Флоря Александр Владимирович
В. Шекспир. Ричард Третий

Lib.ru/Современная литература: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Помощь]
  • Оставить комментарий
  • © Copyright Флоря Александр Владимирович (alcestofilint@mail.ru)
  • Обновлено: 03/05/2016. 266k. Статистика.
  • Пьеса; сценарий: Драматургия
  • Скачать FB2
  •  Ваша оценка:

      АКТ ПЕРВЫЙ
      Сцена первая.
      Лондон. Улица.
      Входит РИЧАРД, герцог ГЛОСТЕР.
      
      ГЛОСТЕР
      Итак, зима всех наших недовольств
      Под солнцем Йорков перевоплотилась
      В весну благополучий. И теперь
      Покоится в пучине океана
      Всё то, что омрачало небосвод.
      Стащили мы истасканные латы,
      Напялили победные венки.
      Теперь везде волынки вместо горнов,
      А вместо маршей - развеселый пляс.
      Свирепомордый бог войны смирился.
      Сегодня он не скачет на коне,
      Закованном в железо, и не гонит
      Злосчастных побежденных. Нет, он днесь
      Под всхлипы архипохотливой лютни
      Умильной миной покоряет дам
      На раутах, божественно танцуя.
      И пусть его. Но я не божество
      И не могу так просто изменяться.
      Определенно, мир - не для меня.
      Я плохо слажен - где мне наслаждаться
      Своим же отраженьем в зеркалах!
      Конечно, я сработан грубовато,
      Конечно, до величья не дорос -
      Неповоротлив, не галантереен,
      И смехотворно было б распускать
      Мне хвост перед распущенною нимфой.
      Природа косорукая меня
      Сварганила топорно: изогнула
      И, не доделав, вышвырнула в мир
      Таким как есть - уродцем колченогим,
      Которого облаивают псы,
      Едва заметят. Нет уж, я не создан
      Для мира и его гнилых услад.
      Общаюсь я лишь со своею тенью -
      Не доверяя, впрочем, даже ей, -
      Гляжу на собственное безобразье,
      Что возрастает в солнечных лучах.
      Мне на людском позорище болтливом
      
      <Примечание
      На позорище - т.е. "на театре".>
      
      Не надлежит любовника играть.
      Я выбираю амплуа злодея!
      О ты, изнеживающий покой,
      Будь проклят! Мир, тебе мое проклятье!
      Ужо я потружусь на ниве зла!
      
      <Примечание
      Герцог Глостер уподобляет себя пахарю и с презрением говорит о распутной праздности аристократов. Только вот его "крестьянское опрощение" слишком театрально - см. выше. Кстати, фразу "I am determined to prove a villain" можно трактовать и в том смысле, что Глостер сыграет роль не только подлеца, но и представителя "подлого сословия" - т.е. мужика, простолюдина. В моем варианте "Я выбираю амплуа злодея!" важен именно этот смысловой оттенок злой деятельности - как вызов всеобщей лени.>
      
      Я сочинил прелестную интригу,
      Сыграл на суеверьях короля,
      Приплел лихие предзнаменованья
      И будто бы пророческие сны,
      Смешал всё это с болтовней кабацкой,
      Весьма искусно перетолковал
      И Кларенса Георга опорочил.
      И если мнителен король Эдвард
      Не менее, чем сам я криводушен,
      То будет брат в застенке сей же день.
      Ведь наш король кудесникам поверил,
      Что принцев гибель ждет от буквы "Г".
      А вот Георг! Нырните, мысли, в омут
      Моей души!
      Входят КЛАРЕНС под стражей и БРЕКЕНБЕРИ.
      А, это вы, мой брат!
      День добрый! Но я вижу, ваша милость,
      Вы под конвоем? Что произошло?
      КЛАРЕНС
      Его величество мою персону
      Внезапно почему-то возлюбил -
      Так, что с эскортом в Тауэр отправил
      Для вящей безопасности моей.
      ГЛОСТЕР
      Но в чем причина?
      КЛАРЕНС
      Я зовусь Георгом.
      ГЛОСТЕР
      Зоветесь. Но не сами вы себя
      Назвали так, а те, кто вас крестили.
      Вот их бы и в тюрьму. А вас зачем?
      Затем ли, чтобы новое крещенье
      Вы приняли в затворничестве? Нет!
      Ведь это лишь убогий повод, Кларенс!
      А вы причину укажите мне!
      КЛАРЕНС
      Но, Ричард, я не знаю! Быть не может,
      Чтоб наш король лишь сплетням доверял.
      Ужели он настолько слабоумен,
      Что по внушенью пакостных кликуш
      Затеял изменить правописанье,
      Изъяв из алфавита букву "Г",
      Которая грозит его потомкам
      Потерей власти? Ну, а если так,
      То я, Георг, обязан быть убийцей
      И узурпатором. Полнейший вздор,
      Но я из-за него лишен свободы.
      Что ж, если сам король порабощен
      Своим же вздором...
      ГЛОСТЕР
      Не своим - супруги!
      Монархом нашим правит леди Грей.
      Вас королева заключила в Тауэр.
      На меры чрезвычайные она
      Толкает мужа - вкупе с милым братцем
      Ее - Энтони Вудвиллом. Они
      И Гастингса в тюрьму определили.
      Сегодня только он освобожден.
      Да, брат, плохие времена настали
      Для нас, весьма плохие!
      КЛАРЕНС
      Для кого
      Они теперь хорошие! Ну, разве
      Для королевы и ее родни.
      Еще лафа полночным письмоносцам,
      Связующим монарха с миссис Шор.
      Уж Гастингс так пред этой куртизанкой
      Стелился, чтоб свободу получить!
      ГЛОСТЕР
      Какое счастье лорду-камергеру -
      Пасть пред этим идолом любви,
      Чтоб вымолить пощады! Я не знаю,
      Как, братец, мы унизиться должны
      Во имя снисхожденья государя.
      Пойти в лакеи, что ли, к миссис Шор?
      Лишь у нее и этой старой крали
      (Ну, королевы) подлинная власть,
      А наш король во власти двух ревнивиц.
      БРЕКЕНБЕРИ
      Милорд, прошу прощения, но король
      Велел не допускать речей крамольных
      С его высочеством. Хоть брат родной -
      А не положено. Я извиняюсь.
      ГЛОСТЕР
      А в чем крамола, Брекенбери, в чем?
      Я заявляю - сами убедитесь,
      Что брат наш не капризен и не глуп,
      Его жена - не старая мегера
      И что совсем не грымза миссис Шор -
      Какие ножки, а уста как вишни,
      А что за глазки! Речь ее - нектар.
      Так говорят придворные - не правда ль?
      Что королевы милая родня
      Попала в честь и в славу - неужели
      Вы с этим не согласны?
      БРЕКЕНБЕРИ
      А меня
      Всё это не волнует.
      ГЛОСТЕР
      В самом деле?
      Неужто всё? И даже миссис Шор?
      Вот это называется "крамола"!
      
      <Примечание
      Варианты: "Вот это, друг мой, просто святотатство!", "Вот это непростительно, милейший!">
      
      Но лучше б миссис Шор порой ночной
      Один лишь человек касался.
      БРЕКЕНБЕРИ
      Кто же?
      ГЛОСТЕР
      Ах, умник! Да, конечно, мистер Шор!
      А ты-то что подумал? Ну, беги же
      С докладом к брату нашему!
      БРЕКЕНБЕРИ
      Милорд!
      Бежать не побегу, но я обязан
      Ваш разговор немедленно прервать.
      КЛАРЕНС
      Обязан - прерывай, мы подчинимся.
      ГЛОСТЕР
      О да, повиноваться мы должны,
      Коль виноваты перед королевой.
      Я к королю. Прощайте, милый брат.
      Скажите, что мне делать - всё исполню,
      Хоть леди Грей сестрою назову.
      Я ради вас смиренника сыграю.
      Ущерб, который вам нанёс ваш брат,
      Касается меня гораздо ближе,
      Чем в состоянье вы вообразить.
      КЛАРЕНС
      Да, оба мы от брата пострадали.
      
      <Примечание
      Вариант: "Да, наше братство сильно пострадало".>
      
      
      ГЛОСТЕР
      Поверьте, вам недолго быть в тюрьме.
      О том я позабочусь.
      КЛАРЕНС
      Да. Прощайте.
      КЛАРЕНС, БРЕКЕНБЕРИ и стража уходят.
      ГЛОСТЕР
      Прощай - и безвозвратно, милый брат,
      Такой прямой и ангельски беспечный!
      Лети, мой ангел, прямо в небеса!
      Я посодействую - вот будет радость
      Для небожителей! А это кто?
      Неужто сам освобождённый Гастингс!
      Входит ГАСТИНГС.
      ГАСТИНГС
      Привет вам, принц. Какой прекрасный день!
      ГЛОСТЕР
      Привет мой вам, лорд-камергер достойный.
      Вы снова дышите свободой? Рад!
      Как вы переносили заключенье?
      ГАСТИНГС
      Как подобает заключённым, принц:
      Безропотно и архитерпеливо.
      Но впредь обидчиков не потерплю
      И буду жить, чтоб с ними расквитаться.
      ГЛОСТЕР
      Вот, вот! И Кларенс то же говорит!
      У вас одни и те же супостаты,
      Но пострадал он даже больше вас.
      ГАСТИНГС
      Да, скверно, что орлов переловили,
      Стервятникам дав волю жировать.
      ГЛОСТЕР
      Что нового за морем?
      ГАСТИНГС
      Всё в порядке.
      А вот на острове порядка нет.
      Правитель наш день ото дня хиреет,
      И медики боятся за него.
      ГЛОСТЕР
      Да, дело плохо, в том клянусь я Павлом
      Апостолом! Брат невоздержан был
      Всегда. Он ежедневно покушался
      На тело августейшее свое.
      И вот расплата. Слёг король?
      ГАСТИНГС
      Так точно.
      ГЛОСТЕР
      К нему ступайте. Я потом приду.
      ГАСТИНГС уходит.
      Итак, он слёг. Надеюсь, что не встанет.
      Но пусть побудет на земле, пока
      На небеса не отошлет Георга.
      Эдварда я покамест раздразню,
      Злословия тяжёлое оружье
      Усилив казуистикой. Итак,
      Когда мой замысел осуществится,
      То Кларенсу до завтра не дожить.
      А там Всевышний приберет Эдварда,
      Тем самым эту скорбную юдоль
      Сдав мне в опеку. Надо мне жениться.
      В супруги Уорика меньшую дочь
      Придётся взять. Кому какое дело,
      Что свекра леди Анны я убил
      И мужа! Я обоих ей охотно
      С лихвою возмещу в одном лице!
      Нет лучше средства укротить девицу,
      Чем вновь ее невинности лишить.
      Да, я женюсь! Не из любви, конечно,
      А ради тайной цели - поважней, -
      Которой не достигнуть холостому.
      Но я резвее своего коня
      Скачу на рынок. Не убивши зверя,
      Уже подсчитываю барыши.
      Меж тем, покуда живы оба брата,
      И не пустеет место - то, что свято.
      Уходит.
      
      
      Сцена вторая.
      Лондон. Другая улица.
      Вносят гроб с телом Генриха VI.
      Входят джентльмены с алебардами и ЛЕДИ АННА в трауре.
      
      ЛЕДИ АННА
      Вот здесь сложите бремя благородства:
      Ведь благородство бренное в гробу.
      (Увы, как странно!) Здесь я возрыдаю
      Над доблестным Ланкастером! Увы!
      Прощай, властитель, подло умерщвленный!
      О хладный лик святого короля!
      О бледный пепел праведного дома
      Ланкастеров! Прости, что славный дух
      Я призываю, чтобы ты услышал
      Стенанья Анны - горестной вдовы
      Эдварда, сына твоего, который
      Заколот той же самою рукой,
      Что нанесла и эти злые раны!
      Из этих окон излетела жизнь,
      И вот из глаз я изливаю слёзы -
      Бальзам, столь бесполезный для тебя.
      Будь проклята преступная десница!
      Будь проклята и кровопийцы кровь!
      Будь проклята душонка душегуба!
      Бог, покарай уродливую тварь!
      Пошли чудовищу такую участь,
      Какой не пожелаешь паукам,
      Ехиднам, жабам и еще мерзейшим
      Из ядовитых тварей на земле!
      А если будет у него потомок,
      Пускай в отца он выйдет - злобный монстр,
      Такой же выродок и недоносок,
      Позор и ужас матери своей!
      А если сыщется такая дура,
      Что выйдет за мерзавца - поделом!
      Пускай ужаснее она завоет,
      Чем я рыдаю, горькая, сейчас,
      Когда лишилась свекра и супруга!
      Теперь продолжим в Чертси скорбный путь
      И упокоим короля святого.
      Устанете - садитесь отдохнуть,
      Над Генрихом я возрыдаю снова.
      Входит ГЛОСТЕР.
      ГЛОСТЕР
      Эй, вы, уроды! Опустите гроб!
      ЛЕДИ АННА
      Кто вызвал адское исчадье, чтобы
      Сорвать благочестивый ритуал?
      ГЛОСТЕР
      Кому сказал: на землю гроб, уроды!
      Иначе вас самих я уложу!
      ДЖЕНТЛЬМЕН
      Милорд, прошу вас: дайте нам дорогу.
      ГЛОСТЕР
      Я научу тебя манерам, пёс!
      Стоять! И уберите алебарды.
      Иначе - Павлом я святым клянусь -
      Обоих вас отделаю ногами!
      Вы, недоноски, поняли меня?
      ЛЕДИ АННА
      Как, вы дрожите? Страшно вам? Ещё бы!
      Я вас не вправе обвинять, увы!
      Простые смертные не в состоянье
      Бестрепетно смотреть на сатану!
      Изыди, адский монстр, не святотатствуй!
      Тебе подвластны бренные тела,
      Но против душ бессмертных ты бессилен!
      Сгинь! Провались!
      ГЛОСТЕР
      Святая, отчего
      Бранитесь вы - и так немилосердно!
      ЛЕДИ АННА
      Нечистый, богом заклинаю, сгинь!
      Зачем ты нас смущаешь, искуситель?
      Князь мира этого! Счастливый край
      Ты превратил в кромешный ад! Проклятья
      И стоны здесь глубокие слышны.
      Любуйся: вот деяний богомерзких
      Последствия! Ну, торжествуй, мясник!
      Смотрите же, смотрите, джентльмены!
      Опять отверзлись мертвых ран уста!
      Уже и крови нет, но кровоточат!
      Вот, изверг, ты приблизился едва -
      И брызнула фонтаном из артерий
      Уже давно свернувшаяся кровь!
      Красней, красней пред чудом, извращенец!
      Ты, противоестественный злодей, -
      Виновник сверхъестественных явлений!
      Господь, что это чудо сотворил,
      Срази убийцу молнией своею!
      Кровь королей впитавшая земля!
      Еще ты носишь изверга! Разверзнись,
      Исчадие геенны поглоти!
      Не всё ж питаться кровью убиенных,
      Пролитой сатанинскою рукой!
      ГЛОСТЕР
      А как же христианское смиренье?
      Ведь сказано: плати за зло добром
      И бьющему подставь другую щеку!
      ЛЕДИ АННА (замахиваясь)
      Ах, словоблуд! Законов - ни людских,
      Ни божьих для тебя не существует.
      Ведь даже зверю жалость не чужда.
      ГЛОСТЕР
      Так я не зверь, коль жалости не знаю!
      
      <Примечание
      Вариант:
       ЛЕДИ АННА (...)
       Ведь даже зверь способен пощадить.
       ГЛОСТЕР
       Так я не зверь, поскольку беспощаден.>
      
      ЛЕДИ АННА
      О чудо! Лжи отец - и не солгал!
      ГЛОСТЕР
      Чудесней видеть ангела во гневе.
      О воплощенье дивных совершенств!
      О, чтоб я сдох, тебя я уверяю,
      Что оклеветан злобною молвой!
      ЛЕДИ АННА
      Но чтоб ты сдох - и клеветы не надо.
      Зараза человечества! Позволь
      Тебя, уж проклятого многократно,
      Еще и слабой женщине проклясть!
      ГЛОСТЕР
      О ты, чья красота неизреченна,
      Позволь мне оправдаться пред тобой!
      ЛЕДИ АННА
      О ты, неизреченная бесстыжесть,
      Коль хочешь оправдаться - удавись
      Здесь на глазах моих. Тогда прощу я.
      ГЛОСТЕР
      Но я в твоих глазах себя убью!
      ЛЕДИ АННА
      Нет, оправдаешь! Это было б только
      Законным воздаянием тебе
      За всех убитых.
      ГЛОСТЕР
      Я не убивал их.
      ЛЕДИ АННА
      Не убивал? Так живы все они?
      Тобою, чертова марионетка,
      Предательски они умерщвлены!
      ГЛОСТЕР
      Я не убийца вашего супруга.
      ЛЕДИ АННА
      Он жив?
      ГЛОСТЕР
      Нет, но убил не я - Эдвард.
      ЛЕДИ АННА
      Своею ложью захлебнись, мерзавец!
      Не твой ли обагренный кровью меч
      Видала королева Маргарита?
      Ты б и ее, конечно, умертвил,
      Когда б тебя не удержали братья.
      ГЛОСТЕР
      Вот ими-то и был убит Эдвард!
      А сам я злоязычной Маргаритой
      Был обвинен в убийстве без вины.
      ЛЕДИ АННА
      Натура упыря - твоя виновность!
      Ты, даже спящий, кровью одержим.
      Не ты ли Генриха убил?
      ГЛОСТЕР
      Конечно.
      ЛЕДИ АННА
      И кто ж ты после этого? Не гад?
      
      <Примечание
      Вариант на грани языкового хулиганства:
       ЛЕДИ АННА (...)
       Ты Генриха убил?
       ГЛОСТЕР
       Ежу понятно!
       ЛЕДИ АННА
       Ах, даже так! Нечистая ты тварь!
       В оригинале:
       LADY ANNE (...)
       Didst thou not kill this king?
       GLOUCESTER
       I grant ye.
       LADY ANNE
       Dost grant me, hedgehog?
       В средневековом и барочном бестиарии ёж оценивался почти во всем положительно: он считался хотя и нечистым, но добродушным и запасливым животным. Лишь иногда ему приписывали жадность и агрессивность. Смысл шекспировского образа в другом: слово hedgehog может означать еще и человека с неуживчивым характером. Леди Анна лишний раз попрекает Глостера его чуждостью "нормальным" людям. Этот диалог можно передать еще и так:
       ЛЕДИ АННА (...)
       Не ты ли Генриха убил?
       ГЛОСТЕР
       Согласен.
       ЛЕДИ АННА
       Ах, отщепенец! Признаёшься сам!!>
      
      
      Так пусть же и тебя Господь прикончит,
      Отвергнутый природой лиходей!
      Покойный был такой душой небесной!
      ГЛОСТЕР
      Тогда уместней он на небесах.
      ЛЕДИ АННА
      Да! Для тебя там места не найдется.
      ГЛОСТЕР
      А я на это место и не рвусь.
      И пусть ваш Генрих будет благодарен,
      Что я его так высоко вознес.
      ЛЕДИ АННА
      И опростал в аду себе местечко!
      Ты можешь находиться только там.
      ГЛОСТЕР
      Не только.
      ЛЕДИ АННА
      Где ж? В подземном каземате?
      ГЛОСТЕР
      В опочивальне вашей.
      ЛЕДИ АННА
      Чтоб тебе
      Отныне больше не уснуть спокойно!
      ГЛОСТЕР
      Да, так и есть, пока вы не со мной.
      ЛЕДИ АННА
      И не надейся...
      ГЛОСТЕР
      Так и есть. Однако
      Оставим словопрения, мадам.
      Вы в состоянье говорить спокойно?
      Допустим, я ускорил их конец -
      Не только Генриха, но и Эдварда.
      Я исполнитель, а на ком вина
      Главнейшая?
      ЛЕДИ АННА
      Да на тебе, убийца!
      ГЛОСТЕР
      А вот и нет - на вашей красоте!
      Я грежу дивной вашей красотою.
      Во имя счастья пасть на вашу грудь
      Я истребить способен всех на свете.
      ЛЕДИ АННА
      Враг человечества!
      
      <Примечание
      В оригинале: homicide, т.е. человекоубийца.>
      
      Когда бы я
      Могла тебе поверить хоть на йоту,
      Красу с лица ногтями содрала б!
      ГЛОСТЕР
      Не видеть мне такого безобразья!
      Ты не загубишь красоты своей.
      Как мирозданье радуется солнцу,
      Так для меня она и солнца свет,
      И даже самое существованье.
      ЛЕДИ АННА
      Так пусть померкнет солнце для тебя,
      И пусть существованье прекратится!
      ГЛОСТЕР
      Не проклинай меня себе в ущерб:
      Ведь я погибну лишь с тобою вместе.
      ЛЕДИ АННА
      О, если б так - убила бы себя!
      ГЛОСТЕР
      Самоубийство - противоприродно,
      А злом не отвечают на любовь.
      ЛЕДИ АННА
      Но я, из-за тебя лишившись мужа,
      Еще и благодарной быть должна!
      ГЛОСТЕР
      Лишилась одного - найдешь другого,
      Намного лучше.
      ЛЕДИ АННА
      Лучше не сыскать
      На всей земле.
      ГЛОСТЕР
      Один уже нашелся.
      Тебя он любит более, чем тот.
      ЛЕДИ АННА
      Как звать его?
      ГЛОСТЕР
      Плантагенет.
      ЛЕДИ АННА
      Так звали
      Покойного супруга моего.
      ГЛОСТЕР
      Да, имя то же, но замес покруче.
      ЛЕДИ АННА
      И где же это чудо?
      ГЛОСТЕР
      Пред тобой.
      ЛЕДИ АННА плюет ему в лицо.
      Плюешься ты!
      ЛЕДИ АННА
      И жалко, что не ядом.
      ГЛОСТЕР
      Яд не уместен на твоих устах.
      ЛЕДИ АННА
      Зато уместен на поганой жабе!
      Сгинь! Взора моего не отравляй!
      ГЛОСТЕР
      Увы, мой взор давно твоим отравлен.
      ЛЕДИ АННА
      Будь василисками глаза мои,
      Я истребила бы тебя немедля.
      ГЛОСТЕР
      А я хотел бы сразу умереть,
      Чем заживо от страсти разлагаться.
      Подумать страшно, до чего дошел:
      Я стал плаксив и жалок, как мальчишка.
      А никогда ведь слез не проливал!
      Когда отец мой и Эдвард рыдали,
      Стон Рэтленда услышав - на него
      Свой меч обрушил Клиффорд черноликий;
      Когда о смерти моего отца
      Поведал твой воинственный родитель,
      Он двадцать раз, как слабое дитя,
      Слезами прерывал повествованье,
      И были, словно листья под дождем,
      Мокры глаза у воинов суровых -
      Я и тогда не снизошел до слез
      И не утратил мужества. Ни разу
      Не позволял я слабости себе
      И в самой лютой скорби. Но красою
      Твой сраженный, я ослеп от слез.
      Я сладких слов не говорил доселе
      И ни о чем ни друга, ни врага
      Я не просил. Но, красотой смирённый,
      По зову сердца возношу мольбы.
      ЛЕДИ АННА смотрит на него с отвращением.
      Что смотришь так? Чего надула губы?
      Они для поцелуев созданы.
      Ну, если местью так ты одержима,
      Убей меня! Рази, вот грудь моя,
      
      <Примечание
      Это не единственная аллюзия на пушкинского "Каменного гостя", написанного под большим влиянием "Ричарда III".>
      
      Которая одной тобою дышит!
      Скорей освободи смятенный дух!
      Я сердце открываю для удара,
      Колени преклоняя пред тобой.
      ЛЕДИ АННА пытается ударить его мечом.
      Смелей! Я Генриха убил - однако
      Единственный мой грех - любовь к тебе.
      Смелей! Эдварда я убил - однако
      Меня принудил твой небесный лик.
      ЛЕДИ АННА роняет меч.
      Ты меч-то подними. Или желаешь
      Поднять меня? Так поднимай смелей!
      ЛЕДИ АННА
      Сам подымайся, казуист. Желаю,
      Чтоб умер ты, но не могу убить
      Своей рукой.
      ГЛОСТЕР
      Тогда убей словами.
      Вели мне умереть - и я умру.
      ЛЕДИ АННА
      Да говорила!
      ГЛОСТЕР
      Это - в раздраженье.
      Но хладнокровно то же повтори -
      И я, прикончивший тобой любимых,
      С собой покончу от любви к тебе.
      Одну твою любовь я уничтожил,
      Убью другую, что стократ сильней,
      И станешь ты причиной двух смертей.
      ЛЕДИ АННА
      Какие тайны в этом сердце скрыты?
      ГЛОСТЕР (показывает язык)
      Вот мой язык, который их открыл.
      ЛЕДИ АННА
      Лгут и язык, и сердце.
      ГЛОСТЕР
      Тогда нет в людях правды.
      ЛЕДИ АННА
      Меч убери подальше.
      ГЛОСТЕР
      Клянись, что ты прощаешь.
      ЛЕДИ АННА
      О том узнаешь после.
      ГЛОСТЕР
      Пока дышу - надеюсь.
      ЛЕДИ АННА
      Как все на свете люди.
      ГЛОСТЕР
      Кольцо возьми на память.
      ЛЕДИ АННА
      Но взять - не дать, запомни.
      ГЛОСТЕР
      Смотри же, как я взял в кольцо твой палец.
      Так сердце ты моё взяла в полон.
      Твои навеки и кольцо, и сердце.
      Но одари смиренного раба
      Еще одним великим одолженьем.
      ЛЕДИ АННА
      Чего еще?
      ГЛОСТЕР
      Позвольте завершить -
      Кому же, как не мне! - обряд печальный.
      Езжайте в Кросби. Я похороню
      Во храме Чертси славного монарха
      И, слезы покаяния излив,
      Направлюсь к вам с определенной целью.
      Пожалуйста, не откажите мне.
      ЛЕДИ АННА
      Вот именно! Конечно, покаянье!
      О, как я рада! Значит, вы, милорд,
      Исправиться решили? О, я с вами
      Всем сердцем. - Трессел, Беркли, вы меня
      Сопровождаете.
      ГЛОСТЕР
      Вы не простились.
      ЛЕДИ АННА
      И так я много уступила вам.
      Но вы даете мне уроки лести.
      Представьте, что простилась с вами я.
      ЛЕДИ АННА, ТРЕССЕЛ и БЕРКЛИ уходят.
      ГЛОСТЕР
      Ну, что ж, несите.
      ДЖЕНТЛЬМЕН
      В Чертси?
      ГЛОСТЕР
      Нет, в Уайт-Фрайерс.
      А я прибуду позже, господа.
      Джентльмены уносят гроб.
      Ну, кто брал женщин эдаким манером?
      Кто эдаким манером взял жену?
      Однако, если взял ее, придется
      Использовать - но долго не смогу!
      Непостижимо! Я - убийца мужа
      И свекра - появляюсь перед ней
      При обстоятельствах, которых гаже
      И не придумать: слезы льет она
      И на меня проклятья извергает.
      А тут еще и раны мертвеца
      Открылись, уличая лиходея
      И распаляя ненависть ее.
      Опорой были ей и Бог, и совесть,
      Меня же не поддерживал никто -
      Лишь только сатана и лицемерье.
      Всё ополчилось против одного.
      И что же? Я над нею торжествую!
      Однако! И уже забыт Эдвард,
      Бесстрашный рыцарь, в Тьюксбери убитый
      Каких-нибудь три месяца назад,
      Когда поддался я порыву гнева.
      Природою Эдвард был сотворён
      В припадке щедрости необычайной.
      Происхожденье, молодость и стать,
      Ум и отвага - всё при нем. Кому же
      И быть-то королем, как не ему!
      Не скоро вновь такое совершенство
      Появится - и что я перед ним!
      Я целиком не стою пол-Эдварда.
      Но я в сырую землю уложил
      Его в златом расцвете всех достоинств,
      А леди Анну - в хладную постель.
      И вдруг до колченогого урода
      Снисходит эта странная вдова!
      А может, я и вправду раскрасавец?
      Поставлю герцогство против денье,
      Что я себя не знал. Но для миледи
      Я прямо-таки идеальный муж!
      Обзаведусь я зеркалом, пожалуй,
      И штат портных найму и расфранчусь -
      Ведь, право же, я этого достоин!
      Вдруг обнаружив красоту свою,
      Теперь я за ценой не постою.
      Сейчас же - труп в могилу и заною
      По нём я с обретенною женою.
      
      <Примечание
      В оригинале:
       But first I"ll turn yon fellow in his grave;
       And then return lamenting to my love>
      
      Сияй мне, солнце, если нет зеркал,
      Чтоб я хоть тень свою, но созерцал.
      
      <Примечание
      В оригинале:
       Shine out, fair sun, till I have bought a glass,
       That I may see my shadow as I pass.>
      
      Уходит.
      
      
      
      Сцена третья.
      Дворец.
      Входят
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА, РИВЕРС и ГРЕЙ.
      
      РИВЕРС
      Терпенье, государыня: бесспорно
      Здоровье возвратится к королю.
      ГРЕЙ
      Ваш скорбный вид нервирует больного.
      Попробуйте его приободрить.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Что потеряю я, лишившись мужа?
      ГРЕЙ
      Лишитесь мужа - больше ничего.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Да, больше ничего не остается,
      Когда такого мужа я лишусь.
      ГРЕЙ
      Конечно, это крупное лишенье,
      Но юный принц вам послан в утешенье.
      
      <Примечание
      В такой версии реплика звучит несколько странно, "легкомысленно", однако в оригинале:
       GREY
       The heavens have bless"d you with a goodly son,
       To be your comforter when he is gone.
       В переводе М. Донского сохранен этот тон не приличествующий серьезности темы:
       ГРЕЙ
       В потере горькой, - слава небесам, -
       Наследный принц утехой будет вам.>
      
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Вот то-то - юный! Юности его
      Надсмотрщиком (представьте!) будет Глостер,
      А это ненавистник мой - и ваш.
      РИВЕРС
      Так решено уже, что он - протектор?
      
      <Примечание
      Заметим: о короле говорят так, будто его уже нет, хотя только что ради "приличия" "не сомневались", что он выздоровеет.>
      
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Помилуйте, король еще не мертв!
      Но Глостера назначат, несомненно.
      Входят БЕКИНГЕМ и СТЕНЛИ.
      ГРЕЙ
      Вот Бекингем и Стенли.
      БЕКИНГЕМ
      Бог пошли
      Здоровья государыне.
      СТЕНЛИ
      А также
      Веселости, всегда присущей вам.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Спасибо, Стенли, но графиня Ричмонд,
      На это не сказала бы "аминь".
      Супруга ваша так со мной надменна...
      Но я не вымещу на вас, милорд,
      Досады на ее высокомерье.
      СТЕНЛИ
      О королева, умоляю вас:
      Завистливым клеветникам не верьте!
      А если доля правды в этом есть,
      Не гневайтесь на женщину - больную,
      Но не питающую к вам вражды.
      РИВЕРС
      Вы видели сегодня государя?
      СТЕНЛИ
      Мы с Бекингемом только от него.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Как вы его нашли?
      БЕКИНГЕМ
      Он стал бодрее,
      А там, Бог даст, поправится совсем.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Пошли, Всевышний, королю здоровья.
      Вы, лорды, говорили с ним? О чем?
      БЕКИНГЕМ
      Да, говорили. Он желает мира
      Меж Глостером и вашею родней,
      А их всех вместе - с лордом-камергером.
      Король сегодня призывает их.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Да хорошо бы. Только нет, не верю!
      Боюсь, что мы над пропастью висим.
      Входят
      ГЛОСТЕР, ГАСТИНГС и ДОРСЕТ.
      ГЛОСТЕР
      Не потерплю подобных оскорблений!
      Кто те наушники, что королю
      Нашептывают, как я с ними резок
      И груб и не питаю к ним любви.
      Они-то очень любят государя,
      Что отравляют ложью слух его?
      Да, я чужой всем этим пустобрёхам,
      Наушникам, пронырам и врунам!
      Да, я не корчу рожи, как мартышка,
      И не расшаркиваюсь, как француз.
      Могу ли я не быть врагом державы!
      О, неужели человек простой
      Не может просто жить - да, жить по правде
      И не страдать от всяких подлецов?
      РИВЕРС
      Кого в виду имеет ваша светлость?
      ГЛОСТЕР
      Кого в виду имею? Да тебя,
      В ком ни стыда, ни совести, ни чести!
      Чем мог я провиниться пред тобой
      И перед всею вашей камарильей?
      Чума вас порази! Ведь, вам назло,
      Господь не прибирает государя,
      Так вынуждаете вы короля
      Страдать от ваших пасквилей поганых!
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Вы заблуждаетесь, любезный брат!
      Всех вас созвать король распорядился,
      И пасквили здесь вовсе ни при чем.
      Неужто сам король не мог заметить,
      Что вы питаете вражду ко мне,
      А также к сыновьям моим и братьям?
      Поэтому желает государь
      Понять, в чем корни этой неприязни,
      Чтобы ее потом искоренить.
      ГЛОСТЕР
      Не знаю... В этом мире извращенном
      Летают не орлы, а индюки.
      Жонглёр уже не хуже джентльмена,
      А джентльмен быть должен как жонглёр.
      
      <Примечание
      Слово "жонглёр" употребляется в первоначальном смысле: скоморох.
       В оригинале:
       Since every Jack became a gentleman
       There"s many a gentle person made a Jack.
       Впрочем, Jack - простолюдин, а не клоун. Поэтому те же строки можно перевести:
       Мужлан уже не хуже джентльмена,
       А джентльмен быть должен как мужлан.
       Впрочем, я предпочитаю первый вариант: он колоритнее.>
      
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Брат Глостер, полно вам играть словами!
      Их смысл один: завидуете вы
      И мне, и партии моей. О Боже,
      Не дай мне быть обязанной ему!
      ГЛОСТЕР
      Бог дал, чтоб я был многим вам обязан:
      Мой брат в тюрьме, в немилости я сам -
      Всё вашими молитвами. В опале
      Вельможи истинные. Между тем
      Все ваши протеже выходят в люди,
      Хотя им место разве что в людской.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Свидетель Бог, меня вознесший к трону
      От тихой жизни, столь любезной мне,
      В отличие от треволнений власти,
      Я не настраивала короля
      Враждебно к брату вашему - напротив,
      Я за него стояла, как могла.
      Милорд, своей постыдной клеветою
      Меня вы оскорбили тяжело.
      ГЛОСТЕР
      Дерзнете отрицать, что герцог Гастингс
      Попал в темницу из-за вас?
      РИВЕРС
      Дерзнет!
      Поскольку...
      ГЛОСТЕР
      Да, она дерзнет, лорд Риверс!
      Нам всем известно, сколь она дерзка!
      Предерзостно вас наградит чинами,
      Предерзостно объявит, что тому
      Причиной ваши редкие заслуги,
      А не услуги. Но коронный ход
      Ее усилий дерзновенных...
      РИВЕРС
      Что же?
      ГЛОСТЕР
      Венчанием корону укрепить,
      Супругом взяв красавца молодого.
      На это ведь не каждая дерзнет.
      К примеру, ваша бабушка не стала.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      С меня довольно гадостей, милорд!
      Клянусь, король немедленно узнает,
      Как вы меня третируете, сэр.
      Уж лучше мне батрачкою простою,
      А не английской королевой быть:
      Я предпочла бы выносить помои,
      Чем оскорбленья эти выносить.
      Не много счастья в королевском сане!
      Появляется КОРОЛЕВА МАРГАРИТА.
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА (в сторону)
      Да, сан чужой ты прибрала к рукам.
      И да исполнит Бог твоё желанье
      Батрачкой стать!
      ГЛОСТЕР
      Ах, я дрожу, мадам!
      Ступайте к королю и доносите,
      А я удостоверю ваш рассказ.
      И пусть меня потом бросают в Тауэр -
      Ведь это ваша плата за труды.
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА (в сторону)
      О, за твои я заплатить готова
      И бросить в Тауэр, где ты убил
      Супруга моего! И я ль забуду,
      Как в Тьюксбери мой бедный сын Эдвард
      Был на моих глазах тобой заколот!
      ГЛОСТЕР
      Я вам напомню: вы и ваш супруг
      Еще не восседали на престоле,
      А я уже служил вам, как верблюд,
      И на своем горбу тащил поклажу.
      Я ваших супостатов истреблял
      И награждал вассалов. И не я ли,
      Чтоб стала королевской ваша кровь,
      Своею жертвовал неоднократно?
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА (в сторону)
      Ты чаще в жертву приносил других -
      Они и вправду были чистокровны.
      ГЛОСТЕР
      А вы тогда и ваш супруг лорд Грей
      Стояли за Ланкастеров. И Риверс,
      Конечно, с вами. Или не убит
      Грей при Сент-Олбенсе за Маргариту?
      Позвольте вашу память освежить:
      Чем были вы тогда и чем вы стали,
      А также чем я был и стал теперь.
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА (в сторону)
      Всё тот же ты - мерзавец и убийца!
      ГЛОСТЕР
      Несчастный Кларенс - Бог ему судья -
      Оставил Уорика, нарушив клятву.
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА (в сторону)
      О да, пускай его осудит Бог!
      ГЛОСТЕР
      Он перешел на сторону Эдварда,
      Помог ему корону получить
      И был за то вознагражден тюрьмою.
      О, мне б Эдварда сердце: он - кремень!
      А я так прост, и будто весь из воска.
      Нет, ваш растленный свет не для меня!
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА (в сторону)
      Так в пекло провались - чего уж проще!
      Там развернешься, дьявол: вот твой свет!
      РИВЕРС
      В то время смутное, в лихие годы
      Законную мы поддержали власть.
      Будь вы на троне - шли бы мы за вами.
      ГЛОСТЕР
      Чтоб вы пошли за мной - избави Бог!
      Да лучше уж подёнщиком я стану.
      Придет же в голову такая блажь!
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Вот! Вам и самому понятно, Глостер:
      Не много счастья в жизни короля.
      Не радостна и доля королевы.
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА (в сторону)
      Не радостна: ведь королева - я.
      Нет, больше не могу в тени скрываться!
      (Выступает вперед)
      Что, делите захваченный корабль!
      Грызётесь, джентльмены неудачи!
      Ну, что, трепещете передо мной?
      Вассалами - не очень-то склонялись,
      Дрожите, как мятежники, теперь!
      Ну, что ты на меня не смотришь, ирод?
      ГЛОСТЕР
      Зачем мне, ведьма, на тебя смотреть?
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      Тебе в лицо я брошу полный список
      Твоих злодейств - тогда лишь отпущу.
      ГЛОСТЕР
      Не ты ли изгнана под страхом смерти?
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      Страх смерти на чужбине для меня
      Намного тяжелее смертной казни
      В своей земле. Здесь муж и сын. И трон.
      Вы у меня всё это отобрали.
      Но я вам позволяю возвратить
      Награбленное - и передо мною
      Пасть на колени. Вы вернете мне
      Украденную у меня отраду,
      А я свои печали вам вручу.
      Владейте ими - вы их заслужили.
      ГЛОСТЕР
      Ты проклята была моим отцом,
      В тот день, когда картонною короной
      Венчала благородный лоб его,
      Исторгнув запредельным святотатством
      Из глаз воителя потоки слез -
      Тогда ему, глумясь, платок швырнула
      В крови младенца Рэтленда. И вот
      Тебя его проклятие достало.
      Не мы тебя караем - сам Господь.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Бог праведный отмщает за невинных.
      ГАСТИНГС
      Неслыханное зло - убить дитя!
      Да этому прощенья быть не может!
      РИВЕРС
      Тираны плакали, узнав о том.
      ДОРСЕТ
      И все до одного желали мщенья.
      БЕКИНГЕМ
      Растроган был и сам Нортемберленд.
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      Как! Только что друг дружке глотки рвали,
      А я сумела их объединить -
      Вот уж не думала и не гадала!
      Ужель проклятье Йорка для небес
      Так значимо, что я, лишившись мужа,
      И сына, и престола, и страны,
      За жалкого мальчишку заплатила?
      Так, значит, сквозь нагроможденья туч
      Проклятья достигают эмпиреев?
      Тогда, мое проклятие, прорвись
      К престолу Бога! Тучи, расступитесь!
      Как мой супруг, король, был умерщвлён,
      Так твоего грехи сведут в могилу.
      Убит мой сын - Уэльский принц Эдвард,
      И твой Эдвард, и тоже принц Уэльский,
      Ужасно и безвременно умрет.
      А ты живи, живи, Елизавета!
      Переживи и славу, и детей,
      Подобно мне, оплачь свои утраты.
      Подобно мне, досаду испытай,
      Когда другая твой престол захватит.
      Дней светлых будет мало у тебя,
      А черных - без числа. Еще до смерти
      Ты превратишься в полное ничто:
      Ни матерью не будешь, ни супругой,
      Ни королевой. Обращусь теперь
      К вам, Риверс, Дорсет, Гастингс - вы смотрели
      Бесстрастно, как зарезан был Эдвард.
      И я вам ту же участь предвещаю.
      Своею смертью вам не умереть.
      ГЛОСТЕР
      Эй, пифия! Уймись! Кончай бесчинства!
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      С тобою не покончив, не уймусь!
      Так слушай, пёс! Когда Господь имеет
      В запасе наказания страшней,
      Чем язва моровая, иль ужасней
      Всего, что я могу вообразить,
      Пускай придержит их, пока нальются
      Отравой гнойной все твои грехи,
      И на тебя возмездием обрушит!
      Ты вторгся в мир убогий для того,
      Чтоб хрупкое разрушить равновесье.
      Так пусть тебя сомненья изгрызут.
      Подозревай друзей своих и всё же
      Застигнут будь врасплох изменой тех,
      Которые тебе всех прочих ближе.
      И пусть не будет ни в одном глазу
      Покойных снов, и, лишь сомкнутся веки,
      Пусть на тебя кошмары налетят
      И легионы бесов истерзают
      Твой скверный дух картиной адских мук.
      Ты, недоносок, дьяволом клеймённый,
      Вепрь, корни подрывающий! Ты, раб,
      Природы выродок! Исчадье ада!
      Ты - воплощенье худших черт отца!
      Ты - лона материнского бесчестье!
      Срамная, безобразнейшая тварь,
      Которой имя...
      ГЛОСТЕР
      Маргарита.
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      Ричард!
      ГЛОСТЕР
      Да? Ты меня окликнула?
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      Отнюдь.
      ГЛОСТЕР
      Тогда спасибо. Я-то уж подумал,
      Что меня окликнула затем,
      Чтоб поразить каким-нибудь проклятьем.
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      О да! Но я партнеров не зову,
      Пока не завершила монолога.
      ГЛОСТЕР
      Но он закончен именем твоим.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Всё это ваше словоизверженье
      Теперь должно обрушиться на вас.
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      Ах ты, малёванная королева!
      Подделка под величие моё!
      Льёшь патоку на паука - сама же
      В его тенётах и увязнешь ты!
      Безумная, тебя зарежет изверг
      Тобою же заточенным ножом!
      Но ничего - ты скоро протрезвеешь,
      И вслед за мною станешь проклинать
      Пропитанную ядом злую жабу.
      ГАСТИНГС
      Лжепрорицательница, замолчи!
      Терпению любому есть пределы.
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      Позор! И я их всех ещё терплю!
      РИВЕС
      Кто хочет послужить вам, тот обязан
      Вам разъяснить, в чём состоит ваш долг.
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      Кто хочет мне служить - пускай и служит,
      Свой исполняя долг. Я разъясню,
      В чём состоят обязанности ваши:
      Чтить вашу государыню - меня -
      И, как вассалы, мне повиноваться.
      ДОРСЕТ
      Она безумна - что с ней говорить!
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      Молчать, маркизик новоиспеченный,
      Из молодых, да ранних! Не дано
      Вам, выскочкам, понять аристократов,
      Низвергнутых и впавших в нищету.
      На пике власти мы открыты бурям,
      Кто упадёт - не соберёт костей.
      ГЛОСТЕР
      Со знаньем дела сказано, маркизик!
      Ты слушай, слушай!
      ДОРСЕТ
      Слушайте и вы.
      ГЛОСТЕР
      Я не глухой. Но я высокороден.
      Я на вершине кедра свил гнездо.
      Я с бурею в союзе и на солнце
      Бестрепетно взираю.
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      Да, злодей!
      Ты людям застишь солнце тенью смерти.
      Мой сын тому свидетель. Он сиял,
      Обласканный лучами золотыми,
      Но тучей злобы ты его закрыл
      И сам в чужом жилище угнездился.
      Но Бог всё видит и за зло воздаст.
      В крови утонет то, что кровью взято!
      БЕКИНГЕМ
      Помилуйте! Вот стыд! Нельзя же так!
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      Помиловать? Стыдиться - мне? Однако!
      Вы королеву свергли без стыда,
      Лишив ее надежд немилосердно.
      Жестокость мне мила, постыдна - жизнь,
      Наполненная горем неизбывным.
      БЕКИНГЕМ
      Ну, будет! Будет!
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      Герцог Бекингем,
      Я руку бы твою поцеловала:
      Ведь ты один союзник нам и друг.
      Твой род да будет счастлив и покоен.
      Твои чисты одежды - крови нет
      Ланкастерской на них. И я не стану
      Тебя, как этих, прочих, проклинать.
      БЕКИНГЕМ
      А их зачем же? Чтоб вам подавиться
      Проклятьями своими? Ведь они
      Застрянут в вашей собственной гортани.
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      О нет, они взовьются к небесам!
      Они разбудят мир, беспечно спящий.
      А ты остерегайся, Бекингем:
      Опасен пёс вот этот ядовитый.
      Хотя бы он и ластился к тебе,
      Укусит непременно - и погибнешь.
      Держись подальше от его клыков.
      Пороком, смертью, адом он помечен.
      Он служит силам зла, они - ему.
      ГЛОСТЕР
      Лорд Бекингем, что вам она сказала?
      БЕКИНГЕМ
      Слова, не значимые для меня.
      
      <Примечание
      Вариант: Вниманья не достойные слова.>
      
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      Как! Искреннее предостереженье
      Ты презираешь! На себя пеняй
      За то, что побратался с сатаною!
      Когда от боли в сердце взвоешь ты,
      Оценишь прорицанье Маргариты.
      А напоследок я желаю вам:
      Живите во враждебности взаимной,
      А всех вас пусть возненавидит Бог!
      Уходит.
      ГАСТИНГС
      Меня бросает в дрожь.
      РИВЕРС
      Дрожу я тоже
      Ее свободы надо бы лишить.
      ГЛОСТЕР
      Зачем судить несчастную так строго?
      Ее и так лишенья велики.
      Клянусь святою девой: мы отчасти
      Пред Маргаритою не без вины.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Ну, я-то за собой вины не знаю.
      ГЛОСТЕР
      Не знаете, что пользуетесь тем,
      Чего она лишилась? Впрочем, это
      Понятно: королям не нужно знать.
      Не знаете, кто вам всех больше предан:
      Вот Кларенса вы погребли в тюрьме,
      Да и со мной так мало деликатны...
      Прости им Бог: не ведают они...
      РИВЕРС
      Сколь кротко и с евангельем согласно -
      Молиться за обидчиков своих!
      ГЛОСТЕР
      Согласно это и с моей природой.
      (в сторону)
      Не так уж отличаюсь я от вас,
      Чтоб проклинать: я прокляну себя же.
      Входит КЕТСБИ.
      КЕТСБИ
      Мадам и лорды, вас зовет король.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Да, я сейчас приду. Ступайте, Кетсби.
      Милорды, вы со мной?
      РИВЕРС
      Да, госпожа.
      Уходят все, кроме ГЛОСТЕРА.
      ГЛОСТЕР
      Я замышляю бунт - и с этой целью
      Изобличаю лжебунтовщиков,
      Судьбе покорных жалких идиотов.
      Я воду баламучу и потом
      Поймать надеюсь много крупной рыбы.
      Над Кларенсом рыдаю в голос я
      Пред Стенли, Гастингсом и Бекингемом.
      Хоть сам в темницу брата и упёк,
      Я обвиняю в этом королеву
      И распрекрасных родичей её.
      И остолопы верят, что причина
      Всех наших бедствий - Риверс, Воген, Грей,
      Опутавшие нашего монарха
      И Кларенса сгубившие, и вот
      Общественное мненье жаждет мести.
      Однако я вздыхаю тяжело
      (Пожалуй, даже и не лицемерно),
      Что Бог велел платить за зло добром.
      И так я прикрываю срам злодейства
      Библейскими лохмотьями. Для зла
      Нет более приличных одеяний.
      Входят двое убийц.
      А, вот и исполнители мои!
      Что скажете о нашем предприятье?
      
      <Примечание
      Глостер вообще говорит с убийцами в стиле буржуазного босса, дающего ценные указания, - возможно, в целях конспирации.>
      
      Идёте выполнять заказ?
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      Идём.
      И выполним сегодня же. Но пропуск
      Нам нужен, чтоб клиента навестить.
      
      <Примечание
      Это не языковой анахронизм. "Клиент" - слово древнеримское.>
      
      ГЛОСТЕР
      Уже готов. Потом я жду вас в Кросби.
      И главное: не медлить, господа.
      
      <Примечание
      У Шекспира именно так: But, sirs, be sudden in the execution.>
      
      Оперативны будьте, энергичны.
      Как можно больше дела - меньше слов.
      
      <Примечание
      "Дело" - одно из важнейших слов в словаре Глостера и убийц. Они - "деловые" люди, "бизнесмены".>
      
      Не только ваших слов, но и клиента.
      Он замечательно красноречив -
      Не слушайте его, а то, пожалуй,
      Он вас разубедит.
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      О, никогда!
      Не станем мы вести переговоры.
      Бездельники молотят языком,
      А мы привыкли действовать руками.
      ГЛОСТЕР
      Я уважаю деловых людей.
      
      <Примечание
      В оригинале: I like you, lads; about your business straight.>
      
      Вы твердокаменны и слез не льете -
      Их источают нытики, а вы
      Из глаз способны извергать каменья.
      Ступайте.
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      Будет сделано, милорд!
      Уходят.
      
      Сцена четвертая.
      Лондон.
      Тауэр
      Входят
      КЛАРЕНС и БРЕКЕНБЕРИ.
      
      
      БРЕКЕНБЕРИ
      Сегодня вы не в духе, ваша светлость?
      
      <Примечание
      В оригинале: Why looks your grace so heavily today? Я предпочел вариант "не в духе", чтобы обозначить сквозной для этой сцены мотив расставания души с телом.>
      
      КЛАРЕНС
      Да, я провел премерзостную ночь,
      Кишащую уродливыми снами
      И призраками. Верою святой
      Клянусь, ещё одной такой же ночи
      Я не переживу, хотя бы мне
      Мир целый дней счастливых обещали.
      Да, я провел премерзостную ночь!
      БРЕКЕНБЕРИ
      А что же вам приснилось? Расскажите!
      КЛАРЕНС
      Сначала я из Тауэра бежал.
      И будто я и брат мой Ричард Глостер
      Переправляемся через Ла-Манш,
      В Бургундию. И Ричард из каюты
      Зовет меня на палубу. Иду.
      Глядим на удаляющийся берег
      И вспоминаем о войне двух роз
      И тысячи подробностей печальных
      С ним обсуждаем уж в который раз,
      И ходим, ходим по доске шатучей.
      
      <Примечание
      Выражение из Ф. Сологуба>
      
      Споткнулся брат, я подхватил его -
      А он меня выталкивает за борт,
      В валы, бурлящие, как кипяток.
      О боже, боже! Пережитый ужас
      Я выразить не в силах! Бездны рёв
      В ушах моих доселе не стихает!
      Ещё я видел тысячи смертей,
      Когда людей живьем терзали твари
      Морские - до сих пор в моих глазах
      Вся эта гадость! Вижу пред собою
      Я остовы потопленных судов
      И сонмы перлов, морю возвращённых,
      Брильянтов, гемм и слитков золотых
      На дне морском. Бесценные каменья
      Как в ларчиках, лежали в черепах,
      А иногда огромные алмазы
      Сияли из глазниц, как бы смеясь
      Над тысячами черепов безглазых,
      Гниющих в тине океанских бездн.
      БРЕКЕНБЕРИ
      Вам времени хватило в миг предсмертный
      Все тайны океана подсмотреть?
      КЛАРЕНС
      Но так и было! Смерть играла мною.
      Я Богу душу был готов отдать.
      Но к воздуху вода приревновала,
      Не отпускала душу на покой.
      Мутило тело от душевной смуты,
      Оно хотело душу изрыгнуть.
      БРЕКЕНБЕРИ
      И вы от этой мути не проснулись?
      КЛАРЕНС
      Нет, умер я, но длился гнусный сон.
      Как будто вихри ада налетели,
      И душу через Ахерон повлёк
      В край вечной ночи мрачный перевозчик,
      Воспетый в душетлительных стихах.
      
      <Примечание
      Встречается у Солженицына>
      
      А там, на берегу потустороннем,
      Стал над мытарствующею душой
      Мой знаменитый тесть, великий Уорик.
      И он воскликнул: "В этой царстве тьмы
      Ты, Кларенс, что свою солживил клятву,
      
      <Примечание
      Выражение их "Царя Федора Иоанновича" А. Толстого>
      
      На самом дне пребудешь!" - и исчез.
      За ним явилась тень - как будто ангел
      
      <Примечание
      В оригинале: A shadow like an angel>
      
      С забрызганною кровью головой.
      Он возопил: "Попался, перебежчик!
      Ты заколол при Тьюксбери меня!
      Эй, фурии, вот знатная добыча
      Для вас! На истязание его
      Тащите!". Тут же с хохотом злорадным
      Взял бесов легион меня в кольцо.
      От этого содома я проснулся.
      И всё ж с души воротит до сих пор,
      Как будто я в аду. Запечатлелся
      Во мне навек кошмарный этот сон.
      БРЕКЕНБЕРИ
      Мне даже слушать страшно. Ну, а вам-то...
      Ещё бы! Ад такой в душе носить!
      КЛАРЕНС
      Эх, Брекенбери, сторож простодушный!
      Ты прав: я целый ад в себе ношу.
      Я душу погубил свою за брата -
      Эдварда - вот он жалует меня!
      Но если глубиною покаянья
      И чистою молитвой не могу
      Смягчить я божий гнев, то, недостойный,
      Молю Всевышнего: карай меня -
      Я заслужил, - но пощади безвинных
      Жену с детьми! О добрый сторож мой,
      Прошу, не оставляй меня. Так тяжко!
      И клонит в сон, и страшно мне заснуть.
      БРЕКЕНБЕРИ
      Я не уйду, милорд. Покойно спите.
      КЛАРЕНС засыпает.
      Печаль ломает распорядок дня.
      И день и ночь меняются местами.
      У принцев жизнь превратна, и за то
      Им почести даются в утешенье.
      Снаружи - блеск, на сердце - гнёт тревог.
      Вселенная неутолимой боли -
      Расплата их за призрачный почёт,
      А настоящего - и не бывает.
      Достоинству людскому нет цены -
      В том короли и нищие равны
      Входят убийцы.
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      Эй, кто здесь?
      БРЕКЕНБЕРИ
      Во имя Бога, кто вы и как сюда проникли?
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      Нам нужно говорить с герцогом, а проникли мы с помощью ног.
      БРЕКЕНБЕРИ
      Не слишком ли ты лаконичен?
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Сэр, лучше говорить мало, чем лишнее. - Покажи ему документ, и делу конец.
      БРЕКЕНБЕРИ (читает)
      Обязан я, согласно предписанью,
      Вам в руки заключенного предать.
      Ну, что ж, приказов я не обсуждаю
      И умываю руки. Вот ключи.
      Вот заключенный, мирно опочивший.
      А я к его величеству пойду
      С докладом, что приказ его исполнил.
      
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Отлично, сэр. С умным человеком даже и поговорить приятно.
      
      <Примечание
      Фраза Смердякова в аналогичной ситуации. Частицы "даже", "и" указывают на то, что неразговорчивые убийцы на радостях даже готовы отступить от своего принципа.>
      
      БРЕКЕНБЕРИ уходит.
      Прикончим его спящего?
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      Ни в коем случае! А то ещё пробудится и заявит, что мы подло зарезали его втихаря.
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Ты что, дурак? Он ничего не заявит до Страшного суда.
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      Вот там и сделает своё заявление.
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Да, страшный это, должно быть, суд, если при одном его упоминании во мне начинает шевелиться осознание чего-то...
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      Я его не упоминал, это всё ты. Что, решил пойти на попятный?
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Как тебе сказать... Я не против убийства, тем более что нам приказали. Но я против ответственности. Боюсь, что нас не только не спасёт никакой приказ, но мы ещё будем отвечать за того, кто его отдал.
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      А я думал, ты в самом деле решился на этот отчаянный шаг.
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      В том-то и дело! Не довел бы нас этот шаг до отчаяния.
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      Ну, тогда я пойду к герцогу Глостеру и доложу ему, что в тебе проснулось сознание.
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Погоди, может, этот припадок благочестия ещё пройдёт. Сейчас проверю: сосчитаю до двадцати...
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      Решай уже что-нибудь!
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Какая-то частица сознания во мне ещё осталась.
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      А ты осознаёшь, сколько нам заплатят, когда дело будет сделано?
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      О плате я и забыл! Ладно, чёрт с ним, пусть пропадает.
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      И где же твоё сознание?
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      У герцога Глостера в кошельке.
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      Значит, если он раскроет кошелёк, ты можешь потерять сознание?
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Да кому оно сдалось!
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      А если Господь приведет его к тебе?
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Да не приведи Господь! Это же такая страшная штуковина. Кто это сказал: "Так трусами нас делает сознанье"?
      
      <Примечание
      Переводческое хулиганство, близкое к тексту: it (conscience - А.Ф.) makes a man a coward. Видимо, важная для Шекспира идея. Срав. в "Гамлете": Thus conscience does make cowards of us all.>
      
      
      С ним же никакой радости в жизни: хочешь что-нибудь стибрить - сознание препятствует, хочешь выматериться - обличает, хочешь прелюбодействовать с женой ближнего - не даёт. Это какой-то демон с багровым от стыда лицом, это дух раздора человека с самим собой. Это чудовище однажды заставило меня вернуть набитый золотом кошелёк, который я нашёл. Этого злого духа изгоняют отовсюду. Вон из меня этот дух, а то я сделаюсь нищим духом и блаженным! Кто хочет быть счастливым, тому следует жить без сознательности и в сознании своего согласия с духом времени.
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      Чёрт меня возьми! То есть наоборот! Этот чёрт меня толкает не убивать герцога!
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Гони этого чёрта, а то он в тебя вселится!
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      Не на того напал! Меня так просто не возьмёшь.
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Ты говоришь как человек, дорожащий своей репутацией. Ну, что, приступим к делу?
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      Звездани его по кумполу рукояткой меча, а потом утопим его в бочке с мальвазией - она тут, за дверью.
      
      <Примечание
      В оригинале: Take him over the costard with the hilts of thy sword.>
      
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Хорошая идея! Заспиртуем герцога.
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      Тихо! Он шевельнулся. Бить?
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Нет, сначала с ним порассуждаем.
      
      <Примечание
      В оригинале буквально: No, first let"s reason with him.>
      
      КЛАРЕНС (просыпаясь)
      Эй, где ты, страж? Подай бокал вина.
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Бокал? Мы вам дадим гораздо больше.
      КЛАРЕНС
      Во имя Бога, кто ты?
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Человек,
      Такой, как вы: из плоти и из крови.
      КЛАРЕНС
      Едва ли той же крови, что и я:
      Ведь ты не посягнёшь на кровь монарха?
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      На кровь монарха я не посягну.
      КЛАРЕНС
      Речь громогласная, а взгляд - трусливый.
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Речь королевская, глаза - мои.
      КЛАРЕНС
      Мутны слова, но по глазам всё ясно:
      Опасность в них. О, вы бледны, как смерть!
      Кем вы подосланы? С какою целью?
      УБИЙЦЫ
      Чтоб... чтоб...
      КЛАРЕНС
      Пришли убить меня?
      УБИЙЦЫ
      Да. Да.
      КЛАРЕНС
      Вам это даже выговорить страшно.
      Неужто хватит сердца совершить?
      Друзья мои, чем мог я вас обидеть?
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      Обидели не нас, а короля.
      КЛАРЕНС
      Но я обиду искупить согласен.
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Конечно. Кровью смоете ее.
      КЛАРЕНС
      Из множества людей лишь двух я вижу -
      Назначенных невинного казнить.
      Ведь я ни в чём не виноват. А где же
      Все остальные? Следователь - кто?
      Где доказательства вины? Где мрачный
      Судья? И где суровый приговор?
      Пока я по закону не преступник,
      Преступно будет убивать меня.
      Я заклинаю драгоценной кровью
      Спасителя, распятого за нас,
      Не навлекайте на себя проклятье.
      Не дело вы затеяли!
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      Не мы.
      Затеяли - не наша это воля.
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Мы исполняем волю короля.
      КЛАРЕНС
      Что исполняете, безумцы? Разве
      Над королевской волей нет иной -
      Запечатленной на святых скрижалях?
      Вы заповедь забыли - "Не убий!"?
      Вы смеете в угоду человеку
      Нарушить божью волю? Но тогда
      Бог покарает вас своей десницей.
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Сначала покарает он тебя,
      А мы ему орудьями послужим.
      Не ты ли сам убийство совершил?
      Святых даров не ты ли причастился,
      Ланкастерскому дому присягнул,
      А сам потом переметнулся к Йоркам?
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      Изменник ты пред Богом и людьми.
      Не ты ль сразил предательским ударом
      Наследника Ланкастеров?
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Хотя
      Не ты ли защищать его поклялся.
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      Сам нарушает божеский закон
      И нам еще грозит судом господним!
      КЛАРЕНС
      Увы, я перед Богом согрешил!
      Но в чем я виноват перед Эдвардом?
      Не за него ли я сгубил себя?
      Нет, он не мог вас подослать, не верю!
      Ведь связывает нас единый грех.
      Уж если Бог меня и покарает,
      То перед целым миром, а не так -
      Впотьмах. Не рвитесь стать его мечами:
      Управится Всевышний и без вас.
      Он не нуждается в преступных средствах,
      Отступника желая покарать.
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      Когда ты юного Плантагенета,
      Прекрасного и храброго убил,
      Не сам ли Бог тебя уполномочил?
      КЛАРЕНС
      Нет: дьявол, гнев и братская любовь.
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      Мы любим брата твоего не меньше.
      Наш долг и преступления твои
      Нам покарать тебя повелевают.
      КЛАРЕНС
      Вы любите Эдварда? Но тогда
      Не можете моими быть врагами,
      Поскольку сам я королю не враг.
      Но, может быть, он с этим не согласен?
      Вы им подкуплены? Так у меня
      Ещё есть младший брат - меня он любит.
      Оплатит Ричард жизнь мою щедрей,
      Чем вам за смерть обещано Эдвардом.
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Так, значит, герцог Глостер любит вас?
      КЛАРЕНС
      Конечно! От меня к нему ступайте.
      УБИЙЦЫ
      Мы так и собирались поступить.
      КЛАРЕНС
      Напомните ему, как Йорк могучий
      Трёх сыновей своих благословил
      Победоносной дланью. Наш родитель
      Велел нам жить в любви. Неужто он
      Тогда за наше братство опасался?
      Пусть Ричард вспомнит и прольёт из глаз...
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      Каменья, как он сам сказал.
      КЛАРЕНС
      Вы лжёте!
      Мой брат из воска вылеплен.
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      О да!
      Из воска он и потому изменчив.
      Он отношенье к вам переменил.
      Сюда пришли мы по его приказу.
      КЛАРЕНС
      Лжёшь! Этого никак не может быть!
      Ведь он рыдал, когда мы расставались!
      И обнимал, и клялся сделать всё,
      Чтоб получил свободу я.
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Получишь
      Освобожденье от мирских невзгод.
      Познаешь прелести иного мира.
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      Миритесь с Богом. Смерть вас ждёт, милорд.
      КЛАРЕНС
      Осталось для тебя святое что-то,
      Коль хочешь с Богом примирить меня?
      Но поступаешь сам, как богоборец,
      Свою ты душу губишь, душегуб!
      Прозрейте, господа! Вас за злодейство
      Невзлюбит даже тот, кто нанимал.
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Так что ж нам делать?
      КЛАРЕНС
      Пощадите жертву,
      И Бог, возможно, пощадит и вас.
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      Пощада? Что мы - трусы или бабы?
      КЛАРЕНС
      Щадить не может зверь иль сатана.
      Любой из вас, будь он природным принцем,
      В тюрьме убийц увидел пред собой,
      Он, как и я, молил бы о пощаде.
      Друг, я заметил проблески сознанья
      В глазах твоих. Когда твой взгляд не лжив,
      Стань за меня - и за себя ты станешь.
      Спаси меня - и будешь сам спасён.
      Несчастные, вас молит принц несчастный!
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Милорд, смотрите!
      
      КЛАРЕНС оборачивается.
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА (закалывает его)
      Вот тебе! И вот!
      А мало - мы тебя в вине утопим.
      Уходит с телом.
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Вот кровь и пролилась. Я как в чаду.
      Хотел бы, как Пилат, умыть я руки
      И смыть всю эту мерзость, эту грязь.
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА (возвращается)
      Что, чистоплюй, ручонки умываешь?
      Я герцогу подробно доложу,
      Как ты от дела уклонялся.
      ВТОРОЙ УБИЙЦА
      Лучше б
      Ты доложил, что Кларенса я спас.
      Но не случилось. Доложи хотя бы,
      Что я отчасти плату заслужил,
      Но глубоко раскаиваюсь в этом
      И окаянных денег не возьму.
      (Уходит.)
      ПЕРВЫЙ УБИЙЦА
      А я не каюсь, трус. Закончим дело.
      Упрячу труп, а там уж герцог сам
      Пусть позаботится о погребенье.
      Возьму лишь только плату - и в бега.
      Мне собственная шкура дорога.
      Уходит.
      
      АКТ ВТОРОЙ
      Сцена первая.
      Лондон. Дворец.
      Входят
      больной КОРОЛЬ ЭДВАРД IV, КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА,
      ДОРСЕТ, РИВЕРС, ГАСТИНГС, БЕКИНГЕМ, ГРЕЙ и другие.
      
      КОРОЛЬ ЭДВАРД IV
      Благое дело должен я сегодня
      Свершить. Храните, пэры, ваш союз.
      Я ежедневно ожидаю вести
      Что наш Спаситель и меня спасёт
      От тягостных трудов, и отойду я
      С блаженством миротворца в мир иной.
      Вы, Риверс с Гастингсом, подайте руки
      Друг другу и клянитесь прекратить
      Свою вражду.
      РИВЕРС
      Клянусь пред небесами,
      Что я от старой ненависти чист.
      В знак этого я и даю вам руку.
      ГАСТИНГС
      И я - клянусь спасением души.
      КОРОЛЬ ЭДВАРД IV
      Страшитесь лгать пред королём, но пуще
      Солгать страшитесь пред Царём царей.
      И если вы душою покривили,
      Вам суждено друг друга истребить.
      ГАСТИНГС
      Я Риверса люблю - клянусь спасеньем.
      РИВЕРС
      Клянусь душою: Гастингса - люблю.
      КОРОЛЬ ЭДВАРД IV
      Не исключение ни вы, миледи,
      Ни сын ваш Дорсет, ни лорд Бекингем.
      Так прекратите распрю затяжную.
      Простите камергера от души.
      Целуйте королеве руку, Гастингс.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Что было, то забыто, камергер.
      Всем, что мне дорого, клянусь вам в этом.
      КОРОЛЬ ЭДВАРД IV
      Друг друга обнимите - вы, маркиз,
      И вы, лорд-камергер.
      ДОРСЕТ
      Пусть нерушимым
      Вовеки будет наш союз любви.
      ГАСТИНГС
      И я, милорд, не изменю вам тоже.
      (Заключают друг друга в объятия.)
      КОРОЛЬ ЭДВАРД IV
      Теперь и вы, светлейший Бекингем,
      Родных моей супруги обнимите.
      Согласием доставьте радость мне.
      БЕКИНГЕМ
      Когда, мадам, забывши все приличья,
      Отринет долг и верность Бекингем
      По отношенью к вам и вашим близким,
      Пусть в наказанье ненависть найдёт,
      Любви взыскуя. Пусть разочаруюсь
      Я в лучших из приверженцев своих,
      Когда острей всего нуждаться буду
      В их преданности. Покарай Господь
      Меня их подлостью и вероломством,
      Коль я остыну хоть отчасти к вам.
      КОРОЛЬ ЭДВАРД IV
      Елейные слова твои, о герцог,
      Врачуют сердце, словно эликсир.
      Теперь остался только брат наш Глостер,
      Чтоб наш союз достойно увенчать.
      БЕКИНГЕМ
      А вот и герцог, лёгок на помине.
      Входит ГЛОСТЕР.
      ГЛОСТЕР
      Приветствую монаршую чету.
      День добрый, благороднейшие пэры.
      КОРОЛЬ ЭДВАРД IV
      Да, это в самом деле добрый день.
      Он был потрачен на благодеянья.
      Мы претворили ненависть в любовь
      И гордость лордов победить сумели.
      ГЛОСТЕР
      Воистину благочестивый труд.
      Ну, что ж, когда в собрании высоком
      Меня считает кто-нибудь врагом -
      По недоразуменью иль навету, -
      Когда обидел я кого-нибудь -
      Невольно или просто в раздраженье, -
      Тогда я извиняюсь, господа:
      Любые дрязги мне тошнее смерти,
      И с вами, столь прекрасными людьми,
      Я жажду мира - а чего ж ещё-то!
      Вам, королева, первой мой поклон.
      Уж я вам отплачу за вашу милость.
      И вы, кузен мой добрый Бекингем,
      Простите, если думали превратно
      Вы обо мне. А также вы, маркиз,
      И вы, лорд Грей, меня простите оба
      За ненависть упорную ко мне.
      Так примиримся, принцы, лорды, эрлы!
      Клянусь, нет больше в Англии людей,
      Которых я опасными считал бы.
      Хвала Творцу, не больше зла во мне,
      Чем во младенце, только что рожденном.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Как праздник мы запомним этот день.
      И да исчезнут так все нестроенья!
      За малым дело, герцог: если б вы
      У Кларенса прощенья попросили...
      ГЛОСТЕР
      Вы что же, издеваетесь, мадам?
      Затем ли я мирился с вами, чтобы
      Плевали мне в лицо при короле?
      Ведь Кларенс умерщвлён.
      Все потрясены.
      А вы не знали!
      Вы зубоскалите над мертвецом!
      РИВЕРС
      Чего не знали мы? Чего - не знали?
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      О господи! Какой превратный мир!
      
      <Примечание
      Эта фраза двусмысленна (как, впрочем, всё поведение королевы, которая скорее исполняла ритуал, чем искренне мирилась с врагами, - и остальные тоже). Здесь имеется в виду не только мир, полный лжи и предательства, но и только что состоявшееся лживое примирение, фальшь которого королева прекрасно понимала, но не ожидала, что это проявится так скоро. Королева произносит двусмысленные слова, но, парадоксальным образом, в этот миг она совершенно искренна, т.е. абсолютно точно передают сложные чувства, которые обуревают ее. Королева только что осознавала, что мир превратен и что примирение ложно, это не смущало её, и только сейчас ужаснуло. Вообще эмоциональная тональность этой сцены - всеобщее лицемерие, сменившееся шоком и внезапным прозрением. Фальшивое покаяние переходит в искреннее - но не надолго.>
      
      БЕКИНГЕМ
      Скажите, Дорсет, я такой же бледный,
      Как вы сейчас?
      
      <Примечание
      Эту реплику не следует понимать как лицедейство. Бекингем не то что глуп, однако самовлюблён (озабочен тем, чтобы выглядеть "прилично"), так он и ведёт себя в "предлагаемых обстоятельствах". Впрочем, иногда он действительно глупеет и, в конечном счете, оказывается в дураках.>
      
      ДОРСЕТ
      Ручаться не могу,
      Что именно такой же. Полагаю,
      Что среди нас сейчас румяных нет.
      
      <Примечание
      Тоже важная реплика, в которой синекдохически концентрируется смысл сцены. В раздражении, с которым Дорсет отвечает Бекингему, отражается органическая неспособность этих людей, только что "примирившихся" и клявшихся в вечной любви, не только возлюбить ближнего, но хотя бы терпимо относиться к нему. Это одна из сквозных шекспировских тем: люди клянутся сделать немыслимое, но не исполняют даже возможного.>
      
      КОРОЛЬ ЭДВАРД IV
      Как - умерщвлён? Приказ ведь отменили.
      ГЛОСТЕР
      Но сделать дело он своё успел.
      Другой приказ, как видно, нёс посланник,
      Которого за смертью посылать.
      
      <Примечание
      Этот пассаж особенно очарователен в контексте слов того же Глостера о "зубоскальстве над мертвецом".>
      
      Вот смерть-то и принёс меркурий этот,
      Который был обязан жизнь нести:
      Прямёхонько поспел он к погребенью.
      А между тем так много знаю я
      Людей, не верных и не благородных,
      Как бедный Кларенс, и творивших зло,
      Когда не в жизни, то уж точно - в мыслях.
      А что поделаешь - они живут!
      Никто их даже и не упрекает!
      Входит СТЕНЛИ.
      СТЕНЛИ
      Молю вас, государь...
      КОРОЛЬ ЭДВАРД IV
      И я молю:
      Уйди сейчас! О, на душе так тошно!
      СТЕНЛИ
      Я умоляю выслушать меня,
      Иначе мне с колен не встать.
      КОРОЛЬ ЭДВАРД IV
      В чём дело?
      Но, Бога ради, говори скорей!
      СТЕНЛИ
      За свитского прошу: он дворянина,
      Служившего у Норфолка, убил,
      Но тот прослыл отъявленным бретёром.
      КОРОЛЬ ЭДВАРД IV
      Как смеешь ты рассчитывать, наглец,
      Что, осудив на казнь родного брата,
      Я пощажу какого-то раба?
      Злосчастный брат не совершал убийства,
      Он только в мыслях грешен предо мной -
      И всё ж не избежал суровой смерти.
      Кто за него ходатайствовал? Кто
      Пред королем бросался на колени?
      Кто говорил о братстве и любви?
      Кто умолял одуматься? Кто вспомнил,
      Что бедный брат порвал из-за меня
      С могучим тестем Уориком, что в битве
      При Тьюксбери, когда меня Оксфорд
      Уже поверг, - пришёл на помощь Кларенс.
      Тогда воскликнул он: "Живи, мой брат
      И будущий король!". А на привале
      Укрыл меня своим плащом, а сам
      Дрожал, полуодетый, на морозе.
      Но я в звериной ярости забыл
      Всё это - и никто ведь не напомнил,
      Никто не вправил грешнику мозги!
      Вот если ваш лакей или конюший,
      Подобье божье в пьянстве потеряв,
      Кого-нибудь убьёт в кабацкой свалке,
      Вы на колени: "Государь, прости!" -
      И беззаконный государь прощает.
      А кто молил за брата моего?
      А впрочем, разве я, неблагодарный,
      Его хоть словом добрым помянул?
      Но вы! Что, гордость вам не позволяла?
      Однако вы забыли, гордецы:
      Любой из вас в долгу перед покойным -
      И чем же отплатили вы ему?
      О боже! Трепещу перед тобою!
      Твой гнев падёт на всех - и на меня!
      Пойду в постель. Подай мне руку, Гастингс.
      О, бедный Кларенс!
      Уходят
      КОРОЛЬ ЭДВАРД IV, КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      и ее родственники.
      ГЛОСТЕР
      Вот они - плоды
      Чрезмерного усердия! Видали,
      Как при известии, что Кларенс мёртв,
      Смешались родственники королевы?
      Они подзуживали короля.
      Но Бог за всё воздаст. Идёмте, что ли.
      Эдварда нужно в чувство приводить.
      БЕКИНГЕМ
      Конечно. Мы за вами, ваша светлость.
      Уходят.
      Сцена вторая.
      Входят
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ и ДЕТИ КЛАРЕНСА.
      
      МАЛЬЧИК
      Отец наш умер, бабушка?
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Нет, что ты!
      МАЛЬЧИК
      Но ты ломаешь руки и кричишь:
      "Мой бедный Кларенс!"
      ДЕВОЧКА
      Если он не умер,
      Зачем же ты качаешь головой
      И повторяешь: "Бедные сироты!"?
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Какой мне смысл оплакивать его?
      Нет, вы ошиблись, дорогие дети:
      Я плачу не о мертвом - о живом:
      О короле недужном.
      МАЛЬЧИК
      Это значит,
      Что умер благородный наш отец -
      Сама ты, бабушка, проговорилась.
      Король, наш дядя, в этом виноват.
      Но ничего, Господь его накажет -
      А я молиться буду каждый день!
      ДЕВОЧКА
      И я молиться буду.
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Тише, дети!
      Король вас любит. Только не понять
      Невинным душам, кто их обездолил.
      МАЛЬЧИК
      Нет, бабушка, мы знаем. Обо всём
      Нам рассказал наш добрый дядя Глостер:
      Что правит королём его жена,
      Которая ему напела в уши,
      Чтоб нашего отца упёк в тюрьму.
      И дядя обнимал нас со слезами,
      Сказал, что любит, как своих детей,
      И видеть в нём просил отца родного.
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Не верьте этим ласковым словам!
      Они по форме лишь благообразны,
      И злонамеренны по существу.
      Да, к сожаленью, он - моё отродье,
      Но, к счастью, не подобие моё.
      
      <Примечание
      Крайне сомнительно: кто-то ведь воспитал трёх предателей своим ханжеством, а Ричарда - ещё и ненавистью. Впрочем, я не сторонник фрейдистских интерпретаций.>
      
      МАЛЬЧИК
      Наш дядя не такой, как ты? Не верю.
      Так он притворщик?
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Да!
      МАЛЬЧИК
      Что там за шум?
      Входит
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА с распущенными волосами.
      За ней - РИВЕРС и ДОРСЕТ.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      О, кто мне запретит стенать и плакать,
      Рвать волосы и клясть жестокий рок!
      Я душу всю вливаю в исступленье
      И становлюсь врагом самой себе!
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Что за тирада? Прямо страсти в клочья!
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Трагедия окончена: Эдвард -
      Мой муж, твой сын и государь наш - умер.
      Коль высох корень, отпрыскам не жить!
      Зачем листва, когда иссякли соки?
      Кто умереть не в силах - плачь со мной!
      Кто жить не в силах - умереть решайся,
      Чтоб быстрокрылая твоя душа
      Догнать ещё успела дух Эдварда
      И раболепно службу продолжать
      В небесном царстве вечного покоя.
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Не думай, что у нас одна печаль,
      Хоть я сама была в родстве с покойным.
      Сначала мужа потеряла я,
      Но отражался благородный облик
      В чертах его сынов. Вот злая смерть
      Разбила оба зеркала, оставив
      Изогнутое, лживое стекло -
      Я только свой позор неискажённым
      С глубокой скорбью созерцаю в нём.
      Ты овдовела, но с тобою дети -
      Они твоя опора, а меня
      Смерть мужнина сначала подкосила,
      Потом я потеряла костыли -
      Эдварда с Кларенсом. Тебе, конечно,
      Стенать и выть никто не запретит,
      Но этот вой в моих слезах потонет.
      МАЛЬЧИК
      Вы, тётя, не рыдали над отцом.
      Мы тоже вам слезами не поможем.
      ДЕВОЧКА
      Раз вы не пожалели двух сирот,
      Тогда и мы вдову не пожалеем.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Зачем слезами горю помогать?
      Да мне вас и не нужно. Не бесплодны
      Мои глаза и могут породить
      Потоки слёз, которые намного
      Обильней всех источников земли.
      Пускай луна, властительница влаги,
      Приливом слёз моих затопит мир!
      Пусть он погибнет, если нет Эдварда!
      ДЕТИ
      Несчастный Кларенс! Милый наш отец!
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      О сыновья мои! Эдвард и Кларенс!
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Эдвард мне был опорой - нет его!
      ДЕТИ
      Отец нам был защитой - нет его!
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Сыны мне были жизнью - нет её!
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Нет на земле несчастнее вдовы!
      ДЕТИ
      Нет на земле несчастнее сирот!
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Нет на земле несчастней матерей!
      У каждого из вас свои терзанья,
      И совместились все во мне одной!
      Я с королевой плачу об Эдварде,
      Со мной не вспомнит Кларенса она.
      С детьми жалею Кларенса, а детям
      Не жаль Эдварда! Я скорблю за всех!
      Излейте слёзы - я заплачу с вами
      И скорби колыбельной утолю.
      ДОРСЕТ
      Да, матушка, прошу вас, успокойтесь.
      Нам должно благодарно принимать
      Всё то, что посылает провиденье.
      В миру неблагодарным мы зовём
      Того, кто ссуду брал с большой охотой,
      Но неохотно деньги отдаёт.
      И уж тем более нам не пристало
      На господа роптать: Бог дал - Бог взял.
      РИВЕРС
      Мадам, подумайте о юном принце!
      За ним пошлите поскорей - его
      Сейчас короновать необходимо.
      С Эдвардом мёртвым и печаль умрёт,
      С Эдваром новым радость воцарится.
      Входят
      ГЛОСТЕР, БЕКИНГЕМ, СТЕНЛИ,
      ГАСТИНГС и РЕДКЛИФФ.
      ГЛОСТЕР
      Пора вам успокоиться, сестра.
      Мы все горюем о звезде угасшей,
      Но что за польза - слёзы проливать?
      А, маменька, простите, не заметил.
      Склоняюсь перед вами и прошу
      Я материнского благословенья.
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Бог вас благослови и вам пошли
      Смиренья, верности и миролюбья.
      ГЛОСТЕР
      Аминь.
      (В сторону)
      Ещё здоровья, долгих лет.
      Так матери детей благословляют,
      Но только не моя и не меня.
      БЕКИНГЕМ
      Вы, принцы опечаленные, лорды,
      Подавленные общею бедой,
      Сольёмся же теперь в любви взаимной!
      До срока смерть скосила короля,
      Но зреет молодой, здоровый колос.
      Перебинтуем раны старых свар
      И усмирим своё высокомерье.
      Я полагаю, нужно отрядить
      За принцем в Ледло небольшую свиту
      И в Лондоне его короновать.
      РИВЕРС
      Лорд Бекингем, зачем же небольшую?
      БЕКИНГЕМ
      А чтоб не растравлять недавних ран.
      В толпе нередко возникают стычки.
      Безвластие опаснее стократ,
      Пока согласье наше не созрело,
      И мы, как будто кони без узды,
      Готовы понестись куда угодно.
      Мне кажется, должны мы избегать
      Не только явных распрей, но и даже
      Малейшего намёка на вражду.
      ГЛОСТЕР
      Но мы пред королём перемирились,
      И, значит, мы не будем враждовать.
      У вас другое мнение, милорды?
      РИВЕРС
      Нет, герцог, мнение у всех одно.
      Но мы ведь примирились так недавно,
      Ещё к согласью нужно привыкать.
      Во избежанье недоразумений
      Кортежем малым обойдёмся мы,
      Прав Бекингем.
      ГАСТИНГС
      Я тоже так считаю.
      ГЛОСТЕР
      Пусть так и будет. А сейчас решим,
      Кого отправить в Ледло. Королева
      И маменька, поможете вы нам?
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА и ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      От всей души.
      Уходят все, кроме ГЛОСТЕРА и БЕКИНГЕМА.
      БЕКИНГЕМ
      Милорд, я полагаю,
      Кто б ни был послан в Ледло, мы должны
      Поехать непременно. По дороге
      Смогу я оглавленье набросать
      Истории, которую мы с вами
      Замыслили.
      
      <Примечание
      В оригинале:
       For, by the way, I"ll sort occasion,
       As index to the story we late talk"d of.
       Разумеется, это метафора.>
      
      В ней первая глава:
      Как уберечь нам принца от влиянья
      Семейки наглых Греев.
      ГЛОСТЕР
      Бекингем,
      Моё второе я, пророк, оракул,
      
      <Примечание
      Последние два слова - не синонимы (в оригинале: "My oracle, my prophet"). У слова "оракул" весьма широкий смысловой объём: это изображение или изваяние божества, якобы изрекающего свою волю через жрецов, жрецы, храм и само предсказание. Таким образом, одно из значений слова - статуя, т.е. "болван", или "истукан". В словах Ричарда важна коннотация "болван, считающий себя пророком".>
      
      Советник тайный. За тобой иду
      Я, как дитя. Конечно, едем в Ледло.
      Конечно, оставаться нам нельзя.
      Уходят.
      
      Сцена третья.
      Лондон. Улица.
      Входят два горожанина.
      
      ПЕРВЫЙ ГОРОЖАНИН
      Приветствую, сосед! Куда несётесь
      Пути не разбирая?
      ВТОРОЙ ГОРОЖАНИН
      А, сосед!
      Я извиняюсь. Как бы, в самом деле,
      С пути не сбиться. Знаете уже?
      ПЕРВЫЙ ГОРОЖАНИН
      Про короля? Кто этого не знает!
      ВТОРОЙ ГОРОЖАНИН
      Плохая новость. Да уж, дело дрянь.
      Боюсь, что смуты новые начнутся.
      Входит ещё один горожанин.
      ТРЕТИЙ ГОРОЖАНИН
      Бог в помощь вам, соседи!
      ПЕРВЫЙ ГОРОЖАНИН
      Добрый день.
      ТРЕТИЙ ГОРОЖАНИН
      Ох, ошибаетесь! Какой он добрый!
      Что, правда, будто помер наш Эдвард?
      ВТОРОЙ ГОРОЖАНИН
      Да, слишком правда. Боже нас помилуй!
      ТРЕТИЙ ГОРОЖАНИН
      Нам времечко лихое предстоит.
      ПЕРВЫЙ ГОРОЖАНИН
      Наследник-то остался, слава Богу.
      ТРЕТИЙ ГОРОЖАНИН
      Хорош наследник! Сам ещё дитя!
      ПЕРВЫЙ ГОРОЖАНИН
      Покуда малолеток, будут править
      Опекуны, а там, как подрастёт,
      И сам отлично справится.
      
      <Примечание
      В оригинале это говорит второй горожанин, который, однако, не склонен к оптимизму.>
      
      ВТОРОЙ ГОРОЖАНИН
      Так было
      И с Генрихом Шестым: когда его
      Короновали, помнится, в Париже,
      Ещё и года не было ему.
      ТРЕТИЙ ГОРОЖАНИН
      Нашли с чем сравнивать! Тогда хватало
      В совете многоопытных людей,
      И знаменитые дядья стояли
      За короля стеной.
      ПЕРВЫЙ ГОРОЖАНИН
      Так и теперь
      Дядья у короля - по материнской
      И по отцовской линии.
      ТРЕТИЙ ГОРОЖАНИН
      Хотя
      Уж лучше б были только по отцовской,
      А то и вовсе не было родни!
      Избави Бог, опять начнутся споры
      Кто ближе к молодому королю.
      При этом тяжелей всего придется
      Нам, мирным обывателям, хотя
      Нам всё равно, кто хуже - злобный Глостер
      Иль королевы гордая родня.
      И что - вот эти будут нами править?
      Управился бы с ними кто-нибудь,
      Пока страну вконец не разорили!
      ПЕРВЫЙ ГОРОЖАНИН
      Авось, поможет небо.
      ТРЕТИЙ ГОРОЖАНИН
      Ах, "авось"!
      Плащ надевай, когда на небе тучи.
      Лист начал падать - близко холода.
      Садится солнце - будет ночь, не утро,
      А зарядят дожди - неурожай.
      Обычно так бывает по приметам,
      Но не послали небеса примет,
      Что нам хотят помочь - да и с чего бы!
      ВТОРОЙ ГОРОЖАНИН
      Да, это правда, я приметил сам:
      У всех такие пасмурные лица,
      Как будто от мороза, всех знобит,
      И опасенье нам глаза туманит.
      ТРЕТИЙ ГОРОЖАНИН
      Все признаки ненастья налицо.
      Так зыбь морская предвещает бурю.
      И люди чуткою своей душой
      Предчувствуют погоды перемену.
      На всё господня воля. Вы куда?
      ВТОРОЙ ГОРОЖАНИН
      Да в суд. Сейчас повестки получили.
      ТРЕТИЙ ГОРОЖАНИН
      Я тоже. Значит, вместе и пойдём.
      Уходят.
      
      Сцена четвёртая.
      Лондон. Дворец.
      Входят
      АРХИЕПИСКОП ЙОРКСКИЙ, малолетний ГЕРЦОГ ЙОРКСКИЙ, КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА и ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ.
      
      АРХИЕПИСКОП ЙОРКСКИЙ
      Я получил известье, что вчера
      Они в Нортгемптоне заночевали,
      Сегодня в Стони-Стретфорде должны
      Быть вечером, а завтра-послезавтра
      Прибудут в Лондон.
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Хочется скорей
      Увидеть принца. Верно, очень вырос?
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Мне говорили, нет. И младший брат
      Его, как будто, перерос намного.
      ГЕРЦОГ ЙОРКСКИЙ
      Но дальше не хотел бы я расти.
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      А почему? Высоким быть - красиво.
      ГЕРЦОГ ЙОРКСКИЙ
      И я так думал, бабушка, но вот
      За ужином заметил дядя Риверс,
      Что ростом выше я, чем старший брат.
      На это усмехнулся дядя Глостер:
      "Дурён осот, да хорошо растёт"
      С тех пор я вверх тянуться не желаю:
      Ведь колос лучше, чем трава дурная.
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Но дядя твой напрасно судит так:
      Он сам-то от рожденья был мозгляк.
      И, будь он прав, то он - такое чадо
      Прекрасное, что лучше и не надо.
      АРХИЕПИСКОП ЙОРКСКИЙ
      Но он хорош - чего ещё желать?
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Я в этом не уверена, как мать.
      ГЕРЦОГ ЙОРКСКИЙ
      Тогда я не нашёлся, а ведь мог бы
      Ответить дяде. Я б ему вернул
      Его сравненье.
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Что бы ты ответил,
      Мой маленький, но остроумный Йорк?
      ГЕРЦОГ ЙОРКСКИЙ
      Что сам быстрей меня он развивался.
      Едва родившись, через два часа,
      Он разгрызал уже сухие корки,
      А я ходил два года без зубов.
      Что, бабушка, зубастая острота?
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Да кто тебе такое рассказал?
      ГЕРЦОГ ЙОРКСКИЙ
      Кормилица его.
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Она скончалась
      До твоего рождения.
      ГЕРЦОГ ЙОРКСКИЙ
      Тогда
      Я и не знаю, кто.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Не забывайтесь.
      АРХИЕПИСКОП ЙОРКСКИЙ
      Зачем сердиться? Он ещё дитя.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Он разболтался, а у стен есть уши.
      Входит гонец.
      АРХИЕПИСКОП ЙОРКСКИЙ
      Гонец! Какие новости?
      ГОНЕЦ
      Милорд,
      Не радостные.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      С принцем всё в порядке?
      ГОНЕЦ
      Да, он здоров.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Но что ж произошло?
      ГОНЕЦ
      Лорд Грей, лорд Риверс и сэр Томас Воган -
      Под стражей. В Помфрет их везут сейчас.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Но кто посмел?
      ГОНЕЦ
      Светлейший Ричард Глостер
      И герцог Бекингем.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      За что? За что?
      ГОНЕЦ
      Увы, миледи, это неизвестно.
      Что знаю, обо всём я рассказал.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      О, дом наш обречён, я это вижу!
      Кровавый тигр набросился на лань.
      Простёрлось зло над беззащитным троном.
      Вы, преступленье, разрушенье, смерть,
      Воссядете на нём. Я вижу это.
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Смут безобразных проклятые дни!
      Я разве мало вас перевидала!
      В борьбе за трон погиб мой славный муж
      И разметала сыновей фортуна.
      Они взлетали, радуя меня,
      И падали, мне сердце разрывая.
      Но вот война закончилась - и что ж?
      Она вражде семейной уступила,
      Терзая победителей. Пошел
      На брата брат, и кровь на кровь восстала,
      И разделился дом в самом себе.
      Насилье, прекрати свои бесчинства!
      Утихни, вакханалия смертей!
      Или пусть меня убьют - но я не в силах
      Злодейства эти дальше выносить!
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Идём, мой сын, укроемся во храме.
      Мадам, прощайте.
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      С вами я пойду.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Но вам, как будто, нечего бояться.
      АРХИЕПИСКОП ЙОРКСКИЙ
      Скорей, миледи, медлить вам нельзя.
      С собою драгоценности возьмите
      И всё, что нужно. Вам я сдам печать.
      Себе добра желаю я не больше,
      Чем вам и вашим близким. Я во храм
      Вас провожу. Идите собираться.
      Уходят.
      
      
      АКТ ТРЕТИЙ
      Сцена первая.
      Лондон. Улица.
      Фанфары.
      Входят
      юный ПРИНЦ УЭЛЬСКИЙ, ГЛОСТЕР, БЕКИНГЕМ,
      КАРДИНАЛ БОРЧЕР, КЕТСБИ и другие.
      
      БЕКИНГЕМ
      Мой принц, добро пожаловать в столицу.
      ГЛОСТЕР
      Племянник и властитель дум моих,
      Вы грустны из-за трудностей дороги?
      ПРИНЦ УЭЛЬСКИЙ
      Сказал бы я: совсем наоборот -
      Скорей дорога трудной оказалась
      Из-за моей печали. Отчего
      Меня другие дяди не встречают?
      ГЛОСТЕР
      Светлейший принц, невинные года
      Вам не дают понять превратность мира.
      О людях по наружности судить
      Привыкли вы, но Господу известно,
      Как часто не согласен внешний вид
      С глубинною природой человека.
      Тем родственникам доверяли вы,
      Внимая их речам медоточивым
      И яда их сердец не распознав.
      Храни вас Бог от этой лживой дружбы.
      ПРИНЦ УЭЛЬСКИЙ
      О да! Но разве лгут мои дядья?
      ГЛОСТЕР
      Принц, к вам с приветствием лорд-мэр столицы.
      Входит ЛОРД-МЭР со свитой.
      ЛОРД-МЭР
      Здоровья вам и счастья Бог пошли.
      ПРИНЦ УЭЛЬСКИЙ
      Благодарю, милорд. И всех вас также.
      Вот странно: думал я, что мать и брат
      Придут сюда. А нерадивый Гастингс
      Ещё не соизволил доложить,
      Когда они прибудут!
      БЕКИНГЕМ
      Нет, взгляните:
      Вот сам он, весь в испарине, бежит.
      Появляется ГАСТИНГС.
      ПРИНЦ УЭЛЬСКИЙ
      А, здравствуйте, милорд. Что это значит?
      Где наша матушка?
      ГАСТИНГС
      Бог весть, мой принц,
      Но королева с вашим младшим братом
      Укрылись в храме. Юный герцог Йорк
      Желал со мною выйти к вам навстречу,
      Но мать не разрешила.
      БЕКИНГЕМ
      Боже мой!
      Какой воистину враждебный выпад!
      Прошу, вас, кардинал, уговорить
      Её величество оставить ревность
      И вспомнить о приличьях. Герцог Йорк
      Обязан выйти к царственному брату.
      А будет мать противиться тому,
      Тогда вы, канцлер, с нею не считаясь,
      Насильно привести его должны.
      КАРДИНАЛ БОРЧЕР
      Лорд Бекингем, опомнитесь! Конечно,
      Я попытаюсь переубедить
      Её величество. Хотя оратор
      Я слабый, но удастся, может быть,
      Мне принца привести. Но если кротость
      Моя не сломит твёрдости её,
      Тогда храни вас Бог от святотатства.
      Убежища насильем осквернять
      Нельзя, и я вам в этом не потатчик.
      БЕКИНГЕМ
      Какой же вы несносный ретроград!
      Зачем цепляться за пустую форму?
      Судите проще, в духе наших дней:
      Взять принца против материнской воли -
      Не значит согрешить пред алтарём.
      Храм укрывает тех, кто в храме служит,
      И тех, кто сам убежища просил.
      К кому относится наш герцог Йоркский?
      Он не просил убежища - итак,
      Он не в убежище, а только в церкви,
      Которой мы ничем не оскверним.
      Да, взрослые спасаются в соборе,
      Но про детей я прежде не слыхал.
      КАРДИНАЛ БОРЧЕР
      Что ж, вы меня, пожалуй, убедили.
      Лорд Гастингс, вы со мною?
      ГАСТИНГС
      Да, милорд.
      ПРИНЦ УЭЛЬСКИЙ
      И возвращайтесь, лорды, поскорее.
      КАРДИНАЛ БОРЧЕР и ГАСТИНГС уходят.
      Коль брат придёт, то где устроят нас
      До коронации?
      ГЛОСТЕР
      Где вам угодно.
      Но, если дать позволите совет,
      Вам лучше в Тауэре остановиться
      Дня на два. А пока вам подберут
      Жильё и здоровее, и приятней.
      ПРИНЦ УЭЛЬСКИЙ
      Конечно, в Тауэр менее всего
      Мне хочется. А правда, Юлий Цезарь
      Его построил?
      БЕКИНГЕМ
      Нет, лишь заложил.
      Достроили его гораздо позже.
      ПРИНЦ УЭЛЬСКИЙ
      А нам откуда ведомо о том:
      Из хроник или только по преданьям?
      БЕКИНГЕМ
      Из хроник, принц.
      ПРИНЦ УЭЛЬСКИЙ
      Я думаю, милорд,
      Что даже не записанная правда
      Передавалась бы из уст в уста
      Потомками вплоть до скончанья века.
      ГЛОСТЕР (в сторону)
      Младенец-то умён не по годам!
      Досрочно развивается - и может,
      Бедняга, раньше срока умереть.
      ПРИНЦ УЭЛЬСКИЙ
      Что вы сказали, дядя?
      ГЛОСТЕР
      Что развитьем,
      Вы обгоняете свои года.
      (В сторону)
      Хоть не солгал я ни единым словом,
      Подобно Кривде из плебейских пьес,
      Я лгу двусмысленностью изречений.
      ПРИНЦ УЭЛЬСКИЙ
      Да, Юлий Цезарь был великий муж.
      Он доблестью обогатил свой разум,
      А доблесть разумом он укрепил,
      И даже смерть его не одолела.
      В анналах и преданьях он живёт.
      Лорд Бекингем, я вам хочу признаться...
      БЕКИНГЕМ
      В чём, мой светлейший принц?
      ПРИНЦ УЭЛЬСКИЙ
      Моя мечта -
      Вернуть французские владенья наши
      Или в бою погибнуть, как король.
      ГЛОСТЕР (в сторону)
      Весна в кипенье буйного расцвета
      Недолгое нам предвещает лето.
      Входят
      ГЕРЦОГ ЙОРКСКИЙ, ГАСТИНГС и КАРДИНАЛ БОРЧЕР.
      БЕКИНГЕМ
      Вот, в добрый час, и брат ваш, герцог Йорк.
      ПРИНЦ УЭЛЬСКИЙ
      А, милый брат мой Ричард! Вы здоровы?
      ГЕРЦОГ ЙОРКСКИЙ
      Да, государь. Я так вас должен звать.
      ПРИНЦ УЭЛЬСКИЙ
      Да, брат мой, к обоюдной нашей скорби.
      Ведь нет того, кто государем был,
      А с ним и званье короля поблекло.
      ГЛОСТЕР
      Как поживаете, высокий принц?
      ГЕРЦОГ ЙОРКСКИЙ
      Милорд, неплохо. К слову, о "высоком".
      Вы, помнится, сказали, что осот
      Перерастает злаки. Но смотрите:
      Мой брат теперь вознёсся надо мной.
      ГЛОСТЕР
      Вознёсся, да.
      ГЕРЦОГ ЙОРКСКИЙ
      Теперь его осотом
      Вы назовёте?
      ГЛОСТЕР
      Я не смею, принц!
      ГЕРЦОГ ЙОРКСКИЙ
      Так вам мой старший брат гораздо ближе?
      ГЛОСТЕР
      Нет, дальше: для меня он государь,
      А вы - мой обожаемый племянник.
      ГЕРЦОГ ЙОРКСКИЙ
      Так подарите, дядя, мне стилет.
      ГЛОСТЕР
      Стилет? Охотно!
      ПРИНЦ УЭЛЬСКИЙ
      Брат, вы попрошайка?
      ГЕРЦОГ ЙОРКСКИЙ
      Но это же игрушка! Для меня
      Ножа не пожалеет добрый дядя.
      ГЛОСТЕР
      Не пожалею. Мне для вас не жаль
      И большего.
      ГЕРЦОГ ЙОРКСКИЙ
      Ах, так! И меч согласны
      Мне подарить?
      ГЛОСТЕР
      Конечно, только он
      Для вас тяжеловат.
      ГЕРЦОГ ЙОРКСКИЙ
      Ну, вот! Легко вам
      Лишь с тем расстаться, что не тяжело,
      А прочего всего уже и жалко
      Для малых сих.
      ГЛОСТЕР
      Вам меч не по руке.
      ГЕРЦОГ ЙОРКСКИЙ
      Была б рука, а меч она удержит.
      ГЛОСТЕР
      Так вы хотите, маленький мой лорд,
      Мое оружье на меня направить?
      ГЕРЦОГ ЙОРКСКИЙ
      Нет, только обращенье ваше, сэр.
      ГЛОСТЕР
      Я маленький, по-вашему?
      ГЕРЦОГ ЙОРКСКИЙ
      А как же!
      ПРИНЦ УЭЛЬСКИЙ
      Мой братец обезьянничать горазд.
      Его не удержать - держитесь сами!
      ГЕРЦОГ ЙОРКСКИЙ
      Не удержать меня вам на спине,
      Хоть я не тяжелее обезьянки.
      Обоих нас пожаловал король.
      БЕКИНГЕМ
      Хоть мал, но изворотлив! Просто чудо,
      А не ребенок. Дядюшку лягнул,
      А всю вину перевалил на брата,
      Премило посмеявшись над собой.
      ГЛОСТЕР
      Угодно, государь, вам путь продолжить?
      Мы с Бекингемом королеву-мать
      Пойдем просить, чтоб вышла к вам навстречу.
      Давно пора ей в Тауэре быть.
      ГЕРЦОГ ЙОРКСКИЙ
      Как в Тауэре?
      ПРИНЦ УЭЛЬСКИЙ
      Считает лорд-протектор,
      Что нужно так.
      ГЕРЦОГ ЙОРКСКИЙ
      Я глаз там не сомкну.
      ГЛОСТЕР
      Чего бояться вам?
      ГЕРЦОГ ЙОРКСКИЙ
      Ужасной тени!
      Ведь там наш дядя Кларенс был убит
      Мне бабушка об этом рассказала.
      ПРИНЦ УЭЛЬСКИЙ
      Ну, я покойных дядей не боюсь.
      ГЛОСТЕР
      Да и живых, я полагаю, тоже.
      ПРИНЦ УЭЛЬСКИЙ
      И я. Коль не опасны - пусть живут.
      Что ж, значит, в Тауэр. Идемте, брат мой.
      Хоть это мне совсем не по душе.
      Уходят все,
      кроме ГЛОСТЕРА, БЕКИНГЕМА и КЕТСБИ.
      
      БЕКИНГЕМ
      Не по годам мальчишки остроумны.
      А может статься, вовсе не они,
      А злопыхательница королева.
      Не думали об этом вы, милорд?
      ГЛОСТЕР
      А как же! Это с голоса мамаши
      Они поют - особенно второй.
      Он весь в нее - такой же ядовитый.
      БЕКИНГЕМ
      Оставим это. Кетсби, подойди.
      Тебе мы доверяем, ты поклялся
      Нам помогать и тайны сохранить.
      О чем мы говорили по дороге,
      Ты помнишь. Согласится камергер,
      Что должен быть на троне Ричард Глостер
      И править этой дивною страной?
      КЕТСБИ
      Был Гастингс предан королю Эдварду
      И, верно, против принца не пойдет.
      БЕКИНГЕМ
      А Стенли?
      КЕТСБИ
      Точно так же, как и Гастингс.
      БЕКИНГЕМ
      Довольно, добрый Кетсби. Мы должны
      Уже сегодня знать о мыслях камергера
      И как нам завтра с ним себя вести.
      Ты с ним поговори, но осторожно.
      Уловишь в нем сочувствие - открой
      Намерения наши постепенно,
      А холоден останется - тогда
      Сверни сейчас же на другую тему.
      И тотчас нам доложишь обо всем.
      Назначены на завтра два совета,
      И многое зависит от тебя.
      ГЛОСТЕР
      Милорду от меня привет особый.
      Скажи, что в Помфрете его врагов
      Кровопусканье ждет. Уж верно, Гастингс
      От счастья расцелует миссис Шор.
      БЕКИНГЕМ
      За дело, Кетсби.
      КЕТСБИ
      Рад стараться, лорды.
      ГЛОСТЕР
      Сегодня нам успеешь доложить?
      КЕТСБИ
      Я постараюсь.
      ГЛОСТЕР
      Ты найдешь нас в Кросби.
      КЕТСБИ уходит.
      БЕКИНГЕМ
      А если Гастингс не сообразит,
      Чью сторону принять - что делать станем?
      ГЛОСТЕР
      Ну, если наш милорд настолько глуп,
      От головы дурной его избавим.
      А если всё же я взойду на трон,
      В награду графство Херифорд получишь
      И всё, чем во дворце владел Эдвард.
      БЕКИНГЕМ
      До смерти буду помнить щедрость вашу.
      ГЛОСТЕР
      И ты получишь то, что заслужил.
      Однако нам пора идти на ужин.
      И всё обсудим уж в который раз.
      Уходят.
      
      Сцена вторая.
      Перед домом Гастингса.
      Входит гонец.
      
      ГОНЕЦ
      Милорд!
      ГАСТИНГС (за сценой)
      Кто там?
      ГОНЕЦ
      Я к вам от лорда Стенли.
      Входит ГАСТИНГС.
      ГАСТИНГС
      Который час?
      ГОНЕЦ
      Четыре скоро бьет.
      ГАСТИНГС
      Что ж твоему хозяину не спится?
      ГОНЕЦ
      Не скоро спать захочется ему.
      Во-первых, он приветствует милорда...
      ГАСТИНГС
      Хотелось бы узнать, что во-вторых.
      ГОНЕЦ
      А во-вторых, он видел сон отвратный:
      Как злой кабан с него сбивает шлем.
      Еще велел сказать без аллегорий,
      Что нынче два совета предстоят:
      На первом будет принято решенье,
      Что вас обоих сгубит на втором.
      Поэтому прислал меня хозяин
      Вам предложить на север с ним бежать.
      Он всей душой предчувствует опасность.
      ГАСТИНГС
      Вернись, приятель, к лорду своему
      И успокой его насчет советов:
      На первом вместе заседаем мы,
      В другом участвует мой верный Кетсби.
      Когда бы что-то и грозило нам,
      Об этом мы узнали бы, конечно.
      А глупым сновиденьям доверять -
      Такая блажь, что я не знаю, право...
      Ведь наяву бежать от кабана,
      Покуда он тебя не атакует, -
      Безумие: его лишь раздразнишь,
      И он сейчас же кинется вдогонку.
      Пусть лучше твой милорд придет ко мне.
      А днем мы будем оба на совете,
      И тот кабан не растерзает нас.
      ГОНЕЦ
      Я передам хозяину, конечно...
      Уходит.
      Входит КЕТСБИ.
      КЕТСБИ
      День добрый.
      ГАСТИНГС
      Вы так рано поднялись?
      Что, держится непрочная держава?
      КЕТСБИ
      Вы правы, всё висит на волоске.
      И дело не устроится, покуда
      Не станет Ричард во главе страны.
      ГАСТИНГС
      Что значит "во главе"? Коронованье?
      КЕТСБИ
      А что ж еще!
      ГАСТИНГС
      Я голову свою
      Скорей согласен под топор подставить,
      Чем Англии желать такой главы!
      Так что, по-вашему, он рвется к власти?
      КЕТСБИ
      На отсеченье голову отдам,
      Что так оно и есть. И предлагает
      Он вам возглавить партию его.
      Еще велел он передать известье,
      Что королевы гордую родню
      Он обезглавит в Помфрете. Едва ли
      Вы станете об этом сожалеть.
      ГАСТИНГС
      Вы правы: я врагов любить не склонен.
      Но господина своего предать
      В угоду Ричарду - избави боже!
      Нет, лучше вправду голову сложить.
      КЕТСБИ (в сторону)
      Что ж, от нее Господь тебя избавит.
      ГАСТИНГС
      Подумать только! Даже через год
      Я буду счастлив только тем, что дожил
      До лютой гибели своих врагов,
      Меня оклеветавших пред монархом.
      И вот что, Кетсби...
      КЕТСБИ
      Слушаю, милорд.
      ГАСТИНГС
      Я полагаю, через две недели
      Сам в домовину упакую тех,
      Кто этого отнюдь не ожидает.
      КЕТСБИ
      А верно, неожиданная смерть -
      Несчастие, что хуже не придумать.
      ГАСТИНГС
      Ужасное! Ужасное! Так что ж!
      И Риверса, и Вогена, и Грея
      Настигло это бедствие. И впредь
      Еще настигнет многих, возомнивших,
      Что Ричард и светлейший Бекингем
      Их любят. Впрочем, нас с тобою - тоже.
      КЕТСБИ
      Да, любят оба герцога тебя
      И ставят высоко.
      (В сторону)
      Верней, поставят
      Твою башку повыше на мосту.
      ГАСТИНГС
      Я это заслужил, не сомневаюсь.
      Входит СТЕНЛИ.
      А что ж вы без рогатины, мой друг?
      Боитесь кабана - и безоружны!
      СТЕНЛИ
      Привет вам, Гастингс. Кетсби, добрый день.
      Сэр, смейтесь надо мною - воля ваша,
      Я от советов этих жду беды.
      ГАСТИНГС
      Милорд, и мне ведь жить не надоело!
      Могу поклясться Господом: сейчас
      Я жизнью дорожу сильней, чем прежде.
      Скажите, как бы я смеяться мог,
      Когда бы сердцем чувствовал опасность?
      СТЕНЛИ
      Несчастные, что в Помфрете сейчас,
      Смеялись так же, Лондон покидая,
      И тоже не боялись ничего,
      А между тем их солнце закатилось.
      Что - я сгущаю краски? Был бы рад,
      Чтоб оказалось так на самом деле.
      Однако уж светает. Нам пора.
      ГАСТИНГС
      Сейчас пойдем. Так, значит, их сегодня
      Лишат голов?
      СТЕНЛИ
      Лишился головы
      Злодей, что так карает их за честность.
      Пойдемте.
      Входит посыльный.
      ГАСТИНГС
      Вы идите. Нужно мне
      Поговорить вот с этим добрым малым.
      СТЕНЛИ и КЕТСБИ уходят.
      Ну, как живешь, любезный?
      ПОСЫЛЬНЫЙ
      Веселей,
      Чем вы, милорд, меня о том спросили.
      ГАСТИНГС
      Но у меня для горя нет причин.
      Не то, что в прошлый раз, когда - ты помнишь -
      Меня под стражей в Тауэр вели
      По воле родственников королевы.
      Однако я вот голову сберег,
      Они ж ее сегодня потеряют.
      Но ты пока об этом помолчи.
      ПОСЫЛЬНЫЙ
      Дай Бог вам удержать свою удачу.
      ГАСТИНГС (дает ему кошелек)
      Благодарю. Вот, выпей за нее.
      ПОСЫЛЬНЫЙ
      Господь да не оставит вашу светлость.
      Уходит.
      Входит священник.
      СВЯЩЕННИК
      Рад видеть вас, милорд.
      ГАСТИНГС
      И я, сэр Джон.
      Я должен вам за давешнюю требу.
      Придите в воскресенье - расплачусь.
      Говорит ему что-то на ухо.
      Входит БЕКИНГЕМ.
      БЕКИНГЕМ
      Лорд-камергер с духовником! Однако!
      Не время исповедоваться вам.
      Знакомым вашим в Помфрете нужнее
      Сейчас священник.
      ГАСТИНГС
      Вот и я о том
      Подумал, увидав отца святого.
      А вы идете в Тауэр сейчас?
      БЕКИНГЕМ
      Иду, но я там долго не пробуду.
      А вы задержитесь?
      ГАСТИНГС
      Да, на обед.
      БЕКИНГЕМ (в сторону)
      На ужин также - не по доброй воле. -
      Идемте, лорд.
      ГАСТИНГС
      За вами - хоть в тюрьму.
      Уходят.
      
      Сцена третья.
      Замок Помфрет.
      Входит РЕТКЛИФФ со стражей,
      ведя на казнь
      РИВЕРСА, ГРЕЯ и ВОГЕНА.
      
      РЕТКЛИФФ
      Ведите заключенных.
      РИВЕРС
      Ричард Ретклифф,
      Узнаешь ты, что можно умереть
      Во имя правды, верности и долга.
      ГРЕЙ
      Господь наследника да сохранит
      От вашей подлой кодлы, кровопийцы!
      ВОГЕН
      Вы все живете только для того,
      Чтоб завопить в мученьях после смерти.
      РЕТКЛИФФ
      Вы к этому гораздо ближе нас.
      РИВЕРС
      О Помфрет! Сколько благородной крови
      В преступных этих стенах пролилось!
      Здесь умертвили Ричарда Второго.
      И славной смертью лишь упрочим мы
      Бесславье этой роковой тюрьмы.
      ГРЕЙ
      Настигло нас проклятье Маргариты.
      Она ведь в исступленье прокляла
      Всех, видевших убийство Эдуарда.
      РИВЕРС
      Да, были прокляты и Бекингем,
      И Гастингс. А уж Глостер - и подавно!
      Господь, услышь ее и покарай
      Всех этих извергов, как нас караешь.
      Лишь только пощади сестру с детьми.
      Довольно нашей крови, что прольется
      Безвинно - это знаешь ты и сам.
      РЕТКЛИФФ
      Прольется - час настал.
      РИВЕРС
      Друзья, прощайте.
      Мы скоро встретимся на небесах.
      Уходят.
      
      Сцена четвертая.
      Лондон. Тауэр.
      Входят
      БЕКИНГЕМ, СТЕНЛИ, ГАСТИНГС, ЕПИСКОП ИЛИЙСКИЙ, РЕТКЛИФФ, ЛОВЕЛ и другие,
      занимают места за столом.
      ГАСТИНГС
      Итак, милорды, мы здесь собрались
      День коронации назначить. С Богом
      Приступим.
      БЕКИНГЕМ
      Всё готово для нее?
      СТЕНЛИ
      Да, нужно только с днем определиться.
      ЕПИСКОП ИЛИЙСКИЙ
      На завтра мы назначим торжество?
      БЕКИНГЕМ
      А что об этом скажет лорд-протектор?
      Кто ближе всех к нему?
      ЕПИСКОП ИЛИЙСКИЙ
      Кто, как не вы!
      БЕКИНГЕМ
      Вы полагаете, милорд? Напрасно.
      По внешности мы судим о других,
      Душа чужая - ведомо - потемки.
      Меня он знает так же, как и вас.
      Мы с вами тоже, в общем, не знакомы.
      Вы к Ричарду поближе моего,
      Лорд Гастингс.
      ГАСТИНГС
      Мне, конечно, это лестно
      Но герцог ничего не говорил
      О коронации. Да и о прочем
      Впрямую не высказывался он.
      И всё ж, высокочтимые милорды,
      Вы сами назовите этот день.
      Я за протектора проголосую.
      Надеюсь, он не станет возражать.
      Входит ГЛОСТЕР.
      ЕПИСКОП ИЛИЙСКИЙ
      А вот протектор собственной персоной.
      ГЛОСТЕР
      Милорды и кузены, добрый день.
      Проспал я, извините. Но, надеюсь,
      Что вы решенье приняли и так.
      БЕКИНГЕМ
      Нет, не успели мы еще решенье
      О дате коронации принять.
      Но если бы ваш выход задержался,
      То Гастингс мог бы смело роль сыграть.
      ГЛОСТЕР
      Да, кто еще осмелится на это!
      Ведь он отлично знает роль мою -
      Не только внешний облик, но и душу
      Он изучил.
      ГАСТИНГС
      Благодарю, милорд.
      ГЛОСТЕР
      Епископ!
      ЕПИСКОП ИЛИЙСКИЙ
      Да?
      ГЛОСТЕР
      Отличную клубнику
      Мне в Холборне отведать довелось.
      Нельзя ль ее набрать для нас?
      ЕПИСКОП ИЛИЙСКИЙ (удивленно)
      Конечно.
      Сейчас распоряжусь.
      (Уходит.)
      ГЛОСТЕР
      Лорд Бекингем,
      Пожалуйста, со мною на два слова.
      (Отходят.)
      Сейчас вернулся Кетсби. Передал
      Беседу с Гастингсом. Тот взбеленился,
      Узнав о наших планах. Заявил,
      Что не предаст-де Ричарду в угоду
      Он господина своего - он так
      И выразился прямо: господина.
      БЕКИНГЕМ
      Быть может, выйти нам сейчас, милорд?
      (Выходят.)
      СТЕНЛИ
      Так завтра торжество? Не слишком рано?
      Мы не готовы, надо подождать.
      Возвращается ЕПИСКОП ИЛИЙСКИЙ.
      ЕПИСКОП ИЛИЙСКИЙ
      Насчет клубники я распорядился.
      А где милорд протектор?
      ГАСТИНГС
      Нынче он
      На диво дружелюбен и приветлив!
      В хорошем настроении, видать.
      Нет в мире христианском человека,
      Столь искреннего в дружбе и вражде.
      Глядишь ему в лицо - и видишь душу.
      СТЕНЛИ
      И что прочли вы по его лицу?
      ГАСТИНГС
      Клянусь, что к нам он благорасположен.
      СТЕНЛИ
      Дай Бог, чтоб так и было - вот мой сказ.
      Возвращаются ГЛОСТЕР и БЕКИНГЕМ.
      ГЛОСТЕР
      Как думаете вы, чего достоин
      Тот, кто меня задумал извести
      И занимается энвольтованьем,
      Упорно разрушать плоть мою?
      ГАСТИНГС
      Я предан вашей светлости всецело.
      И первым заявляю, что злодей,
      Кто б ни был он, достоин смертной казни.
      ГЛОСТЕР
      Тогда поверьте собственным глазам.
      Смотрите все: рука моя отсохла,
      Как ветвь больная. Это колдовство
      Вдовы Эдварда - мерзостной чертовки -
      В союзе с пакостною тварью Шор.
      ГАСТИНГС
      Ну, если эти женщины виновны...
      ГЛОСТЕР
      Что? "Если"! Ты пособник подлых шлюх!
      Вы слышали: он заявляет "если"!
      Изменник! Голову ему долой!
      Подать мне эту голову на блюде!
      Клянусь, что есть не стану до тех пор.
      Ловел и Ретклифф, казнь осуществите.
      А прочие, кто предан мне - за мной.
      Уходят все,
      кроме ГАСТИНГСА, РЕТКЛИФФА и ЛОВЕЛА.
      
      ГАСТИНГС
      О горе Англии! Себя не жалко.
      Я мог спастись, но изменило мне
      Благоразумие. Ведь приснилось Стенли,
      Как шлем с него сбивает злой кабан.
      Сну вещему тогда я не поверил.
      Три раза конь споткнулся подо мной
      И взвился на дыбы при въезде в Тауэр,
      Как будто на закланье вез меня.
      Теперь мне нужен самому священник,
      С которым я сегодня говорил.
      Тогда бы я покаялся. Как стыдно,
      Что радовался гибели врагов
      И что своим кичился положеньем.
      Как тяжело на Гастингса главу
      Твое проклятье пало, Маргарита!
      РЕТКЛИФФ
      Вот, вот, молитесь! Герцог хочет есть
      И жаждет вашей головы на блюде.
      ГАСТИНГС
      Господ неблагодарных милость нам
      Желаннее господней благодати.
      Но тот, кто ловит милости владык,
      Напоминает пьяного матроса
      На мачте: колебанием любым
      Он может быть легко низвергнут в бездну.
      ЛОВЕЛ
      Всё, хватит! Не разжалобите нас.
      ГАСТИНГС
      Кровавый Ричард! Бедная отчизна!
      Тебе пророчу злые времена,
      Каких не знали хроники. Идемте.
      Потешьте кровопийцу. А потом
      Вы сами сгинете под топором.
      Уходят.
      
      Сцена пятая.
      Лондон. У стен Тауэра.
      Входят ГЛОСТЕР и БЕКИНГЕМ
      в заржавленных и весьма неподходящих доспехах.
      
      ГЛОСТЕР
      Кузен, ты можешь трепетать, бледнеть,
      На полуслове как бы задыхаясь,
      Речь повести с начала, оборвать,
      Разыгрывая крайнее смятенье?
      БЕКИНГЕМ
      Не хуже, чем трагический актер,
      Я буду говорить и озираться,
      В опасность возводить любой пустяк
      И вздрагивать от шелеста травинки.
      Взор ужасающий, улыбки ложь
      Я подчиню решению задачи.
      Но где же Кетсби?
      ГЛОСТЕР
      Он идет сюда,
      И с ним лорд-мэр.
      Входят ЛОРД-МЭР и КЕТСБИ.
      КЭТСБИ
      Милорд...
      ГЛОСТЕР
      Спустить велите
      Подъемный мост.
      БЕКИНГЕМ
      Что это - барабан?
      ГЛОСТЕР
      Посты проверьте, Кетсби.
      БЕКИНГЕМ
      Мы призвали
      Вас для того, лорд-мэр...
      ГЛОСТЕР
      Оборотись
      И защищайся! Здесь враги!
      БЕКИНГЕМ
      О боже!
      Спаси невинных.
      ГЛОСТЕР
      Это же друзья -
      Ретклифф и Ловел.
      Входят ЛОВЕЛ и РЕТКЛИФФ с головой Гастингса.
      
      ЛОВЕЛ
      Голова злодея
      Пред вами: Гастингс только что казнен.
      ГЛОСТЕР
      Я так его любил, что должен плакать.
      Я думал: он - невиннейший из всех
      Людей, живущих в мире христианском.
      Он был моею книгой записной -
      Хранилищем моих заветных мыслей.
      Безукоризненным казался он
      Во всем - ну, кроме, разве что, сношений
      С проклятой этой стервой - миссис Шор.
      БЕКИНГЕМ
      Да, мир не знал подобных лицедеев.
      Вообразите только, или нет -
      Поверьте: если мы покуда живы, -
      То милость провиденья, господа.
      Ведь он замыслил нынче на совете
      Нас с добрым лордом Глостером убить.
      ЛОРД-МЭР
      Я не могу поверить.
      ГЛОСТЕР
      А придется.
      Мы убивать не можем просто так:
      Мы разве турки или атеисты?
      
      <Примечание
      В оригинале именно так: What, think you we are Turks or infidels?>
      
      О нет, нам должно форму соблюдать!
      
      <Примечание
      В оригинале: the form of law.>
      
      Но в данном случае нас извиняет
      Лишь крайность положения. Мятеж
      Мы своевременно предотвратили
      Одним лишь примененьем срочных мер.
      ЛОРД-МЭР
      А если так, пусть вас хранит Всевышний.
      Изменник, точно, казни заслужил.
      Вы поступили правильно, милорды:
      Другим острастка будет. А ведь я
      Сам ожидал чего-нибудь такого,
      Как только он сошелся с миссис Шор.
      ГЛОСТЕР
      И все-таки без вас мы не хотели
      Законной казни Гастингса предать,
      Но исполнители поторопились.
      А нам хотелось, чтобы вы, милорд,
      Услышали признания злодея,
      Что малодушен был в последний час.
      Тогда бы вы сказали горожанам,
      Что сострадания не стоит он,
      И оградили нас от кривотолков.
      ЛОРД-МЭР
      Да я на основанье ваших слов
      Составил правильное представленье
      Об этом деле. Что могли бы к ним
      Прибавить показания злодея!
      Не сомневайтесь, герцоги, сейчас
      Я извещу достойных наших граждан,
      Что безупречно поступили вы.
      ГЛОСТЕР
      Судите сами: нужно ли нам было
      Казнить его поспешно? Чтоб навлечь
      На голову свою злословье черни?
      БЕКИНГЕМ
      Но опоздали вы, и нам теперь
      Приходится оправдываться. Так что
      Уж постарайтесь ради нас. Всех благ.
      ЛОРД-МЭР уходит.
      ГЛОСТЕР
      За ним, кузен мой, в ратушу последуй.
      И, выбрав миг, народу намекни,
      Что сыновья Эвардовы - бастарды,
      А он был преизрядный самодур.
      О случае с трактирщиком напомни -
      Ну, с тем, который сыну завещал
      Корону - он имел в виду таверну
      Под вывеской короны, - а Эдвард
      Его казнил за глупую обмолвку.
      Еще добавь, что в похоти своей
      Покойник бы по-скотски неуёмен,
      Сгубил немало женщин и девиц,
      Очами алчными, свирепым сердцем
      Преследуя несчастных. А потом
      Коснешься косвенно моей персоны.
      В тот самый год, как был зачат Эдвард,
      Отец мой Йорк во Франции сражался,
      Он сопоставил сроки, возвратясь,
      И не поверил, что ребенок этот -
      Действительно его. И то сказать:
      Ну, был Эдвард хотя б одной чертою
      На Йорка благородного похож?
      Но говори об этом осторожно,
      Поскольку мать моя еще жива.
      БЕКИНГЕМ
      Не сомневайтесь. Так я вам сыграю
      Роль Цицерона, словно я борюсь
      За кубок золотой. Милорд, прощайте.
      ГЛОСТЕР
      Когда удастся овладеть толпой,
      Ты поведешь ее в Бейнардский замок.
      Там буду я среди святых отцов -
      Высоконравственных и велемудрых.
      БЕКИНГЕМ
      Иду. И к трем иль четырем часам
      Из ратуши дойдут до вас известья.
      БЕКИНГЕМ уходит.
      ГЛОСТЕР (Ловелу)
      Мне нужен доктор Шоу.
      (Кетсби)
      Ты ступай
      За братом Пенкером. В Бейнардском замке
      Я жду их через час.
      Уходят все, кроме ГЛОСТЕРА.
      Распоряжусь
      Убрать отродье Кларенса подальше
      И к принцам никого не допускать.
      Уходит.
      
      Сцена шестая.
      Лондон. Улица.
      Входит ПИСЕЦ.
      
      ПИСЕЦ
      Вот обвинительное заключенье
      По делу Гастингса. И документ
      Переписал я чисто и красиво.
      Он нынче будет в церкви оглашен.
      Формальности соблюдены чин-чином.
      Есть только нестыковочка одна:
      Еще вчера его прислал мне Кетсби,
      Да я трудился над беловиком
      Одиннадцать часов; никак не меньше,
      Наверное, ушло на черновик,
      Однако на свободе был лорд Гастингс
      Каких-то пять часов тому назад,
      Не уличен, не заподозрен даже.
      Да, много в этом мире есть чудес.
      Дурак поймет, что дело здесь нечисто,
      Однако не найдется дурака,
      Чтобы признаться в этом пониманье.
      Плох этот мир, и к худшему идет.
      Всё видит, но безмолвствует народ.
      
      <Примечание
      В оригинале:
       Bad is the world; and all will come to nought,
       When such bad dealings must be seen in thought
       По поводу "безмолвствующего народа" см. примечание 1 в следующей сцене.
       Вариант:
       Мир делается хуже день за днем.
       Нельзя в нем жить, однако мы живем.
       Последняя тема важна для этой пьесы, и я оставляю эту формулировку, несмотря на ее приблизительность.>
      
      Уходит.
      
      Сцена седьмая.
      Входят с разных сторон
      ГЛОСТЕР и БЕКИНГЕМ.
      
      ГЛОСТЕР
      Ну, Бекингем, что говорит народ?
      БЕКИНГЕМ
      Народ безмолвствует. Святою девой
      Клянусь: он будто вовсе онемел.
      
      <Примечание
       В оригинале:
       GLOUCESTER
       How now, my lord, what say the citizens?
       BUCKINGHAM
       Now, by the holy mother of our Lord,
       The citizens are mum and speak not a word.
       Фраза "The citizens are mum" вполне может быть источником пушкинского "Народ безмолвствует". Актуальность "Ричарда III" для А.С. Пушкина, в том числе для "Бориса Годунова", несомненна. Впрочем, я только следую за другими переводчиками - срав.: "Безмолвствуют, не говорят ни слова" (А. Радлова), "Они безмолвствуют" (Б. Лейтин).>
      
      ГЛОСТЕР
      Ты намекал, что дети короля -
      Прижиты были в незаконном браке?
      БЕКИНГЕМ
      Да, я о леди Люси рассказал -
      Морганатической жене Эдварда -
      И о контракте, что он через посла
      Он заключил с французскою принцессой.
      Напомнил, как развратничал Эдвард,
      Как он насиловал матрон почтенных
      Как притеснял он подданных своих
      За незначительные прегрешенья.
      Я также дал понять, что он бастард,
      Что он нисколько не похож на Йорка,
      В отличье, разумеется, от вас:
      Вы - полное родителя подобье.
      Вы унаследовали от него
      Не только внешность, но и благородство.
      
      <Примечание
      Предельно акцентированный черный юмор.>
      
      В Шотландии разбили вы врагов,
      Отвагу воинскую проявили
      И мудрость в государственных делах,
      А в частной жизни - доброту и щедрость.
      Короче, не забыл я ничего,
      Пригодного для нашей сверхзадачи,
      И роль свою на славу отыграл.
      Потом благонамеренным британцам
      Я предложил восторженно кричать:
      "Да здравствует король английский Ричард!"
      ГЛОСТЕР
      И что - они кричали?
      БЕКИНГЕМ
      Нет, милорд.
      Они, подобно каменным болванам,
      Застыли, бледные, как мертвецы.
      Тогда я выразил недоуменье
      И к лорду-мэру обратил вопрос:
      Что означает сей безмолвный вызов?
      Мэр в оправдание пролепетал,
      Что не воспринимает напрямую
      Таких речей народ, что он привык
      Внимать глашатаям. Тогда я мэру
      Велел пересказать мой монолог.
      И он пересказал: "вот то-то герцог
      Считает" или "герцог говорит",
      Но от себя ни слова не добавил.
      Тут я своих клакеров подключил,
      Они сорвали шапки, заорали
      Вразброд десятком жалких голосов:
      "Да здравствует Ричард, король английский!".
      Довольствуясь поддержкою такой,
      Я им сказал: "Сограждане, спасибо.
      Сколь мне отрадно видеть ваш восторг.
      Благоразумие возобладало,
      И вы решились изъявить любовь,
      Которую всем вам внушает Ричард".
      И с этим удалился.
      ГЛОСТЕР
      Чурбаки
      Безгласные!
      
      <Примечание
      В оригинале: "tongueless blocks". Вариант "чурбаки", а не "чурбаны" (как в переводах А. Дружинина, Б. Лейтина и М. Донского), выбран потому, что первое существительное - однозначно неодушевленное.>
      
      Так, значит, промолчали?
      
      < Примечание
      Ричард пытается понять смысл этого молчания: отупение или протест. Или готовность молчать, даже всё понимая.>
      
      БЕКИНГЕМ
      Да, я клянусь.
      ГЛОСТЕР
      Так что, придут лорд-мэр
      И олдермены?
      БЕКИНГЕМ
      Да, сейчас прибудут.
      Вам стоит колебанья разыграть.
      Поэтому примите их не сразу
      И выходите с требником в руках
      В сопровожденье двух монахов. Это
      Пред лордом-мэром и его людьми
      Я подчеркну как ваше благочестье.
      Когда же умолять они начнут,
      Вам надобно немного поломаться,
      Как деве, грезящей о женихе,
      
      <Примечание
      Перевод, разумеется, чрезвычайно эпатажный, хотя не противоречащий оригиналу:
       And be not easily won to our request:
       Play the maid"s part, still answer nay, and take it
       Возможный вариант:
       Вам надобно поморщиться немного,
       Что пьянице пред чаркою вина.
       Это уже хулиганство, но я в данном случае продолжаю обозначать переклички с "Борисом Годуновым", так сказать, обозначаю интертекст.>
      
      Воскликнуть: "Никогда!" - и согласиться.
      ГЛОСТЕР
      Идет.
      
      <Примечание
      В оригинале: "I go", после чего Ричард действительно уходит. Но смысл тот же: я согласен и ухожу. Кроме того, здесь мне хотелось поиграть с контаминацией смыслов: "Я согласен" и "Лорд-мэр идет".>
      
      Упорно говорите: "Да!"
      А я отвечу: "Нет!", - ну, а в итоге
      Мы к полному согласию придем.
      БЕКИНГЕМ
      Теперь на галерею! Он стучится.
      ГЛОСТЕР уходит.
      Входят ЛОРД-МЭР и горожане.
      Добро пожаловать, милорд. А я
      Вот здесь кружу, кружу - да всё без толку.
      Боюсь, не станет герцог слушать нас.
      Входит КЕТСБИ.
      А вот его слуга идет. Что, Кетсби,
      Ответил он?
      КЕТСБИ
      Просил мой господин,
      Чтоб вы явились завтра-послезавтра.
      Сейчас ему не до мирских забот:
      Он внемлет наставлениям монахов
      И молится. Он предался душой
      Высоким и благочестивым думам.
      БЕКИНГЕМ
      Ступайте снова к герцогу, мой друг.
      Скажите: я, лорд-мэр и горожане
      Пришли к нему в великий этот час
      По делу неотложному, в глубокой
      Тревоге о спокойствии страны.
      Так и скажите.
      КЕТСБИ
      Передам дословно.
      КЕТСБИ уходит.
      БЕКИНГЕМ
      Да, Глостер на Эдварда не похож:
      Он не валяется на блудном ложе,
      А молится, колена преклонив,
      Он не резвится с парой куртизанок -
      Двум богословам внемлет всей душой.
      Не спит до полдня, обрастая салом,
      Но молится, обогащая дух.
      Какой была бы Англия счастливой,
      Когда бы этот милосердный принц
      Ее возглавил! Только опасаюсь,
      Что мы его не сможем упросить.
      ЛОРД-МЭР
      Не приведи Господь!
      БЕКИНГЕМ
      Но вдруг откажет?
      А, вот и Кетсби!
      КЕТСБИ возвращается.
      Что на этот раз?
      КЕТСБИ
      Милорд, он удивлен, что вас так много
      И без предупрежденья вы пришли.
      Обеспокоен: нет ли здесь интриги?
      БЕКИНГЕМ
      Как жаль, что благородный мой кузен
      Не доверяет даже мне. Бог видит,
      Насколько наши помыслы чисты.
      Скажите это герцогу.
      КЕТСБИ уходит.
      Вот так-то!
      Ведь он блаженный, если не святой!
      За четки взялся - уж не оторвется:
      Так сладостен молитвенный экстаз.
      
      Входит ГЛОСТЕР,
      сопровождаемый двумя епископами.
      Возвращается КЕТСБИ.
      ЛОРД-МЭР
      Смотрите: он, с епископами вместе!
      БЕКИНГЕМ
      Как две котурны - два святых отца
      Для наихристианнейшего принца:
      
      <Примечание
      В оригинале буквально: "Two props of virtue for a Christian prince", т.е. две бутафорских опоры, что соответствует "театральной" образности в речи Бекингема. Вариант "котурны" означает, что "карлик" Ричард не столько опирается на религию, сколько вырастает за счет своего лицедейства и одновременно попирает церковь ногами. Это не следует воспринимать как цинизм или рискованную откровенность. Герои Шекспира просто используют метафоры, возможно, выражающие их подлинные чувства, но не заботятся о впечатлении, производимом на окружающих.>
      
      Они его над миром вознесли.
      Смотрите: даже на ходу читает
      Молитвенник. О благочестья столп!
      Склони свой слух, Плантагенет преславный,
      К мольбам твоих вассалов и прости,
      Что мы тебя от помыслов высоких
      Кощунственно посмели оторвать.
      ГЛОСТЕР
      Милорд, пожалуйста, не извиняйтесь.
      Я сам прошу прощения у вас,
      За то, что я, служа усердно Богу,
      Забыл о ближних. Каюсь, виноват.
      Итак, что вашей светлости угодно?
      БЕКИНГЕМ
      Надеюсь, что и Богу самому
      И добрым людям всем угодно то же:
      Чтоб не была безвластною страна.
      ГЛОСТЕР
      Меня тревожит смутная догадка:
      Я в чем-то пред народом согрешил,
      И вы пришли меня на путь наставить.
      БЕКИНГЕМ
      О да, вы совершили тяжкий грех.
      Но вы его искупите, надеюсь.
      ГЛОСТЕР
      Да, искуплю, ведь я христианин.
      БЕКИНГЕМ
      Так знайте же: вот это благочестье -
      И есть ваш главный грех перед страной.
      Ведь вы настолько нечестолюбивы,
      Что власть верховная вам не нужна,
      Что вас не привлекают трон и скипетр,
      И честь династии. Повесить их
      Хотите вы на ветвь больного древа,
      К тому же не родную для него.
      Милорд, вы благодушным сном забылись.
      Опомнитесь, воспряньте всей душой
      Во благо Англии! Наш славный остров
      Теряет силу, и его чело
      Уже покрыто язвами позора.
      И противоестественный привой
      Обезобразил ствол его державный,
      Высасывая соки из него.
      Наш остров грузнет в бездне запустенья,
      Ничтожества. Нас ждут погибель, мрак
      И полное забвение. Ваша светлость!
      Мы заклинаем вас спасти страну!
      Бразды правленья твердою рукою
      Возьмите! Будьте не опекуном
      И не блюстителем чужой корысти -
      Протектором, наместником, слугой,
      Временщиком, - а полным властелином!
      Ведь вы же кровь от крови королей.
      Явилось к вам высокое собранье -
      Народ и ваши верные друзья.
      И, уступив горячим настояньям,
      Сейчас за всех предстательствую я.
      ГЛОСТЕР
      Что, как протектор, должен я ответить?
      "О, никогда!"? Наверное, пресечь
      Мне следовало излиянья эти?
      А может, мне уйти без лишних слов?
      Но, если промолчу, вы вправе думать,
      Что я от честолюбья онемел
      И жажду золотого ига власти.
      Но вижу вашу искренность - и сам
      Такой же искренностью вам отвечу,
      Чтоб не обиделись вы на меня
      И в прямоте моей не усомнились.
      
      <Примечание
      Еще один пример черного юмора - не будем забывать о горбе Ричарда. Но здесь есть еще смысл, даже не очень скрытый: Ричард исподволь приучает будущих подданных быть слепыми к очевидному. Судя по предыдущей сцене, в этом нет особой нужды: они уже готовы.>
      
      Хоть я любовью вашею польщен,
      Но вы мне льстите. Посудите сами:
      Когда бы даже не было преград
      Передо мною на пути к престолу,
      Будь я прямым наследником венца,
      Скорей бы я от власти уклонился,
      А не желал бы властвовать. Я слаб
      И духом беден, но грехом обилен.
      Я фимиама не перенесу
      И потону в могуществе, как в море.
      Но, провидению благодаря,
      Не безнадежно ваше положенье
      И нет необходимости во мне.
      А если в чем-то есть необходимость,
      То не во мне. Когда державный плод
      На дереве державном завязался,
      Пускай созреет он на счастье нам -
      Ведь он родился под звездой счастливой.
      Вы на меня надеетесь? Зачем?
      Я на него надежды возлагаю.
      Чтоб я ему дорогу перешел?
      О никогда!
      БЕКИНГЕМ
      Милорд, вы щепетильны,
      Да только с логикою не в ладах.
      Давайте по порядку разберемся.
      Итак, вы говорите: принц Эдвард -
      Сын короля. Но сыном королевы
      Назвать его нельзя. Ваш старший брат
      Сначала был помолвлен с леди Люси,
      А после этого через посла
      С сестрою короля французов Боной
      Был обручен - спросите мать свою -
      Живую очевидицу бесчестья.
      Однако он обеим изменил -
      С убогой многодетною вдовицей!
      Уж, верно, не увядшей красотой
      Она развратника приворожила,
      Но затуманила мозги ему
      И сбросила его с вершины власти
      В срамное двоеженство. Он прижил
      На блудном ложе этого Эдварда.
      Вот тот, кого бесчинствующий век -
      Наш век - зовет наследником престола!
      Еще есть аргумент потяжелей,
      Но я замкну уста из опасенья
      Затронуть честь еще живых особ.
      
      <Примечание
      Затронуть честь еще живых особ - т.е. герцогини Йоркской: о ней было сказано ранее: "Мать свою - живую очевидицу бесчестья". Именно в этом и состоит роль герцогини: быть живой свидетельницей гибели рода. Слово "очевидица" не совсем точно в буквальном значении: вряд ли она непосредственно присутствовала при вероломных поступках Эдварда. Но в более широком, образном, смысле это слово уместно: герцогиня собственными глазами видит вырождение и падение дома Йорков. Между прочим, у Шекспира есть эта текстовая перекличка, хотя и не очень заметная:
       Your mother lives a witness to that vow (...) -
       Save that, for reverence to some alive,
       I give a sparing limit to my tongue.>
      
      Итак, достаточного основанья
      Вы не имеете, чтоб отвергать
      Высокий королевский сан - хотя бы
      Для излеченья рода своего
      От извращений злого своеволья,
      Рожденного эпохою гнилой.
      Так послужите собственному роду -
      И этим вы послужите стране.
      ЛОРД-МЭР
      И умоляет вся страна об этом.
      БЕКИНГЕМ
      Вы сможете презреть ее любовь?
      КЕТСБИ
      На счастье нам любви не презирайте!
      ГЛОСТЕР
      Вы что - хотите раздавить меня
      Столь непомерным бременем? Увольте!
      Не для меня величие и власть.
      И я не сдамся - уж не обессудьте.
      БЕКИНГЕМ
      Вы нам отказываете, милорд,
      Из чувства долга: родственные чувства
      Здесь, разумеется, не так важны.
      Вы любите племянника не больше,
      Чем всех сограждан. Только вы зашли
      Уж слишком далеко в своем смиренье.
      Ведете вы себя не по-мужски!
      Но, соглашайтесь иль не соглашайтесь,
      Эдварду на престоле не бывать.
      Кого-нибудь другого коронуем -
      И пусть падет когда-то славный дом.
      Вот вам весь сказ. Сограждане, идемте.
      Устал я унижаться перед ним.
      ГЛОСТЕР
      Мой добрый Бекингем, вы рассердились?
      БЕКИНГЕМ и горожане выходят.
      КЕТСБИ
      Верните их, обрадуйте народ:
      Страна отказа не перенесет.
      ГЛОСТЕР
      Неимоверно тяжек этот груз...
      Но всё ж я не из камня - и сдаюсь.
      КЕТСБИ уходит.
      К мольбам проникновенным я не глух,
      Но в беспокойстве пребывает дух.
      БЕКИНГЕМ и горожане возвращаются.
      Кузен мой Бекингем и горожане
      Достойнейшие! Целый мир забот
      Хотите вы взвалить на эти плечи,
      Поэтому, желаю или нет,
      Обязан я склониться пред судьбою.
      Но если вздумают клеветники
      Меня чернить, свидетелями будьте,
      Что я сопротивлялся до конца.
      И проявите ту же непреклонность,
      Какую обнаружили сейчас.
      Бог видит, вы и сами убедились,
      Что я от властолюбия далек.
      ЛОРД-МЭР
      Храни вас Бог! Что видели, то скажем.
      ГЛОСТЕР
      И не солжете.
      БЕКИНГЕМ
      Слава королю!
      Да здравствует король английский Ричард!
      ЛОРД-МЭР и ГОРОЖАНЕ
      Аминь.
      БЕКИНГЕМ
      Угодно будет вам, милорд,
      Назначить коронацию на завтра?
      ГЛОСТЕР
      Согласен, если так решил народ.
      БЕКИНГЕМ
      Тогда вы завтра нас и ожидайте.
      Мы с легким сердцем покидаем вас.
      ГЛОСТЕР
      О да. А я вернусь к своим монахам.
      
      <Примечание
      Вариант: к своим молитвам.>
      
      Прощайте, добрые мои друзья.
      Уходят.
      
      АКТ ЧЕТВЕРТЫЙ
      Сцена первая.
      Лондон. Перед Тауэром.
      Входят,
      с одной стороны - КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА, ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ и ДОРСЕТ,
      с другой - ЛЕДИ АННА, герцогиня Глостер, ведя за руку МАРГАРИТУ ПЛАНТАГЕНЕТ, малолетнюю дочь Кларенса.
      
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Кто там? Не внучка ли идет сюда,
      И с нею тетка - герцогиня Глостер?
      На отсеченье голову отдам:
      Они обнять желают юных принцев.
      Добро пожаловать.
      ЛЕДИ АННА
      Пускай Господь
      Пошлет вам счастья и благополучья.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      И вам того же, милочка моя.
      Куда идете?
      ЛЕДИ АННА
      В Тауэр, конечно,
      Желаем юных принцев мы обнять.
      Вы тоже?
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Да, сестра. Идемте вместе.
      Входит БРЕКЕНБЕРИ.
      Вот, в добрый час, и комендант. Милорд,
      Здоров ли принц? Как младший - герцог Йоркский?
      БРЕКЕНБЕРИ
      Они здоровы, только не могу
      Я к ним вас пропустить. Мне запретили
      Его величество.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Простите - кто?
      БРЕКЕНБЕРИ
      Я разумею: господин протектор.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      От господина этого Господь
      Нас сохрани! Как он дерзнул поставить
      Преграду между мною и детьми?
      Я мать. Кто удержать меня посмеет?
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Я мать отца их. Пропустить меня!
      ЛЕДИ АННА
      Я им не мать, но их люблю не меньше,
      Чем полюбила бы своих детей.
      Впусти меня. Ответственность за это
      Пусть ляжет на меня.
      БРЕКЕНБЕРИ
      Увы, мадам,
      Не пропущу, поскольку связан клятвой.
      Прошу понять и извинить меня.
      Входит СТЕНЛИ.
      СТЕНЛИ (герцогине Йоркской)
      Когда бы вас я встретил часом позже,
      То вам бы поклонился прежде всех -
      Как матери двух королев прекрасных.
      (Леди Анне)
      Миледи, должно вам идти со мной
      В Вестминстер, где вас с мужем коронуют.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Шнурки разрежьте - грудь мою теснит!
      Меня скосило страшное известье!
      ЛЕДИ АННА
      Ужасная, погибельная весть!
      ДОРСЕТ
      Спокойней, леди. Матушка, что с вами?
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Беги, мой сын, не говори со мной!
      Несутся по пятам ищейки смерти!
      Опасна я для собственных детей.
      Здесь ад! Укройся за морем, где Ричмонд.
      Беги из живодерни этой прочь!
      Беги, не удлиняй мартиролога!
      Не допусти, чтоб надо мной сбылось
      Проклятье разъяренной Маргариты:
      Ни королева, ни жена, ни мать -
      Она ведь мне всё это предсказала.
      СТЕНЛИ
      Мадам, вы правы. Дорсет, надо вам
      Поторопиться: часа нет в запасе.
      Я сыну напишу, пусть примет вас.
      Не мешкайте, иначе вы пропали.
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      О ветер бедствий, сеющий чуму!
      Моя утроба, проклятая Богом
      И обреченная родить лишь смерть!
      На свет ты вышвырнула василиска,
      Чей взгляд убийствен и неотвратим.
      СТЕНЛИ (леди Анне)
      Мадам, идемте. Нет минуты лишней.
      
      <Примечание
      В оригинале: "Come, madam, come; I in all haste was sent". У Шекспира часто парадоксальным образом возникают ретардации, когда нельзя тратить время на лишние слова. (В принципе, это не слова, а мысли, эмоции, переданные в монологах.) Эта сцена - одна из многих, хотя речь должна быть экономной. Поэтому последняя реплика лорда Стенли предельно лаконична и концентрирует в себе сразу несколько смыслов: это и непосредственное побуждение леди Анны к действию, и обрисовка общей ситуации (коронация производится в крайней спешке), и дополнительное напоминание почему-то замешкавшемуся Дорсету, что нужно бежать.>
      
      ЛЕДИ АННА
      Я против воли за тобой иду.
      О, боже! Пусть корона золотая
      Мне стиснет череп и прожжет чело,
      Как раскаленное тавро, - до мозга!
      О, боже! Миро претвори в отраву
      И умертви меня, пока призыв
      Не прозвучал: "Храни Бог королеву!".
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Ступай. Я не завидую тебе.
      Зачем ты кличешь новые напасти,
      На голову несчастную свою!
      ЛЕДИ АННА
      Действительно, зачем? Всё уж свершилось.
      Я шла за гробом Генриха в слезах,
      Когда явился тот, кого сегодня
      Я вынуждена мужем называть.
      Он руки запятнал невинной кровью
      И праведного свекра моего
      И ангелоподобного супруга -
      Он этой крови даже не отмыл, -
      Тогда я крикнула в лицо убийце:
      "Будь проклят! Сделал ты меня вдовой,
      Увядшей преждевременно. А если
      Ты все-таки затащишь под венец
      Какую-нибудь редкостную дуру,
      Пусть превратится жизнь твоя в кошмар,
      А по ночам - особенно. Пускай же
      Твоя жена страдает тяжелей,
      Чем без супруга я сейчас страдаю".
      И что же? Он скорей, чем я теперь
      О том рассказываю, исхитрился
      Меня обмазать патокой речей
      И свел с ума. Лишилась я покоя.
      Увы, сама себя я прокляла!
      И даже в снах теперь не нахожу я
      Убежища от ужасов ночных,
      Как будто в сновиденьях открываю
      Все мысли Ричарда. Из-за отца
      Он ненавидит и меня - и скоро
      Я думаю, расстанется со мной.
      
      <Примечание
      В оригинале: "And will, no doubt, shortly be rid of me". Воспринимать этот мелодраматический монолог всерьез очень трудно - как, впрочем, всё поведение леди Анны. Я построил свой текст иронически - таким образом, как будто леди Анна сама не знает, как относиться к своему положению и чего ей вообще хочется. Неясно, испытывает ли она страдание или мазохически наслаждается им. Отсюда двусмысленные фразы: "Свел меня с ума", "Лишилась я покоя". Да и не так уж она прогадала, связавшись с этим чудовищем: все-таки станет королевой. Последняя фраза монолога означает, разумеется, боязнь, что Ричард сживет ее со свету - странное сожаление для женщины, уверяющей, будто жизнь ей не мила. Я выбрал вариант, допускающий и такое понимание, что она опасается, как бы Ричард не развелся с ней. Поэтому ответная реплика Елизаветы звучит иронически.>
      
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Да, ты и впрямь достойна сожаленья!
      ЛЕДИ АННА
      И я тебя жалею, уж поверь.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Прощай. О, как убога ты в величье!
      ЛЕДИ АННА
      Твое убожество так велико!
      Прощай.
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      У каждого своя дорога.
      (Дорсету)
      Ты - к Ричмонду. Храни тебя судьба.
      (Леди Анне)
      Ты - к Ричарду. Храни тебя Всевышний.
      (Королеве Елизавете)
      Ты - в церковь. Там и успокоишь дух.
      А я - в могилу. Там и упокоюсь.
      Так и живу восьмидесятый год:
      На добрый час - неделя злых невзгод.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Не уходи. Взгляни на эти стены.
      О, камни древние, моих детей
      Укройте от опасности, грозящей
      Им от завистника, что заточил
      Малюток в этой мрачной колыбели.
      О Тауэр, друг безрадостных забав
      Моих младенцев! Ты, суровый дядька!
      Уж если мать разлучена с детьми,
      О них заботу на себя прими.
      
      Уходят.
      
      Сцена вторая.
      Лондон. Королевский дворец.
      Трубы.
      Входят
      КОРОЛЬ РИЧАРД III в королевском одеянии, с короной на голове,
      БЕКИНГЕМ, КЕТСБИ, паж и другие.
      
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Все отойдите. Герцог Бекингем!
      БЕКИНГЕМ
      Что вашему величеству угодно?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Дай руку.
      (Восходит на трон.)
      Опираясь на тебя,
      Взошел на трон король английский Ричард.
      Надолго ли держава мне дана?
      Что, если это счастье только на день?
      БЕКИНГЕМ
      О, пусть оно продлится много дней!
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Ты просто золото. Или не просто?
      Давай поставим пробу. Жив Эдвард -
      Понятно? Что молчишь?
      БЕКИНГЕМ
      Жду продолженья.
      
      <Примечание
      Как выяснится из дальнейшего текста, "продолжение" состоит в исполнении обещания вознаградить Бекингема. Смысл фразы: сначала рассчитайся за прежние услуги, а потом уже требуй новых.>
      
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Что продолжать? Я разве не сказал,
      Что счастья только на день не желаю.
      БЕКИНГЕМ
      Но вы ведь трижды признанный король.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Да? Правда, признанный? И даже трижды?
      Но жив еще мальчишка.
      БЕКИНГЕМ
      Да, милорд.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Уже "милорд"! Однако!
      
      <Примечание
      В оригинале: "True, noble prince". Это слово может, конечно, означать и "король", но "prince" как бы возвращает Ричарда к его прежнему статусу. У меня Бекингем называет его "милордом" по привычке, но смысл тот же: несовместимость Ричарда с положением короля. Кстати, у самого Шекспира встречается обращение "милорд" по отношению к Ричарду-королю в значении "мой повелитель" - например, у того же Бекингема: "Give me some breath, some little pause, my lord".>
      
      Повторяю
      Для непонятливых: он жив еще.
      Так пусть живет? Ты всё не догадался?
      Кузен, ты прежде был куда умней.
      Тогда я выскажусь определенно:
      Пора уже бастарду умереть.
      Другому тоже. Чем скорей, тем лучше.
      Ну, что ты скажешь? Но без лишних слов.
      БЕКИНГЕМ
      Когда б вы отдали приказ...
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Несчастный!
      Ты плох совсем! Ты превратился в лед.
      Куда девалась прежняя горячность?
      Ну, говори: согласен их убрать?
      БЕКИНГЕМ
      Простите, должен я собраться с духом.
      Я всё обдумаю и дам ответ.
      Милорд, я долго ждать вас не заставлю.
      (Уходит.)
      КЕТСБИ (в сторону)
      Кусает губы в ярости король.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Я начинаю думать, что надежней
      В таких делах мальчишка-дуралей
      Или болван с чугунной головою,
      Чем этот! Как пронзительно глядит!
      Служить не рвется Бекингем: зарвался.
      Эй, паж!
      ПАЖ
      Чего желает государь?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Дитя, скажи, тебе известны люди,
      За золото способные на всё?
      ПАЖ
      Есть на примете джентльмен с большими
      Способностями. Руки у него -
      Ну, золотые! Пробы негде ставить.
      В нем борется гордыня с нищетой.
      Он ценит злато, а не златоустов.
      Оно его на всё уговорит.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Кто это?
      ПАЖ
      Тиррел.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Он и мне известен
      Отчасти. Приведи его сюда.
      Паж уходит.
      С увертливым, лукавым Бекингемом
      Советоваться, будто он сосед,
      Я больше не желаю. Вот ведь цаца!
      Так долго шел без устали со мной,
      И возжелал покоя. И прекрасно.
      Пусть отдохнет.
      Входит СТЕНЛИ.
      Что скажешь?
      СТЕНЛИ
      Государь!
      Я слышал: к Ричмонду бежал лорд Дорсет.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Ты, Кетсби, должен слух распространить,
      Что тяжело больна моя супруга,
      А я ее упрячу от людей.
      Еще какого-нибудь дворянина,
      Из худородных, подбери в мужья
      Для Кларенсовой дочери. Мальчишка
      Мне не опасен, потому что глуп.
      
      <Примечание
      Вариант: "Мне не опасен: он умом в отца".>
      
      Заснул ты? Повторяю: леди Анна
      Больна и при смерти. Пошевелись!
      Я этим слухом пресекаю сплетни,
      Коль невзначай страдалица умрет.
      КЕТСБИ уходит.
      А я женюсь на дочери Эдварда,
      А то мой трон как будто из стекла,
      Того гляди расколется. Негоже
      Убить племянников, а их сестру
      Женою взять. Однако я решился.
      Уж если погрузиться в кровь пришлось,
      Грех буду громоздить на грех без слез.
      Входят паж и ТИРРЕЛ.
      Ты - Тиррел?
      ТИРРЕЛ
      Сэр Джеймс Тиррел. Я ваш верный
      Вассал.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Что, ты и вправду верен нам?
      ТИРРЕЛ
      В том, государь, нетрудно убедиться.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Попробую. Что, если прикажу
      Прикончить друга одного?
      ТИРРЕЛ
      Прикончу.
      А с большею охотой - двух врагов
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Что ж, предпочтем такое выраженье.
      Да, у меня есть кровных два врага,
      Из-за которых я не сплю ночами.
      
      <Примечание
      Это не просто фразеологический оборот, но и набросок будущей бессонницы Макбета.>
      
      Тебе их поручаю. Знаешь ты
      Сидящих в Тауэре двух бастардов?
      ТИРРЕЛ
      Но должен к детям я иметь подход,
      
      <Примечание
      Переводчик иронизирует над педагогикой.>
      
      Тогда вас от бессонницы избавлю.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Поёшь ты сладко. Ближе подойди.
      Вот пропуск. И внимательнее слушай
      (Шепчет ему что-то на ухо.)
      Исполни в точности, что я сказал,
      И я тебя, как никого, приближу.
      
      <Примечание
      Не знаю, чувствуется ли издевательская двусмысленность этого оборота: "как никого приближу". Фраза тавтологична по отношению к предыдущей: "Ближе подойди". Это, возможно, не очень гладко, но имеет свой смысл: Ричард делает вид, что приближает Тиррелла.>
      
      ТИРРЕЛ
      О том не беспокойтесь, мой король.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Сегодня я смогу уснуть спокойно?
      ТИРРЕЛ
      Я думаю!
      ТИРРЕЛ уходит.
      Входит БЕКИНГЕМ.
      БЕКИНГЕМ
      Обдумал я, милорд,
      Последнее распоряженье ваше,
      И вот что вам скажу...
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      В том нет нужды.
      А Дорсет к Ричмонду бежал.
      БЕКИНГЕМ
      Да, знаю.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Лорд Стенли, Ричмонд - ваш приемный сын.
      Не так ли?
      БЕКИНГЕМ
      Государь, прошу прощенья.
      Вы мне сулили графство Херифорд
      И собственность покойного Эдварда
      Пожаловать за службу - и своей
      Вы честью поклялись.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Смотрите, Стенли,
      Внимательней за вашею женой.
      Напишет сыну - будете в ответе.
      БЕКИНГЕМ
      Мой государь, вы слышите меня?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Слова я вспомнил Генриха Шестого
      О том, что Ричмонд будет королем,
      А Ричмонд был тогда еще мальчишкой.
      Он - королем быть может?
      БЕКИНГЕМ
      Государь!
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Ведь сам я слышал это предсказанье!
      Но Генрих, видно, был плохой пророк:
      Он своего убийства не предвидел.
      БЕКИНГЕМ
      Но вы же графство обещали мне!
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Нейдет из головы проклятый Ричмонд!
      Не так давно я в Экзетере был.
      Там мэр показывал мне замок Руджмонт,
      И с ужасом припомнил я тогда,
      Что предсказал мне бард один ирландский:
      "Ты примешь смерть от Ричмонда".
      
      <Примечание
      Интересный момент: в начале пьесы Ричард смеялся над мракобесием и суевериями Эдварда, но его свободомыслие исчезает, когда он сам восходит на престол.>
      
      БЕКИНГЕМ
      Милорд!
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Который час?
      БЕКИНГЕМ
      Осмелюсь я напомнить...
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Который час?
      БЕКИНГЕМ
      Десятый, государь.
      Наверно.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Ах, наверно - иль неверно?
      Ты просчитался, бедный Бекингем!
      БЕКИНГЕМ
      Как это просчитался?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Ты в расчетах
      Ошибся. Ты неверный выбрал час.
      Назойливость твоя мне надоела.
      Сейчас не расположен я дарить.
      БЕКИНГЕМ
      Скажите, государь, определенно:
      Вы жалуете графство или нет?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Ступай, ступай. Сказал же: я не в духе.
      Ты раздражаешь попусту меня.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III и свита уходят.
      БЕКИНГЕМ
      Я вывернулся весь ему в угоду,
      Трон подарил горбатому уроду,
      И что в награду? В этот час даров
      Он делать, видите ли, не готов!
      Что ж, смейся, Гастингс! Ох, и дал я маху!
      Бежать, бежать, чтоб не попасть на плаху!
      
      Уходит.
      Сцена третья.
      Там же.
      Входит ТИРРЕЛ.
      ТИРРЕЛ
      Злодейство безобразное свершилось,
      И прежде эта падшая страна
      
      <Примечание
      Я счел необходимым подчеркнуть смыслы "this land" и "massacre". Тиррел не сокрушается о судьбе страны, а презирает ее.>
      
      Не доходила до такого скотства.
      Конечно, я не сам их убивал.
      А исполнители - Дайтон и Форрест -
      Два изверга, два кровожадных пса, -
      На что уж заскорузлые мерзавцы,
      Но были и они потрясены,
      Как два жестоких, но не злых ребенка,
      И плакали, передавая мне
      Подробности жестокого убийства.
      "Они лежали..." - Дайтон произнес
      И зарыдал. Тогда продолжил Форрест:
      "... соединив ручонки, а уста
      Алели, как четыре свежих розы
      В погожий день на стебельке одном.
      Тут я молитвенник у изголовья
      Заметил и смутился. И тогда...
      Вмешался дьявол..." Замолчал подонок,
      
      <Примечание
      В оригинале: "the villain stopp"d">
      
      И Дайтон кончил тягостный рассказ:
      "Мы задушили этих ангелочков,
      
      <Примечание
      Этот рассказ выглядит несносно фальшивым, но, в сущности, он достоверен: закоренелые злодеи не чужды сентиментальности, которую не следует принимать за проявления совести. Это совесть Альхена и слезы крокодила. Напомню, что и Ричард проливал крокодиловы слезы над головой Гастингса. "Ангелочков", отсутствующих у Шекспира, я добавил и с другой целью: связать этот фрагмент с совсем уже циничной репликой Ричарда о Кларенсе из первой же сцены.>
      
      Не созданных для жизни на земле,
      Которая таких детей не знала".
      И до того разнежились они,
      Что больше не произнесли ни слова,
      И я с докладом к ироду пошел.
      А вот и он.
      Входит КОРОЛЬ РИЧАРД III.
      Привет вам, мой властитель.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      А, верный Тиррел мне принес покой?
      ТИРРЕЛ
      Принес, когда вас это успокоит.
      Всё кончено.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Ты видел их тела?
      ТИРРЕЛ
      Так точно.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Ты похоронил их, Тиррел?
      ТИРРЕЛ
      Их хоронил тюремный капеллан.
      А где - не знаю.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Приходи сегодня
      Ты сразу после ужина ко мне.
      Расскажешь всё в подробностях. Награды
      Проси, какой угодно. Всё, ступай.
      ТИРРЕЛ уходит.
      Я родственников кое-как пристроил:
      Сын Кларенса посажен под замок,
      Его сестра с дворянчиком безродным
      Обвенчана, Эдвардовы сыны
      Покоятся на лоне Авраама.
      Уснула леди Анна вечным сном.
      Теперь к племяннице Елизавете
      Мне путь свободен. Знаю я, что с ней
      Бретонец Ричмонд хочет обвенчаться
      (Но цель его - совсем другой венец).
      Нет, стану я соперником счастливым
      И брака этого не допущу.
      Входит КЕТСБИ.
      КЕТСБИ
      О, государь!
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      С какою важной вестью
      Вломился ты - хорошей иль дурной?
      КЕТСБИ
      Весьма дурной: бежал епископ Мортон.
      Он с Ричмондом теперь. А Бекингем
      На нас идет с валлийцами в союзе
      И каждый день всё больше их орда.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Ну, это не великая беда.
      Я эту сволочь обуздать сумею,
      И даже без особого труда.
      Вот Ричмонд и монах куда грознее.
      А впрочем, размышленья - путь прямой
      К сомнению, к медлительности хилой.
      За дело! Пусть летит передо мной
      Герольд богов - Меркурий огнекрылый!
      На поле брани, пред лицом врага
      Оружье - мой советник и слуга.
      Уходят.
      
      Сцена четвертая.
      Лондон.
      Перед дворцом.
      Входит КОРОЛЕВА МАРГАРИТА.
      
      
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      Враги мои недолго процветали.
      Теперь они созрели для того,
      Чтоб смерть их поглотила пастью смрадной.
      А я, здесь укрывалась, стерегла:
      Когда их счастье будет на ущербе.
      Вот, наконец, трагедии пролог.
      Могу теперь во Францию отбыть я.
      Жаль, не смогу увидеть все событья,
      Но знаю: будет их финал жесток.
      Идут сюда. Несчастная, укройся.
      Скрывается.
      Входят КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА и ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ.
      
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      О принцы! Нерасцветшие цветы!
      Несчастные, невинные младенцы!
      О, если не свершен небесный суд
      Еще над вами, на крылах воздушных
      Слетите к бедной матери своей,
      В отчаянье рыдающей над вами!
      
      <Примечание
      Убогий и выспренний стиль этого причитания объясняется в контексте дальнейшего диалога с Маргаритой: у Елизаветы нет индивидуальности - и, как следствие, собственных слов.>
      
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      Слетите, детки, вразумите мать:
      За око - око! Что ж теперь рыдать!
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      От горя старческий слабеет голос,
      Язык мой немотою поражен!
      Эдвард Плантагенет, тебя не стало!
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      Эдвардом - за Эдварда платишь ты,
      Плантагенетом - за Плантагенета.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Господь, зачем на произвол судьбы
      Ты бросил агнцев! Бирюку в утробу
      
      <Примечание
      Конечно, в оригинале сказано "волку". Бирюк - это не просто волк, а одиночка, что особенно важно для характеристики Ричарда. Кроме того, бирюком называют нелюдимого человека, в том числе не уживающегося с женщинами. Елизавета не представляет, как близко это касается ее самой: не будем забывать, что Ричард, загнавший в могилу одну жену, готовит ту же участь дочери самой Елизаветы.>
      
      Их запихал!
      <Примечание
      Елизавета смешивает здесь прямо противоположные религиозные концепции - деизм и провиденциализм: Бог то ли устраняется от вмешательства в человеческие дела, то ли сам "запихивает ягнят волку в утробу" ("throw them in the entrails of the wolf"). Как большинство фарисеев, Елизавета, в сущности, глубоко равнодушна к религиозным вопросам и плохо разбирается в них.>
      
      Иль, может, от трудов
      Ты опочил, когда убийцы дело
      Свое вершили?
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      Он же попустил
      Убийствам мужа моего и сына!
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Незрячий взор! Дух смерти во плоти!
      Синодик горестей! Позор вселенной!
      
      <Примечание
      Вариант: "обвал природы" (из "Чевенгура" А. Платонова).>
      
      Когда же, ненасытный вурдалак,
      Ты, захлебнувшись праведною кровью,
      Британию избавишь от себя!
      (Садится на землю.)
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Когда бы лечь могла я в эту землю!
      (Садится рядом.)
      Приходится довольствоваться тем,
      Что я сижу на ней, от скорби воя.
      Кто на земле несчастнее меня?
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА (выступая вперед)
      Когда несчастия имеют возраст,
      Тогда за мной признайте старшинство:
      Я прежде всех изведала страданья.
      А если бедствия сближают нас,
      Давайте наши беды сопоставим.
      (Садится рядом.)
      Эдвард, мой сын, был Ричардом убит.
      И Генрих, муж мой, Ричардом убит.
      Эдвард, твой сын, был Ричардом убит.
      И Ричард, сын твой, Ричардом убит.
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Супруг мой Ричард был тобой убит.
      Зарезан Ретленд с помощью твоей.
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      И сын твой Кларенс Ричардом убит.
      Из тьмы твоей утробы вылез в мир
      Ужасный пес. Еще слепым щенком,
      Он был зубастым - горло перегрызть
      Уже умел ягненку и лакать
      Кровь жертвы. Этот изверг порожден
      На гибель нам. И в нем извращено
      Подобье божье. Хуже он стократ
      Тиранов всех народов и времен.
      Он царствует, терзая взор людской
      И растлевая души. Стон стоит
      По всей державе. Смерти ждет она.
      И все ж, Господь, тебя благодарю:
      Ты праведен и в ярости своей.
      Есть правда в том, что бешеная тварь
      Грызет потомков матери.
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Уймись!
      Что торжествуешь, Генриха вдова!
      Я сострадала бедствиям твоим.
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      Уж потерпи! Изголодалась я
      По мщенью - и до мести дорвалась.
      Эдвард твой моего убил - он мертв.
      Эдвард другой - за моего же - мертв.
      Младенец Йорк за грех отца убит,
      И оба искупили одного.
      Но сын мой был ценнее этих двух,
      И Кларенс жизнью заплатил в свой час
      За то лишь, что Эдварда он не спас.
      И зрители трагедии моей
      Убиты: Гастингс, Риверс, Воген, Грей.
      Во тьме их разлагаются тела.
      Жив только этот черный маклер зла -
      Всё рекрутов выискивает он:
      Вербует души в адский легион.
      Но быть не может, чтобы не настал
      И жалкий, и безжалостный финал.
      Земля разверзлась, и клокочет ад.
      Поют святые, демоны вопят,
      И в этот хор вливаю голос я:
      Стань, зверь, добычею небытия!
      И лишь затем меня храни, мой Бог,
      Чтоб я провозгласила: "Цербер сдох!"
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Я вспоминаю: ты мне предсказала,
      Что я с тобою вместе прокляну
      Прожорливого паука и жабу.
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      Я, помнится, добавила, что ты -
      Малёванная горе-королева,
      Подделка под величие моё,
      Бессодержательная оболочка,
      Сплошная видимость - без существа,
      Помпезное названье мелодрамы
      Убогой, льстивый перечень потерь.
      Ты вознеслась, чтоб больно было падать.
      Тебе судьба дала двух сыновей
      Затем, чтоб посмеяться над тобою.
      Ты - о былом мечтанье, нудный стон,
      Эмблема власти и фигура речи.
      Ты - разноцветная мишень для стрел.
      Ты королева только в пантомиме.
      Где твой супруг? Где родичи твои?
      Где сыновья твои? Где наслажденья?
      Где власть былая? Где былая лесть?
      И кто кричит: "Храни Бог королеву!",
      Почтительно приветствуя тебя?
      Где пред тобой склонившиеся лорды?
      Где обожающий тебя народ?
      Ничем ты не была, но чем ты стала?
      Как бы женой была - теперь вдова,
      Была ты матерью как бы счастливой -
      Теперь несчастная ты как бы мать.
      Как бы монархиней была - а ныне
      Ты тварь дрожащая в венце утрат.
      
      <Примечание
      Напоминаю, что эта формулировка - не из Достоевского.>
      
      Ты государством как бы управляла -
      Теперь, поди, управятся с тобой...
      Ты проявляла как бы милосердье,
      А кто теперь помилует тебя?
      Людей ты презирала - и не "как бы" -
      Так получи презрение сполна!
      Так повернулось колесо фортуны
      И сбросило тебя на дно невзгод.
      Тоскуй по прежнему самообману,
      Горюй, что не обманешься теперь.
      Как ты напялила мою корону,
      Так справедливость требует принять
      На рамена и все мои страданья.
      Распоряжайся - мне ничуть не жаль.
      Прощайте, королева неудачи
      И Йорка безутешная вдова.
      А я - домой и преспокойно буду
      За вашим крахом наблюдать оттуда.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Постой! Ты проклинаешь мастерски.
      Ответь: как мне добиться той же силы?
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      Тебе?! Не спи ночами, днем постись.
      Почаще сравнивай живое горе
      С умершим счастьем. И воображай
      Своих детей прекраснее, чем были,
      Убийцу - безобразней, чем он есть.
      Сильнее заостряй противоречья.
      Ты чувства воспитай в себе сперва -
      Тогда, глядишь, найдутся и слова.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Тупы слова, острить бы не могла я.
      КОРОЛЕВА МАРГАРИТА
      Да, ты и вправду, милочка, тупая!
      Уходит.
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Где горя много, там молчит язык.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Бессильные трибуны горемык,
      Бесплотные наследники веселий,
      Слова, конечно, не достигнут цели,
      Но всё же пусть летят - и, может быть,
      Хоть душу мне удастся облегчить.
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Что ж, изливайся! Если бы могли мы
      Словами горькими убить того,
      Чье слово принцев маленьких убило!
      Вот он, проклятый выродок, идет.
      Не оплошай. И не скупись на вопли.
      Барабаны и трубы.
      Входит КОРОЛЬ РИЧАРД III.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Кто мне посмел дорогу преградить?
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Та, что могла бы преградить дорогу
      Тебе ко всем бесчинствам и грехам,
      Убив тебя в зародыше, ублюдок.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Напялил ты корону, для чего
      
      <Примечание
      Елизавета делает первую робкую попытку проклинать Ричарда, заимствуя для этого лексикон Маргариты, но постепенно входит во вкус.>
      
      Назвал ты беззаконие законом,
      Хотя по справедливости на лбу
      Носить бы должен ты клеймо убийцы
      Наследников короны. Подлый гад!
      Что сделал ты с моими сыновьями?
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Где брат твой Кларенс, отвечай мне, жаба!
      Где малолетний Нед Плантагенет?
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Где сын мой Грей? Где Воган, Риверс?
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Гастингс?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Эй, трубы, громче! Барабанный бой
      Пусть заглушает ябедниц, посмевших
      Помазанника божия чернить
      Пред небесами!
      Трубы. Барабаны.
      Вы же впредь извольте
      Почтительно со мною речь вести,
      Иначе гром войны заткнет вам глотки.
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      И ты мой сын?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Сын моего отца
      И ваш. Так было Господу угодно.
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Кто должен быть почтительным тогда?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Мадам, я унаследовал ваш норов.
      Я из почтенья подражаю вам,
      А вы почтительною не бывали.
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Дай мне сказать!
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      А что - я не даю?
      Так я уйду - и говорите вволю.
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Мне, что же, быть почтительной с тобой?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      О да, и лаконичной, если можно.
      Мне недосуг.
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      А я тебя ждала -
      И, Бог свидетель, с тошнотой и с болью.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Но вы меня извергли, наконец,
      От тошноты избавившись - не так ли?
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      О нет, клянусь распятьем! Жизнь моя
      В ад тошнотворный перевоплотилась.
      От тяжести не разрешилась я -
      Нет, ты обременил меня, родившись!
      Ребенком злобным и капризным был,
      Подростком - диким и самолюбивым.
      А в молодости - гордым, словно бес,
      Жестокосердным, наглым и кровавым.
      Сейчас ты изворотлив и лукав.
      Ты сдержаннее стал, но и опасней.
      Я даже часа не могу назвать,
      Когда б оставил ты меня в покое.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Я тоже не могу. Быть может, раз:
      Меня оставили вы без обеда -
      В тот час я ваших глаз не оскорблял.
      Хотите, вам еще доставлю радость?
      Я ухожу, пустите же меня.
      Эй, барабаны!
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Задержись. Послушай.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Вы думаете, сладко слушать вас?
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Помучайся еще немного: это
      Мои последние слова.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Итак?
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ
      Что б ни было: Господь ли справедливый
      Тебя на поле брани истребит,
      Иль я умру от старости и горя,
      Но больше не увидишь ты меня.
      Прими же материнское проклятье.
      И пусть оно гнетет тебя сильней,
      Чем всё железо на тебе, - но только
      Не защищает. Господа молить
      Я буду за твоих врагов отныне.
      Противоборствующей стороне
      Помогут души принцев убиенных!
      Ты жил позорно - и в позоре сгинь!
      Пил кровь - и кровью захлебнись!
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Аминь!
      ГЕРЦОГИНЯ ЙОРКСКАЯ уходит.
      Тебя я проклинаю вместе с нею.
      Увы, сказать так сильно не умею.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Постойте, леди. Нужно мне от вас...
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Чего еще? Я не имею больше
      Наследных принцев, чтобы их тебе
      Отдать на растерзание, убийца.
      А дочерей нет смысла устранять:
      Их путь - затворничество и молитвы,
      А не престол и бедствия его.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Но ведь у вас есть дочь Елизавета -
      Она прекрасна, царственна, мила.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      И это не дает тебе покоя?
      Ты жаждешь и ее со света сжить?
      Так лучше я ее обезображу
      Дурному обхожденью научу.
      И сделаю мегерой. Будет мало -
      Скажу, что я Эдварду изменяла.
      Пойду я на бесчестье, но, злодей,
      Ты не получишь дочери моей.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Зачем же кровь монаршую бесчестить?
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Затем, чтоб эта кровь не пролилась.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Дочь вашу защитит происхожденье.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      О да, как защитило сыновей!
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Им злые звезды противостояли.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Нет, злые люди стали против них.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Увы, суд божий не лицеприятен.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Но почему же ты - его палач?
      Не умерли бы принцы так ужасно,
      Когда бы так ужасен не был ты.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Еще скажите, что собственноручно
      Своих племянников я умертвил!
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Нет, ты собственноречно это сделал:
      
      <Примечание
      В оригинале игра слов:
       Cousins, indeed; and by their uncle cozen"d
       Of comfort, kingdom, kindred, freedom, life.>
      
      Речами собственными отнял жизнь,
      Как прежде отобрал у них корону,
      Родных, покой, свободу - пусть не сам,
      Ты направлял чужие злые руки.
      Убийство наточило нож тупой
      
      <Примечание
      Вариант: "Убийство наточило ржавый нож". По смыслу больше подходит не "тупой" (от частого использования), а "ржавый", т.е. долго не применявшийся (неумная Елизавета пребывает в ангельской уверенности, что Эдвард был кротким и милостивым государем).>
      
      О твердокаменное сердце зверя,
      Возжаждавшего съесть моих ягнят,
      Но не желавшего их самолично
      Загрызть. Какая всё же я раба!
      Иначе, вспомнив о своих младенцах,
      Вонзила б ногти, словно якоря,
      Тебе в глаза бесстыжие. Однако
      От горя обессилела - и вот,
      Как барк с изодранными парусами,
      
      <Примечание
      Вариант: "Как барка с поврежденными снастями".>
      
      Бесплодно бьюсь о гибельный гранит -
      О грудь твою - и в щепы разлетаюсь.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Сударыня, когда б я мог желать
      Себе побед в сраженьях так же страстно,
      Как жажду ваши слезы осушить
      И все утраты возместить с лихвою.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Да, лихо сказано! Чтоб лиходей
      Стал благодетелем! Такого чуда
      Еще не открывали небеса!
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Но ждет потомков ваших возвышенье.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Какое возвышенье? Эшафот?
      Ты им готовишь смерть?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Нет, то, что смертных
      Возвысить может более всего.
      Я вознесу их на вершину счастья.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Еще и издевается! Кого
      И чем ты в состоянье осчастливить,
      Когда ты бедствие для всех людей?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Елизавете я отдать намерен
      Всё, чем владею (значит, и себя).
      Надеюсь, что тогда потонут в Лете
      Мои пред вами будто бы грехи,
      Рожденные душою вашей гневной.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Заткни фонтан, а то ведь истощишь
      Столь непривычное тебе смиренье
      Еще до исчерпанья сладких слов.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Поверьте, вашу дочь я обожаю
      Душою всей.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Я верю всей душой,
      Что обожаешь, хоть своеобразно.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Что это значит?
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Обожаешь ты
      Сживать со света всех, кого люблю я.
      От всей души спасибо, душегуб.
      
      <Примечание
      Вариант: "Благодарю покорно, душегуб". >
      
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Не извращайте слов моих, миледи.
      Итак, Елизавету я люблю
      И сделаю английской королевой.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Кого же сделаешь ты королем?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Уж сделал. И не будет вам другого.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Да ты не о себе ли?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      О себе.
      Что скажете вы, маменька, об этом?
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Ты свататься намерен? Ну, и как
      Себе ты представляешь эту сцену?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Я постановку поручаю вам.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      А ты сыграешь роль?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Всенепременно.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Ты первым делом сватом к ней пошли
      Убийцу братьев. В дар отправь два сердца
      И начертай на них: "Эдвард" и "Йорк".
      Когда она заплачет, протяни ей
      Платок в крови - как твоему отцу
      Дала платок кровавый Маргарита,
      Когда по Ретленде он зарыдал.
      Так пусть невеста слезы утирает
      Платочком, что впитал пурпурный сок
      Из сердца милых братьев убиенных.
      А если ты ее не покоришь
      И этим - приложи подробный список
      Твоих геройств: не ты ли одолел
      И Кларенса, и Риверса, и Анну,
      Чрезмерно кроткую - всё лишь затем,
      Чтоб пала пред тобой Елизавета.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Не к месту вы изволите острить.
      
      <Примечание
      Соотнесем это со словами Елизаветы: "Острить бы не могла я". Как видим, может. Главное - начать.>
      
      Другую укажите мне дорогу.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Другой не вижу. Снять не можешь ты
      С себя уродливое это тело,
      Что совершило множество злодейств.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Скажите ей, что я всё это сделал,
      Из пламенной любви.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Она тебя
      Тогда еще сильней возненавидит.
      Такой ценой не купишь ты любви.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Что сделано, того не переделать.
      
      <Примечание
      Вариант: "Но бывшего не сделаешь небывшим" (библейская аллюзия). Другой вариант, почти из "Царя Федора Иоанновича": "Что сделано, того уж не разделать".>
      
      И кто не ошибался никогда?
      Не согрешишь - не будет покаянья.
      Да, путь к престолу вашим сыновьям
      Я перегородил - но тем к престолу
      Дорогу вашей дочери открыл.
      Пусть даже оба принца и погибли,
      Так новых принцев вам подарит дочь -
      И это всё равно потомки ваши.
      Конечно, матерью почетно быть,
      Но званье бабушки ничуть не хуже
      И больше вам подходит по годам.
      Потомки вам достанутся не в муках.
      Теперь за вас помучается дочь -
      А вы своё и так уж отстрадали,
      И внуки осчастливят ваш закат.
      Вы сына-короля похоронили,
      Но ваша дочь зато взойдет на трон.
      Я весь ущерб вам возместить не в силах,
      Примите то, что дать я вам могу.
      Ваш сын бежал в смятенье на чужбину
      И со смутьянами себя связал.
      Теперь он сможет в Англию вернуться,
      Король возвысит шурина, и впредь
      Он будет уважать его как брата!
      Я вас, как мать родную, возлюблю.
      И счастье ваше из руин восстанет
      И воссияет ярче во сто крат.
      О, будущее ваше лучезарно!
      Ведь каждая слеза из ваших глаз
      Жемчужиной востока обернется.
      Доход двадцатикратно превзойдет
      Потери ваши. К дочери ступайте.
      Пусть многоопытность поможет вам
      Сломить ее младенческую робость
      И страстью к жениху воспламенить
      Ее доселе девственное сердце.
      Внушите ей, сколь драгоценна власть
      И сколько несказанного блаженства
      Дарует людям свадебная ночь.
      Расправлюсь я с безмозглым Бекингемом,
      Крамолу выжгу твердою рукой,
      В столицу возвращусь как триумфатор,
      Но лавры вашей дочери отдам.
      Она одержит главную победу,
      На ложе победителя взойдя.
      Как перед Цезарем самоновейшим,
      Склонится новый Цезарь перед ней.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Но, чтоб она и впрямь не устояла,
      Как жениха мне рекомендовать?
      Ты брат ее отца? Иль просто дядя?
      Или убийца братьев и родных?
      Какой из титулов твоих согласней
      С законом Бога, с честью и стыдом,
      Природой, правом, женскою любовью?
      Какой из них приятнее на слух -
      Особенно для девушки невинной?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Мой титул: тот, кто Англию смирит,
      Особенно - женясь на той девице.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Смирится ли жена с такой судьбой?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Ее верховный повелитель просит.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Но тот, кто много выше, не велит.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Вы не хотите ей высокой доли?
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Такой, как собственная, - не хочу.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      А если страсть моя границ не знает?
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      А если ты узнаешь их потом?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      В Елизавету я влюблен до смерти.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      До самой смерти дочери моей?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Любовь моя всю жизнь ее продлится.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      А ты намерен позже умереть?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      На то - благая воля провиденья.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Нет, воля Ричарда и сатаны.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Властитель перед подданной склонился.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Но в подданной нет склонности к нему.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      А вы ее склоните красноречьем.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Для этого уж слишком я пряма.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Так прямо обо мне и расскажите.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Так прямо и сказать, что ты - кривой?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Хоть страстны ваши доводы, но слабы.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Зато твои убийственно сильны.
      Как смерть, они бесстрастны и бездонны.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Мадам, о прошлом надлежит забыть.
      На этих струнах лучше не играйте.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      О нет, других я не затрону струн,
      Пока не оборвутся струны сердца!
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Я орденом Подвязки вам клянусь,
      Святым Георгием, моей короной...
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Ты обесчестил эти ордена,
      Украл корону.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Я клянусь!
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Не стоит.
      Всё это обесценилось давно.
      Ты осквернил Георгия святого,
      Подвязку благородства ты лишил.
      Величие венца унизил кражей.
      И чем бы ты ни клялся, веры нет
      Твоим словам - ведь ты всё офальшивил
      Одним прикосновением своим.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Клянусь я миром.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Злом он переполнен
      Из-за тебя.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Кончиною отца.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Ее ты запятнал своею жизнью.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Собою.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Ты - бесчетие само.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Так Господом.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Он оскорблен всех больше.
      Не ты ли клялся пред его лицом,
      Что не нарушишь братского союза,
      Эдвардом учрежденного? Когда б
      Не совершил ты клятвопреступленья,
      Не умерли бы родичи мои.
      Когда бы не содеял ты измены,
      Тогда бы этот обруч золотой
      Не на тебе сидел - он украшал бы
      Ребенка лучезарное чело.
      Когда бы не нарушил ты обета,
      То оба принца жили бы. Теперь
      Ты их обоих подружил с могилой,
      Ты их вернул во прах, скормил червям.
      О нет, тебе сегодня клясться нечем.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Но будущее остается мне.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Вот только будущего не касайся!
      Оно уже и так загрязнено
      Предшествующим. Сколько мне ни плакать,
      Не смою ни единого пятна.
      Рыдают беспризорные младенцы,
      Родителей которых ты убил.
      А скольких матерей ты обездолил,
      Чьи дети тоже сгублены тобой.
      Их будущее горько-беспросветно.
      Не стоит клясться. Проклят ты в былом,
      Тебя мы и в грядущем проклянем.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Да, вы отчасти правы. Я, не скрою,
      Немного виноват перед страною:
      Ведь, как ни страстен мой державный пыл,
      Я замыслы не все осуществил.
      Так пусть пойдут все начинанья прахом,
      Пусть погублю я самого себя,
      Пусть от меня Всевышний отвернется,
      Пускай лишусь я отдыха и сна,
      Пускай созвездия мне зло пророчат
      И поражение во всех делах,
      Когда я не люблю Елизаветы!
      О, я люблю ее не меньше вас!
      Я прямо преклоняюсь перед нею!
      Когда союза мы не заключим,
      Мне, вам, державе нашей христианской
      Грозят упадок, гибель и позор.
      Спасенье наше только в этом браке,
      А без него всех нас погибель ждет.
      Поэтому ступайте, мать, - отныне
      Становитесь вы матерью моей -
      И дочери скажите то, что должно:
      Не что я сделал - что я совершу,
      Не кем я был - а кем я стать намерен.
      Поэтому смирите лучше гнев
      Во имя государственного блага.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Меня ты искушаешь, сатана?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Так ведь намеренья мои - благие.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Но помню я, куда они ведут.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Порой и забывать небесполезно.
      
      <Примечание
      Опять реминисценция из "Бориса Годунова": "Советую порой и забывать".>
      
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Да. Но ведь ты убил моих детей!
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Так пусть они умрут в Елизавете,
      Воскреснут в лоне сладостном ее
      И вновь родятся, вам на утешенье.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Себе на горе дочь тебе отдать?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Дочь за меня отдать, себе на счастье.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА
      Иду. Ты, по возможности, скорей
      Мне напиши, а я тебе отвечу.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      И передайте страстный поцелуй
      В залог любви и верности - ступайте.
      КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА уходит.
      Черт побери! Насилу поддалась
      Пустая, но набитая дурища!
      Входят РЕТКЛИФФ и КЕТСБИ.
      Ну, что? Какие вести?
      РЕТКЛИФФ
      Государь,
      На западе эскадра показалась.
      На побережие текут толпы
      Друзей превратных ваших - без оружья:
      Не для того, чтобы к врагу примкнуть
      Иль оказать ему сопротивленье, -
      А просто выжидают. Говорят,
      Что это Ричмонд; высадки не будет,
      Покуда не поспеет Бекингем
      Ему на подкрепленье.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Немедля
      За Норфолком! Где Кетсби?
      КЕТСБИ
      Здесь, милорд.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Лети к нему!
      (Ретклиффу)
      Ты - в Солсбери скорее!
      (Кетсби)
      Ты здесь еще, проклятый идиот?!
      КЕТСБИ
      Но, государь, что передать я должен?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Да, правда, Кетсби. Норфолку скажи,
      Чтоб поднял всех, от мала до велика, -
      И в Солсбери, ко мне.
      КЕТСБИ
      Теперь иду.
      КЕТСБИ уходит.
      РЕТКЛИФФ
      А мне что делать в Солсбери?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Тебе-то
      Зачем туда?
      РЕТКЛИФФ
      Вы приказали мне
      Скакать туда скорее.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Передумал.
      Я сам поеду.
      Входит СТЕНЛИ.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Что у вас?
      СТЕНЛИ
      На первый взгляд, как будто неприятность,
      Но в общем...
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Вы способны обойтись
      Без этих ваших "в общем" и "как будто"?
      Скажите прямо.
      СТЕНЛИ
      Ричмонд в море.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Пусть
      Он в море и останется навеки!
      Беглец и трус! Ну, и зачем он там?
      СТЕНЛИ
      Я этого не знаю, но, возможно...
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Возможно! Что возможно?
      СТЕНЛИ
      Что его
      Епископ Мортон, Бекингем и Дорсет
      Призвали в Англию, принять венец.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Что - головы под тем венцом не стало?
      Трон опустел? И заржавел мой меч?
      Кто жив остался из потомков Йорка,
      Опричь меня, - и, значит, может быть
      Единственным законным государем?
      Тогда зачем он движется сюда?
      СТЕНЛИ
      Я изложил свои предположенья,
      И только их.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Предположили вы,
      Что Ричмонду нужна моя корона.
      А я вполне могу предположить,
      Что вы намерены переметнуться
      К нему.
      СТЕНЛИ
      Не понимаю, государь,
      Чем заслужил я это подозренье.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Где ваши силы, чтоб отбить врага?
      Дружинники, вассалы - где всё это?
      Или они на западе сейчас:
      Смутьянам высадиться помогают?
      СТЕНЛИ
      На севере стоят мои войска.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Стоят и прохлаждаются? А что же
      На запад не спешат, на помощь мне?
      СТЕНЛИ
      Но не имел я вашего приказа.
      Милорд, извольте отпустить меня.
      Тогда я выйду с войском на подмогу
      Туда, куда угодно будет вам.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Да, на подмогу Ричмонду. Нет, сударь,
      Я вам не верю.
      СТЕНЛИ
      Отчего, милорд?
      Я не служу изменникам.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Ступайте.
      Ведите войско. Мы же у себя
      Оставим сына вашего Георга
      В заложниках. Так будьте мне верны,
      Чтоб голову ему не отвернули.
      СТЕНЛИ
      Что ж, будет он порукой за меня.
      СТЕНЛИ уходит.
      Входит гонец.
      ГОНЕЦ
      Из Девоншира верный человек
      Нам сообщает, что сэр Эдвард Кортни
      И брат его - напыщенный прелат,
      Епископ Экстер - против вас дерзнули
      С сообщниками многими восстать.
      Входит второй гонец.
      ВТОРОЙ ГОНЕЦ
      Великий государь, смятенье в Кенте!
      Вооружились Гилдфорды, и к ним
      Стекаются отряды недовольных,
      И ежечасно силы их растут.
      Входит третий гонец.
      ТРЕТИЙ ГОНЕЦ
      Мой повелитель, войско Бекингема...
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Прочь, совы! Что пророчите беду?
      (Бьет его)
      Вот, получай награду! И не будет
      Тебе другой, до лучших новостей.
      ТРЕТИЙ ГОНЕЦ
      Я с вестью к вам, что войско Бекингема
      Рассеяно внезапною грозой
      И наводненьем. Где он - неизвестно.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Ну, что, погорячился, извини.
      Вот кошелек - залечивай ушибы.
      Назначили награду для того,
      Кто выдаст нам злодея?
      ТРЕТИЙ ГОНЕЦ
      Да, конечно.
      Входит четвертый гонец.
      ЧЕТВЕРТЫЙ ГОНЕЦ
      В Йоркшире Дорсет и сэр Томас Ловел,
      Как сообщают, подняли мятеж.
      Но есть и утешенье: флот бретонский
      Рассеян бурей. Ричмонд в Достершир
      На берег выслал шлюпку на разведку.
      Ему сказали, будто Бекингем
      Послал к нему отряд. Он не поверил
      И, паруса подняв, ушел в Бретань.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Вперед! Вперед! Обнажено оружье,
      Не пригодилось против чужаков -
      Сгодится против собственных смутьянов.
      Возвращается КЕТСБИ.
      КЕТСБИ
      Я с доброй вестью: схвачен Бекингем.
      Есть и дурная: высадился Ричмонд
      С большою силой в Мильфорде.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Вперед!
      Скорее в Солсбери. Мы заболтались.
      За это время победить могли б
      Или в сраженье пасть по-королевски.
      Итак, за мною в Солсбери, и пусть
      Туда ко мне доставят Бекингема.
      Уходят.
      
      Сцена пятая.
      Дом лорда Стенли.
      Входят СТЕНЛИ и СЭР КРИСТОФЕР ЭРСВИК.
      
      СТЕНЛИ
      Сэр Кристофер, вы к Ричмонду езжайте.
      Скажите, что секач кровавый держит
      Заложником в своем вертепе гнусном
      Георга, сына моего, и это
      Мне связывает руки. Где же Ричмонд?
      СЭР КРИСТОФЕР ЭРСВИК
      В Уэльсе: в Пембруке иль Хирфордуэсте.
      СТЕНЛИ
      Кто с ним из знати?
      СЭР КРИСТОФЕР ЭРСВИК
      Герберт, славный воин,
      Сэр Гилберт Толбот и сэр Уильям Стенли,
      Еще Джеймс Блант, отважный Пембрук, Оксфорд
      И Райс ап-Томас с доблестной дружиной.
      Немало и других людей достойных.
      Сейчас они все движутся на Лондон,
      Готовые к сраженью по дороге.
      СТЕНЛИ
      Езжайте. Ричмоду - поклон нижайший.
      Еще скажите, что Елизавета
      Дочь за Горбатого отдать согласна -
      И, к сожалению, с большой охотой.
      Я это изложил в письме. Прощайте.
      
      Уходят.
      
      АКТ ПЯТЫЙ.
      Сцена первая.
      Солсбери. Площадь.
      Входят ШЕРИФ и стража, ведущие на казнь БЕКИНГЕМА.
      
      БЕКНИГЕМ
      Он не желает говорить со мной?
      ШЕРИФ
      Не хочет он. Смиритесь, бедный герцог.
      БЕКНИГЕМ
      О Гастингс, принцы, Риверс, Воген, Грей!
      Блаженный Генрих, сын его злосчастный -
      Все жертвы тайных, подлых, злых расправ, -
      Сейчас разгневанные ваши души
      Любуются падением моим.
      Ну, так возрадуйтесь! - Ответь, любезный:
      Ведь нынче день поминовенья?
      ШЕРИФ
      Да,
      Поминовенья.
      БЕКНИГЕМ
      Для меня он - судный.
      При короле Эдварде в этот день
      Я клялся в верности его младенцам
      И королеве, и ее родне,
      Звал на себя погибель, если только
      Посмею клятве этой изменить
      И говорил: пускай разочаруюсь
      Я в лучших из приверженцев моих.
      И в день поминовенья всех усопших
      Успенье ждет меня же самого,
      И все мои грехи теперь помянут.
      Я пред лицом всевидящего лгал -
      А он за эту ложь тяжелой правдой
      Меня раздавит. Он злодейский меч
      Направит против самого злодея.
      О Маргарита! Как мне тяжело!
      А ведь она меня предупреждала:
      "Когда от боли в сердце взвоешь ты,
      Оценишь прорицанье Маргариты".
      И вот мне воздается поделом:
      За стыдное - стыдом, за злое - злом.
      Уходят.
      
      
      
      Сцена вторая.
      Поле близ Темуорта.
      Входят
      РИЧМОНД, ОКСФОРД, БЛАНТ, ГЕРБЕРТ,
      под барабаны, со знаменами.
      
      РИЧМОНД
      Соратники и верные друзья,
      Страдавшие под игом деспотии!
      Мы в самом сердце родины сейчас,
      И нам никто не преграждал дороги.
      От лорда Стенли, моего отца,
      Пришло письмо с благоприятной вестью:
      Злой узурпатор, кровожадный вепрь,
      Поля и виноградники изрывший,
      Лакающий, как пойло, кровь людей,
      Нещадно выдирающий клыками
      Из вспоротой утробы потроха, -
      Вот этот хряк сейчас залег в берлоге
      Близ Лестера. Один лишь марш-бросок
      Нам до него от Темуорта. Смелее,
      Во имя Господа, друзья мои!
      Последняя страда нас ожидает,
      И жатвой станет вековечный мир.
      ОКСФОРД
      Любой из нас несет в своем сознанье
      Священный гнев, как тысячу мечей,
      И мы их на Горбатого обрушим!
      ГЕРБЕРТ
      К нам все его друзья перелетят.
      БЛАНТ
      Перелетят, едва он пошатнется.
      Служить их заставляет только страх.
      РИЧМОНД
      Тем лучше. Всё за нас. Летим к победе!
      Да, сам Господь на нашей стороне!
      К нам ласточка весенняя вернулась -
      
      <Примечание
      то не своеволие - по крайней мере, не полное. "Ласточка" у Шекспира есть: "True hope is swift, and flies with swallow"s wings". Читатели наверняка узнали стихи Г. Горбовского, у которого ласточка - образ слабости, неверной любви и обманчивой надежды: "Снова светит солнышко, да не греет". Напомню, что с этой темы - весны, сулящей ложные надежды - и начинается пьеса. Я подкрепил этот образ, переведя реплику Оксфорда "I doubt not but his friends will fly to us": "К нам все его друзья перелетят", а не "Переметнутся к нам его друзья". Цена таким обретенным "друзьям" понятна.>
      
      Крылатая надежда. Окрыли
      И нас. Когда твой свет, надежда, с нами,
      Земных царей ты делаешь богами,
      А бедняки с тобою - короли.
      Уходят.
      
      
      Сцена третья.
      Босуортское поле.
      Входят
      КОРОЛЬ РИЧАРД III, НОРФОЛК, СУРРЕЙ и другие.
      
      
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Стан разобьем на Босуортском поле.
      Граф Суррей, почему вы так мрачны?
      СУРРЕЙ
      Взгляд мрачен, дух светлей десятикратно.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Сэр Норфолк!
      НОРФОЛК
      Что угодно, государь?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Пора настала собирать каменья?
      НОРФОЛК
      А может, и разбрасывать, милорд.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Мою палатку ставьте здесь. Сегодня
      Здесь буду спать. А завтра? Всё равно.
      Кто знает численность врага?
      НОРФОЛК
      Шесть тысяч.
      Иль семь.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Нас больше втрое, но стократ
      Мы легитимностью монаршей власти
      Сильней бунтовщиков. Вот наш оплот.
      Что вы так долго возитесь палаткой?
      За мною, лорды. Нужно провести
      Перед сраженьем рекогносцировку.
      В кулак собраться нужно, господа:
      Нас завтра ждет тяжелая страда.
      Уходят.
      Входят с другой стороны поля
      РИЧМОНД, СЭР УИЛЬЯМ БРЕНДОН, ОКСФОРД и другие.
      Солдаты ставят палатку Ричмонда.
      РИЧМОНД
      Уж солнце утомленное сокрылось.
      
      <Примечание
      Так у Шекспира: "weary sun".>
      
      След золотой его - хороший знак.
      Погожий день нас завтра ожидает.
      Сэр Уильям Брендон, поручаю вам
      Нести штандарт. Бумагу и чернила
      Подайте. План сраженья начерчу,
      Прикину, где расположить отряды -
      Ведь наши силы скромны, - и раздам
      Распоряжения. Сэр Уильям Брендон,
      Граф Оксфорд, Уолтер Герберт - вы
      Со мной останетесь. Вы, Блант, скажите,
      Чтоб Пембрук в два часа пришел ко мне -
      Он при своей дружине. Передайте
      Ему привет мой. Кстати, капитан,
      Известно вам, где лагерь лорда Стенли?
      БЛАНТ
      Коль я его знамена опознал
      (Конечно, я могу и ошибаться,
      Но вряд ли), он находится сейчас
      Южнее королевских сил примерно
      В полмили.
      РИЧМОНД
      Попытайтесь, добрый Блант,
      Особенно, конечно, не рискуя,
      Ему доставить важное письмо.
      БЛАНТ
      Милорд, ручаюсь жизнью, что доставлю.
      Пусть вам Господь пошлет приятных снов.
      РИЧМОНД
      Спокойной ночи, капитан.
      БЛАНТ уходит.
      Идемте
      В палатку. Здесь прохладно, господа.
      Обсудим предстоящее сраженье.
      Входят в палатку.
      На другом краю поля появляются
      
      КОРОЛЬ РИЧАРД III, НОРФОЛК, РЕТКЛИФФ, КЕТСБИ
      и другие.
      
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Который час?
      КЕТСБИ
      Десятый, государь.
      Вам ужинать пора.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Я не желаю.
      Подать сюда бумаги и чернил.
      Поправили мой шлем? Он давит, давит!
      Мои доспехи принесли сюда?
      КЕТСБИ
      Да, государь, давно уж всё готово.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      К своим обязанностям возвратись
      И часовых расставь, мой верный Норфолк.
      НОРФОЛК
      Есть, государь!
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Пораньше поднимись,
      Еще до жаворонков.
      НОРФОЛК
      Есть.
      (Уходит.)
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Эй, Кетсби!
      КЕТСБИ
      Да, повелитель мой?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Отправишь ты
      Немедля вестового к лорду Стенли:
      К утру он должен войско привести.
      А если долг нарушит, то увидит
      Сыночка в яме - но не долговой.
      КЕТСБИ уходит.
      Вина подайте и ночник. Седлайте
      Мне белого. Проверить копья, чтоб
      Не слишком были тяжелы, но прочны.
      Эй, Ретклифф!
      РЕТКЛИФФ
      Я вас слушаю, милорд.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Ты видел мрачного Нортемберленда?
      РЕТКЛИФФ
      Он с сумеречным Сурреем бродил
      До темноты, в солдат вселяя бодрость.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Воображаю. Что ж, налей вина.
      Как раз мне бодрости и не хватает,
      Хотя она присуща мне всегда.
      Прими бокал. Бумага и чернила
      Готовы?
      РЕТКЛИФФ
      Да, милорд.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Тогда ступай.
      И не забудь проверить караулы.
      Перед рассветом мне поможешь ты
      Надеть доспехи. А теперь свободен.
      РЕТКЛИФФ уходит.
      На другом краю поля появляются
      РИЧМОНД и СТЕНЛИ.
      СТЕНЛИ
      Пускай фортуна осенит твой шлем
      Победой.
      РИЧМОНД
      Здравствуй, благородный отчим.
      Пускай тебя не выдаст эта ночь.
      Здорова матушка моя?
      СТЕНЛИ
      Здорова.
      Она тебе благословенье шлет.
      Но к делу. Ночь безмолвно утекает.
      Чуть поредел тяжелый, плотный мрак.
      Я буду краток. Лишь зардеет утро,
      К сражению кровавому готовься.
      Своей судьбы решенье предоставь
      Войне смертельноокой. Знай: не сразу
      Я перейду на сторону твою,
      Но только улучив момент удобный.
      Не то Горбатый на моих глазах
      Отправит брата твоего на плаху.
      Прощай. За неучтивость извини.
      Сам понимаешь, не до церемоний.
      Да и такие нынче времена,
      Что не благоприятствуют общенью
      Единомышленников и друзей.
      Но погоди, настанет наше время
      И церемонию любви к тебе
      Уже никто нарушить не посмеет.
      Прощай. Будь смел и верь в свою звезду.
      РИЧМОНД
      Прощай. Отца, милорды, проводите.
      Хоть сердце не на месте, но соснуть
      Я попытаюсь, чтобы полудрема
      Свинцовая не помешала мне
      Взлететь к победе завтра. Доброй ночи.
      
      Уходят все, кроме РИЧМОНДА.
      
      Всевышний, обращаюсь я к тебе -
      Генералиссимусу мирозданья!
      Воззри с любовью на своих солдат!
      Вложи тройную мощь в мою десницу!
      В меч воздаяния преобрази
      Меня, обрушь на вражеские шлемы,
      Но победитель будешь ты один.
      К тебе я устремлен душой бессонной.
      Я веки опущу, как жалюзи,
      Но взор мой и во сне тобою полон.
      РИЧМОНД засыпает.
      Появляется
      ПРИЗРАК ПРИНЦА ЭДВАРДА, сына КОРОЛЯ ГЕНРИХА VI.
      
      ПРИЗРАК ПРИНЦА ЭДВАРДА (Ричарду III)
      Тяжелым камнем ляжет на тебя
      Эдвард, убитый в Тьюксбери тобой
      Во цвете лет. Отчайся и умри.
      (Ричмонду)
      О Ричмонд, духом будь невозмутим.
      Убитых принцев души - за тебя.
      Сын Генриха Ланкастера - с тобой.
      
      Появляется
      ПРИЗРАК КОРОЛЯ ГЕНРИХА VI.
      
      ПРИЗРАК КОРОЛЯ ГЕНРИХА VI (Ричарду III)
      Помазанника тело ты пронзил.
      Из-за тебя я, смертный, мертвым стал.
      Но дух бессмертный говорит тебе:
      "Убийство в Тауэре не забывай!
      За Генриха - отчайся и умри!"
      (Ричмонду)
      Ты благороден и благочестив.
      Будь победителем. Взойди на трон,
      Как Генрих наяву тебе предрек,
      Он то же повторяет и во сне:
      Будь королем. Живи и торжествуй.
      
      
      Появляется
      ПРИЗРАК КЛАРЕНСА.
      
      ПРИЗРАК КЛАРЕНСА (Ричарду III)
      Проклятием твой дух отяготит
      Злосчастный Кларенс, преданный тобой,
      Пронзенный и утопленный в вине.
      Будь ты, братоубийца, поражен
      Отчаянием, как параличом.
      Пусть память обо мне тебя убьет.
      (Ричмонду)
      Ланкастеров потомок, за тебя
      Молиться будет оскорбленный Йорк.
      И да поможет ангельская рать
      Тебе в сраженье правом победить.
      
      Появляются
      ПРИЗРАКИ РИВЕРСА, ГРЕЯ и ВОГЕНА.
      
      ПРИЗРАК РИВЕРСА (Ричарду III)
      Пусть память обо мне тебя гнетет.
      Я Риверс, тот, что в Помфрете казнен.
      Отчайся и погибни навсегда!
      ПРИЗРАК ГРЕЯ (Ричарду III)
      О Грее вспомнив, душу погуби
      Унынием. Отчайся и умри.
      ПРИЗРАК ВОГЕНА (Ричарду III)
      Я Воген! Трепещи и брось копье
      В бессилии. Отчайся и умри.
      ВСЕ ТРОЕ (Ричмонду)
      Проснись с надеждой. Чтоб тебе помочь,
      Мы в грудь врага вогнали глубоко
      Свои обиды. Встань и победи.
      Появляется
      ПРИЗРАК ГАСТИНГСА.
      
      ПРИЗРАК ГАСТИНГСА (Ричарду III)
      Насквозь ты пропитался кровью жертв
      И пробудишься, ею отягчен,
      И захлебнешься кровью. Что, узнал?
      Я Гастингс. Так отчайся и умри.
      (Ричмонду)
      Душа незамутненная, вставай
      И отомсти за оскверненный край!
      Появляются
      ПРИЗРАКИ МЛАДЕНЦЕВ.
      
      ПРИЗРАКИ МЛАДЕНЦЕВ (Ричарду III)
      Перед тобой Эдвардовы сыны,
      Что были в Тауэре умерщвлены.
      Пусть преступления свинцовый гнет
      Тебя в пучину смерти увлечет.
      В глаза детей удавленных смотри.
      Исхода нет. Отчайся и умри.
      (Ричмонду)
      Спокоен будь. Опасность не страшна.
      Господь хранит тебя от кабана.
      Сулят тебе поддержку всей земли
      Несостоявшиеся короли.
      Появляется
      ПРИЗРАК ЛЕДИ АННЫ.
      ПРИЗРАК ЛЕДИ АННЫ (Ричарду III)
      А я несчастная твоя жена,
      Не знавшая ни отдыха, ни сна.
      И вот тебе являюсь я опять,
      Чтоб сон спокойный у тебя отнять.
      Оружья в руки лучше не бери,
      А сразу уж отчайся и умри.
      (Ричмонду)
      Тебе я доброго желаю сна.
      Душа твоя, как этот сон, ясна.
      Восстань и супостата одолей:
      Жена его на стороне твоей.
      Появляется
      ПРИЗРАК БЕКИНГЕМА.
      
      ПРИЗРАК БЕКИНГЕМА (Ричарду III)
      Я тот, кто подарил тебе престол,
      А ты на эшафот меня возвел.
      Я начинал с тобой кровавый путь,
      И мне же остается круг замкнуть.
      Я говорю в преддверии зари:
      Ты обречен. Отчайся и умри.
      Обозревая хоровод смертей,
      Уныньем пораженный, околей!
      (Ричмонду)
      Я опоздал. Не выйду завтра в бой,
      Но всей душою буду я с тобой.
      Пусть Бог низвергнет Ричарда с высот
      Спесивых - а тебя он вознесет.
      ПРИЗРАКИ исчезают.
      
      КОРОЛЬ РИЧАРД III (просыпаясь)
      Сменить коня! Перевязать мне раны!
      О господи! Так это был лишь сон...
      Будь проклято трусливое сознанье,
      Которое так истязает нас!
      Огни голубоватые мерцают.
      Глухая ночь. Меня кидает в дрожь.
      Я здесь один, чего же мне бояться?
      Ведь не себя же самого? Здесь нет
      Убийцы. Или всё же есть убийца?
      Но я один... Убийца - я и есть.
      Единственный. Я - это я. Что делать?
      Бежать? Но от себя не убежишь.
      Не вырвать мне из головы сознанья,
      Что мучает меня. Но почему?
      Я сознаю: себе я не враждебен.
      Я сознаю, что я себя люблю.
      И всё же я с самим собой в раздоре
      И ненавижу самого себя
      За эти безобразные деянья.
      
      <Примечание
      У Шекспира: "For hateful deeds". Я решил подчеркнуть, что Ричарда угнетает не моральный, а эстетический аспект его преступлений. Его "убивает некрасивость". Поэтому я избегаю переводить "conscience" как "совесть": Ричард - вне морали. Но, как хорошо сказано у Ф. Искандера: ""Я по ту сторону Добра и Зла". Зло молча усмехается".>
      
      Я мерзок?
      <Примечание
      У Шекспира: "I am a villain: yet I lie. I am not". Я выбрал свой вариант, потому что это далеко не риторический вопрос. Принципиально важно для трактовки образа, какое впечатление должен производить Ричард - однозначно отталкивающее или более сложное. Весь этот монолог Ричард как будто обращает к своим интерпретаторам.>
      
      Неужели? Это ложь!
      Глупец, оправдывай себя. Какое
      Найдешь ты оправдание, глупец!
      Сознание сто языков имеет,
      И все они о разном говорят,
      Но в том, что я урод, они едины.
      Я неприглядно клятвы преступал,
      Свершал я безобразные убийства,
      Да, некрасивы все мои дела.
      И ужасающие преступленья,
      Все разом указуя на меня,
      Пред судиею вопиют: "Виновен!".
      "Отчайся и умри!". Да, близок я
      К отчаянью. Когда умру, никто ведь
      Не пожалеет о душе моей,
      Да я и сам о ней не сожалею.
      Меня не любит ни одна душа -
      Вон сколько их сейчас сюда явилось,
      Единогласно призывая месть
      На голову убийцы.
      Входит РЕТКЛИФФ.
      РЕТКЛИФФ
      Повелитель!
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      О дьявол! Кто здесь?
      РЕТКЛИФФ
      Ретклифф, государь.
      В селе вторые петухи пропели,
      Приветствуя рождение зари.
      Все поднялись и надевают латы.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Примстилась мне сейчас такая дрянь...
      Как ты считаешь, все у нас надежны?
      РЕТКЛИФФ
      Вне всякого сомнения, милорд.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Не по себе мне, Ретклифф. Появились
      Передо мною тени жертв моих,
      И каждая мне гибелью грозила.
      РЕТКЛИФФ
      Зачем бояться призрачных угроз?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      И все ж, апостол Павел мне свидетель,
      Что духи эти мой смутили дух.
      Они страшней, чем войско в десять тысяч,
      Но с Ричмондом убогим во главе.
      Еще не рассвело. Идем к палаткам.
      Послушаем, что мелет солдатня.
      Вдруг кто-нибудь перебежать собрался?
      Уходят.
      Появляются
      РИЧМОНД и его лорды.
      ЛОРДЫ
      День добрый.
      РИЧМОНД
      Извините, господа,
      Что, как бездельник, я не поднимаюсь,
      Тогда как вы, чуть свет, уж на ногах.
      ЛОРДЫ
      Как вам спалось?
      РИЧМОНД
      В буквальном смысле слова -
      Чудесно, господа. В волшебном сне
      Бесплотные созданья воплотились,
      
      <Примечание
      У Шекспира несколько иначе: "fairest-boding dreams" - "прекраснотелые" сновиденья (мечты). Здесь важен оксюморонный мотив плоти бесплотного. Смысл этого оборота комментариев не требует: Ричмонд жаждет, чтобы сон стал явью как можно скорее и даже несколько торопит события.>
      
      Как только вы ушли, мои друзья.
      Все души, чьи тела сгубил Горбатый,
      Явились мне и дружно предрекли
      Нам полную победу. Как я счастлив!
      Скажите, скоро утро?
      ЛОРДЫ
      Пятый час.
      РИЧМОНД
      Скажу войскам напутственное слово.
      (Солдатам)
      Вам, соотечественники, уже
      Я прежде отдал все распоряженья.
      Что мне добавить? Время ведь не ждет.
      Что ж, с нами Бог, и наша цель - благая.
      Еще твердынею послужат нам
      Молитвы и святых, и убиенных.
      У нас поддержка есть и на земле:
      Ведь армия противника желает
      Победы нам, а не себе. У нас
      Один лишь враг - тот изувер безумный,
      Тиран, который вырос на крови,
      Держался кровью, пропитался ею,
      Лез на престол, не разбирая средств,
      А после эти средства уничтожил -
      Ведь люди были средствами ему.
      Фальшивый этот камень не сияет,
      Всего лишь тускло отражая блеск
      Английского престола, на котором
      Расселся горделиво божий враг.
      Мы против божьего врага восстали,
      
      <Примечание
      Этот повтор есть и в оригинале?
      
      А не помазанника. С нами Бог!
      Сметем мы кровожадного тирана,
      И наконец-то обретем покой.
      Сметем мы кровожадного тирана -
      Отечество помянет нас добром.
      Сметем мы кровожадного тирана -
      И радостные жены встретят нас.
      Сметем его, детей своих спасая, -
      И нас восславят дети их детей.
      Во имя Господа и божьей правды
      Поднимем стяги, обнажим мечи!
      А если не по силам я дерзаю,
      Готов за это жизнью заплатить.
      Останусь жив - воздам вам по заслугам.
      Британия и Ричмонд! В добрый час!
      Святой Георгий и Господь за нас.
      Уходят.
      Возвращаются
      КОРОЛЬ РИЧАРД III, РЕДКЛИФФ и другие.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Что говорит Нортемберленд?
      РЕДКЛИФФ
      Что Ричмонд -
      Стратег неважный.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Так оно и есть.
      А Суррей?
      РЕДКЛИФФ
      Он сказал с полуулыбкой:
      "Ну, что ж, тем лучше".
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Кто бы возражал!
      Который час? Мне календарь подайте.
      Кто видел солнце?
      РЕДКЛИФФ
      Не было его.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      По прописям, должно бы появиться,
      По крайней мере, час тому назад,
      Но битый час пренебрегает долгом.
      Нам это предвещает битвы час
      И час, когда побьют кого-то, Ретклифф.
      РЕТКЛИФФ
      Милорд?
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Сегодня солнца не видать.
      Над нами плачет пасмурное небо.
      Когда бы изморось небесных слез
      Была земной росой обыкновенной!
      Но нет, она так скоро не сойдет
      От солнца. Да и солнце не выходит.
      В такой-то день! Но что мне до того?
      Как будто небо для меня закрылось,
      Отверзшись перед Ричмондом!
      Входит НОРФОЛК.
      НОРФОЛК
      Милорд!
      Скорей к оружью! Ричмонд вышел в поле.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Коня покройте чепраком. Живей!
      Послать за Стенли. Пусть он выступает
      Немедленно. Я поведу войска.
      Приказ мой: развернуться вдоль равнины,
      Пехоту с кавалерией - вперед,
      А лучников поставить в середине.
      Вы с Сурреем возглавьте авангард.
      Когда я выведу свой полк, то с флангов
      Меня должны сейчас же поддержать
      Отборной кавалерии отряды.
      Святой Георгий да поможет нам!
      Что скажешь, Норфолк?
      НОРФОЛК
      План хорош, нет спору.
      Но я нашел подметное письмо.
      (Подает бумагу)
      КОРОЛЬ РИЧАРД III (читает)
      "Не пыжься, Норфолк. Что ты тратишь силы?
      Горбатого исправит лишь могила".
      Прелестное какое письмецо!
      
      <Примечание
      Ироническое обыгрывание двусмысленности слова "прелестное": милое и подметное. В оригинале: "A thing devised by the enemy".>
      
      Однако, начинаем построенье.
      Не буду я страшиться привидений.
      Химеру совести внушают нам,
      Чтобы вязать могучих по рукам.
      Гнилая этика всегда лукава:
      Оружье, сила - вот мораль и право.
      Бодрее! Вам дороги нет иной:
      Когда не в рай, в кромешный ад - за мной!
      (Солдатам)
      Уже я отдал все распоряженья.
      Что мне добавить? Вот они - враги:
      Подонки, воры, всяческая сволочь,
      Бретонское отребье, мужичье.
      Отрыжка обожравшейся державы.
      Не тошно вам от этих рвотных масс?
      Они явились разрушать и грабить.
      Они вам спать спокойно не дают.
      Они позарились на ваши земли
      И алчут изнасилить ваших жен.
      
      <Изнасилить - из лексикона Солженицына>
      
      А этот их, простите, полководец?
      Обыкновенный маменькин сынок!
      (Он маменькой моею был воспитан,
      И то из милости.) Молокосос!
      Какие он лишения изведал?
      Не голодал, не мерз - ну, может быть,
      Он по снежку разгуливал в сапожках.
      Мы выметем поганою метлой
      Весь этот мусор. Мы утопим в море
      Французских ненасытных пасюков.
      От голода они бы удавились,
      Когда б не промышляли грабежом.
      Я мог бы примириться с пораженьем,
      Когда бы люди победили нас,
      Но только не бретонские ублюдки -
      Отродья наших предков-англичан,
      Которые французов избивали
      На их земле и в память о себе
      Одаривали их детьми позора.
      И что - мы наши нивы отдадим
      На разоренье этим жадным тварям
      И на бесчестье - жен и дочерей?
      Вы слышите: гремят их барабаны!
      В бой, джентльмены! Йомены, вперед!
      Стрелки, их прямо в головы разите!
      Пришпорьте, рыцари, своих коней!
      Вброд через кровь! Пусть небо содрогнется,
      Услышав копий треск и звон мечей!
      Входит ГОНЕЦ.
      Что, Стенли на подходе?
      ГОНЕЦ
      Повелитель,
      Он отказался.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Голову долой
      Его отродью!
      НОРФОЛК
      Государь, не время:
      Враг только что болото перешел.
      Окончим битву, а казнить успеем.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Мне в грудь колотят тысяча сердец.
      Штандарты развернуть - и в наступленье.
      Пусть клич "Святой Георгий!" наделит
      Нас силой огнедышащих драконов.
      Победа, шлемы наши озари!
      Уходят.
      
      Сцена четвертая.
      Другая часть поля.
      Шум битвы.
      Входят, с разных сторон,
      НОРФОЛК и КЕТСБИ.
      КЕТСБИ
      Скорей, милорд! Скорей, скорей на помощь!
      Король сегодня превзошел себя!
      Он рубится, опасность презирая!
      Буквально черту в зубы лезет он!
      Коня под ним убили - бьется пешим,
      Всё Ричмонда стремится отыскать.
      На помощь, Норфолк, или мы пропали!
      Шум битвы.
      Входит КОРОЛЬ РИЧАРД III.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Коня! Коня! Державу за коня!
      КЕТСБИ
      Сейчас достану. Государь, спасайтесь.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III
      Холуй! Что ты мне смеешь предлагать!
      Я на кон жизнь поставил, и не сдвинусь,
      Покамест не закончится игра.
      Шесть Ричмондов как будто вышли в поле,
      И пятерых уже я истребил,
      Но вот шестой всё время ускользает.
      Коня! Всё королевство за коня!
      
      
      
      Сцена пятая.
      Другая часть поля.
      Шум битвы.
      Входят, сражаясь,
      КОРОЛЬ РИЧАРД III и РИЧМОНД.
      КОРОЛЬ РИЧАРД III убит.
      Трубы.
      Входят СТЕНЛИ с короной в руках и другие ЛОРДЫ.
      РИЧМОНД
      Хвала Всевышнему! Оружью слава!
      Мои победоносные друзья!
      Наш нынче день. Издох проклятый Цербер.
      СТЕНЛИ
      Отважный Ричмонд, убедил ты нас,
      Что быть достоин нашим государем.
      
      <Примечание
      Вариант: "Что Англию завоевал по праву" (обыгрывание формулы "король по праву завоевания").>
      
      Я с мертвой головы совлек венец,
      Который был так долго не на месте.
      Прими его на счастье всей стране.
      РИЧМОНД
      С небес ответь: "Аминь", великий боже.
      Скажи, лорд Стенли: жив твой сын Георг?
      СТЕНЛИ
      Он в Лестере. С ним всё благополучно.
      Туда мы ехать можем хоть сейчас.
      РИЧМОНД
      Кто пал в сраженье из аристократов
      И с нашей, и с противной стороны?
      СТЕНЛИ
      Джон Норфолк, Уолтер Феррерс, Уильям Брендон
      И Брекенбери.
      РИЧМОНД
      Всех похоронить,
      Как подобает. Объявить прощенье
      Солдатам, что с повинною придут.
      Мы, причастившись тайн святых, исполним
      Обет - и повенчаем на земле
      Мы с белой розой алую навеки.
      Не будем больше небеса гневить,
      Но их обрадуем своим согласьем.
      Кто не изменник, тот скажи: "Аминь".
      Британия в безумии терзала
      Себя, и, слепотой поражены,
      Кровь братьев лили братья, по приказу
      Родителей губили сыновья,
      А сыновей - отцы. Своей враждою
      Ланкастеры и Йорки всю страну
      Втянули в варварскую кроворубку.
      Они же и положат ей конец.
      И скоро Ричмонд и Елизавета,
      Наследники двух царственных семей,
      Во имя Господа соединятся.
      И, если их Господь благословит,
      Свирепомордый бес войны смирится
      
      <Примерчание:
      Этой фразы нет у Шекспира, но упоминается "нежноликий мир" ("smooth-faced peace"), который явно кольцуется со "свирепомордым богом войны", о котором говорит в начале пьесы Ричард Глостер. Если точно, соответствующая фраза выглядит так: "Grim-visaged war hath smooth"d his wrinkled front", т.е. бог войны прямо не упоминается, но, безусловно, подразумевается именно он>
      
      Восторжествует нежноликий мир,
      Настанет благоденствие и счастье.
      Бог, притупи клинки бунтовщиков,
      Чтоб не ллись потоки слез кровавых,
      Междоусобий вновь не допусти,
      Всех будущих изменников карая.
      Да не погибнут мир и счастье края!
      Пусть заживут все раны. И Творец
      Свое "Аминь" нам скажет наконец.
      Уходят.
      2 января - 25 сентября 2009 г.

  • Оставить комментарий
  • © Copyright Флоря Александр Владимирович (alcestofilint@mail.ru)
  • Обновлено: 03/05/2016. 266k. Статистика.
  • Пьеса; сценарий: Драматургия
  •  Ваша оценка:

    Связаться с программистом сайта.