного с сахарным сиропом.
      ЖАК (в сторону)
      О, едкий шут!
      ОДРИ
      Я, может, и не красотка вовсе, потому не приторная и не хочу быть притворной. И пускай боги оставят меня такой, как есть.
      ПРОБИР
      Возможно. Только наделять честностью замарашку и мымру - всё равно что подавать изысканное яство в жалкой плошке.
      ОДРИ
      Ну, я не замарашка. Насчет мымры - не спорю: не знаю, что это такое.
      ПРОБИР
      И слава богам. Сейчас ты просто мымра, остальное со временем приложится. Но речь не о том. Я хочу с тобой венчаться и с этой целью договорился с кюре из ближайшего прихода Оливером Галиматье. Он сегодня должен прийти и сочетать нас в этом лесу.
      ЖАК (в сторону)
      Хотел бы я видеть это позорище !
      ОДРИ
      И пошлют нам боги всяческих радостей!
      ПРОБИР
      Аминь. Человек заурядный не решился бы на такой ритуал. Нашим храмом будет лес, свидетелями - рогатые твари. Ну и что с того? Обойдемся без предрассудков. Рога - вещь непривлекательная, но необходимая. Говорят, что многие сами не знают, что имеют. Речь явно идет о рогах, особенно больших. И понятно: ты сам их не растил, а жена подарила, да еще скрыла свою роль из скромности. Рога? Подумаешь? Разве этой короной украшены только благородные создания? И олень рогат, и самый беспородный скот. Тогда что - блаженны холостяки? А вот и нет! Как город, укрепленный стеной, великолепнее простого села, так увенчанная рогами голова венчавшегося человека выглядит много достойнее, чем голый лоб бобыля. И насколько защищенность предпочтительнее беззащитности, настолько иметь рога полезнее, чем не иметь. Однако вот и господин кюре.
      Входит священник ОЛИВЕР ГАЛИМАТЬЕ.
      Милости просим, господин Оливер Галиматье! Вы окажете нам милость окрутить нас в этом храме природы или следует пройти в вашу часовню?
      ОЛИВЕР ГАЛИМАТЬЕ
      Из чьих рук вы должны принять свою невесту?
      ПРОБИР
      Чтобы моя невеста ходила по чужим рукам, да я еще принял это как должное! Никогда в жизни!
      ОЛИВЕР ГАЛИМАТЬЕ
      Придется принять, иначе бракосочетание не будет иметь законной силы.
      ЖАК (выходит вперед)
      Сочетайте их. Я готов предложить для этого свою руку.
      ПРОБИР
      Добрый вечер, господин Инкогнито! Вы явились на сцену как раз в нужный момент, благослови вас Бог. Как ваше здоровье? Рад вас видеть. Однако наденьте шляпу.
      ЖАК
      Тебе действительно приспичило жениться, пестрый шут?
      ПРОБИР
      А почему бы нет? У быка ярмо, у коня удила, у сокола бубенчики, у человека - похоти. Голубки воркуют, а милые бранятся - только тешатся.
      ЖАК
      И вы, человек просвещенный, собираетесь жениться под открытым небом, словно бедный странствующий комедиант! Ступайте в церковь, пусть вас обвенчает нормальный священник, который понимает, что такое таинство брака, да еще и вам объяснит. А этот бракодел соединит вас, как две доски. Потом одну доску начнет коробить, и вы разойдетесь.
      ПРОБИР (в сторону)
      Вот и отлично. Пусть соединяет. Если он это сделает не как положено, у меня будет формальный повод развестись.
      ЖАК
      Пойдем со мной, я дам тебе наставления.
      ПРОБИР
      Идем, милая Одри.
      Идем же за священником смелее,
      Чтоб жить как люди иль прелюбодеи.
      Ах, господин Оливер, я весь в колебаниях!
      Ну, Одри, под венец!
      Скорей, святой отец!
      Вот счастье, наконец!
      Но мне терять на кой
      И волю, и покой?
      Постой, отец святой!
      ЖАК, ПРОБИР и ОДРИ уходят.
      ОЛИВЕР ГАЛИМАТЬЕ
      И все равно никто из этих бездельников не подорвет моей веры в свое призвание.
      Уходит.
      
      СЦЕНА ЧЕТВЕРТАЯ
      Лес.
      Входят РОЗАЛИНДА и СЕЛИЯ.
      РОЗАЛИНДА
      Сейчас не говори со мной: я вот-вот расплачусь.
      СЕЛИЯ
      Плачь, если невтерпеж, только вспомни на всякий случай, что мужчины не плачут.
      РОЗАЛИНДА
      А если есть причина?
      СЕЛИЯ
      Тогда можно.
      РОЗАЛИНДА
      Изменник! До кончиков волос изменник.
      СЕЛИЯ
      Допустим, потемнее, чем у Иуды, но поцелуи - точно произошли от Иудиных.
      РОЗАЛИНДА
      Но цвет волос у него очень приятный.
      СЕЛИЯ
      Разумеется, каштановый - лучший цвет для волос.
      РОЗАЛИНДА
      А поцелуи священны, как просфоры.
      СЕЛИЯ
      Он приобрел пару уст у Дианы. Даже у монахинь зимнего ордена поцелуи не столь холодны: их остужает лед целомудрия.
      РОЗАЛИНДА
      Почему нарушил обет и не пришел?
      СЕЛИЯ
      Так уж сразу и обет! Но в самом деле нарушил. Изменник!
      РОЗАЛИНДА
      Правда?
      СЕЛИЯ
      А кто же? Он не карманник и не конокрад - кем же ему еще быть? Нет ведь человека без недостатков. Значит, он изменник, и его обещания так же пустопорожни, как выпитые бутылки и вылущенные орехи.
      РОЗАЛИНДА
      Значит, в любви он неверен?
      СЕЛИЯ
      В любви - да, но в нашем случае нет ни малейших признаков любви. Следовательно, он верен. Но не в любви. Значит, всё в порядке.
      РОЗАЛИНДА
      Но ведь тогда он клялся, что любил.
      СЕЛИЯ
      Так ведь это было тогда. Потом он мог разлюбить. И, кроме того, влюбленным, когда они клянутся, можно доверять не больше, чем кабатчикам: те и другие завышают счета. Кстати, Орландо служит у герцога, твоего отца.
      РОЗАЛИНДА
      Герцога я вчера случайно встретила, и мы даже немного поговорили. Он спросил, какого я происхождения, я ответила: такого же хорошего, как ваше. Он принял это за остроумие, рассмеялся и пошел своей дорогой. Но об отце - потом, сначала договорим об Орландо.
      СЕЛИЯ
      Орландо - несравненный юноша. Стихи его необыкновенны, его любовные клятвы ни с чем не сообразны. Он дает их и тут же забирает. Он разбивает сердца, как опытный донжуан, и ломает копья, как рыцарь-самоучка. Замах у него хорош, но удар отстает. Впрочем, безрассудная молодость в любом случае прекрасна. Сюда идут.
      Входит КОРИН.
      КОРИН
      Просили вы узнать о пастухе,
      Который сохнет по пастушке Фебе,
      Хоть эта Феба, Господи прости -
      Фефела, фифа, фря и фордыбака!
      СЕЛИЯ
      Да, что же с ним?
      КОРИН
      Могу вам показать
      Забавную любовную картинку:
      На ней трепещет огонек любви
      И ярко фанаберия пылает.
      Изволите взглянуть?
      РОЗАЛИНДА
      О да! Пойдем!
      Забавны страсти в облике любом.
      Вот славно было б, если б мы сыграли
      Хотя бы сцену в этой пасторали!
      Уходят.
      
      СЦЕНА ПЯТАЯ
      Другая часть леса
      Входят СИЛЬВИЙ и ФЕБА
      
      
      СИЛЬВИЙ
      О Феба, не гони меня, о Феба!
      Не отводи своих нежнейших глаз!
      Ну, хорошо, любовь мою отвергни,
      Но взорами не убивай меня
      Иль хоть убей, но не язви словами!
      Ведь даже дел заплечных мастера,
      Поднаторевшие в лютейших казнях,
      Порой способны жертву пожалеть.
      Ужели ты безжалостнее ката
      Что зачерствел от злого ремесла?
      Входят РОЗАЛИНДА, СЕЛИЯ, за ними - КОРИН.
      ФЕБА
      Ах, так! Вот я уже и хуже ката?
      Как вам понравится! Еще сравнил
      Меня с убийцею! Так в чем же дело?
      Зачем же ты к убийце пристаешь?
      Зачем клянешься в верности - и тут же
      Все клятвы нарушаешь? Ты назвал
      Мои глаза нежнейшими лучами -
      И вот они - смертельнее мечей!
      Мой глаз, что даже атома боится,
      Пред ним захлопывая ставни, - он
      Уже злодей, тиран, палач, убийца?
      Нет, ты не завирайся, милый друг!
      Вот гневно я смотрю - ну, что, убила?
      Нахмуриться могу - что ж не упал?
      Мой взгляд всё может выразить так чудно -
      Так раненым хотя бы притворись!
      Я уколоть тебя могу булавкой,
      А вот в тебя метаю злобный взгляд -
      И ни царапины! И ни укола!
      Мои глаза настолько не сильны,
      Чтоб разглядеть ужасные увечья,
      Которые они же нанесли.
      СИЛЬВИЙ
      Постой, узнаешь - может, даже скоро:
      Что нет следов от стрел любви - зато
      Уж как чувствительны такие раны!
      ФЕБА
      Когда узнаю - смейся надо мной,
      И будем квиты. Шел бы ты подальше,
      А то и вправду можешь пострадать!
      РОЗАЛИНДА
      Да, шел бы ты подальше в самом деле!
      Ты думаешь: богиня пред тобой?
      Сиятельная дочерь Аполлона?
      А для меня она ни то ни сё,
      Не светит и не греет. Впрочем, с нею
      В постель ложиться лучше в темноте:
      Не испугаешься, по крайней мере.
      Но сколько спеси! Льется через край!
      Нет красоты - так возместим гордыней!
      Вы переоценили свой товар:
      И кожи молоко, и глаз агаты,
      И шелк волос, и сепия бровей -
      По мне, всё это ничего не стоит.
      Ты весь умишко растерял, пастух,
      В изделие фабричное влюбившись!
      Зачем ты к ней приклеился, как тень?
      Воистину, как тень: и хил, и бледен,
      И тащишься за нею по земле.
      Да на себя-то посмотри получше!
      Возможно, ты глупец - но не урод!
      А вот глупец - весьма, весьма возможно...
      Такие-то вот олухи родят
      Капризных баб, а те родят уродов -
      И вот переполняется наш мир
      Ужасными отродьями. И кто же
      В том виноват? Такие вот глупцы
      И всепрощающие доброхоты.
      В фальшивом зеркале - в тебе, пастух -
      Она себя узрела распрекрасной -
      И в том уверилась. Но ничего,
      Сейчас уймется! Как вас там... фефела!
      Да вам же на колени нужно пасть
      И славить небеса, что отыскался
      Жених приличный, да еще простак!
      Поститесь! Замолите грех гордыни.
      Поскольку, откровенно говоря,
      Охотников немного набралось бы
      Таким сокровищем обзавестись.
      Другая партия не подвернется.
      Вы не красотка - это полбеды,
      Но скверно то, что злобны и капризны.
      Тот, кто невзрачен, - только некрасив,
      А злой капризник просто безобразен.
      Видна в капризах, как ни в чем другом,
      Вся гадость человеческой натуры.
      Такого счастья жаждешь ты, пастух?
      Тогда женись на ней и наслаждайся.
      Всех благ.
      ФЕБА
      Прекрасный юноша, постой!
      И поругай еще мою натуру.
      Тебя готова слушать целый век.
      Ты златоуст - не то что этот нытик!
      РОЗАЛИНДА
      Чудны дела любви! Он без ума от ее злонравия, она - от моего злоречия! Что ж, тогда я буду приправлять злость ее взглядов пряностью своих речей.
      Зачем вы так глядите на меня?
      ФЕБА
      Затем, что мне приятно это, сударь.
      РОЗАЛИНДА
      А будет ли приятно вам узнать,
      Что я неверен, груб и своенравен?
      Особенно неверен. И беда
      Наивной деве, что меня полюбит.
      Так что держись подальше от меня.
      Вон, видишь ту оливковую рощу?
      Я там живу - не в роще: там мой дом.
      Не заходи туда. Сестра, идем.
      Мы заболтались с ними, и пора нам
      Вернуться к нашим дорогим баранам.
      Сестра, идем. Приятель, не робей.
      Цени себя - куда деваться ей!
      Пусть в поисках любви пройдет по свету,
      Да кто позарится на прелесть эту?
      Друзья, идемте!
      РОЗАЛИНДА, СЕЛИЯ и КОРИН уходят.
      ФЕБА
      Верно говорят,
      Что страсть рождает только первый взгляд.
      СИЛЬВИЙ
      О Феба!
      ФЕБА
      Ну, чего ты хочешь, Сильвий?
      СИЛЬВИЙ
      О Феба, милая, хоть пожалей!
      ФЕБА
      О Сильвий разлюбезный, как ты жалок!
      СИЛЬВИЙ
      Вот жалость докажи и помоги.
      Люби меня из жалости хотя бы:
      Тогда не пожалеешь ни о чем,
      И я не буду в жалости нуждаться.
      ФЕБА
      Да я тебя люблю, как сто сестер!
      СИЛЬВИЙ
      Одна любовница - гораздо больше.
      ФЕБА
      Однако! Есть ли наглости предел!
      Ведь ты сейчас лишь жалости хотел
      И получил ее - неужто мало?
      Тебя я откровенно презирала,
      Но только на уступку я пошла -
      Твоя душа моей любви взалкала.
      А что же будет дальше? Ну, дела!
      Хотя... ты о любви поешь прекрасно
      И так выпрашиваешь роль слуги,
      Что я тобою помыкать согласна,
      Об остальном и думать не моги!
      СИЛЬВИЙ
      И ладно! Парень я неприхотливый,
      И для меня ты - идол красоты.
      Мне малой благосклонности довольно -
      Пускай другой всё жито соберет,
      Я буду рад и нескольким колосьям.
      ФЕБА
      Скажи, ты знаешь этого юнца,
      Что говорил со мной так беспардонно?
      СИЛЬВИЙ
      Я знаю только то, что он вчера
      Купил именье старого сквалыги.
      ФЕБА
      А ты, поди, уже вообразил,
      Что я влюбилась в этого нахала,
      Коль спрашиваю про него? Отнюдь!
      Он крыл меня бесстыжими словами!
      Хотя слова - они слова и есть.
      Когда сам говорящий не противен,
      То даже брань его не так страшна,
      А то и привлекательна. Конечно,
      Мальчишка просто хам! Но краснобай!
      Видала лица я и поприятней,
      Однако в нем заметен гордый нрав.
      Он будет привлекательный мужчина.
      Пожалуй, и лицом совсем не плох.
      Глаза его - ну просто загляденье!
      Он будто проклинает языком,
      Благословляя милостивым взглядом.
      Ну, что еще? Он ростом не велик...
      Хотя зачем мальчишке быть жердяем?
      Комплекцией совсем не Геркулес,
      Но он свою красу еще раскроет.
      А губы у него румяней щек,
      Как между розой алой и дамасской
      Различье между ними. Сколько дев,
      Когда б они всё это разглядели,
      Влюбились бы в мальчишку. Но не я!
      Мне от него ни холодно ни жарко.
      Вот пакостник! Как он меня честил!
      Капризной, злой, к тому ж еще невзрачной!
      И я могла всё это проглотить!
      От дурака услышав оскорбленье,
      Лишь дура побоится дать отпор.
      Но ничего, уж я ему отвечу
      Насмешливым, презрительным письмом.
      О, я нахала уничтожу! Сильвий,
      Ты отнесешь послание?
      СИЛЬВИЙ
      О да!
      ФЕБА
      Письмо готово, записать лишь надо.
      Оно короткое, но сколько яда!
      За мною, Сильвий!
      Уходят.
      
      АКТ ЧЕТВЕРТЫЙ
      СЦЕНА ПЕРВАЯ
      Лес.
      Входят РОЗАЛИНДА, СЕЛИЯ и ЖАК
      ЖАК
      Я хотел бы, молодой человек, изучить вас получше.
      РОЗАЛИНДА
      Говорят, вы близкий приятель Меланхолии.
      ЖАК
      Да, я скорее меланхолик, чем сангвиник. Мой гумор не дает мне смеяться.
      РОЗАЛИНДА
      Крайности всегда неприятны. Кислая мина и вечная жизнерадостность, по мне, хуже пьянства.
      ЖАК
      Но разве плохо молчать, когда порют чушь, и быть серьезным, когда другие ржут над глупостями?
      РОЗАЛИНДА
      Неплохо. Но стать столбом еще лучше. Он превзойдет вас в меланхолии.
      ЖАК
      У меня это чувство особого рода. Это не меланхолия схоласта, уязвленного популярностью чужой доктрины. И не меланхолия композитора - то есть просто дитя мимолетного настроения. У придворного это чванство, у солдата - честолюбие, у юриста - холодный расчет, у красавицы - кокетство, у любовника - всё это вместе взятое. Нет, у меня своя, оригинальная меланхолия - возникающая изо всего, по любому поводу, сложная и простая одновременно. Это главное сокровище, которое я вынес из своих странствий едва ли не по всему свету. Стоит мне задуматься о них, как у меня разливается черная желчь - а это и есть причина меланхолии.
      РОЗАЛИНДА
      Так вы, значит, вынесли меланхолию из странствий? Вы - странный человек! С вами всё ясно. Не удивлюсь, если вы продали свои земли, чтобы только увидеть чужие. Увидеть-то увидели, а приобрели одно разочарование.
      ЖАК
      Да, мой опыт дорогого стоит.
      РОЗАЛИНДА
      Если дорогостоящий опыт имеет результатом разочарование, то я предпочитаю очарование от неопытности. Из всего света вы извлекли один мрак. Стоило ходить так далеко!
      Входит ОРЛАНДО.
      ОРЛАНДО
      Приветствую тебя, о Розалинда!
      ЖАК
      Поскольку присутствующие заговорили белыми стихами, мне при этом лучше отсутствовать.
      ЖАК уходит.
      РОЗАЛИНДА (вслед ему)
      Прощайте, странный человек! Не забывайте говорить с акцентом, рядиться в заморские костюмы, презирать всё хорошее в стране, где имели несчастье родиться, и подайте в высший суд на Всевышнего за то, что он сотворил вас с таким умом и талантом. Иначе я ни за что не поверю, что вы катались в гондоле.
      Ах, неужели это вы, Орландо?
      И где вы пропадали до сих пор?
      Еще одно такое опозданье -
      И можете совсем не приходить.
      ОРЛАНДО
      Разве я опоздал, дорогая Розалинда? Разве что на какой-нибудь час.
      РОЗАЛИНДА
      Час? Вы говорите о часах - и еще называете себя влюбленным! Да если человек опоздает на тысячную долю минуты из этого часа, то можно сомневаться, что Купидон поразил его в сердце. В лучшем случае ранил в плечо.
      ОРЛАНДО
      Виноват, дорогая Розалинда.
      РОЗАЛИНДА
      Смотрите: еще раз такое повторится - не попадайтесь на моем пути. Пусть лучше моим кавалером будет улитка.
      ОРЛАНДО
      Почему улитка?
      РОЗАЛИНДА
      Потому что она, хотя и так же медлительна, как вы, но у нее два преимущества. Первое: у нее есть крыша над головой - а у вас есть дом, в который вы могли бы ввести свою жену? Второе: улитка носит на голове знак своей судьбы.
      ОРЛАНДО
      Какой знак?
      РОЗАЛИНДА
      Рога, милейший, рога! Вы, мужчины, сваливаете вину за это на своих жен, а жених улитки рогат еще до брака и таким образом избавляет супругу от клеветы.
      ОРЛАНДО
      Но у меня физически не может быть рогов. От добродетели рогов не бывает, а моя Розалинда - идеал добродетели.
      РОЗАЛИНДА
      Ваша Розалинда - между прочим, это я.
      СЕЛИЯ
      Ты - это идеал Розалинды. А есть Розалинда настоящая.
      РОЗАЛИНДА
      Скажите спасибо, что у меня хорошее настроение. Итак, представьте, что я не идеал, а настоящая Розалинда. Что вы сказали бы ей?
      ОРЛАНДО
      Сначала поцеловал бы.
      РОЗАЛИНДА
      Нет, во всем должен быть порядок. Сначала вы должны выговориться, а когда исчерпаете слова, тогда можно перейти к действиям. В крайнем случае действия выручают при какой-нибудь запинке. Ораторы - даже лучшие - плюются, если им не хватает слов, а если такой казус случится в любовной риторике, самым изящным выходом будет поцелуй.
      ОРЛАНДО
      А если дама не согласится?
      РОЗАЛИНДА
      Тогда следует переубедить ее, и появляется новая тема для непринужденной беседы.
      ОРЛАНДО
      Но у кого могут иссякнуть слова в присутствии возлюбленной?
      РОЗАЛИНДА
      А хотя бы у вас. Будь я хоть каким идеалом добродетели, но у меня хватит ума лишить вас дара речи.
      ОРЛАНДО
      Вы лишите меня дара речи?
      РОЗАЛИНДА
      Или я лишу вас слова, если мне придет каприз. Но вы должны считать меня настоящей Розалиндой.
      ОРЛАНДО
      В таком случае вы не сможете лишить меня хотя бы одного слова - своего имени. Я буду называть вас Розалиндой - вот и не замолчу.
      РОЗАЛИНДА
      А если я от ее имени заявлю, что не выйду за вас?
      ОРЛАНДО
      Тогда я умру - но только собственной персоной.
      РОЗАЛИНДА
      Лучше пусть умрет ваш двойник. Этот мир, достойный жалости, существует шесть тысячелетий, но никто в нем собственной персоной не умер от любви. Троил чего только не делал, чтобы умереть от любви, но был убит греческой палицей. А ведь он был идеалом влюбленного. Леандр мог бы дожить до глубокой старости, даже если бы Геро ушла в монастырь. Но его погубила случайность. В жаркую летнюю ночь ему захотелось остудиться в Геллеспонте, его схватила судорога, он утонул - а хронисты придумали лживую басню, что он погиб из-за Геро из Сестоса. Люди всегда умирали и шли на корм червям - но при чем здесь любовь?
      ОРЛАНДО
      Я не могу допустить, чтобы так думала настоящая Розалинда. А если бы я сказал что-нибудь подобное, она убила бы меня яростным взглядом.
      РОЗАЛИНДА
      Ручаюсь, не такая уж она Горгона. Ее взгляд не убил бы даже мухи. Но мне пришла блажь сыграть благосклонную Розалинду. Я не буду вам противоречить.
      ОРЛАНДО
      Тогда любите меня, Розалинда.
      РОЗАЛИНДА
      Клянусь любить вас во все свои пятницы на неделе, а также во все субботы и прочие дни.
      ОРЛАНДО
      И вы пойдете за меня?
      РОЗАЛИНДА
      И за вас, и еще за двадцать таких, как вы.
      ОРЛАНДО
      Что ты говоришь?
      РОЗАЛИНДА
      Таких, как вы, значит - хороших, не так ли?
      ОРЛАНДО
      Хотелось бы, чтоб было так.
      РОЗАЛИНДА
      А хорошего слишком много не бывает. Сестра, повенчай нас. Вашу руку, Орландо. Что же ты, сестра?
      ОРЛАНДО
      Прошу вас, сестра.
      СЕЛИЯ
      У меня нет слов.
      РОЗАЛИНДА
      Я подскажу: "Согласен ли ты, Орландо..."
      СЕЛИЯ
      Вспомнила! "Согласен ли ты, Орландо, взять в жены девицу Розалинду?"
      ОРЛАНДО
      Согласен.
      РОЗАЛИНДА
      Когда именно?
      ОРЛАНДО
      Да немедленно! Пусть только повенчает!
      РОЗАЛИНДА
      А вы должны сказать: "Согласен взять тебя в жены, Розалинда".
      ОРЛАНДО
      Согласен взять тебя в жены, Розалинда.
      РОЗАЛИНДА
      Конечно, мне могла бы прийти фантазия проверить твою лицензию на заключение браков, но ладно уж, обойдемся без формальностей. Орландо, беру тебя мужем. Невеста нарушает ритуал, не дождавшись вопроса священника, но женщина сначала говорит, потом думает.
      ОРЛАНДО
      У мужчин тоже так бывает: мысли вообще крылаты.
      РОЗАЛИНДА
      Отвечайте: появ Розалинду женой, как долго вы намерены владеть ею?
      ОРЛАНДО
      Вечность и один день!
      РОЗАЛИНДА
      Ограничьтесь днем - это ближе к истине. Вечность - уже излишество. Нет, нет, Орландо! Мужчина - апрель, когда ухаживает за невестой, а женившись, становится декабрем. А женщина, пока незамужняя - нежнее мая, зато как выйдет замуж - становится ревнивее берберийского голубя, крикливее попугая перед дождем, капризнее козлицы, наглее обезьяны, из-за любого пустяка рыдает, как фонтан, и хохочет, как гиена, когда мужу необходим отдых.
      ОРЛАНДО
      Не допущу, чтобы настоящая Розалинда вела себя так.
      РОЗАЛИНДА
      Клянусь, она будет вести себя в точности так же, как я.
      ОРЛАНДО
      Но ведь она умная женщина!
      РОЗАЛИНДА
      Именно поэтому. Разве тебе не известно, что чем женщина умнее, тем прихотливее? И главное - от женского ума не избавишься. Затвори перед ним двери - он проникнет в окно. Заколоти и законопать окно - пролезет в замочную скважину. Заткни скважину - просочится сквозь каминную трубу.
      ОРЛАНДО
      И мужчина, которому досталась жена с такими умственными способностями, спросит: "Ум, куда ты заведешь мою жену"
      РОЗАЛИНДА
      Не спешите с этим вопросом. Ответ вы узрите собственными глазами, когда ваша супруга двинется к ложу соседа.
      ОРЛАНДО
      Но какой ум должен быть, чтобы объяснить такое?
      РОЗАЛИНДА
      Да самый заурядный! Жена скажет, что искала там вас.
      ОРЛАНДО
      Там?!!
      РОЗАЛИНДА
      Не важно. Что-нибудь она скажет, если, конечно, не онемеет до той поры. И вообще женщина, которая не способна свою вину свалить на мужа, не имеет права кормить детей, потому что она воспитает дураков.
      ОРЛАНДО
      Розалинда, простите, я вас должен покинуть часа на два.
      РОЗАЛИНДА
      Увы, мой возлюбленный, я не могу прожить без тебя так долго.
      ОРЛАНДО
      Но я обязан присутствовать у герцога на обеде. А потом я приду - в два часа ровно.
      РОЗАЛИНДА
      Что ж, ступайте. Ступайте. Меня предупреждали, что этим кончится. Но я сама предпочла оказаться обманутой. И вот я брошена. Не я первая не я последняя умру от любви. Да, с женщинами это бывает. Итак, ровно в два?
      ОРЛАНДО
      Ни минутой позже, любовь моя Розалинда.
      РОЗАЛИНДА
      Даю честное слово, клянусь дозволенными клятвами, какие только существуют, беру небо в свидетели, если вы хоть на йоту отступите от своих обетов или хоть на долю секунды опоздаете без причины, я сочту вас самым страшным изменником, самым вероломным паладином и недостойнейшим из недостойных - в общем, не заслуживающим вашей настоящей Розалинды. Запомните мой приговор и берегитесь.
      ОРЛАНДО
      Исполню обет так же свято, как если бы вы были настоящей Розалиндой. До скорого свидания.
      РОЗАЛИНДА
      Хорошо. Всё разоблачающее и всем воздающее Время нас рассудит. До свидания.
      ОРЛАНДО уходит.
      СЕЛИЯ
      Ты окончательно сошла с ума! Так гнусно оклеветать собственный пол! Следовало бы пообщипать перья, в которые ты рядишься, дабы все увидели, что ты за птица!
      РОЗАЛИНДА
      О сестрица, сестрица моя! Неужели ты не видишь, что я погрязла в любви? Я тону в ней, словно в Бискайском заливе, опускаясь на дно.
      ОРЛАНДО
      Воистину, твоя любовь - прорва. Сколько ни вливай - всё поглощает.
      РОЗАЛИНДА
      Бездну моей Любови да измерит Купидон - приблудный сын Венеры, это дитя, задуманное от нечего делать, зачатое в легкомыслии, рожденное в безумии, этот плут, который отводит чужие глаза, потому что сам не ничего! А я, милая Нонграта, не могу жить, не созерцая своего дорогого Орландо. Поищу укромный уголок и буду ждать его прихода.
      СЕЛИЯ
      А я лучше пойду спать.
      Расходятся.
      
      
      
      СЦЕНА ВТОРАЯ
      Лес.
      Входят ЖАК и охотники.
      
      ЖАК
      И кто же из вас убил этого оленя?
      ПЕРВЫЙ ДВОРЯНИН
      Я, сударь.
      ЖАК
      Можете предстать перед герцогом, как римский триумфатор. А вместо венка украсьте голову оленьими рогами. Хорошо бы исполнить гимн по такому торжественному случаю. У вас есть подходящая песня?
      ОХОТНИК
      Найдется.
      ЖАК
      Отлично. Спойте ее. Без фальши у вас, конечно, не получится, так пойте хотя бы погромче.
      
      ПЕСНЯ
      ОХОТНИК
      
      Кто подстрелил оленя, тот
      И шкуру, и рога берет.
      Пускай несет их в дом,
      А мы ему споем:
      
      ХОР
      Рогов стыдиться ты не смей:
      Они в геральдике твоей.
      Имел твой дед изрядный рог.
      Отец был тоже не убог.
      Могучий рог - оплот семьи,
      А ты носи рога свои.
      
      Уходят.
      
      СЦЕНА ТРЕТЬЯ
      Лес.
      Входят РОЗАЛИНДА и СЕЛИЯ.
      
      РОЗАЛИНДА
      Как тебе это понравится! Прошло два часа с лишним, а Орландо всё нет.
      СЕЛИЯ
      Видимо, его так истомила чистая (в смысле - бесплотная) любовь, и он заснул, подложив колчан под голову.
      Входит СИЛЬВИЙ.
      СИЛЬВИЙ
      Красавец молодой, я к вам с письмом
      От нежной Фебы. Что там - я не знаю,
      И все же догадался без труда
      По злобным взорам и движеньям резким
      Моей возлюбленной, да и в самом
      Письме немало резкого и злого.
      За это извинения прошу,
      Хотя за что - и сам не знаю толком.
      РОЗАЛИНДА (прочитав письмо)
      Само терпение от этих строк
      Способно в лютость перевоплотиться!
      Зато стерпевший это - всё снесет.
      Я, видите ли, зол, и невоспитан,
      И некрасив, и даже чуть не зверь!
      И, будь мужчина редким, словно феникс,
      Она не полюбила бы меня.
      (Подумать можно, я за ней охочусь!)
      Еще грозится исписать мне... Жуть!
      Пастух, ведь ты ей диктовал всё это!
      СИЛЬВИЙ
      Что, я? Ни сном ни духом! Всё она!
      РОЗАЛИНДА
      Она бы не додумалась - куда ей!
      Рука совсем другая здесь видна -
      Не руки этой скотницы, как пемза,
      Шершавые и бурые! О нет!
      Ей не пристало корчить королеву!
      Все эти бредни сочинял мужлан -
      К тому ж совсем безмозглый и ревнивый.
      СИЛЬВИЙ
      И это я, по-вашему, писал,
      Что не люблю вас?
      РОЗАЛИНДА
      Неужели любишь?
      СИЛЬВИЙ
      Мосье, да как такое может быть!
      РОЗАЛИНДА
      Не в том вопрос: быть может иль не может,
      А в том, что у письма не женский слог.
      Слова не в счет - здесь тон куда важнее.
      Так выражают вызов на дуэль,
      Такие речи впору янычарам.
      А нежный женский разум не вместит
      Тех грубых африканских выражений,
      Чей непотребный смысл еще страшней,
      Чем варварская форма! Хочешь лично
      Удостовериться?
      СИЛЬВИЙ
      В том нет нужды.
      Уж как способна Феба изъясняться -
      Я знаю хорошо. Но если вам
      Угодно, я послушаю. Ведь это
      Частица Фебы.
      РОЗАЛИНДА
      Если такова
      Ее частица - что же будет в целом?
      Здесь даже часть не ведает границ -
      Границ приличий. Наглость беспредельна!
      (Читает)
      "Ты, что воспалил мой дух,
      Но к моим признаньям глух,
      Ты амур или пастух?"
      А ты, от чьих стихов мне стало жарко,
      Приличная девица иль кухарка?
      СИЛЬВИЙ
      Но отчего, мосье, так жарко вам?
      РОЗАЛИНДА
      Стихи бросают в жар - ведь это срам!
      Вот, так и пишет собственной рукой:
      "С себя ты сбросил всё..." Кошмар какой!
      "С себя ты сбросил всё величье божества
      И деву поразил. Она едва жива".
      Как скверно здесь подобраны слова!
      Не вирши, а сплошное сквернословье!
      Где у нее, несчастной, голова?
      И это называется любовью!
      "Я от мужских коварных глаз
      Еще ни разу не зажглась"
      Я для нее, выходит, не мужчина!
      "Ваш взор пронзил меня стрелой,
      Хоть вы, как зверь иль фурий, злой"
      Как вам понравится! Я зверь и фурий!
      "Мне даже гнев приятен ваш.
      Ну, надо же, какой пассаж!
      А будь вы малость подобрей,
      То я бы вся была твоей.
      Я шлю дружка к тебе с письмом,
      Он знать не знает ни о чем"...
      Теперь знает.
      "А ты, мой юный Ганимед,
      Через него пришли ответ
      И изъяви любовь свою,
      А я отдам тебе мою.
      К тебе приду, хоть ты не гений красоты.
      В лесу стихами изукрашу все листы.
      Я в жертву страсти жизнь могу принесть.
      Теперь кончаю. Страшно перечесть".
      Я думаю!
      СИЛЬВИЙ
      Но чем же это страшно?
      СЕЛИЯ
      Стихи, стихи ужасные, пастух!
      РОЗАЛИНДА
      Ты, как будто, собираешься пожалеть его, сестрица? И не думай. Жалости он не достоин. Безумец! Как ты мог полюбить такую стерву? Вот с какой грязью она смешала тебя: сделала из человека флейту, чтобы играть на тебе свои фальшивые серенады! И ты согласен с этой фальшью! Что ж, ползи, пресмыкайся перед ней. Она превратила тебя в ручного полоза. Но передай мой ответ: пусть непременно полюбит тебя - иначе я с ней даже разговаривать не стану. Разве что в виде исключения, при особо важных обстоятельствах, и только по твоей просьбе. Если ты действительно любишь это... Впрочем, ступай, сюда идут.
      Входит ОЛИВЕР.
      ОЛИВЕР
      Привет вам, люди добрые. Кто знает,
      Как мне пройти к лачуге овчара -
      Там, где оливковая роща?
      СЕЛИЯ
      Нужно
      Лощиною на запад до ручья
      Спуститься, а потом свернуть направо.
      Там и найдете домик средь олив.
      Но в этот час в нем из жильцов остались
      Пенаты, что хранят его покой.
      ОЛИВЕР
      Проверить я хочу одну догадку.
      Хозяев описали мне. Итак:
      Одежда, возраст те же. Брат повыше,
      Светловолос и женственен слегка,
      Повадками скорей напоминает
      Он старшую сестру. Ну, а сестра -
      Шатенка и смуглянка. Может статься,
      Мне дом не обязательно искать?
      СЕЛИЯ
      Конечно, коль хозяева пред вами,
      О чем мы говорим без хвастовства.
      ОЛИВЕР
      Обоих вас приветствует Орландо.
      Еще велел он одному лицу,
      Что звал он почему-то Розалиндой,
      Отдать сей окровавленный платок.
      Вот я в сомненье: этот Розалинда...
      РОЗАЛИНДА
      Ну, я! Что дальше?
      ОЛИВЕР
      Значит, это вам.
      РОЗАЛИНДА
      Что это, сударь?
      ОЛИВЕР
      След потери чести.
      Не бойтесь, это я утратил честь.
      Нет, вы не то подумали. Позвольте
      Представиться и всё вам объяснить.
      СЕЛИЯ
      Конечно, говорите! Говорите!
      ОЛИВЕР
      Когда Орландо уходил от вас,
      Он думал через два часа вернуться,
      Как обещал. Вот шел он через лес
      И насыщал свое воображенье -
      Прошу прощенья - жвачкой нежных грез
      И предвкушеньем будущего счастья.
      И вдруг явилось зрелище ему,
      Сказал бы я, совсем иного рода:
      Корявый, лысый, обомшелый дуб.
      Весь скорчившись, под ним заснул бродяга -
      Оборванный, заросший и худой.
      Меж тем змея зелено-золотая,
      Ему обвила руку, оплела
      Гортань - и уж головку приближала
      К лицу, нацеливаясь на уста,
      Но с появлением Орландо мигом,
      Забыв о жертве, юркнула в траву.
      А за кустами затаилась львица
      С иссохшими сосцами и ждала,
      Не шевельнется ли бродяга спящий:
      Натура этих царственных зверей
      Им запрещает падалью питаться.
      К бродяге тут Орландо подбежал
      И в нем он опознал родного брата.
      СЕЛИЯ
      О брате он рассказывал не раз.
      Столь противоестественных созданий
      На свете больше нет.
      ОЛИВЕР
      Да, больше нет
      Его на свете.
      РОЗАЛИНДА
      Что вы говорите!
      Орландо отдал брата своего
      На растерзание голодной львице?!!
      ОЛИВЕР
      Два раза был почти готов отдать.
      Но восторжествовали благородство
      И голос крови. Гнев его прошел,
      Утихла жажда мести. И мгновенно
      Орландо злую львицу задушил.
      Вот тут-то я и пробудился.
      СЕЛИЯ
      Боже!
      Так вы и есть...
      РОЗАЛИНДА
      И вы им спасены!
      СЕЛИЯ
      И это вы сгубить его хотели?
      ОЛИВЕР
      Увы, хотел. Но это был не я.
      И мне уже не стыдно признаваться
      В грехах своих. Что было, то прошло.
      И не вернется: я переродился.
      РОЗАЛИНДА
      А почему в крови платок?
      ОЛИВЕР
      Сейчас
      Я расскажу, немного потерпите.
      Мы обнялись и, прошлое в слезах
      Омывши, злое предали забвенью.
      Орландо к герцогу отвел меня.
      Почтенный герцог нас радушно принял.
      Затем меня Орландо приютил
      В своей пещере. Переодеваясь,
      Он рану обнаружил - ведь ему
      Всю руку львица исполосовала.
      Он от потери крови пал без чувств,
      Едва успев промолвить: "Розалинда!".
      На рану я повязку наложил,
      Затем, как мог, привел его в сознанье.
      Тогда меня Орландо к вам послал
      Всё объяснить и попросить прощенья,
      Что вам пришлось его напрасно ждать,
      Хотя б по уважительной причине.
      А этот кровью смоченный платок
      Просил отдать тому, кого он в шутку
      Прекрасной Розалиндою зовет.
      РОЗАЛИНДА падает в обморок.
      СЕЛИЯ
      О Ганимед!
      ОЛИВЕР
      Чувствительность какая!
      СЕЛИЯ
      Здесь нечто большее! О Ганимед!
      ОЛИВЕР
      Очнулся он.
      РОЗАЛИНДА
      Домой! Домой скорее!
      СЕЛИЯ
      Сейчас. Возьмите под руку его.
      ОЛИВЕР
      Бодрее, молодой человек! Вы же мужчина, а сердцем нежны, как барышня.
      РОЗАЛИНДА
      Похоже? А ведь неплохо я вжился в роль? Непременно расскажите брату, как я натурально хлопнулся в обморок. Ха-ха!
      ОЛИВЕР
      Вы еще и бледность разыграли пренатурально.
      РОЗАЛИНДА
      А вы думали! Я еще не так умею притворяться.
      ОЛИВЕР
      Ну, тогда сделайте одолжение - притворитесь мужчиной.
      РОЗАЛИНДА
      Попробую, хотя мне лучше удаются женские роли.
      СЕЛИЯ
      Ты весь белый. Идем скорее домой! Сударь, пожалуйста, проводите нас.
      ОЛИВЕР
      Да, да. Но все-таки прощен мой брат
      Столь нежным вашим братом - Розалиндой?
      РОЗАЛИНДА
      Я еще подумаю, простить ли его. Но о моем притворном обмороке расскажите обязательно. Идем!
      Уходят.
      
      
      
      
      
      
      
      
      АКТ ПЯТЫЙ
      СЦЕНА ПЕРВАЯ
      Лес.
      Входят ПРОБИР и ОДРИ
      
      ПРОБИР
      Потерпи, милая Одри. Успеем еще обвенчаться.
      ОДРИ
      Да, вам легко говорить! А чем был вам плох старый кюре? Зря вы послушали того злого господина.
      ПРОБИР
      Что? Чем плох этот безграмотный поп, этот безмозглый Оливер Галиматье? А между прочим, Одри, я слыхал, здесь в лесу живет молодой детина, который заявляет на тебя права?
      ОДРИ
      Заявлять-то он заявляет, но прав не имеет. Да вот он и сам, полюбуйтесь.
      ПРОБИР
      Полюбуюсь. Меня медом не корми, дай только посмотреть на дурака. Оттенки глупости бывают забавны. А еще высмеивать глупость - обязанность умного человека.
      Входит БИЛЛИ.
      БИЛЛИ
      Вечер добрый, Одри.
      ОДРИ
      Добрый вечер, Билли.
      БИЛЛИ
      Добрый вечер, сударь.
      ПРОБИР
      И вам того же, сударь. Только используйте головной убор по назначенью. Наденьте шляпу. Сколько вам лет, приятель?
      БИЛЛИ
      Двадцать и еще пять, сударь.
      ПРОБИР
      Вы, стало быть, совершеннолетний. И вас зовут Билли?
      БИЛЛИ
      Билли, сударь.
      ПРОБИР
      Хорошенькое имечко. Вы здешний?
      БИЛЛИ
      Слава Богу, да.
      ПРОБИР
      Слава Богу - прекрасный ответ! Вы человек зажиточный?
      БИЛЛИ
      Как сказать... Ком си - ком са.
      ПРОБИР
      "Ком си - ком са"! Изумительно! Так вы человек умный?
      БИЛЛИ
      Дураком меня не назовешь.
      ПРОБИР
      Восхитительный ответ! Если человек сам себя называет умным, он скорее всего дурак и наоборот. Один умный античный философ сказал: "Я знаю только то, что ничего не знаю". А другой сказал: "Зелен виноград". Достаточно ты созрел, чтобы любить эту девицу?
      БИЛЛИ
      А то!
      ПРОБИР
      Твою руку, приятель! Учился ты чему-нибудь?
      БИЛЛИ
      Скорее нет, чем да, сударь.
      ПРОБИР
      Тогда сделайся моим учеником и слушай внимательно. Во-первых, "хотеть" и "иметь" - не одно и то же. Мы имеем то, что у нас есть. Для наглядности воспользуемся риторической фигурой, которая именуется аллегориею. Допустим, ты видишь виноград. Ты его хочешь, но достать не можешь. А некто достал. Ergo, что по-латыни значит "следовательно": ты хочешь, а некто - имеет, и этот некто - не ты.
      БИЛЛИ
      А кто же этот "некто", сударь?
      ПРОБИР
      Тот, который будет иметь то, чего вы, сударь, только хотите. Иными словами - эту девицу. А потому, непросвещенный поселянин, сиречь мизерабль, удалитесь. А выражаясь по-простонародному: отваливай, деревенщина, не простирай длани, то есть грабли, к этой особе противоположного пола - иначе говоря, девице. Отваливай, улепетывай, смазывай пятки и задавай лататы! Иначе я тебя приведу к летальному исходу, а более понятно - угроблю и урою. Превращу твою волю в неволю, а бытие в небытие. У меня для этого ровно сто пятьдесят способов. Я расправлюсь с тобой ядом и кинжалом, интригами и кознями, и даже бастонадой. Знаешь, что такое "бастонада"? Узнаешь! Так что уматывай, пока цел.
      ОДРИ
      Да, уматывай, Билли, подобру-поздорову!
      БИЛЛИ
      Забавный вы человек, сударь. Храни вас Бог.
      Уходит.
      Входит КОРИН.
      КОРИН
      Молодые хозяева зовут вас, поторопитесь.
      ПРОБИР
      Беги, Одри! Я иду за тобой.
      Уходят.
      СЦЕНА ВТОРАЯ
      Лес.
      Входят ОРЛАНДО и ОЛИВЕР
      
      ОРЛАНДО
      Быть не может! Она понравилась тебе с первого же взгляда? Ты сразу же влюбился, тут же посватался и немедленно получил согласие? Ты не в шутку намерен жениться?
      ОЛИВЕР
      Не удивляйся ничему, Орландо. Ни скоропалительности всего происшедшего, ни бедности и простого происхождения моей суженой, ни моему скороспелому решению, ни ее неожиданному согласию. Поверь только, что я люблю Нонграту, поверь, что она любит меня, и сделай тот единственный вывод, что мы должны быть вместе. Это будет на пользу тебе же, потому что и дом покойного отца, и всё имущество я уступлю тебе, а сам поселюсь здесь и до смерти буду пастухом.
      ОРЛАНДО
      Хорошо. Завтра и сыграем свадьбу. Я приглашу герцога и всю его жизнерадостную свиту. Ступай и скажи об этом своей Нонграте, потому что сюда идет моя так называемая Розалинда.
      Входит РОЗАЛИНДА.
      РОЗАЛИНДА
      Здравствуйте, брат.
      ОЛИВЕР
      Здравствуйте, сестра.
      ОЛИВЕР уходит.
      РОЗАЛИНДА
      О милый Орландо, как мне грустно видеть бинты на вашей груди!
      ОРЛАНДО
      На руке, только на руке,
      РОЗАЛИНДА
      Да? А я полагала, по недоразумению, что вы ранены в сердце!
      ОРЛАНДО
      Это само собой, но не когтями львицы, а глазами женщины.
      РОЗАЛИНДА
      Ваш брат рассказал, как я чудесно разыграла обморок, увидев окровавленный платок?
      ОРЛАНДО
      И об этом, и о других чудесах.
      РОЗАЛИНДА
      Догадываюсь, о чем вы говорите. Да, ничто не происходит так внезапно - разве что схватка двух архаров. Ваш брат - прямо как Цезарь: "Пришел, увидел, победил". Ваш брат и моя сестра, едва встретившись, заинтересовались друг другом, тут же почувствовали симпатию, которая мгновенно переросла в бурную страсть. Они оба начали сохнуть друг по друге, задумались о причине этого феномена - причем одновременно. А едва совместными усилиями добрались до причины, стали искать спасительного средства. И так они, ступенька за ступенькой, построили всю лестницу, которая должна привести их на вершину счастья. То есть к законному браку. И они, шаг зашагом, взберутся по этой лестнице, если, конечно, их не сорвет на полпути вихрь сладострастия. Тогда они ринутся в бездну греха, рука об руку, потому что разделить их невозможно.
      ОРЛАНДО
      Путь к вершине счастья будет не таким уж долгим. Завтра они венчаются. Я приглашу герцога. Но как грустно видеть только чужое счастье. И чем оно сильней, тем горше мое отчаяние.
      РОЗАЛИНДА
      Значит, завтра я уже не смогу заменить вам Розалинду?
      ОРЛАНДО
      Я больше не могу жить игрой воображения.
      РОЗАЛИНДА
      Хорошо, довольно шутовства. Поговорим серьезно. Я знаю вас как человека во всех отношениях благородного. Я говорю об этом не затем, чтобы вы составили представление о моей проницательности, и вообще не собираюсь подняться в ваших глазах. Я не льщу вам, веду себя вполне бескорыстно, так что можете верить мне. Кроме того, я хочу оказать вам услугу. Но вы для этого должны поверить в чудо. Так вот: меня с трех лет опекает добрый волшебник. Надеюсь, в этом нет ничего преступного. И если влечение вашего сердца к Розалинде так же неистово, как ваши поступки, то вам не придется завидовать счастью вашего брата и моей сестры. Вы обвенчаетесь с Розалиндой в тот же миг, что и они. Я знаю, в каком сложном положении находится сейчас ваша настоящая Розалинда, но у меня есть возможность вызволить ее завтра же и вручить вам, не причинив ей ни малейшего ущерба.
      ОРЛАНДО
      Вы в самом деле на это способны?
      РОЗАЛИНДА
      Клянусь моей жизнью. А уж этим я дорожу, хоть я отчасти волшебник. Поэтому завтра наденьте всё лучшее, пригласите друзей, потому что вы женитесь на своей настоящей Розалинде, если, несмотря на все мои старания, всё еще в влюблены в эту особу. А вот особа, влюбленная в меня, и особь мужского пола, влюбленная в нее.
      Входят СИЛЬВИЙ и ФЕБА.
      ФЕБА
      О юноша бессовестный! Зачем
      Ты разгласил любви моей посланье?
      РОЗАЛИНДА
      Да, я бессовестный! Ну, и на что
      Тебе такой любовник? Образумься!
      Здесь верный твой пастух - люби его.
      Здесь обожатель твой - ему откликнись.
      Он понимает, что такое страсть.
      ФЕБА
      Сейчас и мы поймем. Любезный Сильвий,
      Что это значит - страсть переживать?
      СИЛЬВИЙ
      Страдать и слезы лить, как я - по Фебе.
      ФЕБА
      А я - по Ганимеду.
      ОРЛАНДО
      А я - по Розалинде.
      РОЗАЛИНДА
      А я - ни по одной из женщин.
      СИЛЬВИЙ
      Терпеть, прощать. И сделать жизнь служеньем,
      Как беззаветно Фебе я служу.
      ФЕБА
      А я - Ганимеду.
      ОРЛАНДО
      А я - Розалинде.
      РОЗАЛИНДА
      А я - ни одной из женщин.
      СИЛЬВИЙ
      Стать целиком душой - воображеньем,
      Стремленьем, обожаньем, чистым быть,
      Долготерпеть и быть нетерпеливым,
      Ежемгновенно животрепетать,
      Как я - от Фебы.
      ФЕБА
      Я - от Ганимеда.
      ОРЛАНДО
      От Розалинды - я.
      РОЗАЛИНДА
      И, как всегда,
      Я, Ганимед, - ни от одной из женщин.
      ФЕБА
      Коль это страсть - за что бранить меня?
      СИЛЬВИЙ
      Коль это страсть - за что бранить меня?
      ОРЛАНДО
      Коль это страсть - за что бранить меня?
      РОЗАЛИНДА
      Простите, а кто бранит вас? К кому обращены ваши слова?
      ОРЛАНДО
      К той, которая их не услышит.
      РОЗАЛИНДА
      Довольно! Не войте, будто ирландские волки на луну. Этими завываниями вы у нее ничего не вымолите. А вот я - попробую вам помочь. (Сильвию) Очень надеюсь, что с вами это удастся. (Фебе) Очень надеюсь, что вас не полюблю никогда. (Всем) Встретимся завтра, на том же месте, в тот же час. Я завтра венчаюсь - это решено. (Фебе) Если я обвенчаюсь с женщиной - то лишь с вами. (Орландо) Завтра вы обвенчаетесь - это решено. И если вам кто-то сможет дать счастье - это буду только я. (Сильвию) Завтра вы добьетесь счастья, если, конечно, можно назвать счастьем то, чего вы так добиваетесь. (Орландо) Приходите из любви к Розалинде. (Сильвию) Приходите из любви к Фебе. А я приду, хотя и не из любви к женщинам. Прощайте и сделайте, как было сказано.
      СИЛЬВИЙ
      Приду обязательно, если доживу.
      ФЕБА
      Я тоже.
      ОРЛАНДО
      Я тоже.
      Уходят.
      
      СЦЕНА ТРЕТЬЯ
      Лес.
      Входят ПРОБИР и ОДРИ
      ПРОБИР
      Завтра счастливый день, Одри: мы наконец-то венчаемся.
      ОДРИ
      Я жду-не дождусь, когда стану замужней женщиной и светской дамой. Что в этом плохого? По-моему, сюда идут пажи свергнутого герцога.
      Входят двое пажей.
      ПЕРВЫЙ ПАЖ
      Приятная встреча, досточтимый господин!
      ПРОБИР
      Приятная, ничего не скажешь. Присаживайтесь-ка и спойте нам что-нибудь про любовь.
      ВТОРОЙ ПАЖ
      К вашим услугам, сударь. Садитесь посередке.
      ПЕРВЫЙ ПАЖ
      Прикажете петь сразу или с обыкновенными приготовлениями? Прочистить горло, сплюнуть, сослаться на охриплость, извиниться за то, что мы не голосе - или ничего этого не надо?
      ВТОРОЙ ПАЖ
      Я думаю, лучше не надо. Споем дуэтом, как два цыгана, едущих на одной кобыле.
      
      ПЕСНЯ
      Сияет солнце, зреет рожь -
      Тирлим-бом-бом! Тирлим-бом-бом!
      А ты с дружком своим идешь.
      Весной так сладко быть вдвоем.
      А птичья трель летит, легка:
      Люби, пастушка, пастушка!
      
      Вы у межи легли во ржи -
      Тирлим-бом-бом! Тирлим-бом-бом!
      С дружком немножко полежи.
      Весной так сладко быть вдвоем.
      А птичья трель летит, легка:
      Люби, пастушка, пастушка!
      
      Рожок достал любимый твой -
      Тирлим-бом-бом! Тирлим-бом-бом!
      И ты с ним в такт от счастья пой.
      Весной так сладко быть вдвоем.
      А птичья трель летит, легка:
      Люби, пастушка, пастушка!
      
      Не отвергай любви земной -
      Тирлим-бом-бом! Тирлим-бом-бом! -
      Чтоб петь могли вы и зимой
      О том, как сладко быть вдвоем.
      А птичья трель летит, легка:
      Люби, пастушка, пастушка!
      
      ПРОБИР
      Откровенно говоря, молодые люди, и песенка фривольная, и спели вы ее не ахти.
      ПЕРВЫЙ ПАЖ
      А почему, собственно? Мы не сбились со счета и не вышли из тональности.
      ПРОБИР
      Из моветонности вы не вышли! А я сбился со счета, отмечая ваши непристойности! Идем, Одри, зачем нам эти дурацкие песни. Просвети вас Бог и исправь ваши голоса! Идем, Одри!
      Уходят.
      
      СЦЕНА ЧЕТВЕРТАЯ
      Лес.
      Входят СТАРЫЙ ГЕРЦОГ, АМЬЕН, ЖАК, ОРЛАНДО, ОЛИВЕР и СЕЛИЯ.
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Как думаешь, Орландо, этот мальчик
      Сумеет выполнить, что обещал?
      ОРЛАНДО
      То верю, то не верю. Опасаюсь
      Довериться и веру потерять.
      Входят РОЗАЛИНДА, СИЛЬВИЙ и ФЕБА.
      РОЗАЛИНДА
      Друзья, еще немного потерпите.
      Сначала закрепим наш договор.
      (Старому герцогу)
      Итак, вы обещали Розалинду
      Отдать Орландо в жены, если я
      Сюда ее доставлю.
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Да. И если б
      Я герцогство имел - то вместе с ним.
      РОЗАЛИНДА (Орландо)
      Вы взяли бы женою Розалинду?
      ОРЛАНДО
      Да, будь я даже царь земных царей!
      РОЗАЛИНДА (Фебе)
      Вы за меня согласны выйти замуж?
      ФЕБА
      О да, хоть через час - на эшафот!
      РОЗАЛИНДА
      А если передумаете сами,
      Согласны вы за Сильвия пойти?
      ФЕБА (иронически)
      А как же!
      РОЗАЛИНДА
      Вы возьмете в жены Фебу?
      СИЛЬВИЙ
      Хотя бы это означало смерть!
      РОЗАЛИНДА
      О Господи! Я дал вам обещанье,
      Не обманите же и вы меня.
      Вы, герцог, дочь отдайте за Орландо.
      Орландо, вы примите дочь его.
      Вы, Феба, выйдете за Ганимеда
      Или за Сильвия. А вы, пастух,
      Когда меня сама отвергнет Феба,
      Без пререканий женитесь на ней.
      Я ухожу, чтоб это всё устроить.
      РОЗАЛИНДА и СЕЛИЯ уходят.
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Каким-то чудом в этом пастушке
      Запечатлелся Розалинды образ.
      ОРЛАНДО
      И я подумал то же, государь,
      Когда его здесь увидал впервые.
      Он словно Розалинды брат-близнец.
      Однако он родился в этой пуще
      И был воспитан дядею-волхвом,
      Его учившим своему искусству.
      Входят ПРОБИР и ОДРИ.
      ЖАК
      Конец света! Нынче все твари собираются по паре и спешат в ковчег! Вот и еще одна парочка существ, которые на всех языках именуются дураками.
      ПРОБИР
      Наше вам почтение, высокие господа!
      ЖАК
      Великодушный герцог, примите его снисходительно. Это и есть набитый дурак, то есть, пардон, шут, нафаршированный пестрой смесью острот. Я вам рассказывал, как встретил его в лесу. Он клянется, что жил при дворе.
      ПРОБИР
      Если сомневаетесь, можете устроить мне экзамен. Я отплясывал гавот, ухлестывал за фрейлинами, был осторожен с друзьями и дружелюбен с врагами, разорил трех портных, затеял четыре ссоры, однажды чуть не дрался на дуэли.
      ЖАК
      Как же уладилось это дело?
      ПРОБИР
      Едва мы сошлись, разобрали дело и выяснили, что конфликт не дошел по седьмой стадии.
      ЖАК
      До седьмой стадии! Добрый герцог, полюбите этого молодца!
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Уже начинаю.
      ПРОБИР
      Я тоже. Благослови вас Бог, господин! Я решил последовать примеру всех этих деревенских парочек: дать клятву и нарушить ее, потому что брак делает людей связанными, а страсть - развязными. Вот, государь, бедная девушка - неказистая, но моя. Могу я позволить себе скромную прихоть: присвоить ту, которая другим не сдалась. Хотя они ее домогались. Иногда сокровища добродетели, подобно скряге, обитают в убогой лачуге. Бесценные перлы так скрываются под грубой ракушкой.
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Клянусь честью, замечания этого шута остры и метки.
      ПРОБИР
      Таковы и должны быть остроты неплохого шута. Они болезненны, но полезны.
      ЖАК
      Вы что-то говорили о седьмой стадии. Просветите нас: что это такое, особенно в связи с вашим конфликтом?
      ПРОБИР
      Очень просто. Существует семь способов опровержения вранья. Одри, не сутулься! Так вот, сударь, не понравилась мне борода одного из придворных щеголей. Я сказал ему, что борода подстрижена дурно, а он заметил, что на сей счет возможно и другое мнение. Это называется Терпеливым Возражением. Если я повторю, что она плохо подстрижена, он ответит, что нарочно велел ее так подстричь ради своеобразия. Это уже Тонкое Иносказание - намек на то, что я - не оригинален. Если я буду настаивать на своем мнении, в особенности на слове "дурно", мой оппонент может ответить: "Сам дурак!". Это уже Примитивная Грубость (обратите внимание, как скоро воспитанные люди переходят к третьему пункту от второго). Употребив слово "дурно" в четвертый раз, я могу нарваться на Явное Обвинение во Лжи, но пока еще не Злонамеренной. Ложь ведь бывает разной. Злонамеренная - хуже всех.
      ЖАК
      Простите, сколько раз вы сказали ему про его злосчастную бороду?
      ПРОБИР
      Я не рискнул дойти до Лжи Злонамеренной, ограничившись Ложью из Упрямства, или Ложью Самолюбивой. Разобравшись в этих деталях, мы разошлись с миром.
      ЖАК
      Однако перечислите нам все стадии. Очень хотелось бы знать.
      ПРОБИР
      Извольте. Отвечу как по учебнику стервозности. Нет, серьезно, сейчас есть и такие. Раньше были учебники хороших манер, а теперь чего только не выпускают в свет! В общем, называю стадии: первая - Терпеливое Возражение, вторая - Тонкое Иносказание, третья - Примитивная Грубость, четвертая - Явное Обвинение, пятая - Открытый Вызов, шестая - Наглая Клевета, седьмая - Злобная Инсинуация. То есть на шестой стадии оппонент сам начинает опровергать ложь своей ложью. Последняя стадия - самая подлая. Это Злонамеренная Ложь, но такая, за которую нельзя формально привлечь к суду. А всё дело в словечке "как бы". Гадость о человеке сказана, однако в виде невинного предположения. О, это спасительное словечко! даже на стадии Открытого Вызова можно уклониться от дуэли с помощью этого "как бы". Однажды я сам был свидетелем, как семеро судей не могли примирить тяжущихся. И те уже вышли на поединок, но тут один вспомнил про это средство и заявил: "Я как бы задел вас, а вы мне как бы ответили". После чего дуэлянты бросились друг к другу в объятия и поклялись в братской любви. Блаженное словечко, потому что блаженны миротворцы.
      ЖАК
      Ну, разве не блаженный человек он сам? А между тем он как бы дурак.
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Мнимая глупость - ширма, из-за которой его стрелы бьют без промаха.
      Входят
      ГИМЕНЕЙ, РОЗАЛИНДА и СЕЛИЯ (обе в женских одеждах)
      Тихая музыка.
      
      ГИМЕНЕЙ
      Сияет неба высь.
      Невзгоды пронеслись.
      Установилось вдруг
      Согласье меж людьми.
      Вновь, герцог, дочь прими
      Из Гименея рук,
      Но с тем условьем, чтобы с ней
      Ты поступил, как Гименей.
      РОЗАЛИНДА (герцогу)
      Я ваша дочь, но я не только ваша.
      (Орландо)
      Женой я быть согласна только вам.
      ГЕРЦОГ
      Не лгут глаза: вы дочь - любовь моя.
      ОРЛАНДО
      Не лгут глаза: ведь вы - любовь моя.
      ФЕБА
      Не лгут глаза, увы!
      Моя любовь - не вы!
      РОЗАЛИНДА (герцогу)
      Хотите: дочерью вам буду я?
      (Орландо)
      Хотите: вам женою буду я?
      (Фебе)
      Еще хотите взять меня в мужья?
      ГИМЕНЕЙ
      Все недоразуменья
      Рассеялись, как тени,
      Всё ложное, истлей!
      А истина - пред нами.
      И любящих цепями
      Связует Гименей.
      (Розалинде и Орландо)
      Вас храни любовный гений
      От невзгод и охлаждений.
      (Оливеру и Селии)
      По семейному пути
      Вам - рука к руке пройти.
      (Фебе)
      Вам - с дружком соединиться
      Или выйти за девицу.
      (Пробиру и Одри)
      Вы нашли друг друга,
      Как мороз и вьюга.
      (Всем)
      Я место уступаю вам:
      Пришел черед эпиталам.
      А время подойдет - тогда мы
      Дойдем до сочиненья драмы.
      
      Эпиталама
      Венчай, Юнона, семьи наши!
      Пошли прекрасных нам детей,
      И дом пусть будет полной чашей!
      Поем тебе, о Гименей!
      Мир обновленный,
      Не одряхлей!
      Славьтесь, Юнона
      И Гименей!
      
      ГЕРЦОГ (Селии)
      Мне дочерью тебя считать пора:
      Ведь дочери моей ты как сестра.
      ФЕБА (Сильвию)
      Любовь и вправду совершила чудо:
      Мне полюбился преданный зануда.
      
      Входит ЖАК ДЮ БУА.
      
      ЖАК ДЮ БУА
      Как deus ex machina, я возник
      На вашей благородной ассамблее,
      Чтоб важное известье сообщить
      И подвести к развязке нашу драму.
      Я средний сын Роланда дю Буа.
      Но речь не обо мне - о Фредерике.
      Всё чаще доходило до него,
      Что цвет страны уходит в лес Арденский,
      И вовсе обезумел Фредерик,
      Как будто мирный лес таил угрозу,
      И сам тиран сюда повел войска,
      Чтоб уничтожить брата и крамолу
      Искоренить, как это он назвал.
      Он в лес уже вступил, но повстречался
      Ему один таинственный старик.
      И дальше Фредерик непостижимо
      Преобразился от общенья с ним,
      И с жаром истинного неофита
      Презрел он душетлительную власть,
      И все соблазны грешные мирские,
      Он свергнутому брату возвратил
      И власть, и почести, и все богатства,
      Он реабилитировал дворян,
      Вам верность сохранивших, ваша светлость,
      И занялся спасением души,
      Уйдя в обитель. Отвечаю жизнью,
      Всё так и было.
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Добрый человек!
      Ваш свадебный подарок бесподобен -
      Ведь ваши братья женятся сейчас.
      Я тоже их порадую дарами:
      Поместия вернутся к одному,
      Другой наследует мою державу.
      Но прежде чем покинуть этот лес,
      Мы подытожим то, что здесь сложилось.
      На нас судьба обрушила удар,
      Но мы его перенесли достойно
      И счастье на природе обрели.
      Теперь его осталось не растратить,
      Когда мы возвратимся во дворец
      И заживем как прежде. Сообразно
      Заслугам мы друзей вознаградим.
      Все блага изменившейся фортуны
      Я с вами разделю - согласно с тем,
      Как в трудный час себя вы проявили:
      Порядок есть порядок, господа!
      Но мы его пока не водворяем,
      Сначала распростимся с этим раем.
      Сейчас здесь нету ни господ, ни слуг.
      А ну все в хоровод - и шире круг!
      ЖАК
      Простите, сударь, верно ли я понял,
      Что Фредерик отправился в затвор,
      Внезапно охладев к мирским усладам?
      ЖАК ДЮ БУА
      Да, в точности.
      ЖАК
      Тогда иду к нему.
      Мне неофиты очень интересны.
      И, право, есть над чем поразмышлять.
      А вдруг еще откроется мне что-то
      В натуре человеческой? Итак,
      Вам, кроткий и великодушный герцог,
      Желаю государством управлять,
      Как можно, добродетельно и мудро.
      (Орландо)
      Желаю вам, высокая душа,
      Не угасить любви, остаться честным.
      (Оливеру)
      Желаю вам богатства и добра -
      И не в одном материальном смысле.
      (Сильвию)
      Тебе... о Господи! - не пострадать
      От счастия, что на тебя свалилось.
      (Пробиру)
      Тебе жить в мире с пассией твоей
      Хоть месяц: вас на большее не хватит,
      Но не бывает худа без добра.
      В семье вы не познаете рутины.
      Что ж, веселитесь. Ну, а мне пора
      Убрать подальше уксусную мину
      От глаз счастливых.
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      Ну, зачем же так?
      Хоть до утра побудьте с нами, Жак!
      ЖАК
      Я долго с вами был. Вот в этом гроте
      Меня вы после празднества найдете.
      Затем благословите - и опять
      Я двинусь в путь: монахов изучать.
      СТАРЫЙ ГЕРЦОГ
      У каждого своя стезя, вы правы:
      Исканье - вам, нам - мирные забавы.
      (Всем)
      Сердца зажгите счастьем, чтоб потом
      До смертных дней гореть его огнем.
      Медленный танец.
      
      ЭПИЛОГ
      РОЗАЛИНДА
      Почему-то не принято, чтобы эпилог произносил актер в женском обличье, хотя, на мой взгляд, это не хуже, чем произносить пролог - в мужском. Если верно говорят, что доброе вино не нуждается в этикетке, то и хорошей пьесе не нужен эпилог. Хотя, с другой стороны, ни этикетка вину, ни эпилог пьесе не помешают. А если я плохой Эпилог, что я могу дать хорошей драме? Мой костюм не напоминает рубище - и выпрашивать у вас что-то не входит в мою роль. Поскольку я в женском платье, поговорим лучше о женщинах. О женщины! Вашей любовью к мужчинам заклинаю вас: поддержите в этой драме всё, что вам понравится. О мужчины! Вашей любовью к женщинам (а по вашим улыбкам я вижу, что вы не женоненавистники) заклинаю вас: поддержите женщин в их благосклонности к этому сочинению. Будь я женщиной, эта женщина расцеловала бы всех вас - чьи бороды, по моему мнению, подстрижены не дурно, а лица и дыхание приятны. А вы, оценив мое доброе отношение, откликнитесь на мой поклон дружескими аплодисментами.
      Уходит. сентябрь 2000 г.; ноябрь 2007 - 12 февраля 2008 г. Перевод Александра Флори

  • Оставить комментарий
  • © Copyright Флоря Александр Владимирович (alcestofilint@mail.ru)
  • Обновлено: 01/11/2014. 169k. Статистика.
  • Пьеса; сценарий: Драматургия
  •  Ваша оценка:

    Связаться с программистом сайта.